Текст книги "Сосед по номеру (ЛП)"

Автор книги: С Монро

Соавторы: К Робишо
сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 6 страниц)

Неправильно, Айви. Ты уже захватила мир. И прямо сейчас этот мир смотрит на тебя, как на богиню, которую никогда не отпустят.

Оуэн

Она делает меня слабым, чего не могла сделать ни одна другая женщина во вселенной. Минуту назад я не только допустил оплошность, назвав ее именем, которое дал, когда отправлял ей сообщение как Хантер, но и едва не упал со стула после того, как Айви заставила меня кончить.

Это две вещи, которые такой человек, как я, определенно не сделал бы в обычное время, когда сдержан, точен и осторожен. Когда я буду рядом с ней, мне придется следить за собой более внимательно. По крайней мере до тех пор, пока не найду способ признаться, не рискуя потерять Айви. Потому что это уже не вариант. Не тогда, когда я попробовал ее на вкус. Не тогда, когда почувствовал ее нежные пальцы на своей плоти. И уж точно не тогда, когда собственными глазами видел, как из нервной и трясущейся, она превратилась в уверенную и сильную, желая доставить мне удовольствие благодаря моей похвале.

Нет, я не могу потерять свою милую Айви. Я буду наблюдать, как она распускает свои лозы и оплетает меня, ожидая того момента, когда буду точно знать, что она простит меня, потому что не сможет без меня жить. Тогда я скажу ей правду.

Глава 9

Айви

Придя домой, я раздеваюсь и иду в ванную комнату, готовая принять ванну, как всегда делаю после работы. Но потом мельком смотрюсь в зеркало и вижу следы, оставленные Оуэном на моей коже. Когда я провожу пальцами по укусам и засосам, которые он оставил у меня от шеи до внутренней части бедер, на губах появляется улыбка. Я не хочу принимать ванну и смывать его запах со своей кожи. Все эти отметины показывают точные местоположения его рта на моем теле, оставившего слабые следы его ДНК. Мои волосы пахнут его одеколоном – я продолжаю ощущать его запах, когда поворачиваю голову. Теперь он владеет мной, и даже не знает об этом.

Как только я касаюсь пальцами своих все еще набухших складочек, представляя себе его руки, на столешнице возле раковины громко вибрирует из сумочки мой телефон, заставляя меня подпрыгнуть.

Лицо горит, словно меня поймали за чем-то грязным, когда я роюсь сумке, находя, наконец, свой телефон.

ХантерСосед: Ну? Неведенье меня убивает. Как все прошло?

Я: О боже.

ХантерСосед: Что случилось?

Я: О боже, о боже, о боже!

ХантерСосед: Что случилось???

Я: Итааааак… Сколько подробностей тебе нужно? Потому что это было нечто невероятное!

ХантерСосед: Мне нужны ВСЕ подробности.

Я: Итак, все началось так, как я предполагаю, начинаются все его приемы. Он задал мне кучу неловких вопросов, и я не знаю, что именно в моих ответах дало ему зеленый свет, но следующее, что он сделал, это…

ХантерСосед: ОН СДЕЛАЛ ЧТО???

Я: Боже, не могу поверить, что говорю тебе это. Я даже не могу поверить, что это произошло на самом деле.

ХантерСосед: Айви, скажи мне.

Я: Бррр, ладно. Следующее, что он сделал, это… стал поедать меня. Прямо на смотровом столе. Вначале он заставил меня сказать, что я хочу этого, и ты будешь гордиться – Я СДЕЛАЛА ЭТО!

ХантерСосед: Бляяяяядь. Что было потом?

Я: Через пару минут я почти испытала оргазм. Ну, по крайней мере, мне так кажется. Судя по тому, что я читала в книгах и смотрела в развратных видео, предполагаю, что это было именно то чувство. И это напугало меня до чертиков, поэтому я остановила его. Думаю, именно поэтому французы называют это la petite mort – маленькая смерть, – потому что мне определенно показалось, что я могу умереть, если позволю этому случиться.

Возникает долгая пауза, а затем он, наконец, отвечает.

ХантерСосед: Ты пытаешься сказать мне, что никогда раньше не испытывала оргазм?

Я: Говорю же тебе, что я девственница.

ХантерСосед: Да, но… разве ты никогда раньше не кончала?

Я: Хантер, еще пару месяцев назад я не могла даже раздеться. Ты действительно думаешь, что я смогу… прикоснуться к себе там?

ХантерСосед: О, милая Айви. Мы должны это исправить. Немедленно. Как ты сможешь испытать оргазм, если пугаешься каждый раз, когда он подходит?

Я: И как, по-твоему, мы это исправим?

ХантерСосед: Очевидно, что мы должны заняться эротической перепиской.

Я: Что?)))

ХантерСосед: Позволь мне провести тебя через это. Позволь мне сказать тебе, что с собой делать, и просто доверься мне. Видишь, что произошло, когда ты доверилась мне насчет приема.

Я: Ты сейчас серьезно?

ХантерСосед: Абсолютно.

Я гляжу в зеркало на свою наготу, на этот раз находя ее прекрасной, когда она украшена отметинами Оуэна. Могу ли я сделать еще один шаг и помастурбировать? Думаю, Хантер прав – если между мной и Оуэном все продолжится, как долго я смогу отвлекать его, не позволяя довести меня до оргазма?

Должно быть, я слишком долго обдумываю это, потому что Хантер присылает мне сообщение, меняя тему.

ХантерСосед: Мы еще вернемся к этому вопросу. Расскажи, что произошло после того, как ты остановила его?

Я: Только представь себе, я сделала свой первый минет. И у меня все получилось. Я заставила его кончить. В мой рот.

ХантерСосед: Я только что застонал. Вслух. Не буду врать, милая Айви. Мой член сейчас твердый как скала, когда я просто читаю твои слова.

Я: Правда? Я… я не знаю, что сказать.

Я не могу лгать себе. Сознание того, что Хантер возбужден только от моих слов о том, как я делаю минет, творит чудеса с моей уверенностью в себе. Чувствую себя немного виноватой, говоря об этом с другим мужчиной, но я никогда не встречусь с ним лично. И не похоже, что мы с Оуэном внезапно станем парой. Вполне вероятно, что прямо сейчас он трахает кого-то другого.

Эта мысль заставляет мое сердце сжаться в груди.

И тут меня осеняет.

Если я хочу, чтобы Оуэн был моим, нужно преодолеть свое дерьмо и позволить ему претендовать на меня любым способом. Чтобы это произошло, я не могу каждый раз отталкивать его, когда он приближает меня к оргазму. Я собираюсь позволить ему увидеть меня полностью голой. Даже если мысль о том, что он смотрит на мое лицо и видит, как оно искажается, как у женщин в порно, вызывает у меня рвоту. Я должна справиться со своим страхом.

ХантерСосед: Все, что тебе нужно делать, это в точности выполнять то, что я скажу, и отвечать, когда я попрошу тебя об этом.

Сделав глубокий вдох, я смотрю на слова, балансируя на грани вины и желания. Я все еще невероятно возбуждена после встречи с Оуэном, и чувствую, что теперь принадлежу ему. Как будто я его.

Я говорю это, потому что мне так кажется после того, что мы разделили. Мы не могли говорить о том, что это значило для нас, потому что техперсонал обнаружил протечку в туалете для пациентов, что потребовало внимания Оуэна. Он сказал, что позвонит мне позже, и теперь я хочу, чтобы он это сделал.

Я: Хантер, что насчет Оуэна? Я люблю его, ты это знаешь.

ХантерСосед: Мы с тобой никогда не встретимся. Ты делаешь это для него. Ты хочешь дать ему все, верно? Покажи ему, какая ты чертовски невероятная. Ты хочешь этого прямо сейчас. Не лги, милая Айви.

С трудом сглотнув, я закрываю глаза и делаю три вдоха. Я считаю их, надеясь на то, что они помогут мне пройти через это. Если я собираюсь стать самой дикой мечтой Оуэна, его личной богиней желаний, тогда я должна согласиться на эксперимент Хантера.

Я: Что мне нужно делать?

ХантерСосед: Блять. Хорошая девочка.

Я: Я хочу быть ЕГО хорошей девочкой. Научи меня, как кончить, пожалуйста.

ХантерСосед: Ляг на спину, сними только низ и оставь верх. Это должно быть быстро и чертовски грязно.

Он не знает, что я уже голая. Мой клитор пульсирует, становясь скользким от желания, и образ того, как Оуэн трахает меня, одетую лишь в блузку, потому что не может ждать, чтобы раздеть полностью, заставляет меня практически застонать. Я иду в свою спальню и забираюсь на кровать.

Я: Хорошо.

ХантерСосед: Мой член такой твердый для твоей прекрасной киски. Я хочу, чтобы ты представила себе, как его огромный член скользит по твоему клитору. Прикоснись к своему клитору, Айви. Сейчас.

‘

Требование Хантера изложено в текстовом сообщении, но, клянусь, я слышу его так, будто он находится прямо передо мной. Но в своем воображении я вижу только Оуэна, и представляю, что это он мне пишет.

ХантерСосед: Что ты чувствуешь?

Я использую голосовой набор для ответа.

Я: Я такая мокрая.

Я обвожу пальцем свой клитор, и моя спина выгибается над кроватью, а из груди выходит громкий стон. Я помню там язык Оуэна. Он был таким гладким и требовательным, поглаживания были собственническими и доминировали надо мной так, как я никогда не думала, что мне это понравится. Но мысль о том, чтобы меня, удерживая, трахнули так сильно, как это делал его язык, заставила мои пальцы ускориться.

ХантерСосед: Расскажи мне, что ты с ним сделала, Айви.

Я: Я опустилась на колени и засунула его огромный член себе в рот, и я очень хорошо его отсосала. То, как он кончил мне в рот… Боже, мне это понравилось. Мне понравилось сосать член. Я плохая?

Используя один палец, я засовываю его внутрь, чтобы попытаться сымитировать язык Оуэна, но это не то же самое.

ХантерСосед: Блять. Я никогда не был таким твердым. Тебе нравятся грязные разговоры, Айви? Это то, что ты хочешь попробовать со мной, чтобы увидеть, понравится ли тебе это или нет?

Прикусив губу, я возвращаюсь к клитору.

Я: Попробовать?

ХантерСосед: Когда ты стояла на коленях, держу пари, он врезался тебе в рот, потому что ты так жаждала этого. Тебе нравилось сосать член. Я хочу, чтобы ты взяла мой член в свой горячий рот. Я думаю об этом прямо сейчас.

Я: Ого, еще.

Это заводит меня настолько сильно, что я чувствую, как глубоко внизу живота накапливается тепло, и моя сердцевина наполняется желанием.

ХантерСосед: Его член был большим? Он хорошо трахнул твой рот?

Я: Да. Он был таким большим, что едва помещался. И он издавал эти звуки, боже! Было так жарко.

ХантерСосед: Да, потому что у тебя горячий развратный рот, созданный специально для этого, не так ли?

Я: Да, мне нравилось доставлять ему удовольствие.

ХантерСосед: Готов поспорить, что так и было. Ты, наверное, давилась этим членом, пока смотрела на него, не так ли, милая Айви? Шлепни свой клитор, а затем погрузи внутрь два пальца. Сделай это сейчас и скажи, что ты чувствуешь.

Я колеблюсь, волнуясь о том, что это может быть больно, и немного опасаюсь его просьбы.

ХантерСосед: Не заставляй меня просить дважды. Шлепни этот маленький клитор и засунь внутрь два пальца. Я хочу, чтобы ты кончила со мной. Я такой твердый для тебя, Айви, такой чертовски твердый.

Сильнее прикусив губу, я делаю так, как он говорит. Отведя руку, я опускаю ее одним быстрым движением. Я слышу звук и чувствую, как острое ощущение пронзает клитор и словно электрический ток проходит сквозь меня.

ХантерСосед: Расслабься и кончи для меня, Айви. Блять. Я кончаю на тебя. Представь, как я кончаю на твои сиськи.

Я погружаю в себя два пальца и чувствую, что уже на грани оргазма, но никак не могу переступить грань. Просто не могу. Что-то меня не отпускает, и я знаю, что это не только моя фобия.

Проклятье! Не в силах кончить, я рычу в отчаянии. Вытащив пальцы, я снова шлепаю себя, желая испытать оргазм, и представляю, как Хантер кончает на меня. Снова погрузив два пальца внутрь, я работаю большим пальцем над клитором, отчаянно желая испытать оргазм, моя спина выгибается, когда кое-что происходит. Все мое тело загорается, когда я читаю пришедшее сообщение.

Доктор Сейдж: Я так сильно хочу тебя, детка. Я глажу себя, думая о твоей красивой, вкусной киске. Ты думаешь обо мне?

И просто так, это происходит. Словно извергающийся вулкан, я взрываюсь. Мой первый оргазм захлестывает меня, все мое тело покрывается мурашками и воспламеняется. На лбу выступают капельки пота, и я смотрю на сообщение от Оуэна. Он написал мне, и это толкнуло меня за край. Я нуждалась в нем. Вот чего мне не хватало!

Я кричу, мой позвоночник едва не переламывается пополам. Я роняю телефон, выкрикивая имя Оуэна. В этот момент телефон звонит, и на экране я вижу его имя.

– Оуэн? – спрашиваю я, затаив дыхание.

– Блядь, Айви. Я кончаю. Ты нужна мне. Где ты? Мне нужно увидеть тебя.

Он стонет так же, как когда выпускал свою сперму в мое горло.

– Я дома. Мой адрес…

– Я знаю, где ты живешь. База данных сотрудников. Оставь окно в спальне незапертым и включи свет. Я хочу залезть в твое окно, как вор в ночи, и трахать тебя до тех пор, пока ты не забудешь свое имя.

– Оуэн, я… я…

Я задыхаюсь, отголоски моего оргазма ударяют по мне.

– Не отказывай мне в том, что принадлежит мне. Оставь окно незапертым и сними всю одежду. Я хочу тебя.

Я сглатываю, мое желание с ревом возвращается к жизни.

– Да, сэр, – отвечаю я по рабочей привычке.

– Ах, моя хорошая девочка.

– Быстрее, Оуэн, – хнычу я, услышав именно то, чего так долго ждала.

Глава 10

Оуэн

Айви кончила для меня. Сразу как пришло мое сообщение, она получила оргазм. Я наблюдал за ней в окно, когда она следовала указаниям Хантера, но он не мог дать Айви то, что ей было нужно, потому что это был не я. Как только отправил ей сообщение со своего телефона, она кончила. Айви нуждается во мне. Она хочет меня, а ревнивый зверь внутри меня все еще не приручен. Я – Хантер, а он – я, но Айви этого не знает.

После всего того, что мы разделили, ревность переполнила мои вены из-за того, что она так разговаривает с Хантером. Знаю, что я придурок, потому что не сказал ей правды, но Айви еще не готова к этому. Сначала я должен проникнуть в нее и убедиться, что она готова ко всему, что сопутствует возможности быть с таким мужчиной, как я. Я буду не просто иметь Айви, я буду, черт возьми, претендовать, обладать и владеть ею как своей. Она будет моей до мозга костей.

Я жду пятнадцать долгих мучительных минут в своей машине возле ее дома, прежде чем войти к ней, смотря на Айви, лежащую на кровати, голую и удовлетворенную. С руками, закинутыми за голову. Она потрясающе красива, и я жажду попасть в ее дом и в ее тело. Не только физически, но эмоционально и ментально. Она сводит меня с ума в моей одержимости ею. Блядь.

Как только проходит пятнадцатиминутная отметка, выхожу из своей «Ауди» и подхожу прямо к окну. Оказываюсь достаточно близко, и Айви замечая меня, садится, темные волосы каскадом ниспадают вокруг тела. Ее глаза одновременно полны желания и невинности, и я понимаю, что прямо сейчас сбылась моя фантазия.

Я открываю окно и медленно забираюсь внутрь. Айви сидит неподвижно, принимая меня, пока я возвышаюсь над ней.

– Я одета так, как ты хотел? – спрашивает она, краснея, и стыдливо смотрит на свое тело, не осознавая, что делает, но это заставляет меня зарычать.

– Ты чертовски идеальна и прекрасна. Не смотри на свое тело со стыдом. Оно было создано для того, чтобы ему поклонялись, а не стыдились.

Она поднимает на меня свой взгляд.

– Я ненавижу его. Оно заставляет меня чувствовать себя бессильной.

Я забираюсь на кровать, чтобы служить ее телу. Взяв ее ногу за лодыжку, целую ее.

– У тебя гимнофобия. Откуда это взялось, Айви? Кто-то сказал, что твоя нагота постыдна? – спрашиваю я, целуя и покусывая ее икры, каждый раз заставляя Айви вздрагивать.

– Да, – отвечает она, напрягается, когда я целую прямо в прекрасную киску. – Оуэн! – вскрикивает она и, вцепившись руками в мои волосы, пытается оттолкнуть.

Она уязвима, потому что находится в своем доме, в привычном окружении. Сегодня в офисе она была более открыта своему обнаженному телу и своему удовольствию, потому что находилась в моем пространстве и могла притворяться кем-то другим, кем-то сильным и бесстрашным. Но она также помешала мне заставить ее кончить, с чем я категорически не согласен. Но я слишком уважаю ее, чтобы заставлять выходить за свои пределы. Я должен помочь, научить и направить.

– Кто сказал тебе стыдиться своего тела? – спрашиваю я, поочередно целуя напряженные соски.

– Моя мать. Она всегда говорила, что наши тела созданы для греха, и нам должно быть стыдно за них.

Ах, вот оно.

– Зачем она это делала? Ложись, Айви, – говорю я, помогая, и ее глаза широко раскрываются.

– Мой отец много изменял, и мама говорила, что он не может сопротивляться грехам плоти. Она заставила меня поверить, что мое тело может погубить людей.

– Нет. Твой отец был трусом, потому что не ушел, если был несчастлив с твоей матерью, – говорю я ей и, схватив рукой ее подбородок, заставляю посмотреть на себя. – Ты близка с ним?

Айви качает головой, и на ее глаза наворачиваются слезы.

– Он умер много лет назад, но родители развелись, и он ушел к своей любовнице.

Я целую ее в щеку. Как можно добровольно уйти из ее жизни? Айви мудра, необыкновенно заботлива, умна, остроумна и уникальна. Я многому научился, наблюдая и слушая ее со стороны в течение долгого времени, изучая, ее.

– Вы близки с матерью?

Ее глаза становятся темными и самыми грустными на свете.

– Нет, – резко отвечает она, и взглядом скользит к окну.

– Айви, поговори со мной. Я хочу знать. Я хочу быть рядом с тобой, – прошу я, возвращая ее внимание ко мне.

– Она была ужасной. Брила мне голову и заставляла носить многослойную одежду даже в самый разгар лета. Меня часто дразнили за это, и иногда у меня даже случался тепловой удар.

Я шиплю, моя рука, лежащая на кровати, инстинктивно сжимает простыню, и я торопливо касаюсь бедра Айви, желая почувствовать ее. Мне нужно успокоиться.

– Когда ты ушла от нее? – спрашиваю, целуя Айви в висок, а затем резко перемещаю нас в пространстве – теперь я сижу спиной к изголовью кровати, а Айви седлает меня, абсолютно голая и захватывающая дух. Тут же пытается прикрыться, скрещивая руки на груди. – Ты не представляешь, что со мной происходит, когда ты так закрываешься, – меняю я ненадолго тему.

– Я не закрываюсь. Прости. Я не хотела.

– Ты такая красивая. От тебя у меня перехватывает дыхание. Чувствуешь? Ты делаешь это со мной.

Я хватаю ее за бедра, отмечая, насколько они округлые в моих больших руках – она настоящая женщина, а я настоящий мужчина – и покачиваю Айви вперед-назад, ее киска скользит по моему члену через брюки. Айви вскрикивает, ее руки инстинктивно тянутся к моей груди. Ее большая сочная упругая грудь обнажается. Я двигаю Айви вдоль моей длины и шиплю сквозь зубы.

– Твое тело – произведение искусства. Эти сиськи, боже мой! – Обхватываю ее левую грудь и сжимаю.

– Ах! – стонет она.

– Мне не нравится, когда ты это прячешь.

– Но тогда ты будешь вожделеть меня и делать из-за меня безумные вещи. Ты будешь грешить из-за меня, – шепчет она, и я обхватываю ее подбородок.

– Что плохого в том, чтобы вожделеть и грешить из-за того, что принадлежит мне? И единственный грех, который я планирую совершить, это трахнуть тебя вне брака, что ненадолго. Я не смотрю и никогда не буду смотреть на других женщин так, как смотрю на тебя. Делаю ли я то же самое с тобой, Айви?

Ее глаза расширяются, а дыхание перехватывает, от того что подразумевают мои слова, и Айви кивает.

– Я хотела тебя с того дня, как прошла собеседование, Оуэн, – отвечает она и на лице появляется застенчивая улыбка.

– Так и должно быть. Нет ничего постыдного в желании того, с кем ты. Ни одна женщина никогда не получит меня так, как ты.

– Тогда скажи, почему это происходит сейчас? Почему ты так долго ждал и почему так холодно относился ко мне?

Оглаживаю ее бедра, веду ладони вверх по ее животу, касаясь женской округлости. Черт, Айви – воплощение всех моих влажных снов и поллюций. Каждый миллиметр ее тела выглядит так, будто я вылепил его специально для себя.

– Потому что думал, что ты к этому готова. Ты молода и свободна, и я не хотел удерживать тебя.

– Как бы ты меня удержал? Ты не думал, что я захочу тебя?

Айви даже не подозревает о собственной соблазнительности. Этот простой вопрос звучал так, будто она просила меня трахнуть ее прямо здесь, взять ее как сумасшедшему.

– Детка, когда ты станешь моей, это будет всерьез. Я завладею тобой. Я буду владеть каждым сантиметром твоего тела. Ты будешь делать то, что скажу, и все что захочу. Ты станешь частью меня. Ты готова к этому?

– Ты когда-нибудь сделаешь мне больно? – спрашивает Айви, наклонив голову и прикусив губу.

Подождите… Она этого хочет?

– Я бы никогда не ударил тебя. Возможно, хорошая порка с жестким трахом, но я бы никогда не причинил тебе вреда. Я просто хочу, чтобы ты принадлежала исключительно мне. Я не хочу, чтобы ты хотела кого-то, кроме меня.

– Я не хочу никого другого. Я всегда хотела только тебя.

– Нет, я хочу, чтобы ты желала меня так сильно, что это повлияло бы на твой день. Не могла сосредоточиться, пока я не рядом. Я хочу, чтобы ты была у моих ног и сосала мой член каждую гребаную ночь, – говорю я, и глаза Айви расширяются, а тело дергается вперед. – Да, вот так, – хвалю я ее тело за его реакцию.

– Я могу это сделать. Я хочу этого. Мысль о том, чтобы принадлежать тебе, кажется единственно правильной вещью в моей жизни. Но…

– Но что? – бормочу я, не сводя с нее глаз.

– Но разве это взаимно? Буду ли я владеть тобой взамен? Владеть каждым сантиметром твоего тела? Будешь ли ты делать то, что я скажу, и все, что я захочу? Потому что я хочу, чтобы ты был таким же и для меня, – признается она.

– Детка, это уже произошло. С самого первого дня я принадлежу тебе. С той секунды, как вошла в мой кабинет, ты завладела моим телом и душой. С тех пор не было другой женщины и никогда не будет после тебя, – говорю я. Разве она не видит правду, написанную на моем лице? – Ты должна кое-что пообещать мне, прежде чем мы начнем.

– Что угодно, – кивает Айви и, наклонившись, целует меня в шею, а затем в линию челюсти.

Я стону, толкаясь в нее, мой член так сильно хочет быть внутри нее.

– Ты никогда не оставишь меня. Я владею тобой, Айви.

Она сглатывает, откидываясь назад ровно настолько, чтобы наши лица оказались в нескольких сантиметрах друг от друга.

– Если то, что ты сказал, правда, и ты тоже принадлежишь мне, тогда по рукам… доктор Сейдж.

В ее голосе звучит завершенность, и я знаю, что она полностью готова.

– Посмотри на себя. Ты меня сейчас убиваешь, Айви.

Она лукаво улыбается, ее уверенный взгляд прекрасен.

– Поможешь мне одеться? – шепчет она, нежно целуя меня возле уха.

Ее вопрос застает меня врасплох.

– Что? Почему? – смеюсь я. – Мы еще не закончили. Я должен есть тебя часами.

Она краснеет и откидывается назад.

– Я бы с удовольствием, но у нас с Дженикой планы на сегодняшний вечер. Я пообещала ей, что мы пойдем в клуб.

– Нет, – выплевываю я, переворачивая нас так, что оказываюсь сверху, и мои губы сталкиваются с ее губами в жестком поцелуе.

Айви на мгновение сдается, ее тело совершенно расслаблено подо мной, пока мы разделяем наш первый настоящий поцелуй, но затем качает головой.

– Я обещала, Оуэн. Я должна. У нас давно не было девичника.

Ее руки робко исследуют меня. Заползают сзади на мою рубашку, и нежно проводят ногтями по мышцам спины.

– Тебе завтра на работу, – напоминаю я, пытаясь придумать что-нибудь, что удержит ее рядом со мной.

– Да, папочка, – хихикает она.

– Не дразни меня, Айви, – предупреждаю я, и тон моего голоса обещает наказание.

– Ты должен отпустить меня. Обещаю уделить тебе завтра все свое внимание. Возможно, я могла бы даже зайти к тебе в кабинет между пациентами, чтобы украсть несколько поцелуев.

Я кусаю Айви за шею, а затем всасываю кожу, отмечая свою территорию, чтобы все мужчины видели, что эта девушка занята.

– Хорошо. Но завтра ты придешь в клинику пораньше, и будешь ждать меня на моем столе без трусиков. До того, как я туда приду, ты пришлешь мне фото своей киски.

Ее дыхание сбивается.

– Не знаю, смогу ли я это сделать.

– Какую часть?

– Обе.

– Это только для моих глаз. Помни, что это ты и я, и твое тело не постыдно. Скажи это, – говорю я ей.

Она качает головой.

– Айви, скажи, иначе я буду есть тебя до тех пор, пока ты не закричишь о своем поражении.

– Но Дженика…

– Мне все равно – я не отступлю от своих слов.

– Хорошо. Я сделаю это. Но ты никому не позволишь увидеть фото.

– Еще одно, детка, – говорю я, издавая низкое раздражительное рычание. – Я, черт подери, не собираюсь делиться тобой.

Наклонившись, я целую Айви, не давая ей возразить.

Она моя.

Глава 11

Айви

За сутки мой мир перевернулся с ног на голову.

Оуэн заявил, что хочет меня, а затем забрался в дом через окно, шокируя меня своими грубыми, интимными и едва ли не психотическими признаниями. Он сказал такие вещи, которые заставили меня подвергнуть сомнению все мои страхи и фобии, бросили им вызов и на удивление, разожгли во мне глубоко укоренившуюся страсть.

Я хочу этого так сильно. Хочу все, что мне предлагает Оуэн. Никогда бы не подумала, что соглашусь быть чьей-то собственностью, но с ним… Я хочу быть всем, что он мне предлагает, и даже больше. Я хочу быть одержимой этим мужчиной.

– Я выгляжу как идиотка. Мне не стоит одевать такое.

– Возьми свои слова обратно. Сейчас же, Айви. – Оуэн шлепает меня по заднице и я, вскрикнув, поворачиваюсь и гляжу на него снизу вверх.

– Ауч. – Тру свой зад, а Оуэн прижимает меня к стене, уперевшись руками по обеим сторонам от моей головы.

– Возьми свои слова обратно. Я не позволю тебе критиковать себя. Фобия или нет, ты прекрасно выглядишь, и если бы не пытался заставить тебя увидеть, насколько твое тело идеально, я бы не выпустил тебя из этого дома. Я бы не позволил тебе выйти, потому что ни один мужчина не должен видеть тебя такой. Ты выглядишь как ходячий влажный сон, и сегодня каждый мужчина будет тебя желать.

– Мне это не нужно. Я хочу, чтобы меня желал только ты, – отвечаю я, и мои руки тянутся, чтобы погладить его пресс.

Оуэн рыкнул.

– Если хочешь выйти сегодня вечером, перестань искушать меня. Демонстрируй свое тело с гордостью, только не делитесь им. Поняла, Айви?

– Да, сэр, – киваю я, жар между моими ногами усиливается от этого требования.

Я облизываю место на губе, которое он прикусил, и Оуэн снова целует меня. Наш поцелуй становится страстным, обоюдное желание вспыхивает снова, но внезапно звонит мой телефон.

– Это Дженика, – шепчу я, и Оуэн отпускает меня, но смотрит словно хищник на свою жертву. – Привет, – говорю я Дженике, подняв трубку. – Прости, мне осталось накрасить губы и взять сумочку. Мы не будем сегодня тусить допоздна – завтра мне нужно прийти на работу пораньше.

– О, просьба доктора Сейджа?

– Да. Мне нужно быть в клинике на полтора часа раньше, поэтому я смогу выпить только пару коктейлей.

– Отлично. Поторопись! Я жду, и у нас есть столик – преимущества появления до девяти вечера! – кричит она сквозь громкую музыку.

– Хорошо. Скоро буду. До встречи. – Я вешаю трубку и поворачиваюсь к Оуэну. – Мне надо идти. Дженика ждет, – шепчу я, осторожно хватая его за рубашку и прижимаясь ближе. – Я не хочу, но должна.

– Я долго не мог побыть с тобой наедине, а теперь, когда это происходит, ты уходишь. Черт, ты держишь меня за гребаные яйца.

Я краснею, рычание Оуэна так возбуждает.

– Знаю. Я имею в виду последнюю часть. Не про яйца, – бормочу я. – Но завтра ты получишь меня в свое полное распоряжение. И на работе мы можем тайком флиртовать. Ты можешь смотреть на меня, зная, что я жажду того, чтобы ты взял меня.

Последняя часть переходит в стон, так как Оуэн, не теряя времени, покусывая, лижет мою шею, и это вызывает дрожь, которая охватывает все мое тело.

– Завтра тебе нужно прийти пораньше. Я не шучу, Айви. Не заставляй меня ждать, – говорит он угрожающе, и я чувствую эту угрозу глубоко внутри себя.

– Да, сэр. Обещаю.

С последним жарким поцелуем, Оуэн словно трахает мой рот языком, а затем отстраняет от себя.

– Не шали, Айви, – говорит он и, схватив меня за задницу, толкает к двери.

Я отступаю на дрожащих ногах, наслаждаясь взглядом его глаз, скользящих по мне, поглощающих так, будто я неотразима.

Больше мы не говорим ни слова, и Оуэн оставляет меня медленно гореть от предвкушения, прожигающего меня на ближайшие двенадцать часов. Это будет настоящая пытка, но я бы солгала, если бы сказала, что не жажду этого.

*

Музыка такая громкая, что я едва слышу собственные мысли, а это все, что я хочу делать – все они об Оуэне. Чувствую, как горит каждый сантиметр моей кожи, к которому он прикоснулся сегодня, и я не могу успокоить этот жар. Я хочу его, но нахожусь в полном ужасе от того, что мне придется сделать, чтобы отдаться нашему желанию.

– Вон тот парень смотрит на тебя «съем-тебя» взглядом. Ты можешь трахнуть его, представив, что он доктор Сейдж. Попрактикуйся, малышка, – дразнит Дженика.

Закатив глаза, я делаю глоток «Маргариты», которую цежу уже почти час. Мы танцевали до тех пор, пока моя кожа не покрылась легкой испариной, и смеялась так сильно, что мой пресс наверняка завтра будет ныть. Мне нужно это – свобода быть собой, наслаждаясь тем фактом, что все, чего я всегда желала, становится моим.

– Нет, спасибо. Он жуткий. Похож на какого-то серийного убийцу.

Откинув голову назад, подруга громко смеется, и я не могу не улыбнуться вместе с ней.

– Кроме того, мне скоро уходить. Было весело, но завтра с утра пораньше я нужна доктору Сейджу.

– Угу, он кайфоломщик. Если вы окажетесь вместе, пожалуйста, скажи ему, чтобы он не высасывал из тебя жизнь.

– Надеюсь, он высосет мою душу прямо из моей киски.

Я в ужасе прикрываю рот рукой, не веря, что действительно сказала такое.

Глаза Дженики расширяются, и на этот раз она буквально падает со стула от смеха, держась за живот.

– Боже мой, Айви! Ты только что это сказала? Кто ты и сколько текилы в этой чертовой «Маргарите»?

Нет, правда. Откуда это взялось? Такое, я бы просто так не сказала. Сколько алкоголя в этом напитке? Прежде чем я успеваю ответить на любой из этих вопросов, мой телефон вибрирует на столе от пришедшего на него сообщения.

ХантерСосед: Я напугал тебя? Я кончил, думая о тебе, а ты бросила меня. Не слишком хорошо для моего эго. Нет, правда. Куда ты пропала, милая Айви?

Черт. Я совсем забыла.

Я: Я не смогла этого сделать. Прости. Ты нравишься мне, Хантер, как друг, но я люблю Оуэна. Я не могу это сделать с тобой. Пожалуйста, скажи, что не ненавидишь меня.

ХантерСосед: Что, если он тобой не заинтересуется? Что, если ты бросишь его в конечном итоге? Ты рассмотришь мою кандидатуру?

Я заметно расслабляюсь, довольная, что мой собеседник не кроет меня на чем свет стоит.

Я: Даже если Оуэн не захочет меня, я не перестану хотеть его. Я долго буду целомудренной и одинокой, прежде чем смогу подумать о другом мужчине, способном заменить его. Прости, милый сосед по номеру. Останемся друзьями?

ХантерСосед: Ауч, френдзона. Счастливчик, что у него такая верная женщина. Я ревную. Но понимаю.

Я: Он – мое все. Я планирую заставить его любить меня, что бы я ни делала. Он сказал, что хочет меня, и я его, но это может быть временным явлением или уловкой, чтобы затащить меня в постель. Но я не остановлюсь, пока он не захочет меня навсегда.