332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Руби Диксон » Медовый месяц на Ледяной планете: Аехако и Кайра (ЛП) » Текст книги (страница 2)
Медовый месяц на Ледяной планете: Аехако и Кайра (ЛП)
  • Текст добавлен: 31 декабря 2020, 04:30

Текст книги "Медовый месяц на Ледяной планете: Аехако и Кайра (ЛП)"


Автор книги: Руби Диксон






сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 3 страниц)

– Аехако, и сколько еще слоев мне придется надеть?

– Все до единой, – радостно отвечаю я.

Она начинает хихикать, и когда я беру плащ, она касается моей руки.

– Хватит, любимый. Я уже в этом едва могу ходить.

– Тебе вообще незачем ходить. Ты будешь сидеть в санях.

Она качает головой, стуча руками по мягким бокам.

– Я похожа на снеговика.

Я видел округлые фигуры, которые люди иногда делают из снега у входа в пещеру, и… она не ошибается. Кстати, они очаровательны. Я наклоняюсь и целую ее в кончик ее маленького носика.

– Я укутал тебя, потому что ты будешь сидеть, а не ходить. Поверь, когда говорю, что тебе будет настолько холодно, что будешь благодарны за все эти слои.

Кайра скептически смотрит на меня, но кивает головой.

– Ну что ж, тогда ладно. Тебе видней.

Я усаживаю ее на упакованные сани, затем нагромождаю на нее шубы и пеленаю ее, как комплект, до тех пор, пока она не начинает смеяться над моей чрезмерной опекой. Возможно, я немного перебарщиваю, но мне все равно. Она, моя пара, для меня более чем драгоценна, и я не против выглядеть глупцом, если это убережет ее от возможных неприятных ощущений. Убедившись, что ей будет достаточно тепло, я укутываюсь сам и завязываю лямку саней вокруг талии, прикрепляя их к своему телу. Даже если я уроню кожаные веревки, Кайра не укатиться от меня.

Жизнерадостно махнув рукой на прощание, я вытаскиваю сани на мороз. День в основном ясный, густые облака скрывают солнца, сохраняя температуру ледяной. Поднялся сильный ветер, и он кусает мою голую кожу, поэтому я натягиваю обмотку повыше себе на нос и удостоверяюсь, что Кайра покрывает практически все лицо, и тогда отправляюсь в путь.

Мы двигаемся вперед быстрым шагом, на земле лежит плотный снежный покров, и я выбираю тропу, которая следует рядом со скалами, но мне не придется тащить сани вверх по крутым склонам близлежащих скалистых поверхностей. Чем дальше мы уходим от Южной пещеры, тем больше меня беспокоит, что на улице, пожалуй, для Кайры слишком сильный мороз. Ее человеческая кожа не выносит холод так, как моя. Она сидит, от чего ей неизбежно делается холоднее, к тому же кажется, будто облака с каждым мгновением становятся все гуще.

Спустя некоторое время я замечаю тропу, ведущую к пещере охотников. Я сразу же иду в ту сторону, направляясь к ней. Занавес приватности перед входом задернут для защиты содержимого пещеры, но внутри никого нет. Я останавливаюсь и еще раз оценивающе рассматриваю небеса, после чего поворачиваюсь к своей паре.

– До завтра мы остановимся здесь, – объявляю я, отвязывая себя от саней.

Кайра стягивает густой мех, закрывающий нижнюю половину лица, словно маска, глядя на меня каким-то странным взглядом.

– Мы ведь ушли не так уж и далеко, верно? Не прошло и нескольких часов.

– Я не стану рисковать тобой и нашим комплектом, попав в снежную бурю, – заявляю ей, подойдя к ней и беру ее за руки, чтобы помочь ей подняться. – Ты же говорила, что тебе все равно, даже если это займет много-много дней, разве нет?

На ее лице мелькает улыбка, но она кивает мне головой.

– Ну да, говорила.

Я помогаю своей паре зайти в пещеру (вполне возможно, что я укутал ее в пару лишних слоев шкур) и развожу костер, чтобы она могла согреться, пока я распаковываю вещи. Как будто небо решило со мной согласиться, на ветру закружили большие снежные хлопья, и землю заволокло тьмой, несмотря на то, что сейчас только полдень.

– Видишь? – говорю я Кайре, затаскивая внутрь наши вещи. – Твоя пара всегда прав.

– Я пропущу это мимо ушей, – поддразнивает она, протягивая свои розовые ладошки к огню, чтобы согреть их. – Тебе помочь?

– Если ты хотя бы приблизишься ко входу в пещеру, я отшлепаю тебя, как провинившегося малыша, – обещаю я ей. – Сиди и грейся.

Я распаковываю сани, которые я совсем недавно только упаковал, и к тому времени, когда я заканчиваю, снегопад ослабевает. Я ожидаю, что Кайра укажет на это, но, она, промолчав, подбрасывает в огонь топливо и устанавливает штатив и кожаный мешок, чтобы мы могли заварить чай. Она сняла большую часть слоев одежд и в дальней части пещеры создала гнездышко из шкур, и когда я закрываю занавес приватности над входом, чтобы отгородиться от ветра, она выпрямляется и улыбается мне.

– Закончил? – спрашивает она с улыбкой на лице.

Кивнув, я забираю из ее рук мешок с едой.

– Я знаю, тебе кажется, что своей чрезмерной опекой я перегибаю палку, но я предпочитаю проявить осторожность, нежели застрять с тобой и комплектом под открытым небом на морозе.

– А разве я в чем-то тебя упрекала?

– Нет, но я слышу твои мысли об этом, – поддразниваю я ее. – Ты очень громко думаешь.

– А, по-моему, недостаточно громко, – заявляет Кайра, подойдя ко мне. Она развязывает опоясывающий мою одежду ремень, позволив ему скользнуть на пол. Затем стягивает мою одежду, снимая один слой, потом следующий. – Я как раз думала о том, что не имею ничего против выкроить время, которое мы могли бы провести вместе. Побыть немного одним, только ты и я. Думаю, тебе не помешает отпуск.

– Оут-поу-ск?

Она кивает головой.

– Ну это то, когда люди отправляются в небольшое путешествие, чтобы провести время вдали от своих проблем.

– Ты считаешь, у меня есть проблемы?

Дернув за очередной плотный слой шкур, покрывающий мою грудь, она, улыбаясь мне, наклоняется ко мне поближе.

– Или же тебе просто нужно несколько дней отвлечься от всего этого.

Она позволяет шкуре скользнуть на пол, и тогда на мне нет ничего, кроме жилета и леггинсов. Обойдя вокруг, Кайра встает позади меня, ее рука скользит по моей спине.

– Ты что, соблазняешь меня? – спрашиваю я ее. – Стоит ли мне надеется получить подарок в знак ухаживания?

– Никаких подарков в знак ухаживания. Но… неужели было бы так плохо, если б я соблазнила тебя? Мне прекратить? – она прижимается щекой к моей руке и обнимает меня сзади, положив руки мне на живот. – Неужели так плохо, что мне нравится прикасаться к своей паре?

– Нет, совсем неплохо. – Мое дыхание ускоряется, и то, что она прижимается своим меньшим телом к моему, заставляет меня жаждать большего. У меня аж руки чешутся от желания прикоснуться к ней, бросить на шкуры и тут же врезаться в ее приветливое тело… но она вынашивает мой комплект. Мы должны быть осторожны. – Ты не устала? – спрашиваю я ее вместо этого. – Наверное тебе стоит полежать и отдохнуть?

– Отдохнуть? От того, что просидела все утро в санях? – насмешливо фыркнув, она одной рукой скользит к моему члену. – Вообще-то, я чувствую себя отлично, – ее пальцы скользят вверх и вниз по моей кожаной одежде. – И, судя по всему, ты тоже чувствуешь себя неплохо.

Я испускаю стон от ее легких, как перышко, прикосновений. Этой незначительной ласки достаточно, чтобы мой член затвердел, и я прижимаю свою пару к себе сильнее. Я откидываю голову назад, своим телом отдаваясь ее прикосновениям.

– Это потому, что у меня самая прекрасная пара в обеих пещерах, – говорю я ей. – От одной мысли о том, что она принадлежит мне, я становлюсь до невозможности твердым.

– Тогда удивительно, что ты не расхаживаешь со стояком круглосуточно, – поддразнивает она, проводя губами по моей обнаженной руке и легонько прикусывая меня. – Тогда, бродя по покрытым снегами холмам, твой член стоял бы столбом на всеобщее обозрение.

– С чего ты взяла, что его у меня нет? – поддразниваю я в ответ, потому что мне нравится ее шаловливое настроение. – Откуда ты знаешь, что я не останавливаюсь каждые несколько шагов, только чтобы поласкать свой превосходный член, думая о своей паре?

Хихикая, она выходит из-за моей спины.

– Потому что каждый раз, когда ты возвращаешься в пещеру, ты так нетерпелив, увидев меня. Если бы ты целыми днями поигрывал со своим членом, ты и близко не смог бы продержаться так долго, как ты это можешь.

Ее щеки заливает румянец. Став моей парой, даже после многих поворотов луны моя Кайра по-прежнему стесняется, когда говорит дерзости, словно ожидает получить резкий отказ.

Это невозможно. Я никогда не откажу ей, особенно, если она жаждет моих ласк. Это величайший из даров.

– Значит, ты говоришь, у меня отличная выносливость? Мне приятно это слышать, моя милая пара. Иногда мне так хочется продержаться еще дольше, просто чтобы доставить тебе удовольствие.

Я распускаю ее гриву, сплетенные в косу, и пропускаю пальцы сквозь ее мягкие локоны.

– Если ты продержишься еще дольше, я могу рассыпаться на части, – дразнит она меня.

– Ты мне льстишь.

– Ты это обожаешь.

– Да, обожаю.

Улыбнувшись мне, Кайра стягивает с меня жилет. После этого ее руки берутся за мои леггинсы, и я позволяю ей раздеть меня, хотя я не подпускаю ее к моим сапогам, поскольку не хочу, чтобы она наклонялась больше, чем сейчас. Удивленная моим упрямством, она закатывает глаза и принимается раздеваться сама.

Думаю, я никогда не перестану радоваться своему счастью, что у меня теперь есть пара. Смотреть, как от нетерпения светятся ее глаза, когда я стою перед ней обнаженным, наслаждаться зрелищем, как раскрываются взору знакомые изгибы ее тела, когда она снимает с себя одежду. Помогая ей, я позволяю ей опираться на мое плечо, пока она скидывает сапожки и леггинсы, и тогда мы оба раздеты друг перед другом. Я спаривался с Кайрой уже столько раз, что со счета сбился, но каждый из них столь же яркий и потрясающий, как и первый. Я никогда не устану от ее улыбки, смотреть на ее бедра или румянец на ее щеках, когда она кончает. Я никогда не устану от нее, до конца своей жизни.

Мой кхай сделал для меня самый правильный выбор.

И пока я стою тут, улыбаясь своей паре, как влюбленный дурачок, моя бедная женщина вся дрожит, и соски ее полных грудей сморщиваются, реагируя на холод.

– Давай-ка забираться под шкуры.

– Я уж подумала, что ты никогда не попросишь, – поддразниваю я.

Мы идем к постели из шкур, но вместо того, чтобы лечь первой, Кайра кладет руки мне на грудь и притворно толкает меня в наше гнездышко.

– Сначала ты. Хочу немного с тобой поиграть.

– Правда? Воистину, я счастливейший из мужчин.

Горя от нетерпения, я ложусь на спину, поправляя под шеей завернутые в рулон шкуры, чтобы концы моих рогов неприятно не вдавливались в пол пещеры. Моя красивая обнаженная пара скользит ножкой по моему телу, а затем опускается, устраиваясь своей попкой на моих бедрах. Мой вставший член трется о ее ягодицы, моя шпора находится дразняще близко к ее мягким складочкам, но полностью на меня она не садится. Вместо этого она наклоняется вперед и проводит рукой по моей груди.

– Боже, как я обожаю смотреть на тебя, – вздыхает Кайра, ее пальчики касаются моих плоских сосков и танцуют по покрытию моей груди. – Когда я вижу тебя вот таким, так и хочется попробовать всего тебя на зубок.

Я двигаюсь под ней, потому что моему члену очень нравится мысль о том, что она меня кусает.

– Что ж тебя останавливает?

Она поднимает голову и смотрит на меня неожиданно шаловливым взглядом. Моя Кайра обычно печальная, ее нужно подстегнуть, чтобы развеселить. Она серьезная, а я беззаботный и люблю шутить. Но, видя ее такой, у меня сердце аж колотится.

Я люблю, когда она берет контроль в свои руки.

Кайра перекидывает свои длинные волосы через плечо, затем наклоняется и прикусывает один из моих сосков. Ее маленькие зубки всего лишь щипают мою очень твердую кожу, но я все равно вздрагиваю. Одного вида, что она это делает, достаточно, чтобы мой член болезненно затвердел. Она снова кусает меня, прокладывая крошечные укусы вверх и вниз по моей грудной клетке, а затем поднимает одну из моих рук и прикусывает мягкую внутреннюю часть, посылая дрожь страстного желания вверх и вниз по моему позвоночнику.

– Откинься назад, – хриплю я. – Сядь на мой член.

– Еще рано.

– Хотя бы потрись о мою шпору, – умоляю я. – Намочи ее своим влагалищем. Скользни по ней. Возьми меня в себя.

– Скоро, – успокаивает она меня обещанием и прикусывает вену на моей руке.

Я снова стону.

Кайра изгибается, двигая бедрами, своей задницей дразня мой член в то время, как своими губами ласкает мою кожу. Мне так хочется обхватить ее руками, прижать к себе, но она такая хрупкая и вынашивает мой комплект. Поэтому я держу сжатые в кулак руки по бокам, решив не прикасаться к ней и не перебивать. Правда, я двигаю хвостом вверх и вниз по ее сливочному бедру, не в силах заставить себя не прикасаться к ней хоть каким-то образом, покуда она щипает и кусает мою другую руку.

– Ты такой большой, – говорит она, испуская счастливый вздох. – Большой и сильный, и я завожусь, просто глядя на тебя.

– Правда? – мне удается спросить. – Покажи, как сильно.

Она смотрит на меня игривым взглядом, а затем берет в руку мой член. Приподняв бедра, она трет моей длиной вверх-вниз сквозь свои складки.

– Чувствуешь, какая я мокрая? И все это благодаря тебе.

Я стону, очарованный агрессивным поведением моей пары. Мне очень нравится, какая Кайра может быть застенчивая и в то же время жаждать моих прикосновений. По правде говоря, я счастливейший из мужчин, так как она досталась в пару именно мне. Мой кхай сделал самый правильный выбор.

– Иди сюда и сядь мне на лицо, – умоляю я ее. – Дай мне лизать тебя, пока ты не кончишь.

– Не сегодня, – сообщает она, запыхавшись, водя мой член сквозь свои складки. Теперь она прижимает кончик моего члена к своему входу и издает легкий вздох удовольствия, когда я выгибаю бедра, легонько толкаясь внутрь нее. – Ты играешь нечестно.

– Какая разница? – спрашиваю я. – Давай, садись и трахни меня.

Сдавшись, я перестаю держать руки по бокам и, обхватив ее за талию, насаживаю ее на мой член. От возбуждения ее ножны скользкие, и мы оба стонем, когда она принимает меня на всю длину. Когда ее бедра опускаются на мои, она начинает ерзать, трясь о мою шпору, и мне нравится, как она задыхается и ахает. Ее соски напряглись от возбуждения, и я, скользнув своим хвостом к одному из них, дразню его, когда она начинает скакать на мне.

Люблю смотреть, как она, закрыв глаза, опирается руками на мою грудь в то время, как скачет на мне, получая удовольствие от моего члена. Она задает ритм, и я прекрасно вижу, что долго она не продержится. Кажется, что в мгновение ока она начинает двигаться резкими толчками, ее влагалище с каждым раскачиванием на мне сжимается все сильнее, а Кайра, уже буквально обезумевшая, трахает меня все быстрее. Я распаляю ее, заигрывая с ней, толкая ее бедра на себя в то время, как делаю выпад вверх, и люблю визги удовольствия, которые она испускает, когда моя шпора врезается ей прямо в нужное местечко.

И тогда она, сидя на мне, напрягается и кончает, а я осторожно переворачиваю нас до тех пор, пока она не оказывается подо мной, и я могу обладать ею ради своего собственного освобождения.

Когда мы оба истощены, я сползаю с нее и целую ее в нежные губы, после чего кладу голову ей на живот.

– А мы не разбудили мой комплект? – спрашиваю я, проводя рукой по ее обнаженному животу. Думаю, быть более счастливым, чем я в этот момент, просто невозможно. Во все времена. Прямо здесь, в моих руках, у меня есть все, о чем я когда-либо мечтал.

– Спит, я думаю, – зевает Кайра. – Кстати…

Я поднимаю голову и с любопытством смотрю на нее.

– Что такое?

Ее личико принимает самое невинное выражение, и она пожимает плечами.

– Просто подумала, что, раз уж мы выбрались сюда, мы могли бы вместе поискать Харлоу.

Только не это. Как можно нежнее я обнимаю свою подругу и глажу ее по волосам.

– Я люблю тебя, моя Кайра, и мне очень нравятся, что ты никогда не теряешь надежду, но выгляни наружу и посмотри на погоду, моя пара. Если твоей Хар-лоу и удалось выжить после того, как она заблудилась, думаешь, это ей удастся пережить?

– Не знаю. – Она шмыгает носом, и я обнимаю ее покрепче. Меня расстраивает, что она до сих пор беспокоится о своей потерянной соплеменнице. – Просто… просто чувствую, что нам стоило бы поискать получше. Может, если бы нам все-таки удалось понять, куда завернуть, то мы нашли бы ее.

– Всегда находятся те, кто угодят в снега и уже никогда не возвращаются, – говорю я, поглаживая ее гриву. – Знаю, это сложно принять, но это часть нашей жизни. Ради того, чтобы найти ее тело, рисковать твоей жизнью – и жизнью нашего комплекта – пользу никому не принесет.

– Пожалуй, да, – с легким вздохом говорит Кайра. – Просто… мне невыносимо, что мы потеряли ее. Я чувствую себя виноватой.

– Ты в этом не виновата. Ты не заставляла ее уходить в снег. Невозможно было предвидеть, что случится. – Я еще раз целую ее в лоб. – Так ты поэтому захотела отправиться в это путешествие? Чтобы найти ее?

– Вообще-то, нет, – признается она, рукой скользя вверх – вниз по моему боку. – Ну, наверное, я просто эгоиста. Подумала, что было бы неплохо, если бы мы ненадолго сбежали от других. Немного побыть лишь вдвоем, только ты и я.

– Мы ведь каждую ночь проводим в нашей пещере вдвоем, только ты и я, – заявляю я ей.

– Нет, в смысле, побыть наедине. Друг с другом. Только ты и я. Ну, вроде романтического медового месяца Джорджи. Самое время для нас побыть вдвоем, укрепить наши семейные узы. Заново соединиться.

– Нам нужно заново соединиться? – я осторожно толкаю ее бедрами. – Я готов приступить.

– Да нет, я имела в виду совсем другое, – она утыкается лицом мне в плечо. – Развратник.

Я лишь ухмыляюсь. Больше всего на свете мне нравятся ее улыбки.

– Так значит, ты мне говоришь, что ты не против, если наше путешествие в другую пещеру займет много дней, потому что сможем провести их наедине?

– Да, – ее голос приглушен моей кожей.

– Вот и замечательно, – уверяю я. – Потому что по пути я намерен останавливаться в каждой пещере охотников, чтобы нас не застигла буря.

Хихикнув, она покрывает мою кожу ленивыми, медлительными поцелуями, а пальцами прослеживает узоры на моем бедре.

– А сколько именно их выходит отсюда туда?

Я обдумываю дальнейший путь, по которому я уже много раз ходил.

– Шесть.

– Шесть? – прыснув, спрашивает она. – Мы что, перейдем на другую сторону холма и сразу остановимся на целый день?

– Вполне возможно. А что, это проблема? – я протягиваю руку и, обхватив одну из ее грудей, поигрываю с чувствительным соском. Похоже, груди у нее стали больше, а соски потемнели. Я склоняюсь к решению, что мне нравятся эти перемены, так же, как мне нравится, как округлились ее бедра и ягодицы. Просто для наслаждения ею ее стало побольше. – Ты вроде бы говорила, что хочешь, чтобы мы заново соединились. У меня полно всяких местечек, которые нужно соединить с моей парой. И соединять очень, очень часто.

Взглянув на меня, она лишь закатывает глаза, устраиваясь у меня под боком.

– Так приятно чувствовать твою руку, – через мгновение признается она, покуда я продолжаю перекатывать ее сосок.

– Еще одно соединение, – внушаю я ей. – Можно мне соединить рот с твоим соском и устроить пиршество?

Испустив сонливый вздох, Кайра перекатывается на спину.

– О Боже, конечно.

Шесть дней «соединяться» с моей парой. Я в восторге от этой идеи. И тогда, когда я провожу носом по ее мягкой коже, прослеживая путь к ее соску, я гадаю, получится ли у меня по пути найти еще пещеры, чтобы продлить наше путешествие.

Кроме того, раз мы спасаемся от непогоды, что в этом плохого?

Часть 4

КАЙРА

Мне так странно, что мы, Аехако и я, поменялись ролями. Во время своей беременности я само спокойствие и ни о чем не беспокоюсь. А Аехако нервничает из-за любой самой маленькой мелочи. Утром следующего дня, когда мы уже подготовились покинуть пещеру охотников, начинается сильный снегопад, поэтому мы распаковываем наши вещи и остаемся еще на один день.

А потом еще на один.

Проходит три дня, прежде чем погода позволяет нам пройти небольшое расстояние, и еще четыре дня, прежде чем мы подходим к долине, в которой находится главная пещера ша-кхай.

– Да ладно, – поддразниваю я Аехако в то время, как он тащит сани по снегу, и на горизонте появляется дым, идущий из главной пещеры. – Ты же говорил, что на это потребуется еще несколько дней.

– Может потребоваться еще один, – говорит он мне, останавливаясь и глядя вверх на хмурое небо. – Мне не нравится, как выглядят эти облака.

Если мы остановимся прямо на финишной прямой, как по мне, так это просто глупо.

– Уверена, мы справимся, – бодро говорю я. – Я могу выбраться отсюда и идти…

Прежде чем я успеваю закончить свою мысль, он тянет сани дальше, мчась по снегу с бешеной скоростью. Я хихикаю, своей плотной перчаткой прикрыв рот.

На самом деле, если бы мы и остановились еще на один день, я была бы только рада. «Отпуск» вдали от Южной пещеры пошли нам на пользу. Я и не представляла, какой стресс оказывает на Аехако лидерство, в дополнении к моей беременности. Он постоянно переживает, верны ли его решения, или не было бы племя более счастливо в главной пещере. Он переживает, что некоторые – например, Химало и Айша – недовольны его руководством. Он переживает, что он не такой авторитетный, как Вэктал, потому что обычно он любит повеселиться.

И я понятия не имела, что моя пара все это держит в себе. Я думала, что он принял лидерство так же, как и все остальное, – с энтузиазмом и широкой улыбкой на лице. Оказывается, он скрывал свои страхи, потому что не хотел, чтобы это стало бременем и для меня.

Видимо, этот парень думает, что я более хрупкая, чем стекло.

Так что мы разговариваем, и много. Мы снабжаем припасами каждую пещеру, в которой останавливаемся, и обновляем то, в чем мы нуждаемся. Я начинаю шить одеяло из меховых обрывков, чтобы чем-то занять свои руки, и мы продолжаем разговаривать. Во время этого отпуска Аехако так много смеется, что я осознаю, что последние несколько недель он почти не смеялся, а я была чересчур занята, чтобы это заметить.

Я обещаю себе, что заставлю его смеяться гораздо чаще.

Так что я начинаю с обрывками шить еще кое-что. Я говорю ему, что это просто еще одно одеяло, а вместо этого делаю малюсенькую, пушистую набедренную повязку и набиваю заднюю часть полную лоскутками, чтобы у того, кто будет ее носить, получилась огромная, круглая задница. Мне в голову приходит еще одна идея, и на какое-то мгновение не будучи уверенной, я качаю головой. Я не такая и не делаю непристойные вещицы из кожи… но это рассмешит Аехако. Так что, подавив несколько смешков, я продолжаю и к передней части набедренной повязки приделываю «инструмент».

Все это происходит под носом у Аехако, пока мы бездельничаем в охотничьих пещерах. Он так много спит, что я беспокоюсь, что он потеряет сон, а еще он кладет руки мне на живот и часами разговаривает с нашим комплектом. Так приятно побыть вдвоем, далеко от остальных, что я втайне надеюсь, что и на обратном пути будет плохая погода.

В конце концов, мы ведь не торопимся возвращаться, разве нет? Мы все взрослые люди. Несколько недель жители Южной пещеры могут управиться и сами.

Когда Аехако ускоряет шаг, сани рвутся вперед, и я визжу. Как и следовало ожидать, с небес начинает валить очень густой снегопад, однако Аехако, видимо, решил пробежать остаток пути, а не останавливаться в очередной пещере охотников. Я цепляюсь за вьюки, пока мы мчимся по снегу, а далекая пещера приближается все больше и больше. Вид большого треугольного входа в главную пещеру наполняет меня странным ощущением… не совсем тоской по дому, а какой-то тоскливой радости.

Это был мой первый дом здесь, на Не-Хоте. Он всегда будет занимать в моем сердце особое место.

– Эй! – кричит кто-то, и к нашим саням бежит покрытая шкурами фигура.

– Эй! – окликается Аехако, задыхаясь и не останавливаясь даже тогда, когда к нам подбегает другой охотник. – Мы пытаемся попасть внутрь прежде, чем пострадаем от непогоды.

– Вижу! И ты привез свою хорошенькую пару! – охотник опускает капюшон, и мне улыбается Золай. – Моя пара обрадуются вам обоим. Думаю, мне придется на пару дней отложить проверку своих ловушек.

– Сходи и проверь их, – призывая по-приятельски, велит ему Аехако. – Мы останемся еще на несколько дней. Накорми растущий живот своей пары!

Золай большой рукой хлопает Аехако по плечу, после чего кивает мне головой.

– Пожалуй, я так и сделаю! – он снова срывается на бег, проносясь мимо нас, а мы уже практически в пещере.

– Эй! – кричит другой голос. – У нас гости!

Мои глаза наполняются счастливыми слезами, когда все больше народу собирается у входа в пещеру, и я вижу людей, смешанных с дружелюбными синими лицами. До сих пор я и не осознавала, как сильно соскучились по всем им, и меня наполняет шальная, нетерпеливая радость, когда мы к ним приближаемся.

Не могу дождаться, чтобы снова обнять всех своих друзей.

Аехако наконец-то прекращает свой нескончаемый бег и тащит сани прямо перед входом в пещеру. Его плечи вздымаются, он тяжело дышит, но он движется прямо ко мне и помогает выбраться из огромной кучи груза. Меня сразу же встречают счастливые визги. Марлен – всегда неудержимо буйная – обнимает меня, Ариана заливается слезами и тоже меня обнимает. Я вижу Джорджи, стоящую рядом со своей парой и Норой, и это уже чересчур. Я тоже начинаю плакать, и тогда мы с Джорджи обрушиваемся друг на друга и рыдаем, к большому огорчению Вэктала и Аехако.

– Слезы беременности, – объясняю я своей паре, вытирая щеки. – Я счастлива. Правда счастлива.

Моя пара выглядит неуверенным, но он быстро отвлекается, когда приходят его мать с отцом. Севва и Ошен стискивают его в медвежьих объятиях, еще тут его брат Рокан с едва заметной улыбкой на лице. Сесса – более миниатюрная, более юная версия моей пары – тоже тут, и он лучезарно улыбается, глядя вверх на своего взрослого брата, и он настолько маленький и очаровательный, что я понимаю, что наш ребенок может выглядеть в точности, как он.

И я снова начинаю плакать. Прежде чем Аехако успевает спросить, сквозь рыдания я говорю:

– Честно, я счастлива!

Севва уже кудахтает вокруг меня, втягивая меня в свои объятия. Она, его мать, выглядит такой царственной с закрученной серой косой вокруг головы и единственным намеком на ее возраст – морщинами вокруг глаз.

– Конечно, счастлива, радость сердца моего. Ты носишь комплект. Если он не видел, чтобы ты плакала ни о чем хотя бы раз в день, то он должен считать себя очень везучим. – Она гладит меня пальцами по лицу, а затем лучезарно улыбается мне. – Пойдем, я приготовлю тебе что-нибудь поесть.

– Ну вот, теперь и я проголодалась, – бормочет Джорджи, стоя рядом со мной.

– Тогда и тебя накормлю, – с легкостью говорит Севва. – Сядь у костра, пока мой Аехако здоровается со своими друзьями.

***

Севва суетится над мной, пока Аехако встречается с Вэкталом, а потом его уводят то по одному вопросу, то по другому. Хотя я все понимаю. Он возглавляет Южную пещеру, и все хотят узнать, что там происходит. Он будет занят весь день, несмотря на то, что он бросает несколько озабоченных взглядов в сторону пещеры своей матери, будто хочет подойти и нависать надо мной.

– Его отец был таким же, когда я вынашивала комплект в первый раз, – говорит Севва с грустной улыбкой. – Он кружил вокруг меня до такой степени, что мне хотелось засунуть его голову в снег, не дай он мне перевести дух.

Я улыбаюсь ей.

– Когда это пройдет? Ну, когда он успокоится?

– Этого не будет. – Севва посмеивается над собственной шуткой. – Если он чем-то похож на своего отца, он будет самым внимательным из отцов – зачастую даже слегка раздражающим.

Я не против.

Джорджи появляется у входа в пещеру Севвы и заглядывает внутрь.

– Тук-тук.

– Входи, – говорит ей Севва. – Я как раз собиралась приготовить ужин.

Моя подруга смотрит на меня, затем поднимает мягкую накидку.

– Я вообще-то собиралась окунуться в бассейн и подумала, не хочет ли Кайра присоединиться ко мне.

Судя по всему, это встреча, чтоб посплетничать, а прошло уже так много времени с тех пор, как я подолгу болтала с Джорджи, Лиз и остальными, что сразу же вскакиваю на ноги. Тогда я, колеблясь, оглядываюсь на Севву.

– Иди, – говорит пожилая женщина, пожав мне плечо. – Еда пока еще не готова, а если ты будешь у всех на виду, то Аехако перестанет бросать озабоченные взгляды сюда, – она закатывает глаза.

– Хорошо, – и я направляюсь к Джорджи.

Когда мы приближаемся к главной части пещеры, я вижу, как Аехако оглядывается. Он с серьезным выражением лица разговаривает с Роканом. Меня охватывает приступ беспокойства, и я сжимаю руку Джорджи, давая ей понять, что скоро присоединюсь к ней. Я направляюсь к Аехако, и когда подхожу к нему, он с Роканом тут же прерывают разговор.

Ну, если в этом нет причин для тревоги, то тогда я не знаю, что это.

– Привет, Рокан, – говорю я спокойно. – Как поживаешь?

– Отлично, – он улыбается мне. – Как же я рад снова видеть тебя и моего брата. И я рад тому, каким счастливым ты его делаешь.

– Мы оба очень счастливы, – соглашаюсь я, и Аехако ласково проводит рукой по моим волосам. Я поднимаю взгляд на свою пару. – О чем вы двое тут говорили?

– Ни о чем важном, – отвечает Аехако, пожалуй, излишне радостно. – Мэйлак спит, так что ты не сможешь увидеть ее до позднего вечера. Кэшрем говорит, что она вынашивает большой комплект и из-за этого сильно устает.

– Я знаю, каково это, – бормочу я, лаская свой живот. Он уже кажется огромным…, и я все время чувствую усталость, а у меня лишь где-то половина срока. Наверное, я жду со слишком большим нетерпением.

Аехако покровительственно кладет руку мне на плечо и наклоняется, глядя мне в лицо.

– Ты устала? Может, тебе пора отдохнуть? Тебе, наверное, стоит поспать…

– Мне и так хорошо, – я говорю ему твердым голосом. Наклонившись вперед, я быстро чмокаю его в нос. – И я собираюсь расслабиться в бассейне с Джорджи и остальными. Обещаю, я буду осторожной.

Он колеблется, но потом кивает головой, потирая костяшками пальцев мою челюсть.

– Дай знать, если тебе что-нибудь понадобится.

– Скажу, – улыбнувшись Рокану, я направляюсь в центр пещеры, где соблазнительно призывает большой, испускающий пар, бассейн. Меган с Норой уже в нем, и обе голые. Джорджи присоединяется к ним, погружаясь в бассейн, и я развязываю свою накидку и верхние слои одежды и аккуратно складываю их, прежде чем положить их на ближайшую каменную скамью. Я приближаюсь к краю, одетая лишь в кожаную набедренную повязку и перевязке груди. Никто и не подумает упрекнуть, даже если я разденусь догола, но я до сих пор стесняюсь наготы, и мое изменяющееся тело все только осложняет. Я погружаюсь в воду, и тогда в меня, словно товарный поезд, врезается ее восхитительное тепло. Я подавляю стон удовольствия, когда это приятное тепло проникает в мое уставшее тело.

– Боже, как мне этого не хватало.

– Могу себе представить, – говорит Джорджи. – В Южной пещере что, нет бассейна? Неужто вы все там превратились в дикарей?


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю