Текст книги "Исторические районы Петербурга от А до Я"

Автор книги: Сергей Глезеров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 51 страниц) [доступный отрывок для чтения: 21 страниц]

Корпусной аэродром

О существовавшем за Московской заставой первом петербургском военном аэродроме напоминают сегодня расположенный в этих местах парк Авиаторов и Корпусной проезд, который выходил когда-то к Корпусному шоссе. Такое же название, Корпусной, носил и аэродром. По своим размерам Корпусной аэродром был в свое время самым большим в России. Он предназначался для испытания военных аэропланов и дирижаблей. Длина его взлетно-посадочной полосы достигала трех верст.

…В 1912 г., в связи с образованием авиационного отдела в петербургской воздухоплавательной школе, возникла необходимость в аэродроме для учебных полетов столичных военных летчиков. Тогда на принадлежавшей Военному ведомству части Волкова поля был выделен участок эллиптической формы, который и получил название Корпусного аэродрома.

19 июля (1 августа по новому стилю) 1913 г. состоялось торжественное освящение Корпусного аэродрома и открытие его в качестве учебного плаца первой русской воздухоплавательной части. В пять часов дня в присутствии представителей Военного министерства и Санкт-Петербургского военного округа был отслужен торжественный молебен. Предполагался также смотр воздушной эскадры авиационной роты, но его отменили в связи с трагической гибелью 16 июля штабс-капитана Цамая.

На Корпусном аэродроме более месяца проводились работы по ограждению его глубоким рвом и валом. «Однако благоустройство этой болотистой, кочковатой территории все еще заставляет желать лучшего, – отмечал в день открытия аэродрома репортер газеты „Вечернее время“. – До сих пор взлет был возможен только на небольшой сравнительно части аэродрома».

Летом 1913 г., после создания первой авиационной роты, здесь почти всегда находилось около двадцати военных воздухоплавательных «аппаратов». Особенно аэродром оживился, когда сюда перевезли «аппараты» Русско-Балтийского завода, изготовленные для Военного ведомства.

Корпусной аэродром сыграл большую роль в истории отечественной авиации, здесь было установлено немало рекордов. Штабс-капитан Петр Нестеров именно здесь совершал посадку после своих знаменитых перелетов Киев – Петербург и Москва – Петербург. Проходили тут летные испытания первые в мире многомоторные аэропланы конструктора Игоря Сикорского.

В годы Первой мировой войны на Корпусном аэродроме был организован солдатский класс Гатчинской военно-авиационный школы, а после революции аэродром стал базой для гражданской авиации Петрограда. После того как в 1932 г. гражданскую авиацию перебазировали на новый аэродром под Пулково, постройки и сооружения Корпусного аэродрома перешли в ведение Ленинградского аэроклуба. Здесь стали работать авиационная и парашютная школы, а также планерная станция. Среди трудившихся тут летчиков был прославленный Валерий Чкалов. Просуществовал аэродром до 1941 г.

Костыль

Так звали часть Васильевского острова у Финского залива, куда выходит Большой проспект. Действительно, на старых картах города видно, что треугольник, образованный Большим проспектом, Кожевенной и Косой линиями, напоминает своей формой костыль.

'Есть и другая версия, что название это пошло от находившегося в этих краях деревянного кабака Тимофея Костыля.

От «костыля» возникли и соседние названия: коммерческий торговый порт у выхода Большого проспекта к заливу именовали «костыльковским», приморскую заставу, караульный дом и въезд – Костыльским или Костыльковским. Сюда отправлялись караулы от воинских частей, квартировавших на Васильевском острове.

Новые высотные дома преображают образ Костюшкинской деревни. Фото Дениса Яшугина, апрель 2008 г.

Костюшкинская деревня

Местность вокруг улицы Костюшко на юге города местные жители давно уже называют Костюшкинской деревней или Костюшкинской слободкой.

Район сформировался в 1960-х гг., когда здесь активно возводились пятиэтажки, прозванные потом хрущевками. 17 августа 1964 г. Ленгорисполком присвоил только что проложенной новой улице в Московском районе имя участника польского национально-освободительного движения Тадеуша Костюшко. Почему выбор пал именно на пана Тадеуша? Очевидно, чиновники из Ленгорисполкома руководствовались тем, что рядом проходит Варшавская улица.

К началу XXI в. обитатели Костюшкинской деревни окончательно поняли, что про их дома, возведенные с расчетом на 20 – 25 лет и уже переживающие второй срок, власти города просто забыли. «Теперь нет любви к своим пенатам, а только пренебрежение – „деревня“, „помойка“, – говорит журналист, старожил улицы Костюшко Денис Яшугин. – Уставшие ждать люди теперь сами меняют окна, двери, трубы, делают евроремонт в квартирах. Только немногочисленные старушки еще сидят на уцелевших лавочках под разросшимися тополями и вспоминают, „как молоды мы были“, „как было хорошо раньше, не то что сейчас“».

Однако в середине 2000-х гг. показалось, что в проблеме судеб питерских хрущевок 60-х гг. забрезжил рассвет. Кварталы Костюшкинской деревни попали в число территорий, подлежащих реновации.

Красненькая колония (колония Шеферов и Берчей)

Более ста лет, до Великой Отечественной войны, на землях между Автово и Дачным находилось обширное поселение немецких колонистов – Красненькая колония. Название произошло от речки Красненькой, протекавшей поблизости. Как отмечает краевед Елена Викторовна Дынина, поселок колонистов на 11-й версте Петергофской дороги представлял собой интересный пример немецкого поселения, начинавшегося с одного двора и насчитывавшего к началу ХХ в. в общей сложности около двух десятков домов.

«История появления немецких колонистов в тех местах с документальной точностью прослеживается с 1829 года, – указывает Елена Дынина. – Первый колонистский участок, приобретенный неким Егором Шефером совместно с братьями Петром и Адамом Берчами, находился неподалеку от современного памятника „Танк-победитель“ на проспекте Стачек. На планах Петергофской дороги 1820-х годов тот участок под № 40 значился принадлежавшим купцу Ганзену. Неподалеку, сразу же за речкой Красненькой, в ту пору располагался знаменитый „Красный кабачок“. Колонисты приобрели дачу у наследников Ганзена с публичных торгов за 33 600 рублей, о чем 10 апреля 1829 года был составлен юридический документ».

Братья Берчи и Егор Шефер являлись выходцами из Среднерогаткинской немецкой колонии. Здесь, на 11-й версте Петергофской дороги, они стали родоначальниками немецкого поселения, жители которого носили фамилии только Шефер и Берч.

Географически поселение делилось на три части. «Три маленьких колонистских поселка составили, несмотря на территориальную разобщенность, этническое целое, скрепленное родственными узами, – отмечает Елена Дынина. – Хотелось бы, чтобы столь своеобразная страница в истории района не была забыта».

Первой частью немецкого поселения являлась бывшая дача Ганзена. Купленный дачный участок тянулся от Лиговского канала до взморья, а в поперечнике составлял 100 сажен. Его общая площадь, согласно прилагавшемуся плану, исчислялась в 100 десятин.

К концу ХIХ в. вдоль него стояло шесть домов, и владельцами всех их являлись Шеферы. Поселок разрастался не только благодаря замужествам и женитьбам – нередко Шеферы роднились с Берчами. Как и в других немецких колониях, здесь существовал обычай брать на воспитание сирот, давая им свою фамилию. Переселялись сюда и родственники из других мест. Поселок именовался «Шеферовским» – по фамилии череды владельцев.

В довоенную пору в этих местах существовал еще один топоним, связанный с немецкими колонистами: Берчево. Так неофициально называли территорию, граничившую с больницей «Всех Скорбящих» (в советское время – больница им. Фореля) с восточной стороны. Это участок современных домов № 128 – 138 по проспекту Стачек.

Во время коллективизации на базе колонистских хозяйств организовали немецкий колхоз им. Обкома МОПРа. (Напомним, МОПР – это Международная организация помощи борцам революции, созданная в 1922 г. решением IV конгресса Коминтерна.)

Этот немецкий колхоз в 1930-е гг. вышел в число передовых хозяйств, участвовал в ВДНХ и был даже награжден орденом Ленина. Колхоз просуществовал до самой войны, а в сентябре 1941 г. оказался на передовых рубежах обороны города и был практически полностью уничтожен. Уделом многих живших здесь немцев стала принудительная эвакуация «в 24 часа».

Не осталось и следа от располагавшегося неподалеку старинного лютеранского кладбища, на котором покоилось несколько поколений жителей поселка Шеферов и Берчей.

Но история не исчезает бесследно. Рано или поздно происходит возвращение к истокам. В конце 2005 г. в Русско-немецком центре встреч при Петрикирхе на Невском пр., 22-24, проходила уникальная выставка из истории колонистов «Здесь жили Шеферы и Берчи», посвященная поселку колонистов на бывшем Петергофском шоссе и судьбе его обитаталей. На ней впервые широкой публике были представлены фотографии и материалы из семейных архивов потомков Шеферов и Берчей. Как подчеркивалось на выставке, исчезли старые дома, исчезло даже название переулка, вдоль которого они стояли, но сохранились спасенные в семьях документы, письма, фотографии и рассказы о довоенном прошлом. Это и позволило предпринять попытку вернуть городу память о маленькой забытой немецкой колонии.

Красный кабачок

На протяжении почти двух веков петербуржцам хорошо был известен «Красный кабачок» на Петергофской дороге, возникший еще во времена Петра I. В этих местах появился один из «попутных домов» царя на дороге в Кронштадт, и в 1706 г. своим указом Петр I пожаловал окрестности «попутного дома» со всеми лугами, покосами и лесом в потомственное владение своему толмачу (т. е. переводчику) Семену Иванову «за службу, раны, полонное терпение и за уход из полону».

Спустя семь лет Петр пожаловал Семену Иванову и сам «попутный дом» с правом устроить трактир по немецкому образцу и торговать табаком и водкой. Появившийся трактир получил прославившее его название «Красный кабачок». Вблизи «Красного кабачка» заселялась Вологодско-Ямская слобода ямщиков. Торговля на бойком месте шла на славу.

Кто только из великих не бывал в «Красном кабачке»! В дни дворцового переворота 1762 г. Екатерина II с отрядом только что присягнувших ей гвардейских офицеров в ночь с 28 на 29 июня именно здесь ночевала на пути в Петергоф. А в середине XIX в. в одной из комнат трактира была прибита медная дощечка с отметкой дней, когда здесь останавливались во время пути императоры Александр I и Николай I.

Почти два века все горожане прекрасно знали, где находится местность «у Красного кабачка». Она потом неоднократно переходила из рук в руки, в конце XVIII в. стала принадлежать известной в ту пору великосветской авантюристке Кингстон. В купчей так и было записано: «Место, называемое Красный кабачок… с домами, садами, принадлежностями».

Елизавета Кингстон умерла в 1788 г. во Франции. Исполнителем ее воли в России был полковник Михаил Антонович Гарновский, который когда-то был ее любовником. Он унаследовал «Красный кабачок» с постоялым двором, а в 1805 г. поэт Г.В. Державин, будучи министром юстиции, помог своему соседу Гарновскому продать кабачок.

«Красный кабачок» славился вафлями, музыкой, ледяными горами и многими другими удовольствиями, в том числе азартной картежной игрой, в которой особенно любили принимать участие гвардейские офицеры. Так было в начале XIX в., после чего следовали периоды взлетов и падений. Именно в этом трактире впервые в Петербурге стали знаменитыми цыганские хоры. В «Красном кабачке» бывали А.С. Пушкин, М.Ю. Лермонтов (упомянул его в поэме «Монго»), П.А. Катенин и многие другие.

«В „Красном кабачке“, в „Желтеньком“, в Екатерингофе происходили настоящие оргии, – рассказывал бытописатель петербургских нравов Михаил Пыляев. – С музыкой и песенниками, на тройках, на лихих рысаках туда съезжалась публика. Заехав же в трактир, спрашивали шампанское не бутылками, а целыми ящиками. Вместо чая пили пунш. Цыгане, крик, шум и мертвая чаша! В старину все это считалось молодецкой забавой».

В 40-х гг. XIX в. владелицей кабачка стала знаменитая героиня войн против Наполеона Луиза Эстер Мануэ Графемус-Кессених. Ее военная биография чем-то напоминала судьбу «кавалерист-девицы» Надежды Андреевны Дуровой, послужившей прообразом Шурочки Азаровой из «Гусарской баллады». Когда в 1813 г. русская армия, преследуя войска Наполеона, вступила в пределы Пруссии, Луиза, оставив детей на попечение родственников и скрыв свой пол, вступила добровольцем во 2-й Кенигсбергский уланский ополченский полк генерала Блюхера. Ею двигало желание отыскать своего мужа – офицера прусской армии. Она сражалась во всех битвах 1813 г. Была трижды ранена, потеряла правую руку, за многочисленные подвиги удостоилась самых высоких наград.

«Красный кабачок» на карте Петрограда, 1916 г.

29 марта 1814 г., когда союзные русские и прусские войска вступили в Париж, в проходившей мимо колонне Луиза увидела своего мужа. Но радость оказалась недолгой. На следующий день при штурме Монмартра вахмистр прусского уланского гвардейского полка был убит картечью…

После окончания войны прусский король пожертвовал ей тридцать талеров, а Александр I дал указание отвезти женщину на отдых и лечение в Петербург. На этом военная эпопея уланского вахмистра Луизы Графемус-Кессених закончилась. Она с большими почестями вышла на инвалидный пенсион и до конца своей жизни прожила в России.

Луиза вышла замуж за известного рижского переплетчика Иоганна Кессениха и купила знаменитый «Красный кабачок» на Петергофской дороге. Кроме того, в Петербурге она зимой держала популярный танцкласс. Потомки Луизы Кессених остались в Петербурге, среди них – известная советская киноактриса, народная артистка России Татьяна Людвиговна Пилецкая…

В 1859 г. «Красный кабачок» сгорел при пожаре и навсегда прекратил свое существование. Впоследствии его название перешло к обычному, рядовому трактиру, устроенному неподалеку от Красненького кладбища. К сожалению, новое питейное заведение уже не носило прежнего характера: оно было самым обыкновенным кабаком для извозчиков, проезжих крестьян и мастеровых Путиловского завода.

Могила Луизы Кессених на Новодевичьем кладбище в Петербурге

«Впоследствии „Красный кабачок“ менял своих арендаторов и неоднократно перестраивался, – отмечает исследовательница Людмила Процай. – Оставил он след и в художественной литературе. В 1911 г. была напечатана и поставлена в Александринском театре пьеса „Красный кабачок“, автор которой был известный драматург сотрудник газеты „Новое время“ Юрий Беляев. В 1907 г. в „Красном кабачке“ отдыхала группа участников автомобильных гонок „Пекин – Париж“. Их можно увидеть на уникальных архивных фотоснимках, сделанных фотографом Виктором Буллой около кабачка и в саду. Можно предположить, что это единственные изображения прославленного трактира».

Воспоминание о «Красном кабачке» еще долго жило в названии Краснокабацкого шоссе. В советское время его переименовали, по-видимому, решив, что оно недостойно «социалистического Ленинграда», поскольку напоминает о пьяных разгулах царского времени. Сегодня прежнее Краснокабацкое шоссе – это часть Краснопутиловской улицы, а сам «Красный кабачок» находился неподалеку от Красненького кладбища. Традицию самого же кабачка продолжает сегодня одноименное заведение на Санкт-Петербургском шоссе – при въезде в Петергоф со стороны города.

Крестьянский лес

По воспоминаниям старожила Крестовского острова Льва Николаевича Штерна, Крестьянским лесом называлась западная часть острова, которую ныне занимает Приморский парк Победы и где был стадион им. С.М. Кирова. Лес тянулся в начале ХХ в. от Белосельского проспекта (ныне – ул. Рюхина) до самого взморья.

«Это действительно был самый настоящий лес, если не дремучий, то весьма глухой и трудно проходимый, – вспоминал Лев Штерн. – Вблизи речки Чухонки лес был заболочен, да и вообще он был сырой, даже самые незначительные наводнения его затопляли и оставляли после себя болота, лужи и следы разрушения. Хоровое „пение“ лягушек, обитающих в этих болотах, было слышно далеко за пределами леса…

Говорили, что в этом лесу водится всякая дичь и даже зверье: зайцы, лисы, пробиравшиеся туда зимой по льду Невской губы из Лахтинских лесов. Впрочем, возможно, слухи об этом зверье были сильно преувеличены. Во всяком случае, моему отцу, заядлому охотнику, никогда не приходило в голову ходить туда на охоту, не слышал я и о других охотниках, посещающих Крестьянский лес».

Когда во время Гражданской войны и «военного коммунизма» Петроград был охвачен жесточайшим топливным кризисом, Крестьянский лес пустили на дрова. Он стал настоящим спасением для многих тысяч жителей Петрограда, особенно обитателей Крестовского острова. По воспоминаниям Льва Штерна, «за два года лес был вырублен начисто, и вся территория от Белосельского проспекта до взморья превратилась в грандиозный пустырь, поросший кустарником и чудом сохранившимися одинокими деревьями. Скоро именно там была организована одна из городских свалок, куда свозили мусор чуть ли не со всей Петроградской стороны».

Кудрово

Деревня Кудрово Всеволожского района Ленинградской области расположена в непосредственной близости от новостроек Веселого поселка, на берегу реки Оккервиль. В последние годы она стала территорией масштабных градостроительных проектов – возведения городов-спутников Кудрово и Новый Оккервиль.

На месте нынешнего Кудрова на карте 1840 г. обозначен «водочный завод Полторацкой». В более поздних документах указаны дачные участки, а в 1925 г. отмечено селение Росая Гора. Как отмечает исследователь Константин Сергеевич Башкиров, предыстория возникновения деревни Кудрово относится к середине 1920-х гг. Тогда на место располагавшейся неподалеку от поселка Янино умирающей сельхозартели «Красная заря», возникшей 11 февраля 1919 г., приехали коммунары со станции «Батецкая» Лужского уезда Петроградской губернии (ныне поселок Батецкий – центр одноименного района Новгородской области), где тоже существовала коммуна «Кудрово». Оттуда 12 больших работящих семей во главе с коммунистами, вступившими в партию еще в 1918 г., Василием Ивановичем Евстифеевым и Иваном Павловичем Елкиным приехали основывать новую деревню, которую назвали Кудрово.

Деревня Кудрово, официально существующая с 1926 – 1927 гг., с 1927 по ноябрь 1928 г. входила в состав Ново-Сергиевского сельсовета Ленинского района, а с ноября 1928 г. была в составе Яблоновского сельсовета. С августа 1930 г. она относилась Пригородному району, а с августа 1936 г. – к Всеволожскому району.

Через несколько лет после основания коммуна «Кудрово» стала образцовым высокопроизводительным хозяйством. Свою продукцию коммунары частично продавали на Мальцевском рынке в Ленинграде. В деревне возникли парикмахерская, баня, клуб.

В путеводителе Н.X. Виленской и В.Н. Клычина «На лыжах по окрестностям Ленинграда», изданном в 1930 г., Кудрово называлось «одной из показательных коммун области». Специализируясь на животноводстве и производстве молока, коммуна успешно существовала.

В сентябре 1960 г. Кудрово из состава ликвидированного Яблоновского сельсовета передали в созданный Заневский сельский совет (центр его – деревня Заневка) Всеволожского района Ленинградской области. В 1960-х гг. Кудрово оказалась в непосредственной близости от ленинградских новостроек Веселого поселка, а согласно плану развития Ленинграда 1972 г., на месте деревни Кудрово должны были появиться новые жилые кварталы Ленинграда. Однако тогда этого так и не произошло, и деревня продолжила свое существование.

В начале 2000-х гг. город вновь стал рассматривать планы освоения этой территории. С 2002 г. разрабатывается проект строительства рядом с Кудровом города-спутника Петербурга в составе Всеволожского района. Повлияло на усиление делового интереса и появление на этой земле магазина шведской компании «ИКЕА», который затем расширился до целого комплекса торгово-развлекательного характера – «МЕГА-Дыбенко» (его строительство завершилось в 2006 г.).

Первый камень в основание будущего города заложили 25 декабря 2006 г. По первоначальному проекту, разработанному в архитектурной мастерской Игоря Матвеева, территорию Кудрово предполагалось застраивать преимущественно многоэтажными домами по 5 – 25 этажей. Однако затем концепция в корне поменялась.

Макет будущего города Кудрово (проект «Семь столиц»)

В начале 2009 г. ОАО «Кольцевая автомобильная дорога – Ленобласть», созданная в 2002 г. областной администрацией для развития инфраструктуры КАД на землях Ленинградской области, представила проект застройки города Кудрово. Архитекторами проекта выступили петербургское архитектурное бюро «Евгений Герасимов и партнеры» и немецкое проектное бюро «Чобан и партнеры».

Согласно проекту, получившему название «Семь столиц», между Кольцевой автомобильной дорогой, комплексом «Мега-Дыбенко», деревней и рекой Оккервиль к 2016 г. построят несколько жилых микрорайонов, которые будут называться «Рим», «Париж», «Мадрид», «Барселона», «Амстердам», «Лондон», «Берлин» и «Вена» (таким образом, на самом деле районов-городов не семь, а восемь). Названия их не случайны: главной идеей проекта стало использование характерных, узнаваемых образов и градостроительных приемов планировок этих крупнейших европейских городов.

В Кудрове будет создан живописный парк в пойме реки Оккервиль. Рядом с ним запланирован большой торгово-развлекательный центр. Между восемью жилыми микрорайонами собираются сделать «легкие» города – зеленые зоны, на территории которых будут построены школы и детские дошкольные учреждения.

Дополнительный интерес застройке микрорайонов придают перепады высот за счет встроенных автостоянок с эксплуатируемыми «зелеными» кровлями. Особенно эффективно используются такие перепады в микрорайоне «Берлин», где они выполнены в виде естественного ландшафта. Основная жилая застройка всех микрорайонов – линейная, секционная, средней этажности. Исключение составляет «Берлин», который застроят 10-, 14– и 18-этажными точечными зданиями и жилыми домами повышенной этажности над двухэтажной застройкой вдоль пешеходной зоны.

При всем этом деревню Кудрово предполагается не трогать: высотки лишь должны подойти к ней на максимально близкое расстояние. Первым кварталом, который предполагается реализовать в рамках проекта, будет «Вена». Он расположен в непосредственной близости от торгово-развлекательного центра «МЕГА-Дыбенко».

По соседству с районом «Семь столиц» на кудровской земле строится еще один город, получивший не менее претенциозное название, – «Новый Оккервиль». Помимо жилых домов здесь планируется построить бизнес-центр, две школы, четыре детских сада, спортивно-оздоровительный, развлекательный и торговый комплексы, а также многоярусные парковки.

Строительство первых зданий «Нового Оккервиля». Фото 2009 г. с Интернет-сайта компании «Отделстрой» http://www.otdelstroy.spb.ru

Строительство началось в 2008 г., первый жилой массив в «Новом» Оккервиле носит название «Город аллей», а первые жилые постройки в нем – «Дом у Березовой аллеи» и «Дом у Липовой аллеи».

В апреле 2009 г. в соответствии с постановлением главы администрации МО «Заневское сельское поселение» Всеволожского района Ленинградской области, территории, на которой реализуется проект компании «Отделстрой», присвоен статус микрорайона. Это означает, что отныне на картах Петербурга и Ленинградской области он должен обозначаться как топоним «Новый Оккервиль».

Полностью проект «Новый Оккервиль» в Кудрово планируется завершить в середине 2010-х гг.