Текст книги "За гранью зеркал (СИ)"

Автор книги: Рина Роук

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 10 страниц)

Глава 16

Обеденное солнце приятно грело спину. Ясное голубое небо без единого облачка, пышные зеленые деревья и богатое яркое разнотравье радовало глаз. Ехали мы всего лишь час, но мне уже надоела эта тряска на коне. Чувствую эти три дня пути станут для меня настоящим испытанием и боюсь, что по итогам этого путешествия лекарь понадобится мне.

Дирк и Эдриан чувствовали себя в седле уверенно и спокойно, я же никак не могла приноровиться к их темпу, ерзала и даже чуть не упала. Хорошо, что мне довелось раньше покататься на лошадях, а то не знаю, что бы я сейчас делала. Будучи на каникулах у Надежды Васильевны мы с подругой дружили с соседскими мальчишками. Они были младше нас на пару лет, но очень активные и веселые. Их семья занималась хозяйством. У них были коровы, козы, домашняя птица и две лошади. Ласточка была старой и спокойной кобылой, а ее дочка Звездочка строптивой и кусачей. Мне довелось покататься на обоих. И это мне сейчас здорово помогло.

Хорошо, что конь мне сейчас достался опытный и покладистый.

– Как ты? – неожиданно прозвучал рядом голос Эдриана.

Я так задумалась, что не заметила, как он подъехал ко мне. Ведь первым скакал Дирк, затем я, а за мной Эдриан.

– Нормально, просто давно не ездил, привыкаю. – ответила я, садясь ровнее и всем своим видом показывая, что у меня все хорошо, и помощь мне не нужна. Во мне еще не до конца погасла обида от увиденного сегодня утром в кузнице. Наверно, Эдриан почувствовал что-то подобное, поэтому больше не говоря ни слова, снова замедлил коня и скрылся из виду.

Спустя еще два часа я была измучена так, что уже и по сторонам не смотрела, хотя виды были прекрасные. Приличной тяжести рюкзак нещадно оттягивал спину, попа болела от твердого седла и тряски, в голове тоже все скакало, но нужно держаться. Я же мужчина.

До заката я уже и прилаживалась, обнимая коня за шею, но долго так ехать тоже не могла, мелькающая перед глазами трава укачивала и начинало тошнить, и постоянно дергалась, пытаясь сесть удобнее. Бедный конь. Как он еще меня терпит?

Эдриан еще пару раз подъезжал ко мне, но смотрел молча, видимо оценивал мое состояние, но ничего не говорил, понимая, что я сегодня не в духе.

Я бы возможно предложила ехать на бричке, думаю так мне было бы легче, но для нас важно время. Нужно как можно скорее добраться к больному ребенку, а верхом все же будет быстрее. Поэтому я должна потерпеть, чтобы не задерживать наш маленький отряд.

– Заночуем здесь, – вдруг скомандовал Эдриан. А на рассвете снова в путь.

Мы въехали в небольшую рощу, рядом был ручей. Солнце уже село, но стемнело еще не сильно.

Не описать словами мою радость от того, что наконец сползу с коня и почувствую под ногами почву. Но спустившись кое-как на землю, радости было мало, спину ломило, а ноги будто стали чужими и отказывались собираться вместе.

– Я разведу огонь, – сообщил Эдриан.

– Тогда я займусь лошадьми, – сказал Дирк и принялся снимать седла с коней.

Я посмотрела на одного, потом на другого и подумала, что мне видимо придется заняться ужином. Но я же сейчас парень. Почему готовка снова на мне? Насупившись, присела над своим рюкзаком и начала доставать продукты.

– На ужин будет гречневая каша с вяленым мясом, – бубнила я себе под нос, но думаю, мои попутчики услышали.

Эдриан с помощью магии собрал дрова и развел костер.

– Можешь готовить, – подошел он ко мне, – Котелок с водой уже на костре. Я схожу еще дров принесу.

– Хорошо, – кивнула я.

– А я пойду коней поить, – расседлав лошадей, сказал Дирк.

Оставшись в нашем импровизированном лагере одна, я немного испугалась. Хорошо, что у меня было дело. Это отвлекало и не давало мыслям о хищниках, чудовищах и бандитах разрастись в моей голове.

Эдриан вернулся довольно быстро, что меня очень порадовало, хоть я и злилась на него.

– У тебя же есть с собой разные лекарства. Нанеси заживляющую мазь на ноги на ночь, иначе утром не сможешь сесть на коня, – присев рядом со мной к костру, сказал Эдриан, видя как я хожу в раскорячку.

Да, с внутренней стороны бедра кожа ощутимо болела, и боль эта усиливалась. С непривычки сильно натерла ноги, тем более кожа в этом месте нежная.

– Хорошо, после ужина, схожу к ручью ополоснуться и намажу мазь.

Спустя некоторое время вернулся и Дирк, приведя с собой лошадей. Пока я накладывала в котелки кашу, Эдриан помог мужчине привязать лошадей.

Поужинав, Дирк сразу лег спать. Эдриан взял посуду и пошел молча к ручью.

– Ну, хоть посуду не мне мыть, – обрадовалась я, ища в своей аптечке мазь.

Дождалась, пока вернется Эдриан, и тоже пошла к ручью, убедившись, что мужчина лег спать. Свидетели мне у ручья не нужны. Конечно, было страшновато, но деваться некуда, ведь я хотела искупаться.

Вода была ледяная, поэтому пришлось ограничиться обтиранием. Но хоть ногам было легче, перестали гореть. Промыв их холодной водой, нанесла мазь, посидела так минут десять, чтобы не стереть штанами лекарство. А потом вернулась в лагерь. Огонь догорал, мужчины спали. Я подкинула дров и тоже легла.

– Женя, пора ехать, – моего плеча коснулась чья-то рука и я подскочила, резко сев и уставившись еще невидящим взглядом в того, кто меня разбудил.

Зажмурилась, приходя в себя, и снова посмотрела на Эдриана, который сидел сбоку от меня на корточках. На его лице застыло необычное выражение лица. В глазах плескалась нежность, и он улыбался одним уголком губ. Смутившись, я опустила взгляд, а Эд глубоко вздохнул, будто разочарованно. И тут я заметила, что мужчина уже полностью готов к дороге, на нем одет походный плащ, сбоку висит огромный меч и даже рюкзак стоит рядом с ним.

Я оглянулась по сторонам. Дирк цеплял дорожные сумки к седлу своей лошади. Сам он тоже был снаряжен в путь.

Костер был уже потушен, а мой конь топтался рядом, призывно всхрапывая, желая отправиться дальше. На нем уже красовалось седло, сумка с продуктами и моя аптечка. Оставалось только собрать мой спальник.

Следя за моим взглядом, Эдриан правильно понял о чем я думаю и подтвердил мои мысли:

– Тебе тяжело с непривычки, и ты так крепко спал, что мы с Дирком не стали тебя будить.

– Да, да, – обернулся к нам Дирк, – Лекарь нам нужен здоровый и отдохнувший.

– Лошадей мы напоили, вещи собрали. На, вот, позавтракай, и пора ехать, – сказал Эд и протянул мне чашку с молочной кашей.

– Спасибо, – несколько смущенно ответила я.

Забота этих людей тронула меня. И даже стыдно немного стало, что я вчера бурчала по поводу того, что пришлось готовить ужин. На самом деле, это было самое легкое поручение. Ведь даже воду мне Эдриан принес, и посуду тоже он мыл.

Быстро позавтракав, я уже сидела верхом. Ноги, конечно, беспокоили, но жить можно.

Ближе к обеду нам пришлось перебираться вброд через речку. Было довольно страшно. Речка в этом месте хоть и была мелкая, но течение быстрое, и каменное дно слишком скользкое. Мы шли, ведя за собой лошадей. Я уже дважды падала в воду, меня просто сносило течением. Спасибо моему Ветерку, конь медленно, но уверенно шел вперед, а я держалась за него.

Но вода была настолько холодной, что мои босые ноги быстро окоченели и левую свело судорогой. Я снова упала и, хватаясь за ногу, которую свело, выпустила из рук поводья. Меня сразу понесло течением, накрывая волнами с головой. Холодная родниковая вода попадала в уши, нос, рот. Я уже не понимала где верх, где низ. Меня крутило под водой, больно бив о каменное дно. Ногу беспощадно выкручивала судорога, и я не могла собраться и вынырнуть, лишь изредка хватая воздух.

Внезапно меня схватили за волосы и потянули вверх, быстро прижав к мощному теплому телу. Я откашливалась, выплёвывая воду, все еще держась за ногу.

– Живой? – спросил Эдриан.

– Да. Ай, больно, – вопила я.

– Сейчас, потерпи, – Эдриан поднял меня и понес к берегу.

Усадив на землю, принялся массировать мою ногу от пальцев ног, которые сейчас были растопырены и вытянуты из-за судороги, до колен, до тех пор, куда закатаны штаны. Мне сразу стало легче, кровь снова стала нормально циркулировать. И тут появилась неловкость, особенно, когда Эд перебирал мои пальцы и так удивленно на них смотрел. У меня, конечно, не самая маленькая ножка, как никак тридцать девятого размера, но тонкая и изящная, как говорили все продавцы обуви в родном мире. Да и для парня все же нога маловатая.

Но не сомнения и удивление Эдриана заботили меня сейчас, больше я пыталась не выдать свои ощущения от этих действий мужчины. Как только прошла судорога, я ощутила невероятно приятные и ласковые прикосновения, откровенно наслаждаясь происходящим. Если бы еще мне не было холодно из-за промокшей одежды, точно бы не удержалась и закатила глаза от удовольствия. Но, вспомнив, что я сейчас парень, и что рядом есть еще Дирк, быстро взяла себя в руки:

– Все, спасибо, уже отпустило.

Эдриан положил мою ногу на траву и посмотрел на меня:

– Давай, высушу тебя, а то заболеешь.

– Вы пока сушитесь, а я достану чего-нибудь пообедать. Обойдемся сухомяткой, а нормально поедим вечером, – предложил Дирк.

– Хорошо, – ответила я. – Извините, что постоянно задерживаю нас.

Дирк кивнул, а Эдриан приблизился еще ближе и стал водить над моим телом руками, с которых срывался теплый ветерок, будто меня феном обдувало. Мужчина подсушив одежду, принялся за волосы.

Так волнительны были все его движения, будто он гладит меня, хотя абсолютно меня не касался. Я сидела ссутулившись и чувствовала себя скованно, боясь, что Эдриан заметит через мокрую одежду, что я девушка. Он даже предлагал снять куртку, чтобы быстрее высохнуть, но я отказалась, даже толком не объяснив причину. Правда Эд не стал настаивать.

А ведь я хотела уже признаться ему, что девушка, но после того, как увидела его с той женщиной, такое желание пропало. Может я слишком рано делаю выводы, и совсем ему не нравлюсь. Что я знаю о любви? Да ничего. Наверно, не стоит спешить.

Спустя час мы снова отправились в путь.

Глава 17

Чем дольше мы в пути, тем сильнее заметны переживания Дирка. Мужчина также ехал впереди нас, только сегодня отдалился на приличное расстояние. Возможно, хочет побыть один. Конечно, у меня нет еще детей, и в полной мере я не могу представить боль отчаявшегося отца, но понять можно. Наблюдая за мужчиной, начала сомневаться в своих силах. Смогу ли я помочь девочке? Не переоцениваю ли я свои возможности? Может зря обнадеживаю Дирка и трачу его время? Вероятно он мог бы за эти дни поискать еще лекарей.

Наверно, Эдриан заметил, что я погрузилась в свои не особо оптимистичные мысли, подъехал ближе и теперь мы двигались параллельно.

– Ты давно решил стать лекарем? – спросил он, не глядя на меня, а устремив взгляд на горизонт.

Я же мельком взглянула на мужчину и тоже обратила взор вперед. Перед нами простиралась бескрайняя степь, по весеннему зеленая. Но на горизонте виднелись холмы, именно там, за холмами деревня Дирка. Кажется, будто они рядом, а на самом деле ехать еще больше суток.

– Нет. Я хотел стать переводчиком, но судьба сделала крутой поворот. О лекарском деле я всерьёз задумался только благодаря Верее.

– Но у тебя уже были знания в этой области, – заметил Эдриан.

– Да, я знал много лекарственных растений. В основном для первой помощи, а вот с более серьезными и скрытыми заболеваниями справляться, меня обучает Верея. Главное ведь найти причину.

– Согласен. Мне интересно, откуда у тебя столько идей разных изобретений?

Я не ожидала этого вопроса и поэтому ляпнула первое, что в голову пришло:

– Во сне снятся. – и попыталась скорее перевести тему, – А почему ты делаешь именно мечи?

– Единственное, в чем я хорошо разбираюсь, это война и оружие, – как-то совсем грустно это прозвучало.

– Оружие само по себе не плохо, ведь его можно использовать для защиты, – сказала я, а подумала о ведьмах. Сейчас ведьмы – вне закона, как опасность и угроза, но ведь они, то есть мы можем быть очень полезны.

Эд кивнул.

– Ты останешься в деревне? – с напускным равнодушием спросил Эдриан, но я почувствовала, что ему важно услышать ответ.

– Пока я нужен Верее точно останусь, а дальше видно будет. Боюсь что-либо загадывать далеко вперед, – постаралась ответить честно и сразу задала встречный вопрос Эду.

– Ну, а ты? Так и будешь простым кузнецом с такой-то силой?

Эдриан задумался и какое-то время молчал, что я уже начала жалеть, что спросила об этом.

– Теперь уж и не знаю. Похоже, моя судьба снова сделала крутой поворот, как ты выразился, – все же ответил мужчина.

А я не поняла, что он имеет в виду, и у меня закрались неприятные мысли, поэтому спросила:

– Жениться собрался?

Эдриан аж поперхнулся, что даже его конь дернулся. Мужчина резко взглянул на меня и снова какое-то время молчал.

И что он на меня уставился? Угадала что ли? Волна негодования всколыхнулась в моей душе, я также резко повернулась к мужчине и твердо взглянула ему в глаза:

– Ну, а что? Ты же зажимался с той женщиной!!!

Глаза Эдриана расширились от удивления, потом он прищурился и пристально смотрел на меня, а я фыркнула и отвернулась. Эдриан тоже отвел взгляд, снова глядя на дорогу и молчал.

Спустя минут пять молчания я не выдержала:

– Молчишь?

– А что тут скажешь? – и снова тишина.

Да, что ж такое!!! Он издевается?!! Меня уже колотило изнутри от бешенства. Так хотелось стукнуть этого …этого…даже не знаю, как его назвать.

– Когда свадьба? – не сдавалась я.

– Женя, ты еще совсем ребенок, – стало мне ответом.

И тут меня прорвало.

– Причем тут я? Мы о тебе говорим. Я, значит, на твои вопросы честно отвечаю, а ты ходишь вокруг да около. Зачем тогда вообще начинал этот разговор по душам. Вот вернемся домой и иди с той женщиной беседуй, а от меня отстань, – выдала скороговоркой и довольно громко я, подгоняя коня и вырываясь вперед.

Эдриан остался позади.

– Ну, и ладно. Ну, и пусть. Самому ехать спокойнее, – себе под нос бубнила я.

Но через некоторое время, Эдриан снова поравнялся со мной:

– Женя, извини. Я не хотел обидеть тебя. Я отвечу на все твои вопросы.

Я молчала. А что? Ему можно, а мне нет. Вот, пусть теперь он говорит. Видимо, Эдриан понял мой настрой, потому что, не дожидаясь ответа, продолжил:

– Жениться я не собираюсь, по крайней мере в ближайшее время и точно не на той женщине, о которой ты говоришь.

После его слов на сердце полегчало, но я продолжала молчать.

– Когда я говорил о переломном моменте в жизни, я имел в виду, что у меня снова появилось желание жить.

– Еще бы, после таких-то объятий! – вырвалось у меня. Я тут же пожалела, что сказала, но слова назад не вернуть, поэтому сделала важное лицо и уверенно продолжила путь.

– Да нет же! – медленнее, чем обычно, но с какой-то раздраженной интонацией произнес мужчина.

Похоже, я кого-то довела. Не наблюдала раньше за собой такого. И что на меня нашло. Тем временем Эд глубоко вздохнул, видимо успокаиваясь.

– Мое желание жить вызвано совсем другим человеком! – заявил мужчина.

– Есть еще одна женщина? – я врезалась в Эдриана пораженным взглядом, он снова медленно и глубоко задышал, а потом резко выдал:

– Я смог снова чувствовать и вернулся к нормальной жизни из-за одного несносного, надоедливого и глупого мальчишки, у которого слишком бурная фантазия! – Эдриан говорил это, глядя мне прямо в глаза, а я молча хлопала глазами, осознавая его слова.

Теперь он вырвался вперед, оставив меня с глупой улыбкой и дурацкими, но довольными мыслями.

Глава 18

ЭДРИАН ДОРН

Третий день мы уже в пути. Дирк говорит, что его деревня за холмом, а это примерно часов пять неторопливой езды. Ехать быстро не получится по двум причинам. Первая – дорога уходит на подъем, а вторая – все устали: и люди, и лошади. На ночлег решили не останавливаться, лучше проведем лишние пару часов в седле после заката, зато к полуночи будем на месте.

Конечно, Жене лучше бы отдохнуть, но он упрямо держится в седле ровно, очень переживает за больную девочку, боится не успеть. Я вижу, как искренне он хочет помочь и как ответственно относится к своей миссии.

Этот парнишка с каждым днем нравится мне все больше. Женя близок мне по духу. На сколько я успел заметить, он приятный и во всех проявлениях положительный человек, замечательный, умеющий слушать, собеседник и хороший друг. Мне с ним легко и интересно, будто давно знакомы, но в то же время в нем много непонятного, что еще более увлекательно, хочется узнать о нем больше. Волнительно наблюдать, как он постепенно раскрывается мне навстречу.

Будучи в пути, я много думал. Например о том, что хоть парнишка намного младше меня, но мы отлично находим общий язык, могли бы стать хорошими друзьями. Но сегодня Женя меня удивил. Обычно он спокойный и рассудительный, а тут, как ревнивая девчонка, впервые влюбившись, прицепился ко мне с глупыми вопросами и предположениями.

И что его так задело?

А, вообще, ничего такого и не было. Да, я задумывался о том, чтобы попробовать завести некие отношения с Алией, но это была провальная идея. Она – женщина внимательная, сразу заметила, что я, наконец, обратил на нее внимание, и перешла к активным действиям. Как раз в тот момент, когда Женя заглянул в кузницу, женщина обнимала меня и шептала непристойности. Я сам не ожидал, что она накинется на меня, ведь я занимался мечом, и как раз обернулся, чтобы положить заготовки.

Когда я увидел, каким взглядом одарил меня мальчишка, об Алие совсем забыл. Меня совершенно не трогали ее объятия, я видел только смущённое и отчего-то рассерженное лицо Жени.

Сам не знаю, почему бросился вслед за ним, хотелось объясниться, хотя с чего бы? Возможно, парнишка решит, что если у меня появится женщина, мы станем с ним меньше общаться. А ему итак одиноко здесь. Верея болеет и почти все время в постели, Малек еще маленький, а Ирвин часто в разъездах по делам деревни. Последние пару недель мы проводили с Женей много времени вместе, и привыкли друг к другу.

В целом, если обобщить, все, что я надумал за эти три дня, так это то, что парень определенно мне не безразличен. Но природу своих чувств я никак не могу толком понять.

Только я решу, что мы друзья, как случается что-то, что выбивает меня из колеи. Когда наблюдал, как мальчишка устает, но держится, меня одолевало чувство гордости за него, когда смотрел, как он спит, не мог сдержать нежность, тянущуюся к нему от всей моей души. В такие моменты мне казалось, будто это отцовские порывы берут верх, хочется заботиться о Жене, оградить его от всех опасностей.

Но и это не все мои терзания.

Бывают мгновения, когда я ловлю себя на том, что рассматриваю его длинные, как у девчонки ресницы, изящную шею и осанку. И то, что я вижу, вызывает у меня неоднозначные чувства, пугающие меня.

Если бы я в первые дни его пребывания не видел, как он переодевался, подумал бы, что Женя может быть на самом деле девушкой. Конечно, он стоял ко мне спиной, но эта самая спина и плечи были определенно мужскими. Но позже, со мной стало что-то происходить, когда я впервые заметил, что Женя вызывает у меня постыдные чувства, он будто стал меняться, подстраиваясь под мои больные фантазии. А в одно утро, я не поверил своим глазам, парень совсем стал женственным. Похоже, я совсем потерян, но я могу контролировать себя и не должен показывать ничего парнишке. Еще не хватало напугать его.

Вчера, на реке, у меня снова был приступ. Когда я вытащил парня на берег, он был таким беззащитным и замёрзшим, Женю мучала судорога, и я быстро стал растирать и массировать его ногу. Сначала, я просто смотрел ему в глаза, следя за реакцией, пытаясь понять, помогают ли ему мои действия. Когда я заметил, что парню стало легче, обратил внимание на ногу, что держал в руках.

Это же невозможно. Разве могут у парня быть такие тонкие щиколотки и красивые пальцы, а кожа такой белой и нежной?

Я уже не понимал, что и думать. Неужели, я правда сошел с ума и вижу то, чего нет? Или все таки Женя не тот, за кого себя выдает?

Спросить прямо? Нет. Женя еще совсем юн, вдруг, это и правда моя болезнь, парень может обидеться или у него могут появиться из-за меня комплексы.

Тогда остается одно, присмотреться к нему повнимательнее.

Глава 19

В деревню мы прибыли немного за полночь. Я так устала, что с коня пришлось сползать. Мне помог Эдриан. Правда как-то странно. Он тесно прижал меня к себе, излишне медленно ставя на землю. Мне даже показалось, что он понюхал мои волосы. Или просто вздохнул? Наверняка ведь тоже устал.

Эти мысли сменились беспокойством о девочке. Я подошла к Дирку, привязывающему лошадь:

– Давайте сразу посмотрим вашу дочь.

– Да, конечно, идем.

Эдриан остался, чтобы расседлать и напоить лошадей, а мы с Дирком вошли в дом, который освещался тусклым светом свечей.

В комнате, где находился ребенок витал терпкий запах трав и лекарств. Я подошла ближе и присела на край кровати. Девочка лежала на спине, ее дыхание было еле слышным. И даже при таком не ярком свете, в глаза бросалась ее бледность.

Дирк стоял рядом, затаив дыхания и ожидая от меня действий. Конечно, он хотел сейчас броситься к дочери, обнять ее, спросить о ее самочувствии, но мужчина не делал этого, чтобы не тратить ни одной минуты драгоценного времени детской жизни.

Я взяла девочку за руку, делая вид, что прощупываю пульс. Сама же погружалась в то состояние, когда была способно видеть магическим зрением, вспоминая все, чему учила меня Верея.

Когда я полностью сосредоточилась, то увидела жизненные потоки ребенка, они были настолько тонкими, что я поняла, еще один день без помощи девочка бы не пережила. А еще страшно выглядели черные щупальца заклятия. Оно напоминало мне осьминога, туловище которого было в области желудка, а щупальца обвивали все жизненные каналы, и почти добрались до сердца. Но это не все, что я заметила. У ребенка, определенно, был дар. Она ведьма.

Я опустила руку девочки и обернулась к Дирку. Подумав всего пару минут, решила, что скрывать правду от отца нельзя. Он должен понимать, кто его дочь.

– Дирк, прежде чем я начну лечение вашей дочери, мы должны поговорить, – вставая с постели девочки, сказала я.

– О чем? – удивился мужчина, в глазах которого читалось полное отчаяние.

– Вы знаете, что ваша дочь – ведьма?

Дирк посмотрел на меня удивленно, но в то же время в его глазах зажглась надежда.

– Знаю. Моя жена тоже была ведьмой. Но как вы узнали? Ни один из тех лекарей, что приходили к нам, не заметили ничего.

– Дело в том, что я тоже ведьма. – призналась мужчине. – Мне приходится скрываться, сами понимаете.

Дирк кивнул, глядя на меня по-новому, было заметно, как недоумение на его лице медленно сменяется пониманием.

– Так вы сможете помочь?

– Я постараюсь. Вы только принесите мою сумку и никого к нам не впускайте.

Дирк вышел, а я снова села рядом с девочкой. Верея говорила, что сначала нужно дать больной укрепляющий отвар и с помощью зелья, усиленного ведьминой магией, остановить распространение заклятия. Это сделать несложно, а вот победить заклятие не так просто. Верея сказала, что не каждая ведьма способна на это.

Поэтому, когда Дирк принес аптечку, я сразу напоила девочку отваром и спустя час она открыла глаза.

– Кто вы? – еле слышно произнесла девочка.

– Я пытаюсь помочь тебе победить заклятие.

– Вы как я и как мама?

– Да. Не говори больше ничего, не трать силы. Вот, выпей зелье.

Заклятие будто отреагировав на зелье, стало дергаться. Я отчетливо видела, как черные щупальца пытаются вырваться из оков. Девочка застонала и выгнулась дугой. Сначала я испугалась, на мгновение потеряв решимость, но видя, как ребенок закатил от боли глаза, не в силах издать и звука, взяла себя в руки.

Прислушалась к себе, призвала свой дар, как учила Верея, положила руку на то место, где скопилось заклятие, а второй рукой придерживала тело девочки. Моя сила проникла к темному сгустку, сейчас я смотрела на все магическим зрением и впервые видела свою магию. Она казалась мне золотым лучом или кистью с золотой краской. Она будто закрашивала черные отростки в золотой, постепенно сжигая их. Когда с щупальцами было покончено, я принялась за тельце, тут пришлось попотеть, я чувствовала, как силы покидают меня, кружилась голова, дышать стало трудно, в груди хрипело, руки начали дрожать, но я видела, что нужно еще немного, поэтому не сдавалась.

Борьба с заклятием и с самой собой продолжалась около получаса, но мне казалось прошло не меньше дня, когда же все-таки справилась с ним, из последних сил взглянула на девочку. Она лежала неподвижно, но тихое дыхание было ровным. Присмотрелась магическим зрением и поняла, что мы победили, жизнь возвращалась в это детское тело, и даже каналы ведьмовской силы начали светиться пока еще тусклым светом.

На большее сил у меня не было, я просто легла в кресло, к которому добралась практически ползком и уснула.

Проснулась от тихих голосов. Медленно открыла глаза, голова раскалывалась, будто я и не спала, шея затекла и тоже жутко болела. Кое-как поднялась и села ровнее, увидев, что Дирк сидит рядом с дочерью и кормит ее.

Девочка лежала на высокой подушке и смотрела на меня.

– Как ты? – спросила я у нее.

– Спасибо, – тихо ответила она, – Я чувствую, что свободна. Ты освободила меня. Но я не могу еще двигаться, мои руки и ноги не слушают меня.

Я встала и подошла ближе, снова осмотрела девочку магическим зрением. Она была сильно истощена, но вполне здорова.

– Нужно время, чтобы восстановиться, – ответила я девочке и волнующемуся отцу. – Я останусь с тобой на пару дней, помогу в самое тяжелое время, а дальше справитесь сами. Я вам оставлю лекарства и рецепты.

Когда Дирк вышел, чтобы вынести посуду, девочка посмотрела на благодарным взглядом:

– Папа сказал, тебя зовут Женя.

– Да, а тебя?

– Мия.

– Красивое имя.

– Я хочу отблагодарить тебя и подарить кое-что, – девочка указала взглядом на шкатулку стоящую рядом на тумбочке. – Открой ее, а то я сама пока не могу.

Я взяла шкатулку, открыла ее и увидела маленькое овальное зеркальце в простой деревянной оправе. Я удивленно посмотрела на ребенка.

– Это принадлежало моей матери, у меня есть свое, поэтому возьми его.

– Но я не могу, – начала было я, подумав о том, что зеркальце могло бы стать памятным для Мии. Но девочка перебила меня:

– Мама в последний день сказала мне, чтобы я отдала его той, что спасет меня. Она знала, что ты придешь.

Поблагодарив Мию, я взяла зеркальце.