Текст книги "Развод. Новый босс (СИ)"
Автор книги: Ронни Траумер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 10 страниц)
Глава 5
Вика
Поднимаюсь из подвального помещения, где у нас находятся прачечная и раздевалка, с надеждой, что за эти пять минут, новый босс забыл о моем существовании, и я смогу тихо сбежать домой. Но куда уж там, Леонид ждал меня в самом центре холла и с неохотой слушал Нину Владимировну. А стоило ему меня заметить, как знаком руки подозвал к себе. Идти к нему не хочется, но не стоит играть с судьбой и злить новое начальство в первый же день знакомства.
– Она уже что-то натворила? – интересуется Нина. – Дроздова, что ты уже выкинула? – обращается ко мне с неприкрытой злобой. – Тебе мало выговоров? Хочешь остаться безработной? В твоем случае это не лучший вариант, не так ли? – затараторила, как курица.
– Нина Владимировна, что вы себе позволяете? – опять у босса наблюдается безэмоциональное выражение лица, и только пугающе спокойный тон выдаёт его.
– Поймите, Леонид Алексеевич, если овец не держать в страхе, они сядут на голову…
– Вы сравнили своих коллег с овцами? – едва заметно прищуривается мужчина.
– Не коллег, а сотрудников, – поправляет начальника, и тот явно не в восторге от этого.
– Подождите моего возвращения, Нина Владимировна, нам придётся с вами побеседовать, – холодно бросает и по-хозяйски обхватает мою талию, подталкивая к выходу.
Опешив, я просто на автомате перебираю ногами, чувствуя, как от прикосновения мужчины по телу побежали мурашки, а сердце забилось беспокойным ритмом.
Что за чертовщина?
– Босс? – на выходе нас встречает один из его охранников.
– Ключи, – всё что произносит, протягивая руку, чтобы мужчина в чёрном вложил в неё маленький пульт с выгравированным кольцом, внутри которого находится знак, больше похожий на флаг какой-то страны.
И не думая убирать с моей талии руку, Леонид ведёт меня к припаркованному у самого входа внедорожнику. Разблокировав машину, открывает пассажирскую дверь и помогает забраться в автомобиль, после чего захлопывает дверь с такой силой, что я вздрагиваю. Пару секунд спустя мужчина занимает водительское место, нажимает на кнопку «старт» и трогается с места.
– Куда мы едем? – спрашиваю, едва он вклинивается в поток машин.
– Домой вас отвезу, – сухо бросает.
– Вы не спросили моего адреса, – произношу и сжимаю ручку двери.
Вопрос дня: чем думала Виктория Дроздова, когда с такой лёгкостью села в машину к совершенно чужому человеку?
– Вбейте в навигатор, – кивает на приборную панель, где встроен экран.
Как послушная собака выполняю, нажав на лупу и написав свой адрес.
– Вы всех сотрудников будет возить до дома? – не выдерживаю спустя минут пять.
– Только тех, кого оскорбил, – голос у него не меняется, оставаясь ровным и без единой эмоции.
– Понятно, – всё, что говорю, понимая о чём речь, и отворачиваюсь к окну, прижав сумку к себе, будто щит.
– Я вас слушаю, – раздаётся в приказном тоне.
– Что, простите? – хмурюсь, посмотрев на него.
– Ваши проблемы, – сухо и конкретно.
– Не думаю, что это хорошая идея, – бурчу, отвернувшись к окну.
– Виктория, я уже говорил, что не люблю повторять дважды, – строгим и раздражённым тоном наконец показывает, что он всё-таки испытывает хоть какие-то эмоции.
– Простите, конечно, не хочется портить отношения с новым начальством, но это не ваше дело, – проговариваю, стараясь чтобы голос звучал ровно.
– Хм, – всё, что прилетает мне в ответ.
Совершаю глупость, когда поворачиваюсь к мужчине, потому что залипаю на него, как собачка на горстку еды. Откинувшись на спинку водительского кресла, Леонид уверено держит в одной руке руль, пальцем второй чешет подбородок, будто о чём-то задумался. Крепкое тело расслаблено, но ткань пиджака натянулась на в меру накачанных руках. Не знала, что мужчина может выглядеть так хорошо в таком возрасте.
Нет, я не знаю, сколько ему лет, но, судя по седине в русых волосах, ему давно не двадцать. На загорелом лице едва заметные морщинки, и то только вокруг глаз, а складка межу бровей, скорее всего, образовалась из-за его хмурости. Чуть полные губы, плотно сжатые, иногда едва заметно дёргаются. Но больше всего привлекают внимание кисти рук с паутиной синих вен, которые становятся ещё заметнее, когда мужчина сжимает руль.
– Если вы закончили, предлагаю продолжить разговор, – раздаётся низкий голос без единой эмоции, а вот я готова провалиться под землю.
Он знал, что я его разглядываю! Какой позор! Что вообще на тебя нашло? Когда ты в последний раз осматривала мужчин с таким интересом?
Лет десять назад, наверное, когда в моей семье всё было хорошо, а впереди меня ждало большое и счастливое будущее. А потом один телефонный звонок разрушил всё. Небо покрылась чёрными тучами, и они свалились на меня тяжелым грузом.
– Зачем вам мои проблемы? Почему я вообще нахожусь в этой машине? – спрашиваю и внимательно смотрю на его профиль.
– Не знаю, я так почувствовал, – отвечает, оставаясь каменным изваянием.
– Как? Решили проверить, правильны ли ваши догадки? – начинаю закипать.
Я устала и физически, и, благодаря Паше, морально. Устала быть сильной, справляться со всем сама, разрываться на сто частей, чтобы везде успеть. Честно, плевать, что новый босс решил записать меня в проститутки только из-за чёртового платья, но какого чёрта он прицепился ко мне?
– Я извинился, – сухо произносит, бросив короткий взгляд на меня.
– Не слышала, – нервно хмыкаю.
– Отвожу вас домой, это уже извинение, – в его тоне снова мелькает раздражение.
– Спасибо, но не лезьте в мою жизнь, пожалуйста, – говорю отчаянно и с мольбой, после чего откидываю голову на спинку и, прикрыв глаза, мысленно считаю до десяти.
Оставшееся расстояние до дома мы едем в тишине, за что я благодарна этому пока что загадочному мужчине. Мне кажется странным, что он вызвался отвезти меня домой. Выглядит он слишком… да в нём всё слишком. Аристократичная осанка, уверенная походка, каменное лицо, равнодушный взгляд. И вдруг подслушивает мой телефонный разговор и решает подвезти меня до дома.
Глава 6
Вика
Когда машина заруливает в наш двор, я сжимаю ручки сумки, и готовлюсь покинуть поскорее салон автомобиля, где всё пахнет роскошью. Но забываю обо всём, когда вижу перед подъездом свою Еву и нашу тётю. Что ей опять нужно? Я и так отдала ей всё, что у меня было.
– Чёрт! – срывается с губ на автомате.
– Что? – интересуется новый начальник, напоминая мне, что я не одна.
– Ничего, – отвечаю, прочистив горло. – Спасибо, что подвезли, – бросаю и, едва он тормозит, выскакиваю из машины.
Моё появление не остаётся незамеченным, и, кроме бабушек на скамейке у подъезда, на меня, точнее на внедорожник за моей спиной, обращает внимание и тётя.
– Как интересно, – протягивает женщина с округлёнными глазами. – Вика? – переводит на меня вопросительный взгляд.
– Здравствуйте, тётя Валя, – здороваюсь, поглядывая назад и не понимая, почему босс всё ещё не уехал. – Что-то случилось? Почему вы приехали? – интересуюсь и, взяв сестру за руку, притягиваю к себе.
– Случилось, – осуждающе отвечает. – Я в город по делам приехала, – с важным видом произносит.
Интересно, по каким это делам? Новые ресницы сделала и, судя по их длине, домой она хочет улететь?
– А к нам какими судьбами? – спрашиваю и обнимаю Евочку.
– Да вот увидела её и решила домой привезти, – опускает презирающий взгляд на мою сестру. – Это что такое, Вика? Решили опозорить моё честное имя? – последней фразой смех вызывает.
Моя тётя и честность – вещи несовместимые.
– Что вас смущает, не понимаю? – хмурюсь, так как в самом деле не понимаю сути претензий.
– Это что за наряд проститутки? – повышает голос и пальцами цепляет платье Евы.
– Лето. Она должна в пальто ходить? – смотрю на родственницу и прикусываю язык, чтобы не раскритиковать её наряд.
Красный костюм из коротких шорт и расстёгнутой рубашки, под которой такой же красный топ с большим вырезом, позволяющий увидеть её большой размер груди. И ладно бы было это всё со вкусом, но нет. Фигура у неё далеко не модельная, бока свисают, целлюлитные и, прости господи, толстые ноги намазаны автозагаром. Босоножки зелёного цвета на толстой платформе, розовая сумка и, что самое важное, куча золота. На запястье одной руки часы и пара браслетов, как и на второй, только часов нет, кольца на всех пальцах, на некоторых по два, ну и, конечно, на короткой шее три цепочки, что только выделяют её второй подбородок. Ну и не стоит забывать про блондинистые волосы в привычной для неё завивке, что делает её голову похожей на одуванчик.
– Но не в таком коротком платье, – кричит, привлекая внимание соседей. – Кто замуж её возьмёт, такую испорченную?!
– Вам лишь бы замуж всех выдать, – бурчу себе под нос.
– Что ты сказала? – делает шаг вперёд.
– Говорю, что ей едва четырнадцать исполнилось, какое замужество? – вздыхаю устало.
– Жениха нужно искать уже сейчас, я сколько буду вас на своей шее тянуть? – проговаривает, и мне хочется в лицо ей плюнуть.
– Мы никогда не сидели на вашей шее, так что не надо нас обвинять и тем более замуж выдавать, – нервно произношу.
И так день выдался нелёгкий, ещё и её слушать желания нет.
– Ты что, охренела? – делает ещё один шаг, нависая надо мной.
– Простите, Виктория, у вас всё в порядке? – раздаётся за спиной, и я каменею.
Он что, до сих пор здесь? Решил стать свидетелем всего, что в моей жизни происходит?
Боже, как стыдно!
– Всё хорошо, Леонид Алексеевич, – отвечаю, выдавливая из себя улыбку.
– А вы ещё кто? – возмущённо обращается к нему тётя.
– Новый начальник Виктории, – сухо произносит и едва заметно кривится, осматривая мою тётю, которая моментально выпрямляет спину, выпячивая вперёд свою внушительную грудь.
– Я Валентина, тётя этих никчёмных, – расплывается в улыбке и протягивает руку тыльной стороной ладони кверху.
– Сочувствую, – кивает мне, и я поджимаю губу, чтобы скрыть рвущийся наружу смешок.
Вижу, как тётя зеленеет от злости. Ведь мужчина, не то, что руку не пожал и не поцеловал, как она явно надеялась, так он даже не ответил ей ничем.
– Что вы себе позволяете? – повышает голос женщина.
– Помощь нужна? – не обращая внимания на тётю, Леонид смотрит на меня.
– Нет, спасибо, – отвечаю тихим голосом. – Я разберусь сама, – добавляю, на автомате проводя ладонью по волосам притихшей Евы.
– Вика, что это такое? Я твоя родная тётя, а ты позволяешь своему начальнику так со мной обращаться? – не унимается тётя Валя.
«Я бы позволила ему избавить нас от твоего присутствия навсегда, но не хочу быть кому-то должной», – хотела бы я сказать.
– Я похож на того, кому можно что-то запретить? – Леонид поворачивается и одаривает мою родственницу таким взглядом, что я и сама вся подбираюсь.
Валентина только открывает и закрывает рот, не находясь, что ответить, и спустя минуту разворачивается и кривой походкой уходит к своей машине. Угадаете какого цвета? Правильно, красного.
– Мы ещё не закончили, – предупреждающим тоном кричит перед тем, как сесть в автомобиль.
– Спасибо вам, но не стоило, я бы и сама…
– Разобрались, я понял уже. Всё сама, – поднимает руки в сдающемся жесте.
– А мне понравилось, – подаёт голос Ева. – Вроде и не сильно старались, но на место поставили, – смеётся сестра, но тут же шипит, когда я щипаю её за предплечье. – Ну что? – поднимает глаза на меня.
– Молчи, – шиплю на неё, но она только глаза закатывает.
– Молчу, – фыркает. – А пойдёмте чай пить, я тортик купила, – обращается к моему боссу, и я чуть под землю не проваливаюсь.
– Ева! – рычу на неё.
Какой чай, она совсем с дуба рухнула? Это мой начальник, причём новый.
– С удовольствием, – вместо «нет, спасибо, у меня дела» отвечает Леонид, пока я краснею от смущения.
– Леонид Алексеевич, простите, Ева просто не думает… – мямлю я, но меня уже никто не слушает.
– Я Ева, младшая сестра Вики, – протягивает ручку моему боссу.
– Очень приятно, Ева, – пожимает её тот.
Алло! Мир сошёл с ума? Или это я надышалась химическими средствами, пока убирала туалеты?
Глава 7
Вика
На фоне мужчины наша кухня кажется игровой для маленьких девочек. Выбора мне особо не дали, и я суетливо принимаюсь готовить чай и резать любимый торт сестры. От волнения чуть не отрезала себе палец и не обожглась кипятком. Не понимаю, чего меня так трясёт, подумаешь, чаю зашёл попить, что такого-то? В отличие от меня, Ева беседует с моим начальником, как с дядей Васей, нашим соседом.
– А вы из столицы? – спрашивает его сестра.
– Из северной столицы, – отвечает ей мужчина.
– Вау, всегда мечтала жить в Санкт-Петербурге, город такой красивый, – мечтательно проговаривает, вызывая у меня улыбку. – Буду поступать там в институт на журналиста, – добавляет.
– Тебе пойдёт эта профессия, – произносит Леонид и бросает взгляд на меня, когда я ставлю на стол тарелки и кладу вилки для десерта.
– Правда? – оживляется Ева, хотя куда ещё живее.
– Правда, – с улыбкой отвечает босс.
– Видишь, мама, а ты говоришь сложно, – гордо заявляет, повернувшись ко мне.
– Мама? – хмурится Леонид.
– Вика меня вырастила. Когда наши родители умерли, она стала для меня и мамой, и папой, – опережает меня сестра, заставляя краснеть ещё больше.
Чашки и чайник звенят на подносе от того, насколько у меня руки трясутся, и мужчина, привстав, забирает их у меня и ставит на стол.
– Спасибо, – хриплым голосом говорю. – Ева, – обращаюсь к сестре, прочистив горло. – Помолчи немного, – прошу её, глазами давая понять, что я с неё спрошу потом.
– Ну вот, – наигранно вздыхает и опускает голову.
– Прошу прощения за неловкий вопрос, – произносит Леонид.
– Ничего, вы не могли знать, – выдавливаю из себя улыбку, положив кусок торта на его тарелку.
– Почему вы купили гостиницу в нашем городке? – продолжает любопытствовать сестра.
– Из-за предстоящего слияния московской компании с шахтой в вашем городе, – удивляет своим ответом мужчина.
– Ого, – округляет глаза Ева. – Нашу шахту продали? – спрашивает и мельком смотрит на меня.
Пожимаю плечами на её немой вопрос, потому что ничего об этом не слышала.
– Да, её купил миллионер из Москвы, – кивает мужчина, делая глоток горячего чая с кардамоном.
– Но зачем она ему, там ведь ничего нет? – никак не успокоится сестра.
– Ева, перестань, – шиплю на неё я.
– Настоящая журналистка, – усмехается Леонид. – Недавно его исследовательская группа нашла там уголь, так что ваш город скоро станет популярным и богатым.
– Главное, что у людей появится работа, – произношу, бросая в рот кусочек торта.
– Это мужская работа, надеюсь, ты не надумаешь туда податься, – смотрит на меня укоризненно сестра.
– Ева! – предупреждающим тоном, а то она достаточно наговорила перед чужим человеком.
– Что Ева? Ты всегда идёшь туда, где больше платят. Я, между прочим, уже поговорила с Кириллом, он возьмёт меня на работу, и нам будет легче, – не понимает намёков сестра.
– И слышать не хочу, – поднимаю руку, заставляя её замолчать.
– Скажите, дядя Лёня, – припечатывает меня этим обращением. – Как справиться с ней? – и столько усталости в её голосе, что задохнуться можно.
– Ева, тебе четырнадцать, какая работа? Ты об учёбе должна думать, – начинаю злиться уже.
– Я закончила семестр на одни пятёрки, почему ты не позволяешь мне хотя бы летом помогать тебе содержать нас? Откуда ты такая вредная взялась? – по надутым пухлым губам вижу, что она обижается.
– В кафе Кирилла ты точно не пойдёшь, чтобы к тебе не цеплялись всякие идиоты, – продолжаю стоять на своём, совсем позабыв, что мы не одни.
– В его кафе чаевые больше, чем зарплата…
– Ева! Мы закончили! – повышаю голос и тут же прикусываю себе язык, заметив, как подрагивает нижняя губа сестрёнки, что означает, она готова расплакаться.
– Кхм, – напоминает о себе наш гость, и, повернувшись к нему, чувствую, как щёки начинают гореть от стыда.
Чем я сегодня думаю вообще?
– В гостинице полно работы, – разводит руками мужчина, и у Евы лицо моментально засияло.
– Мам? – смотрит на меня своими милыми глазками, ещё и называет так, чтобы сердце наверняка оттаяло.
– Ладно, – вздыхаю. – Хотя бы рядом будешь, – опускаю голову, сдавшись.
– Спасибо! – радостно кричит и бросается на мою шею. – Ты самая лучшая!
– Минуту назад была вредной, – бурчу, но улыбаюсь.
Она ведь и в самом деле, как мой ребёнок. Когда Ева родилась, мне было тринадцать лет, помогала маме во всём с первых её дней, а когда малышке исполнился год, и вовсе я была с ней целыми днями, так как мама с папой занимались своей базой отдыха. А потом… они умерли, когда Еве было всего пять лет, а мне едва исполнилось восемнадцать. Родителей она почти не помнит, в её жизни есть только я, которая всё отдала для неё. Ева это прекрасно знает, и несмотря на то, что я просила не называть меня мамой, потому что такое чувство, будто я забираю у неё что-то важное, она твердит, что я имею полное право назваться её матерью.
– Ну, не без этого, – усмехается и целует меня в щёку.
А дальше… дальше моя жизнь взяла крутой поворот, и всё с появлением Агафонова Леонида Алексеевича.
Глава 8
Вика
Мы с сестрой начали работать в гостинице, и, наверное, это единственное лето за последние годы, когда мы будем проводить столько времени вместе, пусть и не на отдыхе.
По правде говоря, я не представляла, или, может, просто мозгов не хватило понять, что нам, сотрудникам отеля, нужно будет делать, если новый начальник хочет устроить ремонт. Но, оказывается, работы непочатый край.
На второй же день пришли двадцать мужчин – а то и больше, не считала их – из строительной компании. Как сказал товарищ Агафонов, ремонт лёгкий, чтобы долго не держать гостиницу закрытой. И только мы с сестрой знаем, почему не стоит задерживаться – скоро к нам начнут приезжать люди из столицы.
В общем, к работе подключили абсолютно всех, кто не захотел уйти в принудительный отпуск. Начали с самого верхнего этажа, и мужчины из нашего коллектива разобрали полностью все комнаты, чтобы перекрасить стены, или освежить, как выразился новый босс. Половина девушек работают в прачечной – стирают по новой все подушки, одеяла и так далее. Остальные убирают комнаты после ремонта. Шторы господин начальник велел не стирать, потому что привезут новые, как и ковровые дорожки в коридорах. Больше всего обрадовал всех, когда сказал, что, если кому-то надо, могут забрать себе и шторы и всё остальное. Конечно, разобрали за полчаса, при этом боготворя Агафонова.
Прекрасно их понимаю. Во-первых, многие из наших работников считают каждую копейку. А во-вторых… суровый, безэмоциональный, холодный с виду мужчина оказался внутри добрым, понимающим и не идёт ни в какое сравнение с предыдущим начальником. Уже молчу о том, как он нашёл общий язык с моей сестрой. Вернее, она к нему лезет, а он её терпит, пока я его избегаю всеми возможными способами, и сама не понимаю почему.
– Сейчас мы находимся на пятом этаже, здесь осталось только шторы повесить, – раздаётся за моей спиной, пока готовлю жалюзи для окон.
– Ева, не надо меня снимать, пожалуйста, – закатываю глаза, даже не повернувшись к сестре.
Влезла ей в голову идея стать блогером, и около двух месяцев не выпускает телефон из рук.
– Какая ты зануда, – вздыхает она и плюхается на кресло в углу.
– Я просила вообще ничего не снимать в гостинице, выпрут нас отсюда, – смотрю на неё исподлобья.
– Мне дядя Лёня разрешил, – гордо заявляет, чем удивляет меня.
– Дядя Лёня? – вопросительно выгибаю брови. – Что за фамильярность, Ева? Разве я так тебя воспитала? – включаю строгий тон и серьёзный взгляд.
– Ничего страшного, я сам позволил, – раздаётся за спиной, и я перестаю дышать.
Поймала себя на том, что я очень странно реагирую на этого мужчину. То мурашки по коже ползут от его низкого баритона, то конечности каменеют, стоит ему нечаянно ко мне прикоснуться, то голос теряю, то сама теряюсь, когда в его карие глаза смотрю.
– Не стоит ей во всём потакать, – произношу не своим голосом.
Боже, ну что за реакция?! Каждый раз будто перед Борисом Владленовичем стою. Был у нас в институте профессор, которого все его коллеги боготворили, потому что он получил какую-ту международную премию. Студенты его боялись, так как он был жуть каким строгим, малейшая ошибка, и всё – экзамен не сдал, или даже не допущен к нему.
– Как дела? – игнорирует мои слова.
– Жалюзи повесим, потом шторы, и всё готово, – прокашлявшись, отвечаю, всё ещё стоя в пол-оборота и не смотря на него.
– Хорошо, а у вас как дела? – перефразирует вопрос, заставляя всё же повернуться к нему.
– Нормально, – сухо отвечаю, едва заметно кивнув.
– Будет, когда Паша перестанет нас доставать, – влезает Ева, за что мне хочется влепить ей подзатыльник.
– Ева! – шиплю на неё.
– Понял, – произносит Леонид. – Лучше разговаривать с тобой, – переводит взгляд на мою сестру и подмигивает ей.
Отлично! Моя сестра спелась с моим боссом.
– Не о чем говорить, – вставляю и бросаю на Еву строгий взгляд. – Ты поняла, Ева? – мягко спрашиваю, и только она понимает, что эта мягкость притворная.
– Угу, – неохотно мычит.
– Как твой блог? – меняет тему начальник.
– Очень хорошо, моим подписчикам нравятся видео про отель, – воодушевлённо отвечает. – Смотри, – встаёт с кресла, включая телефон.
– СмотриТЕ, Ева! – поправляю сестру и получаю в ответ закатывание глаз.
– ПростиТЕ, – выдавливает из себя.
– Со мной можно на «ты», как и вам, Виктория, – добродушно улыбается.
Решаю промолчать и закончить с жалюзи. Все детали добавлены, осталось прикрепить их к окну. Собственно, делаю вид, что одна в номере, и не обращаю внимания на своего босса, который с интересом слушает мою сестру, смотря в экран её телефона. Не понимаю, ему и правда интересно, или из вежливости не может отказать ей?
Погружённая в мысли, попутно нехотя слушая этих двоих, ставлю лестницу у окна и поднимаюсь на самую верхнюю ступеньку, потому что потолки у нас высокие, и окна, само собой, тоже. Пока поднимаюсь, не замечаю, что лестница шатается. Ну а как заметить, если я уши развесила и как заворожённая наслаждаюсь его низким голосом, на автомате забираясь наверх с жалюзи в руках.
На самой последней ступеньке понимаю, что лестницу ведёт влево, успеваю вскрикнуть и мысленно смириться с ушибами, даже жмурюсь, готовясь к удару с полом. Однако «посадка» оказывается мягкой. Всё ещё не открыв глаза, пытаюсь почувствовать, где болит, но… ничего не болит. В нос проникает запах морского бриза, на ягодице чувствую тёплую руку, и пульс учащается от осознания, куда именно я приземлилась.
– Вы в порядке? – раздаётся над ухом, подтверждая мои догадки.
