Текст книги "Не истинная - нейтрал (СИ)"

Автор книги: Рина Чар

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 19 страниц)

В ту ночь осталось только яркое наслаждение и необузданное пламя страсти. Мы жаждали прикосновений, отдачи, подчинения и огненного пламени в глазах. Мы оба словно потеряли рассудок. Всё было ярко, остро и на грани безумия.

Мужчина хотел что-то доказать… Что? Зачем? О, нет, милый, всё потом, а сейчас я лишь хочу чувствовать – да, именно так… Больше. Но этого все равно было недостаточно…

Ноиль убеждал меня в чём-то своими движениями. Они говорили: «стань моей, и я склоню весь мир к твоим ногам». В этом нет сомнений. О, нет. Склонит и преподнесёт мир – безусловно, даже бровью не поведёт. Но нужен ли мне мир, склонённый передо мной?

Мы отпустили все внутренние ограничения и слились в одно целое. Ничто в эту ночь, кроме наших стонов, не доносилось из покоев. В этом порыве не было желания сопротивляться, все силы были направлены только на покорение друг друга. Мы хотели этого всем своим существом, даже тем, что спит глубоко в сознании…

Дыхание сбивалось, кожа горела, стоны перетекали в хрип, а я плавилась от этих прикосновений, погружаясь всё глубже в этот омут. Я чувствовала всей своей сутью опаляющую страсть и раз за разом его аромат сливался с моим. Руки, что блуждали по телу, опьяняли настолько, что не оставалось никаких сил, лишь просьба продолжать, ни на миг не останавливаться. Это была маленькая битва, которую никто не хотел проигрывать…

Глава 23 Финик, или ново-пернатость на выгуле

Ночь не может длиться вечно, и когда-нибудь наступит день. Я проснулась не от утренней скованности всего тела, а от ощущения тяжести на своей тушке. Открыв глаза и повернув голову, я увидела мужчину, лежащего рядом. Его лицо было прикрыто длинными пепельными волосами, но по равномерному дыханию я поняла, что он мирно сопит, сковав при этом собственническими замашками.

М-да. Прям скрутил меня всеми конечностями. Одна его рука покоится под подушкой, а другая – на мне. Нижние конечности тоже не оставили меня без внимания. Вот ведь! Неужели он думает, что таким образом сможет удержать леди, если она того не хочет? Я откинулась на подушку и дала себе немного времени.

На самом деле, моё утреннее состояние после вмешательств Ноиля намного лучше. Я не тешусь надеждой, что если мы будем засыпать каждую ночь вместе, то проблема решится сама собой. Это облегчит моё состояние, но не изменит ситуацию кардинально.

Но чего скрывать? Всё-таки неплохо так время проводить. Когда я попала в этот мир, я не давала себе возможности расслабиться. А ведь так приятно, когда есть возможность почувствовать себя молодой и привлекательной. Смысл всю такую прелесть оставлять мхом зарастать?

Хм, как там отец сказал? Лучший вариант для меня – это тот, кто уже потерял свою истинную? Возможно, этот конкретный экземпляр уже потерял её. Может с этим старым перд…древностью попробовать чего-эдакое? Ай, пуще, Ангелина, не для тебя тут розочка росла…

Эта мутность несусветная молчит, как партизан, и не желает открываться. Есть ли смысл навязываться ему? Может быть, он и не хочет ничего. Я понимаю, что здесь могут быть замешаны неуверенность и предрассудки. А непостоянство в мыслях и поведении, так и веет на ветру. Всё это создаёт ощущение хаоса и путаницы. Дурдом на выезде, в общем!

Эх, как же всё-таки хорошо, тело такое лёгкое. Я немного потянулась и улыбнулась, ощущение, что сейчас взлечу. Приятно и очень даже неплохо. Дорвались до бесплатного, понимаешь. Безусловно, близость – один из лучших вариантов для выброса энергии. Интересно, как с таким темпераментом он так долго сдерживался?

Так, ладно, пора собираться. Неплохое такое бодрое утро, но дела не ждут.

С третьего раза у меня получилось аккуратно высвободиться из тисков и я отправилась в уборную. Когда я закончила все свои дела, мужчина ещё спал. Я мысленно усмехнулась, кто кого ещё заездил, однако.

Я взяла книги и не стала дожидаться его пробуждения. Отправилась в библиотеку, там почитаю. Тихо вышла из своих комнат и пошла по направлению помещения знаний. Запах, витавший в библиотеке, успокаивал.

Сейчас стоит немного привести мысли в порядок. Возможно, я просто позорно сбежала, но что ещё я должна была сделать? Пробудить спящего красавца нежным поцелуем и клясться ему в любви?

Если бы он не желал этого, то ничего бы не было. К этому моменту давно всё уже шло. Мужчина бы добился своего рано или поздно, так чего переживать? Пусть остаётся всё как есть. Не думаю, что эта ночь что-то поменяла, мы взрослые люди. Было приятно, очень хорошо. Вот только это было ночью, а утром приходит осознание. От своего решения отпустить я не откажусь. Да и в правду, может быть, его истинная любовь бродит где-то рядом.

Вполне вероятно, может оказаться, что для него это было ошибкой… Хотя вроде трезвый был. А может быть, эта ошибка для меня? Не знаю, в общем. Сейчас надо немного проветриться. Я не буду предаваться моральному контексту и искать оправданий. Я хотела этого. Он тоже. Всё! Глупость сделана, едем дальше…

Я присела на свой любимый диванчик в библиотеке и постаралась отрешиться от мира вокруг.

Итак, что мы имеем?

Пару яиц толлиаса. Окрас скорлупы с серого цвета постепенно меняется, приобретая разные оттенки. Когда яйцо наполняется энергией и магией своего хозяина, скорлупа трескается. Не вылупившиеся толлиасы хрупки в скорлупе, поэтому их популяция оказалась под угрозой.

Многие хищники охотятся на яйца этих животных. Если несталиец впитает детёныша, который ещё находится в яйце, то у того увеличится магический потенциал и сила.

Похоже, некоторым легче получить одноразовую плюшку, чем возиться с вылуплением.

Иногда животные реагируют на хозяина почти сразу, порой ждут годами, но случалось и такое, что яйцо не показывало признаков жизни. Если повезет и скорлупа треснет, то животное станет верным помощником на всю оставшуюся жизнь. Животное и хозяин неотрывно связаны между собой.

Форма животного зависит от подсознательных факторов хозяина. Нет двух одинаковых толлиасов. Некоторые привычки они перенимают ещё в скорлупе, подпитываясь энергией хозяина и его эмоциональным фоном.

Если получится, скорее всего, это будет друг или что-то похожее на фамильяра: котик там, цыпленок… Ага… Змея подколодная.

Я понимаю, почему Амелия так загорелась, но информации мизерное количество. Что надо сделать, чтобы оно вылупилось? А что делать, когда оно одарило этот мир своим присутствием? Какой уход? Что вообще надо? Может, они там особой кровью питаются по утрам, а на обед блюда с определенной прожаркой… Все ерунда, давай по новой!

Я немного расстроилась, закрыв книги. Вообще никаких ответов! Зачастую процесс происходил интуитивно или случайно. Не густо, и вообще всё пусто. Сделай то, не знаю что, и вылупится доселе неизведанная зверушка.

Счастье привалило, в общем. Не стоит забывать, что после вылупления животное, хоть и маленькое, но очень опасное. Бывали случаи, когда оно нападало на хозяина. Этот факт меня не порадовал. Что, если животное нападёт на малышку? Так, брось такое даже в мыслях, Ангелина. Всё будет оке, понятно?

– Агелия-я-я! – по всей библиотеке разнёсся визг Амелии.

Я подскочила, как ужаленная, и, подхватив с собой тяжёлый фолиант, побежала на крик. Так, на всякий случай… Не убить, так покалечить, чтобы защититься. Главное, самой по пути не убиться.

Когда я фурией влетела в комнату, то на некоторое время остановилась, прищурившись и не зная, чего ожидать.

– Что? Где? Кого? – проорала я. – Амелия! Где враг? Кого великолепной книжкой тут нужно уму-разуму поучить?

Я начала осматриваться. Враги или нет, но девочку я отвоюю!

– Это что ещё за… – начала я и осеклась.

– А-Агелия, смотри! Он вылупился! Вылупился! Кто это? Что он там делает? – дрожащим голоском забросала меня вопросами Амелия.

Фу-у-х. Перевела дыхание и слегка успокоила бешено колотящееся сердце, так и до инфаркта недалеко!

– Сидит, – хмыкнула я. – О, перестал чесать перья и посмотрел на меня.

– Просто сидит? Что мне делать? – спросила она.

– Что-что, – передразнила я её. – Не знаю, я как раз изучала этот вопрос. Ты же сама хотела сначала подробности узнать. А если бы он тебе что-то сделал? – строго спросила я.

– Да знаю я! Я как раз этим и занималась здесь. Пока читала, скорлупа треснула. Я даже понять ничего не успела, а он вылупился! У меня не получилось даже от яйца просто отойти, как он уже на моей голове оказался, – проговорила девочка, оправдываясь. – А кто там, кстати?

– Не видела, значит? Очень красивая жёлто-оранжевая птичка. Феникс? – пробормотала я чуть тише в конце, но девочка всё равно услышала.

В моём мире феникс – птица солнца. Птица, которая возрождается из пепла. Как интересно и символично. Видимо, таких существ в этом мире нет, судя по удивлению Амелии.

– Феникс? А что это такое? Птица такая? – снова закидала вопросами Амелия.

– Да так, не обращай внимания. Попробуй медленно протянуть ей свою руку, может она улетит, а там посмотрим? – с волнением проговорила я. Вот не хотела я, чтобы эксперименты с дикими яйцами проходили первые у малышки. А если покалечит? Че делать то? Где те умные книги, которые так нужны!

Девчушка послушно начала медленно поднимать руку ладонью вверх.

– Так! Сейчас у кого-то перьев станет на порядок меньше! Будешь общипанной курицей, а не птицей, восстающей из пепла! – прищурилась я, пытаясь пронзить новопернатость своим лазерным взглядом.

И вот, когда она была почти рядом с птицей, это пернатое су…создание впилось ей в ладонь!

– Ах ты же пернатая хохлатка! Я тебя на шампуры пущу и зажарю под твоим пернатым соусом! – взъярилась я и начала подходить, держа фолиант побелевшими руками.

Когда я практически подошла, птица сама отпустила руку Амелии и взлетела под потолок, спокойно приземлившись на люстру. Я подбежала к малышке и присела перед ней на колени, встретившись с ней взглядом.

– Малышка, как ты? Сильно болит? Голова не кружится? Дай посмотреть руку, пожалуйста, – взволнованно спросила я, осматривая девочку. Сердце колотится как бешеное, валерьяночки бы попить от таких происшествий.

– Всё в порядке, сестра. Связь установилась, и теперь он мой друг, – гордо проговорила малышка, широко улыбнувшись.

– Друг, ага. Какой друг будет руки кусать? Я думала, что он улетит или её понюхает. Может, хозяйский запах почует. Ну и что, что это птица. Нюхалка-то в клюве присутствует, – проворчала я. – Дай всё же посмотрю на руку. Надо обработать ранку, а то неизвестно, где эта пернатость клюв наклёвывала, – недовольно проговорила я и покосилась на животное.

Амелия протянула мне руку, и, осмотрев её, я уже никакой раны не заметила. Затянулась. Вот ведь, постоянно забываю, что они не люди. Облегчённо выдохнув, я потянула малышку на диван.

– Как ты поняла, что связь установилась? – спросила я, пытаясь прийти в душевное равновесие.

– Так он сам же и сказал, – улыбнулась малышка.

– Как это сказал? Он говорить может? – удивилась я, встрепенувшись.

– Не совсем, – покачала она головой. – Они посылают мыслеобразы прямо в наш разум, и так мы можем общаться. При этом мне не обязательно произносить слова вслух. Достаточно подумать о своём питомце, и он услышит, где бы ни находился.

– Как интересно, значит, об этом в книгах было написано о связи, но почему так завуалировано? – проворчала я, риторически спросив.

– Каждый хозяин старается хранить секреты своих животных, так как у многих это индивидуальные особенности. Раньше было много информации о них, но сейчас ее урезали, чтобы хоть немного избавиться от нападок в их сторону, – пояснила девочка.

– Он об этом тебе сказал? – прищурилась я и покосилась на эту курицу.

– Да, – рассмеялась Амелия.

– Полезная пернатость, однако… Но почему тогда не скрыли информацию о том, что их можно поглотить для увеличения магического потенциала? – с сомнением поинтересовалась я.

– Ее скрыли, это отец смог найти книги некоторых старых источников, но даже там информации очень мало.

– А это ты откуда знаешь?

– Так отец рассказал, – пожала она плечами.

– Восхитительно, – прошелестела я.

– Агелия, а что это за запах новый вокруг тебя витает? – принюхавшись ко мне, спросила девочка.

Я удивлённо повторила её жест и… ничего не почувствовала. Хм… Так. Это что ещё за палево мне тут привалило?

– Эм, духи новые? – почему-то вопросительно проговорила я. Даа, конспиратор из тебя самый-самый. Ангелина, тебе только подозреваемых допрашивать.

– Хм. Возможно… – как-то подозрительно ответила девочка.

Вот ведь детектив маленький! То-то на меня некоторые слуги удивленно косились… Что, хозяйка впервые, что ли, с подопечными время проводила? Так как теперь от запаха избавиться? Вот ведь божья тварь под плинтусом!

– Эм, ну… Раз уж так вышло, давай познакомимся с твоим новым питомцем? Ты уже придумала ему имя? – перевела я тему.

– Имя?

– Им не дают имена? – скептически проговорила я. Малышка задумалась, и складывалось впечатление, будто ушла в себя. По ее мимике стало понятно, что она переговаривается с птицей.

– Не дают, – отрицательно покачала она головой.

– А как ты собираешься к нему обращаться? – улыбнулась я. – У тебя ведь имя есть…

– К нему необязательно обращаться, нужно лишь подумать, – с сомнением ответила девочка.

– Все-таки стоит назвать? – понимающе улыбнулась я.

– Да, – счастливо улыбнулась Амелия. Вновь ненадолго погрузившись в себя, она гордо проговорила: – Его зовут Феникс.

– Как занимательно и какое необычное имя! Сама придумала? – съехидничала я, поперхнувшись, и задумчиво продолжила: – Феня, значит…

Когда птица услышала своё имя, она тут же подлетела к нам и приземлилась на плечо Амелии. Я смогла разглядеть её поближе. Это был совсем маленький детёныш. Окрас переливался от оранжевого к жёлтому. На холке был небольшой гребешок, а клюв имел красноватый отлив. Хвост был необычной формы и состоял из множества маленьких перьев. Птица была очень пушистой и очаровательной. Благородный и величественный, хоть и такой маленький. Он идеально подходил Амелии.

– Он тебе подходит. Очень красивый. Пусть служит тебе верой и правдой, – погрозила я пернатости пальцем. – Умничка, малышка. Ты справилась, я за тебя очень рада.

Я ласково улыбнулась ей и погладила по голове. Может быть, это и к лучшему, что у Амелии первой получилось пробудить яйцо. Иначе я бы, наверное, от неожиданности кое-кому хвост прищемила…

– Протяни руку, – попросила девочка.

– Не откусит? – недоверчиво спросила я, покосившись на птицу. – Что-то не вызывает он у меня доверия. Чую, подозрительный он. Это хозяйку свою он больше не тронет, а вот у меня руку может оттяпать по локоть.

– Нет, – звонко расхохоталась она. – Он просто запомнит тебя, и когда вылупится твой, мы сможем связываться.

– Откуда ты это знаешь? В книгах такого тоже не было, неужели такой мелкий знает уже всё? У них коллективная память или как? Ай, чёрт, Финик пернатый, клюв помыл бы сначала! – поморщившись, сказала я.

Она не ответила, лишь хитро посмотрела на меня с толикой загадочности. Отпустив мою руку, эта пернатость накидала мне таких мыслеобразов, что это уже я почувствовала себя курицей на вертеле. Ого, а птичка-то с характером! Я громогласно расхохоталась.

– Вот ведь пернатый рептилойд! Ничья, ладно. Один – один, согласна.

Очуметь, вот это да! Может, ну его? Пусть мой посидит в яйце до эдак моей смерти? Если этот такими мыслеобразами меня тут закинул, то что будет с моим? Ой, нет, не надо. Пусть посидит, ума наберётся в яйце своём, я не готова к таким подвигам. Передам правнукам по наследству, они там разберутся… Я в них верю.

Когда я отсмеялась, я серьёзно и с благодарностью посмотрела на Амелию.

– Спасибо за доверие, малышка, – проговорила я, слегка прослезившись, и ласково погладила её по голове.

Если отсеять больше половины моей прожарки, из мыслеобразов Феникса я поняла, что такое позволяется только самым близким. Также Феникс просигнализировал, что моему яйцу ещё не пришло время. Обнадёжил, что уж там.

С девочкой мы просидели до вечера в библиотеке, общаясь. Феникс, конечно, вредничал, но на многие наши вопросы отвечал. Когда девочка совсем уморилась от сегодняшнего дня, мы отправились по своим комнатам.

Настроение было хорошее. Банкет уже близко, остались считанные дни до празднования. Теперь у меня не останется времени на развлечения, пора заканчивать последние приготовления.

Когда я дошла до своих комнат, я остановилась на пороге, вспомнив о прошлой ночи. Наверное, надо было оставить записку? Ладно, чего уж там. Всё равно уже поздно, не маленький и так сообразит, что к чему. Сейчас я уже полностью успокоилась и привела свои мысли в порядок.

Думаю, я поступила правильно. Что случилось, то уже произошло. Мы взрослые существа, в конце концов! Никто никого не принуждал, и нам было хорошо вместе. Тем более, я дала возможность выбора не только себе, но и ему. Мы не находимся в официальных отношениях, поэтому это был самый лучший вариант с утра. Да, всё правильно…

Ага, только как, когда я зашла в помещение, увидела новшество, которого ранее не наблюдалось.

Правильно – неправильно, а отпечаток кулака в стене чётко дал понять, что где-то ты наморозила, Ангелина. Для справки: стена-то из камня, а магия в консервации…

Глава 24 Право без права отказаться

Дни шли своим чередом. Подготовка к банкету была завершена, остались только мелкие детали. Завтра наступит день икс, и приближение праздника заставляет нервничать всё сильнее. Это не ощущалось во время подготовки, но теперь, когда всё произойдёт завтра, нервы ни к черту.

Мне так и не удалось спокойно поговорить с отцом о результатах расследования. Конечно, прошло не так много времени, но я надеялась, что появились хоть какие-то сдвиги. Из-за подготовки к банкету у меня практически не оставалось времени ни на что другое. Хотя, если бы отец нашёл что-то действительно важное, он бы не заставил себя долго ждать.

Целители не смогли порадовать меня утешительными результатами, как и все остальные. Отец приглашал ментального мага, медиума… Короче, всех, кого только можно, и не совсем. Даже троюродную бабушку левой пятки по материнской линии зятя подруги, который был «лучшим из лучших».

Возможно, я действительно всё себе придумала, и в академии, когда снимут ограничение, всё нормализуется само собой. До нее осталось совсем немного, по сути, после банкета я начну паковать вещи для отправки.

После той ночи Ноиль более не появлялся пред моими очами. Обиделся ли или просто не выказал желания – я не знаю. Не уверена, чего он от меня ожидал, но понятно одно: его ожидание не оправдалось. В свою очередь, я тоже не искала встречи. Да и подготовка пошла полным ходом, занимая всё мое время, так что было не до того.

Несколько дней после этого слуги и родственники на меня косились. Запах ещё присутствовал, но вопросов никто не задавал, только нервы потрепала. Моим постоянным спутником стал Роиль, скрашивая вечера. О кулаке в стене он, конечно, молча решил уточнить: можно ли спрашивать? Я лишь отмахнулась. Думаю, и так всё ясно.

В тот вечер я поинтересовалась у него о довольно деликатной и насущной для меня теме – о контрацепции. Что делают-то существа в такой ситуации? Агелия, вероятно, знала об этом, а мне в книгах такое не встречалось.

Роиль только покачал головой и пальцем покрутил у виска.

– Хозяйка, вы это серьёзно?

А что я? Для меня это действительно важный вопрос. Спрашивать у служанок я не решилась, ибо до сих пор не знаю, кто из них докладывает отцу о моих делах. Да и вообще, может, здесь есть ядовитая змея, которая пытается свести меня с ума. Но с рабами всё немного иначе. Они подчиняются непосредственно мне, и никто не имеет права им приказывать.

– Того не того, не знаю, – отмахнулась я. – Ответь, Роиль, прошу. Вроде ты уже должен привыкнуть к некоторым вещам.

Мужчина только тяжко вздохнул и ответил:

– Вам не о чем переживать. Зачатие может произойти только в браке или от предварительно поставленной печати официальных любовников – лаарры. Однако даже лаарра не может дать гарантию. У простых людей всё намного проще, но не у нас.

– Слушай, я не привыкла надеяться на манну небесную! Бастарды тоже откуда-то берутся, и не только у людей, – пристально посмотрела на мужчину, немного нахмурившись.

– В чём-то ты права. Но это исключение, – откинувшись на спинку кресла, проговорил он, о чём-то задумавшись.

Видимо, не каждый думает о таких вещах, надеясь лишь на расовые особенности. Но я не хочу полагаться только на этот фактор, тем более что я из другого мира. Может быть, в теле тоже произошли какие-то изменения из-за этого. Я ведь не знаю, как было у настоящей хозяйки тела, и могу судить лишь по себе.

– Включение или переключение – неважно. Я понимаю, что иногда задаю немного смущающие и нетипичные вопросы. Это происходит не просто так. Когда-нибудь ты узнаешь причину, но сейчас мы находимся в вынужденном положении друг у друга. Я не хотела бы в таком ключе рассказывать об этом и, если честно, не готова пока что, – проговорила я, слегка улыбнувшись.

– Хорошо, я вас понял, прекраснейшая. Существует растение, которое называется риманта. Оно растёт практически везде, но для приготовления отвара лучше обратиться к лекарям. Листья сами по себе не опасны, именно они используются, а вот в стебле содержится яд. Он не убьёт нас, но может вызвать неприятные ощущения, – пожал он плечами в ответ.

– Хм. Значит, всё же придётся обратиться к лекарям, печально, – устало проговорила я.

– Зачем? Я могу приготовить сам. В академии зельеварение изучают ещё на первых курсах, так что это не самая сложная задача, которую вы могли бы поручить, – усмехнулся мужчина.

– Там и такому будут обучать?

– А вы как думали, прекраснейшая? На первых курсах основная задача – обучение концентрированию. Попутно будут преподавать и другие основы. С третьего курса начнётся основное обучение по факультетам и углублённые знания. Практикумы тоже будут, – насмешливо проговорил он.

Вот оно как. Я-то думала, что сразу будут распределять по факультетам и обучать специализации. А оказывается, параллельно будут учить концентрированию.

– Не отравишь? – ехидно поинтересовалась я.

– Как вы могли такое подумать? – ахнул мужчина.

– Я и не думала, не обижайся.

– Я не из обидчивых, прекраснейшая.

– Либо одноразово? – рассмеялась я. Мужчина коротко улыбнулся, не став отвечать на вопрос.

– Между прочим, рабская печать не позволит напрямую навредить своему хозяину.

– Это прямое воздействие получается? – задумчиво поинтересовалась я.

– Не совсем так, но тут важны помыслы. Одно дело, когда неосознанно сделал что-либо, другое – когда ты об этом знал и все равно продолжил. Магические договора не прощают погрешностей.

– Но такое все равно возможно, – прищурилась я.

– Возможно, но придется очень постараться, чтобы обмануть саму магию, – усмехнулся мужчина.

– А ты можешь?

– Могу, но не буду, – улыбнулся он в ответ.

– Хорошо, я тебе доверяю, Роиль… Сможешь сделать мне такой отвар? Это ведь не будет поздно, если принять его немного позже?

– Нет. Вообще, это лишь для вашего душевного равновесия. Если так было бы суждено, поверьте, ничто бы зачатие не остановило.

– Вот ведь змеюка проклятая! Ехидничает мне тут ещё! Что вы милейший, может, и у вас по миру уже несколько горгонят бегает, а вы и не в курсе, – насмешливо проговорила я.

В этот момент спесь слетела с мужчины, и он ненадолго задумался. Видимо, прикидывает варианты. Ага. Думай, горгон, думай.

– Слушай, я хотела спросить тебя ещё кое о чём, – начала я и выждала паузу, подбирая слова. – Ты ведь раньше жил на вольных землях?

– Да, но давно там не был, сами понимаете. Вы хотите на экскурсию, прекраснейшая? – усмехнулся он.

– Может быть, когда-нибудь, но не сейчас, – отмахнулась я. – Понабрался от меня слов! Меня интересует вот что: есть ли зёрна кофе? Они небольшие и тёмные на вид. Из них можно сварить напиток с горьковатым вкусом.

Роиль задумался на мгновение и ответил:

– Тёмных зёрен есть несколько видов, но с таким названием я не сталкивался.

– Вот, значит, как, – погрустнела я. – А ты смог бы достать эти виды тёмных зёрен? Я слышала, что на вольных землях выращивают необычные сорта. Мне очень хочется увидеть их.

– Сейчас это довольно затруднительно, – склонил он голову набок. – Но я подумаю, что можно сделать, прекраснейшая.

– Не-не, это не обязательно, если совсем тьма, – затараторила я, сдуваясь. – Это личная просьба, но если там совсем трудно достать эти зёрна, то не стоит беспокоиться.

– Дело не в этом, – подмигнул мужчина, уклончиво ответив. – Посмотрим.

– Благодарю, – лучезарно улыбнулась я.

После этого мы ещё немного посидели и разошлись по своим комнатам, а следующим днём Роиль принёс мне зелье. Возможно, он прав, и это просто для успокоения души. Но дети сейчас – это роскошь, которую я не могу себе позволить. Лучше так, нежели потом узнать об изменениях в планах на жизнь.

Честно говоря, я так и не поняла, к какой расе принадлежит Ноиль. Дракон? Горгона? Химера? Метаморф? На все эти расы он чем-то похож. Возможно, его предки постарались впихнуть невпихуемое, ибо генетика – страшная вещь. Я склоняюсь к одному конкретному варианту, но у самого Ноиля не спрашивала о его расовой принадлежности.

Одна ночь не изменила наших отношений. Почему-то у меня складывается впечатление, что если спрошу – ответит. Правда, я чувствую, что обратной дороги для меня уже не будет. Ноиль просто так не отпустит. По нашему общению я поняла, что о таком мужчине надо знать либо всё, либо ничего. Середины в этом случае не существует, а если знать всё, то и уйти уже не сможешь. Ну… или только на тот свет.

С яйцом обстоят дела иначе, оно всё ещё не желает вылупляться. Феникс только ехидничает и говорит: «Не время». Но когда это время наступит?

Пару раз даже разговаривала с яйцом, мол: «Миленький, выбирайся давай из своей скорлупки. Абонемент не вечен».

Было дело, торговалась с предметом роскоши, укладывала его рядом на подушке. Утрамбовывала так, чтобы не разбить, получалось как бы вместе, но не совсем. Даже угрожала один раз. Каюсь. Разобью к чертям, и будешь знать! Но нет. Ноль эмоций, яйцо оставалось безучастным к стенаниям хозяйки.

В общем, плюнула и положила на полочке, не хочет – как хочет.

Почти дойдя до своих мест существования, я остановилась от удивления.

Мы стояли друг напротив друга. Я смотрела на него, а его глаза устремлены в пол. Его эмоции были скрыты от меня, сейчас как аленький цветочек, колышущийся на ветру. Только дунь – развеется, ага.

– Какое чудо-дивное! Ты решил осчастливить своим ликом маленькую меня?

– Я пришёл помочь хозяйке, – ответил он, слегка поклонившись.

– Вот как? Ну что же, пойдём.

Я прошла мимо него, даже не взглянув. Он выпрямился, только когда я открыла дверь и вошла внутрь помещения. Подошла к креслу и присела на своё любимое место. Я не торопилась, а он всё смотрел в пол, как нашкодивший мальчишка.

После продолжительного молчания он наконец-то перестал рассматривать ковёр, похоже, уже пересчитав все его завитки. Он посмотрел на меня своими алыми глазами и спросил хрипловатым голосом:

– Хозяйка, я в чём-то провинился?

– И с чего ты так решил?

– Вы… – начал он и замолчал на полуслове, а его глаза помутнели. – Вы мне отказали…

– И в чём же?

– В роли любовника, – ответил он и отвёл взгляд. – По закону… я должен был ожидать ваше решение в отношении меня. Но вы так и не изъявили желания дать свой ответ.

– О, вот оно как… А актерское мастерство у тебя с молоком матери передалось или это приобретенный навык? – наивно поинтересовалась я. Терпение заканчивалось, но еще кое-что осталось. – И когда же это произошло?

– В ночь, что вы оставили меня при себе…

– Ммм, как занимательно. А ждал ты столько времени… – намекнула я, благословляя его продолжать.

– Я не должен был приходить более…

– А пришёл ты тогда почему? – рассматривая более интересную картину на стене, с неким безразличием задала я вопрос.

– Я ведь целиком и полностью ваш, – потупился он.

– Издеваешься? – усмехнулась я, оторвавшись от важных рассматриваний и перевела взгляд на мужчину.

– Ни в коем разе. Как бы я осмелился? – оскалился он, а я прищурилась.

– Чиканулся в край? – рявкнула я и подскочила с места. – Ты чё, отвара какого напился или галюны примерещились? Ты что несешь, как помело, не фильтруя? Еще в жёны сейчас заставь взять! Обесчестила бедняжку. Ага!

Я распалялась все больше, а мужчина лишь опустил глаза и тяжко вздохнул.

– Нет, хозяйка… – потупил взор мужчина, вставляя между моими стенаниями.

Фу-у-ух, вдох-выдох. То-то он как на казнь шел, только вот неизвестно, чью именно.

– Говори чётко, ясно и по порядку! Перестань мямлить, аки недотрога. Объясняйте нормально, древнейший, – язвительно пропела я и снова вздохнула, присев в кресло и скрестив руки на груди. Не, такую информацию только сидя трамбуем и никак иначе.

– При посещении рабов выделяются отдельные комнаты… где происходят все действия, – безэмоционально начал он.

Пока мужчина говорил, я думала, что мои брови больше никогда не будут прежними.

– …но в личных покоях по закону могут находиться только официальные любовники…

Очешуеть! Собственно, как и моя челюсть, которая с каждым его словом опускалась всё ниже, тоже возврату не подлежит.

– …или супруги…

Это что же получается, он знал об этом и всё равно…

– …Иначе это считается бесчестием для благородного, и вплоть до смертной казни раба, – ласково закончил мужчина.

Я молчала, пребывая в замешательстве. Это полный глубокий нокаут. Мои брови были всё ещё на взлете, намудрил этот старый пердун и даже не поморщился. Покорный, конечно. Десять раз, аж до умиления.

– Иллара и Роиля тоже необходимо теперь повысить в звании? – задала я резонный вопрос, не сдержав смеха.

Меня напрягали те комнаты, которые предназначались для рабов. Я до сих пор помню, что там было. Мне было отвратительно даже смотреть в ту сторону, не говоря уже о том, чтобы их посещать! Об организации других помещений я даже не подумала, а этот – этот даже не потрудился о таких тонкостях рассказать, анаконда чертова, сожрет и не подавится! Облегчила себе жизнь, называется…

– Нет, – резко сказал Ноиль, сверкнув покрасневшими глазами.

– Почему же? – наивно спросила я. – Я тоже принимала их в личных комнатах.

– Но вы же с ними не… – он не закончил фразу, и его взгляд был таким, будто смерть близка и уже вот-вот постучится в дверь.

– И что? Кто об этом знает? Ты да я – да, мы с тобой. Ты алло или не очень? Хватит играть, как кошка с мышкой! Жри или милостивей, – прошипела я.

– Я никогда не играл. Не с тобой, – проговорил мужчина, вновь подняв глаза, и это было настолько ощутимо и убедительно, что я практически поверила.