Текст книги "Ты моя жена!"

Автор книги: Ронда Грей

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 16 страниц)

Глава 29

Я прямо вся извелась. Как там Вадька? Нашёл ли Кирилл школу? Не случилось ли чего непредвиденного? Сижу на переговорах, мило улыбаюсь и веду беседу, а у самой в голове крутятся все эти вопросы. И когда, наконец, Кирилл позвонил, у меня отлегло от сердца.

Надо же, догадался пообедать с Вадькой в кафе! А то я, балда такая, совсем забыла, что ребёнок мог остаться голодным. Ольга Семёновна заболела, а у Веры Марковны сегодня выходной.

С Кириллом мы пересеклись в офисе во второй половине дня.

– Спасибо большое, что встретили Вадика! – сразу же кинулась к нему. – Сколько я вам должна?

И потянулась за кошельком.

– За что? – искренне удивился он.

– За обед в кафе, – я продолжала суетиться с кошельком и совать ему деньги. – Как хорошо, что вы догадались накормить Вадика обедом!

Вообще-то, я редко расплачиваюсь наличными, но на всякий случай всегда их имею при себе. А сейчас меня так и подмывало всучить ему бумажки.

– А, это… Ну что вы, ничего не надо… – Кирилл сделал отрицательный жест, и наши руки вдруг встретились.

Мне показалось, что он слегка коснулся пальцем моего запястья. Или это игра воображения? Я как-то сразу перестала суетиться и подняла на него глаза. Несколько мгновений мы смотрели друг на друга.

– Хорошо выглядите, Алина Георгиевна… – чуть хрипло проговорил Кирилл.

– Спасибо… – одними губами поблагодарила я.

– Как прошли переговоры? – спросил он.

Голову даю на отсечение, что задал этот вопрос из вежливости. Судя по тому, как потемнели его глаза, сейчас ему было интересно другое. А, может, это мне интересно другое? И я тут расфантазировалась?

– Нормально… – тихо ответила я, купаясь в волнах его взгляда. – Дали добро. Будем открывать новые точки.

Тут же спохватилась, сообразив, что наше тет-а-тет неприлично затянулось.

– На сегодня у нас больше нет никаких важных дел, – проговорила я официальным тоном, с сожалением отступая от Кирилла. – Поэтому можете быть свободны.

– Ну раз так, то я хотел бы пригласить вас на ужин… – вдруг сказал он.

«Не многовато ли для одного дня? – пронеслось у меня в голове. – Вадьку – на обед, меня – на ужин…» Но мне отчего-то ужасно захотелось принять его приглашение и посмотреть, каков он, Кирилл Суханов, в неформальной обстановке. Это ни в коем случае не свидание, и, упаси бог, не начало служебного романа! Скорее деловой ужин. Должна же я получше узнать своего сотрудника! Тем более он не так давно у нас работает. Я даже усмехнулась – здорово у меня получается заговаривать зубы себе самой.

– С удовольствием, – мило улыбнулась я. – Только недолго. А то сын дома один.

Мы зарулили в ближайшее кафе и сделали заказ. Выпили немного вина и расслабились.

– Классный у вас пацанёнок, Алина Георгиевна, – с улыбкой проговорил Кирилл, откинувшись на спинку стула. – Сразу видно – интеллектуал.

«Не у меня, а у нас!» – чуть было не ляпнула я. Что-то от вина меня повело.

– Только ведь дети не любят слишком умных… – философски заметил Кирилл. – Таких, до кого им просто не дотянуться…

– Это да, – согласилась я.

– Почему же вы отдали Вадика в обычную школу? – удивился он. – Ему-то самому, наверное, скучно…

– Решила, пусть адаптируется в обществе, – поспешила объяснить я. – Там ведь не все подряд интеллектуалы. Надо привыкать к реальной жизни.

Я что, получается, оправдываюсь перед Кириллом за Вадьку? Вот ещё новости!

– Так-то оно так, – продолжал он, – но, мне кажется, Вадику для комфортного существования в школе лучше находиться среди себе подобных. И для его развития это полезнее.

Ему, видите ли, кажется! Умник! А вдруг он прав, и тут я перемудрила?

– Но у него пока нет ярко выраженных интересов, – продолжала оправдываться я. – Вадику нравится всё сложное…

– Конечно, вам решать, Алина Георгиевна… – примирительно проговорил Кирилл. – Это же ваш сын.

«Не мой, а наш!» – чуть не слетело у меня с языка, но я успела его прикусить. Зачем говорить? Всё равно он не поверит, и ситуация может сильно осложниться. А так работает себе человек спокойно и ни о чём постороннем не думает. Но мой Вадька как же? Я ведь должна предъявить ему хоть какого-то отца! А тут не какой-то, а самый что ни на есть настоящий. И вроде бы даже не поганый. М-да…

– А можно я задам вам не совсем удобные вопросы? – спросила я, решив сменить тему разговора.

– Конечно, – кивнул Кирилл. – Какие угодно.

– Почему вы расстались с вашим партнёром по бизнесу? – коварно поинтересовалась я.

В конце концов, мне хотелось знать, что там у них случилось.

– Всё до безобразия банально, – ответил Кирилл не моргнув глазом. – Он стал уводить со счёта наши общие деньги. Проще говоря, у меня подворовывать. Как я мог с ним работать дальше? И обнаружил это дело совершенно случайно. До тех пор ему полностью доверял. Мы были знакомы много лет.

– Да уж, – глубокомысленно заметила я. – Деньги портят людей. Иной раз такое выкинут, что никогда бы не предположил…

– Это-то и есть самое обидное… – с грустью проговорил Кирилл. – Ты думаешь, рядом с тобой лучший друг, и доверяешь ему как себе самому… А выходит, никому нельзя верить.

– По большому счёту – да, – согласилась я. – Особенно в бизнесе.

– Теперь вот – ни бизнеса, ни друга…

Было видно, что эта тема для него всё ещё довольно болезненна.

– Кирилл, вижу вам неприятно говорить об этом, – в нерешительности заметила я. – А мне-то ведь хотелось задать вам ещё один щекотливый вопрос. Можно?

– Да без проблем, – улыбнулся он. – Вам всё можно.

Да? Ну и новость! Не знала. Почему это я у него на таком особом положении?

– Сразу скажу – если не хотите, то не отвечайте… – поспешно проговорила я.

– Прямо заинтриговали… – улыбнулся он. – Даже самому любопытно.

– Почему вы не общаетесь с отцом? – наконец, спросила я, понимая, что это не очень приличный вопрос.

Мне что за дело? Кирилл имеет полное право ничего не говорить. Тот сразу стал серьёзным, даже как-то сник. И я смущённо заёрзала на стуле. Вот, поставила человека в неловкое положение. А всё моё неуёмное любопытство!

– Кирилл, забудем… – махнула я рукой. – Извините за бестактный вопрос.

– Да не страшно, – он поднял на меня глаза, и в них читалась боль. – Просто я никому об этом не рассказывал, потому что приятного мало, одна обида. И всегда носил её в себе.

– Что же произошло? – осторожно спросила я. – Будьте уверены, эта информация останется между нами.

– Я знаю… Опять же, ничего особенного. Но это банально, когда касается других, а когда лично тебя… – он немного помедлил. – Просто отец бросил нас с мамой много лет назад. Я ещё был маленьким, мало что понимал. Помню только, что мама часто плакала украдкой, и мне, конечно, не объясняла причины, а потом отец вдруг стал собирать вещи и ушёл. Больше я его не видел. Он тогда ещё не был никаким олигархом. Кажется, работал главным инженером на нефтеперерабатывающем заводе.

– Они с вашей мамой поссорились? – уточнила я.

– Конечно! – горько усмехнулся Кирилл. – Как было не поссориться, если муж ходил на сторону… Связался с молоденькой секретаршей, а та оказалась девицей не промах. Вцепилась в него мёртвой хваткой. Это мама мне потом рассказала, когда я вырос и стал спрашивать, где отец. Она у меня человек интеллигентный, не стала бы интриговать, чтобы вернуть мужа в семью…

– Ну, другая семья – это, действительно, дело распространённое… – заметила я. – Но вы-то оставались его сыном. Почему же он с вами не общался?

– Мама пару раз переступила через себя и позвонила ему, чтобы напомнить о моём существовании, – понурив голову, сказал Кирилл. – Но, похоже, его новая жена потребовала порвать все связи с прошлым.

– Даже с сыном? – тихо спросила я.

– Выходит, что так… А потом ему, вообще, стало ни до чего. Он резко пошёл в гору, а о нас, видно, и думать забыл.

– Трудно было? – сочувственно спросила я.

И почему-то сразу подумала о Вадьке. Нет, у него, конечно, всё есть, даже более чем. Но ведь тоже растёт без отца. Достаточно сейчас заглянуть в грустные глаза Кирилла, чтобы представить, какими будут глаза Вадьки лет через двадцать-двадцать пять. Говорят, дети из неполных семей на всю жизнь ранены душой. И никакими деньгами этого не исправишь.

– Да, трудно, – признался Кирилл. – Мама, как могла, билась на двух работах, чтобы я ни в чём не нуждался. Но скоро стал понимать, что ей непросто. И рано начал подрабатывать, где мог.

– А школа, университет? – сочувственно спросила я.

– Успевал как-то… – доверительно сообщил мне Кирилл. – В университет сам поступил, на бюджетный…

– И окончили его с отличием! – с нескрываемой гордостью напомнила я, словно это была моя заслуга.

– Есть такое… – смущённо улыбнулся Кирилл.

– Потом военная служба…

– Да, разное пришлось повидать, – уклончиво ответил он, и я почувствовала, что для него это тоже особая тема. – Мне хотелось всего добиться самому. Да и другого выхода не было.

Он немного помолчал.

– Правда, недавно отец вдруг объявился, – сказал Кирилл. – Разыскал меня и теперь регулярно звонит.

– И чего хочет? – спросила я.

– Общения. Я у него, оказывается, единственный сын. Так получилось. При всей его любвеобильности…

– А вы что?

– А ничего, – жёстко проговорил Кирилл. – Раньше я ему был не нужен. А теперь он состарился и вспомнил о сыне. Предлагает ввести в свой бизнес. Но я не хочу от него никаких подачек! И привык всего добиваться сам.

– Надо же как… – я была озадачена.

«Ладно, хватит мучить мужика воспоминаниями, – невольно подумалось мне. – И так видно, что жизнь его не баловала. Это при живом-то отце-олигархе!»

– Кирилл, а вы заметили, что у Вадика синяк на щеке? – вспомнила я.

– Да, заметил, – кивнул он.

– Чувствую, что-то там не то у него в школе… – задумчиво проговорила я. – На днях собираюсь сходить и выяснить… Он вам не говорил, в чём дело? Со мной молчит как партизан.

– Говорил, – улыбнулся Кирилл. – Но я обещал Вадику вам не рассказывать. Он не хочет вас расстраивать.

– Там что-то серьёзное? – всполошилась я. – Может, мне надо вмешаться?

– Не волнуйтесь, обычные мальчишеские дела… – успокоил меня Кирилл. – Вам точно не надо вмешиваться. Мы сами всё решим.

Вот даже как? Оказывается, у них от меня появились какие-то секреты? Мне, матери родной, Вадька не сказал, а чужому мужику – пожалуйста! Прямо обидно. Хотя, конечно, Кирилл не чужой. Но, может, мальчишка не всё может рассказать матери? Ладно уж, подожду немного, если они так просят. Но хоть ещё один синяк увижу – сразу помчусь в школу!

– Вадик очень домашний, не умеет за себя постоять… – с сожалением проговорила я.

– Но вы же не будете его до пенсии защищать! – резонно заметил Кирилл. – Мужчина должен сам решать эти вопросы.

– Да какой он мужчина! – воскликнула я. – Малыш…

– Если будете по каждому поводу вмешиваться, то он так и останется на всю жизнь маминым малышом, – назидательно проговорил Кирилл. – Ещё и навредите ему.

Ишь, учит меня! Он потому так рассуждает, что не считает Вадьку своим. С чужими-то проще! Душа не болит. А если он прав?

Тут позвонил Вадька, лёгок на помине.

– Да, солнышко, – я тут же схватила телефон.

Сижу себе, винцо попиваю, а ребёнок там один!

– Мам, ты скоро приедешь? – с грустью в голосе спросило дитя.

– Уже лечу! – ответила я. – А что такое? У тебя всё в порядке?

– Да. Просто так звоню.

Соскучился! И одному ему неуютно. Он, конечно, неизбалованный и умеет себя занять, но всё-таки ещё маленький, мой козлёнок.

– Сейчас выезжаю. Ты пока спагетти разогрей в микроволновке.

Я дала «отбой». Кирилл всё это время внимательно прислушивался к разговору.

– У вас ведь няня заболела, – вдруг сказал он, – а Вадика надо из школы забирать. Хотите, можем это делать по очереди.

– Ой, спасибо, Кирилл, – смущённо проговорила я. – Но мне прямо неудобно…

– Тогда решено, – заявил он, игнорируя мои сантименты. – Завтра – вы, а послезавтра – я.

Глава 30

На следующий день у Кирилла зазвонил телефон, и высветился незнакомый номер.

– Я слушаю…

– Здравствуйте, Кирилл Андреевич, – раздался взволнованный детский голос. – Это Вадик Мельников… то есть Вадим Мельников…

– Привет, дружище, – обрадовался Кирилл.

У него как раз выдалось несколько свободных минут.

– Ничего, что я вам звоню? – тут же встревоженно спросил Вадик. – Не отвлекаю?

– Очень хорошо, что позвонил, – подбодрил его Кирилл. – Как у тебя дела?

– Представляете – сработало! – радостно сообщил парнишка.

– Ты о чём?

– Да о нашем деле! Вы забыли? – в голосе Вадика послышалось разочарование.

– Конечно, нет! – воскликнул Кирилл. – И как всё было?

– Ну, эти трое ребят опять меня подстерегли на перемене… Стали дразнить и толкать. Один даже попытался ударить…

– А ты что? – насторожился Кирилл.

– Я сделал так, как вы учили, – захлёбываясь от восторга, сообщил Вадик. – Первый приём, помните?

– Да, да…

– Перехватил его руку и надавил, как вы показывали… – продолжал тараторить Вадик. – Он не ожидал, что так будет. Сразу закричал, что ему больно, ну я и отпустил…

– А остальные что? – быстро спросил Кирилл.

– Они испугались и убежали…

– Вот видишь… Молодец! – похвалил его Кирилл. – Когда обижают, надо уметь за себя постоять. У тебя это получилось. Теперь ребята будут знать, что с тобой лучше не связываться. Ведь им нравилось задираться, когда ты боялся и не мог защититься. Сегодня они поняли, что и самим может не поздоровиться, так что будут держаться от тебя подальше.

– Кирилл Андреевич, а вы ещё к нам приедете? – без перехода спросил Вадик.

– Приеду, – ответил Кирилл. – Сегодня тебя мама заберёт из школы, а завтра я.

– Ура-а! – обрадовался Вадик. – А мы ещё будем разучивать приёмы?

– Обязательно, – пообещал Кирилл. – Но только в целях самообороны и никак иначе.

– Я понимаю, – согласился Вадик.

– Ну, мы с тобой ещё поговорим на эту тему. А сейчас извини, дружище, мне пора. До завтра!

– До завтра! – весело отозвался Вадик и дал «отбой».

У Кирилла улыбка не сходила с лица. Этот парнишка здорово его зацепил. Наивный и доверчивый, тянется к новому. Кириллу захотелось научить его всему, что умел сам, и рассказать о жизни то, что успел узнать.

***

– Кирилл, Вадик мне о вас прямо все уши прожужжал! – усмехнулась я. – Чем это вы его так обаяли?

Вадька и, правда, то и дело заводил разговор о Кирилле. Кирилл Андреевич то, да Кирилл Андреевич это… Я даже стала немного ревновать. Что же, появился какой-то мужик, и мать уже не нужна? Хотя одёргиваю себя и говорю – глупости всё это, просто парнишке не хватает мужского внимания.

– Ну, в этом мы с ним солидарны, – заявил Кирилл, и на его лице расплылась широчайшая улыбка. – Мальчишка у вас – класс!

«Родная кровь – ничего не попишешь, – невольно подумалось мне. – Свой свояка видит издалека».

– Вы заезжайте к нам запросто, – неожиданно для себя предложила я. – Вадик будет очень рад.

– А вы? – тихо спросил Кирилл.

– Что – я? – пришлось косить под дурочку, потому что смутилась от его вопроса.

– А вы будете рады, если я к вам приеду? – пояснил он.

– Конечно, – живо откликнулась я. – Мы ведь с вами коллеги, делаем общее дело…

– Да я не об этом… – Кирилл бросил в мою сторону быстрый взгляд.

Знаю я, о чём ты… Только пока ничего не решила.

– Вадику не хватает мужского внимания, – сказала я, сделав вид, что не расслышала его последних слов. – Мой отец – дед Вадика – к нам, конечно, приезжает, но это бывает нечасто. И потом, дед есть дед. Он внука больше балует… Как ни старайся, а мальчишке одной матери маловато…

– Не беспокойтесь, Алина Георгиевна, – официальным тоном заявил Кирилл. – Я всё понимаю. И с Вадиком, конечно, пообщаюсь. С большим удовольствием. За приглашение спасибо.

Обиделся, наверное. Он мне о чувствах, а я как уж на сковородке. Ну не могу вот так взять и сблизиться с молодым мужиком, к тому же моим подчинённым!

– А вы сегодня заберёте Вадика из школы? – тихо спросила я.

– Конечно, заберу, – кивнул он. – Сегодня же моя очередь.

Ишь, не забыл!

– Кстати, Вадик перестал приходить из школы с синяками, – заметила я. – Проблема разрешилась? А то он по-прежнему мне не хочет рассказывать…

– Думаю, с этим всё в порядке, – заверил меня Кирилл. – Но я держу руку на пульсе.

– Спасибо… – смущённо поблагодарила я.

Вот, припахала человека к воспитанию собственного сына. Но ведь это и его сын. Странно, что Кирилл не обратил внимания на их с Вадькой сходство.

Вечером, когда я вернулась с работы, то застала такую картину – в детской Кирилл кидал через бедро Вадьку, а тот пытался проделать то же самое с Кириллом. Кирилл, конечно, слегка поддавался, но, в целом, всё у них было по-взрослому.

– Что здесь происходит? – для порядка спросила я, хотя и сама поняла.

– Мам, не мешай нам, пожалуйста… – раскрасневшийся потный Вадька попытался вытурить меня из комнаты.

– Вадь, так нельзя с мамой! – строго сказал Кирилл. – Ты хотя бы для начала поздоровайся. Здравствуйте, Алина Георгиевна!

И Вадька его послушал!

– Здравствуй, мамочка, – отступив, смущённо поздоровался он. – Мы здесь приёмы борьбы отрабатываем…

– Понятно, – я обескураженно смотрела на них.

Что, похоже, пришёл конец моему влиянию на сына? У нас появился новый лидер?

– Ну, не буду вам мешать… – я вышла, аккуратно прикрыв дверь.

Сама же этого хотела! Пригласила Кирилла в дом, а теперь чем-то недовольна. Ну их! Пусть занимаются. Я хоть после работы дух переведу и спокойно поужинаю.

В тот вечер Вадька так устал, что улёгся спать, когда ещё не было девяти часов. И сразу же отключился.

– Кирилл, садитесь пить чай, – пригласила я. – А то Вадька вас совсем умотал. Или вы его. В общем, вы умотали друг друга…

Я несла какую-то чушь, потому что чувствовала себя ужасно неловко наедине с Кириллом в собственном доме. На работе – другое дело. А здесь всё выглядело иначе. Я засуетилась, уронила крышку от чайника, кинулась её поднимать, и у меня растрепалась причёска. Распрямилась и хотела заправить прядь волос за ухо, чтобы не выглядеть лахудрой, как вдруг Кирилл протянул руку и сделал это сам. Просто, естественно, будто так и надо. Словно он всю жизнь только этим и занимался. Я замерла и во все глаза смотрела на него.

На меня снизошло удивительное умиротворение, а страхи и сомнения куда-то отступили. Я приблизилась к Кириллу и тут же очутилась в кольце его объятий, что тоже казалось очень естественным. Он отыскал мои губы своими горячими требовательными губами. Меня прямо током пронзило. Звучит банально, но это именно то, что я ощутила. И вцепилась в него мёртвой хваткой. Типа, попробуй оторви. Оказывается, я ужасно изголодалась. Набросилась на мужика как безумная.

– Здесь нельзя, а то Вадька увидит… – только и могла я хрипло шепнуть Кириллу.

Он легко подхватил меня на руки и понёс.

– Куда? – спросил тихо.

– На второй этаж…

Мы едва дотянули до места. Чуть не согрешили по дороге. Надо же, какая страсть… Правда, на задворках сознания у меня мелькнула мысль о том, что же будет дальше – ну, после того, как… Ведь рушились все мои правила, выработанные годами. Ну и к чёрту их, эти правила! Нельзя всю жизнь делать только то, что надо! Иногда можно сделать и то, что хочется. А мне ужасно хотелось! Прямо здесь и сейчас.

Когда закрылась дверь спальни, Кирилл овладел мной тут же, распластав по стене. Слово-то какое – овладел! Высокопарное и совсем не отражающее того космоса, который между нами случился. Я только коротко, по-звериному постанывала и мечтала, чтобы это подольше не прекращалось…

Потом мы очутились в моей постели – кстати, не помню как! – и после короткой передышки снова набросились друг на друга, а потом ещё раз. Что называется, дорвались. И всё это без единого слова. Некогда было что-то говорить. Да и зачем? И так всё ясно.

– Что же теперь делать? – жалобно спросила я, когда мы немного отдышались и пришли в себя.

– Просто жить, – с видом мудреца проговорил Кирилл и поцеловал в висок.

А я так уютненько разлеглась на его плече, и мне вовсе не хотелось покидать это место. Так бы и лежала дальше. Но через некоторое время Кирилл сел на постели, повернувшись ко мне спиной.

– Пойду, наверное… – тихо сказал он. – А то неудобно – Вадик проснётся, а я тут…

Я обернулась и вдруг увидела у него на спине два шрама, похожие на затянувшиеся огнестрельные раны. Такие ни с чем не спутаешь. У меня сжалось сердце, и, что называется, ком встал в горле. Ведь Кирилла могло не быть в живых! И мы бы не встретились, и не случилось бы у нас этой умопомрачительной ночи… Всего две маленькие пули, а, может, даже одна – и его жизнь оборвалась бы, а моя пошла по другому сценарию. От этой мысли мне стало нехорошо.

– Кирюш, откуда это? – тихо спросила я.

Он, не поворачиваясь, сразу всё понял.

– Я служил в Сирии, – проговорил глухо, словно ворочая тяжёлые камни. – Мы с моим другом были на задании. Долетели до нужной точки, прыгнули с парашютом. И вдруг откуда ни возьмись – террористы…

Он замолчал. Чувствовалось, что ему тяжело вспоминать об этом. Я, затаив дыхание, ждала продолжения.

– Они открыли огонь и подстрелили нас обоих… – наконец, сказал Кирилл.

– И что было дальше? – прошептала я одними губами, но он услышал.

– Мы приземлились далеко друг от друга… Я его видел, потому что он оказался на открытой местности. А он меня, думаю, нет. Мне в известном смысле повезло – я приземлился на склоне среди кустарников. Кое-как освободился от парашюта и, собрав последние силы, пополз в ближайшую расщелину…

– А дальше? – снова спросила я, чувствуя, как по щекам потекли солёные дорожки.

– Вдруг слышу – в той стороне, где остался друг, послышались шум и выстрелы. Террористы его, раненого, обнаружили и окружили. Раздался взрыв – мой Серёга не захотел попасть к ним в плен и подорвал себя. Вот так. Только что был человек – и нет его…

– А ты? – сразу же спросила я. – Что случилось с тобой?

– Говорю же, мне повезло – я спрятался в расщелине, и скоро подоспели наши… – его голос звучал по-прежнему глухо. – Они уничтожили группу террористов и забрали меня на борт. И очень вовремя – я их увидел, выполз из укрытия и тут же потерял сознание. Серёгу тоже забрали, вернее, то, что от него осталось… А меня подремонтировали и комиссовали. Такие вот дела.

– Бедный ты мой… – я ревела уже в открытую.

Потянулась к Кириллу, обняла и стала целовать эти отметины на его спине. Как мне хотелось бы их стереть! Но, главное, очистить память Кирилла от ужасных воспоминаний, которые теперь всю оставшуюся жизнь будут его преследовать.

– Не плачь, Алинка, – он привлёк меня к себе. – Это дело прошлое. Такова жизнь.

– Останься, Кирюш, а? – жалобно проговорила я. – Зачем тебе уходить?

И чувствовала, что все преграды между нами окончательно рухнули.

– Хорошо, – улыбнулся он. – Только Вадьке сама будешь объяснять. Он – парнишка сообразительный, сразу поймёт, что к чему…