Текст книги "Меч души (СИ)"

Автор книги: Роман Романович

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 17 страниц)

Найти Самохина – дело техники. Я ещё по прошлому разу выяснил, где его основные места обитания. Заглянул в центральную резиденцию, шуганул народ, но никого не нашёл. Зато узнал, что хозяин отбыл на природу. Отличненько. Спустя пару минут я уже висел в воздухе над поместьем и, приложив ладони к лицу, орал во всё горло.

– Самохин! Выходи! Пороть буду!

Внизу засуетились люди. Забегала гвардия. Но я висел относительно высоко, и по мне никто даже не пальнул.

Возможно – заслушались. Я упражнялся в остроумии и в хвост и в гриву, от души понося наглого герцога. Вскоре показался и он сам. Медленно взлетел в воздух, преодолел разделяющее нас расстояние и завис напротив меня.

– Явился, – похрустел он шеей напоказ.

Следом похрустел костяшками, повёл плечами и в целом вид имел человека, готовящегося к бою.

– Соскучился? – спросил я ласково.

– Не особо, – ответил он. – Но прихлопнуть тебя лично, пусть и спустя два года, будет мне в удовольствие.

– Удовольствия сегодня будет много, – пообещал я. – Но есть нюанс.

– Твой наставник где потерялся? В спину собирается ударить?

– Вряд ли ему это необходимо.

– Внизу моя семья. Твоих я никогда не трогал. Не против отойти?

– Да легко. Удивлён, что у такого тёмного старикана, как ты, есть семья. Ты не подумай. Чисто научный интерес. Насколько знаю, в таких случаях бьёт по наследственности.

– Заблуждаешься, – мрачно ответил он и полетел в сторону.

Хорошо так полетел, надо сказать. Я за ним последовал, и особняк превратился в небольшую точку. Да и от элитного посёлка мы удалились. Сочту за комплимент. Самохин считает эту драку настолько серьёзной, что предпочёл удалиться больше чем на километр.

– Мы достаточно ушли? – вежливо спросил я, переместившись вслед за ним.

– Более чем.

– Кстати, ты начал с откровенного вранья. Из-за твоих интриг пытались в том числе убить и моих девчонок.

– Зачем ты это говоришь? Угрожаешь моей семье? – глянул Самохин исподлобья.

– Нет, – качнул я головой. – Это я так по-доброму извещаю, что жалеть не буду.

– Хватит болтать, – рыкнул он.

Как скажешь.

Сколько я ни пытался понять разделение между одарёнными, так нормальной классификации и не увидел. Где-то на среднем уровне силы существовала проблема выбора, какие чакры и звезды развивать. Это когда не хватает таланта, времени и денег развить всё. Поэтому люди делились на условные направления магов и воинов. В высшей же лиге всё это теряло смысл, потому что в ход шли все козыри. Тем не менее почему Радамир считался мечником, хотя активно использовал магию при желании, а Самохин – архимагом, то есть магом, хотя и на мечах, как рассказывал наставник, мог смахнуться, оставалось не совсем ясно.

Я же и вовсе был в первую очередь артефактором.

Стоило магии всколыхнуться, как в моей руке появился посох и ударил концентрированным потоком пламени в Самохина, сбивая его первые щиты и отправляя в полёт. Сместившись и оказавшись сверху, я повторил удар, отправляя герцога вниз. Он попытался вырваться, но я без проблем удержал позицию и всё же запинал его, пока он не врезался в землю, образовав кратер. Тут же вспыхнули щиты вокруг его тушки, он окопался, а я, жахнув пламенем и смертью ещё пару раз, притормозил.

Ничего такого. Просто обычное приветствие. С помощью того посоха, который я создал на основе костей и оружия некроэльфов, добавив к ним сердце ифрита. Посоха, который я уже пускал в дело, когда куролесил по столице, и который значительно доработал за эти два года.

Но это только прелюдия.

– Эй, герцог! – крикнул я вальяжно. – Хочешь, сказочку расскажу?

Самохин выбрался из раскалённого котлована и снова взмыл в воздух. Ударил чёрной плетью, но я ответил пламенем. Два удара столкнулись и разнесли нас в стороны.

– Так вот! – сказал я, как ни в чём не бывало. – Жил-был красивый и талантливый дракон. Творил, никого не трогал. Иногда плохишам давал по мордасам, но что взять с этих плохишей, которые сами лезли к дракону?

– Что за бред ты несёшь? – процедил Самохин.

– Ты послушай и всё поймёшь. Как-то раз летел дракон по небу и его увидел старый петух. Старый, горделивый, любящий тёмные ритуалы.

Самохин сложил руки на груди и посмотрел на меня высокомерно. Мои удары его не потрепали. Только волосы разметались, но это мелочь.

– Там долгая история между ними завязалась, но суть в том, что дракон в какой-то момент подумал. А петух-то – тот ещё петух. Наверняка сидит в своём курятнике, строит планы, ко встрече готовится. Ведь дракон ушёл неизвестно куда вместе со своим наставником, и кто знает, чему научится за время отсутствия. Поэтому петух, после того как откупился от хозяина зоопарка, принялся строить козни. И ты ведь уже понял, что самое смешное в этой истории?

– Ты как-то заблокировал доступ к артефактам пространства, – мрачно ответил Самохин.

– Именно! – воскликнул я. – Это ведь так логично и предсказуемо, подготовиться к вероятной битве, и все свои результаты подготовки засунуть в удобный артефакт пространства, который всегда под рукой. Но облом, да? – расплылся я в довольной ухмылке.

– Ход отличный, – признал Самохин. – Но я и так смогу тебя уничтожить. Наболтался, сказочник? Настала пора умирать.

Нашёл кого пугать.

– Мне не впервой, а тебе? – улыбнулся я.

* * *

Легко отдать приказ – иди, разберись там с Эварницким так, чтобы мир и наше государство целыми остались. Но что с этим делать-то?

Об этом Зануда и подумал, когда вышел из дворца. Ему снова дали полномочия гласа императора. Это открывало многие двери, но что толку? Чтобы эффективно работать, нужно держать руку на пульсе, быть в гуще событий. Что невозможно для человека, который больше года провёл в провинции, отойдя от дел.

Впрочем, смысл усложнять?

Где Елена Блохина, было прекрасно известно. Туда Зануда и направился. Долетел на крыле, чтобы не терять время в пробках. Стоило позвонить в дверь, как открыла сама девушка. Зануду смерил строгий взгляд холодных глаз повзрослевшей девушки.

– Андрей Тимофеевич, – сказала она. – Опять вас работать заставили?

– Всё так, всё так, – вздохнул мужчина. – Не откажете мне в разговоре?

– Я не знаю, где Давид.

– У меня есть и другие вопросы.

– Не сомневаюсь. Давид собирается расплатиться со всеми долгами, – ответила девушка, не сходя с места. – Как именно, в планы он меня не посвящал. Да я и не спрашивала. Про всё остальное я вам ничего рассказывать не собираюсь.

– Вы можете с ним связаться?

– Вы и сами можете ему позвонить.

– Уже. Он не отвечает.

– Тогда чем я вам помогу, если он не хочет сейчас общаться?

– Уверен, что многим. Елена, я на стороне Давида. Лучше урегулировать весь конфликт до того, как город заполыхает.

– Я напишу ему, что вы хотите поговорить. Ни больше ни меньше, – упрямо ответила девушка и закрыла дверь.

Зануда тяжело вздохнул.

Спустившись во двор, он дошёл до ближайшего кафе и… заказал кофе. Чего уж. Раз снова в это дерьмо окунаться, нет смысла отказываться от маленьких радостей жизни. Достав телефон, Андрей пролистал телефонную книгу и начал обзванивать старых знакомых, собирая команду заново. Попутно решал чисто бюрократические вопросы и проверял, насколько много ему теперь дозволено. В канцелярии императора, вот неожиданное дело, в рекордно короткие сроки выделили и полномочия, и финансирование, и общую поддержку.

Имейся хотя бы неделя на подготовку, было бы сильно проще. А так пришлось мчаться в корпус Ищущих, выбивать кабинет, доступ к оперативной информации и с головой погружаться в разборки. Потому что это император хотел уладить вопрос быстро и по возможности мирно. А стоило информации о том, что Эварницкий вернулся, разойтись, как поднялись десятки тех, кто хотел обратного. Начиная с желания прихлопнуть парня и заканчивая самыми разными интригами, которые только набирали обороты.

Да чего уж. Один инцидент со статуей, которую всё ещё пытались уничтожить, чего стоил. Статуя, вот же наглость, всё никак не уничтожалась, декларировала новые ценности, давала отпор всем нападающим, ещё и парочку храмов разнесла в процессе.

После храмов следующим важным звоночком стало сообщение от Фёдора Михайловича. Куратор особой группы так и продолжал работать при институтах, несмотря на то что половина группы свалила в неизвестном направлении. От него и пришло сообщение о том, что на территории городка появилась слуга Эварницкого.

– Я только что закончил с ней разговор, – позвонил мужчина по телефону.

Ранее Зануда поступил в общем-то логично. Постарался расставить сети во всех точках интереса, связанных с Давидом. Отсюда и реакция куратора.

– Она что-то сказала? – уточнил Зануда.

– Сейчас она занимается тем, что обходит все главные институты с вопросом о продолжении обучения трёх студентов. По всей видимости, они хотят восстановиться. Не обязательно в своём институте и прошлом формате.

– Ещё что?

– Только то, что эта Фло теперь выглядит как матёрый боец, которого лет десять гоняли на полигоне и протащили по звёздам. Сообщение Эварницкому она отказалась передавать. Как быть? Всю сложность ситуации я понимаю, но не хотелось бы терять такие таланты.

– Буду разбираться, – ответил Зануда. – Если сам парень объявится, сообщи.

– Сообщу. Если вдруг не решу уехать в отпуск, – нервно хохотнул Фёдор Михайлович.

Андрей понимал его как никто другой.

Завершив разговор, мужчина задумался. Желание продолжить обучение – это хороший знак. Мирный. Который никак не увязывался с ударом по храмам. Не надо идти к гадалке, чтобы понять – набегут фанатики и потребуют голову Эварницкого. «Если узнают о его вмешательстве», – мысленно поправил себя Зануда. Так-то парень сработал чисто, сам не светился. Единственный гарантированный конфликт – с богом Аресусом. В чём тоже ничего хорошего не было, но что уж теперь.

На какое-то время наступило затишье. Собирая команду вновь, Андрей отчётливо понимал, что, вполне возможно, хоронит свою репутацию и связи совсем уж основательно. Если Давида прикажут ликвидировать… Если он набедокурит совсем уж сильно… Если… А много этих если было. Если необходимости в особом отделе не появится, то выдёргивание прошлой команды и наведение шороху ему не простят.

Но что делать-то? Император сказал прыгать, вот и приходится прыгать.

А то, что скучно не будет, в скором времени стало окончательно понятно. Почти полдня заинтересованные стороны поднимали волну, которая могла похоронить Эварницкого. И вся эта волна врезалась в стену, когда пришлось сообщение о том, что за городом зафиксировано применение магии уровня архимагов. Узнав координаты, Андрей сопоставил это с имеющейся информацией и пришёл к простому выводу.

Эварницкий решил не мелочиться и зайти с козырей, с ходу разобравшись с главным своим политическим оппонентом. Если у него получится завалить Самохина, тогда все, кто сейчас поднял голову, желая поквитаться, разбегутся подобно тараканом.

Осталось узнать, хватит ли на это у Давида силёнок.

Глава 5
Когда партию по шаблонам разыграл, но и удивить смог

Архимаги олицетворяли всё то, что я искренне ненавидел в магии. Чудовищно развитая аура, способная сама по себе разорвать среднего адепта. Сотни освоенных заклинаний. Тщательно подобранные, интегрированные в звезды, способные сравнять город с землёй. Способность применять высшую магию так же легко, как и обычную.

Бесило меня всё то, что давалось мне с таким трудом.

О том, чтобы победить Самохина магией, я мог только мечтать. Лет так через сто. Но скорее архимаг раньше от старости помрёт, чем я его догоню. Мой выбор – меч и артефакты.

Герцогу надоела прелюдия. Он всерьёз вознамерился меня прикончить. Выпустил ауру, которая накрыла пространство вокруг на добрую сотню метров. Опасно, но не с моим уровнем развития. Я оказался рядом раньше, чем он успел выпустить заклинание, и без всяких затей пробил ему кулаком в челюсть.

Голову Самохина подкинуло вверх, и он по дуге улетел в небо. На ту же самую сотню метров.

Ладно-ладно, этот удар был далеко не простым, а сжатым вокруг кулака пространством. Тот максимум, который я смог освоить за полтора года тренировок. Удар-пружина.

Самохин кувыркнулся с десяток раз, затормозил прямо в воздухе и перешёл в нападение. Обычным глазом его атака была почти не видна. Так, лёгкое колебание воздуха, едва заметное марево, что расчертило пространство между нами и чуть меня не прикончило.

– Ты забыл, кто меня технике шага учил? – задал я вопрос в пустоту, оказавшись у него за спиной и пробив кулаком в бок.

Герцога снова отбросило, но не сказать, что причинило особый вред.

Это как бить кувалдой по человеку, который стоит за бетонной стеной. Крошево летит, но и только.

– Освоил пару новых трюков? – крикнул он мне. – Работает не очень.

– Картина маслом: красивый дракон пинает дурного петуха!

– Попробуй это!

Герцог ещё что-то добавил, не сказать, что приличное касательно моей многогранной личности, но голос мужчины потонул в треске высшей магии. В воздухе повисло нечто тёмное, что создало притяжение. Я сместился шагом, но не тут-то было. Эта хрень переместилась вслед за мной. Ещё парочка смещений, и стало окончательно понятно, что она движется следом, но не сразу вплотную, а продолжает не спеша перемещаться навстречу.

– Классное заклинание! – крикнул я.

Герцог прямо заставлял меня меч обнажить. Ну да почему бы и нет?

Меч я достал.

Ох.

Моё оружие носило гордое имя «Верный друг». Имя – история, с глубоким смыслом. С дружбой у меня специфические отношения. Так ещё и Элрик, который рассказал схожую историю, что его лучший друг планирует прикончить. Это само по себе наталкивало на философские рассуждения, что есть дружба и может ли она быть истинной. В своих размышлениях я пришёл к выводу, что если убрать весь эгоизм, инфантильные ожидания, наивность, добавить долю здравого цинизма и взаимоуважения, то дружба сведётся к тому, что вы вместе иногда что-то делаете, желательно весёлое и увлекательное для вас двоих, заодно поддерживая и дополняя друг друга.

Пока я верю в свой меч, он будет отвечать мне взаимностью и ничто не устоит перед нашей силой.

Перестав убегать, призвал оружие и нанёс удар, разрубая тёмный шар. Заклинание было с подвохом, но первый урок, который Радамир вбил мне в голову, обучая магии, звучал так: архимаги те ещё черти, всегда жди подвоха. Поэтому моё оружие было создано таким образом, чтобы в том числе прикрыть мою очевидную слабость.

Часть шара просто исчезла. Разрушились и те заклинательные контуры, что составляли начинку.

Магия схлопнулась, раздался взрыв, из-под которого я спокойно вышел.

– Не ожидал? – крикнул я Самохину.

Он промолчал, заиграв желваками. Усиленное восприятие позволяло и такое разглядеть. Наверняка засранец чего-то такого всё же ждал. Подготовился на этот случай, но не учёл, что я заблокирую артефакты пространства. Не то чтобы такое легко просчитать. Насколько я знал, по крайней мере, на рынке не встречал, никто так делать не умел.

– Наоборот, – ответил герцог. – Твой учитель умеет не хуже. Да и есть ли что-то более предсказуемое, когда речь заходит о тупых мечниках?

– Тупой мечник заблокировал тебе доступ к игрушкам, – улыбнулся я. – И съездил кулаком по морде. А ты пока только словами бросаешься.

Самохин выставил руку. Я нанёс горизонтальный удар, разрубая магию и стараясь добраться до плоти. Он увернулся, удержав подготовку заклинания. Его аура уплотнилась, и в меня полетел сгусток. Который я предсказуемо отбил. Тот взорвался осколками, часть которых врезалась мне в защиту, отскакивая.

– Обзавёлся порядочной техникой защиты? – прищурился Самохин.

– Небесная броня, – кивнул я. – Из набора богоубийцы. Дам подсказку – боги стоят повыше, чем какие-то герцоги.

– Раздражаешь, – процедил он.

Герцог создал перед собой сразу с десяток уплотнённых сгустков, которые направил в меня. Это была примитивная магия. Если вообще магия. Скорее уж кристаллизованная мана. О таком приёме я слышал. Никогда всерьёз не воспринимал и… Там, где десять снарядов, у Самохина ещё пара сотен нашлось. Летели они быстро, в любые стороны, накрывали площадь, ещё и взрывались, заставляя меня побегать и попелять. Доспех у меня хорош, он много чего прикроет, но принимать на него бесконечно удары не получится.

Против лома нет приёма, как говорится.

Герцог ожидаемо попытался меня отогнать. Это какая-то битва шаблонов выходит. Прятать заготовки в артефакт – шаблон. Разрубать магию – шаблон. Попытаться отлететь подальше от блокиратора помех – тоже шаблон.

Но Самохин снова кое-чего не учёл.

Он погнал меня подальше от себя. Я раз за разом пробивался к нему, не давая далеко уйти. По-честному искал способ приблизиться, но этот чёртов архимаг… Короче, не только я его, но и он меня бесил.

Архимаги начинаются где-то от пятнадцати звёзд. Это много. Прямо очень много. В Российской империи официально нет такого ранга источников. Это надо куда-то отправляться, искать альтернативы, ставить свою жизнь на кон. Я со своей божественной природой и талантливостью едва добрался до тринадцатых звёзд. Самохин же, очевидно, был куда выше. Сложно сказать, насколько он сильнее. Мы пока только разогреваемся.

Этот этап схватки продлился около двух минут. Герцог насытил маной пространство вокруг себя и начал создавать новые сгустки сотнями. Сделал их меньше и плотнее. Мне пришлось отступить. Чем он и воспользовался, разорвав дистанцию. Заодно и обстрел прекратив.

– Не получилось? – снова оказался я рядом.

Связующий меня много чему научил. Часть того, что я не смог освоить, как навык, воплотил в некоторых артефактах. У меня действительно появились глушилки, блокирующие артефакты пространства. Действовали они максимум на расстоянии пятидесяти шагов. Не та дистанция, на которую стоит полагаться в битве против ушлого архимага. Поэтому задействовал я другое – уничтожение. Пространство – интересная штука. Если организовать небольшую помеху, то внутри артефакта несложно всё стереть в пыль. Провернул я это ещё в первую атаку, когда задействовал посох. Собственно, одно из усовершенствований – это как раз «жернова», что перемалывали пространство внутри свёрнутого пространства.

– Что ты сделал? – спросил Самохин требовательно. – Как работает твоя блокировка?

– Блокировка? – улыбнулся я.

Его глаза расширились, аура налилась чем-то тёмным и гневным. Он понял.

– Там были дорогие мне вещи, – с арктическим холодом произнёс герцог.

– Поплачь ещё.

Плакать герцог не захотел и выпустил заклинание, которое называлось «Лес Тьмы». О нём меня Радамир предупреждал. Чёрная хрень, которая в секунду сотни копий стихии тьмы выпускает. Которые самонаводятся, прорастают всюду, удлиняются и обладают подавляющей аурой.

Разогреваться мы перестали. Настала пора козырей.

* * *

Получив новость о том, что где-то рядом со столицей началась битва уровня архимагов, Зануда на несколько секунд замер, оценивая тот факт, что лететь туда совсем не хочется, но очень надо, потому что император обязательно спросит итоговую оценку, а, как известно, лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. И если императору все же придётся сто раз услышать, то ему, Андрею, надо разок увидеть.

Оставалось сей факт принять, уточнить координаты места проведения схватки и отправиться на место, надеясь, что получится застать финальную часть битвы и свалить после этого живым.

Этим мужчина и занялся. По пути встретив Григория Эпфимовича в здание Корпуса.

– Парень, давай за мной, – бросил архимаг на ходу. – Идём смотреть, как там твой паренёк развлекается.

И пошли. Через портал. Который архимаг организовал прямо к месту событий.

– Прикрою, но не подставляйся лишний раз, – бросил родственник императора.

Сам архимаг взмыл в воздух, используя магию, а вот Зануде пришлось доставать крыло и взлетать следом. Где проходит битва, мужчина увидел сразу. Где-где. Впереди. На расстоянии километра. Чёрный ёж расширялся, а с его боку находилось нечто, что полыхало стальными всполохами.

– «Лес Тьмы», – уважительно сказал Григорий Эпфимович, – Ты там фиксируешь? Фиксируй, фиксируй. Если атаку Самохина сдерживает Эварницкий, а не Радамир, тогда паренёк серьёзно возмужал.

– Это точно Эварницкий, – уверенно заявил Зануда.

– С чего взял? – спросил архимаг, не оборачиваясь. – Мои глаза на старости лет не так остры, но участников сейчас не видно, слишком много заслонов.

– Потому что у господина Радамира нет причин по возвращении сразу бежать бить господина Самохина. Подобное учудить мог только один человек.

– Пожалуй, логично. О-о-о… – протянул архимаг.

«Лес тьмы» разросся до совсем уж неприличных масштабов, вспыхнул светом и распался. Одна фигура, окутанная тёмным дымом, почти по идеально прямой улетела далеко назад. Вторая окуталась силуэтами мечей и устремилась вперед.

– Парень точно вырос, – вздохнул архимаг. – Проблема. Больше сотни силуэтов призвал.

Андрей впечатлился. Пусть они и находились далеко, не получалось в полной мере осознать происходящее, но Эварницкий снова потерялся за силуэтами мечей, догнал Самохина и обрушил на него всю эту мощь, отправляя вниз. Герцог достиг земли и окутался защитой. Григорий Эпфимович ничего не сказал, но Зануда на этот раз и сам узнал легендарное заклинание. В простонародье – Лукавица, официально – «Скорлупа дракона». Многомерная структура с десятками ячеистых слоёв. Выглядело заклинание как самое настоящее яйцо, в которое сотня мечей и врезалась.

Силовая волна разошлась во все стороны. Ближайшие деревья срезало. Те, что подальше, – закачало, часть повалило. Григорий Эпфимович выставил щит, который задрожал от натуги.

– Буянят, а потом убирай за ними, – недовольно цокнул архимаг. – Стекла во всей округе повышибало.

«Стекла – наименьшая из проблем», – подумал Андрей. Район здесь благополучный, сразу несколько источников, вокруг которых построены поместья уважаемых людей. Стекла, побитая черепица, сошедшие с ума животные, пошедшие в разнос охранные системы и многое другое. И это при условии, что какой-то удар напрямую не прилетит по чужому дому. Очередной резонанс, которые неизвестно к чему приведет.

– Ух, – выдал архимаг рядом.

Эварницкий обрушил все мечи на скорлупу. Та то ли выдержала и взорвалась осколками, то ли не выдержала и взорвалась. Не особо важно, потому что осколки снесли мечи вместе с Эварницким.

– Ставлю на то, что он жив, – сказал Зануда.

– Нашёл дурака спорить. Конечно жив, – фыркнул сердито архимаг. – Радамир совсем не думает. Таким техникам мальчишку буйного учить.

Давид отбился от всех осколков и завис в небесах среди облаков. Самохин взмыл вверх, но резко затормозил. Среди облаков проявился силуэт гигантского меча.

– Техника орбитального удара, – сухо заметил архимаг.

И принялся укреплять защиту.

Обычная логика говорила, что от чего-то медленного и большого увернуться проще всего, но почему-то в случае Самохина это не сработало. Он сместился раз, другой, и Зануда увидел, что меч сдвигается вслед за ним. Когда же герцог рванул на все парах куда-то в сторону… Меч вместе с Эварницким переместились в пространстве.

– Это что ещё? – подался Григорий Эпфимович вперёд, но почти сразу прикрыл лицо рукой.

Меч добрался до цели.

Андрей, как и подобает аристократу, получил хорошее образование. Имел он доступ к самым разным архивам, в том числе фотографиям некоторых эпохальных битв с участием архимагов. Всё это не имело смысла, потому что реальность превзошла любые ожидания. Мозг просто отказывался обрабатывать информацию как надо. Андрей умом понимал, что падающий меч огромен. Но при этом клинок выглядел как игрушечный.

Только последствия были совсем не игрушечными.

Ударило, землю вспучило, подняло настоящий гребень, метров так десять в высоту, сминая деревья и меняя ландшафт. Клинок пошёл дальше, углубляясь и вызывая локальное землетрясение. А может, и не локальное, кто знает. Поднявшийся ветер откинул парочку наблюдателей, несмотря на всю защиту архимага.

– Применение столь серьёзных техник рядом со столицей карается законом по всей строгости, – озвучил общеизвестную истину Григорий Эпфимович.

– Не уверен, что подобная угроза впечатлит Давида.

– Он вовсе не бессмертен, – упрямо ответил старик.

– Ну да, – не стал спорить Андрей, но слова прозвучали издевательски.

Григорий Эпфимович повернулся и смерил мужчину тяжёлым взглядом.

– Ты на его стороне, юноша? – спросил архимаг.

Юношей Андрей давно быть перестал, но с позиции человека, который разменял вторую сотню, ещё лет пятьдесят таким оставаться будет.

– В данном ситуации я на стороне логики, здравого смысла и элементарного анализа. Давида убивали – он воскрес. Два года его не было, и теперь он держит удар архимага, способен того загнать под землю. Я догадываюсь, что вы мне скажете. Что можно подтянуть специальные средства против божественных сущностей, можно собрать команду и всякое такое. Неприятная же правда заключается в том, что нет стопроцентного, гарантированного способа от него избавиться. Кто знает, какими навыками он владеет? Поправьте, если ошибаюсь, но смещение столько тяжёлой техники в пространстве – это что-то за гранью?

– Всё так, всё так, – покивал Григорий Эпфимович, – Что тогда предлагаешь делать, когда Эварницкий одуреет от наглости и начнёт выдвигать требования нашему императору? Лечь под него?

– Одуреет от наглости – это как? Начнёт проводить тёмные ритуалы? – не удержался Зануда от шпильки.

– Тц, – раздражённо цыкнул архимаг. – С Самохиным хотя бы договориться можно.

– Так и с этим тоже. Можно было. Пока договор не был нарушен, причём не с его стороны.

– Хочешь в чём-то обвинить нас? – угрожающе спросил архимаг.

– Обвинения не по моей части. Я всего лишь аналитик.

– Вот и анализируй. От твоих слов зависит жизнь паренька. Так что предложи что-нибудь разумное.

– Я бы предложил отправить Эварницкого в Рим, не явно, разумеется, но планета у нас одна, и не хотелось бы в один из дней развеяться пылью и оказаться в чистилище.

– Рим способен использовать его против нас. Не так уж легко взрастить обиду.

– Особенно когда поводов было дано в достатке.

– Империя защищает свои интересы, – ответил старик, но прозвучало неубедительно.

Тем временем битва продолжалась. Герцог Самохин каким-то образом умудрился выжить, выбрался и со всей доступной яростью бросился в атаку.

Следующие минут десять Андрей наблюдал световое представление, в котором решительно ничего невозможно было разобрать.

* * *

Сначала мы поздоровались и обменялись любезностями. Потом показали, кто какие козыри держал в рукаве. Дальше решили взять друг дружку измором и наконец-то убить противника, но не тут-то было.

Без всяких сомнений, герцог Самохин был гением своего поколения. Гребаный талант. Я тоже талант, с отличной родословной, куда там обычному смертному, но то на то и выходило. У меня лучше коэффициенты, зато меньше звёзд и опыта. Я срезал Самохину минимум половину козырей, но он тупо опытнее и подготовлен на все случаи жизни.

Притормозили мы оба, когда запыхались. Герцог выглядел помятым. Мокрый от пота. Немолодой он уже мужик, чтобы на таких оборотах долго скакать. Собственно, на этом всё. Я заставил его вспотеть. Сам же выглядел как-то так же. Без ран, зато пропотевший и подуставший. Не настолько, чтобы сдаваться.

– Сам за восстановление этого участка платить будешь, – бросил мне Самохин недовольно.

– Это ты так капитулируешь и просишь о пощаде? – поддел я его. – Впрочем, могу и заплатить. Сразу после того, как ты мне выплатишь десять миллиардов.

– Размечтался, – дёрнул он щекой. – Разве что в твоих фантазиях.

– Почему сразу в фантазиях, – беспечно ответил я. – Это ведь ты организовал ту подставу на пять миллиардов. Плюс моральный и репутационный ущерб. Сверху ещё земли родовой подкинешь возле столицы, и в расчёте.

– Фантазёр так фантазёр, – покачал головой герцог. – Как ты там себя называешь? Сказитель? Оно и видно.

– Кажется, ты ещё не дошёл до нужной кондиции, – понимающе кивнул я. – Продолжим?

Козыри опасны тем, что хороший туз в рукаве – это всегда внезапно, в идеале шокирующе и подавляюще. Если на козырь легко ответить, то это и не козырь вовсе, а так, заготовочка.

Частью козырей мы обменялись. Что тоже являлось шаблоном шаблонной битвы. А вот дальше, как я надеялся, начиналась оригинальная часть.

Когда два года целенаправленно готовишься к битве с конкретным человеком, используя его образ как вершину, которую нужно взять, но наворотить можно много чего. Особенно когда имя твоё – Сказитель, а руки из нужного места растут.

До этого я демонстрировал где-то восемьдесят процентов скорости. В пиковые моменты – девяносто. Десять процентов на таком уровне – очень много. Даже на секунду заставить противника опоздать – половина дела. Я рубанул перед собой, рассекая и воздух, и пространство, и всю ту магию, что Самохин запустил в мою сторону.

Говоря, что меч носит имя «Верный друг», я немного слукавил. Настоящее его имя – «Рассекающий». А верный друг – это статус наших с ним отношений. Поэтому я не обманул Связующего. Мой меч был абсолютен, при некоторых условиях способен разрубить всё и вся. Когда-нибудь. В потенциале. Сейчас же моих сил хватило, чтобы оставить маленький разрез на подбородке Самохина. Кровь пустил, но рана тут же затянулась. Однако не это было главным. Меч я держал в правой руке. Левую отвёл за спину и достал из пространства подготовленный кинжал.

Самохин призвал меч из тьмы и попытался пронзить меня. Но я был быстрее, как ни странно. Спасибо небесной технике шага. Несколько финтов, и я смог подобраться к архимагу, чтобы вбить кинжал ему в спину.

Герцог в долгу не остался. Подпускал меня сознательно и, когда я оказался рядом, сотворил нечто. Черт его знает, как называется эта магия, но я метнул перед собой артефакт пространства, который поймал в ловушку часть выпущенной силы, дав мне возможность уйти. То, что осталось, врезалось в землю и оставило на ней плешь. Деревья, листва, верхний слой почвы – всё это в одну секунду обратилось прахом.

Самохин же застыл в воздухе, недоуменно хмурясь.

– Как ощущения? – спросил я громко.

– Что ты сделал? – потребовал он ответа, вперив в меня взгляд.

– Написал хорошую историю, – расплылся я в улыбке.

– Что. Ты. Сделал⁈ – прорычал Самохин.

– Тебе правда интересно? – обрадовался я. – Подожди немного…

Вокруг герцога появились тени. Расплылись вокруг. Он сместился в сторону, но от себя-то не убежишь.

– Ты убил нас… – раздался бьющий по мозгам шёпот. – Убил… Убил… Убил…

Самохин отмахнулся всполохом магии. Применил ещё что-то. Потом ещё и ещё. Укрепил защиту. Короче, он перебрал все доступные варианты, как решить проблему, но ничего не добился.

Теней стало больше. Значительно больше. Я знал, что герцог тот ещё ублюдок, но то, что на нём столько жертв, даже не знаю, что сказать.