Текст книги "Остров-призрак (СИ)"

Автор книги: Сергей Баранников

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Глава 6
Ночной переполох

– Приветствую все пытливые умы на моей лекции! – начал профессор, осмотрев заполненный до отказа зал. – Для меня большая честь выступать перед такой аудиторией, ведь вы – будущие защитники Арктики!

Жидкие аплодисменты вызвали у Жданевича довольную улыбку.

– Знаете, я ведь когда-то и сам был студентом, а потому прекрасно понимаю, что в выходной день на лекцию собрались бы единицы, ведь есть куда более интересные и приятные моменты для того, чтобы провести прекрасные студенческие годы. Полагаю, что далеко не все пришли сюда по своей воле, поэтому постараюсь быть максимально краток и сделать лекцию интересной, насколько это возможно. Но прежде чем я начну, ответьте мне на вопрос: почему кто-то владеет талантом, а кто-то нет?

– Потому что у кого-то есть талант, а кто-то бесталанная чернь! – выкрикнул кто-то с галёрки. Голос мне был незнаком. Видимо, кто-то из первокурсников.

– Фи, господин с задних рядов! – поморщился Жданевич. – Это типичный ответ необразованного чурбана. Признаться, я ожидал больше от вашей академии. Есть ещё варианты? Вот вы, девушка!

– Каждый талант – это дар, который смог развиться в человеке при определённых обстоятельствах, – выдвинула свою версию Шилова.

– Это мнение имеет право на жизнь, но оно совершенно ничего не объясняет. Я же хочу поделиться с вами своей теорией, у которой есть доказательства. Что, если вы обладаете всеми талантами, которые существуют в нашем мире, но они заблокированы в вашем теле? Таланты целителя, ратника, предсказателя просто спят в вашем теле и сознании. При определённых обстоятельствах они пробуждаются, но достичь этого бывает невероятно сложно!

– Вы хотите сказать, что у одного человека может быть несколько талантов? – с недоверием поинтересовалась девушка с первого ряда.

– Не совсем так. Талант – один, просто каждый из вас раскрыл лишь одну его грань! А что будет, если раскрыть все грани? Мы станем невероятно могущественными! Мы сможем планировать свою судьбу, лечить сами себя и достигать огромных результатов.

– Профессор, а сколько граней таланта вы раскрыли в себе? – не удержался я и задал логичный вопрос.

Похоже, подобный вопрос нередко задавали Жданевичу, потому как он совершенно не растерялся, а ответил вполне спокойно:

– Увы, я до сих пор так и не отыскал способа раскрыть в себе хоть одну дополнительную грань, но я верю, что такой способ когда-нибудь отыщется, и тогда человечество ступит на совершенно новую ступень своего развития.

– Или уничтожит себя, – вмешался Трофимов, который слушал лекцию с нескрываемым скептицизмом.

– Всё зависит от уровня духовного развития общества, – возразил профессор. – Думаю, наши таланты потому и недоступны, что мы не можем управлять ими с умом. Когда наше общество перешагнёт ступень, тогда и отыщется способ.

Понятно. Сначала нужно измениться самим, достичь какой-то мифической вершины, а потом, может быть, произойдёт что-то невероятное. Или не произойдёт. Дальше я почти не слушал профессора и откровенно скучал.

С лекции я выходил со смешанными чувствами. С одной стороны, профессор Жданевич рассказывал любопытные вещи. С другой стороны, многие его высказывания граничили с безумием и откровенным шарлатанством. Конечно, каждый имеет право на собственное мнение, но навязывать его другим уже опасно, так можно и проблемы с законом получить.

В принципе, если бы профессор принялся зазывать на платные курсы по раскрытию новых граней таланта, я бы сразу записал его в шарлатаны, а так составить однозначное мнение оказалось куда сложнее.

На выходе мне повстречался Гронский, который решил поинтересоваться моим мнением. Не стал его расстраивать и ответил, что лекция вызвала смешанные чувства, но была интересной. Переоделся, вышел из академии и уже у самих ворот встретился с Кешей.

– Арс, как на счёт того, чтобы спасти сегодняшний день и посидеть вечером у нас дома? Я созвонился с Любавиным и уже пригласил его.

– Я в деле, но только если вечером будет фирменный пирог Ларисы Александровны! Всё остальное с меня.

Хоть одна приятная новость за сегодня. Первая учебная неделя пусть и выдалась короткой, но успела потрепать нервы. Думаю, мы все заслужили право отдохнуть и расслабиться. Тем более, с Матвеем я не виделся с окончания академии, и у нас есть о чём поболтать. Парень исправно отправлял мне мою долю в конце каждого месяца, но лично встретиться с ним не получалось из-за его занятости в порту.

– Арс! Приятная встреча! – пожал мне руку Любавин, когда я пришёл в гости к Уваровым.

– Взаимно! Как ты?

– Как видишь, замотался. Некогда и голову высунуть с этого порта, будь он неладен! В моей работе важно понимать главное – нужно быть поближе к камбузу, и подальше от капитанского мостика! – пошутил парень.

Через несколько минут мы устроились за столом на уютной кухне, Лариса Александровна презентовала нам свой фирменный пирог, а Крис угостила чаем из самовара.

Мы с Кешей делились впечатлениями от первой рабочей недели в качестве преподавателей, а Матвей жаловался на свои неприятности в порту. Оказалось, что быть предсказателем и работать с большим количеством кораблей не так-то и просто.

– Но самая большая проблема – это не корабли, не грузы и не необходимость это всё разместить, разгрузить, или наоборот загрузить и отправить по курсу. Самая большая проблема – это капитаны кораблей, которые постоянно лезут не в своё дело и норовят протиснуться раньше остальных. Особенно это касается капитанов торговых кораблей, которые пытаются выиграть каждую минуту, чтобы получить прибыль. Постоянно кто-то пытается выбить разрешение выйти из порта раньше остальных.

– У каждой работы есть свои сложности, – примирительно произнесла Крис. – Например, у Кеши с Арсом студенты создают кучу проблем. У меня посетители не дают покоя. Работать с людьми всегда тяжело. Иногда попадаются такие кадры, что сил не хватает их переносить.

– И всё равно я вам завидую, ребята! – произнёс Матвей. – Так или иначе, у вас жизнь спокойнее. Сидите в аудитории большую часть времени, заполняете журналы, ведёте пары, делитесь знаниями и опытом, а за это ещё и зарплату выдают.

Телефонный звонок заставил меня отвлечься от разговора. Я хотел было сбросить, но увидел на экране фамилию декана ратников. Что понадобилось от меня Трофимову вечером субботы?

– Я отойду на минутку, важный звонок! – произнёс я, поднимаясь из-за стола. В коридоре было достаточно тихо, чтобы услышать собеседника.

– Чижов? – послышался в трубке недовольный голос Трофимова. – Тебе известно, где сейчас находятся твои студенты?

– Полагаю, что в общежитии на территории академии. На худой конец, в Мурманске. Сегодня выходной день, поэтому они могут отдохнуть и быть где угодно.

– Нет, Чижов! Это твои студенты, и ты должен знать, где они находятся, что делают и что замышляют, потому как если они что-то натворят, ответственность нести тебе и всей академии.

Вот тебе и спокойная жизнь преподавателя без забот! От всей души хотелось послать Трофимова в тундру и отключиться, но я понимал, что он так просто не отстанет. Да и не стал бы Андрей звонить почём зря. Видимо, возникла какая-то проблема, не терпящая отлагательств.

– Полагаю, вы в курсе.

– Естественно я в курсе! Буквально пару минут назад мне звонили из полиции. Эти ребята устроили гулянку на теплоходе, а те, кому показалось мало, продолжили празднество в кафе «Айгун». На данный момент уже два десятка задержанных, но это число постоянно растёт.

– А за что их задержали?

– Хулиганство и с пару других причин. Собирайся и бегом в кафе «Айгун», на месте разберёшься, а я пока еду в полицейский участок.

Когда я вернулся обратно, Крис сообщила о том, что ей нужно отъехать в кафе.

– Вместе поедем! Матвей, составишь компанию?

– А я? – оживился Уваров.

– Кеша, тебя это тоже касается. Если Трофимов тебе ещё не звонил, значит, просто не успел.

Действительно, пока мы дождались такси, Андрей успел набрать Уварову, но парень ответил, что уже едет на место происшествия, чем вызвал одобрение декана ратников.

В кафе мы прибыли минут через двадцать, полиция уже была на месте. Виновники происшествия сидели с опущенными головами, но я сразу узнал в этой компании Аксёнова, Рыбакову, Эдлин и Сотникову. С ними была София Серафимова и ещё трое студентов.

– Что здесь произошло? – поинтересовалась Крис.

– Кристина Викторовна, извините, что пришлось вас выдернуть с выходного, но у нас чрезвычайная ситуация, – затараторила Лена – девушка, которая в отсутствие Крис выполняла работу администратора. – Молодые люди вели себя вызывающе, били посуду, а затем отказались платить.

– Мы не отказывались! – поднял голову Аксёнов. – Просто я потерял чековую книжку, а наличных у меня нет. Мы с ребятами наскребли семнадцать тысяч, но этого не хватило.

– А сколько они должны? – поинтересовался я у администратора.

– Двадцать шесть тысяч, плюс три тысячи семьсот за посуду.

– Запишите на мой счёт, – попросил я и повернулся к офицеру полиции. – Могу я поговорить с задержанными?

– Конечно! – пожал плечами полицейский.

Я подошёл к компании, взял свободный стул, стоящий у соседнего столика, и сел рядом.

– Ну, виновники торжества, рассказывайте!

– Мы праздновали посвящение в студенты на борту «Арктики»… – начал Аксёнов. Даже в этой ситуации он оставался лидером и первым заговорил.

– Та-а-ак!

Я уже представлял себе, как это выглядело. Готов поспорить, что Гаранин был в курсе, потому как мимо него такое событие, как аренда теплохода студентами, явно не могло пройти незамеченным. Не удивлюсь, если Коля лично присутствовал на борту и организовал культурную программу ребятам. Тогда почему не уведомил академию, и как допустил массовое задержание студентов? Можно ведь было организовать автобусы, которые развезут всех по домам, или до общежития академии.

– О том, что было на корабле, расскажете позже. Давайте ближе к делу. Что было потом?

– Потом мы решили прогуляться по ночному городу, – взяла слово Рыбакова. – Лёня выдвинул идею, а мы её поддержали. Замёрзли и решили зайти погреться. Ну и тут началось.

– Что началось? – надавил я.

– Да ничего не начиналось! – вмешался Аксёнов. – Просто мне показалось, что наш заказ готовят очень долго, вот я и переместился на кухню, чтобы самому забрать поднос и вернуться обратно. В общем, когда я появился прямо перед официанткой, эта дурёха со страху упустила поднос с нашим заказом. Пришлось уладить ситуацию и заплатить за испорченные блюда. Но я всё-таки дождался, когда наш заказ сделают, забрал поднос и переместился с ним обратно. Не мог же я вернуться за столик с пустыми руками!

– Но промахнулся! – добавила Эдлин.

– Да, малость промазал мимо столика. Видимо, выпил лишку и оплошал.

– И вылил две порции окрошки на барышню за соседним столиком, – снова вмешалась в разговор Эдлин.

Я шумно выдохнул, потому как проблемы, словно снежный ком, обрастали не самыми хорошими подробностями. Если проблемы с кафе я ещё мог решить, то уладить конфликт с посетительницей будет непросто.

– Арсений Игоревич, вы нам поможете? – с надеждой в голосе поинтересовался Аксёнов. – Мне никак нельзя в участок, иначе отец меня прикончит. Он важный человек в совете, и ему такая слава явно ни к чему. Вы же понимаете, что политические противники отца могут использовать это происшествие как способ навредить ему?

– Я-то понимаю, жаль, что ты понял это только сейчас, а не перед тем, как устроил этот беспорядок. Значит так, сейчас я буду разруливать ситуацию, а ты идёшь извиняться перед пострадавшей. Моли бога, случай, натирай талисманы на удачу – делай что хочешь, но чтобы она забрала заявление.

Леонид послушно поплёлся вымаливать прощение, а я решил последовать за ним. После пламенной речи парня, я похлопал его по плечу и поддержал его:

– От имени нашего кафе мы приносим глубочайшие извинения за этот инцидент. В качестве извинения мы сами оплатим ваш сегодняшний заказ и дарим бесплатный ужин на двоих в любое удобное для вас время. Кроме того, мы готовы оплатить чистку вашего платья, а если нам не удастся удалить пятна, мы купим вам новое, чтобы вы были также прекрасны, как сегодня.

Дама явно была растрогана столь искренними извинениями и обилием предоставленных привилегий, что легко согласилась принять извинения и забрать заявление. Теперь можно было поговорить с офицером полиции.

– Со сторону кафе претензий к ребятам нет, весь материальный и моральный ущерб пострадавшей мы оплатим сами. Она согласилась забрать заявление.

– А что делать с вызовом полиции? – произнёс офицер. – В таком случае, придётся оплатить ложный вызов.

– Я оплачу. Сколько?

– Мы деньги не принимаем, – отмахнулся офицер. – Сейчас выпишу вам штраф, оплатите в муниципалитете.

Когда закрылось кафе, посетители разошлись, а наряд полиции уехал на новый вызов, я вызвал такси, чтобы отвезти ребят по домам. Пришлось потратиться на микроавтобус, чтобы все поместились.

– Арсений Игоревич, выходит, это ваше кафе? – поинтересовался Аксёнов, когда мы вышли на улицу. – Я слышал, как вы говорили от имени заведения. Выходит, вы его владелец.

– Я всего лишь один из владельцев, не более того, – ответил я, не вдаваясь в подробности.

– Извините нас! Мы правда не хотели встревать в такие ситуации. И ещё раз спасибо, что прикрыли, иначе мне бы здорово влетело от отца. Не удивлюсь, если бы он отправил меня в Суворовское училище на перевоспитание, а там условия куда строже. На счёт денег не переживайте – я всё отдам, как только восстановлю чековую книжку.

– Принято! Только пообещай, что не будете бедокурить больше, иначе в следующий раз я могу не решить проблемы.

– По рукам! – горячо ответил парень.

Первым делом решили закинуть ребят, которые жили в общежитии академии. От нашего кафе туда ехать было ближе всего. По дороге пришлось заскочить в круглосуточный магазин, чтобы купить коробку конфет, которые любит комендантша и корзину морепродуктов для охранников на воротах. Помню как однокурсники во времена студенчества не раз пробирались в общагу таким образом среди ночи.

На территорию академии нас пропустили без проблем, а вот коменда встала в позу и наотрез отказалась пускать студентов внутрь.

– Для кого написаны правила, я вас спрашиваю? – возмущалась женщина. – Вход только до десяти вечера, а сейчас без пяти двенадцать!

– Задержались, потерялись, всяко бывает, Клавдия Матвеевна, – попытался я сгладить ситуацию и протянул конфеты.

– Чижов! Ты ещё в бытность студентом меня до белого каления довёл! Думаешь, я сейчас пойду на уступки? Пусть ты и преподаватель, это не значит, что отношение к тебе изменится. Сам нарушаешь, ещё и студентов своих учишь!

– А куда же им идти до утра?

– Вот где гуляли, пусть там и околачиваются! – отрезала комендантша.

Конечно, можно было поднять Гронского или Трофимова, чтобы они убедили женщину пропустить студентов в их комнаты, но это сулило проблемы для ребят, поэтому я решил идти до конца.

– София, ты ведь живёшь в большом доме, верно? Сможешь разместить девчонок? А Лёня с товарищем заночуют у меня.

– Пять человек? – удивилась девушка. – Хотя, мы можем разместить их в бывших комнатах Родиона и Лизы. На худой конец, в гостиной положим.

– Отлично!

Не хотелось беспокоить мать Софии с маленьким ребёнком, но я знал, что там девушкам будет безопасно. У Серафимовых есть своя охрана, да и много хлопот они не доставят. Зато есть шанс, что у Софии появятся подружки.

Следующим пунктом назначения стал особняк Серафимовых. Там мы попрощались с девушками и поехали ко мне. Вся поездка обошлась мне в две с половиной тысячи, но я не жалел денег. Бывают такие ситуации, когда нужно помочь. Тем более, Аксёнов обещал вернуть деньги. Вот и проверим парня на честность и умение держать слово.

– Это ваш дом? – удивился Лёня, когда мы вышли из такси. Его друга – стихийника по имени Роман, пришлось вытаскивать самим, потому как за время поездки его разморило, и привести парня в чувство не удалось.

– Стал бы я везти вас в чужой? – ухмыльнулся я.

– А здорово вы тут устроились! Конечно, на отшибе, но домик ничего такой!

– Не на отшибе, а в экологически чистом районе, вдали от шума города! – поправил я парня, но тот лишь хмыкнул и покачал головой.

Заходя в дом, я увидел, что свет в окнах Уварова уже не горит. Видимо, ребята уже вернулись домой и спали.

Вьюга встретила наших гостей с подозрением, но я приказал собаке вести себя хорошо, и она подчинилась. Но я всё равно уверен, что мой пушистый сторож глаз не спустит с гостей. Романа пришлось уложить в гостиной, потому как тащить его на второй этаж я не собирался, а Лёня занял комнату, в которой раньше жила Лариса Александровна.

– Арсений Игоревич, я не забуду что вы для нас сегодня сделали, – пообещал парень перед тем, как уснуть.

– А что я сделал? – тихо спросил я, глядя на провалившегося в сон Аксёнова. – Всего-то отмазал вас открупного штрафа, пятнадцати суток исправительных работ и дурной славы, которая ударила бы в первую очередь по вашим родителям.

Спать я пошёл уже во втором часу ночи. Вьюга сегодня осталась в коридоре охранять порядок в доме, а я провалился в сон, словно не спал сотню лет. Завтра будет тяжёлый, но увлекательный день, тут даже не нужно владеть талантом предсказателя, чтобы это понять.

Глава 7
Добровольцы

Утром меня разбудил звонок телефона.

– Спишь? – поинтересовался Трофимов. – А я сегодня всего три часа поспал. Почему не отзвонился по тому случаю в кафе?

– Замотался, пока решал проблемы, – пробормотал я сонным голосом. – Зато честь академи спасена и можно спать спокойно.

– Как бы ни так! Я до пяти утра разбирался в полицейском участке с приключениями наших орлов. Эти разбалованные детишки совсем с катушек слетели! То фонари побили на Набережной улице, то забрались на памятник, чтобы сфотографироваться, и не смогли слезть. Под утро доставили умников, которые решили покататься на квадроциклах. Естественно, их никуда не пустили в такое время, поэтому они закатили скандал. А буквально час назад, мне сообщили о четырёх идиотах, которые украли в порту старый якорь. Якорь, Чижов! Эта ерундовина весит сто двадцать килограмм. Скажи мне, на кой-ляд им понадобился якорь?

– Не могу знать, Андрей Константинович, ответил я, с трудом сдерживая смех.

– Тебе смешно, а вот мне не до смеха!

– Андрей Константинович, а мне обязательно было знать это в восемь утра в воскресенье? Я вчера тоже до двух часов ночи не спал.

– Не растаешь, ты же не снежная баба! – отмахнулся Трофимов. – В общем, на десять часов Гронский собирает преподавательский состав в академии по поводу случившегося. Явка обязательна.

Ещё лучше! Я бросил «Буду!» и отключился. Со стоном сполз с кровати и направился на выход. Не пойму, кто из нас вчера кутил весь вечер – я или студенты? Состояние было такое, что хотелось спать весь день и никуда не выходить. Нет, нужно выводить себя из этого состояния. Сначала приму душ, а потом небольшая пробежка по району. Хотя, тогда снова придётся принимать душ, так что проще сразу идти бегать. Но вместо пробежки я поспешил в коридор, где рычала Вьюга.

– Что случилось? – крикнул я, спускаясь по лестнице. Одного взгляда на происходящее хватило, чтобы разобраться в ситуации. Вьюга расположилась у двери и угрожающе рычала, а Роман пытался её обойти и выскользнуть в дверь. Я точно знал, что это безнадёжный вариант. Одурачить Вьюгу ещё ни у кого не получалось.

– Эта животина не выпускает меня! – пожаловался парень.

– Вьюга, молодец! – похвалил я собаку и повернулся к парню. – Сначала мне нужно убедиться, что ты в состоянии дойти до дома. Буди своего друга, мойте руки и марш за стол. Не могу же я вас отпустить голодными.

– Да мне ничего и не хочется, – признался парень.

– Ты хоть помнишь, как здесь оказался? – спросил я у парня.

– С трудом, – признался он, почесав затылок.

Пришлось загнать стуентов по очереди в душ, а затем накормить. Холодный душ может привести в чувство кого угодно. Зато теперь оба виновника вперашнего переполоха в кафе заметно посвежели и выглядели достойно. Заказал им такси до академии и занялся собой, потому как и мне пора было выдвигаться на собрание.

Уваров умчался в академию с самого утра, поэтому мне пришлось ехать одному. Вот уж кто точно выспался сегодня!

В академии собрались практически все преподаватели. Я даже не думал, что их у нас так много! Калитвинцев о чём-то оживлённо болтал с Куксиным, Трофимов сидел с угрюмым видом в стороне. Никто даже не пытался заговорить с ним, опасаясь гнева. Лёвушкин с Уваровым рассматривали чертежи, а Глинская сидела ровно и неподвижно, словно истукан. Странно, но я совершенно не видел Гаранина в зале. Ладно, копчёный окунь с тем Гараниным, найти бы где устроиться.

Я обвёл преподавательскую взглядом в поисках свободного места. Вариантов было немного: либо сидеть рядом с Мединым, который откинулся на спинку стула и с ленивым видом смотрел в окно, либо сесть поближе к выходу рядом с Мирой. Оба варианта меня совершенно не устраивали, поэтому я невероятно обрадовался, когда заметил свободное место в углу рядом с Седовой. В другой ситуации я бы ни за что не сел рядом с Региной, но сейчас компания оборотницы мне подходила больше всего. Странно, что подружки не сидели вместе. Может, Наумова опоздала, поэтому Седова сидела отдельно?

Девушка выглядела бледной и уставшей. Может, она тоже моталась по городу всю ночь напролёт в поисках разгулявшихся студентов? Хотя, кто бы говорил! Я сам сейчас был не в лучшей форме.

– Не возражаешь? – поинтересовался я у Седовой.

– Падай! – согласилась девушка. С манерами у неё, конечно, было туго. Зато как специалист по подготовке оборотников она хороший, в академии её ценят.

Минут через десять в аудиторию вошли Гронский с Остроумовой. Акулина Ивановна устроилась по центру стола, а слово взял Борис Ефимович:

– Господа и дамы преподаватели, у нас сложилась неприятная тенденция. Академия постоянно несёт репутационные потери из-за поведения студентов. Началось это ещё с первого выпуска, представители которого сейчас находятся в этом зале. Это продолжается и на четвёртый год существования работы вуза. Мы не можем позволить, чтобы наши студенты постоянно светились в городских сводках и уничтожали репутацию нашей академии, которую мы выстраиваем с таким трудом. Я хочу услышать ваши предложения.

– Я уже говорил, что нужно делать академию закрытой, – высказал своё мнение Трофимов. – Да, мы не офицерское училище, но наша академия максимально приближена к заведениям подобного типа. Все студенты должны располагаться на территории академии, покидать которую нельзя без отдельного разрешения. Пора приучать их к дисциплине.

– Если мы так поступим, растеряем половину желающих поступать. У нас и так недобор в этом году, – отрезал Гронский. – Какие ещё предложения?

– Не нужно ограничивать студентов и затягивать петлю, – вмешался я в дискуссию. – Борис Ефимович, вы же сами говорили, что не стоит давить на студентов. Тогда давайте дадим им альтернативу. Чем им ещё заняться в Мурманске, кроме как устраивать вечеринки и гулять по ночному городу? Помните, как мы организовали подпольный турнир? А всё почему? Потому что не было альтернативы.

– Ближе к делу! – потребовал Трофимов, которому явно не нравилась моя идея.

– Я предлагаю создать добровольческий отряд, который будет заниматься полезными делами. Давайте пустим энергию наших студентов в позитивное русло.

– Коллега, вы серьёзно думаете, что кто-то будет этим заниматься? – фыркнул Медин. – За бесплатно никто и пальцем не пошевелит.

Я отлично знал, что это работало в нашем мире. Взять те же добровольческие отряды, которые успешно трудились при университетах.

– Я уверен, что это сработает. Соберём инициативные группы, которым небезразлично будущее Арктики, определим цели и займёмся делом. Тяжёлой работы не будет, только посильный труд. Но помимо работы это ещё и возможность путешествовать по окрестностям, а не торчать в четырёх стенах. Я думаю направить отряд решать различные задачи по всему Кольскому полуострову. Это будет своего рода крошечная экспедиция длительностью в один-два дня. Причём, выезды будем устраивать по выходным, не чаще раза в месяц, чтобы не создавать сильной нагрузки и не вредить учебному процессу.

– А выгода будет? – ухмыльнулся Медин. – Вот скажи, Чижов, какой мне смысл этим заниматься?

– Помочь окружающему миру. Кроме того, я считаю, что академия должна поощрять активных студентов и дарить им путёвки на отдых в живописных уголках нашей страны. Это не так-то и много. На самом деле, студенты своим трудом заработают на эти поездки. Кроме того, я могу подарить всем участникам добровольческого отряда бесплатный заказ в кафе «Айгун». К примеру, раз в неделю можно получить скидку в тысячу рублей.

– Не разоришься? – ухмыльнулся Медин. – Тысяча рублей – копейки.

– Это для состоятельных студентов копейки, а я отлично помню свои студенческие годы. Мы радовались каждой лишней тысяче.

– Как по мне, затея дурацкая! – вмешался Трофимов. – Нужно ведь ещё обеспечить безопасность студентов во время таких акций. А если нападут «осьминоги», или браконьеры, или кто-то сломает руку? Ответственность будет лежать на нас.

– На счёт травм – не проблема, у нас есть целители. А что до «осьминогов» и прочих угроз, даже стены академии – далеко не гарантия безопасности студентов.

– Мне эта идея нравится. Нужно пробовать, – мягко произнесла Акулина Ивановна, а Гронский закрепил успех идеи, хлопнув ладонью по столешнице и произнеся: «Решено!».

Уже в понедельник мне пришлось проводить собрания у всех трёх курсов с целью рассказать об инициативной группе. Остроумова с Гронским присутствовали больше ради придания значимости этому мероприятию, а выступать перед студентами и отвечать на их вопросы пришлось мне одному.

Среди третьих курсов мне не удалось найти большой отклик, но оно и понятно – ребята мысленно готовились к выпуску. Зато первокурсники с горячим интересом восприняли эту идею. К концу дня в нашем добровольческом отряде оказались двадцать семь студентов и три преподавателя: я и Уваров, который был готов поддержать меня в любом начинании, а также Седова, которую я совершенно не ожидал увидеть в нашей компании.

– Надо же за вами оболтусами присматривать. Ещё натворите чего-нибудь! – объяснила свою позицию Регина.

Своей первой целью мы выбрали Териберку. Там было на что посмотреть, да и работы там немало. Вечером пятницы мы собрались в путь. Оказалось, что на словах желающих отправляться в поход было много, а вот на деле – куда меньше. К моменту, пока нам пришлось выдвигаться из Мурманска, на сбор пришёл всего двадцать один человек. Остальные отказались, либо сослались за занятость. Вьюгу решил с собой не брать, пусть охраняет дом на случай, если кому-нибудь захочется забраться туда в моё отсутствие. Да и ехать ей на квадроцикле явно неудобно, а бежать так далеко не по силам. В качестве транспорта взяли три квадрика с прицепами, погрузили вещи и расположились сами.

– Так даже лучше, Арс! Пусть сидят дома те, кто не хочет ехать. Зато никто не будет ныть и саботировать работу, – подбадривал меня Кеша, который не раз бывал в экспедициях с профессором Калитвинцевым.

Погода благоволила нам, провожая в поход тёплыми осенними лучами солнца. После недели пасмурной погоды безоблачное небо казалось настоящим чудом.

До Териберки добрались по относительно ровной дороге, но работы здесь не оказалось. Всё побережье давно заняли предприимчивые владельцы гостиниц, а туристов здесь было больше, чем в самом Мурманске. Покрутившись здесь с полчаса, мы сделали пару фото на память возле статуи кита, прошлись до заброшенной артиллерийской батареи и вернулись обратно к квадроциклам.

Нашу экспедицию спас Кеша, предложив отправиться в Дальние Зеленцы. Путь туда от Териберки был неблизкий, но главная сложность – дорога заметно хуже. Если до поворота на Туманный мы ещё не испытывали проблем, то дальше приходилось ползти с черепашьей скоростью, чтобы не перевернуться на камнях или не влететь в яму.

Дорога оказалась практически непроходимой. Дважды нам пришлось перебираться через ручьи, которые пересекали путь, а ближе к ночи один из квадроциклов напоролся на камень. Пришлось делать привал, пока артефакторы приведут машину в порядок.

– Погнули ось. Тут быстро не справишься, – объяснил мне Кеша.

– Тогда делаем привал. Заночуем здесь в палатках.

На всякий случай мы отошли подальше от дороги, чтобы ночью на нас не наткнулись случайные встречные. Нашли небольшую каменистую возвышенность, где можно было поставить палатки, и разбили лагерь. Шесть палаток встали полукругом, а в центре условного круга развели огонь. Неподалёку располагалось небольшое озеро, которых в этих краях было десятки. Рядом отыскались удобные брёвна, которые тут же приспособили под скамьи.

Стихийники поддерживали огонь, артефакторы расставили защитные артефакты вокруг лагеря, а остальные занимались установкой палаток и готовкой ужина. Кто-то прихватил с собой котелок на двенадцать литров, крупу, немного мяса и целую гору овощей. Очень скоро мы смогли подкрепиться ароматным кулешом.

После сытного обеда и долгой дороги хотелось хорошенько поспать, но с отдыхом не задалось. Оставлять лагерь без присмотра нельзя, а на первокурсников надежды нет. В итоге мы с Кешей и Региной условились спать по очереди. Время с восьми часов вечера до полуночи было на мне, в полночь в дозор заступала Седова, а Уварову выпало дежурить с четырёх до восьми утра.

Большинство ребят разбрелись по палаткам, и только несколько человек всё ещё сидели у костра и рассказывали истории из жизни. Даже я вспомнил пару забавных историй из наших прошлых экспедиций, которые с удовольствием рассказал. Время шло, и ближе к полуночи возле костра остался я один.

– Арсений Игоревич, можно? – поинтересовалась Сотникова, спрашивая разрешения сесть рядом.

– Конечно, присаживайся! – я подвинулся в сторону, освобождая девушке немного места на бревне.

– Я хотела извиниться за тот вечер, – нерешительно начала она. – Я вообще не позволяю себе такого, но Лада плеснула мне чего-то в стакан с морсом, и голова пошла кругом. Обещаю, что такого не повторится!

– Всё в порядке, все мы были студентами и совершали необдуманные поступки. Главное, чтобы обошлось без последствий.

– Благодаря вам обошлось, – призналась девушка.

Арина хотела сказать что-то ещё, но в этот момент мимо нас к палаткам прошла группа студентов, и девушка так и застыла с открытым ртом.

– Время позднее, вам пора отдыхать, – разрядил я неловкую ситуацию.

– Спокойной ночи, Арсений Игоревич! – произнесла Сотникова, подскочив с места, а затем резко остановилась и произнесла: – Спасибо за эту идею с отрядом. Благодаря вам у меня есть возможность побывать там, где ни за что не смогла бы оказаться, а ведь я люблю север!