Текст книги "Дневник Пак Се Хуна. Часть 1 (СИ)"

Автор книги: Семен Астери

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 17 страниц)

5 и 6 ноября

5 ноября, вторник

Утром, когда я уже подходил к офису, мне в шифрованный мессенджер пришло сообщение с лаконичной просьбой явиться в офис. С указанием времени и номера кабинета. Ну, просыпающийся мозг как-то даже не сразу догнал, что в сообщении речь идёт не про тот офис, куда я направлялся, а тот, где меня оформляли как контрразведчика. Только вот время они назначили совсем неудачное – посреди рабочего дня. Первым желанием было просто забить, потом подумал и решил ответить, что в указанное время не могу, а потом ещё подумал и переслал скриншот сообщения Кен Соку, который давно там работает и должен быть в курсе, как реагировать на такие приглашения. Кен Сок «обрадовал», что это, судя по номеру кабинета, вовсе не приглашение, а приказ, который игнорировать не стоит. Посоветовал отпроситься на работе, сказав, что нужно уладить вопросы в статистическом управлении министерства экологии. По его словам, обычно начальники только рады отпустить сотрудника при такой причине, потому что всегда боятся штрафов от экологов, но не очень понимают, за что их можно получить.

Как выяснилось, моему начальству было глубоко наплевать на моё расписание и планы. Когда я зашёл к главе департамента и заикнулся про экологию, статистическое управление и необходимость куда-то поехать, он попросил не отвлекать по пустякам, планировать своё рабочее время самостоятельно, но не наглеть. А если нужна машина, то обращаться в отдел логистики.

На всякий случай заглянул в отдел кадров. Хотел их предупредить, что буду отсутствовать, но наткнулся на такое же отношение – никому не интересно, где ходит руководитель отдела. Раз куда-то поехал, значит так надо. Зато мне сразу сообщили, что одна из моих сотрудниц ещё не пришла и не предупредила об опоздании или отсутствии. Да, учитывая, что рабочий день к тому времени уже час как начался, я понял, что Ен Су опять пропала. Я, в отличии от кадровиков, знал, как она уже пару раз так поступала и понял, что появится эта не очень умная сотрудница, скорее всего, только завтра. В этот раз я не стал говорить, что отпустил её или вообще в курсе её поведения. Попросил уведомить, если сообщит об уважительной причине, а в ином случае ставить прогул и не сомневаться.

В отделе шла неспешная подготовка к выезду на объект, предварительно запланированному на завтра, так как на сегодня в прогнозе был проливной затяжной дождь, которого, кстати, так и не случилось. Тут моё отсутствие заметят только сплетники, продолжающие обсуждать личную жизнь Ен Су.

Добирался до контрразведки, как меня научили, то есть вызвал такси, которое вовсе не такси. К назначенному времени был в указанном кабинете, где обнаружился молодой солдатик, исполняющий обязанности секретаря перед дверьми в кабинет большого начальника. Солдатик с чувством собственного достоинства и незаменимости, даже не спрашивая моего имени, предложил обождать, доложил о моём приходе и только потом попросил проходить.

В кабинете за большими дверями оказался тот самый друг господина Ли, который прошлый приезд просил не беспокоить моего соседа из-за слабого сердца и вручил свою визитку. Сегодня он тоже первым делом поинтересовался здоровьем Ли Ю Гена, поспрашивал о моих делах и самочувствии и только после этого представил уже присутствующих в кабинете людей в военной форме. Это были армейские полковники и один генерал, которые отвечают за разработку и производство взрывчатки у нас в стране. И позвали меня, как несложно догадаться, чтобы объяснить им, почему иностранные поставщики лучше, чем их кустарные поделки. Ну ладно, насчёт кустарных загнул.

Я объяснил свою точку зрения: с помощью того, что производят у нас, вполне можно взорвать что угодно, но нельзя гарантировать, что взрыв будет точно таким, как запланировали. Войсковые спорили. Рассказывали про контроль на производстве, тесты и испытания. Говорили, что сами взрывали всё, что угодно и никогда не было никаких проблем. Да, все трое были старше меня и, наверное, опыта взрывных работ у них гораздо больше. Но я их со всем уважением поставил их на место одним вопросом: готовы ли они заминировать ближайший мост в Сеуле и потом в течение десяти лет каждый день ходить по нему? Сразу выяснилось, что есть сроки годности, надо будет назначать даты поверок и проверок, периодически проводить испытательные тесты… Вот, когда сказали про «испытательные тесты», хозяин кабинета заявил, что всё понял. Вежливо попросил рассмотреть возможность совместной работы над новыми образцами взрывчатки для, как он сказал, прецессионных работ и попросил держать его в курсе подвижек по этому вопросу. После чего попрощался, пожелал всего хорошего, и отпустил всех, но мне предложил задержаться.

Наедине, друг моего соседа и, судя по визитке, консультант в какой-то заштатной фирме, которого, как выяснилось, беспрекословно слушаются генералы, сказал, чтобы я не рассчитывал на то, что эти армейские чиновники хоть что-то сделают. По его словам, там надо выгонять всех поголовно и набирать новых управленцев, которые будут жадные до свершений, готовые что-то делать и умеющие принимать решения. А вот те, что тут передо мной сидели, годятся исключительно на роль болванчиков – говорить то, что надо, и продолжать делать то, что делали всегда. Или, точнее, не делать то, что раньше не делали. «На словах они герои, а в постелях червяки». Но при этом очень нехорошо, что нам приходится покупать что-то у иностранных партнёров. Учитывая то, что Республика Корея является одним из ведущих экспортёров вооружения, очень странно слышать, что мы сами не можем произвести такую простую вещь, как бомбу! Ну, вот он так и сказал – «бомбу». Я пытался рассказать, что это не так, но детали господин консультант непонятной компашки игнорировал.

Итогом нашей встречи он назвал заключение, что в этот раз ввиду экстренной необходимости они приобретут указанные мной материалы у союзников, но на будущее мне стоит искать возможности как можно больше использовать продукцию отечественного производства. А кроме этого, от меня, оказывается, ждут предложений о создании нужных материалов, ведь план «восемь-восемнадцать» пока никто не отменял.

Разговор прервала начальница нашего отдела кадров, позвонившая сообщить, что меня уже полчаса ждёт соискательница для собеседования. Сделала мне выговор, за то, что разрешил назначать встречу на любое время, а сам пропал. Надо, говорит, было хотя бы предупредить. Я не стал спорить, просто сказал, что скоро приеду, извинился перед недовольным контрразведчиком, который меня сразу отпустил, сказав, что все важные вопросы мы обсудили, и на лже-такси отправился в офис. (Так и хочется написать «фейк-такси», но народ же неправильно поймёт)

Собеседование меня порадовало. Пришедшая девушка училась тем же предметам у тех же преподавателей, что и я пять лет назад. Были, конечно, некоторые изменения, но в целом я в ней узнал себя молодого и неопытного. Только мне кажется, что я был более общительным и раскованным. Если я правильно помню, от меня на собеседовании мои будущие руководитель отдела и начальник получали не только односложные ответы «да» и «нет».

Хотя, что касается моей новой сотрудницы, то она стала отвечать полно и подробно, как только я перестал интересоваться её личной жизнью и делами родного факультета, а стал её спрашивать по делу. Отлично решила простенькое тестовое задание. С задачей посложней возникли сложности, так как там трудно было посчитать большие цифры в уме без компьютера или калькулятора, но она всё же справилась. Причём смогла аргументированно рассказать, как решала и почему именно так. В общем, умная девчонка. Почти как Хе Рин. Внешне, кстати, девушка совсем не выделяется: невысокая, без выделяющихся форм, в огромных очках, волосы скучно собраны в хвостик. Кажется, под очками спряталось миловидное личико, и голосок, вроде, ничего, но зато оделась она как будто в бабушкины пиджак и юбку. Тем не менее, мне с ней работать, а не любоваться, так что главным фактором стало её умение решать задачки.

Договорились, что она выйдет на работу завтра же, с испытательным сроком, но полной зарплатой. Я, честно говоря, боялся, что девчушка найдёт другое место, поэтому не стал тянуть, но потом молодая кадровичка мне объяснила, что так делать ни в коем случае нельзя – надо было сказать, что мы позвоним, потому подумать, обсудить, рассмотреть другие кандидатуры и только после этого приглашать лучшего соискателя на оформление. Обещала пожаловаться на меня начальству. Спросил её, где ещё соискатели, рассчитывая смутить, но она уверенно заявила, что таковых полно и мне надо только выбрать. Я потом специально проверил – в почте больше ни одного адекватного резюме.

Мне, кстати, ближе к вечеру, действительно, звонила руководительница отдела кадров, спрашивала про новую сотрудницу, но, главное, порадовала, что устроила мою протеже на работу. Так что Да Ра тоже выйдет завтра. На место младшего секретаря заместителя директора. Услышав название должности, я высказал удивление, что у директора есть зам, на что мне было заявлено, что стыдно не знать такие вещи и через десять минут на почту упала структура организации и именами всех сотрудников. Теперь я в курсе, что у директора Мин Бен Хона есть два заместителя – один отвечает за финансовые вопросы, а второй за организационные. Заодно я выучил имена всех руководителей отделов. Кстати, у каждого из них тоже есть заместитель и только в моём отделе соответствующая ячейка не заполнена. Хотя, надо держать в уме, что я пока не руководитель, а только исполняющий обязанности. Вот когда возглавлю отдел полноценно, тогда и возьму себе помощника.

В обед, как вчера, ездили с Хе Рин в старое кафе. Я сказал, что, вообще-то, рядом с новым офисом тоже есть места, где можно пообедать. И их даже несколько! Но подруга объяснила, что ехать до них на машине нерационально, а вот ехать на машине куда-то в другое место вполне логично. Женская логика) Но обещала, что завтра поедем куда-нибудь ещё. На самом деле, я Хе Рин прекрасно понимаю – ей хочется кататься на своей новой игрушке, вот она и пользуется для этого любым предлогом и даже создаёт таковые при возможности.

А послеобеденное рабочее время я целиком посвятил проверке вчерашних расчётов. Периодически посматривал в окно на то двенадцатиэтажное здание, что нам надо взорвать и не мог понять, кому оно помешало. Нам, к сожалению, не рассказывают историю объектов, с которыми мы работаем. Только сухие цифры: дата постройки, срок эксплуатации, срок простоя, если таковой был. И куча технических данных, по которым тоже иногда можно погадать о предназначении постройки. В некоторых случаях дополнительно сообщают, об обнаружении критических разрушений и становится понятно, что именно из-за них постройку нужно сносить. Но вот в данном конкретном случае ничего указывающего или подсказывающего в материалах не было. Надёжный фундамент, крепкая постройка, но городские власти почему-то распорядились снести и разбить на этом месте новый парк. И завтра, если не подведёт погода, мы волю администрации выполним.

После работы отрабатывал свою повинность, как руководителя – отвёл всех коллег в ресторанчик неподалёку. Выбирал через интернет заранее, ориентируясь на отзывы, а бронировал по телефону, так что внутреннее убранство, к сожалению, не видел. Мы привыкли, что на корпоративах всем отделом сидим за одним большим столом, а тут столиков было много маленьких на четыре человека каждый причём все они со встроенным барбекю и сдвинуть их не получилось. Так что все разбились на маленькие группки, что, как мне кажется, не очень хорошо для корпоративного слаживания.

А ещё грустно было, что с нами нет теперь транспортников. Они всегда отжигали. Их начальник постоянно генерировал новые тосты, громко для всех рассказывал смешные истории из своей жизни. Все понимали, что большую часть из них он придумывал прямо на ходу, но всё равно было весело. Ну, а я лично жалел, что отсутствует Ми Ша. Он же обещал меня вовремя с таких пьянок эвакуировать.

В итоге, я больше делал вид, что пью, чем пил на самом деле, зато много говорил, пытаясь компенсировать отсутствие основного балагура. К концу вечера началась какая-то движуха – все стали как-то хаотично пересаживаться, чтобы угостить кого-то определённого или задать кому-то насущный вопрос. И самым популярным собеседником оказался, как ни странно, я. Ну ладно, должность эту популярность подразумевает, так что ничего странного. То есть меня кормили, наверное, все по очереди. В итоге домой приехал трезвый и сытый.

6 ноября, среда

Редкий в последнее время день, когда всё происходило по плану. Ну, за исключением этой [ХХХХХХХ] Ен Су. Она опять не пришла, и я даже заехал к ней вечером. Вставил ей мозги на место и завтра, уверен, она вернётся на работу.

Первым делом, придя в офис, я порадовался, встретив нашу новую сотрудницу. Раз она вышла к нам на работу, то теперь вольётся в процесс, сдружится с коллективом и останется тут навсегда. Я показал ей что и как, познакомил с коллегами, помог освоится на рабочем месте и сделал для неё кофе. Для того, чтобы она лучше вникла в процесс, попросил её проверить мои расчёты по сегодняшнему объекту. Потом, уже после обеда, мы вместе с ней засели разбирать откуда берутся некоторые константы, я показал, как иногда можно упростить вычисления без ущерба для точности или с незначительной погрешностью. Понятно, что с одного раза она всё не запомнит и мне придётся ещё не раз всё это повторять и показывать, но меня порадовало, что девушка не тупила и интересом вникала в новые для себя аспекты.

Но вернусь к планам и их исполнению – взрыв был сегодня показательным. Мы в этот раз использовали поэтажные подрывы, то есть сначала взрывались заряды на самом верху, через доли секунды чуть ниже, потом ещё ниже и так до самой земли. Да, это финансово затратно, но зато надёжно и, главное, зрелищно. То есть обычно мы, разумеется, во главу угла ставим надёжность и безопасность, но за сегодняшним взрывом, как меня ещё в пятницу предупредил Бен Хон, планировала наблюдать вся компания и было желательно устроить показуху. У нас получилось. Нарушая в очередной раз хронологию, замечу, что Хе Рин мне потом сказала, будто даже председатель Мин Кан Мин наблюдал и высоко оценил результат. Хотя, как я понимаю, для него самый лучший и правильный результат – это положительное число в итоговом балансе.

А ещё, сразу после взрыва мне позвонила Да Ра. Говорит, что она в восторге и жалеет только, что на её сорок шестом этаже не было слышно звука взрывов. Спрашивала насчёт перевестись в мой отдел, чтобы в следующий раз быть ещё ближе к эпицентру событий. Пришлось её огорчить – сказал, что подходящих вакансий нет, хотя на самом деле просто боюсь, что в присутствии такого сладкого соблазна поблизости не смогу себя сдерживать. А я ведь так с ней и не расставил все точки над ай. Обязательно в ближайшие дни приглашу её, например, поужинать или просто погулять и всё расскажу. Надо было, конечно, это сделать до того, как она вышла на работу.

Обедали с Хе Рин сегодня в каком-то новом кафе, но как сказала девушка, больше туда не поедем. Там пришлось долго ждать, еда не очень вкусная, а самое главное, нет окна, через которое можно было бы поглядывать на новый белый ягуарчик.

После обеда вернулся к обучению новой сотрудницы, на которую, похоже, когда-нибудь я смогу свалить все расчёты. Правда, ей нужен кто-то проверяющий, чтобы меня совсем освободить от этой задачи, как того просит глава департамента. Помощник или, наоборот, начальник.

Ен Су до вечера так в офисе и не появилась. Её подружки сказали, что в мессенджере и на телефон она не отвечает. А так как раньше она пропадала только на один день, стало понятно, что не всё так просто. Вспоминая, как в понедельник весь отдел обсуждал её личную жизнь, я предположил, что она сильно обиделась и не хочет появляться в коллективе. Понимая, что на мне есть некоторая ответственность за произошедшее, я решил заглянуть к ней лично по пути домой и попробовать убедить, что все слухи и разговоры пройдут, а вот с работы за прогулы она может вылететь и это исправить будет значительно сложнее. Почувствовал себя настоящим начальником, который несёт ответственность за каждого из своих сотрудников, независимо от наших прошлых отношений.

Где Ен Су живёт я знаю – провожал когда-то до дома. Поднялся на нужный этаж, немного мандражируя, постучал в нужную дверь и… познакомился с её родителями. Вообще-то, я просто не сообразил, что живёт она не одна и откроют мне люди, с которыми, честно говоря, я объясняться совсем не хотел. Не знаю, что она про меня рассказывала, как они теперь ко мне относятся, чего от них ожидать. Если б сообразил вовремя, наверное, и не пошёл бы. Но, раз уж так случилось, пришлось представиться по всей форме, рассказать зачем пришёл и попросить дать возможность пообщаться с их прекрасной дочерью.

Отец Ен Су в последствии не оставлял меня и поговорить с сотрудницей наедине мне так и не дали. Да я, собственно, и не настаивал. Наверное, так даже лучше – не будет потом лишних поводов для слухов и разговоров. Но так как мы были не одни, я не стал говорить чересчур откровенно, так как не знаю, чем Ен Су готова делиться с родителями, а что предпочитает оставить личным. Я и так её подставил – оказалось, отец думал, что она временно работает на удалёнке из-за карантина в офисе и за прогулы, похоже, после моего ухода ей досталось.

У меня же, похоже, прорезался талант политика – я говорил много, уверенно и убедительно, но по факту не сказал по делу практически ничего. Мою пятиминутную речь с метафорами, отсылками, вопросами к самой Ен Су и к её отцу можно свести к одной фразе – «всё пройдёт, пройдёт и это». Ну и, возможно, ещё можно было сделать вывод, что она дура. Я прямо этого не сказал, но всё время подразумевал. Закончив «выступление», не стал добиваться каких-то обещаний, а встал, попрощался и ушёл. Надеюсь, отец продолжит вправлять ей мозги и завтра увижу её, возможно, заплаканную и не выспавшуюся, но на рабочем месте. Но ходатайствовать в отделе кадров, чтобы на её прогулы закрыли глаза не буду. Пусть режут премии и часть зарплаты, чтобы был урок на будущее.

Около дома заглянул в лапшичную. Очень мне нравится, как там готовят. Жаль, что я раньше туда не заходил, ведь это точно лучше, чем рамены разогретые в микроволновке, хотя и несколько дороже.

7 и 8 ноября

7 ноября, четверг

Утром меня бросила Да Ра. Да, вот так. Пока я думал, как пригласить её для разговора, как помягче объяснить, чтобы не было слёз и обид, она просто позвонила рано утром, когда я только собирался выходить из дома, сообщила, что влюбилась в кого-то другого, и попросила понять и простить. Ещё спросила, не будет ли это проблемой на работе, могу ли я никому ничего не рассказывать и не стоит ли нам при встрече делать вид, что не знакомы. Объяснил ей, что она глупышка, раз решила, что я могу о наших отношениях что-то кому-то рассказать. Уверил её, что мы вполне можем остаться друзьями и, более того, я всегда буду рад ей помочь советом или делом, если вдруг понадобится.

Когда я уже был в офисе, только-только налил кофе в свою большую непроливайку и раздумывал будет ли приличным, если я предложу сделать кофе новой сотруднице или окружающие это могут принять за ухаживание, позвонил представитель семьи Мин. Тот самый, что приезжал полторы недели назад на место аварии и обещал закончить оформление документов и всё уладить. Так вот, этот [ХХХХХХ] ничего не уладил. Мне он рассказал, что я что-то неправильно отметил в бумажках для страховой и та теперь отказывается возмещать ущерб. И как-то он так вывернул, что это моя вина и мне платить. Единственное, уточнил, что ремонт ягуара на меня, конечно, никто вешать не собирается, а мне предстоит разбираться с владельцем лэндкрузера. Мои контакты представитель ему уже передал и надо было дождаться звонка и согласовать сколько и когда я буду платить. Ну, это он так сказал.

Я поначалу растерялся и согласился, а потом стал думать, уточнять и разруливать. Первым желанием, не скрою, было позвонить Хе Рин и спросить совета, но я решил, что будет слишком похоже, будто я жалуюсь и прошу меня спасти. А это как-то не по-мужски. Подозреваю, подруга без проблем решит эту проблему, просто отправив к пострадавшему того же представителя с нужной суммой. Не подумайте, будто я считаю чужие деньги, но я помню, как в ту субботу после аварии она в караоке-клубе потратила столько, что хватило бы купить такой лэндкрузер. Ладно, это я гиперболизирую. Посмотрел сейчас сколько стоят такие драндулеты и сколько они жрут бензина – теперь не понимаю, зачем вообще существуют такие машины.

Но вернусь к порядку и хронологии. Внимательно подумав после звонка представителя, я решил первым делом узнать в страховой, что им мешает оплатить ущерб. Возможно, решил я, ошибку получится исправить. К сожалению, представитель мне не сообщил ни названия, ни контактов компании, в которой была оформлена страховка. А когда я ему пытался позвонить с этим вопросом, постоянно скидывал. И вот на это, кстати, я обязательно пожалуюсь подруге, если не забуду. Сегодня, вот, забыл.

Но не всё упирается в представителя. Можно было спросить у Хе Рин, но думаю, она на такие вещи внимания не обращает и названия страховой не помнит. Но я же сам держал бланки в руках, отмечал там галочками нужные пункты… Напрягая память, вспомнил, что там вроде был логотип самсунга, так что туда и попробовал позвонить. Разумеется, мне бы там никто ничего рассказывать не стал бы, потому что я не имею никакого отношения к делу, поэтому я назвался представителем семьи Мин, сказал, что ранее уже отправлял копию соответствующей доверенности, а уже потом спросил о подробностях аварии. Прокатило, но только частично. Меня сразу переключили на некого персонального менеджера, который этого представителя, наверняка, знал по голосу, так что дальше я назывался собственным именем и рассказал, как всё было на самом деле. Менеджер ответил, что помнит это дело, но ничем не может помочь, никаких данных предоставлять не имеет права, а претензию рассмотрит, только если её подаст владелец машины, страхователь или их уполномоченный представитель. Единственное полезное в его словах было упоминание о причине отказа в выплате – отсутствие сведений о пострадавшем и его страховом полисе в реестре страховщиков.

Вот тут я завис. По отдельности все слова понятные, но вместе обозначают что-то недоступное мне. Посоветовался с интернетом. В результате, я понял, что страховые компании создали какую-то общую базу данных, куда заносят данные обо всех клиентах. А я, наверное, ошибся в номере полиса или в имени того парня, что был на лэндкрузере, так что теперь страховая самсунг не может его найти и выплачивать деньги просто некому.

Поначалу я склонялся к мысли, что меня это коснуться не должно. Ведь если они не могут найти, кому платить, то и я не найду. Потом пришло в голову, что сам пострадавший или его страховая могут выйти на самсунг в поисках денег. Да и представитель сказал, что оставил им мой номер. А в конце концов я догадался, что может выйти какой-нибудь срок подачи чего-нибудь и обязанность выплаты ляжет на меня. А если всё исправить сейчас, то система страхования сработает штатно и все расходы возьмёт на себя самсунг.

В момент самых сложных раздумываний мне позвонила Да Ра. Интересовалась не будет ли у неё проблем из-за любовной и интимной связи на работе. Успокоил её, объяснив, что она не в моём отделе, но она меня несколько огорошила, заявив, что не про меня речь. Было немного обидно, кстати. Но, вообще-то, вполне естественно, что она нашла себе нового парня, как только вышла на работу. Наверное, ровесника или чуть старше, уже работающего в немаленькой компании. В общем, рассказал девочке, что корпоративным кодексом какие-либо отношения на рабочем месте не одобряются, поэтому лучше в офисе делать вид, что не знакомы. Чтобы она не переживала, привёл в пример директора и руководительницу отдела кадров. Сам в это время вспоминал Ен Су, с которой, возможно, и не стоило в своё время вообще общаться. Она, кстати, сегодня опять не пришла. Даже возникла мысль, что зря потащился к ней домой. Ведь эта дура расскажет потом всему отделу, что я к ней в гости приходил.

Дальше я половину дня пытался придумать способы найти того парня на лэндкрузере. В тот момент я думал, что это в его интересах, ведь я собирался исправить ошибку в документах, чтобы самсунг мог оплатить ему ремонт автомобиля. Вот только простых идей в голову не приходило. Документы, в которых есть хоть какие-то данные, страховая выдавать отказывается, несмотря на то что я сам их заполнял. Даже сами эти данные не разглашает. Спрашивать у Хе Рин бесполезно. Ловить все похожие лэндкрузеры на дорогах Сеула нереально. Те полицейские, что проверяли у парня документы навряд ли что-то помнят.

Вот последние две мысли меня натолкнули на правильную идею. Я решил, что мне может помочь полиция. Те специалисты, которые мониторят дорожное движение с помощью видеонаблюдения. Недавно я читал, что в городе уже почти двести тысяч камер, половина из которых контролирует дороги. Должна же найтись хоть одна, которая записала ту улицу, где произошла авария. Я надеялся разглядеть хотя бы номера едущих в нужную сторону внедорожников, что сократило бы поиск до минимума. Ну а в идеальном случае, получится увидеть сам момент аварии и именно тот автомобиль, что в ней участвовал. А зная номер автомобиля, надеюсь, я найду владельца, его телефон и адрес. В интернете есть информация обо всех автомобилистах, если знать где искать.

Правда, сегодня я всё задуманное сделать не успел – сначала отвлёкся на рабочие вопросы, а потом ушёл на обед и не вернулся. Из-за плохого прогноза погоды пришлось переносить все взрывные работы на следующую неделю. Я несколько переживал, что глава департамента будет недоволен задержкой, но он только пожалел, что работы планируются где-то далеко от офиса и не получится понаблюдать из окна, как вчера.

На обед Хе Рин в этот раз никуда меня не повезла, зато мы дошли пешком до весьма фешенебельного ресторана в соседнем здании, где нас уже ждал её брат с женой, Ми Ша с Тамарой, ещё несколько уже мне знакомых и незнакомых человек. Через пару минут после нас пришли ещё и бывшие мои продажники. Оказалось, мы собрались отметить создание новой маркетинговой компании. Могла бы предупредить.

Очень интересный опыт, чувствовать себя причастным к созданию чего-то нового. Да, я понимаю, что моя роль в данном событии не велика – я просто своими переживаниями по поводу сотрудников создал ситуацию, а потом только присутствовал при принятии ключевых решений. Если бы у меня скопилось побольше денег на счету, то я мог бы, наверное, поучаствовать финансово, как Тамара. Если бы был кто-то способный меня заменить на текущем месте работы, то мог бы согласиться на предложение поработать в новой компании. Если бы понимал что-то в маркетинге, продажах и деловых переговорах, то попробовал бы принять участие хотя бы совместительствуя. Но в данном случае, как я понимаю, на торжественном обеде я присутствовал скорее, как сопровождающий Хе Рин, чем в качестве реального участника событий.

Вот мои бывшие коллеги, которые уже успели, кстати, найти нам первого заказчика, уверены, что всё это, наоборот, закрутилось только благодаря мне. Благодарили несколько раз так, что мне даже стало неудобно. Хорошо, что рядом всё время были Хе Рин, а позже ещё Бен Хон и другие, так что большАя часть вежливости продажников доставалась окружающим.

Когда представился удобный момент, я спросил Хе Рин про аварию, и не помнит ли она номер пострадавшего автомобиля. Конечно, она не помнит. А жаловаться на представителя я, как уже упоминал, не хотел. Думаю, завтра позвоню в полицию и, возможно, даже напишу им официальный запрос, чтобы нашли видеозаписи.

8 ноября, пятница

Наверное, я сегодня последний раз напишу про Ен Су. Так надо.

Он была по своему хорошей девушкой. Не очень умной, не самой красивой, но доброй и заботливой. Я вспоминаю, как она готовила мне обеды, как заботилась, чтобы я не оставался голодным. Я не писал раньше, хотя стоило упомянуть, что Ен Су было отличной сотрудницей. Её очень хвалит начальница и о ней отлично отзываются подруги и коллеги. Никогда не оставляла никого без помощи, если попросить. Думаю, будь у неё побольше самоуверенности, мы бы до сих пор были бы с ней.

Но вчера утром, как говорят, по пути на работу, она сделал самую большую глупость. Спрыгнула с моста в реку. И больше её нет. Теперь она никогда не придёт в офис. И никогда не прогуляет работу. Никогда не получит мою премию, которую, кстати, перестали ей перечислять, как только мы сменили компанию. Да, она доставила мне немного неприятностей, но ведь с этим можно дальше жить. Я её уже, конечно же, простил. Собственно, даже говорил об этом самой Ен Су лично. Большинство коллег сходится во мнении, что она сама виновата. Загнала себя в такую ситуацию, из которой не было иного выхода. Говорят, что ни одна девушка не смогла бы пережить такого позора.

Чушь!

Виновата точно не Ен Су. Виноват тот, кто раскрыл врачебную тайну, рассказав всем о её личном и сокровенном. Виноваты её коллеги, которые поверили слухам и сплетням и не поддержали свою подругу. И я виноват, наверное, больше всех. Сначала не опроверг, потом не предусмотрел и не убедил. Я должен был донести до неё, что все эти разговоры не более чем болтовня ничего не значащих куриц. Кроме того, возможно, стоило пообещать ей, что наши отношения восстановятся. Но, насколько я помню, я не смог такого сказать в присутствии её отца, который нас не оставлял наедине. А вдруг он вообще не в курсе, что у нас что-то было?

Да, не хочу говорить, что мир крутится вокруг меня, но, если подумать, то именно мои действия привели Ен Су к такому итогу. Не будь меня – не было бы всей ситуации ложными обвинениями, значит не было бы повода обсуждать личные дела девушки, значит, скорее всего, врачебная тайна так и осталась бы тайной. Кроме того, раз уж так сложилось, то впервые услышав эти сплетни, я мог однозначно и категорично заявить, что это всё ложь. Уверен, мне бы поверили, решив, что ошибся тот, кто заглянул в чужую медицинскую карту.

Кстати, этого любителя копаться в чужих секретах и трубить о них на весь мир было бы неплохо вычислить. Правда, пока не представляю как.