Текст книги "Частная практика (СИ)"

Автор книги: Сергей Баранников

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

– Знаешь, поначалу ужасно, – признался мужчина. – Казалось, что жизнь закончилась. А на досуге посидел, подумал о жизни и понял, что у меня теперь столько времени, что я могу привести в порядок все дела, которые откладывал до лучших времён. Увы, такие не наступили, но никто ведь не мешает мне заняться своими исследованиями прямо сейчас! Живу я не сказать, чтобы богато. Меня ведь лишили всех почестей и привилегий. Хорошо, хоть пенсию не отобрали. Знаешь, бунтарей у нас в государстве не любят, даже если они ратуют за правое дело.

– У меня есть подозрения, что Потехин жив, а на стройке погиб его двойник, – заявил я, переходя к сути разговора. Я порядком вымотался за время поездки, поэтому понимал, что надолго сил у меня не хватит. Нужно спешить, пока я не сдулся, как воздушный шар.

Произнесённая мной информация подобно разряду электрического тока заставила Михайловского вздрогнуть.

– Жив? – произнёс мужчина.

– Но я бы попросил вас не разглашать эту информацию, даже близким друзьям, чтобы истинный злодей не знал о наших догадках и о том, что мы идём по следу.

– Разумеется! Я никому не буду говорить. Но ты ведь приехал ко мне не просто так, чтобы проведать старика, верно? На твоём месте я бы предпочёл в таком состоянии лежать в кровати и восстанавливаться. Выходит, я могу чем-то помочь?

– Вы знаете кого-то, кто может провести операцию по смене внешности? Кто из целителей может изменить лицо до такой степени, чтобы оно в точности соответствовало другому человеку?

– В нашем городе таких людей точно нет, – произнёс Пётр Николаевич после непродолжительного раздумья. – А вот в Яре-на-Светлице есть такие специалисты. Мне частенько приходилось общаться с ними по долгу работы, ведь устройство студентов академии на стажировку лежало на плечах нашего заведения. Могу выделить трёх человек, которым это потенциально по силам. Обратись к заведующему Первой ярской больницы Борису Николаевичу Черняеву, скажи, что от меня. Он мой старый знакомый, и наверняка сможет тебе помочь.

Глава 9
Пациенты

– Ник, ты когда планируешь возобновлять работу кабинета? – поинтересовалась Рина. – У нас уже семь клиентов, желающих записаться на приём.

– Семь? Где ты их нашла? – удивился я.

– Это я нашла? Они сами нас нашли. Каждый день звонят и хотят услышать точную дату. Видимо, ты не в курсе как работает «сарафанное радио». Хорошие отзывы о твоей работе породили приток клиентов.

– Теперь бы справиться со всеми желающими! Запиши первых трёх человек на завтра, остальных на следующий день. Больше пациентов я принять пока не в состоянии. И так восстановиться бы за эту пару дней, чтобы хоть на половину дня хватило. Если ещё кто-то появится, пиши на следующую неделю, потому как через пять дней я планирую выйти на работу в «скорую».

Я понимал, что заставлять клиентов ждать нельзя, иначе они разбегутся в поисках других целителей, а те не заставят себя ждать. Если у меня всё пройдёт гладко, и процедура будет иметь большую популярность, появится масса подражателей. Насколько эффективно будут проходить процедуры у них не знаю, но моя задача – набить клиентскую базу до того, как конкуренты начнут подминать под себя рынок. При этом нужно не забывать о пациентах, которые имеют проблемы со здоровьем. Красота красотой, но целитель должен не только повышать качество жизни, но в первую очередь призван эти жизни спасать. Когда только это всё успеть?

В день, на который у меня в кабинете был назначен приём, я собирался особо тщательно. Нужно продержаться часа три по времени и не дать слабину. Для ходьбы я использовал трость, которая завалялась у отца. С виду она кажется обычным аксессуаром, призванным придать важности своему владельцу, но на деле у неё множество полезных свойств, и опора при ходьбе только вершина айсберга. Трость – просто незаменимая спутница в узких улочках Старого города, где в вечернее время расцветает преступность. Против вооружённых ножами противников это самое то.

При тщательном осмотре я заметил, что серебряный набалдашник откручивается. Незамедлительно решил открутить его и не прогадал. Оказывается, внутри находился огранённый изумруд где-то в двенадцать карат. Этот камень давал своему владельцу дополнительную целительную силу и помогал скорее её восстанавливать. При моих возросших потребностях это было незаменимо.

Вообще, моя сила была немного выше, чем у среднестатистического целителя моих лет, потому как я активно ей пользовался для поддержания жизни в теле отца. За два года без малого у меня было много практики. Если молодые целители искали для себя пациентов, которые согласились бы помочь им оттачивать своё мастерство, таким пациентом для Николая Павлова был его отец.

И всё равно этого могло не хватить, поэтому приходилось полагаться на отвары лекарственных трав, стимулирующих регенерацию энергии, эфирные масла и вот такие драгоценные камни с нужными мне свойствами. Я бережно вернул камень на место и закрутил обратно набалдашник. За счёт серебряного навершия, которое вплотную контактировало с изумрудом, я получал тот же эффект без необходимости носить его напоказ. Именно поэтому серебро и золото использовали для украшений – это превосходные проводники, которые позволяют сократить до минимума потери энергии. Перстень на моём пальце – яркое тому подтверждение.

Мухин отвёз меня и Рину в кабинет, а сам забрал Лёню и умчался в мастерскую. Парни пробовали свои силы в ремонте машин, но не могли тягаться с артефакторами, поэтому я не особо верил в их успех. Ничего, ещё найдут своё призвание! Главное – не сдаваться и слушать к чему тянет душа.

К счастью, у меня таких проблем не было. Я нашёл своё призвание ещё в прошлой жизни, и единственной проблемой стал поиск реализации своих возможностей здесь. Я отдавал себе отчёт в том, что разрываюсь между работой на «скорой» и кабинетом. Первая работа заключалась в спасении жизни тех, кто находится на грани жизни и смерти, вторая – позволяла вести приём пациентов, у которых нет желания или возможности обращаться к целителям в больницу. Обе работы приносили моральное удовлетворение, пользу обществу и вызывали интерес, но в первом случае у меня был стабильный хороший доход, а во втором пока небольшая материальная выгода, непостоянный доход, но огромные перспективы. Пока сил у меня хватало, но что будет дальше – неизвестно.

– Во сколько за вами заехать? – поинтересовался Рома, когда мы остановились на парковке возле кабинета.

– Думаю, пробудем до самого вечера. Пусть пациентов и немного, нужно много чего сделать. В общем, заезжайте, как освободитесь.

Войдя в кабинет, я отметил, что здесь было идеально чисто. Сколько меня тут не было? Дня три точно. А это значит, что Регина заходила сюда и наводила порядок. Что за золото мне досталось! Нет, дурак всё-таки Арбузов. Такого человека губил и не давал раскрыться. А у меня она прям расцвела.

Мы приехали всего за час до начала приёма, поэтому я успел разложить всё необходимое.

Это только кажется что помимо дара целителю больше ничего не нужно. А как же настойки и сыворотки, которыми нужно обрабатывать поверхность кожи? Не стоит забывать и об ароматических маслах, которые позволяют восстановить силы, настроиться на рабочую атмосферу, а пациентам помогают расслабиться. И это всё требует времени и усилий.

Услышав звонок колокольчика над входной дверью, я вышел из кабинета и направился навстречу гостю.

Первой посетительницей оказалась молоденькая девушка лет двадцати на вид. Она была даже моложе меня. Казалось бы, зачем ей обращаться к целителю в таком возрасте? Может, в этом и не было бы причины, не окажись у неё большой шрам от ожога на правой щеке, который тянулся почти от самого уха до подбородка и заметно бросался в глаза.

– Одноклассница в гимназии оставила, и ей за это совершенно ничего не было, если не считать серьёзного разговора с директором, а я потом несколько месяцев волосы отращивала, – пояснила девушка, проследив за моим взглядом. – В принципе, я привыкла, и у меня даже молодой человек есть, которого не смущает моё уродство, но всё равно, хотелось бы избавиться от шрама.

Девушка разговаривала очень много, словно оправдывалась. Я прекрасно улавливал её настрой, потому как такой поток речи, был ничем иным, как психологической защитой.

– Что вы, это не уродство, а травма. Вы очаровательны, но я предполагаю, что вам будет куда приятнее, если мы избавимся от этого шрама. Если вы позволите, я проведу полную диагностику, чтобы проверить наличие проблем.

– А это не больно? – забеспокоилась девушка.

– Ничуть. Вы практически ничего не почувствуете, – я уложил девушку на кушетку, чтобы её было удобнее, положил левую руку на лоб, а правую на солнечное сплетение и погрузился в изучение. В принципе, меня никто не вынуждал этого делать, ведь я должен всего-навсего решить проблему с её шрамом, но я же целитель и должен беспокоиться о здоровье своего пациента! К счастью, других проблем, требующих вмешательства целителя, у девушки не оказалось.

Со шрамом я справился всего за каких-то двадцать минут. Он оказался не таким крупным, как мне показалось поначалу, поэтому не потребовал ни больших затрат времени, ни энергии.

– Готово! – произнёс я, помогая девушке подняться с кушетки.

Провёл её к стойке администратора, где девушку дожидался молодой человек, и объяснил основные правила:

– Сегодня и половину завтрашнего дня в месте раны будут покраснения. Греть нельзя, можете прикладывать смоченный в отваре календулы и ромашки ватный тампон. Рина, будь так добра, выдай настойку нашим пациентам.

Девушка немедленно подошла к полке, взяла оттуда одну из баночек и протянула пациентке, а я продолжил:

– Вы должны понимать, что в этом нет ничего страшного. Это нормально, кожа перестраивается. Завтра будет заметно шелушение – это отмирают верхние слои кожи, повреждённые ожогом. Не будет никаких жутких корок и изменений цвета лица. Всё пройдёт медленно, но эффективно. А потом начнёт формироваться здоровая кожа. Уже через пару дней вы заметите промежуточные результаты, но для полного избавления от шрамов придётся провести ещё одну процедуру. В вашем случае не раньше, чем через три дня, но я предлагаю записаться уже на следующую неделю.

Я был даже рад, что при нашем разговоре присутствовал кто-то из близких пациентки. От волнения она может что-то забыть, а листочек, на котором я дублирую рекомендации, потерять. Да и вопросов у семьи будет куда меньше, если при разговоре будут свидетели. Не хватало мне ещё в кабинете сцен из-за покраснения или побочных эффектов, которые пусть и с низким шансом, но имеют шанс появиться.

Девушка поблагодарила меня за помощь, записалась на один из свободных дней от работы и умчалась, окрылённая успехом. Как она сказала, это её шанс избавиться от проблемы, которая не давала ей спокойно жить последние восемь лет.

А наша касса пополнилась на две с половиной тысячи. Конечно, часть из них уйдёт на изготовление расходников, которые я заранее включил в цену, чтобы не смущать посетителей, но тенденция всё равно приятная. Нужно понимать, что первое время кабинет будет работать только на свои нужды и не будет приносить мне ни копейки лишних денег. Очень много всего нужно докупить и подготовить, поэтому прибыль буду считать когда-нибудь потом.

Следующая пациентка разительно отличалась от молодой приятной девушки, которая была перед ней. Это была женщина лет сорока в пышной шубе из соболя до самых пят. Уже с порога она с нескрываемым презрением осмотрела кабинет и выдала фразу:

– За такие деньги могли бы и получше условия обеспечить. Такое впечатление, что я пришла не в частный кабинет, а в подвал. Боюсь даже представить какое здесь качество услуг.

– А вам кто-то рекомендовал мой кабинет? – поинтересовался я. – Откуда вы о нас узнали?

– Я от Жанны услышала, что здесь работает настоящий мастер своего дела. Но пока что очень в этом сомневаюсь. Не может мастер работать в таких нищенских условиях.

– Работу оценивают по результату, а не по входной двери организации.

– Ошибаетесь, молодой человек. Вход – это визитная карточка, лицо заведения, по которой можно сразу сделать выводы. Пока же у меня сложилось впечатление, что я попала в мастерскую сапожника, а не в кабинет целителя. Помогите мне снять шубу!

Скрепя сердце, я дохромал до женщины и помог ей избавиться от внешней одежды.

– Что я и говорю: сапожник без сапог. Вы сами себя вылечить не можете?

– Некоторые повреждения требуют времени на исцеление. Если бы я не мог себя исцелить, то не стоял бы перед вами, – парировал я, не принимая близко к сердцу этот выпад. Что может знать о моих злоключениях эта холёная избалованная особа? Сибарит никогда не поймёт человека, который добивается всего своим трудом и сам каждый день создаёт свою жизнь, а не пользуется уже готовыми благами и прожигает чужие деньги.

– И не порвите! – донеслось мне вслед, пока я пытался пристроить тяжеленную шубу. И как у неё протрузия межпозвонковых дисков не развилась от таскания на себе такой тяжести? Нет, нужно озаботиться ещё одним работником, который будет встречать и провожать пациентов, принимать их одежду в гардероб и обеспечивать безопасность. И я даже знаю кого можно пригласить на эту должность.

Дальше претензии женщины не закончились.

– Мне что, перед вами раздеваться придётся? – удивилась она, когда мы вошли в кабинет.

– Для того, чтобы максимально эффективно провести процедуру, нужно оголить те участки кожи, на которые мы будем воздействовать.

Оказалось, что женщина хочет избавиться от растяжек, которые были у неё на груди, животе и бёдрах.

– Что, и грудь оголять? – с недоверием произнесла женщина. – Конечно, я понимаю, что Жанна не отличается стеснительностью, но чтобы я в таком виде сидела перед молодым человеком – это слишком.

– А если перед целителем? Если бы вы оказались на операционном столе, и ваша жизнь зависела от того сможет ли целитель провести операцию, вы бы согласились?

– Так это вопрос жизни! – заспорила женщина.

– А суть одна. Вы пришли на приём к целителю, и нет совершенно никакой разницы кто перед вами: мужчина или женщина. Перед вами целитель, и этим всё сказано.

Моя речь возымела эффект, и женщина согласилась на процедуру, хотя я бы совершенно не расстроился, если бы она собрала свои вещи и ушла. Её здоровью ничего не угрожает, поэтому я могу нисколько не сожалеть о её уходе. Разве что жаль сил и потраченного времени, но эту неприятность я как-нибудь переживу.

Объём работы был просто колоссальный, поэтому мне пришлось провозиться больше часа. Дважды я делал небольшой перерыв, чтобы собраться с силами. Всё-таки физическая активность пока забирала у меня много энергии, да и нога начинала неприятно ныть после нескольких минут в одном положении.

Моя посетительница периодически вздрагивала, когда я касался её тела ладонями, время от времени беспокойно ёрзала на стуле, мешая мне работать, но стойко переносила процедуру. В принципе, от неё требовалось лишь неподвижно сидеть на месте, но для женщины, привыкшей командовать и высказывать своё мнение по любому поводу, даже эта задача оказалась невероятно сложной.

– На сегодня мы процедуру завершили. Сейчас я напишу вам рекомендации, а также предлагаю провести диагностику всего организма на предмет более значимых проблем со здоровьем.

– Что вы такое говорите? – немедленно нахохлилась женщина. – Я отлично себя чувствую. Или вы пытаетесь навязать мне дополнительные услуги, чтобы заработать больше денег?

– Я, как целитель, хочу быть уверенным, что с моими пациентами всё в порядке. Если бы позволите, я проведу полную диагностику. Если вас беспокоит цена процедуры, поспешу вас успокоить – я не беру за это деньги.

– Хорошо, смотрите, если вам так угодно. Интересно выслушать ваше мнение.

Мне хотелось поскорее избавиться от этой особы, но долго важнее сиюминутных порывов. Тем более, что я нашёл кое-что важное.

– Простите, а проблемы с жёлчным у вас давно? – произнёс я, оторвавшись от созерцания внутренних органов женщины.

– Нет, с меня достаточно! – вспыхнула она. – Я вас раскусила. Вы предлагаете бесплатную диагностику с целью якобы обнаружить серьёзную болезнь и потом долго лечить от неё, опустошая кошельки своих пациентов. Шарлатан!

Женщина стремительно поднялась и вышла из кабинета, бросила на стол пять тысяч, положенные за проделанную работу и остановилась возле гардероба.

– Кто-нибудь в этом заведении поможет даме надеть шубу? – закричала она из коридора.

– Увы, наш гардеробщик сегодня отсутствует, поэтому вас придётся справлять самостоятельно, – ответил я, с трудом сдерживая эмоции. Окажись она каким-нибудь мужчиной, я бы с нескрываемым удовольствием спустил его со ступенек, но поступить так с женщиной мне не позволяет воспитание и чувство собственного достоинства.

Посетительница хлопнула дверью, насколько у неё хватило сил, а я устало опустился на стул возле стола Рины. Этот приём отнял у меня почти все силы.

Зато следующая пациентка стала настоящей наградой за всё, что мне сегодня пришлось вытерпеть – улыбчивая, общительная и спокойная девушка. У неё на бедре красовался длинный и глубокий шрам. Целитель, который работал с раной, явно выполнял свою задачу спустя рукава.

Процедура заняла всего тридцать минут, а я заработал ещё две с половиной тысячи. Итого, этот день принёс мне ровно десять тысяч. Но радоваться ещё рано – это лишь седьмая часть от того, что мне нужно для поддержания работы кабинета. Если к концу первого месяца выйду в ноль, будет уже неплохо.

Я возвращался в кабинет, чтобы заняться подготовкой расходников, потому как сами они себя не подготовят, но в этот момент голова закружилась и пол ушёл из-под ног. Рука предательски задрожала, и я потерял точку опоры в виде трости, зато Рина в мгновение окна подскочила ко мне и помогла удержаться на ногах.

– Тебе нужно больше отдыхать. Давай поедем домой на такси, – предложила девушка.

– Сначала расходники, а потом домой. Но, учитывая сложившуюся ситуацию, лучше немного отдохнуть, а затем всё остальное.

Рина помогла мне дойти до манипуляционной и лечь на кушетку, а я понимал, что заниматься настойками и эфирными маслами просто некогда. Идти в аптеку? Не нравится мне такой подход. Я привык рассчитывать только на себя, чтобы быть уверенным в качестве расходников. Зря что ли ступы, колбочки и прочий инвентарь, доставшийся от отца простаивает на полке? Весной думал наведаться в Берестовье к Аграфене и предложить ей выгодную сделку по закупке лекарственных трав, а готовить конечный продукт буду сам. Хотя… есть у меня одна идея.

– Рина, а ты разбираешься в лекарственных травах? Давай я научу тебя как делать настойку для обработки ран. Там нет ничего сложного, самое трудное в этом деле – ждать.

Глава 10
Дубровский монстр

Следующий день оказался ничуть не легче, хотя скандальных пациентов не было – уже повод для радости. Благодаря моему руководству Рина отлично справилась с пополнением запасов расходников на основе лекарственных трав. Настойки на водной основе были готовы уже утром, а эфирные масла можно использовать не раньше, чем через две недели. К счастью, у меня были запасы, поэтому до полной готовности новых расходников продержусь без проблем.

Пока Рина занималась уборкой, я проверил все скляночки и довольный результатом улёгся читать книгу по реабилитологии. Нога ещё сильно болела при долгой ходьбе, поэтому приходилось давать ей как можно больше отдыхать. Я даже скатал валик из пледа и подложил под ногу, чтобы скорее снять усталость и отёчность. Пора бы уже и восстановиться – всё-таки четвёртый день болтаюсь без дела. Это в родном мире я мог бы восстанавливаться месяцами, а с целительским даром всё происходит куда быстрее. И всё равно я сходил с ума от безделья. Хорошо, хоть есть возможность поработать с пациентами, иначе скука меня бы точно одолела. И как я справлялся с рутиной на пенсии, когда моими самыми важными занятиями были споры с Алексеичем и уход за Рыжиком? Я уже не считаю редкие вылазки в магазин и аптеку за всем необходимым.

Ладно, что прошлое вспоминать? Нужно жить настоящим, а сейчас я должен настроиться на приём посетителей. Первой пациенткой оказалась девушка по имени Александра. С виду ей было лет за тридцать, а пришла она ко мне с жутким шрамом, который располагался на внешней стороне бедра.

– Это у меня ещё с детства осталось, когда собака покусала, – призналась девушка. – Я ходила к тётке за молоком, а собака с цепи сорвалась. Если бы не бидон в руках, наверно, загрызла бы, а так я бидоном отбивалась. Вон, на левой кисти тоже следы от зубов остались, но там хоть не так заметно. Целитель как смог заживил рану, но избавиться от шрамов не получилось.

Значит, плохо целитель поработал, если не довёл дело до конца. Оно ведь как раньше было? Зажило, опасности для жизни не представляет, а дальше уже не суть важно что с раной будет – затянется как-нибудь. Мало кто работал с раной до полного исцеления. Может, в те времена целителей не хватало, или такая практика имела широкое распространение. Я личного такой подход не приемлю. Если взялся – доведи до логичного конца.

– Ничего страшного, вылечим вашу ногу так, что ни одного следа не останется, – пообещал я, запуская диагностику.

– Очень на это надеюсь, – ответила девушка. – Знаете, а я с тех пор собак до жути боюсь. Как увижу бродячую стаю, на другую сторону улицы перехожу. А тут не то, что собаки, а целые волчьи стаи по городу бегают.

– Это где вы волков видели? – удивился я.

– Вы разве не слышали? – вчера на ипподроме волки лошадь задрали прямо в стойлах. Говорят, конюх от страха всё бросил и убежал, а собаки выли, словно обезумевшие.

– Простите, а вы откуда знаете?

Вопрос у меня был не праздный, потому как если верить всему, что говорят люди, можно такого наслушаться, что волосы дыбом встанут и никакое успокоительное не поможет ночью уснуть.

– Так ведь муж мой жокеем работает на ипподроме, он мне эту новость и преподнёс.

– Вот как! Тогда нужно быть осторожнее. Но вы не волнуйтесь, я уверен, что с волками быстро разберутся. Всё-таки сейчас зима, следы на снегу хорошо видно, так что охотники их быстро настигнут.

– Хотелось бы верить, – поёжилась девушка от волнения, но чуть позже успокоилась, почувствовав приятное тепло исцеления.

После процедуры Александра ушла, а рассказанная ей история всё не выходила у меня из головы. Вроде бы всё логично – середина зимы, пропитания становится меньше, вот дикие звери и тянутся к городу. Но уже много лет в Дубровске не видели волков – охотники следили за порядком и отстреливали особей, приближавшихся достаточно близко.

Я выбросил эту историю из головы и вспомнил о ней только вечером, когда за нами с Риной заехали Лёня с Ромой.

– У вас всё в порядке? – поинтересовался брат, осмотревшись вокруг, будто где-то за мебелью мог скрываться какой-нибудь враг.

– А что-то случилось? – забеспокоилась девушка.

– Говорят, за сегодня в городе три нападения на людей. С наступлением сумерек какой-то псих выслеживает одиноких прохожих и бросается на них. Два человека с рваными ранами в тяжёлом состоянии в больнице, третьему не успели помочь.

– А это не могут быть волки? – поинтересовался я, вспоминая утренний разговор с пациенткой.

– Да какие волки? Перевёртыш какой-то с катушек слетел и куражится, – выпалил Рома. – Один из выживших был в сознании, когда прибыла «скорая» и смог описать нападавшего – огромный рост под два метра, морда как у волка, покрыт густой шерстью, острые клыки, ходит на двух ногах, точнее, лапах.

Прямоходящие волки? Это нечто новенькое. Хотя, кажется, я догадываюсь где тут собака зарыта.

– А это не мог быть наш старый знакомый Берсерк? – поинтересовался я, вспоминая бой на подпольном турнире, когда меня вытащили на ринг и поставили драться против перевёртыша.

– Я тоже сразу об этом подумал, – подхватил Лёня. – Но ты на Берса не подумай. Понимаю, что у тебя с ним личные счёты, но это воин до мозга костей, хоть и отбитый на голову. И потом, он точно не причастен к этим нападениям, потому как сейчас отбывает наказание в виде пятнадцати суток исправительных работ за хулиганство и драку.

– А кроме Берса есть на примете такие же отбитые люди, владеющие этим даром?

– Да они все отбитые, – хмыкнул брат. – Но оборотней в Дубровске около сотни. Не будешь же ты всех проверять? Хотя, мне кажется, именно этим сейчас и занята полиция.

– Нет, никто особо на ум не приходит, – признался Рома. – Ты так спрашиваешь, будто собираешься поймать этого типа.

– А что, если и собираюсь? – предположил я. – Скольких людей он ещё угробит, прежде чем его удастся задержать.

– Ник, не лезь не в своё дело, – посоветовал мне Лёня. – Сейчас по городу ходят усиленные наряды полиции, предпринимаются меры, чтобы задержать этого психа. Уверен, скоро его поймают. Просто нужно быть осторожнее и не шататься где попало.

Может, так оно и есть, да только гложет меня несправедливость. Я, значит, буду отогреваться в тепле и уюте, а кто-то лишится жизни? Как целитель, я не могу позволить, чтобы люди безнаказанно гибли на улицах. Но что я могу сделать, тем более, в таком состоянии?

Мы выходили из кабинета, когда на парковке я заметил незнакомый автомобиль, где сидели два человека. Они были одеты в гражданскую одежду, но их манеры и поведение выдавали в них если не военных, то сотрудников оргнов порядка. Стоило нам подойти к своей машине, они оба выскочили из салона, но навстречу нам отправился только один. Второй остался стоять возле машины, не сводя с нас взгляда.

– Павлов Николай Александрович? – поинтересовался ближайший к нам парень.

– Есть некая вероятность, что вы правы, но утверждать не буду, пока вы не представитесь, – ответил я, готовясь к любым неприятностям. Может, это люди Потехина решили отомстить за случай на крыше «Платинума»?

– Коротков Павел Игнатьевич. Я от господина Мадьярова, – произнёс парень таким тоном, словно я сразу должен был обо всём догадаться. – Он сам слишком занят и не смог приехать. Могу я переговорить с вами с глазу на глаз?

– Без проблем, – ответил я, принимая приглашение. Напарник Короткова остался стоять на улице, не сводя глаз с моих спутников, а мы с Павлом устроились в машине безопасников.

Коротков сразу же сделал звонок и протянул мне телефон.

– Это защищённая линия, нас не подслушают, – пояснил парень, а через пару секунд на экране появилось недовольное лицо Мадьярова.

– Добрый вечер! – поздоровался я, узнав начальника имперских ищеек Ярской губернии.

– Какой он перевёртышу под хвост добрый? – отозвался Кирилл Витальевич. Точно он, ошибки быть не может – узнаю этот вечно недовольный тон. – Думаю, ты уже в курсе того, что происходит у вас в городе?

– С чего вы взяли?

– Потому как ты постоянно суёшь свой нос туда, куда не следует. И вообще, я просил по возможности собирать информацию обо всём, что происходит. Что скажешь по поводу этой пушистой головной боли?

Мне не хотелось делиться информацией, но если это поможет скорее поймать преступника, почему бы и нет? Я рассказал и об ипподроме, и о нападениях на жителей.

– Ну, вот! Я же говорю, что уже успел что-то разнюхать, – довольно хмыкнул Мадьяров. – Продолжай собирать информацию. Как только пострадавшие придут в себя, мои ребята с ними поговорят, а ты держи ухо в остро. Чувствую, этот Дубровский монстр, как его окрестили в народе, появился не просто так.

– Думаете, это не просто псих, а очередная креатура сильных мира сего? – поинтересовался я.

– Что думаю я, тебе знать не надо. Просто делай то, что от тебя требуется и не более. Связь держи через Короткова. У меня есть дела и поважнее ваших пушистых проблем.

– А можно мне тогда пистолет? Вдруг я наткнусь на эту тварь?

– Может, тебе сразу пулемётный расчёт прислать, чтобы они следом за тобой таскались? – вызверился Мадьяров. – Всё, я занят!

Кирилл Витальевич отключился, а я, обменявшись с Павлом номерами телефонов, вернулся к друзьям.

– И кто это был? – первым поинетресовался Лёня, когда мы сели в машину.

– Те же люди, которые вытащили меня с подпольного турнира, и которые допрашивали вас о случившемся на стройке, – ответил я, не вдаваясь в подробности. И так догадаются что я имею в виду, а такой ответ сразу отметёт вопросы о том, почему они обратились ко мне.

– Ну, ты и вляпался, конечно! – пробормотал Лёня, понимая, что имперские ищейки так просто от меня не отстанут.

– Интересно, ради кого же я полез на тот турнир? – произнёс я и скорчил гримасу, будто пытался что-то вспомнить. – Кажется, из-за одного близкого родственника, которого я миллион раз просил не впутываться в сомнительные истории.

– Не миллион, а раз десять, – ответил Лёня и обиженно засопел.

– В общем, завтра наведаемся на ипподром. Я хочу побывать там до того, как туда заявятся ищейки и запутают все следы. И да, нужно подумать как бороться с перевёртышем, не используя оружие, за которое по голове нас не погладят.

– У нас с Мухой есть дар ратника – вот лучшее оружие, – отозвался Лёня, похрустев костяшками пальцев.

– Шокер! – предложила Рина. – Да, за него стражи порядка по голове не погладят, но хотя бы удастся обезвредить чудовище.

– Не годится, – покачал я головой. – У оборотня слишком густая шерсть, и шокер его просто не возьмёт. И потом, нельзя подпускать тварь близко к себе. С его бешеной скоростью он успеет порвать на части клыками и когтями ещё до того, как мы успеем хоть что-то предпринять.

– Дротики, – предложил Лёня. – Можно смазать какой-нибудь сильнодействующей дрянью, чтобы сработало лучше.

– Ненадёжно, – возразил я. – Не факт, что дротик пройдёт через густую шерсть и пробьёт кожу, да и нет ни одного разрешённого средства, которое бы дало быстрый эффект, а за яды можно и на малахитовые рудники отправиться.

– Предложи тогда свой вариант, – огрызнулся брат.

– Непременно это сделаю, когда найду оптимальный выход.

Этим вечером я лёг спать далеко за полночь, потому как засиделся за книгами. Как оказалось – густой мех, звериная морда и острые когти – далеко не всё, что случается с оборотнем, когда тот принимает звериную форму. У него обостряется слух, обоняние и зрение, наступает мощный прилив сил, а сама сущность частично сливается со звериным началом. Бывали случаи, когда люди с этим даром подолгу оставались в облике зверя и забывали о своей человеческой сущности.

К противостоянию с перевёртышем я подошёл с целительской точки зрения: выяснил, что они терпеть не могут запах полыни – она сбивает их концентрацию, вызывает тошноту и головокружение, белладонна ослабляет его дар и связь со звериной сущностью, в больших концентрациях может даже вызвать дезориентацию, а рябина ослабляет силу оборотня, когда он находится в звериной форме. Если соединить эти компоненты и сделать экстракт, который распылить или выплеснуть перевёртышу в лицо, ему будет совсем несладко.