355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Ричард Дэвис Бах » Хорьки-спасатели на море » Текст книги (страница 1)
Хорьки-спасатели на море
  • Текст добавлен: 7 сентября 2016, 18:19

Текст книги "Хорьки-спасатели на море"


Автор книги: Ричард Дэвис Бах


Жанр:

   

Детская проза


сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 5 страниц)

Ричард Бах
Хорьки-спасатели на море

Предисловие


Дорогой читатель!

Как же меня удивил этот стук в мою дверь, этот нежданный визит! Я открыл дверь – и что же я увидел? Посланники иного вида стояли на пороге. Делегация хорьков прибыла известить меня, что я избран поведать человечеству несколько историй.

Конечно же, я пригласил их войти, и мы проговорили целый вечер. Я сидел у камина, они уютно устроились в другом кресле – все вчетвером: снежно-белые маски, теплые, угольно-черные шубки.

– Расскажешь людям о цивилизации, которая пришла с далеких звезд, – сказали они. – Мы забыли, что такое зло, еще задолго до того, как явились на Землю. Мы не знаем ненависти, преступлений и войн, но действовать и рисковать мы любим. Любим бросать судьбе вызов, когда шансов на победу нет и быть не может.

– Хорьки? – переспросил я. – Значит, эти истории – из параллельного мира, мира, существующего одновременно с моим? И в нем нет ни зла, ни ненависти, но приключения есть? И это – мир хорьков?

Все четверо серьезно кивнули, глядя в огонь.

– И вы решили, что я?..

Переверните страницу —

Вас ждут приключения в мире хорьков!




ХОРЕК И МЫШЬ-ПОЛЕВКА

Маленькая мышь-полевка спасалась от кошки. Она бежала, зажмурившись от страха, и столкнулась нос к носу с хорьком.

– Я пропала! – пискнула мышь. – Стоило спасаться от одной смерти, чтобы угодить прямо в лапы другой!

– Да, ты угодила прямо в лапы ко мне, – кивнул хорек. – Но какая же я смерть?! Я – как и ты, живое существо, ведомое своей судьбой и высшим предназначением.

И с этими словами он отнес маленькую мышь в безопасное место, подальше от кошки, и отпустил.

– Ты спас мне жизнь! – всплеснула лапками мышь. – Как мне отблагодарить тебя?

– Спаси и ты чью-нибудь жизнь, – отвечал хорек, – а иной благодарности мне не надо.

И хорек пошел своей дорогой, и больше мышь никогда с ним не встречалась.

Лучше выручить из беды живое существо, чем позволить ему погибнуть; спасти его – благородней, чем оставить на произвол судьбы.

Хорек Антоний. Притчи

Хорьчиха Бетани, капитан

Эта скромная маленькая хорьчиха вступила в ряды хорьков-спасателей простым лейтенантом, но в конце концов стала капитаном быстроходного спасательного катера «Решительный».

Хорек Винсент, лейтенант

Младший брат Бетани только что окончил хоречью Школу морских офицеров и пошел по стопам своей сестры. Он тоже стал спасателем и точно так же предан своему делу.

Хорек Боа, старший механик

Боа поклялся, что ни за какие коврижки не покинет свой сухой док и уютный гамак. И он крепко держал свое слово: до тех пор, пока не встретил Хорьчиху Бетани!

Хорьчиха Хлоя

Прекрасная, неотразимо обаятельная журналистка и певица делит с командой «Решительного» смертельную опасность и постигает тайные глубины собственной отважной души.

ГЛАВА 1

Над прохладной тьмою летней ночи медленно-медленно кружились звезды. Хорьчиха Катринка подхватила дочку и ее младшего братца и бережно уложила их в гамак – спать. Каменные стены дома хорошо прогрелись за день, и свежевыкупанные щенки дожидались вечерней сказки в тепле и уюте.

Вопросительно глядя на щенков, Катринка медленно провела лапой по корешкам книг, выстроившихся на полке. Какую же выбрать на сегодня?

– Эту! – хором вскричали Бетани и Винсент. На мгновение задержав лапу на корешке, хорьчиха-мама сняла с полки пухлый томик. Она знала его на ощупь – по истрепанным, замятым уголкам.

– Ну и ну! Что же это у нас такое? – Даже не взглянув на название, она вытаращила глаза, притворяясь удивленной. – «Хорьки-спасатели на море»? Не может быть!

Эту книгу Катринка читала своим щенкам столько раз, что они давным-давно выучили ее наизусть. Но они все равно закричали: «Да! Да!» – с таким восторгом, будто книга появилась у них на глазах из ниоткуда.

– Ну, тогда успокойтесь и слушайте внимательно, – сказала мама, – и я расскажу вам сказку о маленьких хорьчатах на море…

Бетани Никка, старшая сестра, угнездилась в своем любимом уголке гамака и натянула пушистое одеяло до самого подбородка. Встопорщив усы и всем своим видом выражая восхищенное внимание, она повернула носик к матери и закрыла глаза, погружаясь в мир воображения.

Винсент покрепче зажал в лапе мягкого игрушечного ежика и закопошился, устраиваясь поудобнее на своей половине гамака. Он знал, что рано или поздно этот гамак достанется ему целиком. Но пока что сестра была рядом – и Винсент с радостью уступал ей самое уютное местечко.

Хорьчиха-мама раскрыла книгу.

«Давным-давно компания щенков отправилась в поход. И пришли они на берег огромного океана. Щенки были смелые и мечтали о приключениях, но знали они не так-то много и по неразумию своему решили пуститься в плавание к далеким, таинственным берегам Запретного острова».

Тут мама повернула книгу, показывая картинку: смелые, но неразумные любители приключений на грубо сколоченном плоту под парусом из простыни. Бетани кивнула, не открывая глаз: точно такую же картинку нарисовали перед ее мысленным взором воображение и память.

«Ох, какие глупые щенки», – подумала она. Она-то знала, чего не знали маленькие мореходы: свирепый шторм уже гонит пенные буруны к берегам Запретного острова!

Все, о чем читала мама, Бетани видела как наяву: целый день пути под парусом и беспечных щенков, плывущих по воле ветра и волн. Вот они карабкаются на берег; вот они исследуют новую, таинственную землю и не замечают, как сгустились в небе черные тучи, предвещая беду. Но Бетани замечала все. Вспыхнула первая молния. Прогремел гром. Глупые щенки попались!

«Что же нам теперь делать?» – прошептала она едва слышно.

«Что же нам теперь делать?» – прочитала вслух хорьчиха-мама и снова повернула раскрытую книгу к щенкам.

Картинка занимала целый разворот. Шестеро злополучных хорьчат сгрудились на крошечном клочочке суши, вокруг которого стеной вздымались пенные гребни.

– Что же делать?! – хором воскликнули Винсент и Бетани вместе с мамой.

Не открывая глаз, Бетани смотрела, как безжалостно надвигается шторм; как большие корабли мчатся на полном ходу к гаваням, спасаясь от обезумевшего океана; как бедные хорьчата цепляются изо всех сил за дерево, а ветер треплет их, словно пушистые флажки; как мамы и папы в ужасе узнают, что их щенки потерялись, да еще и припасов захватили от силы на один день; как бушует и беснуется шторм… В конце концов ветер утих. Но море по-прежнему бурлило пузырями, и огромные волны накатывали на остров. Пути назад не было.

«Что же делать?» – прочла Катринка.

– ПОЗВАТЬ ХОРЬКОВ-СПАСАТЕЛЕЙ! – хором выкрикнули брат и сестра.

– Совершенно верно, – сказала Катринка. – Позвать хорьков-спасателей!

И она перевернула страницу.

Бетани затаила дыхание. Как живо и ярко разворачивалась эта история перед ее мысленным взором! Вот уже удары сигнального колокола раскатились над причалом спасательной станции, вот хорек-капитан Терри и весь дежурный экипаж ринулись по местам; вот взревели, набирая обороты, оба двигателя, и две пенные борозды потянулись от берега вслед за стремительным катерком, мчащимся в неспокойное море с миссией помощи.

Вот уже позади осталось устье канала, пенные валы расступились перед спасателями, и бурунокол «Хорьчиха Эмили Т.» лег на курс к Запретному острову.

Какой он храбрый! – подумала Бетани.

Впрочем, она понимала, что капитан Терри сейчас не оценит ее восхищения. Он слишком занят.

Целый час он правил по счислителю – самый полный вперед прямиком на остров. Он знал, что больших судов на этом участке всегда видимо-невидимо, а столкновения катерок не выдержит. Но времени было в обрез. Для очистки совести капитан Терри посматривал на радар, но помехи от бурунов все равно смазывали картину. Куда надежней радара были чуткие уши помощников: если по курсу окажется другое судно, они уловят эхо лучше всякого локатора.

А тем временем хорьчата на острове сбились в кучку и крепко сцепились лапами, чтобы никого не смыло в море. Они уже съели все припасы, до последней крошки, и теперь жались друг к другу, дрожа от холода и голода. Так им не продержаться даже до завтрашнего вечера! Какого же дурака они сваляли! И как они теперь раскаивались в своей глупости!

– Судно прямо по курсу, капитан!

Бетани увидела в точности то же самое, что предстало в этот миг взору капитана Терри: огромной кляксой на экране радара всплыл из ниоткуда человеческий сухогруз.

– Право руля! – крикнул капитан рулевому. На полном ходу спасательный катер развернулся, едва не улегшись набок и взметнув целое облако пены.

Из-за снежной пелены брызг вынырнул черным утесом корпус сухогруза. Он стоял неподвижно, но в глазах команды быстроходного катерка мелькнул и пронесся мимо смазанной глыбой тьмы за какую-то долю мгновения.

– Лево руля! Вернуться на курс! – скомандовал капитан.

И вот наконец, с превеликим трудом, спасательный катер пробрался между отмелями и рифами Запретного острова, и Хорек Абингдон, бросив с носа лотлинь, замерил глубину.

– Метка двенадцать лап! – объявил он.

Катер двинулся дальше.

– Метка восемь лап!

Поверхность моря и берег острова по-прежнему устилал ковер густой пены с огромными пузырями. Каждый пузырь – втрое больше радиомачты!

– Метка четыре лапы!

– Отдать якорь! – скомандовал капитан и добавил:

– Включить сирену!

Сирена резко взвыла – целых четыре гудка! Земля, невидимая за бурунами, отдалась эхом. И больше ни звука.

– Еще!

Снова эхо… И слабенькие, едва слышные отзвуки радостных голосов!

Капитан включил громкоговоритель.

– Эй, на острове! Это спасательный катер «Хорьчиха Эмили Т.». Мы стоим в сотне лап от берега. Сирену будем включать через каждые полминуты. Подойдите к кромке воды. Спасатели вас подберут. Не пытайтесь плыть к катеру. Дождитесь спасателей.

С острова снова донесся хор радостных возгласов:

– Ура! Привет!

Еще несколько гудков сирены – и вот уже помощник боцмана Хорек Дзинкль, весь промокший, покрытый хлопьями пены, вернулся с первым щенком-путешественником.

– Вперед, малыш! – Он поднял щенка, передал его на палубу прямо в лапы впередсмотрящей, Хорьчихе Джоанне, и, развернувшись, поплыл назад – за остальными.

Обратный путь до спасательной станции занял гораздо больше времени. Пена уже спадала, но море все еще не успокоилось, и с пассажирами на борту двигаться быстрей, чем на половине крейсерской скорости, было небезопасно даже для мощного хоречьего бурунолома.

Когда мама перевернула последнюю страницу – ту, где маленькая Хорьчиха Анджела на рисунке целовала капитана Терри, – Бетани смахнула слезинку. Ее переполняло восхищение перед отважными хорьками из Спасательной службы.

Мама закрыла книгу, и в спальне воцарилась тишина. Мама поднялась, подошла к гамаку и подоткнула одеяла.

– Спокойной ночи, мои крошки. Бетани глубоко вздохнула.

– Как ты думаешь, мама… Как ты думаешь, я когда-нибудь смогу стать спасательницей?

Катринка обернулась. «Ох, старшенькая моя, – подумала она. – Вся в отца».

– Ты сможешь стать, кем захочешь, Бета-Никка, – сказала она, – но только если в твоем сердце достанет любви.

И она поцеловала обоих своих хорьчат и выключила свет.

Далеко-далеко от маленького каменного домика, в котором жила Хорьчиха Катринка со своими щенками, высоко-высоко в горах, у самой крыши мира, хорьки-философы поняли то же самое и назвали это мудростью:

Счастье мы обретаем лишь тогда, когда идем за тем, что любим больше всего на свете.

Юная Хорьчиха Бетани слышала свою любимую историю еще много-много раз. Но именно в тот раз она впервые поняла, что в один прекрасный день сама взойдет капитаном на палубу спасательного катера.

ГЛАВА 2

Почти никто из людей этого не знает. Но на берегу каждого моря, рядом со зданиями береговой охраны и береговой патрульной службы той страны, которая объявила эту прибрежную полосу своей собственностью, обязательно стоит спасательная станция хорьков. Люди спасают от бурь и кораблекрушений людей. А хорьки спасают зверей-мореходов, попавших в беду.

Рядом с каждой человеческой станцией берегового патруля стоит маленькая база отважных и преданных своему делу хорьков, которые рискуют своей жизнью, чтобы спасать другие жизни. Спасательные станции хорьков – точь-в-точь такие же, как и человеческие, только гораздо меньше. На каждой хоречьей станции тоже есть и комната отдыха, и столовая, и судоремонтная мастерская, и сухой док, и маленький командный центр.

Девиз Спасательной службы хорьков – Silentus Salvatum – говорит сам за себя. Спасаем без лишних слов – таковы цель и закон каждого хорька, записавшегося в ряды спасателей. И все хорьки-спасатели, как один, по праву гордятся своей историей: будь то шторм, пожар или нефтяное пятно, терпящие бедствие не пропадут, если уж катер ССХ вышел в море!

Спасательные суда хорьков, катера класса «Джей», – маленькие и легкие, но крепкие и быстроходные, с двумя мощными двигателями. Чтобы управиться с таким катером, достаточно команды из четырех специалистов и капитана. Как показывает опыт, эти суденышки – практически непотопляемые. Правда, несколько катерков за всю историю Спасательной службы все же затонули или разбились у скалистых берегов, но обычно под началом смелых и умелых моряков эти машины справляются со своим делом превосходно. Прошло не так уж много времени с тех пор, как мама перестала читать ей сказки на ночь, – и вот Хорьчиха Бетани уже окончила школу Морских офицеров (что было не так-то легко) и в звании энсина[1]1
  Англ. Ensign – амер. мор. – младший лейтенант, энсин.


[Закрыть]
явилась для несения службы на спасательную базу «Майский день» [2]2
  May-Day – у моряков сигнал, подаваемый при бедствии, то же, что SOS.


[Закрыть]
.

Это назначение Бетани заслужила отличными успехами в школе. База «Майский день» стояла на берегу узкого залива, по обе стороны от которого вдоль побережья тянулись рифы и отмели. Зимней порой здесь бушевали свирепые шторма, а летом, чтобы вывести судно в открытое море, приходилось пробираться сквозь целый лабиринт смертельно опасных течений. Бетани сама попросила направить ее туда, где скучать не придется.

– Энсин Бетани прибыла для несения службы, сэр!

Начальник базы Хорек Кертис высунул голову из моторного отсека одного из катеров, увидел на причале подтянутую фигурку юной хорьчихи и отсалютовал в ответ. «Отличница, – подумал он. – Хочет командовать собственным катером – как можно скорее. Много знает… Но сколько еще всего ей предстоит узнать! Бедняжка. Но как ей повезло!»

– Какова максимальная температура масла для двигателя этой машины, энсин?

Бетани опешила. Она ожидала радушного приема, а не очередного экзамена.

– Сто восемьдесят градусов по Цельсию, капитан.

– А что будет, если капитан решит идти на перегретом двигателе?

– Заест подшипник коленвала, сэр. Мотор выйдет из строя.

Начальник базы нахмурился и опустил голову, пряча усмешку. Да уж, новый офицер точно станет капитаном… умрет, а своего добьется!

– А что, если на карту будет поставлена жизнь, энсин? Как тогда быть?

– Что ж… один мотор можно и спалить, сэр. Но второй лучше сберечь.

– Именно так и поступил этот капитан, – пристально взглянув на нее, промолвил Кертис. – Теперь нужно ставить новый мотор. А моторы на деревьях не растут, энсин.

– А этот капитан, сэр… Он многих спас?

Хорек Кертис снова бросил на нее резкий взгляд исподлобья.

– Двадцать пять мышей, трех котов и карликовую мартышку. Итого двадцать девять жизней.

– Да, сэр. – Новый офицер вытянулась по стойке «смирно».

– Добро пожаловать на базу, энсин, – сказал наконец командир Кертис. – Вы привезли хорошую погоду. Осваивайтесь покамест, пользуйтесь случаем – другой не скоро представится.

И голова его скрылась в люке моторного отсека. На самом-то деле барометр уже падал. Катер нужно было вернуть в строй как можно быстрее.

Так и начались приключения, которых искала Хорьчиха Бетани. Ее назначили третьим помощником на «Джей-166» – спасательный катер «Неустрашимый», под начало капитана Энджо Э. За первый же час, проведенный на борту, Бетани поняла, что море – куда более требовательный учитель, чем все наставники из офицерской школы вместе взятые.

Каждое утро в предрассветный час раздавался сигнал учебной тревоги. Снова и снова Бетани просыпалась под пронзительный визг сирены. В промежутках между гудками она, как и прочие хорьки, вылетала кувырком из гамака, натягивала фуражку-штормовку и спасательный жилет и мчалась на вахту. Лучи прожекторов кромсают тьму, остатки сна улетучиваются под грохот пробудившихся к жизни моторов.

– Отдать кормовые! – раздается с мостика. – Отдать носовые! Отдать обратные! Отдать все концы! Все на борт!

Два луча-близнеца взрезают завесу тьмы, два вихря-близнеца взметаются от моторов, волны белой пены от бортов захлестывают корму петушиными хвостами. Упрятав мордочку в гермошлем, Бетани мчится на свою вахту дозорного на правом борту через пункт техосмотра: «Энсин Бетани к выходу в море готова!»

Вот она, настоящая жизнь, – думает она. – То, о чем я мечтала с детства!

В наушниках слышен голос капитана, вызывающего спасательный центр.

– «Майский день»? «Джей-166» спущен на воду на середине канала, указания по курсу и расстоянию принять готовы!

Чаще всего на этом учебная тревога и заканчивалась.

– 166-й, вас понял. Ваше время – пятьдесят восемь секунд. Отбой. Вернуться на базу, оставаться на приеме.

Но иногда «Неустрашимый» устремлялся мимо пирсов вперед, к выходу в открытое море, залитое безлунной тьмой. По курсовым указаниям с берега и своим собственным догадкам Бетани выискивала взглядом в этой кромешной тьме какую-нибудь крошечную моторную лодку или парусник, дрейфующий с погашенными огнями. Команда этого суденышка обычно пряталась в трюме. Затаившись и свернувшись калачиком, спасаемые старались держаться как можно незаметнее. «Найди последнюю мышь» – так называли спасатели эту игру.

– Семеро выживших на борту, сэр, – отрапортовала однажды Бетани. Временно превратившись из дозорного в спасателя, она сейчас едва держалась на ногах: потерпевшие играли свою роль на славу, и перетаскивать их на палубу «Неустрашимого» было нелегко.

Хорек Энджо сощурился. Что-то пошло не так.

– Это все? Вы уверены? Все выжившие – на борту?

Спасательная операция завершалась не раньше, чем поступал отчет обо всех участниках до последнего.

Только после этого выключался секундомер. Бетани почувствовала неладное.

– Никак нет, сэр!

Она ринулась с мостика на палубу, где «выжившие», уже расслабившись, весело болтали между собой в полный голос.

– Прожектор! – крикнула она на бегу. Стремительно перебирая лапками, она скользнула по канату на спасенное судно и еще раз обыскала все от носа до кормы. Ни души… но в тот самый миг, когда Бетани уже уверилась было, что операция и впрямь закончена, в парусном ящике кто-то шевельнулся.

– Ага! – воскликнула Бетани. – Ну-ка, вылезай!

В глубине ящика, под сложенными парусами, свернулся тугим клубком маленький хоренок – точнее, хорьчиха. Она лежала тихо-тихо, не смея даже вздохнуть. Бетани сдернула с нее сложенный парус, но малышка по-прежнему лежала неподвижно, крепко зажмурив глаза.

– Попалась! – сказала Бетани и, крепко ухватив малышку зубами за загривок, вытащила ее из ящика.

– Хочу стать спасателем! – пропищала крошка.

Бетани невольно улыбнулась и, не разжимая зубов, пробормотала:

– В один прекрасный день…

Со своей неподвижно висящей ношей она торопливо вскарабкалась обратно на палубу «Неустрашимого» по канату, туго натянутому над волнами. Свет прожектора ударил ей в глаза. Пристроив малышку в компанию остальных потерпевших, она бросилась вверх по лестнице на мостик.

– Восемь спасенных на борту, сэр! – пропыхтела она.

– Вы уверены, энсин?

– Да, сэр!

Капитан поднес ко рту микрофон.

– «Джей-166», восьмеро спасенных на борту. Потерпевшее судно взято на буксир.

– 166-й, вас понял, восьмеро спасенных, – раздалось в ответ. – Отбой. Тридцать одна минута двадцать пять секунд. Вернуться на базу.

– Вас понял, – сказал капитан и, черкнув в бортовом журнале четыре цифры, добавил: – Есть вернуться на базу.

Коротким кивком он отпустил Бетани, и она двинулась было обратно, на дозорную вышку.

– 166-й? – внезапно донеслось из микрофона. – Кто обнаружил потерпевшего номер восемь?

Капитан в недоумении повернулся к Бетани.

– Энсин Бетани, – ответил он. – Она нашла последнюю хорьчиху.

– Маленькую? – уточнил голос по радио.

Бетани кивнула.

– Ответ утвердительный, – сказал капитан.

– Отличная работа, «Неустрашимый», – похвалил голос из центра. – Молодцы.

Хорек Энджо опустил голову, скрывая улыбку. Очень может быть, что они держали пари. Ничего удивительного, если у спасенной номер восемь потом найдется в центре близкий родственник.

До первой в своей жизни дневной тревоги Бетани отработала с полтора десятка таких ночных рейдов.

Впервые услышав сирену при свете дня, она подумала с удивлением: «Но ведь так гораздо легче!» Цель обнаружилась уже на одиннадцатой минуте, и, невзирая на качку, «Неустрашимый» летел к терпящему бедствие суденышку на всех парах, спустив на воду шлюпку со спасателями. Бетани была среди них – когда цель найдена, в дозорном уже нет нужды.

«А не так-то это просто», – подумала она. Но щенку, по-прежнему жившему в ее душе, все трудности были нипочем. Именно о такой жизни Бетани мечтала по ночам, засыпая в гамаке, – и вот ее мечты сбылись.

Вот уже спасенное судно на буксире, и «Джей-166» берет курс на базу, а Бетани снова стоит на дозорной вышке. Впервые она взглянула на пирсы с моря при свете дня… и кровь застыла у нее в жилах от того, что предстало ее глазам.

Она нажала кнопку переговорного устройства.

– Судно идет на скалы! – дрожащим голосом сообщила она на мостик. – Пирс по правому борту, сэр!

Ожидая ответа, она бросила еще взгляд на пирс… О ужас! Не просто судно! Один из спасательных катеров! Застрял на прибрежных валунах!

Напрягшись, Бетани ждала… Сейчас, сейчас, «Неустрашимый» даст правый крен и прибавит ходу… Сейчас они помчатся на помощь… Но ничего не случилось.

Может, капитан не услышал?..

– Дозорный по правому борту, сэр! Судно идет на скалы!

– Вас понял, дозорный по правому борту, – ответил капитан. – Вижу судно.

Но «Джей-166» по-прежнему шел на буксирной скорости, не меняя курса.

Почувствовав чье-то движение за спиной, Бетани обернулась и взяла под козырек.

– Добро пожаловать на вышку правого борта, сэр!

Шкипер «Неустрашимого» был несгибаем и суров, как сами скалы: этот крепкий духом и телом хорек проложил себе дорогу к капитанскому чину от третьего помощника – и все благодаря врожденной сметке и преданности делу. Но, подобно всем по-настоящему сильным хорькам, силу он демонстрировал редко, предпочитая держаться любезно и участливо.

– Успокойтесь, энсин. – Он коснулся ее плеча. – Этот катер уже год здесь стоит, – добавил он. – Я решил сказать вам лично, чтобы остальные не слышали.

Бетани повернулась к нему, оторвав взгляд от серой зыби.

– Но что случилось, сэр? Почему?..

Хорек Энджо вздохнул, снял фуражку и почесал в затылке.

– Это – «Джей-101». Возвращался с операции в бурную ночь… Бурную – еще слабо сказано… Радарный буй в заливе снесло.

– Но, сэр, как же они не засекли пирс по своему радару?

– К тому времени, как капитан понял, что случилось, было уже слишком поздно.

Юная хорьчиха поежилась.

– А команда, сэр?

– Никто не погиб. И моряки, и спасенные успели перепрыгнуть на пирс. Мы тут же их подобрали. А разбитый катер оставили здесь – в назидание, чтобы другие не расслаблялись. Операция заканчивается с благополучной швартовкой – и не раньше.

Бетани перевела взгляд на останки катера – те намертво засели в скалах на мели в какой-то сотне лап от проплывающего мимо «Неустрашимого». Схлынула очередная волна прибоя, и над водой показалась корма с выцветшей, но все еще хорошо заметной надписью. «Решительный», – прочитала Бетани.

– Но, сэр… Это судно…

– Это был «Джеы-701», Бетани. Самый старый на станции. Мы сняли с него все, что можно было спасти. Остальное служит напоминанием. Мы же не хотим потерять так глупо еще один катер!

– Но как же, сэр, – прошептала она. – Этот корабль…

Капитан уже давно вернулся к себе на мостик, а Бетани все не спускала глаз с разбитого остова на скалах. От кормы почти до самой середины корпуса по ватерлинии тянулась пробоина. Неутомимые волны колотили останки катера о пирс; с приливом «Решительный» почти скрывался под водой, а с отливом снова садился на скалы. Но его элегантный, подтянутый силуэт не утратил былой красоты, а дозорные вышки-близнецы все так же горделиво возвышались над волнами, не желая покориться стихии.

«Что за расточительство, – думала хорьчиха. – Самый старый катер на станции? Ну и что с того? Это же „Джей“! Он ведь может еще послужить спасателям!»

На протяжении всего испытательного срока Хорьчиха Бетани прилежно исполняла свои обязанности. Тренировки и ночью, и днем; срочные вызовы; терпящие бедствие суда… Настоящие происшествия, однако, были легче учебных: то у кого-то не вовремя кончится топливо, то кто-нибудь собьется с курса в тумане, то сломается руль или забьется винт…

Шторма налетали часто, но предупреждение всегда поступало вовремя, и суда пережидали непогоду на глубокой воде, вдали от подветренных берегов и коварных прибрежных скал.

В положенный срок Бетани повысили в звании. Она стала лейтенантом, а затем и старшим лейтенантом. Старшие по званию отмечали ее выдающиеся способности и непоколебимое мужество. «Уникальный офицер, – повторяли они. – Одна на сотню! Вот каких офицеров хотел бы я видеть у себя на борту!» Но Бетани по-прежнему оставалась на борту «Неустрашимого» – и вскоре стала первым помощником.

Вот только образ «Джей-101», брошенного на скалах, не шел у нее из головы. И выходя в море, и возвращаясь на базу, Бетани всякий раз бросала грустный взгляд на останки катера и вздыхала про себя: «Что за расточительство!»

И в конце концов не время и волны вырвали «Джей-101» из челюстей суши, а терпеливая целеустремленность, с которой Бетани привыкла идти к своей мечте.

Нет, она никогда и ни с кем не заговаривала о том, что ее беспокоит. Она никогда не вступала в споры с теми, кто полагали, что разбитому катеру положено оставаться на мели. Но она твердо знала одно: решимость воплотить свою мечту в жизнь – важнее всех на свете способностей, талантов и знаний. Юная спасательница решила спасти «Джей-101» во что бы то ни стало – а значит, она пойдет ради этого на все.

«Значение «Решительного» для спасательной службы трудно переоценить, – писала она, сидя в своей крошечной каютке на борту «Неустрашимого». – Если это судно отремонтируют и оно послужит во спасение хотя бы одной-единственной жизни, то уже одним этим окупятся сторицей все затраты на ремонт. Какова же будет прибыль от предлагаемого мною скромного капиталовложения, если оно спасет еще сотню жизней?»

Сидя в своем кабинете с видом на пристань, командир Кертис с бесстрастным видом листал страницы ее прошения.

«Чтобы свести расходы к минимуму, я прошу разрешения в свободное от службы время и с помощью других свободных от службы хорьков-спасателей, которые пожелают принять участие в этом деле, собственными силами отремонтировать и вернуть в рабочее состояние спасательный катер «Джей-101 Решительный».

Начальник базы нахмурился. Ведь ее капитан уже сказал ей, что корпус катера оставили на скалах намеренно. Что за навязчивая идея? Как она будет выполнять свои прямые обязанности, если станет тратить время на ремонт всякой рухляди? Бетани – перспективный офицер, ее место – в море! Кертис едва заметно покачал головой.

«В самом худшем случае, – писала Хорьчиха Бетани в своем следующем прошении, – участие в этом проекте позволит добровольцам отточить свои навыки и приобрести новые знания, что, несомненно, повысит их квалификацию как офицеров и моряков спасательной службы. В лучшем же случае база „Майский день“ приобретет еще одно судно, полностью пригодное для плавания и проведения спасательных операций. Предлагаемый мною проект полностью согласуется с духом Спасательной службы хорьков, ставящей своей целью спасать и защищать суда морского плавания и жизни их экипажа и пассажиров».

Кертис снова покачал головой и выглянул в окно на пристань, где покачивались на волнах у причала вверенные его заботам катера. Прошение отправилось в корзину для бумаг.

Но вскоре за ним последовало еще одно, а потом еще, и еще. Можно было подумать, будто речь идет не о какой-то жалкой развалюхе, а о зачарованном мече, который юная хорьчиха вознамерилась любой ценой извлечь из камня, дабы проложить себе дорогу к настоящим подвигам. Бетани со всей ясностью давала понять, что мечта ее достижима и полезна для Спасательной службы, что проект ее обернется во благо во всех отношениях. Она предусмотрела все возможные проблемы и терпеливо разъясняла в своих письмах шаг за шагом, как она будет с ними справляться.

11 сентября под наблюдением своего капитана Бетани в качестве стажера приняла командование «Неустрашимым» в операции по спасению двух хомячков с весельной лодки, которую унесло течением в открытое море. Завидев еще издалека приближающийся спасательный катер, они запищали от радости.

Волнение было умеренным, но, чтобы поднять на борт гребцов и лодку в целости и сохранности, пришлось повозиться.

«Лейтенант Бетани провела спасательную операцию без ошибок», – записал Энджо в бортовом журнале. Никаких дополнительных комментариев не понадобилось.

В доке ее уже ожидал курьер. Поднявшись на борт и взяв под козырек, он вручил первой помощнице запечатанный конверт. Лейтенанту Бетани предписывалось явиться в кабинет начальника базы в 15:00.

В 14:59, аккуратно причесанная, подтянутая и чуть-чуть дрожащая, она уже стояла перед дверью кабинета, держа под мышкой толстый пакет с очередным прошением.

Точно в назначенное время она переступила порог кабинета.

– Лейтенант Хорьчиха Бетани по вашему приказанию прибыла, сэр!

Начальник кивнул.

– Садитесь, лейтенант.

Он развернулся в кресле и уставился в окно, на ровный ряд белоснежных катеров у причала. «Крепкая лапа» и «Отважный» несут дежурство ближе всех к выходу в море и готовы отчалить в любую секунду.

Кабинет начальника базы сверкал чистотой. Полки с книгами вдоль трех стен. Выцветший снимок – старенький катер класса «И», бравый лейтенант Кертис с товарищами по команде стоит у лесенки капитанского мостика. Застекленный шкафчик с моделью катера класса «Джей», проработанной до мельчайших деталек. Рядом – цветная картинка: трое щенков возятся в траве на берегу озера.

Старший хорек молчал очень долго. Но наконец он снова повернулся к столу и, заглянув в лежащее перед ним личное дело Бетани, прочел про себя: «Отец офицера, Хорек Артемий, прыгнул с моста в бурную реку во время ледохода, пытаясь в одиночку спасти двух щенков, оказавшихся на льдине. Терпящих бедствие удалось вытолкнуть на берег, где о них позаботились. Оба щенка остались целы и невредимы, Но спасатель погиб в ледяной воде".


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю