Текст книги "Заберу твою дочь (СИ)"
Автор книги: Руби Райт
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 8 страниц)
Глава 12
Самира
Домой захожу. Нужно переодеться, поесть, может, и вечером снова к Настюхе. Ну как к Настюхе…
Пока отца нет в городе, урываю момент. Настроение снова на высоте. Боже, как же я сегодня ночью хотела его. Был момент, когда была готова сдаться его рукам, губам и позволить забрать мою невинность.
Как сдержалась?
А главное, Демид не настаивал. Ему было труднее. Он знает, какого это, а я нет.
Он был крайне возбужден – я ощущала это, когда к нему прижималась. Когда он прижимался ко мне. И я так хотела его потрогать…
– Привет, мам! – кричу из прихожей. Мама выходит навстречу.
– Отец тебе звонил? – Она слегка подавлена.
– Нет. А что?
– Самира, я тебя прикрыла, но так дело не пойдет. Ты дома не ночевала…
– И сегодня не планирую. Я снова к Насте поеду. Сейчас душ приму, переоденусь. Есть еще хочу…
– Опять уедешь? – Вижу страх в ее глазах. Но она не за меня боится, а реакции папы.
– Да. – Мой голос спокоен.
– Сами, отец меня убьет, если узнает…
– А ты не говори. Он же еще не вернется завтра?
– Нет.
– Ну и отлично.
И тут, как назло, зазвонил телефон. На экране «Отец».
– Алло, – отвечаю.
– Мне охрана сказала, что ты не ночевала дома. Где ты была? – строго спрашивает, но пока не орет. Фигово мама прикрыла, да и врать она совсем не умеет.
– У Насти. У нее родители уехали, а…
– Вы одни были? – не дает мне договорить.
– Нет, пап, с ротой солдат в квартире. Конечно, одни. Она болеет, я даже думала скорую ей ночью вызвать, температура была высокая, – несу полный бред, но выходит вполне правдоподобно.
– Отвезла в больницу?
– Она на дом врача вызвала. Я сейчас снова поеду к ней…
– Ты и сегодня планируешь ночевать вне дома?
– Пап, Настя – моя подруга. Ты всегда учил меня помогать своим друзьям. Что я должна сделать, бросить ее больную?
Слышу недовольное рычание в трубке. Но моя ложь сработала. Побеждаю отца его же оружием. Точнее словами, что он любит мне повторять:
«Сами, семья – это святое»
«Друзьям всегда нужно помогать»
– Хорошо. Арман с тобой будет. За руль не садись больше.
– Со мной – в смысле в квартире, что ли? – уточняю. Настюхе это ой как понравится.
– Нет. Около квартиры. За дверью будет дежурить.
– А, ну это ладно.
– В понедельник вернусь, поговорим о твоем поведении. – Да, нотаций и нравоучений мне не избежать. Но я готова вытерпеть это ради…
– Пока.
– Я люблю тебя, дочка.
Кладу трубку. Делаю вид, что не услышала последнюю фразу. Если бы отец меня любил, он бы не заставлял идти под венец. Да еще и за Тимура выдает, за урода, который мне угрожал.
Что будет, когда я с ним в одной квартире окажусь, будучи его женой? А его мать…
Ужас.
Гоню эти мысли. Что это я раньше времени распаниковалась?
Быстрый душ, кинула пару вещей в сумку и вниз.
Мама накрывает на стол.
– Ты какая-то странная, Сами. – Смотрит внимательно.
– Нормальная.
Да, я странная. Сильно счастливая просто. Никто меня такой раньше не видел, вот и кажусь им какой-то не такой.
– Нет. Что-то с тобой не то, я же вижу.
– Мам, давай скорее. Я опаздываю на тренировку.
Игнорирую пристальный взгляд матери и делаю вид, что все в порядке. Но сегодня все не в порядке. Я буду кататься с Арманом, а это значит, мне понадобится его помощь.
* * *
Подъехали к студии, а я никак не могу начать разговор со своим водителем. Стесняюсь.
Но я могу его подкупить, идея Настюхи. Ее родители свалили на целую неделю на дачу, а значит, Арман может остаться у нее, а я спокойно сбегу к Демиду. Но вопрос: а Арман-то согласен?
– Ты не опоздаешь? – подгоняет меня.
– Еще полчаса есть.
– А чего тогда торопились?
– Поговорить хочу с тобой. Серьезно. – Смотрю пристально в глаза водителя. А он на меня.
Немного удивлен. В лицо вглядывается, будто ищет ответ или намек о предстоящей беседе.
– О чем? – спрашивает с осторожностью.
– Арман, ты единственный человек в моем доме, кому я доверяю. Ты мой друг. И если говорить откровенно, ты мне даже, наверное, ближе, чем родной брат, – делаю паузу.
– Мне приятно, но я не понимаю…
– Ты видел, как себя вел Тимур? Как схватил меня, а что он говорил… Знаешь, что меня ждет? Побои и изнасилование в первую брачную ночь. И во все последующие ночи. Арман, я не хочу этого.
– Сами… – Парень меня жалеет, чуть притупил взгляд, и глаза стали грустными.
Обычно в машине мы разговариваем, улыбаемся. Иногда даже песни поем, но сейчас воздух в авто спертый. Наполненный болью. Моей болью и его жалостью.
– Я не выйду замуж. Не пойду. Отец меня будет силой туда тащить. Да пусть даже в цепи закует, но я не пойду по собственной воле.
– От меня-то ты что хочешь?
– Хочу, чтобы мы до Насти доехали, ты остался у нее, а я уйду.
– Куда уйдешь? – На меня смотрит. – К тому из ресторана? – Догадливый у меня водитель.
– Да.
– Самира, я не могу тебя отпустить. Твой отец меня повесит, если узнает.
– Он не узнает. Я и сегодня ночевала у него. Я оставлю свой телефон тебе, чтобы отец мог отслеживать местонахождение. А тебе он сказал за дверью дежурить. Но ведь с Настюхой в постели интереснее, чем за дверью. – Лукаво улыбаюсь и вгоняю Армана в краску. Ему неловко от моих слов.
– Я не понимаю, о чем ты. – Все еще держит лицо, хоть и с трудом.
– Ну хватит. Мы с Настей все друг другу рассказываем, без подробностей, но все же. У нее родители уехали, ты можешь остаться там ночевать.
– Самира… – Вижу, что начинает сдаваться. Еще бы, Настюха у меня огонь. Красотка и умница ко всему. Арман в нее точно уже влюбился.
– Ну, пожалуйста. Если вдруг что, я вину возьму на себя. Но все нормально будет, я тебе говорю.
– А тренировка-то будет? Или мы просто так сюда приехали?
– Будет. Все, я пошла. Жди.
Занятие прошло быстро. Полчаса, и я освободилась. Выхожу на улицу – Лиза с Демидом стоят. Тот с Арманом болтает. Вроде выглядят как приятели. Или как два злоумышленника.
Ох и опасную игру я затеяла…
– Привет, – здороваюсь с Агаповыми. Демид сразу свои глаза на меня, и я вспыхиваю от этого взгляда.
– Самира, привет. А я сегодня у папы ночую, приходи к нам в гости. Мы с тобой в мой шалаш поиграем. – Лизка всех собой загородила.
Смотрю на водителя, потом на Демида. На корточки села.
– Я приду. Чуть позже, через часик, ладно?
– Ура! – радуется девчушка. И я радуюсь. – Я буду ждать! – кричит Лиза вслед, когда я сажусь в машину.
* * *
Я благополучно оставила у Насти все вещи, телефон. Вызвала такси и поехала к Демиду с Лизой.
– И почему ты так долго? – с порога выкатил мне претензию маленький голубоглазый ангелочек.
– Я торопилась. Водитель долго ехал.
– А мой папа быстро ездит, – хвастается она своим героем.
– Твой папа молодец.
– Пойдем со мной в шалаш играть? – Я только разулась. Отказать не могу, да и не хочется.
Демид в стороне стоит, наблюдает и не вмешивается.
– А в душ мне нельзя? – Хотелось бы после проведенной тренировки. У Насти не удалось сходить, она меня выпроводила, как только Арман нарисовался в ее квартире. Кролики несчастные.
– Нет, – твердо заявляет Лиза.
– Эх, ну ладно. Показывай свой шалаш…
* * *
– Ты долго… – говорит Демид, когда я выхожу из ванной.
– Заждался? – Еще раз промакиваю голову полотенцем и так же, как и Демид в прошлый раз, закидываю полотенце на дверь.
Понимаю, что совершила ошибку, подняв высоко свои руки. На мне снова его футболка, которая задралась, оголив мою попку. Резко разворачиваюсь к мужчине, а он смотрит нахально.
– Подними-ка еще раз ручки вверх, – улыбается.
– Нет. Ай-ай-ай, Демид.
– Что? Я просто лежу тут.
– Вот и лежи. Что смотреть будем? – Забираюсь под одеяло, и он тоже. За секунду заключает меня в объятия и прижимается всем телом.
– Вот, фильм какой-то вышел. – Включает. – Но я только на тебя хочу смотреть…
Смотрит, потом к губам тянется, а я навстречу. Соскучилась по его поцелуям, не могла дождаться…
Лизка еще спать не хотела, не наигралась. Но в итоге уснула, пока я ей книжку читала. Спит она тоже, как ангелочек.
– Я соскучился, – шепчет и ножку мою поглаживает, вверх ладонью ведет до талии.
Я только и могу, что сильнее в него вжиматься всем телом, растворяться от приятных прикосновений, что кожу мою обжигают.
Губы его раз за разом хватаю, ничего приятнее в жизни я не испытывала. Его поцелуи особенные, страстные, пылкие, наполненные желанием. И я поддаюсь этому желанию, хочу больше.
Рука его выше движется под футболкой, и я трепет испытываю. Еще секунда – и он на грудь ее опускает, поглаживает, а я улетаю в беспамятство. Ощущения потрясающие.
Нежно сжимает, проходится пальцами и губы настойчивее целовать начинает. Он загорелся, вспыхнул, и я вместе с ним.
Уже себя почти не контролирую, не могу в его руках быть и думать. Не хочу думать. Хочу наслаждаться им…
– Дем… – имя произношу, но мои же глухие стоны не позволяют мне разговаривать.
– Сами, я так хочу тебя… – И вниз рукой, по животу, вот-вот трусиков коснется.
– Я не могу… – говорю, но не протестую. Позволяю меня коснуться. И он это делает, ладонь между моих ножек заводит, касается и тем самым совсем меня подчиняет.
Надо мной поднимается, и я на спине оказалась. Тянет футболку вверх, грудь оголяет и над нею склоняется. Ладонью обхватывает и меж них поцелуями, быстрыми, страстными, но и нежными.
Вновь до губ добирается, поцелуй. Пылкий, глубокий, тот, что до самых костей пробирает. Заставляет сжаться, так как возбуждение меня уже всю поглотило. Подчинило ему.
– Ты доводила себя до оргазма? – спрашивает на ушко и языком касается мочки. Я чувствую, что краснею, мне стыдно говорить о таком. Но отвечаю.
– Нет, – говорю правду, нечего мне скрывать.
И он дышать тяжелее стал, быстро, ритмично.
Вновь в губы целует, спускается ниже. Снова внимание груди, к соскам – особое отношение. Губами обхватывает и языком по ним. Пытаюсь сдерживать стоны.
Целует живот, спускаясь все ниже, оставляя дорожку из поцелуев, которые я еще долго буду чувствовать, так они мне приятны.
Еще ниже, а мне не по себе немного. Стеснение, стыд, неловкость…
Но у него все иначе. У Демида глаза блестят, он напряжен и на меня пристально смотрит.
Трусики тянет вниз, а я немного ерзаю в смятении. Стоит? Не стоит?
Боже, что он со мной делает?
Что хочет, и я ему все разрешаю. Не могу воспротивиться своему же желанию. От колена и вниз, к бедру поцелуями движется. Располагается между ног, а я глаза закрываю, чтобы стыд спрятать подальше. Не могу смотреть в его глаза, а когда он…
Языком меня только коснулся, стоны сами собой вырываются. Губы кусаю, чтобы рот свой занять, не стонать во все горло от чувства приятного.
Что он делает? Как? Почему мне так нравится это? Боже…
Демид вновь и вновь языком по мне водит, нажимая на все клавиши, как пианист. И меня завлекает эта музыка, уносит в немыслимое наслаждение. В рай, не иначе.
И вот он опять передо мной, впивается с желанием в губы, и я чувствую, как касается меня своим возбужденным органом.
Мысли вперемешку. Чего хочу я? Что хочет со мной сделать он?
По моим нижним губам членом проводит, вверх и вниз быстро, а я напряжена. Боюсь…
И он все замечает.
– Расслабься, я не буду в тебя… – шепчет мне в губы и опять поцелуем заманивает. Языком у меня во рту властвует. Чуть постанывает…
А я так и вовсе стонами своими захлебываюсь. Ощущаю накал неизведанный, неизвестный, что подобрался близко и сейчас уже…
– М-м-м… – выдыхаю и в шею его утыкаюсь. Вжимаюсь в него, вдыхаю запах и разлетаюсь на сотни атомов, что только что в моем теле взорвались, подарив особое удовольствие.
Демид все еще сверху, телом меня накрывает, держится, отперевшись на руку. А второй меня по щеке гладит и в губки целует. Усмехается немного на выдохе, и мне тоже почему-то смешно. Радостно.
На бок ложится и прижимает, а я чувствую, как по мне что-то стекает и на постель…
– Тут… это… – не знаю, как сказать.
– Я не сдержался, прости… – Вновь поцелуй от него.
– Не надо просить прощение, я ведь тоже хотела.
– Сами, ты удивительная. Это был лучшей секс в моей жизни. Ну почти секс, – говорит, а я вновь смущаюсь, прижимаюсь к его груди сильно-сильно, не хочу отпускать.
Ведь для меня он – это лучшее, что было в жизни.
Глава 13
Первым делом, как только открыла глаза, вдохнула. Его запах, запах комнаты. Я счастлива.
Демид лежит ко мне спиной, и я обнимаю его широкую спину, прижимаюсь щекой к коже. Тепло.
В памяти сразу всплывает вчерашняя ночь, то, как мне хорошо было. Больше, чем хорошо.
И я не жалею. Не жалею, что поддалась своему порыву и уступила ему. Пусть не во всем, но то, что между нами вчера было, – близость. Она самая. Не иначе.
И я бы с радостью повторила это. Только с ним. С Демидом я чувствую себя в безопасности. Мне спокойно, и я ему абсолютно доверяю. Доверяю себя, свою душу и тело.
Боже, я влюбилась в него и так сильно. От этих мыслей мне уже не так радостно.
Что же будет дальше?
А что Демид? Разделяет ли он мои чувства? А может, для него это всего лишь этап…
Очередная девушка в его постели, в его жизни.
Нет. Это точно не так. Человек не может так притворяться.
Я вчера была готова на все. В какой-то момент даже заняться с ним настоящим сексом, но он не стал. Не настаивал и не просил. Я в нем не ошиблась.
Тихонько встаю с постели. В туалет хочу, сил нет. Прохожу мимо комнаты Лизы – спит ангелочек. Пусть спит. Рано еще, нет восьми.
Из туалета иду по коридору и случайно задеваю плечом какую-то папку, которая лежит на тумбе в прихожей.
Папка громко шлепает об пол, и я морщусь. Надеюсь, никого не разбудила. На корточки присаживаюсь, чтобы собрать бумаги, пара листиков вылетели.
Собираю, и взгляд падает на знакомую фамилию в документах. На мою фамилию.
Интерес побеждает правило, что нельзя копаться в чужих вещах. Наплевать мне. Беру документы и тихонько на кухню. Начинаю листать.
Что это?
Досье на отца?
Вся семья перечислена, все мы, да так подробно. От рождения и до настоящего времени. Бизнес отца. Что принадлежит ему из недвижимости, промышленных зданий и так далее. Читаю дальше…
– Ты тут? – Демид вдруг заходит на кухню, и я вздрагиваю.
Поднимаю глаза, он испуган. Смотрит на документы, потом на меня.
– Самира, это не то, что ты думаешь.
– А что это? Ты под отца копаешь? Ты поэтому со мной… – не могу договорить. Так обидно стало. Слеза по щеке проскользнула.
– Нет. Я не копаю под твоего отца. И с тобой я не поэтому. Прошу, только не плачь…
Ближе подходит, но я чуть на стуле отодвигаюсь. Мне неприятно все это…
Я думала, он относится ко мне искренне, а тут такое. Но я стараюсь взять себя в руки, я готова дать ему шанс оправдаться. Объяснить мне…
– Так зачем тебе досье на мою семью?
– Я друга попросил водителя твоего пробить, Армана. Хотел его подкупить, может, чтобы мы могли видеться. А друг мне это все дал.
– Не верю. Арман и так на моей стороне.
– Ну это сейчас. А тогда-то не был…
– Это все какой-то бред. – С места встаю. – Ладно, мне пора домой.
Но Демид проход загородил. Стоит передо мной и не пускает. А я глаза не поднимаю. Стоит мне на него взглянуть, и я вновь перестану думать.
– Посмотри на меня. Сами, посмотри. – Поддаюсь. – Я не вру. Я клянусь тебе, что хотел нарыть что-то на Армана. Думал, может, шантажировать его буду. Это, конечно, неправильно, но вот так сильно я хотел быть с тобой. И сейчас хочу. А ругаться я совсем не хочу, – говорит быстро, и я ему верю.
– И что ты нарыл?
– Что-то не очень приятное, – становится серьезным. Я вообще его не видела серьезным, на этом красивом лице всегда блистает улыбка. – Я только вчера документы получил. Прочел и не знал, говорить тебе, а может, ты и знаешь.
– Что говорить? Арман маньяк, убийца? Что он сделал? Говори, Дем.
– Он твой родной брат…
* * *
– Что ты сказал?
– Арман – твой родной брат, – повторяет Демид, а у меня мир рушится. Как стекло, которое скинули с огромной высоты, и оно разлетелось на сотню мелких кусочком. Да что там на сотню…
Все, чему меня учил отец всю жизнь, можно взять и забыть. Ведь теперь его слова потеряли свой смысл.
– Как ты узнал?
– Вот тут написано. Можешь прочесть документы… – Находит он нужные бумаги в этой чертовой папке.
И я читаю. Сижу и читаю, пока Демид варит кофе. И к моменту, как он поставил две чашки на стол, я закончила.
Нет, теста ДНК в бумагах, конечно, не было. Но все остальное…
Роман на стороне. Беременность этой женщины. Он даже лично ее из родильного дома забирал и содержать продолжал…
А потом что? Сына на работу пристроил? Нормально так…
Арману всего двадцать пять лет, Руслану – двадцать четыре, через полгода двадцать пять…
Господи, какой ужас. Какой позор для Аслана Сафарова как для примерного семьянина.
А он еще смеет меня учить…
Управлять моей жизнью…
Моим будущем…
Нет, этому больше не бывать.
– Пей кофе, остынет, – заботливо произносит Демид, будто с опасением. Но я не злюсь на него, наоборот, благодарна, что все это всплыло на поверхность.
– Дем, это кошмар. Я в шоке…
– Я и сам офигел, думал, ты знаешь.
– Знаю? Он мой водитель. Если бы я знала, он бы не был просто водителем…
Да у него такие же права, как и у нас, у Руслана. Чем Руслан лучше Армана? Тем, что он рожден в браке?
А как жил Арман? Не думаю, что так же, как мы с братом. У него не было всего того, что у нас было в детстве и есть сейчас.
Отец готовит на свое место Тимура. С собой на встречи таскает, на сделки, а Арман?
Водитель. Серьезно?
– Тише, ты чего разошлась, – пытается успокоить.
– Ой, я Лизу могу разбудить.
– Нет, ты ее не разбудишь. Она соня-засоня. Ты просто трясешься немного…
– Я злюсь. Я так зла…
– А на меня? – Глаза свои красивучие вылупил. И моргает часто.
С места встаю и к нему на колени присаживаюсь. Обнимаю за шею и губ нежно касаюсь.
– На тебя нет. Особенно когда ты так смотришь. У тебя такие глаза красивые…
– Мне впервые девушка комплимент делает, – расплывается в своей чудесной улыбке.
– Ну правда. У Лизы твои глаза, поэтому она такая красотка.
– Интересно, а какие у нашего сына будут глаза…
– У кого? – улыбаюсь я от его пустой болтовни.
– У сына. Пусть твои будут.
– Дем, какой сын. Нам отец не позволит…
– Теперь тебе есть, чем крыть. Так сказать, козырь в рукаве, – Демид полон энтузиазма. Эх, как бы мне им от него заразиться.
– Против отца нет козыря.
– Иди ко мне. Все будет хорошо. Ты и встречаться не хотела, боялась. А сейчас вторую ночь со мной. И я еще хочу. – Целует в губы, и я на его поцелуй отвечаю всей нежностью.
– А что вы тут делаете? – Вздрагиваем с Демидом одновременно. Лизок на кухне нарисовалась…
* * *
Едем с Арманом домой, я на переднее села, чтобы рассмотреть его. Да, я хочу в каждую морщинку вглядеться, в каждую волосинку.
Ну цвет кожи, глаз, волос – тут все понятно. А черты лица?
Как я этого раньше не видела? Да потому что у нас полдвора таких же. Бородатые, черноволосые парни, но Арман другой. Он не копия отца, но сходство на лицо.
Губы, нос, но не глаза. У отца грозный взгляд, а может, это просто привычка.
У Армана же глаза добрые. Всегда были добрыми, с первого дня появления в нашем доме. Я еще тогда подумала, как такой хороший парень может на папу работать.
Интересно, а он знает, что у нас с ним один отец? Знает, что он Сафаров?
Не думаю. Он бы уже прокололся. Мы столько раз по душам говорили. Он бы мне сказал? Только если отец ему не запретил. А он мог. От отца можно ожидать все что угодно. И теперь я в этом окончательно убедилась.
Ну, папа, ты дал, конечно. И я молчать не стану. Теперь не стану. Заикнись еще раз про свадьбу…
– Ты чего так смотришь? – уловил мой пристальный взгляд Арман.
– Да что-то задумалась. Как прошел вечер? – перешла я в наступление, а Арман заулыбался. – Обидишь Настю – я тебя убью.
– Если твой отец этого раньше не сделает.
– Не сделает, Арман. Скоро все изменится…
– Почему? – парень не понимает, о чем я. И не надо пока.
– Да так. Вот увидишь. А Настя хорошая, не обижай ее.
– Я и не собирался обижать. Думаю с мамой и бабушкой ее познакомить. Как считаешь, согласится?
– У вас все так серьезно? – удивляюсь, и улыбка сама собой моим лицом завладевает. Есть шанс нам с Настюхой породниться.
– С моей стороны да, насчет нее не знаю. Ты мне скажи.
– А я тоже пока не знаю, как буду владеть информацией, обязательно с тобой поделюсь.
– Договорились…
Глава 14
Выходные выдались бессонными, поэтому почти весь день воскресенья я провалялась в постели. Лень одолела.
Демид постоянно писал, звонил пару раз, и мы не могли наговориться. Но моя голова все равно полна мыслей. Размышлений. И ничто меня не может отвлечь от них.
В мозгах до сих пор не укладывалось, как отец мог скрыть такое…
Такое?
Живого ребенка. Сына. Скрыть и потом привести его в наш дом в качестве обслуживающего персонала.
Я уважала отца. Любила, несмотря на его строгое воспитание и порой грубость. Оправдывала и доверяла ему безоговорочно. Знала, что отец горой за свою семью, за детей, что он никогда не навредит мне или брату.
А по факту…
Все мои убеждения, все рухнуло к чертям собачьим.
В начале недели Демид улетел в Москву, и Новосибирск для меня опустел. Можно за короткий период привыкнуть к человеку? Наверное, можно, раз я так сильно скучаю по нему.
Разговоры по телефону, сообщения, конечно, спасают, но это все не то. Мне хочется вновь прикоснуться к нему, прижаться, поцеловать…
И быть всегда рядом, хоть это практически невозможно в моей ситуации.
Когда Демид прилетел, мне не удалось выйти из дома. Точнее терпение отца закончилось…
Позвонил, отчитал и сказал, что меня ждет серьезный разговор сегодня вечером. Страшно? Раньше бы было, но не сейчас. После того, что я узнала об отце, об Армане, все изменилось, и, боюсь, нам придется заново выстраивать отношения с папой.
Но полный крах наступил, когда отец вернулся из поездки.
Приезжаю домой после тренировки, а отец уже дома. Полный двор машин. Как же без него было тихо, можно было даже насладиться звуками природы.
А сейчас…
Повсюду охрана. И этот кипиш…
– Сегодня еще поедем куда? – уточняет Арман.
– Пока не знаю. Возможно. Сейчас с отцом поговорю и напишу. Если нет, то на сегодня все.
– Хорошо, жду.
Захожу и вижу, как мрак обуял весь дом. Тишина, лишь голоса слышатся из гостиной.
Прохожу…
Вся семья за столом. Отец во главе, сразу видно – без настроения. За столько лет по глазам я научилась распознавать степень его злости. И сейчас она достигла максимума, но бомба еще не рванула.
Прохожу в гостиную и сажусь за стол напротив отца.
– Всем приятного аппетита, – желаю семье и придвигаю тарелку с салатом. С ростбифом, мой любимый.
Начинаю есть, но замечаю недовольный взгляд отца.
– Ты где была?
Не отрываясь от тарелки с салатом, спокойно отвечаю:
– На работе. Ты знаешь мое расписание.
– Заканчивай свою работу. Она будет отвлекать тебя от семейной жизни. – От его слов внутри начинает вспыхивать огонь.
– Я буду продолжать работать в студии, эта работа помогает…
– Я непонятно говорю, Самира? – повысил голос отец. – Ты почему такой поперечной вдруг стала?
– Я не стала поперечной. Я просто хочу распоряжаться своей жизнью, а не следовать твоим приказам. Я твоя дочь, а не подчиненная.
– И как ты хочешь жить? Ночевать непонятно где, шляться по городу по вечерам? Так?
– Я ночевала у подруги, она болеет, я говорила. И я нигде не шляюсь, я постоянно с водителем.
– Слушай, Сами, я не хочу ругаться. Просто становись снова собой. Хорошей, приличной девушкой. У тебя скоро свадьба, не порти свою репутацию.
– Какой мне стать, пап? Со всем соглашаться и молчать? Бояться сказать слово против? Покорно выйти замуж за такого же тирана, как ты? – Отец начинает краснеть. Бросает на меня строгий взгляд, но я не пугаюсь больше и смотрю ему прямо в глаза.
– Вот, значит, какого ты обо мне мнения?
– А разве это неправда? Ты хочешь выдать меня замуж за Тимура… Так поступает любящий отец? – Вопрос остался без ответа. – Тимур мне угрожал.
– Угрожал? – переспрашивает отец, и я надеюсь, что достучусь до него. Он не всегда был таким черствым. Может, у меня получится в этот раз?
– Да. И Арман свидетель. Он в моем же доме позволил себе меня схватить, говорил… Я не буду пересказывать…
– Не хочу слушать, Самира. Тимур – хороший парень, надежный. Ты будешь с ним счастлива.
– Не буду, папа. А вот избита буду точно.
– Все, чушь начинаешь сочинять. Доверься отцу, я знаю, как лучше для тебя.
– Или для тебя? Что тебе даст эта свадьба? Породнишься с Рагимовыми? И что? Его связи плюс твои, и весь мир у ваших ног?
– Все не так, Сами…
– Да мне плевать как, – начинаю срываться. – Я не выйду замуж за Тимура. Не выйду.
– Сколько можно? – теперь вспыхивает отец. – Как я сказал, так и будет. Как миленькая выйдешь. Взяла моду отцу перечить, делаешь что хочешь. Чему я тебя учил? – Мама положила руку на плечо отца, но он отмахнулся. Она тут же опустила глаза.
Она мне не поможет. Никто не поможет. Руслан тоже молчит. Он отцу вообще никогда не перечит.
– А я сказала, что не выйду. Это моя жизнь…
– Закрой рот. Не смей так со мной разговаривать. Я твой отец. Где твое уважение? Семья – это святое, Сами. Ты должна слушать отца, мать, брата. Мы друг за друга горой всегда. Семья Сафаровых всегда друг за друга. И я не враг тебе. Я за своего ребенка любому башку оторву, но и ты не должна мне перечить… – пока отец говорил это и еще что-то, я написала сообщение Арману. Пусть присоединяется к семейному ужину… – Убери телефон, пока я с тобой разговариваю.
И тут в гостиную заходит Арман. Отец и не заметил сначала.
– Извините, Самира Аслановна, звали? – негромко спрашивает. Побаивается отца. И зря.
– Заходи, Арман, присаживайся, – приглашаю водителя за стол. Арман не выполняет мою просьбу. Недоумевает. И все за столом тоже, но отец вида не подает.
Хороший актер, ничего не скажешь.
– Уйди, – отдает он приказ, и Арман хотел было уйти.
– Арман, сядь за стол, – говорю громко. – Пап, он же может присоединиться к нашему ужину? – спрашиваю и снова отцу в глаза смотрю. И вижу, что там проблеснуло что-то. Какая-то мысль у него появилась…
– Зачем? Что за глупость?
– А ему разве не место за нашим столом? – говорю загадками, и никто в комнате не понимает, о чем я. Кроме отца. По глазам вижу, что понимает. Понимает и молчит. – Арман, садись рядом со мной.
Водитель мешкает, но в итоге садится за стол. А у меня раз за разом взрывы в груди. Мне так за него обидно, и я не могу больше молчать.
– И что? Ну усадила ты водителя своего за стол? – спросил Руслан.
– Знаешь, братик, – обращаюсь к Руслану, – семья – это святое. Так всегда отец говорит? Семья Сафаровых – образцовая семья. Аслан Сафаров – любящий отец, хороший супруг…
– Самира, хватит, – спокойно говорит отец и начинает печалиться. Но я не могу остановится. Я завелась. Обида, несправедливость по отношению к Арману – все меня завело. Прям кровь вскипела в венах.
Меня захватила ненависть. Ненависть к отцу, который столько лет нам врал.
– Что хватит? Я что-то не так говорю, пап? Это ты постоянно вбиваешь мне ложные ценности. Семья для тебя важна? А мама знает о твоем секрете? Руслан знает?
– Самира…
– Да знаю я, что я Самира. Знаю. Но я устала молчать. Устала жить в этом доме, где все боятся слово сказать не так. Где всеми управляешь ты. Я устала, что моя жизнь мне не принадлежит. Устала, что врешь нам и даже сейчас, когда я тебя прижала, не признаешь своей ошибки. Признай, пап…
– Сами, что происходит? – вспылил Руслан, он не выдержал.
– Арман – наш брат, Руслан. Родной брат. Теперь все дети Аслана Сафарова за одним столом, – говорю с иронией, с отвращением к отцу. И мне вдруг стало легче.
Сказала и на Армана посмотрела, а он глаза вытаращил на меня. Он точно не знал…
– Какой брат, Сами? Ты совсем уже? – смеется Руслан и на отца поглядывает. – Пап, что с Самирой случилось? Это же бред? Пап?
Но папа молчит. Поджал губы, слегка нахмурил брови и прищурился. С такой злобой он на меня еще никогда не смотрел. И это взаимно. Но я ничего не делала, это он во всем виноват. Только он.
– Самира говорит правду, Арман – ваш брат, – единственное, что сказал отец до момента, как Арман вскочил и буквально побежал из гостиной. Я больше ни на кого не смотрела, меня волновал только он.
– Арман, стой! – Бегу за ним следом. Я чувствую вину. Могла и наедине с ним поговорить, подготовить как-то, но вышло… как вышло.
На улицу выбегает и к машине, я следом со всех ног. Сажусь на пассажирское.
– Самира, вылезай, мне ехать надо…
– Я с тобой, – говорю твердо и пристегиваюсь ремнем безопасности.
– Сами, не надо. Мне нужно прокатиться, подумать…
– Поехали. Я с тобой, – все тем же спокойным голосом. Я хочу побыть с ним. И даже если он не захочет со мной разговаривать, значит, помолчим. Но одного я его не оставлю…
Охрана открыла ворота, и мы отъехали…
