355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Роб Сандерс » Скитарий (ЛП) » Текст книги (страница 4)
Скитарий (ЛП)
  • Текст добавлен: 2 апреля 2017, 04:00

Текст книги "Скитарий (ЛП)"


Автор книги: Роб Сандерс



сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 13 страниц)

– Восславим же Омниссию, – громогласно объявил Ворикар Трега. – Ибо здесь перед нами послания Его, принесенные из мрака прошлого и тьмы невежества.

Магистры кузниц и техножрецы смотрели, как перед ними сияют чертежи древнего оружия.

– Я представляю вам, – возвестил Омнид Торкуора, – схемы стандартной шаблонной конструкции того, что в этих гололитических записях обозначено терминами «Устройство Геллера» или «Эмпирейная бомба».

Стройка видел, как зрительная оптика техножрецов засветилась ярче, и среди собравшихся послышался шепот молитв, славящих Омниссию. Вздохов и восклицаний не было – только гудение включенных когитаторов и логических устройств.

– Это воистину чудо, – сказал Ворикар Трега, – как ты и обещал, Омнид. Ты отлично поработал и прославил свой мир-кузницу и Великого Создателя, Чье древнее творение мы удостоены милости лицезреть. А вы что скажете, мои советники?

Собравшиеся магосы и магистры кузниц засовещались, импульсами инфокода и бинарного канта выражая свой восторг. Стройка в молчании наблюдал за ними, эфир был наполнен беспроводными сигналами и идентификационными кодами, транслировавшими символы их власти.

– Флегра Октавин, – спросил генерал-фабрикатор. – Что ты скажешь?

Высокий армапластовый бак выполз вперед на четырех ногах. Бак был наполнен темной густой жидкостью, над его медной крышкой то поднимался, то опускался аппарат для искусственного дыхания. Внутри мигали лампы, освещая Флегру Октавин III, архикалькулюса и обработчика шифров. От старухи мало что осталось. Ее лысый череп и беззубая пасть были скрыты кислородной маской, а дряблое морщинистое туловище с единственной иссохшей рукой плавало в темной жидкости в баке. В растворе были видны трубки и шланги с питательными веществами, присоединенные к ее диафрагме и обрубку другой руки. Внутренности бака были покрыты пятнами и цифрами: условными обозначениями, математическими подсчетами и супра-анализами.

– Лорд-фабрикатор, – произнесла Октавин через пару вокс-динамиков, из ее кислородной маски в баке пошли пузыри. – Даже самые беглые расчеты показывают, какие результаты может иметь появление этого устройства для всей Галактики. Империум и Марсианская Империя осаждены варп-штормами в космосе и имматериальными штормами в самом эфире, нарушающими связь и дестабилизирующими физическое пространство. Это устройство произведет революцию в космических путешествиях и военных действиях. Мы можем ожидать наступления нового золотого века для обеих империй.

– И-и-и зачем нам это? – заикаясь, проговорил в вокс-динамик Эвдокс Зультра, долговязый магистр кузницы, оглядывая собравшихся техножрецов и ожидая их согласия. – Б-бог-Машина даровал это чудо Сатцике Секундус и ее жречеству. З-зачем делить такой дар с теми, из презренной плоти? М-миры людей будут распоряжаться им как своей собственностью – как поступают они со всеми чудесами Омниссии.

– Они не чтут Бога-Машину…

– Следует известить Терру. Наши договоры соблюдаются тысячелетиями…

– Устройство принадлежит Марсу…

– Аргенте, – произнес генерал-фабрикатор, металлический шепот его голоса опустился на спор, как покрытие из фольги на огонь, мгновенно погасив его. – Аргенте Нувиас, мой старый друг. Твои соображения, магос эфирикус?

Халдрон-44 Стройка заметил, что техножрец не мог присоединиться к свите лично и вместо этого присутствовал лишь в виде призрачного гололитического изображения, исходившего откуда-то из мрака зала. По капюшону и одеяниям Нувиаса пробегали искры, создавая впечатление, что под ними ничего не было.

– Как оружие, – сказал магос эфирикус, – это устройство лишит сущности варпа опоры в реальности миров, посвященных Омниссии. Это могущественное орудие в нашей бесконечной битве против опасностей Имматериума, угрожающих поглотить саму нашу реальность – реальность, где плоть и железо существуют в гармонии.

– Может ли такое устройство вообще быть создано? – возразил Энгра Мирмидекс, продвигаясь сквозь толпу. Фабрикатор-локум был вторым в иерархии мира-кузницы после самого Ворикара Треги, и давно отказался от ограничений гуманоидной формы. Его корпус-оболочка, изогнутый наподобие эмбриона, был сделан из медных пластин внакрой. Голова древнего магоса представляла собой скопление оптических устройств, пикт-рекордеров и ауспектральных приборов, под которыми располагался набор тонких медных инструментов и мехадендритов. С его хвоста свисали пучки интерфейсных кабелей, а корпус удерживался в воздухе парой соосных пропеллеров – туннельных винтовентиляторов, позволявших ему парить над землей. Самым причудливым в его устройстве были три хирургически соединенных мозга, размещенных под корпусом-оболочкой словно некий ценный пульсирующий груз. Три разума заговорили хором:

– Воспроизведено? Производиться промышленно?

– Ну же, Аргенте? Флегра? – спросил генерал-фабрикатор. – Говорите как перед самим Великим Создателем.

– СШК выглядит неповрежденным, мой генерал-фабрикатор, – пробулькала логист-архикалькулюс.

– Остальное в воле Бога-Машины, – уверенно добавил Аргенте Нувиас. Техножрец и техножрица явно не хотели разочаровывать своего повелителя.

– Тогда, мой генерал-фабрикатор, – заявил Энгра Мирмидекс, поворачивая свой корпус с пропеллерами лицом к Треге, сидящему на троне. – Я сочту честью, которую может даровать только ваше величество, курировать создание этого устройства Геллера – эмпирейной бомбы – и его испытания.

– Ты этого не сделаешь, – вдруг объявил Омнид Торкуора.

Стройка оглядел зал. Снова наступила тишина. Магосы и магистры кузниц с жужжанием и пощелкиванием механизмов поворачивали свои капюшоны, глядя то на магоса-эксплоратора, то на фабрикатора-локум, то на самого генерала-фабрикатора. Офицер-скитарий засек тепловые сигнатуры оружия храмовых рабов – оно включилось. Стройка почувствовал, как автоматически приходят в состояние готовности его собственные защитные протоколы и активируется его оружие. Поток ноосферной информации безмолвно циркулировал между альфа-примусом и 10-Виктро Тибериаксом.

– Т-т-ты забыл свое место, магос? – проскрежетал магистр кузницы Эвдокс Зультра, нависнув своим высоким корпусом над Омнидом Торкуорой и указывая на него тонким пальцем-инструментом.

– Ты обращаешься к тем, кто выше тебя, – прошипел магос-катарк из глубины своих одеяний. – Здесь не пустота космоса и не какая-то захолустная планета, где ты можешь чувствовать себя высшей властью. Осторожнее, магос. Здесь, в Громовом Храме, ты карлик среди гигантов. Магосы, посвященные в сан Великим Создателем и уполномоченные Его властью станут решать, что должно быть сделано, а что нет. Все остальное идет против Великого Замысла Омниссии и считается ересью.

– Твое имя и звание навсегда будет увековечено в открытии этого технического чуда, Омнид, – успокаивающе произнес генерал-фабрикатор. Ты желаешь участвовать в конструкторских работах и производстве?

– Да, мой лорд-фабрикатор, – ответил Торкуора.

– Ваши закодированные сообщения выражали некое нежелание быть отозванным обратно на Сатцику Секундус, магос Торкуора, – сказал фабрикатор-локум. – Предполагалось, что вы вернетесь к своей работе на Перборее и поиску новых ценных находок для вашего мира-кузницы и генерала-фабрикатора.

– Может быть, тебе действительно лучше вернуться на Перборею, Омнид? – спросил Ворикар Трега. – Производство, подготовка к эксплуатации – все это никогда не было твоим призванием, друг мой. А это технологическое чудо должно пройти испытания. Данные, друг мой. Непрерывный Поиск Знания важнее мелочного чувства собственности. Мы должны знать характеристики и потенциальные возможности этого устройства. Открытие было твоим, но его находка принесет славу всем. Кроме того, Омниссия модифицировал тебя для службы среди звезд.

– Где я и намерен служить Ему, лорд-фабрикатор, – продолжал настаивать Торкуора, – испытывая устройство Геллера.

– Абсолютно исключено, – заявил Энгра Мирмидекс.

– Мне кажется, фабрикатор-локум, – негодование Торкуоры было слышно в металлическом шипении каждого аккуратно выбранного слова, – что вы выражаете не мнение нашего повелителя, но свое собственное. Вы еще не генерал-фабрикатор, лорд Мирмидекс. Как постоянно напоминают мне собравшиеся здесь, извольте соблюдать протокол. Помните свое место в великом механизме коллектива нашего мира-кузницы.

Синхронизаторы Стройки уловили напряжение в голосе магоса. Скитарий знал, что его господин действительно хотел бы покинуть мир-кузницу и вернуться к обязанностям эксплоратора. Однако Торкуора не собирался так легко уступать драгоценный образец СШК лукавым, склонным к интригам магосам жречества Сатцики Секундус. Даже Халдрон-44 Стройка, довольно ограниченно разбиравшийся в храмовой политике мира-кузницы, понимал, что фабрикатор-локум пытается заполучить почти неограниченную власть, которую давало устройство Геллера.

В зале стало тихо. Мирмидекс не хотел повторять свою ошибку, Омнид Торкуора также не собирался слишком испытывать терпение генерала-фабрикатора. Ворикар Трега казался одновременно впечатленным и разочарованным ими обоими.

– Фабрикатор-локум, – наконец сказал генерал-фабрикатор, – магосы его свиты и магистры кузниц под его контролем возьмут на себя священную задачу по конструированию этого устройства Геллера и его испытанию на ближайшей к Сатцике Секундус аномалии Имматериума – Великом Вихре, варп-шторме, много веков назад поглотившем наш братский мир-кузницу Вельканос Магна.

– Очень мудро, – одобрил Аргенте Нувиас, гололитическое изображение магоса эфирикуса мигало и потрескивало.

– В-в-вельканос Магна, да, да, – согласился Эвдокс Зультра. Прочие магосы и магистры кузниц также выразили одобрение.

– Однако, – продолжил генерал-фабрикатор, заставив снова умолкнуть собравшихся, – я не хочу лишать моего старого друга Омнида Торкуору возможности участвовать в этом начинании. Омниссия – через меня – избрал его для участия в этом святом эксперименте и ознаменовании начала нового золотого века, о котором мы говорили. Он будет сопровождать фабрикатора-локума в качестве заместителя и окажет содействие в сборе данных, необходимых, чтобы это предприятие увенчалось успехом. Это часть замысла Великого Создателя, и поэтому оно не должно быть нарушено или искажено. Ибо, как верно заметил мой магос-катарк, все, что противоречит замыслу Великого Создателя, является ересью. Лорд Мирмидекс?

– Как сам Омниссия сказал, генерал-фабрикатор, – процедил Энгра Мирмидекс.

– Архимагос Торкуора? – спросил Ворикар Трега, одним словом повысив эксплоратора в звании. Наблюдая за своим господином, Халдрон-44 Стройка заметил едва заметное колебание, прежде чем Омнид Торкуора заговорил. И когда он заговорил, в его словах звучало суровое одобрение:

– Восславим же Омниссию…


0011

ИЗБРАНО: ДЕНТРИКА I ИЗ II

ПОДКЛЮЧИТЬ НЕЙРОКОНФЕРЕНЦИЮ – ЗАПРОШЕНО БЕСПРОВОДНОЕ АВТОШУНТИРОВАНИЕ

ЗАГРУЗКА… +ОПУС МАХИНА+

Лихтер совершил посадку на полетную палубу ковчега Механикус «Опус Махина» со всей срочностью и безупречностью, на которую был способен пилотировавший его сервитор. Когда кормовой трап лихтера опустился, в ангар сошел Халдрон-44 Стройка. Шаги скитария с ритмичной настойчивостью грохотали по палубе, 10-Виктро Тибериакс поспешил спуститься с борта лихтера, догоняя командира.

Двое офицеров-скитариев шли по ангару мимо челноков и посадочных модулей, буксируемых по полетной палубе гусеничными транспортерами. Космос за пределами ангара был заполнен кораблями флота Механикус. Крейсеры-ковчеги, корабли эксплораторов. Тяжелые фрегаты Механикус. Вооруженные транспорты-ковчеги. Адамантиевые броненосцы и тендеры. Особенно выделялись из всего флота войсковые транспорты Легионес Скитарии, такие как командный войсковой транспорт «Базилика», с которого только что и прилетели Стройка и Тибериакс.

– <Разумно ли подвергать сомнению решения фабрикатора-локума, сэр?> – транслировал Тибериакс. Идти по ковчегу Механикус было похоже на прогулку по небольшому городу. Корабль был полон техножрецов и их подчиненных, спешащих по делам. Стройка шагал сквозь целые армии сервиторов, палубных рабочих, членов экипажа, технопровидцев и магосов, заполнявшие коридоры, трапы и лифты до самой командной палубы. На постах стояли охранники-скитарии, корабельными солдатами на борту «Опус Махина» служили бойцы из Ро-Микрон 3-6-3 Гиспарсии. Скитарии приветствовали проходивших мимо офицеров ноосферными импульсами, отдавая должное званию и посту Стройки, командовавшему силами скитариев в этой экспедиции.

– <Флот рассеялся>, – ответил Стройка Тибериаксу, следовавшему за ним по запутанным коридорам огромного корабля Механикус. – <«Опус Махина» успешно совершил переход, но с ним вышла только половина транспортов скитариев>.

– <Варп-переход был трудным>, – согласился Тибериакс. – <И сам полет не лучше>.

– <Что с нашими грузовыми кораблями и сверхтяжелыми транспортами? С нашими боевыми группами титанов? С машинами Ординатус?> – спросил Стройка. – <Это катастрофа. И что с архимагосом?>

– <Я уверен, что они просто задержались в варпе, альфа-примус>, – ответил Тибериакс, явно пытаясь не терять уверенности. – <Архимагос Торкуора и остальная часть флота вскоре присоединятся к нам>.

– <Если они не погибли>, – транслировал в ответ Стройка. – <Или не сбились с курса на тысячи световых лет из-за бури или еще какой-нибудь аномалии в варпе. Даже навигатор «Базилики» признал, что обстановка в варпе была необычной>.

– <Подтверждаю>, – согласился 10-Виктро Тибериакс. – <Конечно, существует и такая вероятность. По крайней мере, мы можем возблагодарить Омниссию за то, что устройство, предназначенное для испытаний, не пострадало и в безопасности у нас на борту. А представьте, если бы мы его потеряли? Первая эмпирейная бомба, созданная за столетия – и потеряна в варпе. В такой трагедии была бы изрядная ирония>.

– <Дело в том>, – сказал Халдрон-44 Стройка, когда они, наконец, поднялись на командную палубу, – <я не уверен, что устройство Геллера в безопасности у нас на борту>.


ИЗБРАНО: ДЕНТРИКА II ИЗ II

ПОДКЛЮЧИТЬ НЕЙРОКОНФЕРЕНЦИЮ – ЗАПРОШЕНО БЕСПРОВОДНОЕ АВТОШУНТИРОВАНИЕ

ЗАГРУЗКА… +НИССИЯ+

Командная палуба «Опус Махина» была заполнена. Многозадачные сервиторы, чьи торсы были встроены в возвышения на палубе, работали с клавиатурами и терминалами мостика. Лексмеханики ходили туда-сюда вдоль экранов и банков данных, указывая на неисправности и обсуждая настройки. Поднявшись на антресольную палубу, на которой стояли командный трон и гололитический алтарь, Халдрон-44 Стройка увидел длинные и тонкие силуэты корабельных магосов на фоне тошнотворного сияния Великого Вихря.

Огромные стрельчатые окна-экраны мостика побелели от пурпурного свечения варп-шторма. Колоссальное призрачное пятно на черноте космоса, Великий Вихрь безмолвно бушевал в своем завораживающем вращении. Пространство на протяжении его необъятных границ кипело и вспенивалось. «Опус Махина» и возглавляемый им флот Механикус располагались над плоскостью варп-шторма, и его экраны заполняло зрелище страшного вихря в его центре, разрывавшего реальность. Оптические устройства тускнели и покрывались помехами от его воздействия, фильтрованные проекции в системах Стройки шипели и искажались, превращаясь в нечто абсурдное.

– <Вот это зрелище – не правда ли, альфа-примус?>

Филактическое вторжение застало Стройку врасплох, и офицеру-скитарию понадобилась секунда, чтобы проверить допуски и идентификации. Он быстро обнаружил, что к нему обращался сам Энгра Мирмидекс, и что фабрикатор-локум – не удивительно – имел филактический доступ ко всем своим кибернетически модифицированным подчиненным. Легионы скитариев, участвовавшие в этом задании, были не просто подчинены ему – он мог опрашивать и быть осведомленным о действиях каждого солдата.

– <Лорд-фабрикатор?>

– <На этот варп-шторм можно смотреть часами, гадая, что за тайны он скрывает>, – транслировал Мирмидекс.

– <На варп-шторм смотреть не рекомендуется, не так ли, мой лорд?> – ответил Стройка, какая-то часть его филактической матрицы сочла это филактическое вторжение нежелательным. Стройка и магос Торкуора давно знали друг друга. Торкуора был техножрецом – действительно святым человеком и пророком, видевшим в Галактике и ее творениях присутствие Омниссии. Энгра Мирмидекс же, как считал Торкуора, был частью элиты мира-кузницы, которая в политиканстве и ухваченных возможностях продвижения по службе видела шанс говорить от имени Омниссии, а не быть устами Его.

Торкуора предупреждал Стройку быть осторожнее с фабрикатором-локумом; что испытание устройства Геллера было еще одной возможностью увеличить свое влияние, за которую ухватился Энгра Мирмидекс. Генерал-фабрикатор Ворикар Трега был практически бессмертен, а Мирмидекс желал власти и положения, которые уже не могла обеспечить ему Сатцика Секундус. Но пока Мирмидекс присутствовал в его мыслях, Стройка пытался подавить эти воспоминания.

– <Продолжай, единица Стройка>, – будто бы игриво сказал фабрикатор-локум. Стоя рядом с Тибериаксом, который, вероятно, был сейчас филактически соединен с другой частью тройного мозга Мирмидекса, командир скитариев увидел, что фабрикатор-локум поднялся в воздух позади него и подлетел к корабельным магосам, собравшимся у гололитического алтаря, обратившись к ним по вокс-динамику. Мирмидекс говорил с Тибериаксом, Стройкой и своими техножрецами одновременно.

– <Разве благочестивый слуга Омниссии не может сойти с ума, глядя на это безумие?> – ответил Стройка.

– <Поэтому я смотрю на него твоими глазами, альфа-примус>, – сказал Энгра Мирмидекс.

Стройка обнаружил, что его оптические устройства снова направлены на обжигающую разум картину Великого Вихря. Центр варп-шторма изрыгал свертывающие реальность миазмы, осквернявшие мысли и вцеплявшиеся в душу.

– <Сэр>, – сказал Стройка.

– <Единица Стройка, ты изучал файлы с данными по нашему заданию в Великом Вихре?>

– <Да, мой лорд, но…>

– <Скажи мне>, – спросил Мирмидекс. – <Как ты думаешь, зачем мы здесь?>

– <Чтобы испытать устройство Геллера, мой лорд. Проверить эмпирейную бомбу в действии и записать данные>.

– <Но почему именно здесь? Почему не в другой аномалии Имматериума? Например, в Прорве или Харибдизии?>

Глаза и оптические системы Стройки по-прежнему смотрели на Великий Вихрь, его сигна-сенсоры фиксировали ощущения дискомфорта и боли, внутричерепные когитаторы стали нагреваться.

– <Вам нужно то, что скрыто внутри варп-шторма>, – ответил Стройка.

– <То, что варп-шторм отобрал у нас. Сатцика Секундус. Вельканос Магна. Птоломей Фолл. Триада миров-кузниц Механикус. Центр влияния Внешнего Предела. Предмет зависти всего сегментума. Когда чума зеленокожих обрушилась на Птоломей Фолл, разве мы не сражались за братский мир-кузницу? Разве мы не отбили его у свирепых захватчиков? Ты сражался в той войне. Я видел твой послужной список>.

– <Я польщен, мой лорд>.

– <Когда разразился варп-шторм, когда Великий Вихрь поглотил эту частицу Марсианской Империи, что мы сделали? Я скажу тебе, единица Стройка. Мы не сделали ничего. Варп-шторм стал неодолимой преградой для нас, и наши братья погибли – или, что еще хуже, стали частью безумия и скверны тех, кто называет варп своим домом. Сейчас у нас есть оружие, которое мы можем использовать против тех, кто оскверняет мир-кузницу одним своим присутствием. Оружие, которое пробьет брешь в ткани варп-шторма и позволит нам вернуть Вельканос Магна и его тайны>.

Стройка пытался отвернуть голову. И когда ему это внезапно удалось, неожиданное движение едва не заставило его потерять равновесие. 10-Виктро Тибериакс со своими нечеловечески быстрыми рефлексами успел поддержать своего альфа-примуса. Ноосферным импульсом выразив благодарность, Стройка подошел к гололитическому алтарю. Он моргал глазами и перенастраивал линзы оптических устройств, пытаясь избавить зрение от следов губительного сияния Великого Вихря.

– Альфа-примус, – обратился к нему Энгра Мирмидекс через вокс-динамик. Фабрикатор-локум повернулся на своих пропеллерах, заставив техножрецов у гололитического алтаря тоже обернуться. – Благодарю, что прибыл на «Опус Махина» так быстро. Надеюсь, твои легионы скитариев готовы к бою.

Стройка и Тибериакс переглянулись. Фабрикатор-локум не вызывал их на борт «Опус Махина», но воспользовался их присутствием так, словно сам их вызвал. Стройка повернулся, чтобы ответить, но внезапно почувствовал, как гнев, закипавший в его груди, затихает. Его тревога за Омнида Торкуору, пропавшие корабли флота и другую половину сил скитариев стала ослабевать. Мирмидекс филактически уменьшил его способность чувствовать эмоции и заглушил его слишком человеческое беспокойство. Халдрон-44 Стройка был нужен фабрикатору-локуму как оружие на командной палубе – безотказное и готовое к действию. Мирмидекс не хотел, чтобы эмоции органической составляющей и тревога скитария влияли на суждения его техножрецов, собравшихся у гололитического алтаря.

– Я завершил свой инспекционный облет, – доложил Стройка фабрикатору-локуму. – Все войсковые транспорты готовы к выполнению боевой задачи. Мои легионы скитариев ожидают ваших приказов, лорд-фабрикатор.

– Очень хорошо, альфа-примус, – сказал Энгра Мирмидекс. – Скоро они получат приказы. Подойди сюда. Ты будешь свидетелем того, как творится история.

Стройка повиновался. Шагая по антресольной палубе, он увидел Юдексла Спонтика, техножреца-капитана «Опус Махина», подключенного к своему командному трону. У поручней он заметил Сайфона Рэя, командира скитариев Ро-Микрон 3-6-3 Гиспарсии, размещенных на корабле. Сайфон Рэй приветствовал альфа-примуса ноосферным импульсом, Стройка ответил так же.

На алтаре засветилась проекция гололитического изображения, и техножрецы, логисы и ремесленники Механикус собрались у шипящего гололитического экрана. Нескольких Стройка узнал – магосы, которых фабрикатор-локум удостоил важными должностями в проекте по конструированию и испытанию устройства Геллера. Аргенте Нувиас присутствовал здесь уже не в виде гололитической проекции. Магос эфирикус во плоти и металле стоял на антресольном мостике, совещаясь с ремесленниками Механикус, создававшими устройство Геллера по данным СШК. Стройка увидел, что фабрикатор-генерал отправил с Мирмидексом на это задание и своего магоса-катарка. Похожий на осьминога магос с пучками мехадендритов пристально глядел на командира скитариев из глубин своего капюшона и колышущихся одеяний.

Зазвучавший на мостике сигнал тревоги и какое-то движение за рядами терминалов внизу привлекли внимание Мирмидекса, повернувшегося к капитану.

– Спонтик?

Оптическая аппаратура техножреца-капитана ярче засветилась под его капюшоном.

– Авгуры обнаружили объект, выходящий из-за периметра варп-шторма, – доложил Юдексл Спонтик.

– Вывести на экран, – приказал Энгра Мирмидекс.

Гололитический дисплей вывел трехмерную проекцию участка космоса между границей варп-шторма и флотом Адептус Механикус. На дисплее появился объект, на большой скорости летящий к «Опус Махина».

– Скорость и масса соответствуют серво-зонду транспорта-ковчега «Ниссия», – сообщил техножрец, отошедший от алтаря к поручням, чтобы получить подтверждение информации с терминалов.

– Идентификация подтверждена, фабрикатор-локум. Это серво-зонд «Ниссии», – доложил другой техножрец.

– Приказ по флоту, – произнес Энгра Мирмидекс, его мелодичный голос эхом разнесся по обширной командной палубе. – Пропустить серво-зонд сквозь ордер флота. Ни одному кораблю огня не открывать.

– Получаем передачу, лорд-фабрикатор, – раздался металлический голос с нижней части командной палубы. Это был палубный техножрец, стоявший над лексмехаником и парой подключенных к терминалам сервиторов.

– Изолировать сигнал, – приказал Мирмидекс. – Магос-катарк, подвергнуть сигнал передачи процедуре чистки кодов и фильтрации на предмет порчи. Я не хочу, чтобы что-то просочилось к нам.

– Ноосферный сигнал изолирован и подвергнут очистке, мой лорд, – объявил магос-катарк, его мехадендриты скользили и извивались под одеяниями. – Идет четкая, очищенная передача. Пикт-запись со звуковым сопровождением и контекстным кодовым потоком.

– Включить передачу, – приказал фабрикатор-локум.

Гололитическое изображение, проецируемое с алтаря, исказилось и пошло помехами, выведя трехмерный стоп-кадр какой-то чудовищной сущности, испещренный помехами. Из вокс-динамиков алтаря раздался жуткий визг, словно нечто ужасное пыталось транслировать свой собственный инфопоток. Пикт-запись продолжалась, варп-сущность исчезла, и на гололите появился ангар транспорта-ковчега «Ниссия».

Изображение дергалось и было размытым, словно трансмеханик, делавший пикт-запись, с трудом стоял на палубе, содрогавшейся от ударов, сотрясавших корпус корабля. Некоторое время запись шла без звука, потом стал слышен страшный шум в ангаре «Ниссии» и рев сирен. Чудовищный грохот чего-то, пытавшегося проломить корпус транспорта-ковчега, заглушал даже сигналы тревоги. Синхронизаторы Стройки уловили звуки выстрелов оружия скитариев. Гальванические винтовки, стрелявшие на максимальной мощности.

На голопроекции появился техножрец, диктовавший запись в бортовой журнал.

– Это магос эфирикус третьего класса Дорнелис Траск, – сообщил техножрец. – Капитан-техножрец Облонокс погиб. Мостик потерян, «Ниссия» больше не может управляться. Поля отключились. Нас берут на абордаж…

Картинка внезапно дернулась к палубе, очевидно, корабль содрогнулся от еще одного удара. Когда в кадре снова появился магос Траск, он указывал длинным пальцем-инструментом куда-то в сторону.

– Убейте его… убейте его! – кричал техножрец, и вслед за этим засверкали вспышки выстрелов.

– Повторяю, нас берут на абордаж. Большая часть корабельных техножрецов погибла. Скитарии не могут защитить корабль. Выполняя свой последний долг, я намерен предпринять попытку активации и подрыва главного груза «Ниссии» – устройства Геллера.

Траск шагал по ангару, когда корабль встряхнуло снова, и техножрец рухнул на передвижной терминал. Халдрон-44 Стройка смотрел, как магос эфирикус, бормоча молитвы и литании активации, работает у борта огромной причудливой конструкции, похожей на орбитальную мину – вся в выступах, искрящих энергоузлах и свисающих кабелях.

Мемокатушки и контуры идентификационных схем Стройки подсказали командиру скитариев, что он видит устройство Геллера. Это была та самая эмпирейная бомба, которую Мирмидекс, Торкуора и целый легион ремесленников Механикус так старательно воссоздавали на Сатцике Секундус по данным найденного образца СШК. Стройка смотрел, как магос Траск настраивает и калибрует устройство Геллера, нажимая переключатели и поворачивая рукоятки в четкой последовательности, приводя эмпирейную бомбу в боевое положение. Магос эфирикус отошел назад, когда перекрывающиеся поля, которые, мигая и потрескивая, проецировались из энергоузлов, вдруг окутали устройство и ярко засветились.

– Я привел эмпирейную бомбу в боевое положение, – сообщил Траск, говоря прямо в содрогающуюся пикт-камеру. – Без доступа к мостику я не знаю, в каком мы положении относительно цели. Капитан-техножрец Облонокс говорил, что авгуры и прочие приборы крайне ненадежны в условиях варп-шторма. По моей оценке мы находимся довольно близко к системе Вельканос. Согласно инструкции, я отправляю бортовой журнал «Ниссии» на борту этого серво-зонда. Если на то будет воля Бога-Машины, он переживет взрыв и сумеет взять курс к району сбора. Хотя я не знаю, как он преодолеет искажения времени и пространства, которые могут встретиться на его пути.

Гололитическое изображение сильно встряхнуло, засверкали ослепительные вспышки выстрелов гальванического оружия. Стройка услышал новые сигналы тревоги и страшный скрежет разрываемых переборок.

– Вверяю свою душу моему храму, – объявил магос Траск, – моему лорду фабрикатору и Великому Создателю, к которому вернется моя конструкция.

После этих слов запись остановилась, и техножрецы у алтаря переглянулись.

– Серво-зонд, лорд-фабрикатор? – спросил капитан-техножрец Спонтик со своего командного трона.

– Магос-катарк? – спросил фабрикатор-локум.

– Серво-зонд осквернен, мой лорд.

– Уничтожить его, – приказал Мирмидекс.

– Орудийные башни, – передал приказ Спонтик, – цель определена.

Халдрон-44 Стройка подошел к поручням, туда, где парил на своих пропеллерах фабрикатор-локум. Командир скитариев наблюдал, как носовые башни «Опус Махина» разнесли серво-зонд на куски.

– И где же результат? – спросил Мирмидекс, его оптические устройства и системы авгуров были направлены на стрельчатые окна-экраны мостика. Тройной мозг фабрикатора-локума беспокойно пульсировал, соединенные с ним когитаторы гудели под корпусом-оболочкой. – Данные – нам нужны данные.

Фабрикатор-локум смотрел в безумие бушевавшего варп-шторма. Пятно нереальности, осквернявшее пустоту космоса. Пылающая ярость бури Имматериума. Бушующая энергия взрывалась и кипела там, где две реальности вступали в соприкосновение.

– Хоть что-нибудь! – воскликнул Мирмидекс в вокс-динамик, его голос разнесся по командной палубе. Стройке было странно видеть, как святой техножрец Бога-Машины так дает волю своим эмоциям. Командир скитариев мог только предположить, что, будучи фабрикатором-локумом на Сатцике Секундус, Энгра Мирмидекс привык полностью держать под контролем все события вокруг. Здесь же, в холодной тьме космоса, посреди пустоты, имея дело с чудовищным варп-катаклизмом, события просто невозможно было настолько контролировать.

Мирмидекс повернулся к своим советникам-техножрецам.

– Ну что же?

Логос Войганн не выдержал.

– Мой лорд, – сказал он, – существует 69,345-процентная вероятность, что устройство Геллера не выполнит свою задачу.

Несколько ремесленников сразу же начали возражать, отвергая возможность этого. Они стали уверять фабрикатора-локума, что в точности следовали инструкциям, найденным в образце СШК, но Мирмидекс прервал их.

– Логос Войганн, – сказал фабрикатор-локум. – Вы освобождены от должности.

– Но мой лорд…

– Вы можете уйти, – прошипел Мирмидекс в вокс-динамик.

– Сэр? – позвал его снизу один из палубных техножрецов.

– Что? – взревел Мирмидекс, его раздраженный голос эхом разнесся по командной палубе.

– Авгуры засекли странные возмущения в облаке варп-шторма, мой лорд.

Фабрикатор-локум снова подлетел к поручням. Халдрон-44 Стройка заставил себя еще раз взглянуть на Великий Вихрь.

Сначала это было почти незаметно. Крошечная точка на фоне свечения варп-шторма. Постепенно, пока оптика командира скитариев перенастраивалась, Стройка разглядел брешь, открывшуюся в клубящемся вихре. За варп-штормом снова стала видна чернота космоса, стало ясно, что участок в пределах квадранта варп-шторма ближе к галактическому юго-западу возвращается к реальности.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю