Текст книги "Идеальное подчинение (ЛП)"

Автор книги: Рокси Слоан

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 4 страниц)

– Кто сказал тебе говорить это? – требую я, еле сдерживаясь от ее лжи. – Звучит так, будто ты читаешь строки из сценария.

– Никто мне не говорил. – Бритни нервничает. – Это правда.

– Это все сплошная ложь, – заявляю я и встаю, нависая над ней.

– Я не обязана все это слушать. – Теперь у Бритни хватает здравого смысла испугаться. – Вам нужно уйти.

– Пожалуйста, Бритни, – умоляет Изабелль. – Не делай этого со мной. Я всегда заботилась о тебе, пыталась защитить от Клейтона, чтобы он не пошел за тобой. Пожалуйста, ты не можешь лгать. Мне нужно, чтобы ты сказала правду.

– А как насчет того, что нужно мне? – отвечает Бритни, она злобно скривилась. – Ты знаешь, что произошло после пожара? Я вернулась в систему. Один дом за другим. Долгие годы. В то время как у тебя была настоящая семья. Деньги, хорошая одежда и все, что ты хочешь. Почему ты должна жить хорошей жизнью, а? Сейчас моя очередь. Твоя прошла. Я получила хорошие деньги за это заявление, и Брент сказал, что он даст еще пятьдесят тысяч, когда ты будешь в тюрьме.

Изабелль потрясенно говорит:

– Значит, он тебе заплатил?

Бритни усмехается.

– И что, если он это сделал? Кто тебе поверит, убийца?

Изабелль цепляется за меня, у нее в глазах стоят слезы.

– Пожалуйста, – шепчет она. – Давай уедем.

– Не так быстро, – говорю я, поворачиваясь к Бритни. – Никто не поверит Изабелль, – говорю, вытаскивая свой телефон из-за спины. – Но они поверят тебе.

Я нажимаю пару кнопок и прокручиваю слова Бритни.

– Я получила хорошие деньги за это заявление, и Брент сказал, что он даст еще пятьдесят тысяч, когда ты будешь в тюрьме.

Изабелль изумленно ахает.

– Ты записал это? – Она моргает, глядя на меня.

– Каждое слово. – Я улыбаюсь.

Бритни паникует.

– Ты не можешь...

– Могу, – рычу я. – Лжесвидетельство, препятствование правосудию, трата времени полиции. Если ты хочешь поговорить о тюремном заключении, ты смотришь на него прямо сейчас.

Бритни сглатывает, ее глаза снова мечутся.

– Подожди. Пожалуйста.

– Дай мне хотя бы одну вескую причину, почему я должен дать тебе отсрочку? – рычу я в ярости. – Ты даже не знаешь, сколько причинила боли, ты могла разрушить ее жизнь.

Эта девушка отняла бы у меня Изабелль. Мою Изабелль.

– Я должен позвонить в полицию прямо сейчас! – кричу я, а затем чувствую руку на своей руке.

– Не надо, – говорит Изабелль. Она с сочувствием смотрит на Бритни. – Мы не будем звонить в полицию, – говорит она, – но при одном условии. Ты позвонишь им первая и откажешься от своих слов. Скажи им, что ошибалась, что тебя там не было, и ты ничего не помнишь. Скажи им правду, настоящую правду на этот раз, – говорит Изабелль. – И мы уйдем прямо сейчас и никогда не вернемся.

Бритни нетерпеливо кивает.

– Все что хотите. Извините, мне действительно жаль.

Изабелль не моргает.

– Мне тоже жаль, Бритни. Но ты не можешь винить меня во всем, что не так в твоей жизни. Тогда мы были просто детьми, но ты больше не ребенок.

Она оборачивается и выходит за дверь.

Я задерживаюсь еще на мгновение.

– Она, может, и в настроении прощать, но я не такой эмоциональный, – предупреждаю Бритни. – Я оставлю эту запись. Если ты снова выкинешь что-то подобное, я буду разговаривать с шерифом. Тогда ты узнаешь, каково быть внутри тюремной камеры.

Я ухожу, но когда добираюсь до машины, то нахожу Изабелль тихо плачущей. По ее лицу текут слезы.

– Что случилось? – спрашиваю, мое сердце застряло в глотке.

– Ничего, – выдыхает она. – Я просто чувствую такое облегчение. – Она поднимает лицо, и я вижу, как она улыбается сквозь слезы. – Это конец. Все кончено.

– Я ведь дал тебе обещание, не так ли? – Я улыбаюсь, крепко обнимая ее. – Теперь мы можем вернуться домой.

– Да, – кивает Изабелль. – Пора возвращаться домой.

Глава 9

Изабелль

Пейзаж за окнами автомобиля размывается моими слезами облегчения.

Все кончено. Я не могу в это поверить. Мой кошмар наконец-то закончился. Бремя секретов, которое я несла в течение многих лет, тает с каждой милей. Я чувствую себя легче, увереннее.

Свободной.

Кэм находит и сжимает мою руку.

– Готова вернуться в Нью-Йорк? – спрашивает он.

– Готова.

Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на него. Сильная челюсть, эти темные глаза. Счастье переполняет меня. Я так благодарна, что он есть в моей жизни.

– Ты никогда не сомневался во мне, – понимаю я. – Даже когда полиция говорила эти ужасные вещи. Ты не осуждал меня из-за того, что случилось с Брентом...

– Ты не заслуживаешь осуждения. – Кэм прикладывает мою руку к своим губам и целует мою ладонь. – Ты меня удивляешь, Изабелль. Каждый день. Ты прошла через такие трудности и борьбу. Ты была достаточно сильна, чтобы выжить, и теперь, клянусь, я больше никому не позволю причинить тебе боль.

– Я не смогла бы сделать это без тебя, – мягко говорю я. – Ты был тем, кто дал мне силы бросить Брента, чтобы наконец освободиться от него. Мысль о тебе – это то, что поддерживало меня, когда я была заперта в тюрьме. Это все из-за тебя. Когда я думаю, что могло бы произойти, если бы ты не спас меня той ночью в клубе...

Я замолкаю. Мысль слишком ужасна, чтобы ее представлять. Находилась ли бы я по-прежнему под жестким контролем Брента, терпеливо и легкомысленно проводя пустые дни в попытках произвести впечатление на всех этих светских «друзей» своими обедами и днями в клубе?

Все еще спала бы ли я по ночам, чувствуя себя совершенно одинокой в мире, желая чего-то реального, чего-то, что я даже не знаю, как выразить словами? Я никогда не узнала бы того сильного удовольствия и невероятного освобождения, которое происходит от рук Кэма. Зная его так, как знаю теперь, делясь с ним собой полностью.

Без ограничений. Без правил.

Просто любя.

Я не могу дождаться, чтобы провести с ним остаток своей жизни.

– Подожди, – внезапно говорю я. – Можем ли мы сделать остановку до аэропорта?

– Конечно. – Кэм оглядывается. – Куда бы ты хотела пойти?

– Это недалеко отсюда. Обратно в город.

Я направляю его вниз по старому извилистому шоссе, чувствуя, как напряжение растет в моей груди по мере того, как мы приближаемся. Здания становятся все более и более знакомыми, пока, наконец, мы не спускаемся по улице в трейлерный парк, где я выросла.

Здесь разбитые трейлеры, старые машины и грязные дворы. Несколько детей бегают, и женщины подозрительно смотрят на модный автомобиль, пока мы медленно проезжаем мимо.

– Вот, – говорю я, когда мы достигаем конца ряда. – Остановись здесь.

Кэм выключает двигатель.

– Вот откуда я, – тихо говорю. – Здесь я жила, когда была маленькой.

Я смотрю на его лицо в ожидании осуждения, но, конечно, его нет, только понимание.

Я выхожу из машины. Участок, где жила моя мама, теперь пуст. Зарос сорняками и ежевикой.

Кэм стоит позади меня. Он обнимает меня за талию, и я прислоняюсь спиной к его твердой груди.

– Ты много помнишь? – спрашивает он.

– Кое-что. – Я пялюсь на клочок травы. – Мои воспоминания размыты, больше вспышки, чем что-либо конкретное. Стены были такими тонкими, что ночью я могла слышать, как люди дрались в соседнем трейлере и сирены, когда приезжали полицейские, чтобы разнять их. И мою маму, – тихо добавила я. – Я помню ее. По крайней мере как она выглядела. Она позволяла мне играть со своими украшениями. И когда случались грозы, мы ложились вместе под одеялами в постели, и она рассказывала мне истории о принцессе, которая жила в прекрасном доме с белым забором и розами во дворе.

Я чувствую, как снова наворачиваются слезы, но это не слезы печали, а слезы облегчения.

– Она пыталась, – говорю Кэму, прижимаясь к нему щекой. – Она пыталась быть моей мамой, но у нее не было никакой помощи и наркотики... Она просто не была достаточно сильной.

Он гладит мои волосы.

– Она любила тебя, я в этом уверен.

Я киваю. Странный покой укутывает меня. Прийти сюда и столкнуться с моим прошлым, я думаю, что это – то, что мне было нужно, чтобы наконец почувствовать себя свободной.

Оглядываясь вокруг, я больше не чувствую стыд. Я просто рада, что моя жизнь унесла меня так далеко от этого отчаянного и пугающего начала.

Я не могу больше позволить этой главе в моей жизни определять меня. Я наконец-то могу похоронить этих призраков.

– Пойдем, – говорю я Кэму. – Я готова двигаться дальше.

* * *

Мы возвращаемся на аэродром и садимся в ожидающий самолет. Кэму звонят прямо перед вылетом.

– Да... Ты уверен? Хорошо.

Он вешает трубку и поворачивается ко мне.

– Это был шериф. Бритни позвонила и отказалась от своего заявления. Они снимают все обвинения и закрывают дело.

Я хватаю ртом воздух.

– Все действительно кончено?

– Все в прошлом. – Но Кэм не выглядит счастливым.

– Что не так?

– Брент. – Он хмурится. – Не могу поверить, что ему это сойдет с рук.

– Нет, – уверенно говорю я. – Но прямо сейчас давай праздновать.

– Ты знаешь, что еще есть в этом самолете? – спрашивает Кэм, его взгляд становится темным и чувственным.

Мой желудок сжимается от возбуждения.

– Что?

– Спальня.

Кэм делает еще один глоток шампанского. Мой пульс учащается. Его глаза сверлят меня.

– Отстегни ремень безопасности, иди в заднюю часть самолета и сними с себя всю одежду. – Его тон командный. Так чертовски горячо.

Я вожусь с ремнем, желая повиноваться.

– И Изабелль? – Кэм останавливает меня. На его губах грязная ухмылка. – Начни без меня.

Я спешу к задней части салона и почти натыкаясь на стюардессу.

– Извините, – бормочу я. – Просто собираюсь... вздремнуть.

Я уверена, что она точно знает, что мы собираемся делать, но я не позволяю этому остановить себя. Я быстро вхожу в маленькую спальню и закрываю за собой дверь. Мое сердце колотится в предвкушении.

Это маленькая комната, в которой едва достаточно места для кровати, но она шикарно обшита глянцевыми деревянными панелями, а постель заправлена самым лучшим бельем. Я снимаю одежду и сажусь на кровать. Мое тело уже жаждет прикосновений Кэма. Прошло слишком много времени с того момента, когда он был внутри меня последний раз, но даже если бы он трахал меня десять минут назад, я бы все равно хотела его так же, как и сейчас.

Я никогда не могла им насытиться.

Начни без меня.

Его сексуальные слова эхом отдаются в моей голове. Я ложусь на спину, полностью обнаженная, и медленно провожу руками по своему телу. Последние двадцать четыре часа я провела погруженная в тревожные мысли и страхи, мой мозг переработал. Теперь поразительно просто позволить всему этому раствориться и сосредоточиться только на своем теле.

Как хорошо оно чувствуется под моими руками. Насколько лучше будет чувствоваться под его руками.

Дверь открывается. Я поглаживаю свой живот, зная, как это повлияет на Кэма. С низким стоном он входит внутрь и закрывает за собой дверь. Затем он прислоняется к стене, все еще горячо глядя на мое обнаженное тело.

Я тянусь к нему, демонстрируя себя. Выгибаю спину и позволяю бедрам раскрыться.

– Не останавливайся, – приказывает он. – Продолжай.

У меня перехватывает дыхание, а затем я снова начинаю трогать себя. На этот раз более интимно. Я обхватываю грудь, мягко сжимая соски.

Кэм одобрительно рычит.

– Больше, – говорит он.

Я смещаю руки ниже, проскальзываю мимо живота вниз к своей киске. Я медленно обвожу пальцем свой клитор и стону вслух, когда удовольствие сладко пульсирует во мне. Слава богу, двигатели ревут, потому что скоро здесь будет намного громче.

Кэм сжимает челюсть и быстро снимает рубашку и галстук.

– Как это ощущается? – спрашивает он, его голос срывается.

– Так хорошо, – бормочу я, погружая палец внутрь. – О, – я стону, – я такая мокрая. Кэм...

Кэм стягивает брюки и нижнее белье, и он уже голый. Его член гордо стоит, напряженный и готовый.

Я снова стону, двигая пальцы глубже внутрь, но представляю себе, что это он широко раскрывает меня.

Кэм становится на колени на кровати, оседлав меня.

– Иди сюда, – рычит он. – Сейчас соси меня.

Я сажусь, готовая подчиняться. Я облизываю языком головку, ощущая вкус соли и предэякулята. Я стону в знак признательности, а затем перемещаю руки, чтобы обхватить его задницу.

– Нет, – останавливает меня Кэм. – Не переставай трогать себя. Я хочу чувствовать, как эти сочные губы берут каждый дюйм меня, пока ты потираешь этот маленький сладкий клитор.

Влага стекает по моим пальцам. Блять, я уже так возбуждена, что не могу нормально думать.

Я возвращаю руку назад между ног, продолжая давить на клитор, когда Кэм толкает свой член к моему рту. Я широко раскрываю рот, облизывая его член по всей длине, и отстраняюсь, прежде чем, наконец, беру его настолько глубоко, что он почти достает до задней стенки глотки.

– Черт возьми, – ругается Кэм со стоном. Он сжимает мои волосы в одной руке, контролируя мое движение, когда он отстраняется, а затем снова толкается между моих губ сильнее. Глубже.

Да.

Я стону от удовольствия, жадно посасывая, облизываю головку, когда он отстраняется и снова толкается. Он дергает меня за волосы, полностью контролируя ритм и скорость, наращивая темп, когда трахает мой рот длинными и восхитительными толчками.

О, Боже, мне этого недостаточно.

Я хнычу, жадно посасывая. Мне нравится его вкус, запах, огромная нужда его члена, когда он погружается в меня, жестоко беря, но заставляя умолять о большем с каждым толчком. Я теряю всякую связь с миром, остается только его удовольствие. Я полностью отдаюсь его команде.

– Я сказал тебе касаться себя, – рычит Кэм. Внезапно его рука присоединяется к моей между моими ногами, поглаживая меня быстрее и сильнее. О, Боже, теперь я так близка к краю, его напряженные пальцы давят между моими глубоко внутри меня. Он потирает мой клитор большим пальцем, трахая меня пальцами в такт с толчками члена, так что я полностью теряюсь в диком безумии его члена, пальцев и глубокого доминирования.

Давление внутри меня нарастает так быстро, что я не могу сдерживаться. Кэм загибает пальцы кверху и толкает свой член глубоко в мое горло, а потом я кончаю. Мои крики приглушаются его толстым стволом. Я все еще задыхаюсь от оргазма, когда Кэм внезапно выходит из моего рта и толкает меня обратно на кровать.

Он обхватывает мои лодыжки руками и поднимает их вверх, заставляя меня обхватить его шею, откидывает меня назад, так что теперь моя сжимающаяся киска полностью обнажена и открыта для него. Одним быстрым толчком он входит внутрь меня.

– Ох!

Я стону от невероятного ощущения. Трах такой яркий, такой глубокий. Он сильно толкается, продлевая оргазм, доводя его до невероятной интенсивности. Я выгибаюсь под ним. Это ощущается слишком хорошо, и Кэм не останавливается. Он прижимает меня своим сильным телом, снова вбиваясь в меня, пока мои крики удовольствия не смешиваются с его жарким животным рычанием. Я хватаю его задницу, притягивая к себе, заставляя его войти еще глубже. Это лучше всего, что я когда-либо чувствовала прежде, и, судя по дикому выражению глаз Кэма, он тоже. Он отстраняется почти полностью, а затем врезается в меня глубоким толчком, который я чувствую всем телом.

– Да! – Я плачу. – Кэм! О, Боже!

Он снова толкается глубоко внутрь, заполняя меня своим напряженным и требовательным членом.

– Кончи для меня! – приказывает он с еще одним диким толчком, который заполняет меня полностью и заставляет мою кровь пылать. – Кончи прямо сейчас!

У меня нет выбора, кроме как подчиниться. Я снова кончаю, всхлипывая от удовольствия, а затем Кэм толкается в меня еще раз, кончая глубоко внутри меня. Его тело содрогается. Мы вместе доходим до кульминации и закрываем глаза.

Мы лежим, тяжело дыша, когда внезапно оживает громкая связь:

– Скоро мы приземлимся в Нью-Йорке. Пожалуйста, вернитесь на свои места и подготовьтесь к посадке.

Я смеюсь.

– Думаешь, нам нужно сначала одеться?

Кэм усмехается.

– Только сейчас. Обещаю, что, как только я привезу тебя домой, ты не покинешь кровать в течение нескольких дней. Недель. Месяцев!

– Для меня это звучит просто замечательно. – Я блаженно улыбаюсь. Горячий мужчина, отличный секс и полная свобода? Запишите меня.

Мое будущее начинается прямо сейчас.

Глава 10

Кэм

Когда мы возвращаемся в город, уже поздно. Изабелль выглядит сонной, но у меня есть еще один сюрприз для нее.

– Где мы? – Она зевает, оглядываясь, когда машина останавливается. – Мы уже дома?

– Не совсем. Во-первых, я подумал, что мы заедем поужинать, – говорю ей.

– Мы не можем заказать домой? – Она скользит рукой по моему бедру с игривой сексуальной улыбкой. – Одежда необязательна.

В любое другое время я бы привязал ее к кровати и измазал ее шикарную грудь шоколадом, но я знаю, что после всего, что она пережила, Изабелль нужно знать, что ее новая жизнь начинается прямо сейчас.

Я хочу показать ей, как она любима, и я буду делать это один.

– Обещаю, что сделаю так, чтобы это того стоило, но позже, – говорю ей, уже думая обо всем, что собираюсь сделать. – Начиная с нескольких новых игрушек, которые я подобрал...

Глаза Изабелль вспыхивают от возбуждения. Я люблю то, как она реагирует на меня: не только на мое тело, но и на слова. Видеть желание, написанное на ее лице, – это самое большое возбуждение в мире, и мне приходится остановиться, чтобы поправить штаны, прежде чем я последую за ней из машины.

– Таверна Грамерси. – Она хлопает в ладоши, выглядя более бодрой, когда понимает, где мы находимся. – Моя любимая. – Затем ее лицо становится несчастным. – Но Кэм... Люди все еще думают... Разве я не должна оставаться дома до тех пор, пока новости о том, что обвинения были сняты, не распространятся и люди не перестанут смотреть на меня, как на убийцу?

– Ты больше не будешь ждать ни минуты, чтобы жить свою жизнь, – говорю ей. Я беру ее за руку и провожу внутрь. – Мы собираемся показать всем, что их сплетни и ложь больше не могут причинить тебе боль. Я здесь для тебя, – добавляю я, когда головы поворачиваются, чтобы посмотреть, как мы входим. Я сжимаю ее руку. – И твои друзья тоже.

– Мои друзья? – повторяет Изабелль. Затем она видит стол в другом конце помещения и ахает.

– Сюрприз! – восклицает Кили, подбегая, чтобы поприветствовать нас. – Во второй раз все получится, – усмехается она. Она тепло целует Изабелль в обе щеки. – Поскольку твой день рождения был прерван, мы подумали, что нужно отпраздновать второй раз. В конце концов теперь у тебя много хороших новостей, когда обвинения сняты!

Изабелль поворачивается ко мне, смеясь.

– Как ты успел позвонить им? – спрашивает она, когда мы проходим сквозь толпу к столу.

– Я нашел момент, пока ты была занята в полете. – Я подмигиваю, и она краснеет.

За столом собрались Кили и Вон, Джастин и Эш, а также Оливия. Изабелль выглядит ошеломленной, когда она обнимает их всех по очереди.

– Давайте выпьем немного шампанского, – объявляет Эш. – Тост за твою свободу.

Джастина вздрагивает.

– Я не могу представить, чтобы меня так заперли. Не знаю, что бы я делала.

– Давайте не будем говорить об этом, – говорю я быстро, обеспокоенный.

Но Изабелль просто улыбается.

– Все нормально. Я прошла через это. Это то, что действительно важно. И теперь я могу наслаждаться жизнью дальше.

Мы все берем шампанское и закуски, и вскоре все отлично проводят время. Мне нравится видеть Изабелль такой: ее лицо светится счастьем, когда она разговаривает с остальными девушками. Я помню ту ледяную королеву, представшую передо мной, когда я впервые встретил Изабелль. Она привыкла запирать все эмоции внутри. Теперь в ней нет ничего бесстрастного. Ее эмоции написаны на лице. Она выглядит радостной и свободной.

– За Изабелль, – говоря тост, я поднимаю стакан. – И будущее.

– За Изабелль, – хором отвечают все.

Она сияет.

– И также хочу выпить за вас, ребята. Ваша дружба означает для меня все. Вы все по-разному пришли мне на помощь, чтобы я смогла пройти через все это. Ты нашла мне адвоката, Джастина, а вы давали мне советы и оказывали поддержку, – говорит она, кивая на Оливию и Кили. – Я не смогла бы сделать это без вас.

Ее глаза встречаются с моими.

– Спасибо, – говорит она беззвучно, и я знаю, что она благодарна мне тоже.

Мне повезло. Эта женщина открыла мое сердце и мою жизнь. Она была не единственной, кто был отстраненным. До нее я был настолько сосредоточен на поддержании полного контроля в своей жизни, что пожертвовал постижением новых отношений. Я думал, что моя жизнь в «Подземелье» была чем-то, что нужно скрывать, а не праздновать.

Я не думал, что когда-нибудь найду кого-то, кто удовлетворит мою потребность в доминировании и даст мне уважение и любовь как к настоящему партнеру.

Но Изабелль другая. Она открыла мне глаза на удовольствие, которое не нужно держать запертым в тайной комнате. Она исполняет все мои желания и показывает мне гораздо больше. Она для меня все.

Я прочищаю горло, чтобы сказать кое-что, когда за столом воцаряется тишина.

– Так, так, так. – Знакомый насмешливый голос раздается позади меня. – Посмотрите-ка, кто наслаждается последними моментами свободы.

Брент.

У меня перед глазами возникает красная пелена.

Уже несколько недель я сдерживаю свой гнев, не желая ухудшать ситуацию для Изабелль. У него есть власть над ней. Это была причина, по которой мне нужно было держать ярость под контролем. Но больше ее нет.

Одним движением я отодвигаю стул, оборачиваюсь и бью его в челюсть жестким хуком слева.

Еще один посетитель кричит.

Я подхожу к нему и поднимаю. Брент воет от боли, из уголка его рта капает кровь.

Я хочу стереть эту жестокую ухмылку с его лица навсегда и убедиться, что он больше никогда не сможет навредить Изабелль. Я никогда так не ненавидел кого-то. Я чувствую, как меня переполняет ярость, заглушая крики и шум. Все, кроме одного голоса.

Ее.

– Кэм.

Мягкий звук ее голоса прорезает мою ярость.

– Кэм, хватит.

Я отступаю, тяжело дыша. Брент падает на пол. Он сплевывает кровь.

Ярость все еще горит во мне. Никакой боли не может быть достаточно для возмещения того ущерба, который он пытался нанести.

Изабелль обходит меня и медленно приближается к жалкому телу Брента.

– Слушай меня очень внимательно, – начинает она, ее голос уверенный и спокойный. Весь ресторан притих, наблюдая за нами, но Изабелль не стесняется и не убегает от внимания. Она стоит над ним. Высокая и величественная.

Красивая.

– С тобой покончено, Брент. Все. У тебя нет денег, нет трастового фонда и больше нет друзей в этом городе. Сегодня я остановила Кэма, но только потому, что ты не стоишь обвинения в нападении. Если ты когда-нибудь взглянешь на меня снова, я не буду его сдерживать. Мы покончим с тобой.

Изабелль возвышается над ним, ее слова кристально ясны.

– Никогда больше не приближайся ко мне. Если ты увидишь меня на улице, иди в другую сторону. На самом деле, убирайся к черту из Нью-Йорка и никогда не возвращайся.

– Согласна. – Кили присоединяется к ней. – Ты оскорбляешь имя Эшкрофтов, Брент. Твоя работа в компании окончена, и я дам понять, что любой, кто будет вести с тобой бизнес, больше не будет иметь отношения к «Эшкрофт Индастриз».

– И даже не думай о том, чтобы заниматься бизнесом в другом месте, – добавляет Эш, подходя, чтобы встать с ними. – Мои контакты охватывают весь земной шар. С тобой, блять, покончено.

– И на всякий случай, если ты не понял, – добавляет Вон, наклоняясь, чтобы схватить Брента за окровавленный воротник. – Я знаю людей. Тех, которые могут заставить тебя исчезнуть навсегда. Понял?

Брент смотрит на нас.

– Вы все сумасшедшие, – говорит он.

Изабелль смеется.

– Они моя семья, – поправляет она его. – Теперь убирайся нахрен. Ты портишь мою вечеринку.

Я смотрю на него. Брент с трудом поднимается на ноги.

– Я выдвину обвинения, – задыхается он.

– За что? – Я развожу руками. – Ты споткнулся.

– Он прав, – соглашается Джастина. – Ты неудачно упал. Лицом вниз. Несколько раз. Мы все это видели.

Выругавшись в последний раз, Брент уходит прочь. Весь ресторан взрывается аплодисментами.

Изабелль обнимает меня.

– Это ужасно, если мне это кажется невероятно сексуальным? – шепчет она мне на ухо.

– Вовсе нет, – говорю ей. – Я не задумываясь поступил бы так с любым, кто когда-либо причинил тебе боль.

Она улыбается.

– Приятно знать. Но думаю, что мы видели последние из моих проблем. Теперь я с нетерпением жду спокойной и лишенной стресса жизни.

– Я выпью за это! – Оливия смеется, поднимая бокал.

– Итак, какие дальше планы? – спросила Джастина, когда официанты убрали беспорядок и мы все снова уселись за столом, чтобы поесть.

Изабелль зевает.

– Для начала сон. – Она смеется. – Нет, я думала о том, чтобы назначить встречу с фондом Эшкрофта на следующей неделе. Я поняла, что у нас работают всевозможные благотворительные проекты, поэтому подумала, может, мы могли бы создать что-то, чтобы помочь таким детям, какой была я. Программы для приемных детей, детей в интернатах. Что-то, чтобы дать им возможности и поддержку. Если это нормально, – добавляет она, глядя на Кили.

– Конечно, звучит отлично, – восклицает она.

Я сжимаю плечо Изабелль, гордясь ей.

– Почему бы нам не пообедать завтра вместе? – говорит Кили. – Я могу отрыть некоторые документы, чтобы мы знали, с чем имеем дело.

– Не завтра, – прерываю я. – У меня есть планы для нас.

– Конечно есть, – ухмыляется Кили.

– Не такие, – усмехнулся я, хотя такие тоже включены в план на день. – У меня запланирован сюрприз.

– Еще один? – Изабелль выглядит смущенной. – Ты уже меня балуешь.

– Это то, что ты заслуживаешь, – отвечаю я, оглядываясь в поиске официанта. – А теперь как насчет десерта, прежде чем ты заснешь прямо за столом?

– Извини, – говорит Изабелль. – Это был долгий день.

– Не волнуйся. – Я глажу ее руку. – У нас много времени.

Завтра. И все остальные наши «завтра», если мой план пойдет так, как должен. Потому что подойдя так близко к ее потере, я понял один простой факт: мне нужна Изабелль в моей жизни навсегда.

И я всегда получаю то, что хочу.

Глава 11

Изабелль

Я сплю как убитая, настолько я истощена от нашего дня. Не могу поверить, что Кэм спланировал этот ужин-сюрприз со всеми. А избавление от Брента было просто вишенкой на торте. Знать, что ничто не может встать у меня на пути – это невероятное чувство.

Я могла бы валяться в постели вечность, но Кэм готовит завтрак и выталкивает меня за дверь в свой ягуар.

– Куда мы едем? – с любопытством спрашиваю я. – Это не похоже на тебя – отказываться от утра в постели, – добавляю я.

Кэм смеется.

– Увидишь. И поверь мне, утро в постели я перенесу на другой раз. – Он кладет мне руку на плечо, выглядя расслабленным, когда вывозит нас из города.

Я осматриваю его руку.

– Ты немного ушиб руку, – говорю я, бережно держа ее.

– Ты должна увидеть другого парня.

Наблюдать за Брентом, который наконец-то получило то, что заслужил, было облегчением и, хотя я обычно не согласна с насилием, было здорово чувствовать себя настолько защищенной. Все силы и внимание Кэма были направлены на то, чтобы преподать Бренту урок. Для меня.

Знание, что он будет слишком напуган, чтобы снова прийти за мной, делает меня счастливой.

Это прекрасный день, и вскоре мы мчимся по сельской местности в покрытом буйной растительностью Коннектикуте. Кэм сворачивает с автострады, проезжая через растущий престижный город с главной улицей как с картинки и небольшими местными магазинчиками.

– Тут мило, – замечаю я, с удовольствием наслаждаясь солнцем. На городской площади играют дети, здесь безопасно и тепло. – Я не могу поверить, что это так близко к городу, но похоже на другой мир.

Кэм улыбается загадочной улыбкой, поворачивая на улицу с большими старыми дубами. Дома здесь потрясающие: старые мини-особняки со своим характером и симпатичными деталями. Он паркуется на подъездной дорожке в конце улицы.

– Что это за место? – спрашиваю я, выходя и осматривая дом. Это большой старый дом в викторианском стиле с белыми ставнями и красной черепичной крышей. Вокруг входа в дом растут розы, а широкое крыльцо с креслом-качалкой выходит на аккуратную лужайку, окруженную белым забором.

– Дом, – отвечает Кэм.

Мое сердце замирает.

– Что ты имеешь в виду? – шепчу я, поворачиваясь. Он стоит рядом со мной, а его глаза полны эмоций.

– Это наш дом, – говорит он. – Точно такой, как ты всегда хотела. Место, где мы сможем жить и однажды вырастить детей.

А затем, словно во сне, он опускается на одно колено прямо во дворе. Кэм вытаскивает из кармана коробочку и открывает ее, чтобы показать идеальное кольцо с бриллиантом. Он делает глубокий вдох.

– Я никогда не отпущу тебя снова, Изабелль, пока мы оба живы. Ты для меня все. Я люблю тебя больше всего на свете, больше самой жизни. Ты показала мне такое счастье, которое я никогда не считал возможным. Ты принимаешь все во мне без вопросов. Без ограничений. – Кэм выглядит так, будто у него комок в горле, но продолжает говорить: – Будь моей женой, Изабелль. Позволь мне показать тебе жизнь, полную любви и удовольствия. Что бы ты ни захотела, это будет твоим. Ты просто должна сказать «да».

Мое сердце колотится. Я чувствую себя такой счастливой, что могу расправить крылья и взлететь прямо сейчас. Я киваю, неспособная говорить, пока, наконец, речь не возвращается ко мне.

– Да. Да, я выйду за тебя!

Кэм надевает кольцо мне на палец, а затем заключает в объятия.

– Скажи это снова, – требует он. Его глаза вспыхивают горячей страстью собственника.

– Да. – Я усмехаюсь, любуясь тем, как это кольцо смотрится на моем пальце. Это обещание. Знак собственности. – Да, Мастер.

Конец