Текст книги "Выдыхай меня до конца (СИ)"

Автор книги: Сабина Рейн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 13 страниц)

Нам было не до разговоров. Мы пытались восстановиться и понять, где находимся. Лео плавно опустил меня на мокрое дно моря, но продолжал держать за талию, когда мои руки были сцеплены вокруг его шеи. Облокотившись лбом на его обнаженную грудь, я прикрыла глаза, подавляя улыбку.

Каждый поцелуй с Лео идет в сравнение с первым. Все чувства эмоции и бабочки, снова оживают внутри меня. Каждое его прикосновение, словно новое. Он до сих пор может поцеловать меня так, как никогда не целовал. Его губы всегда искусно изучают мои, словно находят в них что-то. От его поцелуев пульс ускоряется так сильно, что можно почувствовать, как он бьется об отдельные участки кожи, играя с сердцем наперегонки. Если бы можно было остаться в воде хотя бы на одну ночь, я бы воспользовалась этим шансом, чтобы изучить губы Лео. Мне хотелось знать его всего так же хорошо, как он знает всю меня. Мне хотелось доводить его до чего-либо так же быстро, как он доводит меня.

С каждой минутой, луна словно становилась ярче, а вода чернее. Ее отражение действовало на меня волшебно. Я всегда плохо себя чувствовала и спала, когда полумесяц обретал полную форму превратившись в шар, но со временем, не могла не заметить, как в объятиях Лео все становилось иначе и никакая луна не могла потревожить меня.

Помню, когда мы жили в своем доме с мамой, часто проводили с ней ночи на кухне. Мое самочувствие на полную луну, досталось мне от матери, поэтому нам приходилось мучиться вместе. Я не знаю, как она реагирует на нее сейчас, но надеюсь, что ей тоже удалось избавиться от своего рода болезни.

Мои мысли часто возвращаются к тому, что моя жизнь была скучной и слишком правильной без Лео. Эти воспоминание завставляют меня восхищаться и съеживаться одновременно. Он каким-то чудным образом реагирует на меня. Я словно нахожусь под гипнозом, когда он рядом. Мое доверие к нему настолько сильное, что если бы Лео сказал мне спрыгнуть с крыши, пообещав, что словит меня внизу, я бы спрыгнула. Разве не это признак сильнейшей любви?

– Дина, – тихо прошептал он мне на ухо, выведев этим самым из приятных, ласкающих душу раздумий.

– Да.

– О чем ты задумалась?

– О прошлом, вернее, о своих прошлых мыслях.

– Пойдем, – он взял меня за руку и вывел из воды.

Я вся покрылась мурашками от холода. Лео накрыл меня полотенцем, а потом еще и пледом, усадив на расстеленное одеяло. Мы сидели словно в домике, попивая горячий чай из термоса, который Лео незаметно подложил в рюкзак. Казалось, ничего не может разрушить эти минуты, но веселые крики людей, которые уже находились не слишком далеко от нас, приносили в наш мир реальность.

Затем мы легли, смотря на звезды, мимо которых пролетали облака. Мне нравится этот вид и, когда мое тело просыхает до конца, я перестаю чувствовать холод.

– Хорошо, правда? – спрашивает Лео, продолжая смотреть вверх и поправляя плед, который продолжал укрывать нас.

– Да, – тихо говорю я.

Когда в жизни возникают громкие моменты, ты начинаешь говорить тихо. Тебе не хочешь перекрикивать то, что происходит, или же ты боишься спугнуть это. Сейчас, как раз-таки идет громкий момент, который можно назвать также лучшим. Мне не хочется повышать тон, я не хочу прерывать музыку волн и ветра, с отголоском людей и проезжающих мимо машин. Я должна помнить этот момент, я должна запомнить, как он выглядит, потому что второго такого может не быть.

– Когда я был маленький, – начал Лео, – точнее, когда находился в детском доме, у нас был книга с картинками. Я часто садился на пол рядом со шкафом, в котором хранились игрушки, и рассматривал эти картинки. Там была одна, которая нравилась мне больше всех. На ней были изображены звезды и луна. Мне редко доводилось видеть это все вживую, потому что после шести на окна опускали жалюзи, а ночью, как ты понимаешь, никому не разрешали выходить за пределы здания. Однажды ночью, я пробрался в коридор и подбежал к окну. Оно было огромное и подоконник был очень высокий. Моя помятая огромная футболка порвалась, когда я еле как залез на него. Знаешь, что я увидел? Настоящие звезды. С тех пор, когда погода не предвещала дождя и небо было чистым, я бегал к этому подоконнику каждую ночь и разговаривал со звездами. Звезды были моими друзьями.

– И с тех пор ты продолжаешь их считать таковыми?

– Да. Пусть мне и редко удается на них посмотреть, потому что появились другие интересы.

– Хотел бы ты сейчас увидеть свою настоящую семью?

Эти слова мне дались очень сложно. Я всегда боялась детские дома, вернее, мне было от них плохо. Я считала, что в нем живут отбросы жизни, когда была маленькая. С каждым годом, я начала плакать, когда видела перед собой такое злосчастное здание. Это было что-то на психологическом уровне. Я перестала считать их отбросами и поняла свою ошибку. Детский дом – это тюрьма для невинных детей, это самый большой страх для ребенка, который уже понимает, что к чему. Когда от нас ушел папа, я боялась, что меня заберут туда. Мне казалось, что туда забирают не только детей у которых нет семьи, но и тех, у кого остался один родитель. Вроде бы, была не маленькая, но я до сих пор помню то чувство страха.

– Единственное, чего бы мне хотелось – это узнать появился ли у меня брат или сестра.

– Как думаешь, они сейчас в Лос-Анджелесе?

– Не знаю. Расскажи мне, почему от вас ушел папа, и как он с тобой обращался? Если тебе, конечно, не больно об этом вспоминать и говорить.

Лео лег на бок и подпер голову рукой, глядя на меня.

– Все нормально. Я не знаю, почему он от нас ушел. Мама никогда не хотела разговаривать на эту тему, но когда я подросла, стала более настойчивой. Мне хотелось узнать причину и, на каждый наш разговор, появлялась новая, поэтому я так и не добилась точного ответа, признания. Обращался он со мной хорошо, на самом деле, папа любил меня, если не вспоминать некоторые вспышки его гнева, а порой и моего тоже, – дунул сильный ветер, отчего я очень сильно съежилась, хоть и была под пледом.

– Давай-ка собираться.

Лео поднялся и протянул мне руку. Когда я встала и начала одеваться, уловила костер вдалеке. Видимо, некоторым жителям или туристам этого прекрасного города, совсем не хотелось покидать столь уютное место.

Моя одежда не сильно впитала в себе влагу исходящую от купальника, поэтому меня не пришлось выжимать, когда мы подошли к нужному нам подъезду. После того, как мы доехали на лифте до нашего этажа, я вышла заливаясь хохотом, потому что всю дорогу Лео смешил меня своими шутками. Как же я по этому скучала.

Но весь смех пропал, когда я увидела, как на лестнице ведущей на верхний этаж сидит Ник и теребит какую-то штуку в руках. Я резко остановилась, из-за чего Лео врезался мне в спину. Какого черта?

Ник поднял голову и посмотрел на меня, как плохой Стайлз смотрел на Дерека сидя на ступеньке в школе перед дракой с Итаном и Эйданом*. Неужели и в него вселилась эта хрень с повязкой на всю голову?

– Ник-и-и-к? – удивленно протянула я, а он поднялся и спустился на лестничную площадку.

– Не ожидали?

И внутри меня все пошатнулось.

Ноги оторвались от земли и понесли меня в объятия друга. Если это сон, то пусть он не кончается. Вот-вот и из моих глаз потекут слезы радости. Еще один радостный момент в копилку. От него пахло так же хорошо, как в то время, когда мы проводили время вместе. От него пахнет другом.

Отойдя на шаг, я влепила ему смачную пощечину. Его голова откинулась в сторону, а на щеке остался след от моей пятюни. Надо было слегка полегче.

– Что это было? – взвизгнул он, смотря то на меня, то на Лео.

– Прости, мне надо было убедиться, что ты реален, – искренне извинилась я.

– А вам не говорили, что можно просто ущипнуть?

– Что ты здесь делаешь? – наконец-таки заговорил Лео и прижал к себе шокированного друга.

– А может нам лучше обсудить это в домашней обстановке: чай, уют и приложенный к моей щеке лед?

– Ох, прости меня, пожалуйста, сама не понимаю, почему решила проверить твою реальность именно таким способом, – бормотала я, попутно обыскивая карманы в поисках ключей.

Когда мне удалось найти чертов ключ, я быстро отомкнула дверь и пропустила парней вперед. В квартире был небольшой бардак, но, кажется, Ник его даже не заметил, рассматривая все, до чего дотягивались глаза.

Сняв обувь, мы сразу прошли на кухню, которую я всегда содержала в чистоте. Не знаю почему, но для меня главное в доме – это спальня и кухня. Они всегда должны быть в идеальном порядке, наверное, это тоже досталось мне от мамы.

Поставив чайник, я села рядом с Лео и мы оба уставились на Ника. Я могу все понять, но, черт возьми, до меня никак не дойдет смысл его присутствия и ответ на вопрос: что он здесь делает? Ник убрал телефон и, положив руки на стол, посмотрел на нас с широкой улыбкой.

– Неужели, вы не рады меня видеть? – спросил он, спустя минуту молчания.

– Очень рады, – сказал Лео, а я подтвердила это кивком, – но, все же, не понимаю. Как ты очутился возле нашей квартиры?

– Альберт дал адрес.

– У него что, черт подери, вошло в привычку раздавать наш адрес? – выругался Лео.

– О чем ты?

– Забей, Ник. Как ты оказался в Малаге?

– Мне удалось уговорить родаков провести здесь некоторое время, то бишь отдохнуть.

Когда чайник дал признаки того, что закипел. Я все еще в удивленном состоянии, достала кружки и сделала нам чай. Почему он не предупредил? Что Алекс, что Ник, оба ворвались без предупреждения. Я очень рада видеть Ника, а раз ему удалось уговорить родителей приехать в Испанию, значит здесь должна быть и его сестренка по которой я сильно соскучилась.

– А где Рита? – спросила я, поставив чашки перед каждым и посадив задницу на прежнее место.

– В этот раз, мы решили разделиться. Она с мамой в Мадриде и сюда навряд ли приедет.

– Это хреново, – вырвалось у меня. – Вы надолго?

– На неделю, а потом свалим в Мадрид. Папа не хотел приезжать в Малагу, мне пришлось приложить усилия, чтобы уговорить его. Теперь, вы мои должники, – подмигнул он.

А я так надеялась, что смогу встретить Риту. На самом деле, мне очень не хватает подруг. Я уже и забыла, что такое оставаться на ночевку у друзей, пить газировку в большой гостиной. Это все кажется таким далеким. Ну, конечно, все это безумие мы устраивали со старыми друзьями, либо в моем старом доме, либо у них, а после переезда к Альберту ни одна подруга не оставалась у меня на ночь.

Когда мы с мамой переехали, я стала больше читать, можно сказать, я почти стала книжным маньяком, потому что ни Лера, ни Рита не могли скрасить мою тоску по старым друзьям. Они классные, но все же, не настолько. Когда Даша приехала из другого конца Москвы, чтобы помочь мне с подготовкой на благотворительный вечер, я думала, что труда ездить туда и обратно не составит и мне тоже. Но, во-первых, у меня не было машины, а во-вторых, у меня не было времени из-за брата-упыря.

Я никогда не думала, что есть подростки, которые ездят на машине в несовершеннолетнем возрасте. Когда я жила в Зеленограде, единственный у кого была машина – это у Кости. Ему было на тот момент девятнадцать, поэтому все было вполне законно. Помню, когда увидела Леру прислонившуюся к машине. Это безумие. Но потом все вполне оправдалось. Мне было бы жалко тратить деньги на ежемесячный штраф. Хотя, в наше время, мало кто будет следить в Подмосковье за каждым несовершеннолетним. Не попался на глаза полицейскому – не получил проблем.

– Я сдал экзамен, Дина сдала экзамен, у меня есть предложение, – сказал Ник.

– Какое? – спросил у него Лео.

– Я хотел бы посмотреть, какие клубы в Испании. Пойдемте развлечемся и отметим сдачу?

– Мне еще предстоит сдавать, это вам с Диной больше не о чем беспокоиться.

– Там все проще, чем ты думаешь, правда, Дина? – я кивнула. На самом деле там были сложноватые задания, но и они решаемы, поэтому незачем пугать Лео. – Так что, идем?

Мне тоже не приходилось бывать в клубах Малаги, и это предложение довольно-таки привлекательное. Можно немного развеяться, ведь Ник здесь ненадолго, а значит надо провести время с пользой. Я посмотрела на Лео, а он на меня.

– Ты как относишься к этому предложению? – спросил он.

– Очень неплохо, а ты?

– Тоже.

– Дай нам переодеться, хорошо? – Ник кивнул.

После душа, я полностью смыла с себя запах моря. Пока Лео занял мое место в душевой, я сушила волосы феном, смотря на себя в зеркало. Странное ощущение не покидало меня с тех пор, как я встала из-за стола. Нет, оно не предупреждало об опасности, оно было нормальным, обычным. Просто такое чувство, будто нас ждут сегодня какие-то приключения.

Быстро одеваемся и во второй раз выходим из дома. Вова дал Лео неделю, чтобы он отдохнул, прежде чем приступать к работе. Сегодня он пить не будет, потому что принимает лекарства. Это хорошо, будет кому искать такси. Я тоже не планирую напиваться, но немножко расслабиться в честь сдачи гребанных экзаменов и приезда Ника – можно.

Такси несло нас в сторону ближайшего клуба. Когда мы подъехали к нужному месту, я услышала, как оттуда доносятся громкие биты. Проверив наши загранпаспорта и простые, вышибала пропустил нас внутрь. Мне срочно надо узнать, когда наступает совершеннолетие в Испании!

Внутри было громче, чем снаружи и поначалу, мне хотелось выбежать из этого места, закрыв ладонями уши. Я посмотрела по сторонам, но свет был слишком темный, чтобы разглядеть клуб в деталях. Здесь по полу, были протянуты неоновые лампы, они словно змеи тянулись вокруг клуба.

Лео взял меня за руку и, крепко ее сжав, повел за Ником, который направлялся к бару. Как раз были свободны три стула на высоких ножках. Спустя пять минут, около меня поставили стакан с непонятным цветом жидкости. Он был малиновый с отливом лимонного цвета. Я не стала спрашивать, что это. Сделав глоток, я сразу занесла этот коктейль в список любимых. Горчинка совсем не ощущалась, я чувствовала вкус как раз-таки малины и лимона. Очень крутой и очень вкусный.

Когда заиграла знакомая песня английской группы, я потянула Ника и Лео на танцпол и мы танцевали до конца песни, которая тянулась не меньше трех минут.

– Мне здесь жутко нравится, – сказал Ник, когда мы плюхнулись на свои места.

– Очень даже неплохой клуб, думаю, когда-нибудь, мы сюда еще сходим, – поддержал друга Лео, и, взяв мой бокал сделал глоток.

– Эй, тебе нельзя! Ты же находишься на лечении! – воскликнула я, забрав у него то, что принадлежит мне.

– Не будь такой букой, от пары глотков ничего не будет.

Лео разрешил мне потанцевать одной, но так, чтобы я была в пределах его видимости. Качая бедрами под зажигательный трек, я почувствовала, как кто-то схватил меня за грудь и распахнула глаза. Передо мной стоял парень, который еле держался на ногах. Вот именно из-за таких, я предпочитаю не появляться в клубе без мужского пола.

Я попыталась убрать его руки, но он слишком сильный. Пока паниковать было рано, но когда его рука сжала мои ягодицы, я вскрикнула и только замахнулась, чтобы ударить его в пах, как кто-то откинул его от меня.

– Ты в порядке? – спросил у меня Ник, быстро пробежавшись глазами по моему телу, чтобы удостовериться, что меня не тронули. Я кивнула и посмотрела за его спину.

– О, Боже, Ник, останови его!

Лео сидел сверху на парне и безжалостно избивал его. Все, кто был рядом, перестали танцевать и начали рассматривать происходящее. Почему никто не пытается их разнять, чтобы избежать встречи с администратором? Я зажала рот ладонями и словно приросла к земле. Нику никак не удавалось разнять их, а лицо Лео уже покраснело до невозможного.

Прибежали какие-то мужчины и оттянули Лео от парня, потом помогли тому подняться. Все его лицо было в крови. Лео пытался убрать руки персонала со своих плечей и, когда ему это удалось, крутанулся и ударил одного из работников в челюсть. Далее, все происходило быстро, еле уловимо.

Наручники на руках Лео и Ника, нас выводят из клуба, я звоню Альберту и говорю ему адрес участка, который спросила у одного из полицейских. Я абсолютно спокойно снаружи, но взрываюсь изнутри.

В участке Альберт кричит на Лео, объясняет ему, все, что даже не подходит к данной ситуации.

– Ты только что вышел из комы и уже успел найти себе приключение! – кричит Альберт и глаза Ника расширяются. Он же не знал...

– Я ударил долбанного рабочего совершено случайно! – взаимно кричит Лео Альберту.

– А ты? – переводит он свой взгляд на Ника. – Ты зачем туда полез? Вы понимаете, что вас закрывают на пятнадцать часов? Вы просидите в обезьяннике всю ночь и я вас вытаскивать не собираюсь!

Это продолжалось очень долго, где-то полчаса. Альберт и Лео поссорились в пух и прах, а потом ребят посадили в обезьянник до завтрашнего обеда. На это было странно смотреть и меня передернуло изнутри. Затем, Альберту пришлось заставить меня ехать домой, потому что я насильно отказывалась оставлять здесь парня и друга. За мной приехал Дрейк и, когда он увидел, что я не настроена на разговоры, молча открыл для меня дверь своего автомобиля и также молча довез до квартиры. Настроения совсем не было, но и оставаться одной на целую ночь и утро, мне тоже не хотелось. Сегодня я бы никак не смогла уснуть.

– Зайдешь? – спросила я Дрейка, когда он остановил машину около подъезда.

– А ты точно этого хочешь?

– Да, – пожала я плечами и вытащила его ключ из зажигания.

Мы прошли в квартиру и я сразу налила нам по бокалу вина. Мы сидели на балконе и смотрели вдаль. Где-то недалеко был виден световой фонтан, сегодня какой-то карнавал в Малаге, поэтому на улицах светло от огней и шумно.

– Из-за чего они подрались? – спросил Дрейк, продолжая смотреть вперед.

– Тебе Альберт сказал? – кивает. – Ко мне в клубе пристал какой-то парень, а они заметили это и заступились, потом, видимо, у Лео переклинила планка на эмоциях и он ударил одного из рабочих, поэтому кому-то из персонала пришлось вызвать полицию.

– У вас очень интересный, однако, был вечер.

А я ведь чувствовала, что без приключений мы не обойдемся.

– Наверняка, нас не пустят больше в этот клуб. Очень жаль, ведь он поистине крутой.

– Вспоминаю себя в вашем возрасте, – ухмыльнулся он.

– Тоже были проблемы?

– Ты даже представить не можешь какие. Вечные драки, постоянно бегали от копов, орали на всю улицу и пили дешевое пиво.

Я улыбнулась:

– Твоя жизнь была намного насыщенней нашей.

– Могу поспорить, что до знакомства с тобой, у Лео было не меньше приключений, чем у меня.

– Может быть, – я посмотрела сквозь стакан, – когда-нибудь я у него спрошу.

Снова тишина, был слышен только отдаленный звук музыки. Наверное, Дрейк прав. У Лео наверняка были все краски плохого и хорошего до встречи со мной. Но кто знает? Ведь он встречался с Аделиной, а значит, она могла контролировать его гулянки и все такое. На душе у меня выросло небольшое спокойствие и я знаю, кто мне его подарил.

– Дрейк, – позвала его я и посмотрела на него, – спасибо.

Он всего лишь улыбнулся.

ГЛАВА 10

Мы по-прежнему сидели на балконе и смотрели вдаль. Как бы мало я не знала Дрейка, мне с ним легко, словно мы знакомы долгое время. Есть такие люди, с которыми ты можешь оставаться самим собой с первых минут знакомства. Ты может смеяться как дикий и этот человек тебе ничего не скажет, наоборот, он повторит за тобой. Такие люди называются избранными, таких людей Бог создает именно для тебе и ваше знакомство становится судьбой. С Дрейком я не смеюсь как дикая, но с ним я не боюсь показывать своих настоящих эмоций.

– Поздравляю с успешной сдачей экзаменов, кстати, – сказал Дрейк и улыбнулся мне.

Да, со сдачей экзаменов мне действительно повезло, что не скажешь о сегодняшнем вечере. Это было подобно преключению, которое никак не могло обойтись без последствий. Я тоже хороша, надо же было мне идти на чертов танцпол одной, зная какие случаи могут произойти. Виноваты мы с Лео, Ник, как настоящий друг, не смог нас бросить в беде, поэтому ему пришлось защищать Лео. Это похоже на тот момент, про который рассказывал мне Ник, когда один из полицейских напал на Лео, а потом им пришлось сполна получать от Альберта. Тот вечер, когда мы вместе вернулись из Лос-Анджелеса, я, скорее всего, никогда не смогу забыть.

И еще эта кома, о которой услышал Ник. Как мне объяснить ему все? Ведь именно я врала им неделю, если не больше. Может, Лео ему все расскажет, пока они будут сидеть за решеткой? От одной мысли о холодной клетки, меня передернуло. Жаль, что меня не посадили, я тоже это заслужила. Что же, будем надеяться, что Ник поймет почему я молчала. Мне было сложно думать о чем-то другом, не говоря уже о том, что придется рассказать все друзьям, которые находятся за километры от меня и которых нельзя поддержать физически. Моральная поддержка – это не всегда то, что нужно людям.

Мне надо успокоиться, взять себя в руки и дожить до завтра. Будет день – будет пища. Сейчас думать о том, как выбраться из сложившейся ситуации – глупо, потому что при всем моем хотении, я не смогу ничего сделать.

Когда мы вошли с Дрейком на кухню, я посмотрела на время, которое как будто специально шло медленно. Мне захотелось встать на стул и переместить часовые стрелки, но понятное дело, что этим я ничего не добьюсь. Мне не хотелось, чтобы он уезжал, потому что, если бы он это сделал, мысли бы раздавили меня, как букашку, да еще и попрыгали бы в добавку. Хочу отвлечься, но не знаю, как это сделать. Я боюсь больше того, что Ник сильно обидится на меня. Еще одно подтверждение тому, что все тайное становится явным и что лучше говорить все самому, нежели ждать, пока это скажут другие.

– Спасибо, – единственное, что я могла сказать. Слышу смешок в свою сторону и поворачиваю голову.

– Ты говоришь мне это, спустя десять минут? – я вижу, что Дрейк не сильно беспокоится о том, что парни в обезьяннике. Быть может, это и правда нормальное явление для молодежи нашего века?

– Прости, просто задумалась. – Трясу головой и обвожу взглядом кухню. При другом случае, я бы назвала это неловким моментом.

– На самом деле, – начинает Дрейк, но останавливается, чтобы прочистить горло, а потом выпрямляется и кладет сцепленные в замок руки на стол, – я хотел бы поинтересоваться кое-чем, точнее, попросить совета, как у девушки.

– Совета? – удивляюсь я. Сколько мне лет и сколько ему. Думаю, здесь должно быть наоборот. – Ну, давай, может у меня получится тебе помочь.

– Я познакомился с девушкой, но не знаю, с чего начать всю эту хрень. Она мне очень понравилась и я хочу понравиться ей тоже.

– А где гарантия, что ты ей уже не нравишься? – спросила я. Ведь многие девушки скрывают свою симпатию к парню.

– Ну, у нее есть парень, – тихо ответил он. Что? Мне не послышалось?

– Дре-е-е-йк.

– Помоги мне, Дина. Совсем недавно она рассказывала, что он ее ударил, за полгода их отношений, это уже третий по счету раз. Я предложил ей расстаться с ним.

– Конечно, ты ей это предложишь, потому что она тебе нравится, – психанула я. Никогда не любила людей, которые отбивают кого-то у другого. – Лучше бы ты поддержал ее.

– Я ее поддержал. Она сказала, что уже задумывалась над тем, чтобы бросить его. Никакая девушка не будет встречаться, а тем более жить с парнем, который поднимает на нее руку.

– Так они еще и живут вместе? – он кивнул, а моя челюсть оказалась на полу. – Ты ведь понимаешь, что ей может достаться вдвойне, когда он узнает, что она общается с другим парнем?

Дрейк поднялся со своего места и начал ходить из стороны в сторону, потирая виски. Влюбиться в того, кто уже занят – дерьмово. Это тоже самое, когда твою любимую последнюю конфету купил кто-то другой, а производство по их созданию закрылось, поэтому ты навсегда остался без любимой сладости.

– Я все понимаю лучше, чем тебе может показаться, но я обязан сделать так, чтобы они расстались! – видимо, его нервы тоже натянулись.

– Это подло! – крикнула я и поднялась со своего места.

– Подло поднимать руку на девушку! Разве ты так не считаешь? – оперевшись руками на столешницу, я провела языком по зубам и повернулась к Дрейку.

– Просто оставайся собой, если хочешь ей понравиться, – сдалась я, и через секунду оказалась в объятиях. Мы впервые обнимаемся, точнее, я впервые чувствую его объятия.

– Спасибо, я знал, что ты поймёшь, – прошептал он и отпустил меня.

– Сколько ей лет?

– Двадцать четыре. Хочу тебе кое-что рассказать.

– Валяй.

Мы снова сели за стол и я видела, как Дрейк часто задышал. Наверное, он хочет сказать что-то важное. Любопытство внутри меня во всю ликует.

– Раньше, я был влюблен в Джанет.

Клянусь, если бы я пила чай, то вся жидкость оказалось бы на столе и на Дрейке.

– Что? – еле выдавила из себя я.

Нет, это, возможно, вполне нормально, они же, наверное, часто встречались у Вовы дома. Она могла ему приглянуться, особенно с учетом ее божественной внешности, только идиот на нее не посмотрит, правда. Ради такой и лесбиянкой стать не жалко. Черт, Дрейк.

– Ты слышала, что я сказал. Она мне нравилась. Джанет часто приходила к Вове на работу, когда Лео был здесь без вас. Иногда, они душевно общались и смеялись, но чаще я видел то, как он недовольный покидает свой кабинет и просит избавиться от Джанет. Сначала, она была мила с ним, но когда узнала, что у него есть девушка, словно обезумила. Именно поэтому мы с Лео плохо ладим. Я всегда видел в нем конкурента. Я видел Джанет, но она меня не видела, потому что все ее внимание было приковано к Лео. Эта девчонка нравилась мне так сильно, что я не мог концентрироваться на работе и, изредка, делал что-то не так.

– Почему же она не нравится тебе сейчас?

– Я получше узнал ее характер. Джанет надо немного опустить голову, потому что она слишком задрата, понимаешь?

– Кажется, да. Сначала она показалась мне милой, но когда на моих глазах произошел их поцелуй, я хотела кинуть в нее что-то тяжёлое.

– Они целовались перед тобой?

– Джанет зажала его и когда он хотел оттолкнуть ее, появилась я и сделала все за него.

Улыбаюсь при этом воспоминании. Ощущение было прекрасное, был словно какой-то триумф. Я знаю, что это глупо, но я правда почувствовала какую-то победу и именно это сподвигло меня переспать с Лео. До сих пор не жалею об этом, да и вижу, как светится его лицо не толко после ночи, но и вообще. Он словно стал счастливее, словно мы стали чем-то большим, как будто...не знаю, как это выразить, просто мы словно стали семьей.

– Фигово.

– Очень.

Дрейк остался на ночь, чтобы отвезти меня завтра в участок. Бедный диван пришлось обратно раскладывать. Завтра, точнее, уже сегодня, важный день. Если Лео не сможет объяснить все Нику, это придется сделать мне. Я знаю, что Ник сможет меня понять, он знает меня как никто другой, если не считать Лео.

В постели я очень долго крутилась и не могла уснуть. Плевала в потолок полночи, в итоге включила светильник и достала книгу. «А ведь нам до седьмого, оставалось всего одно небо»* цитата, которая покорила меня и только после нее, я закрыла книгу. Даже ей не удалось отвлечь меня от всех мыслей: будущих, прошлых, настоящих. Без Лео сложно заснуть, но возможно, однако не сегодня.

Когда в очередной раз сон не хотел идти ко мне навстречу, я снова села на кровати, закрыв лицо руками. Часовые стрелки уже показывали почти три часа ночи, мои глаза закрывались, но стоило мне лечь на подушку, сонливость словно рукой сняли. В конечном итоге, выход я нашла в кофе. Раз не удается заснуть, не надо стараться. Причесав волосы и собрав их в небрежный хвост, я залезла на подоконник и посмотрела на небо, как в тот день, когда молила Лео взять билет на небесный самолет и вернуться ко мне. Все внутри сжимается, кажется, что это было вчера, и, опять же, воспоминания как тень, хочешь отвернуться, но она все равно остается с тобой.

Смогла уснуть я только к пяти утрам, несмотря на то, что выпила полную чашку крепкого черного кофе. Кого-то кофе бодрит, а кого-то усыпляет... Меня разбудил Дрейк и сказал, что пора собираться. Пока мы ехали в сторону участка, я успела сгрызть все ногти и отбить танец одной ногой. Мне казалось, что она вот-вот пробьет пол машины. Дрейк просил успокоиться и взять себя в руки, но я не могла, хотела, но не могла.

Около участка нас встретил Альберт. Его лицо было по-прежнему угрюмым и недовольным. Я бы, наверное, тоже злилась. Когда мы зашли внутрь, нас ждали какие-то мужчины и Вова. Один из рабочих снимал наручники с Лео и Ника, у которых под глазами были мешки. Почему на них наручники и неужели они не спали всю ночь? Лео поднял голову и продолжил жевать жвачку, посмотрев на меня каким-то грустным взглядом. Мне это не нравится.

Как только их отпустили, я крепко обняла Лео и хотела сделать тоже самое с Ником, но он увернулся, сказав: «Нам надо поговорить, только чуть позже». Я сразу поняла, какой будет тема нашего разговора и он знает, что я поняла. Ник покачал головой и отвернулся.

– Только не сейчас, – услышала я позади и обернулась. Альберт взмохнул рукой, что-то шепча сыну, а Лео поднял голову и выдохнул в потолок. Ему неприятен разговор, виной которого стала я.

Альберт старался не кричать, поэтому мне не удалось понять все его фразы, он говорил так тихо, что мне хотелось узнать: а слышит ли его Лео? Вова разговаривал с полицией, а они в ответ энергично кивали. Ник стоял около открытого окна и я, увидев сигарету в его руке, сразу же понеслась в его сторону. Как только мои ноги остановились, а тело врезалось в подоконник, я выхватила истребитель легких в его руках и выкинула в окно.

– Ты что творишь? Эти ребята, – указала я на мужчин в форме, – могут дать тебе затрещену. – На самом деле мне это неизвестно, но зачем узнавать, правильно?

– Почему ты мне не сказала? – тихо спросил он, выплюнув жвачку в окно. – Почему ты скрыла от нас – лучших друзей – такое важное известие?

– Ник... – попыталась начать извинения я, но он меня перебил.

– Почему?

Мне хотелось сигнуть в это окно и убежать от ответа, который я должна дать. Я понимала ранее, что это будет сложный разговор, но не могла даже задуматься о том, что мне будет настолько тяжело. Что преподнести ему, вроде бы, такое простое объяснение, будет настолько сложно.

– Я... – и больше я не сказала ни слова, а Ник отвернулся и пошел к выходу.

Он не может уйти без нас. Может, Ник решил подождать на улице? Мне хочется побежать за ним и сказать все, что накопилось; сказать, что мне было сложно рассказать об этом, зная, что у меня не будет возможности поддержать его. Но я стояла. Стояла, потому что глупая; потому что мне не хватало гребанной смелости, чтобы все выложить Нику и друзьям еще в первые дни, после происшествия. Этой ситуации могло бы и не быть, если бы я все рассказала.

Альберт и Лео по-прежнему что-то перетерали, но шея отчима уже не была красной от злости. Помирились? Я надеюсь, что это так. Сегодня хватит одной ссоры. Была ли это ссора? Нет, не думаю, Ник просто обиделся. Ведь он считает или считал нас семьей, а от семьи ничего никогда не скрывают. Я обязательно извиняюсь и пообещаю, что больше никогда ничего от него не скрою. Это будет чистой правдой, Ник будет одним из первых, кто все всегда узнает.