355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Сандра Джоунс » Одержимые любовью » Текст книги (страница 3)
Одержимые любовью
  • Текст добавлен: 24 сентября 2016, 07:52

Текст книги "Одержимые любовью"


Автор книги: Сандра Джоунс



сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 10 страниц)

4

Про таких, как Салли Браун, говорят – соль земли. Судьба не слишком ее баловала, а Господь обделил красотой, зато наградил здоровьем и жизнелюбием.

– Здоровье у меня о-го-го! И мужик бывает под боком. Чего еще надо? – говорила она. – Так что мне грех жаловаться.

Дородная рыжеволосая ирландка и в самом деле не могла пожаловаться на невнимание со стороны мужчин: она нажила двух детей от разных отцов. Салли любили в округе за доброту и отзывчивость. Ее дом был открыт для всех.

У Салли был помоечный черный кот. Приблудившись к ней котенком, он первым делом налил в горшок с ее любимой белой хризантемой, после чего цветок зачах. В тот же день мелкий пакостник залез в мойку на кухне и окропил кружку Салли, за что его и окрестили Писюком.

– А ну, лежебоки, вылазьте из кроватей! – раздался с кухни зычный голос Салли. – Опоздаете в школу, я вам так задницы надеру, что месяц не присядете, ей-Богу!

Флер улыбнулась. За три недели, что она провела здесь, она успела полюбить эту шумную добрую женщину.

– А их там нет. Брайан возится во дворе с велосипедом, а Долли кормит под столом кота.

– Вот паршивцы! А мне и невдомек! – Салли заглянула под стол. – Так вот ты где, моя красавица! Ну-ка вылазь!

– Не вылезу! – твердо заявила Долли, упрямо мотнув рыжими кудрями, и задвинулась еще глубже. – И в школу не пойду!

– Не пойдешь? – передразнила Салли. – Лучше вылазь по-доброму! Не то принесу ведро воды и всю тебя окачу! Тогда враз вылезешь, чтоб мне пусто было.

– Вылезу, – согласилась девочка. – А в школу не пойду!

Салли заговорщицки подмигнула Флер.

– Вот тут одна юная леди говорит, что не пойдет в школу. Как нам быть? Ума не приложу!

Флер тут же включилась в игру:

– Жаль! А ты купила ей пакетик сладостей на ланч. – Здесь по сценарию следовал тяжкий вздох. – Придется нам съесть.

– Ладно. И как я сама не додумалась?

– Долли смелая девочка, – продолжала Флер.

– Смелая? С чего ты взяла?

– Я бы не смогла целый день сидеть под столом. Одна-одинешенька, да еще на пустой желудок… А ты бы смогла?

– Боже упаси! – подхватывала Салли с притворным ужасом. – Но я дочке мешать не стану. Вот придут за ней подружки, я им так и скажу. Долли в школу не пойдет. А ведь сегодня урок домоводства… Все девочки напекут ячменных булочек, а наша Долли сиднем просидит под столом, – Она смачно причмокнула. – Уж до чего я люблю эти булочки! Такие вкусные, румяные и рассыпчатые… Намажешь их маслом, а сверху малиновым джемом, ну прямо язык проглотишь!

– А на уроке географии дети пойдут на прогулку в парк, – вторила ей Флер. – Ведь сегодня у нас пятница.

– Ну да! – Салли одобрительно кивала. – Все ребятки пойдут в парк, где стоят старинные пушки, а потом на озеро. Кормить уточек.

– Нет, на озеро мы не пойдем! – раздался из-под стола жалобный голосок. – Вот почему я не хочу идти в школу!

Салли подошла к столу и, заглянув под скатерть – глаза девочки покраснели от слез, – ласково спросила:

– А кто сказал, что вы не пойдете на озеро?

– Кэти Джоунс, вот кто! А еще она сказала, что мне не разрешат идти в паре с Бетти. – Долли шмыгнула носом. – Раз так, я на прогулку не пойду.

– А в школу пойдешь как миленькая! Вылазь! Мне спорить с тобой недосуг, паршивка ты эдакая!

– Не вылезу!

Раздался звонок в дверь, и Салли побежала в холл, буркнув:

– Видать, молочник пришел за деньгами. Вылазь по-доброму!

– Не вылезу! – В упрямстве Долли не уступала матери.

Сев на корточки. Флер забралась под стол и спросила:

– А откуда Кэти Джоунс знает, кто с кем пойдет и куда?

Долли посмотрела на Флер так, словно та только что сморозила глупость, и с обреченным видом ответила:

– Кэти Джоунс знает все.

– А ты всегда ходишь на прогулки в паре с Бетти?

– Всегда.

– Значит, и сегодня пойдешь, вот увидишь! И уточек покормишь. Если не пойдешь, я… съем вот эту скатерть.

– Не съешь!

– Нет, съем! Спорим?

Когда Салли вернулась, из-под стола доносился смех. Скоро Долли отправилась в школу, держа в одной руке портфель, а в другой – руку неразлучной подружки Бетти. Брайан шел за ними на почтительном расстоянии: не хватало еще, чтобы его увидели в обществе двух сопливых девчонок. Худой и долговязый, в свои двенадцать лет он считал себя чуть ли не взрослым мужчиной.

– И как ты умудрилась уговорить ее вылезти? – спросила Салли, ставя на плиту чайник.

Флер рассказала все как было, не утаив и спор на скатерть, что не привело Салли в восторг.

– Еще чего удумали! Да это моя лучшая скатерть! – И тут же от души расхохоталась. Ее задорные голубые глаза утонули в лучиках морщин, дородная грудь заходила ходуном, затряслись даже кудряшки перманента.

Раздался телефонный звонок.

– Кому еще там приспичило? – Салли выбежала в холл и схватила трубку. Послушав, с раздражением ответила: – Счет за газету я оплачу! Только больше не суйте мне в дверь всякую дрянь. У меня двое малых детей, и я не хочу, чтоб им на глаза попалась ваша парография. Держите ее на почте под прилавком. Кому оно надо, пусть сам забирает. Ясно?! – И со всего маху брякнула трубку на рычаг.

Багровая от возмущения Салли вернулась в комнату, и Флер позволила себе ее поправить:

– Ты сказала «парография». Нужно говорить «порнография».

– Ишь ты! Говоришь, порно? Ну и словечко!

– Это значит «разврат» по-гречески, – объяснила Флер.

– Ну до чего же ты ученая!

– Что ты! – смутилась Флер. – Была бы ученая, не связалась бы с таким подлецом, как Генри Стоун…

Заметив, что та помрачнела, Салли сказала:

– Ты хорошая девушка, компанейская… Но ты здесь, поди, не ради моих красивых глаз? Тони подобрал тебя на дороге в проливной дождь. Полумертвую от холода… Насилу тебя выходили!

– Даже не знаю, Салли, как мне тебя отблагодарить!.. Теперь твоими заботами я здорова и подыщу себе жилье.

Окинув Флер испытующим взглядом, Салли покачала головой.

– Во-первых, тебе нет нужды сломя голову искать себе жильё. А во-вторых, тебе покамест рано жить одной.

– Почему?

– Сердцем чую, тебе нужно пожить еще чуток у меня… Я к тебе привязалась, ну прямо как к родной, вот и хочу подсобить, чем могу. Ну, что скажешь?

Флер не хотелось навлекать беду на гостеприимный дом Салли. Чем быстрее она переедет, тем лучше.

– А здесь можно снять дом? – спросила она.

– Нонче ко мне зайдет домовладелец. Если тебе нужен уютный домик на Пенни-стрит, навроде моего, мы его и спросим! – В ее глазах блеснула лукавая искорка.

– Сниму дом и устроюсь на работу. А в Дарлингтоне трудно найти работу?

– Смотря какую. – Она оглядела Флер критическим оком. – Тяжелая работа тебе ни к чему. Особливо теперь.

– Ты знаешь?! – Флер и удивилась, и обрадовалась.

Салли молча кивнула, но ее лицо сияло от удовольствия.

– А я-то думала, что ловко все скрываю!

– Я не сильно грамотная, но беременную женщину завсегда узнаю! Сказать, какой у тебя срок? Поди, месяца четыре…

– Начало пятого, – подтвердила Флер. – Откуда ты знаешь?

– По лицу сразу видать. Оно ровно светится… Да и на ухо я еще не туговата. Слыхала, как тебя, бедняжку, выворачивает наизнанку по утрам. Хоть ты и старалась прошмыгнуть мышкой, чтоб никто ничего не заметил. – Она постучала себя по кончику носа. – Запомни, у Салли Браун завидный нюх. Особливо на такие дела.

Раздался стук в дверь, и Салли пошла открывать.

– А у нас гость! Человек он занятой, но согласился уделить тебе пару минут.

В проеме двери показалась статная фигура Тони Стедмана.

– Вы прекрасно выглядите. Я рад, что вы поправились.

– Стараниями Салли! – с улыбкой ответила Флер и сразу спохватилась. – И вашими. – Не подбери он ее, она, может, так бы и умерла на дороге. – Вы получили мою записку? Хотела поблагодарить вас лично, но вы такой неуловимый…

– Занятой, – уточнил он. – Записку я получил. Впрочем, благодарить меня не за что. Так поступил бы каждый.

Флер встала. Только теперь она заметила, какая маленькая рядом с ним. Загорелый, в узких джинсах и белой рубашке с расстегнутым воротом, он казался еще выше и мужественнее.

– Все равно я никогда не смогу отблагодарить вас за все, что вы для меня сделали. Особенно за то, что привезли меня к Салли. Она просто чудо. Все может и все умеет.

– Теперь вы знаете, за что я ее люблю. Господь Бог никогда не создавал такой доброй души, как Салли Браун.

Салли, вспыхнув, убежала на кухню, приговаривая на ходу:

– Угощу вас чаем с фруктовым кексом…

– О чем вы хотели со мной поговорить? – спросил Тони, но тут вошла Салли и, поставив поднос на стол, заявила:

– Марш за стол! И чтоб съели все до крошки.

Тони сел за стол напротив Флер и, подмигнув, спросил:

– А вами она тоже руководит?

– В разумных пределах, – отшутилась она.

– Ну, выкладывай, что у тебя за дело! – сказала Салли.

– У меня… дело? Какое?! – опешила Флер.

– А разве нету? Сама морочила мне голову, будто ей нужно жилье, а теперь не знает, что за дело!

– Да, мне нужно жилье… Только при чем здесь господин Стедман? Я хотела поговорить с домовладельцем.

– Ну, так говори! – Салли отхлебнула чаю. – Вот он перед тобой. Тони Стедман – хозяин трех домов на нашей улице, и лучше и добрее домовладельца не сыщешь!

– Наша Салли непревзойденная сводня! – Тони хмыкнул. – Кто бы еще так смог? Домовладелец и съемщик сидят за столом, попивают чай с кексом, сделка на мази, причем ни тот, ни другой не имеют об этом ни малейшего понятия.

– А как насчет того дома, где сейчас ремонт? – Заметив, что Тони допил чай, Салли налила ему свежего. – Справный домик! Две спальни, кухня, ванная, да еще и садик. – И она расплылась в улыбке. – Аккурат для нашей Флер.

Помолчав, Тони спросил у Флер:

– Вы на самом деле хотите снять дом на этой улице?

– Хочу. Вас это удивляет?

– Да нет. А в Трентон-хаус возвращаться не собираетесь?

– Зачем? Разве что выпороть Мэг Трентон.

– Наблюдательная особа! Раскусила нашу старую знакомую.

– Да чего там раскусывать! Сразу видать, что Мэг Трентон с червоточиной. – Салли достала из ящика расчетную книжку и конверт. – Меняю деньги на подпись. Только не подумайте, будто я вам не доверяю, – добавила она, подмигнув Флер.

– Будет вам, Салли! Да вы не доверяете даже собственной бабушке! – Тони поставил подпись в книжке.

– И правильно делаю! Старая греховодница сбежала с молочником, прихватив с собой всю выручку за неделю! – Салли прыснула. – Бабка у меня была не промах! – Спрятав книжку в ящик, она вручила Тони конверт, пошутив; – Только истратьте все на распутных женщин и винище.

– Как вам не стыдно, Салли! Я и не собирался.

– И очень зря! Такой видный мужчина!.. Да любая сочтет за счастье прогуляться с вами под ручку.

Встав из-за стола. Тони спрятал конверт в. карман.

– Ну, я пошел, а то вы меня вгоните в краску! – Хотя он улыбнулся, Салли поняла, что хватила через край.

– А как насчет дома? – напомнила Флер. – Если это не слишком дорого, я точно его сниму.

Тони удивленно вскинул брови, но развивать тему не стал.

– Кончится ремонт, заходите посмотреть. – Попрощался и вышел на крыльцо, где его терпеливо ждал рыжий пес.

– По-моему, он обиделся, – сказала Флер, глядя в окно.

– А то нет! – Салли с укоризной покачала головой. – Ну, надо такое ляпнуть! «Слишком дорого». Знамо, обиделся!

– Я не хотела.

– А чего тогда ляпнула?

– Сама не знаю. Может, потому что он говорил со мной… свысока. – Флер и сама не верила в то, что сказала.

– Послушай, что я скажу, милка ты моя! Вот за этот дом по справедливости нужно платить пять фунтов в неделю. А я плачу всего тридцать шиллингов. Скажешь, слишком дорого?

– А почему он берет с тебя втрое меньше?

– Потому как знает, больше с меня не возьмешь. А еще потому как сердце у него золотое!

– Ты права. Но, согласись, Салли, он слишком холоден.

– На то есть причины.

– Какие?

– Ага! Выходит, тебе интересно? – поддразнила ее Салли.

– Вовсе нет! Меня волнует, сдаст он мне дом или нет.

– Да будет притворяться! – Салли толкнула ее локтем в бок. – Это долгая история. Ну и до рынка путь неблизкий, так что по дороге все тебе, милка, расскажу.

Салли нарядилась в тесный красный жакет и прямую белую юбку, открывавшую ее толстые коленки. Вид у нее был довольно несуразный. Флер в удлиненном свободного покроя зеленом платье выглядела отлично. Мягкие складки скрывали наметившийся живот, пшеничные волосы блестели на солнце, отливая золотом, черные туфли-лодочки подчеркивали стройные ноги.

– Как ты думаешь, мне пора сходить к врачу? – спросила Флер, когда они отправились на рынок.

Взглянув на свое отражение в окне витрины, Салли не могла не заметить, как жутко выглядит рядом с Флер.

– Научишь меня красиво одеваться? – спросила она.

– Красиво одеваться? А зачем? – удивилась Флер.

– Затем! Я глянула на себя в стекло и, ей-Богу, из нас двоих брюхатая я, а не ты! – Она вздохнула. – Я толстая, неуклюжая и без понятия, как модно одеваться. Подсобишь? Я уже давно смекаю, как бы себя приукрасить. Ведь я никогда не умела путем одеваться, а после родов еще и живот распустила. – И она снова вздохнула, да так тяжко, что на нее оглянулся прохожий. – Я не молодка, но ведь и меня можно сделать чуток краше…

– Ты и так привлекательная! – заверила ее Флер.

И она не кривила душой: такой красивой улыбки она не встречала ни у одной женщины. Она озаряла ее глаза и все лицо, и Салли сразу молодела и хорошела.

– Да будет врать! – покраснев от удовольствия, буркнула та. – Нет, Флер, ты скажи мне как на духу. Я уродина?

– Ну что за глупости! – возмутилась Флер. – Уверяю тебя, многие женщины тебе завидуют!

– Прямо обзавидовались все! Спасибо на добром слове, но глаза-то у меня есть… Нужен капитальный ремонт, – мрачно резюмировала она. – Прикуплю себе новый костюм, сделаю прическу, накрашусь… И стану покрасивше. Боже праведный! Бабе сорок, а она чего удумала…

– Так нельзя! Ты слишком строга к себе!

– Я все думаю, как мне себя преобразить. Куплю новый костюм, туфли на шпильках… Стану моднющей, ну прямо как картинка из журнала! Мой дружок меня и не узнает!

– Как же я сразу не догадалась! И кто он?

– Энди Мэттерн. – Салли зарделась до корней волос.

– Тот, что ремонтировал мне машину?

Салли кивнула.

– Мы с Энди жили по соседству. Мне было шестнадцать, а ему двадцать, и мы надумали пожениться. – Ее голос погрустнел. – Только Энди уехал и мотался по белу свету… Один раз заехал погостить, и мы с ним снова закрутили любовь. А потом обратно уехал. С концами. И вдруг – нате вам! Заявляется на твоей машине!

– Представляю, как ты удивилась.

– Да я прямо обалдела! Открываю дверь, а на пороге Энди. Все такой же складный и пригожий. И такой же рыжий! Разве что копна пореже стала. Видела бы ты его рожу!..

– Что, тоже удивился?

– А то! Открыл варежку, да так и не закрыл. Потом мы с ним поговорили по душам. Говорит, вдовый и хочет начать новую жизнь. Скажу тебе без утайки. Энди пригласил меня на свидание. Я хочу быть в лучшем виде. Подсобишь?

– Постараюсь.

– Скажешь, что мне идет, ну какой цвет и фасон… И что сделать с волосами и как лучше накраситься. Я люблю красить губы и румяниться, но на уличную девку походить не хочу. – Салли чуть не упала, наскочив на бордюрный камень. – У меня отложено кое-что на черный день. А Энди это особая статья. Может, он и есть моя судьба? Бог не дал мне красоты. И вкуса у меня нету. А все потому, что смолоду у меня было слишком много мужиков и всем им было до фонаря, как я выгляжу. Им лишь бы поскорее залезть под юбку. – Она хмыкнула. – Только ты не думай, будто мне это не нравилось. Еще как нравилось!.. Но Энди совсем другое дело. К нему на свидание я пойду в лучшем виде.

– Я тебе с радостью помогу, Салли! – прервала ее Флер. – Ведь ты для меня столько сделала… Обойдем хоть все магазины Дарлингтона! А потом пойдем в самый хороший салон красоты.

– Сделаюсь шикарной дамой, родные дети не узнают!

Опасаясь, что Салли переусердствует. Флер решила изменить тактику:

– Верно! Для начала тебе нужно сделать новое лицо.

– А что потом? – с подозрением осведомилась Салли.

– Сделать новое лицо только полдела. А чтобы его сохранить, придется потрудиться. Каждый день очищать кожу и мазать кремами. Регулярно выщипывать брови, чтобы не зарастали. Если покрасишь волосы, постоянно подкрашивать корни, а то они будут выделяться. А еще стричь и укладывать волосы, ну и все такое прочее. А главное – постоянно следить за модой.

– И все это здорово ударит по карману?

– А ты как думала! Все хорошее достается тяжким трудом.

– Знамо дело!.. Только у меня времени на это нет.

– Ты что, на попятную?! – притворно ужаснулась Флер.

В душе она очень на это надеялась. Флер любила Салли такой, какая она есть, хотя кое-что подправить можно и нужно. Ну не идут Салли большие серьги: так у нее лицо кажется еще шире. И юбка ей нужна другая – посвободнее и подлиннее, – чтобы ноги не казались толстыми. А делать новую Салли совершенно незачем.

– На попятную?! Никогда! Только и ты не отступайся!

– Договорились! Пойдем по магазинам, а потом посидим в кафе, и ты мне расскажешь про Энди. И про Тони Стедмана. Хочется узнать его получше.

– Ишь ты! А я думала, ты про него позабыла.

– Мне просто любопытно, понимаешь?

– Чего же тут непонятного! Я ничего такого и не подумала.

Открыв дверь универмага. Флер пропустила Салли вперед. И какое ей дело до Тони Стедмана! У нее и без него полно забот. Он живет по собственным правилам и не стремится к общению. Но ведь и она не стремится к общению. Во всяком случае, с мужчинами. Хватит с нее: хлебнула на всю жизнь!

Близилось время обеда, и Флер начала уставать. После того как они обошли едва ли не все магазины одежды в городе, и Салли перемерила все, во что сумела влезть. Флер захотелось сделать передышку.

– Все! Идем в кафе! Туфли никуда не убегут.

Войдя в кафе. Флер направилась к единственному незанятому столику и, свалив пакеты на пол, достала кошелек.

– Что тебе заказать, Салли? Я угощаю.

– Все равно. То же, что себе.

Возвращаясь с подносом, Флер заметила, что Салли развалилась на стуле, выставив на всеобщее обозрение кружевные оборки своих панталон.

– Думаю, ты порадовала их от души! – шепнула Флер, кивнув в сторону соседнего столика с двумя парнями.

Салли пришла в ужас и завопила на все кафе:

– Ах вы, извращенцы поганые! Что уставились?! Женского исподнего не видали? Нельзя сесть и спокойно отдохнуть! А ваши жены знают, чем вы тут занимаетесь?

Резко сдвинув колени, она чуть не свалилась со стула. Зал взорвался смехом, а Салли вскочила и с угрожающим видом устремилась к соседнему столику. Парни, сгорая со стыда, метнулись к выходу.

– То-то! Испугались?! – кричала она им вдогонку, размахивая кулаком. – Валите отсюда, покуда целы!

– Сегодня ты в ударе! – Давясь от смеха. Флер налила чай мимо стакана. – Ну и как я теперь сюда покажусь?

– А тебе здесь делать нечего! Раз сюда ходят всякие извращенцы!

Салли откусила изрядный кусок от бутерброда.

– Публика здесь так себе, а бутерброды путевые.

– И представление что надо! – Флер подмигнула, и обе покатились со смеху.

Из кафе отправились в обувной магазин. После длительных переговоров и примерок Салли выбрала две пары модельных босоножек на высоченных каблуках: ярко-красные и ярко-зеленые. На тонкой шпильке она выглядела как курица на цыпочках, но сказать такое у Флер язык не повернулся.

– Если честно, Салли, ты в них какая-то другая.

– А то! В них я модная, – с достоинством ответила та.

Отговаривать ее было бесполезно.

После обувного магазина пошли в салон красоты.

– Посмотрите каталоги выберите себе прическу, – сказала молоденькая регистраторша.

– Тебе какая нравится? – спросила Салли, листая журнал.

– Вот эта. – Флер без колебаний выбрала полудлинную стрижку – красивую и практичную.

– Тогда такую и сделаю! – Подбежав к регистраторше, Салли ткнула пальцем в каталог. – Хочу вот такую стрижку.

Сморщив носик, та записала номер в журнал, спросив:

– А что желаете по части косметики? Полный макияж?

– Флер, девушка спрашивает, мне полный макияж или как?

– Сделайте полный, только, пожалуйста, если можно… в пастельных тонах, помягче.

– Короче, чтоб не как у уличной девки! – уточнила Салли.

Флер вернулась в кресло, предоставив Салли самой разбираться с формальностями.

– Девушка, а мне пойдет эта прическа? – сомневалась та.

Покосившись в сторону Флер, регистраторша понизила тон:

– На вашем месте я бы выбрала другую. У вас такие красивые, густые волосы… Только нужно их покрасить. Хотя бы оттеночным шампунем.

– А с макияжем что? В пастельных тонах или как?

Регистраторша снова покосилась на Флер и шепнула:

– Ваша дочь конечно же хочет как лучше, но я бы на вашем месте посоветовалась с косметологом. Ведь она мастер своего дела и у нее большой опыт работы.

Долго уговаривать Салли не пришлось.

– Спасибо за совет. Пусть решают специалисты.

Салли отдала себя в руки специалистов, а Флер отправилась погулять к озеру. Приметив уютную скамью в кружевной тени, села полюбоваться утками.

Гладь озера рябил легкий ветерок, над головой шелестела листва, солнечные блики скользили по траве… Умиротворенная Флер откинулась на спинку и прикрыла глаза. Тишина и покой. Внезапно в душу темным облачком закралось сомнение. Покой?

Открыв глаза, взглянула на другой берег озера и оцепенела от ужаса. С пешеходного мостика спускался мужчина. Генри Стоун?! Все-таки он ее разыскал!

Словно почувствовав ее взгляд, тот остановился и посмотрел в ее сторону. А Флер сорвалась с места и побежала. Споткнувшись о корень, упала, разбила коленку и, не замечая боли, вскочила и побежала дальше, пока не налетела на мужчину с собакой.

Флер зажмурилась и, не помня себя от страха, закричала, а мужчина взял ее за плечи и легонько встряхнул.

– Успокойтесь! Все в порядке!

Узнав голос. Флер подняла голову и утонула в бездонных синих глазах. Тони Стедман всегда вносил в ее душу смутную тревогу, но сейчас ей было спокойно в его руках.

– Извините, – смущенно пробормотала она.

– Вы не ушиблись? – участливо спросил Тони.

С минуту назад он заметил Флер на скамейке с закрытыми глазами и запрокинутой головой. Невольно залюбовавшись, подумал, что из этого получится отличный сюжет для новой скульптуры.

– Нет, – солгала она, – все в порядке. – Из разбитого колена сочилась кровь, болело подвернутое запястье.

Он наклонился и, чуть приподняв подол ее платья, вытер тыльной стороной ладони струйку крови.

– Вы поранили ногу. – Даже от его голоса ей стало легче.

– Пустяки! – Флер улыбнулась. – Второй раз меня спасаете.

В ее улыбке было что-то по-детски трогательное, и Тони одернул себя: сохраняй дистанцию.

– Здесь полно крыс, – сказал он уже другим, холодным тоном. – Надо обработать рану.

– Спасибо за совет, господин Стедман. Именно так я и сделаю, – подчеркнуто любезно поблагодарила она.

Псу надоело сидеть на месте, и он тянул поводок.

– Я в городе по делу. Решил вернуться длинной дорогой. На том берегу спущу его побегать вволю.

Флер потрепала пса за ухом.

– Он у вас симпатяга! Как устроюсь, заведу себе собаку. – Пес приник к ней, и она, пригнувшись, обняла его за шею.

К ним подошел запыхавшийся мужчина.

– Я видел, как вы упали, и подумал, вдруг вы сильно ушиблись. Вам не нужна помощь?

– Вы очень любезны!

Флер чувствовала себя очень глупо. Мужчина был ничем не примечателен, далеко не молод и ничуть не похож на Генри Стоуна.

– Со мной все в порядке.

– В таком случае не стану вам мешать.

Флер молча смотрела ему вслед. Повернулась к Тони и обомлела: быстрыми шагами он удалялся в сторону моста, еле поспевая за резвым псом.

«Вот нелюдим! – подумала Флер. – Ну и ладно! Мне от него нужна только крыша над головой. Хотя было бы неплохо, если бы они стали друзьями. Добрыми друзьями, не более…»

Едва открыв дверь салона. Флер услышала в зале шум.

– Мы сделали все, как вы просили! – кипятилась заведующая. – Просили покрасить волосы оттеночным шампунем? Покрасили. Какие с вашей стороны могут быть претензии? Вы же сами сказали: пусть решают специалисты.

Мокроволосая Салли гневно взирала на заведующую, сидевшую за столиком на месте регистраторши.

– Оттеночный шампунь предложила не я, а девушка вот на этом самом месте. Большое ей спасибо! Сделали из меня пугало! А насчет специалистов, это еще большой вопрос.

– Вы сами не знаете, чего хотите! – В голосе заведующей зазвучал металл. – Учитывая ваш возраст и крайне запущенное состояние лица и волос, мы сделали отличную работу. Вы устроили скандал, да еще в присутствии наших постоянных клиентов, но мы пошли вам навстречу. Я имею полное право взять с вас полную сумму. Но, учитывая обстоятельства, делаю вам скидку. – И протянув ладонь, милостиво сообщила: – С вас десять фунтов.

Грохнув кулаком по прилавку, Салли завопила:

– Десять фунтов?! А про чаевые забыли? Ведь я вся такая запущенная… Ишь чего захотела, старая калоша! Прическу и макияж! – Взяв с прилавка тюбик с кремом, Салли выдавила его чуть ли не полностью на холеную ладонь управляющей, схватила ее за другую руку и сжала обе ладони вместе, пока у той из-под пальцев не пополз жирный крем. – Сдачи не надо! – хмыкнула она и повернулась к двери. Увидев Флер, одарила ее улыбкой, небрежно заметив: – Не советую ходить в это заведение. – С достоинством покинув салон, Салли понеслась по улице с такой скоростью, что Флер еле за ней поспевала.

Только когда они зашли в кафе, Флер как следует ее рассмотрела. Вид у Салли был далек от идеала: мокрые волосы висели сосульками, а косметика расплылась, словно она попала под проливной дождь.

– Скажи мне наконец, что случилось, – спросила Флер.

– Ты бы видела, что они со мной сотворили! – сокрушалась та. – Покрасили волосы какой-то дрянью бурого цвета! Размалевали всю будто клоуна! Извозили лицо грязью. Ей-Богу, Флер! Я как в зеркало глянула, чуть не рехнулась! – Прикрыв рот рукой, Салли простонала: – На меня все так и пялятся. Еше бы! В цирк ходить не надо.

– Не хочешь зайти в туалет?

– А это еще зачем?

– Посмотришь в зеркало. – Флер ухмыльнулась.

– Что, неужто так плохо?

Подошла официантка и, увидев Салли, ойкнула и спросила:

– Чего желаете?

– Будьте любезны, чаю! – ответила Флер. – Две чашки. И покрепче. У моей подруги большие неприятности.

– Очень жаль! Я вам так сочувствую!..

– Мне ваше сочувствие ни к чему! Лучше принесите поскорее чаю. И кусок бисквита с шоколадной помадкой. – Пока официантка выполняла заказ, Салли зашла в туалет. – Могла бы сразу сказать, какой у меня видок! – возмутилась она, когда вернулась. – А теперь как? Получше? – Она умылась, и на лице почти не осталось следов макияжа. – Так мне, старой дуре, и надо!

– А как насчет босоножек на шпильках и узкой юбки? – спросила Флер, кивнув на сумки с покупками.

– И не говори! Наделала делов. – Она взглянула на часы. – Детей из школы забирать рано, так что время у нас есть. Поможешь мне выбрать что-нибудь путевое? А все это барахло верну назад. Сдуру тебя сразу не послушалась!..

Принесли чай, и разговор пошел о другом.

– Я встретила Тони Стедмана. В парке у озера.

– Иди ты! Выкладывай, как все было.

– Мы с ним столкнулись.

– Как это?

– Я чуть не упала, а он меня подхватил.

– Подхватил? – с ехидцей уточнила Салли.

– Вроде того. – Флер почувствовала, что краснеет.

– А может, обнял? Ну и как тебе, понравилось?

– Да ты что! Ничего подобного не было!

– Эх ты!.. Ну а что было-то?

– Я поскользнулась, а он меня подхватил. Вот и все. – Флер кривила душой.

На самом деле она почувствовала под тонкой рубашкой его сильное, словно литое, тело и уловила его чуть заметный запах.

– Экая незадача! – сокрушалась Салли. – Такой справный мужик, а живет бобылем!..

– А он не был женат?

– Почему не был? Был. – Салли нахмурилась. – Тони был женат на старшей сестре Мэг Трентон. Ее звали Джейн. Красивая… Рыжеволосая, и нрав под стать волосам – огневой. Джейн родила ему дочку. Дороти.

– А почему он живет один? Они что, разошлись?

– Сиди и слушай, а то меня только с мысли сбиваешь. Тони с семьей жил в особняке. Тогда еще была жива миссис Трентон. Такая тихая, скромная женщина… Ох и намаялась она с младшей дочерью! Никакого сладу с ней не было…

– И отец тоже не мог ее усмирить?

– Дик Трентон? Да он сроду рохля! – отхлебнув чаю, Салли как бы между прочим заметила: – Да ты сама видела.

– Я его не видела.

– Видела, милка моя! Это он принес из машины твои веши.

– Не может быть! Так это и есть отец Мэг Трентон?!

– Родной отец! А она его ни в грош не ставит!

– А почему он все терпит? Взял бы да уехал!

– Куда? Ведь это его отчий дом. В этот дом он привел молодую жену. Там она родила ему двух дочек. Когда народилась Джейн, Трентон отписал жене четвертую долю всех своих земель. И столько же отписал ей, когда она родила вторую дочку, Мэг. Воистину семья не без урода!..

– Это точно! Я видела, как она обходится с родным отцом.

– Ты и половины не знаешь!

– Ну, так рассказывай!

– Старикам Трентонам Тони пришелся по душе. Уж как они радовались, когда Тони с Джейн назначили день свадьбы! А Мэг злилась. Она втюрилась в жениха старшей сестры.

– Вот оно что! Я сразу поняла, что между ними что-то есть.

– Ничего промеж ними нету! Тони на дух ее не переносит!

– Он такой странный…

– На то есть причины. – Салли отправила в рот последний кусочек бисквита. – Дело было в воскресенье, на крестинах Дороти. Трентоны устроили праздник и пригласили уйму гостей. Уж очень они гордились своей внученькой!

Она помолчала, и ее глаза наполнились слезами.

– Только Мэг ходила смурная. Дулась ровно мышь на крупу… А еще удумала приставать к Тони. Своими глазами видела! Пошла я к ручью, села и опустила ноги в воду. Глядь, идет Тони. Только я собралась его кликнуть, вижу, за ним идет Мэг.

Подкралась к нему сзади и зажала глаза руками. А он, видать, решил, будто это жена. Повернулся и обнял ее за талию. А она как вопьется ему прямо в губы! Он ее отпихивает, а она-то разгорячилась, так и липнет к нему, просит, чтоб поцеловал. А как смекнула, что ничего не выпросит, ровно озверела. Вцепилась в него и ну царапаться… А Тони схватил ее в охапку и бултых в воду! Мол, поостынь-ка лучше! Уж как она ругалась, как его обзывала, а он развернулся и пошел. То-то я повеселилась! Особливо, когда Мэг вылезла из ручья и начала отряхиваться, прямо как мокрая сучка! А она сука и есть. Все никак не могла уняться, говорила, мол, он еще пожалеет, что с ней так обошелся.

– А что она имела в виду?

– Да кто ж ее знает! Только через пару дней случилось такое… Умирать буду, не забуду. – Она вздохнула. – Дик Трентон хозяин никудышный, так что Тони приходилось управлять всем самому. Работал день-деньской. Одним словом, кормилец. Тони сызмальства любит трудиться.

– А чем он занимался до женитьбы?

– Тони был единственный сынок в семье. Только ему минуло восемнадцать, как в один год умирают мать с отцом. Любой другой враз бы сломался, а Тони погоревал-погоревал и начал строить свою жизнь. Занялся недвижимостью. Видать, у него к этому делу талант. А руки у него золотые! Бывало мальчонкой наберет сучков и все стругает ножиком разных птичек и зверушек… Так что Тони завидный жених!


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю