Текст книги "Развод. Новый босс (СИ)"

Автор книги: Ронни Траумер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 10 страниц)

Глава 22

Вика

Продолжаю стоять спиной к нему, боясь, что, если повернусь, просто утону в его взгляде, что раскраснеюсь, как школьница на первом свидании с самым популярным парнем.

– К чему столько ограничений? – спрашивает, от чего я вздрагиваю, хотя знаю, что он стоит за моей спиной. Просто страх, что он будет упоминать о произошедшем, заставляет волноваться.

– Так нужно для её же блага, – отвечаю, понимая, что голос сдал меня.

– Пойдём к столу, ты ничего не ела, – не задаёт лишних вопросов, за что я ему благодарна.

– Следите за мной? – не думаю, что говорю, это всё злость.

– Присматриваю, – отвечает с улыбкой в голосе. – И хватит мне выкать, – с этими словами он наклоняется и прихватывает мою обувь. – Идём, Виктория, – повторяет, когда я остаюсь на месте.

Поворачиваюсь и смотрю в спину моему боссу, который лениво поднимается к беседке с моими кроссовками в руках. Как это выглядит со стороны? Сначала мы селимся в одном домике, потом уходим вместе, а сейчас он несёт мою обувь. Сомнений не остаётся – завтра вся гостиница будет гудеть, особенно, учитывая бросаемые в нашу сторону взгляды. Меньше всего мне хочется, чтобы обо мне распускали слухи, но Леониду этого не понять.

Стол у нас фуршетный и почти не тронут. Мужчины только закусывают, а половина женской стороны скорее сдерживают себя. Аппетита у меня никакого, но я набираю тарелку для Евы, как раз, когда она возвращается уже одетая.

– Почему не высушила? – спрашиваю, кивая на распущенные волосы.

– Не будь занудой, – закатывает глаза и забирает протянутую мной тарелку. – Ты сама поела? – смотрит на меня, и я мотаю головой. – Ешь! – пытается быть строгой, но у неё это выходит скорее смешно.

– Я не хочу, – веду плечом и занимаю свободный стул, стараясь не смотреть в сторону босса, который со скучающим видом слушает байки нашего техника дяди Юры.

– Тогда я тоже не буду, – заявляет эта манипуляторша.

С детства так делает, с тех пор, как поняла, что я отказываюсь от шоколадки, чтобы ей больше досталось. Либо по кусочку каждой, либо ни одной вообще.

– Ева, не начинай…

– Тебя и так ветром уносит, не будешь есть, я тоже не буду, – демонстративно ставит наполненную мясом и овощами тарелку на стол и садится рядом.

– Да боже ж ты мой, – вздыхаю и, схватив из стопки пустую бумажную тарелку, накладываю и себе. – Довольна? – смотрю на сестру.

– Очень, – победно улыбается и принимается уплетать за обе щёки.

Ева справляется быстро и, забыв обо мне, хватается за телефон, включает камеру и отходит подальше – снимать очередное видео.

– Будущая звезда, – подсаживается ко мне Машка.

– Да куда там, балуется, – отмахиваюсь от неё я.

– Зря так думаешь, я на неё подписана и, несмотря на то что знаю вживую, что вокруг происходит, смотрю её видео с интересом, – совершенно серьёзно проговаривает. – Она умеет завлекать не столько съёмкой, сколько своей харизмой. Располагает к себе, да и красивая она, через годик-два вообще будет шикарной девушкой, – продолжает расхваливать мою сестру.

Но меня почему-то этот… скорее монолог не впечатляет. Зная Машу, уверена, за этими похвалами что-то скрывается.

– А что у вас там с новым боссом? – а вот и скрытый смысл.

– Ничего, – слишком резко отвечаю. – Он просто помог мне с разводом, – почему-то добавляю.

Наверное, хочется отвести подозрения.

– Ого! – не скрывает своего удивления. – Так ты уже…

– Да, я наконец-то свободна, – отвечаю с улыбкой, поняв, что я толком не порадовалась и не осознала до конца.

Даже понятно почему – меня очень умело отвлекли.

– Офигеть! Поздравляю! – громко и эмоционально восклицает, обнимая меня одной рукой.

– С чем? – спрашивает кто-то из коллег.

– Вика развелась, – радостно отвечает Маша.

– О, сочувствую, – с сожалением говорит тётя Женя.

– Не стоит, муж у неё тот ещё мудак, – почему-то открывает «семейные тайны» Маша.

– Маш, – тихо обращаюсь к ней, но ей всё равно.

– Поздравлять её надо, что избавилась от этого нахлебника, – продолжает слишком громко говорить.

– Маш! – дёргаю её за руку.

– Да что?! – непонимающе уставилась на меня.

– Прекрати, – шиплю.

– Ой, какая ты скучная, – сказав это, она залпом выпивает остатки, судя по запаху, виски с колой. – Пойду босса нашего развлеку, – подмигивает, а мне хочется бросить в неё первым, что под руку попадётся.

«Совсем нездоровая реакция, Вика», – проносится в голове.

Невольно слежу за подругой, за тем, как она подходит к столу, наливает две порции алкоголя и, виляя бёдрами, приближается к Леониду. Встаёт прямо спиной к дяде Юре, намекая тому, что пора удалиться. Протягивает один стакан боссу с такой милой улыбкой, что у меня зубы скрипят. Мужчина не отказывается, берёт протянутую тару, однако не спешит пригубить, слушая Машу. Та что-то оживлённо рассказывает, в какой-то момент кладёт руку на грудь, и взгляд босса в тот же миг опускается к почти что неприкрытым полушариям. Купальник у Маши явно на размер меньше, а то и на два, ведь верх едва половину груди прикрывает, ещё и соски выпирают… чёрт, ну что за ревность?!

Остаток дня Маша не отлипала от Леонида, а моё настроение к вечеру достигло нуля, хоть и не желая того, я наблюдала за ними. Взгляд то и дело находил эту парочку, хотя старалась отвлечься и не смотреть на них. В общем, решила, что с нас хватит «веселья», и, позвав Еву, направилась в сторону домика. Ни с кем не попрощались, так как оказалось уже не с кем, все были изрядно пьяны, и им совершенно наплевать.

– Ты в порядке? – спрашивает Ева по дороге к домику.

– Да, всё хорошо, – отвечаю с улыбкой. – У меня новость есть, – вспоминаю, что не поделилась радостью с главным человечком в моей жизни.

– Какая? – притормаживает Ева.

– Я получила развод, – говорю и по выражению лица сестры вижу, что она не верит.

– Шутишь? – спрашивает.

– Нет, – мотаю головой. – Леонид помог, и Паша подписал документы.

– Мам! – кричит и прижимается к моей груди. – Я так рада! – добавляет, и я обнимаю её в ответ.

Зайдя в дом, Ева включает всюду свет, опять достаёт свой телефон и начинает снимать, показывать дом и рассказывать, что и где находится. Я никак не привыкну к этому, но стараюсь не попадать в кадр. В комнате, которую Леонид нам предоставил, достаю из сумки наши с Евой пижамы и жду, когда эта блогерша закончит.

– Тут так классно, у наших родителей был вкус, – говорит с грустью в голосе.

– Да, они у нас самые лучшие, – подхожу к ней и целую в макушку. – Всё, переодевайся и ложись, – подталкиваю её к кровати.

Ева засыпает почти мгновенно, а я мнусь с ноги на ногу, думая, пойти в душ сейчас или ждать Леонида, всё-таки это его дом, и у него привилегии. Ждала я полчаса, но он так и не явился.

– К Машке пошёл, – бурчу под нос и, прихватив пижаму, тихо ступаю в ванную комнату.

Меня одолевает такая злость, дверью ванной комнаты хлопаю, пижаму бросаю на имеющуюся тумбу как-то остервенело, раздеваюсь так же – слишком эмоционально. А ступив в душ, принимаюсь тереть кожу до красноты, решив, что так я избавлюсь от ощущения его рук на своём теле.

– Дура! Какая же я дура! – отчитываю сама себя. – Один раз поцеловал, а ты уже ревнуешь, – нервно усмехаюсь. – Где ты, и где он? Что ты уже себе придумала, наивная дурочка?! – продолжаю, уже вытираясь полотенцем. – Вот Машка – для него, ему нужна эффектная женщина, а не серая испуганная мышь.

– Я бы так не сказал, – раздаётся бархатистый голос, и я вскрикиваю от испуга.

Глава 23

Вика

– Тихо-тихо, – в один шаг мужчина оказывается рядом и закрывает ладонью мой рот. – Еву разбудишь, – шепчет и смотрит так… с жадностью. – С ума меня сводишь.

– Что? – мычу в его ладонь, непонимающе хлопая глазами как идиотка.

– Глаза эти невинные, – произносит вместо ответа. – Губы твои манят, – каждое слово бьёт по нервным окончаниям, словно хлыст. – Молочная кожа… – эта фраза, как тяжёлый удар по голове.

Я ведь голая! Голая!

Дёргаюсь в его руках, в попытке… хоть что-то сделать, полотенце даже не намотала, оно просто висит сейчас между нами.

– Виктория… – протягивает моё имя и перемещает руки на мою спину.

Прикосновение его холодных пальцев к голой коже, как высоковольтный удар током. Вздрагиваю, глаза прикрываю, дыхание задерживаю.

– Никакая Маша не сравнится с тобой, – наклоняется к моему уху, обдавая шею горячим дыханием. – Никто не способен вызвать во мне столько эмоций, – говорит и едва ощутимо касается губами плеча. – Никого не хочу так, как тебя, – каждая фраза сопровождается лёгким поцелуем по голым участкам моего тела. – Никого, кроме тебя, – это он говорит мне в лицо, пока я стою истуканом.

Наклоняется, касается моих губ своими, сначала нежно, трепетно, а когда я сдаюсь и, прикрыв глаза, приоткрываю рот, впуская его язык, поцелуй становится страстным, напористым, жадным. Леонид усиливает объятия, буквально вжимая меня в себя, полотенце, в которое я так вцепилась, падает на пол, а мои руки оказываются на его шее.

Сама! Я сама целую его с неменьшей страстью, совершенно не давая отчёта своим действиям. Я просто забываю обо всём на свете, полностью отдаюсь моменту. Не сопротивляюсь, когда он подхватывает меня под ягодицы, не издаю ни звука, когда, продолжая целовать, усаживает меня на тумбу с ванными принадлежностями. Отключив голову окончательно, обвиваю его торс ногами, сама, прижимаясь к мужчине.

Глухие стоны один за другим вырываются из груди, когда Леонид проводит ладонями по спине, пальцами по выпирающим позвонкам, будто считает их. Выгибаюсь как кошка, когда просовывает руку между нами и сжимает чувствительный сосок.

Я всё! Больше не думаю, не позволяю сомнениям пустить корни, просто плыву по течению и уже не остановлюсь.

Мои руки сами цепляют полы его футболки, тянут вверх, заставляя мужчину оторваться от моих губ, но всего лишь для того, чтобы снять с себя верх. Снова целует, продолжая вырывать из моей груди стоны своими ласками, а я не сдерживаю себя – касаюсь его твёрдого торса, провожу по мышцам груди, спины и спускаюсь к поясу брюк.

Что со мной? Когда я стала такой развратной? Откуда смелость самой лезть мужчине в трусы?

Но желание слишком высокое, чтобы ответить сейчас на эти вопросы. Плевать! Я настолько возбуждена, что мне абсолютно плевать на всё.

Вскрикиваю ему в рот, когда он накрывает мою промежность. Чувствую, как начинают подрагивать ноги, когда мужчина находит чувствительную горошину и принимается растирать её большим пальцем.

– Какая ты мокрая, – шепчет мне в губы, и миг спустя мне резко становится холодно.

Не успеваю понять почему, как клитор обжигает горячий язык. Схватившись за края тумбы, я запрокидываю голову назад и прикусываю губу до крови, чтобы не кричать от обрушившегося на меня удовольствия.

И так возбуждена до невозможного, а то, что он делает языком, сводит меня с ума. Однако и этого оказывается мало, когда он проникает пальцем в меня, я просто падаю спиной на холодную стену.

– Не могу, – выдыхаю на грани слышимости.

Не могу больше, я просто сейчас взорвусь. Ощущение, будто разлечусь на миллион кусочков и просто не соберусь. Стоит только это понять, как внизу живота что-то лопается, посылая по всему телу электрические разряды, тело затрясло, будто я и в самом деле схватилась за оголённые провода, и только богу известно, каким чудом я не кричу на весь дом. Как не грохнулась с этой тумбы, хотя это как раз понятно – Леонид впился в мои бёдра крепкой хваткой.

Оргазм толком не прошёл, как мужчина поднимается на ноги, сквозь шум в ушах слышу шуршание, а миг спустя к промежности прижимается головка его члена. Вздрагиваю и распахиваю глаза, когда он проводит ею по изнывающему и всё ещё пульсирующему клитору.

– Ты невероятная, Виктория, – шепчет в губы и тут же берёт их в плен. – Вечно смотрел бы, как ты кончаешь, – от его слов мои щёки вспыхивают огнём, но он не даёт мне смущаться, одним толчком наполняя меня собой.

Первое, что я почувствовала, – это насколько он крупный для меня. Что я слишком тугая, понимаю и по его болезненной гримасе на лице. Леонид застывает, прислоняется лбом к моему и глубоко вдыхает.

– Будет очень позорно, если я кончу сейчас, – произносит как-то насмешливо. – Ты очень тесная, – добавляет, подтверждая мои мысли.

– Прости, – почему-то говорю, на что он усмехается.

– Удивительная, – хмыкает и, опустив руки к моим ягодицам, придерживает меня и подаётся назад, чтобы резко толкнуться и всё же сорвать с моих губ крик.

– Т-ш-ш, – шипит и накрывает мои губы своими, чтобы не допустить больше такого.

Мы оба не хотим, чтобы Ева нас застала за таким непристойным занятием.

Не отрываясь от моего рта, начинает буквально вдалбливаться в меня жёстко, с таким напором и скоростью, что тумба под нами ходуном ходит, ударяясь об стену. Я держусь за его плечи, как за спасательный круг, стону ему в рот, понимая, что первый оргазм был так, просто цветочками по сравнению с тем, что надвигается на меня.

Каждый его толчок сопровождается моим стоном и его каким-то звериным рыком. Каждый толчок выбивает воздух из лёгких и, если бы не он, если бы не всё ещё длящийся поцелуй, я бы задохнулась.

«Один вдох на двоих», – всплывает в голове фраза из какой-то книги, которая когда-то казалась чем-то из области фантастики.

Нет, это вполне может быть реально, как и банальное «две половинки одного целого». Безумно глупо, но правда. Мы сейчас настолько близко, буквально как одно целое.

Оргазм обрушивается на меня так неожиданно, что я просто теряюсь. Меня начинает трясти настолько сильно, что я не могу ничего с этим поделать. По венам бурлит лава, и я словно горю в огне долго. Очень долго, даже когда с глухим рычанием Леонид толкается в меня последний раз, меня ещё не отпускает.

Вся тяжесть, весь груз, который висел на моей шее, плечах будто испарился. Вышел вместе со слезами, которых я не замечаю, пока мужчина не вытирает их большими пальцами.

– Я сделал что-то не так? – хмурится мой босс.

– Нет, – мотаю головой, прикусываю губу и смотрю на него, не зная, как сказать.

Как признаться, что мне было настолько хорошо, что я просто-напросто не смогла совладать со своими эмоциями. Что он только что показал, каким может быть удовольствие. Как, казалось бы, естественное занятие может принести столько счастья.

– Почему ты плачешь? – спрашивает с улыбкой, продолжая ловить дорожки слёз.

– Мне было очень хорошо, – всё же признаюсь.

– Как никогда, – шепчет и целует мои губы.

Глава 24

Леонид

Видел по её глазам, что она осознала произошедшее, лишь когда я подхватил её на руки и отнёс в душевую кабинку. Поставил на ноги, и она тут же обняла себя руками, краснея как спелый помидор. Я, не снимая с её пунцовых щёк взгляда, избавился от штанов, которые свисали где-то на щиколотках, и, перешагнув через них, присоединился к Виктории.

Меня тронули её слёзы, самец внутри меня ликовал, нет лучшей реакции, чем эта. Самоуверенно, да, но зато правда, чего врать, если мне это понравилось. Не так сильно, как оказаться в ней, конечно, мне даже сравнить не с чем. Ну, в смысле, что прожил я долго, но такие ощущения испытал впервые.

Раньше секс был лишь потребностью, способом выпустить пар, физиологией. Чего греха таить – трахал я столько баб, что не сосчитать. Но Виктория… я не могу это объяснить. Свои чувства рядом с ней не могу разгадать, не понимаю их просто, а инструкции не прилагается. Впервые так странно чувствую себя рядом с девушкой.

Первый раз ощущение, что я должен её защищать, и не только от мудаков вроде её бывшего мужа, а просто… не верю, что я это говорю, но я бы подул на крошечную рану, например, от иголки, лишь бы унять и такую малейшую боль. Какое-то дикое желание сделать так, чтобы она всегда улыбалась, не лила никогда слёзы, разве что, как сегодня, от счастья. Лютая тяга быть рядом, прикасаться, взять за руку, обнять, целовать. А ещё бешенный порыв выбить зубы любому, кто на неё посмотрит, например, официанту Мише, который бросал на неё жадные взгляды весь вечер. Он даже собрался за Викой, когда они с Евой направились в сторону дома.

– Не стоит, – коротко, но предупредительно сказал, схватив его за локоть.

Парень не стал спорить со мной, мой взгляд был красноречив, а я лишь ухмыльнулся. Тоже мне, мужик. Попробуй мне укажи не приближаться к девушке, которую я приметил, – уедешь домой с разбитым носом. А он просто кивнул и пошёл к Маше.

Маша… пиявка, конечно. Всячески старалась привлечь моё внимание сегодня, внушительную грудь вперёд выпячивала, будто можно было не заметить едва прикрытые прелести. Конечно, любому мужику нравятся девушки с округлыми формами. Большая грудь, куда можно нырнуть хоть всей мордой, широкие бёдра и длинные ноги, которые отлично смотрятся на твоих плечах. Но смотрел я на Машу сегодня и не испытывал ни малейшего влечения.

В принципе, меня никогда не привлекали подобные девушки. Мне куда интереснее скромные и не выделяющиеся из толпы. Кто-то таких называет серыми мышками, с чем я не согласен. Если девушка скромная, стеснительная и невзрачная – значит неопытная, мягко сказать. Не люблю юзанных сотнями хренов, пусть она безумно красивая и умелая, отсюда моё увлечение девственницами.

Но сегодня мысли мои были направлены на девушку с молочной кожей, средней грудью, которая отлично поместится в моих ладонях. Я заметил её взгляды на нас с Машей и едва заметно улыбался. Глаза Виктории были многоговорящие: злость, ревность, обида. А я думал только об одном – не у одного меня такая тяга.

Не собирался упускать шанс сегодня ночью, но и не думал, что найду её в ванной комнате. «Сама судьба так распорядилась», – сказал бы, если бы верил в этот бред.

Правда, решил, что она будет сопротивляться, и не ради вида, а потому что для Виктории это неправильно. Ей стыдно, это видно невооружённым взглядом. Стыдно, что она позволила себе получить удовольствие. Даже сейчас, после того, что между нами было, она чувствует себя неловко, стыдливо пряча глаза. Совершенно не умеет скрывать эмоции, и это только сильнее притягивает.

– Всё в порядке? – спрашиваю аккуратно, касаясь её лица и заставляя поднять глаза на меня.

– Угу, – мычит, поджав губы.

– Мне кажется, бессмысленно прятаться, – произношу и убираю её руки, которыми она прикрылась.

Виктория позволяет мне освободить себе путь к её голому телу, и, обняв девушку, прижимаю к себе, чувствуя, как твёрдые соски царапают мою грудь. Не планировал быть настырным и обойтись одним… актом, но в этот момент, когда чувствую её дрожь, жар, запах, понимаю, что удержаться не смогу.

Собственно, стоит коснуться её губ своими, опустить руки к оголённым ягодицам, и пути обратного нет, особенно, учитывая, что Виктория желает этого не меньше меня.

Глава 25

Леонид

После совместных водных процедур Виктория начала надевать пижаму, и несмотря на то, что мне хочется прижаться до утра к её голому телу, я молчу. Понимаю, что за стеной гостиной спит её младшая сестра, и нежелательно, чтобы наутро она обнаружила нас голыми в постели. Девочка, конечно, взрослая и умная, всё будет и так понятно, но всё же голыми ложиться не стоит.

Виктория продолжает прятать глаза, словно натворила что-то ужасное, даже после второго раунда в душевой кабинке. И эта её стеснительности забавляет и… умиляет, не побоюсь этого слова.

Я надел чистые трусы и теперь жду, когда Вика справится со всем. Вижу, что ей неловко от того, что я наблюдаю, как она одевается, как мажет лицо каким-то кремом, синяки на шее обрабатывает мазью, которую я дал. Украдкой смотрит на меня и явно не понимает, почему я ещё здесь.

– Закончила? – спрашиваю, когда она собрала всё в косметичку.

– Угу, – кивает, заламывая пальцы.

Удивительная девушка.

– Пошли, – бросаю и открываю дверь.

Она так быстро мимо меня проходит, что я едва успеваю вдохнуть. А когда она спешит к комнате, где спит Ева, я ловлю её за руку.

– Куда? – задаю вопрос, наверное, слишком резко, потому что девушка вздрагивает.

– Спать, – шепчет на грани слышимости.

– Ты будешь спать здесь, – киваю на диван в гостиной.

– Леонид Алексеевич…

– Вика, какой ещё Алексеевич, с ума сошла? – усмехаюсь и притягиваю её к себе. – Я хочу, чтобы ты была под боком, – говорю ей в губы. – Возражения не принимаются.

На удивление, спустя минуту молчания она просто кивает в знак согласия. Быстро справившись с диваном и застелив его запасным набором белья, я наконец оказываюсь в горизонтальном положении. Вика мнётся пару секунд, после чего забирается на кровать, и я тут же притягиваю её к себе. Чувствую и слышу, как громко и обеспокоенно бьётся её сердце, и как оно медленно успокаивается, пока я глажу её по спине.

Женщины после секса в моей постели не задерживаются, в моём охотничьем доме, куда я чаще всего их вожу – да, но не в моей постели. Но с Викторией я даже не думал отправить или отпустить её в другую комнату. Странно всё это, очень непривычные и непонятные ощущения рядом с ней. Но думать об этом я не буду, пока мне хорошо рядом с ней, а остальное неважно. Заснул быстро под её мерное дыхание, теплоту тела и запах спелой клубники.

– Кхм, – раздаётся достаточно громко, но я не реагирую, уткнувшись носом в копну волос и продолжая обнимать стройное тело.

– Ева? Боже! – восклицает Виктория и дёргается в моих руках.

– Я только водички попью, – хихикает девчонка и убегает в сторону небольшой кухни.

– Какой ужас, – стонет Вика.

– Ещё никто не описывал так ночь со мной, – с улыбкой произношу, прижимая её к себе.

– Я… не об этом, – запинаясь отвечает.

– Она взрослая, не стоит так переживать, – открываю глаза и смотрю на девушку рядом. – По утрам ты ещё красивее, – сонным голосом говорю и вижу, как на щеках появляется лёгкий румянец.

Красные точки на белках её глаз заставляют сжать зубы от злости, но я стараюсь не зацикливаться, как и на синяках.

– Это неправильно, – шепчет и прячет лицо под тонким одеялом.

– Всё правильно, – бросает Ева, пройдя мимо, и скрывается в комнате.

– Что, собственно, я и говорю, – усмехаюсь и, повернувшись к ней всем телом, провожу ладонью по напряжённой спине. – Успокойся.

– Угу, – мычит и губы жуёт, о чём-то думая.

Сжав её тело, приподнимаю, чтобы она оказалась на уровне моего лица, и, не давая ей опомниться, обрушиваюсь на её губы. Первые секунды Виктория не реагирует, но, быстро сдавшись, отвечает на поцелуй. Упираюсь утренним стояком в её бёдра, и девушка скорее всего на автомате трётся о него, вырывая из моей груди какое-то звериное рычание. Сжав округлые ягодицы, прижимаю к своему паху и глотаю её протяжный стон.

– Нужно вставать, – бормочет, прервав поцелуй, и спешно покидает мои объятия и, собственно, кровать.

– Плохая девочка, – выдыхаю, на что она тихо смеётся и скрывается в ванной комнате.

Я бы с удовольствием последовал за ней, но за стеной подросток. Наверное, сейчас я понимаю семьянинов и причину отсутствия секса в их жизни. Нет, конечно, были бы мы у меня дома, это не было бы проблемой. В моей обители можно заблудиться, так что Ева нас не услышала бы.

«Ты уже думаешь о Вике в своём доме», – раздаётся насмешливый голос в голове.