Текст книги "Не истинная - нейтрал (СИ)"

Автор книги: Рина Чар

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 19 страниц)

Глава 15 Грани

Привычное утро, и лежа в кровати, я дала себе время прийти в себя. Да уж, в тренировках нет нужды, так как с утра я уже и так чувствую себя, будто семь потов сошло. Похоже, потолстеть в этом мире мне не грозит. Да я давно должна была почувствовать обезвоживание от такой протечки!

В обычное время, даже если я занимаюсь физическими упражнениями, у меня нет такого сильного потоотделения. Так в чем же причина? Что-то странное происходит.

Состояние сложно назвать плохим, но просыпаться каждое утро с такими ощущениями – не самое приятное. Днем я чувствую себя прекрасно, и более того, утренние ощущения немного притупляются, как будто ничего такого не было.

Я снова перетрясла весь свой гардероб сверху донизу в поисках чего-то необычного или тайника, может ниши. Амелия однажды поделилась, что ведет дневник, поэтому я резонно предположила, что Агелия недалеко от нее ушла.

Аристократкам бывает скучно проводить обычные дни, поэтому это один из способов самовыражения. Сомневаюсь, что она записывала свои мысли на кристаллы памяти, так как для таких вещей требуется больше пространства для хранения. Детские размышления могут быть довольно личными, поэтому легче писать, дневник в бумажном виде может быть очень маленьким и его легче спрятать.

Это совершенно нормально, просто в какой-то момент наступает период разграничения личного пространства.

В небольшой нише в стене я нашла дневник, амулеты неизвестного происхождения и бижутерию. Замок огромен, поэтому скрыть пару десятков комнаток не составит труда. Не сомневаюсь, что я нашла лишь один из многих тайников девчонки.

Конечно, я сразу же захотела прочитать дневник, но мои надежды тут же рухнули. Девочка писала на другом языке, по крайней мере, по мере взросления. Детские записи я прочитала спокойно, а вот дальше начался какой-то тихий ужас. Словно сначала писал взрослый, а потом ребенок.

Она росла нормальным ребенком в обычной семье: «Папа, мама, брат и я – очень дружная семья». Все было хорошо, и она делилась с дневником своими мечтами и желаниями. Агелия ярко выражала эмоции, и не было там никаких негативных мыслей.

Тяжело вздохнув и поднявшись с кровати, я отправилась в ванну принять душ.

Видимо, радуга и единороги когда-то должны были закончиться. Изменения начались после рождения Амелии, ее мир начал рушиться, и письмо стало более беспорядочным. Не сразу, но изменения начали происходить.

У матери после рождения Амелии случилось осушение внутреннего источника. Корнелия больше не могла находиться ни со своими детьми, ни со своим мужем. Наша аура ее убивала, подавляла и ломала, поэтому было принято скоропостижное решение уехать из замка.

Отец начал искать решение проблемы, Аарон помогал по мере возможностей. У парня были свои занятия с наставниками и обучение на мечах, ибо он будущий глава рода. Магия – это, конечно, хорошо, но и боевые навыки тоже лишними не будут. К нему не было спуска, и он был очень загружен, а там академия маячила на горизонте. В общем, времени было немного. Агелия же взяла на себя обязанности по уходу за младшей сестрой и попутно сама обучалась у наставников.

– Госпожа Агелия, вам пора собираться, – учтиво поклонилась служанка.

– Хорошо, подготовь наряд.

Сегодня я решила надеть черное прямое бархатное платье до пола. Оно плотно прилегало к телу, от колен платье расширялось, так что ходить было удобно. Плечи были оголены, а рукава от предплечья также увеличивались, как и подол платья. Завершили образ длинными серьгами и кольцом из камня апатита. Волосы заплели в высокую сложную косу, распустив несколько прядей спереди. В косу также добавили украшения из апатита.

– Отец сегодня ожидает вас за трапезой, – напомнила мне девушка.

– Помню. Как закончу с наставником, после сразу отправлюсь в обеденный зал.

Вообще, я стала немного рассеянной в последнее время, а встреча с отцом дополнительно выбивает из колеи.

Из дневника я заметила, что примерно с рождения Амелии, Агелия начала шифровать свои записи. Мне пришлось отправиться в библиотеку и расшифровывать всё по крупицам. Очень трудоемко и много времени занимает перевод текста, особенно когда не знаешь, на каких языках она это всё пишет.

В какой-то эпизод она начала скупать приглянувшихся рабов и порой ходить по заведениям, не очень благоприятным для юной леди. Она сама начала путаться в своих действиях и мыслях. Рабство в этом мире присутствовало, и, оказавшись по эту грань бытия, я понимаю, что она не просто так это делала.

Сам процесс развития мира довольно неплох, не глухие века уж точно, но в этом мире правит сила. Она основная составляющая, и неважно, на какой стадии прогресс, сила всегда будет впереди.

Дети с даром очень агрессивны в процессе взросления, по сути, выживает сильнейший. Запечатывают дар только в том случае, если происходит всплеск, но ограничение длится до академии. Если ты в состоянии контролировать свой дар, то молодец, возьми с полки пирожок, заслужил.

Интересен еще тот факт, что если твои силы не запечатаны, то и выходить за пределы своих земель вполне можешь, правда, не рекомендуется, но и запретить без веских оснований не могут. По этой же причине Агелия могла спокойно выходить по своим борделевским делам. Местный папочка смотрел сквозь пальцы на блажь своей дочери, похоже, был занят куда более важными делами.

Зайдя в помещения, отец с Амелией меня уже ожидали. Девочка была одета в кремовое платье немного ниже колена. Волосы забраны в высокий хвост, а глаза сверкают от радости. Отец, в свою очередь, в черном мундире с серебряными окантовками и родовой брошью на груди. Волосы у мужчины были уложены назад.

– Мрачного времени, отец, младшая сестра Амелия, – поприветствовала я родственников.

– Мрачного времени, первая дочь Агелия, – проговорил мужчина.

– Мрачного времени, старшая сестра Агелия, – звонко проговорила девочка, отец, немного удивившись перевел взгляд на нее.

– Ты изменилась.

– Все мы когда-нибудь меняемся, – ответила я вместо девочки, а Амелия лишь хитровато улыбнулась мужчине.

Присев за стол напротив Амелии, мы приступили к трапезе. После того как закончили с основной едой и слуги принесли закуски, отец начал разговор, точнее, допрос без отягощающих.

– Агелия, ты решила поменять слуг?

– Да, не все из них выполняли свои обязанности должным образом, – уклончиво ответила я.

– Раньше ты не обращала внимания на такие мелочи, – заметил мужчина с насмешкой.

– Нужно же когда-то начинать?

– Возможно, – задумчиво проговорил он, – но ты выбрала слишком мягкое наказание. В будущем это могут расценить как за слабость.

– Мне нужно было их убить? – безразлично поинтересовалась.

– Зачем же? Не обязательно, но подпорченная репутация – это лишь малая часть. Почему ты не решила продать их в рабство? – не унимался Кристиан.

– Им и так дорога в благородные дома теперь закрыта.

– Хорошо, пусть так, – согласился он и продолжил: – Я очень горжусь вашими успехами в учебе. Хочу сделать вам небольшой подарок, – взмахнув рукой, личные слуги отца тотчас принесли нам с Амелией по небольшой коробочке.

Открыв свою, я увидела маленький полукруглый медальон с драгоценными камнями, спаянный в цепочку. Без особого восторга я рассматривала бижутерию, у меня и так целая комната таких украшений. Сомневаюсь, что смогу все хоть раз надеть, хотя, его можно как браслет носить, если цепочку дважды обкрутить вокруг запястья.

Я посмотрела на Амелию, она тоже достала свое украшение. Немного отличается, но смысл, в принципе, тот же. Перевела взгляд на отца, он понял мой немой вопрос: «Ну и?»

– Это не просто украшение. У него есть защитная способность и водная целительная стихия. Если вы посмотрите повнимательнее, то заметите несколько камней разного оттенка. Каждый камень – это дополнительный артефакт. Конечно, ничто не сравнится с природными способностями, но он может сыграть хорошую службу, – объяснил мужчина.

Хм. Артефакт, значит. Теперь мне интересно, какие еще украшения в комнате могут обладать дополнительными функциями. Не поспоришь, хорошая вещь, но…

– Нам есть чего опасаться?

Мужчина немного задумался, а потом ответил:

– Замок хорошо защищен, но у меня много врагов. Это факт. Я бы предпочел, чтобы вы были дополнительно защищены хотя бы от внешних воздействий.

Амелия засияла от радости и, не сдержавшись, проговорила:

– Благодарю, отец, за столь ценный дар, я буду его беречь.

– Амелия, его не нужно беречь. Пользуйся им и пусть он оберегает тебя, как и Агелию, – серьезно проговорил мужчина, покосившись на меня.

– Благодарю, – учтиво склонила голову я.

– Благодарю, отец, – вслед за мной еще раз проговорила девочка.

– Дети, скоро мне также необходимо будет отправиться в соседнее герцогство, но оно не так нейтрально к нам. Оттуда я планирую привезти еще по одной вещи для вас. Я надеюсь, что вы оправдаете мои ожидания, – улыбнулся мужчина, отсалютовав бокалом вина.

– Обычно вы не упоминаете о подарках заранее, – заметила я.

– Да, – кивнул он, – но этот подарок будет отличаться от всех, что у вас есть.

– Это опасно?

– Вам не о чем переживать.

Отставив все приборы, отец дал понять, что трапеза окончена. Амелия начала собираться уходить, но я решила окликнуть мужчину:

– Отец, я хотела бы с вами поговорить, – начала я, но он взмахнул рукой, прерывая.

– Переместимся в мой кабинет.

Я лишь слегка склонила голову в знак согласия.

Кабинет отца встретил нас довольно минималистичным убранством. Самым примечательным был лишь огромный стол из красного дерева и по всей стене из того же массива его личная библиотека. Слева в помещении находился диван с несколькими креслами и столиком.

Указав на гостевую зону, мы присели на места. Он разместился в кресле, а я решила присесть на диван.

– Чай будешь? – спросил отец.

– Нет, благодарю.

– Так, о чем ты хотела поговорить?

Немного помолчав, я закидала его своими вопросами о рабах. Мне было важно узнать, как отец может отнестись к моему решению о судьбе моих подопечных. Мужчина только посмеялся, когда я задала вопрос: «Нормально вообще?»

– Твои рабы, только ты и можешь принимать решение об их судьбе. Первая дочь начала считать, что неправильно держать рабов? Да, возможно, с некоторой высокоморальной точки зрения светлых – это непростительно, – саркастично проговорил Кристиан.

«Получается, только я ими могу распоряжаться, уже неплохо. Значит, никакой бюрократии не возникнет, когда придет время их отпустить, так даже лучше», – подумала я и внутренне обрадовалась.

– Высокоморальной точки зрения светлых? – переспросила я.

– Верно, – кивнул он, коротко усмехнувшись, и продолжил: – Подумай вот о чем: им нет места нигде, они родились рабами. Некоторые же преступники высокорангового класса, изгои. Всех не спасти, некоторые не желают спасения сами. Такова жизнь.

– Но… как же право выбора? Те, кто родился рабами, в чем виноваты? За то, что просто родились?

– Думаешь, рабы совсем беспомощны и ничего не могут? – ответил он и наклонил голову на бок.

– Да? – почему-то вопросительно посмотрела я на мужчину.

– Нет, дорогая, они также могут убить своего хозяина. Дело в том, что подпитка рабской печати происходит в незначительных количествах, но постоянно. Поэтому хозяин должен разумно подходить к этим вопросам.

Я была немного озадачена его словами. Как это убить? Сразу захотелось уйти в себя и почувствовать те или иные изменения, но все было спокойно.

– Это как?

– Рабскую печать необходимо постоянно подпитывать. Это происходит неосознанно и не так опасно в обычном случае, но если хозяин ослаблен, некоторые рабы могут извернуться и перетянуть на себя остатки сил хозяина, что впоследствии может убить или опустошить источник безвозвратно, – терпеливо пояснил он. – Некоторые добровольно идут на такой шаг, потому что существо переходит под покровительство хозяина, это становится его ответственностью. Если существо погибнет, хозяина осудят. Если рабы погибают постоянно, то начнется разбирательство.

– Зачем тогда? Почему нельзя нанять как обычных слуг?

– Рабы нужны, хотя бы потому что благодаря им можно выбрасывать излишки энергии молодым. Они лучше подходят под сопряжение, так как связаны на прямую с хозяином, не все конечно, но вероятность возрастает в разы. Тем более, что некоторые так и норовят показать свою значимость. Это статус, понимаешь? – немного поморщился он, не одобряя – Во-вторых, это защита. Хозяин абсолютен, и другие не посягнут на его собственность. Если с хозяином можно договориться, то почему бы и нет? В-третьих, преступники, не забыла? Ну и последнее, думаю, некоторые просто не знают, как иначе.

Я задумалась и поморщилась в ответ. Конечно, складирование живой клади – это статус, оказывается. Я уже не говорю о перепродаже в бордели, но если жизнь ставит в такую позицию, из которой так просто не выбраться, то лучше принадлежать одному, нежели каждому мимо проходящему.

– А как же те, кто не может принимать такие решения в силу возраста? – с сомнением спросила я, а мужчина устало прикрыл глаза.

– Мы не можем нести ответственность за чужие решения, – выждав паузу продолжил: – Конечно, это не одобряется, но такое случается. Например, когда семья теряет кормильца, а у женщины остаются дети без возможности их прокормить. Как тогда? – задал он риторический вопрос.

– Они принимают сложное решение от безысходности продать одного, чтобы прокормить остальных. Как правило, это уже подросшие дети. Естественно, младенцы никому не нужны. Могу лишь сказать, что рабы нужны не только для постельных утех, таких детей зачастую покупают для более трудной работы. Молодняку выброс излишков энергии при запечатывании дара помогают в основном именно рабы.

Я все больше мрачнела по мере того, как мужчина говорил. Какой-то дурдом. С высоты прожитых лет он объяснял все довольно спокойно и лишь голыми фактами. Возможно, я могу понять, что сотни прожитых лет заставляют смотреть на вещи с философской точки зрения, но… Неужели контрацепцию еще не придумали? Это же мир магии или где? Почему нельзя придумать какие-то устройства для таких нюансов? Конечно, стопроцентные гарантии никто не может дать. В жизни может случиться многое, и порой не все так радужно. Но это как-то… Я не знаю.

– Хм, вы ранее сказали, что с высокоморальной точки зрения светлых это непростительно. Что это значит? – вспомнила я о сарказме мужчины в этот момент.

– О, дорогая, хоть светлые и твердят о морали и неправильности происходящего, они ничуть не лучше. Они просто лучше скрывают, а мы не пытаемся, – усмехнулся Кристиан, скрестив руки на груди.

– Лучше скрывают?

– Да. У них не приняты гаремы и рабство, уже только за это могут осудить. Светлые прекрасно справляются с этим нюансом, сделав рабов «обычными слугами», но уже с другой печатью, – оскалился он. – Или специальные заведения? Ты же их видела, ранее часто посещала…

Я прищурилась. Что это за намеки на толстые обстоятельства? Я вообще не в курсе, уважаемый. В глаза не видела и не горю желанием, только читала на страницах, если что.

– Вы следите за мной?

– Ты моя первая дочь, и знать всё – моя зона ответственности, – резко проговорил мужчина. – Так что, Агелия? Их не найти так просто, но они существуют и процветают. То, что там творится, страшнее простого рабского ошейника. Как ты думаешь, что лучше для таких существ?

– Я…

– Вот еще одна пища для размышлений, дорогая. Когда рабская метка ставится, существо так или иначе переходит под полное покровительство хозяина. Да, раб может погибнуть, но если хозяин доведет свою собственность до смертельного состояния, он будет терять авторитет и это осуждается. Если же это происходит постоянно, хозяин может в итоге потерять свой статус. Я не обеляю действительность, но все не так просто. В высших кругах это не одобряется, и верховный Дир – не милует.

– У светлых все по-другому? – неуверенно спросила я. Пусть добивает меня, чего мелочиться?

– Да, у светлых иначе. Нет ответственности – нет порицания. Часто это происходит из-за агрессивности молодых особей, конечно. В итоге одни вырастают, затем приходят другие. Мы не выбрасываем имущество и не избавляемся от него. Можно перепродать. Или, например, отпустить? Хозяин решает судьбу. А там приходит новый молодняк, – выдержав паузу, мужчина холодно поинтересовался. – Так что, дорогая Агелия, что же лучше?

В мыслях всплыла одна фраза из фильма: «Человек – это случайный набор атомов, мы маленькие, жалкие микробы, живущие лишь миг в равнодушной вселенной».

Его взгляд говорил, что он не требует ответа, лишь толика гордости мелькнула в его глазах. Он рад, что дочь начала задумываться о серьезных вещах? Так дочь его не задумывалась вовсе.

Для меня нет ничего лучше. Всё это мне чуждо, ни одна сторона медали не дает надежды существам, что оказались на коленях. Я не могу выбрать, потому что этого «лучше» нет и быть не может. Правит сила и превосходство. Показная добродетель в разы хуже, но это лишь грани. Отец не стал углубляться и объяснил только поверхностно, остальное я должна понять сама… и принять. Какая-то безысходная ситуация, сможет ли этот мир когда-нибудь уйти от этой действительности?

Не в моей власти изменить сам уклад этого мира, но встряхнуть болото – вполне. А надо ли мне это лично? Дар запечатан, я не умею им управлять, и обучение займет не один год. Но то, что в моих силах, я буду делать для своего комфорта. Возможно, кто-то поступил бы иначе на моем месте, но раз этот «кто-то» не на моем, выбор приходится делать мне…

Четко осознала, что… дает возможность. Терпеливо ждет того момента, когда я сама приду к нему с новостями. Ангелина, ты думала, что сможешь обмануть мужчину, который гораздо старше тебя, умнее и мудрее?! Скорее всего, после сегодняшнего дня я тоже добавила ему пищи для размышлений.

Мы с отцом просидели еще некоторое время в молчании, а затем я попрощалась с ним и направилась в свои комнаты. В тот вечер я приказала служанке, чтобы никто меня не беспокоил, впервые решила отложить все дела и побыть в одиночестве. Сосредоточиться на концентрации, к сожалению, не получится. Однако, время терпит, да и тот раздрай, что образовался в душе должен поутихнуть. Правда, одному самоуверенному подопечному вообще фиолетово на мое слово, положив на одно место…

Мужчина заявился в мои комнаты тихо и бесшумно, и только когда он подошел вплотную, я смогла ощутить его присутствие. Прервав мои метания, сделал потрясающий массаж, помог отпустить множество тягостных мыслей. Затем он так же быстро ушел, не дав мне возможности сказать ни слова, да даже поворчать на эту беловолосую самоуверенность…

Глава 16 Диментрионис

Дни проходили один за другим. Прошло уже два месяца с нашего последнего разговора с отцом, скоро мне предстоит отправиться в академию магии, к моему великому сожалению. День банкета также плавно, но неминуемо приближается.

После того как я приняла ванну, я дала распоряжение накрыть завтрак, и начались сборы.

Сегодня я выбрала синее платье в пол. На таком строгом фасоне корсета не предусмотрено, так как разрез проходит практически до пупка и расшит темной сеткой. Платье полностью закрыло руки и плечи, делая акцент на разрезе, книзу юбка расширяется. Из украшений я выбрала браслет, который мне подарил отец, и серьги с кольцом из камня берилл. Волосы я убрала наверх.

Позавтракала и отправилась на занятия с наставником, он, как и всегда, меня уже ожидал в кабинете. После небольшого приветствия я поинтересовалась у мужчины:

– Вы можете рассказать о происшествии на континенте Диментрионис?

– Уважаемая госпожа, те народы, о которых вы упомянули, были очень скрытными, и даже высшие Дире не осведомлены о подробностях событий на континенте. Этот континент немного меньше нашего, и там было больше островных частей, прилегающих к нему. Погодные условия были похожи на вольные земли, все четыре сезона примерно в равных количествах. Сами земли были очень плодородными, как и добыча ценных металлов и камней. Темные тесно контактировали именно с этими народами, – улыбнулся мужчина.

– Могу я узнать, что произошло, хотя бы в общих чертах? Это же не засекреченная информация?

– Не совсем так, я не могу много рассказать, так как сам не осведомлен обо всем, но у вас есть право знать. Произошел огромный выброс магической энергии в середине континента, который запустил цепную реакцию по всей земле. Отголоски этого события чувствовались даже за много миль от эпицентра. Это было не так быстро, как может показаться. Несталийцам удалось построить порталы, выбравшись из эпицентра, но многие погибли. Другие континенты не пострадали только потому, что окружающая вода перекрыла распространение энергии, – задумчиво проговорил мужчина и продолжил: – После этого высшие Дире ужесточили законы и теперь внимательно следят за магическими потоками и учеными.

– Получается, земля совсем не пригодна для жизни?

– На данный момент, многие стихийные маги помогают стабилизировать энергию, поэтому да – непригодна. Насколько мне известно, в эпицентре сейчас находится огромная магическая воронка. Она не увеличивается, но и самостоятельно никак не уменьшается, хотя сейчас лучше, чем было изначально. Я сам однажды был там, и уверен, что со временем земля восстановится, но это займет много времени, чтобы все вернулось в первоначальное состояние. Ведь полторы сотни лет – это слишком короткий срок для такого происшествия…

Выйдя от наставника, я пообедала и отправилась в породнившуюся библиотеку, чтобы найти новые справочники для расшифровки дневника. Выбрав несколько книг, я обратила внимание на закатное, поалевшее небо. Подошла к окну и просто наблюдала за этим чудным мгновением, так и держа в руках книги.

– Агелия, – позвала меня девочка, я перевела взгляд на Амелию и неловко улыбнулась.

– Малышка, у тебя же вроде занятия?

– Были, но последнее отменил наставник, назначив самостоятельную работу. Вот я и решила наведаться в библиотеку, – потупилась она.

– А ты все так и учишься, у тебя время на сон остается? – хихикнула я.

– Хватает, – хитровато улыбнулась она и погрустнела. – Что-то случилось?

– С чего ты так решила?

– Твой взгляд… Ты была далеко.

– Но я же здесь, – улыбнулась я ей и подошла, присев на корточки, чтобы встретится с ней взглядом.

– Ты изменилась после лихорадки и иногда как будто отрешаешься от всего, я волнуюсь, что ты вновь…

– Нет, милая, мне просто немного сложно, но такое случается со всеми. Всё будет хорошо, – успокаивающе погладила я её по голове.

– Обещаешь?

– Обещаю, хотя, наверное, ты моим словам не сильно веришь, – усмехнулась я.

– Верю! Тебе верю, – серьезно посмотрела она на меня. Я неосознанно поежилась от этого взгляда, а затем прищурилась. Впервые девочка была такой.

– Отец несколько раз уезжал по своим делам, но пока не вернулся с результатами. Даже мой интерес подключился от его таинственности. Что же он там такое ищет? – подмигнула я ей, переводя тему.

Иногда он задает наводящие вопросы, и я чуть несколько раз не попалась на попагадстве, но он терпелив и не мучает меня расспросами, хотя давно уже мог усадить за стол переговоров.

Подозревать-то подозревают, но не торопятся что-то делать. Да и если бы хотели убить, давно бы прирезали по-тихому, ночи здесь длинные, вариантов много.

В общем, я уже немного перегорела этой идее скрывать, что я не я и жизнь не моя. Однажды я даже чуть не сказала: «Телефон был бы кстати». Я реально возмущалась, когда отец вернулся из поездки и передал мне какую-то ерунду, а потом спросил, почему я не ответила на его письмо. Что же я должна была написать в ответ на прошение к его величеству?

Мало того, что тут не принято писать две-три строчки, коротко и по факту. Почему нет? О, отнюдь. Здесь либо не пиши вообще, либо поэму минимум трехстраничную оформляй. Мне довольно сложно по сей день дается письменное ремесло. Читать могу, более того, два местных языка знаю. Плюсом сейчас занимаюсь расшифровкой дневника Агелии, так что шапочно даже могу и дополнительно какие моменты понять на других языках.

Писать получается, но очень долго и, мягко сказать, как кура лапой. Наставник поначалу почти в кому впал от моего произведения искусства. Как вишенка на торте, которая привела меня в дикий визг и далеко не счастливый – это перо. Да, черт возьми, перьевые ручки или просто адовые части тела какого-то животного. Бедное милое животное и на запчасти, беспредел!

Я как-то решила посмотреть иллюстрации животных, если честно, лучше бы не открывала бы вовсе. Практически сразу закрыла, покачав головой. Не существует здесь милых зайчиков, хомячков или мышек на худой конец, о нет. Даже если и есть такое милое животное, то у него в довесок будет яд, который может убить тебя за несколько мгновений. Поэтому нет, на темной и вообще какой-либо половине розовым павлинам тут не место.

С письменными принадлежностями, конечно, всё оказалось очень печально. Мир магии, ёперный творец, почему не придумали удобные магические ручки? Чем они там занимаются, мизинчиком об угол, маги? Зря штаны просиживают, тихий ужас!

Оказалось, что в прошлый раз, когда я отправила отцу пять строчек, включая инициалы в начале и конце, я совершила верх абсурда в письменном этикете, представляете? Да, здесь даже есть такое – письменный этикет. Зато нормальные ручки для такого действия ни к чему, о нет, мозги не на то заточены.

В общем, если бы я написала такое кому-то другому, меня бы заклевали. Пронесло, правда, я выслушала продолжительный монолог от отца. Мужчина даже ни разу не запнулся, он как будто готовился к такой речи. Хотя почему как будто? Скорее всего, так оно и было, времени было предостаточно.

Пока он распинался о правилах этикета, тряся внушительным томиком в руках, я задавалась немым вопросом: «А, собственно, почему именно сейчас?» В наш прошлый разговор он не мог что ли прочитать свой монолог? Ему потребовалось несколько месяцев на подготовку? Репетировал? Дал жару, однако.

Я внимательно выслушала его тридцатиминутный монолог, стоя, как оловянный солдатик, и периодически кивала в знак согласия, мол: «Да-да, отец, помню, знаю, зафиксировала, уяснила, пояснила и на подкорке утрамбовала, ага».

В конце концов, загрузив мне мозг по полной программе, ведь недостаточно его напрягаю, видите ли, мужчина был удовлетворен произведенным эффектом, отпустил меня восвояси. Обиделся, походу, что я вообще ничего не написала в ответ. Надо будет в следующий раз сердечко трехстраничное нарисовать, пусть расшифровывает…

– Мне тоже очень интересно, он никогда не предупреждает заранее, – засияла она. – Значит, будет что-то воистину необычное!

– У тебя есть предположения, что именно?

– Не знаю, папа скрытен, и если сам того не захочет, то никто об этом не узнает. Я пыталась, но все тщетно, – надула она губки, а я рассмеялась. – Много всего можно найти и еще больше всего ценного…

– Не сомневаюсь, – поднялась с колен и протянула ей руку, вновь переведя взгляд на замковое окно. – Ты не хочешь прогуляться по саду? Он так прекрасен, что же нам сидеть только в замке?

– Ты пойдешь со мной? – недоверчиво поинтересовалась она.

– Не только же учиться круглыми сутками, не правда ли? – улыбнулась я ей, посмотрев на девочку. Она приняла мою руку, и мы отправились гулять по саду.

– Хорошо, – засияла она.

Самое удивительное, что цветы были очень похожи, как из моего мира, но в то же время столько отличий. Цветы очень хрупки, и, чтобы защитить себя от внешнего мира, адаптировались и приобрели множество свойств. Некоторые из наших растений были с ядом, а некоторые – с огромными шипами. Были и такие, которые с виду безобидные, но питаются далеко не божьими коровками.

Амелия рассказывала с таким воодушевлением, сверкая глазками, обо всех цветах и растениях, растущих в нашем замке. У меня сложилось впечатление, что она старалась компенсировать недостаток внимания родителей и хотела стать ближе к остальным хотя бы в информационном плане. Все цветы были посажены еще матерью, когда она жила в замке, а сейчас только поддерживают эффект великолепия.

Я, наслаждаясь обществом Амелии, забыв на время о многих своих пробелах, будто сама стала на порядок ближе к здешним обитателям. После того как мы нагулялись вдоволь с малышкой, распрощались на прекрасной ноте.

Когда я дошла до своей комнаты, я остановилась на пороге, как вкопанная. Я была приятно удивлена, обнаружив в этом мире такое растение. Его запах был очень ненавязчивым, спокойным и расслабляющим. В моем мире часто можно встретить косметические средства и ароматы для дома, основанные на этом растении.

Цветки этого растения даже заваривают в чай, и у них прекрасные бактерицидные свойства. Как приятно! Я не надеялась ощутить что-то подобное в этом мире. Бесспорно, есть более приятные ароматы, но сейчас все так напомнило мне о моем доме.

Комната встретила меня чистым свежим ароматом лаванды.

Моя матушка очень любила заваривать чай с цветками этого растения, ей нравился именно натуральный вкус чая. Когда я жила с мамой, каждый вечер мы садились пить чай с разнообразными вкусами, поэтому никогда не пользовались пакетированными чаями.

Обессиленные после трудного дня мы с матушкой собирались за столом, пили чай, беседовали и снимали усталость. Это было нашей маленькой семейной традицией, наш островок комфорта и глоток свежего воздуха от всех проблем. На некоторое время мы могли отвлечься от всех забот и просто наслаждаться моментом.

Когда пришло время мне покинуть родительское гнездо, я переняла эту традицию и начала делать то же самое в своем доме. Мы часто созванивались с мамой вечерами, разговаривали по телефону, и каждая из нас не забывала упомянуть, что именно сегодня добавилось в наш напиток.

Это были прекрасные и солнечные времена, которые уже не вернуть…

Когда мамы не стало, я переехала в другой город. Долго не могла поднять руку в сторону нашей маленькой традиции. Просто не могла. Тогда основными напитками в моей жизни стали отвратительное растворимое кофе и пакетированный чай. Кофеварка начала пылиться в темном углу, а травы и добавки для чая я убрала в темный ящик. После того как я немного пришла в себя, травы уже были испорчены, и мне пришлось все выбросить.

Кажется, именно в тот вечер я решила освежить память о маме. Я как раз собиралась пойти и купить новые порции для чая, когда после этого наступила темнота. Много тьмы, немного боли и отчаяния, проснулась уже в этом мире, ничего не понимая.

Ностальгия нахлынула с такой силой, что я не могла пошевелиться и просто стояла на входе, вдыхая такой знакомый аромат. Я закрыла за собой дверь, приказав никого меня не беспокоить, так как немного впала в прострацию.