355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Рекс Стаут » Это вас не убьет » Текст книги (страница 1)
Это вас не убьет
  • Текст добавлен: 10 сентября 2016, 17:39

Текст книги "Это вас не убьет"


Автор книги: Рекс Стаут



сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 4 страниц)

Рекс Стаут
«Это вас не убьет»

1

К концу шестого иннинга нью-йоркцы проигрывали бостонской команде 1:11.

Скажи мне кто-нибудь, что наступит день, когда, сидя на последнем, седьмом матче между «Гигантами» и «Красными гетрами», я начну заглядываться на девушку, – и я бы рассмеялся ему в лицо. И дело тут вовсе не в девушке. Я не прочь ухлестнуть при случае за симпатичной мордашкой, просто на стадионе мои мысли заняты другим. И тем не менее в тот ужасный день со мной это произошло.

Ситуация создалась необычная, поэтому сделаю некоторые пояснения. Все пошло наперекосяк еще до начала игры. Пьер Мондор, владелец знаменитого парижского ресторана Мондора, приехал в Нью-Йорк и остановился по приглашению Вульфа у нас в доме. Бог знает почему, но он решил, что Ниро Вульф обязательно должен сводить его на бейсбольный матч, а тому представления о гостеприимстве не позволили отказаться. Что до билетов, то они перестали быть для нас проблемой с тех пор, как несколько лет назад Вульф уладил одно дело для Эмиля Чизхольма, нефтяного магната и совладельца клуба «Гиганты».

В тот октябрьский день я привез их обоих, знаменитого частного сыщика и знаменитого кулинара, на стадион на такси, провел через толпу к воротам и далее через боковой проход вниз к нашей ложе. Часы показывали 13.20, до начала игры оставалось десять минут, и все трибуны были забиты болельщиками. Когда Мондор проскользнул в ложу и сел, Вульф обвел хмурым взглядом деревянные сиденья и металлические подлокотники, после чего поднял голову и посмотрел на меня.

– Ты в своем уме?

– Я предупреждал вас, – ответил я холодно. – Посадочные места тут рассчитаны на людей, а не на мамонтов. Давайте вернемся домой.

Он сжал губы и стал опускаться на скамью, пытаясь втиснуться между нами. Не удалось. Тогда он ухватился обеими руками за укрепленную впереди балку, высвободился и со второго захода пристроил как мог свой фундамент на край сиденья

Вскоре через просторы вульфовой спины до меня донесся голос Мондора:

– Арщи-и-и, я на вас ощень надеюсь! Мне понадобятся объяснения. Щто ознащают те маленькие белые штущки?

Я люблю бейсбол и болею за «Гигантов». В этом матче я поставил на них пятьдесят долларов, но охотно ушел бы со стадиона, если бы не одно обстоятельство. Я был на работе, и Вульф платил мне за это жалованье. К тому же некоторые люди считали, что Вульф уж слишком зажился на свете, и кое-кто из них еще оставался на свободе. Вульф редко выходил из дома, но когда это случалось, я старался быть возле него. Поэтому я сжал зубы и остался.

Уборка поля закончилась, рабочие увели машины. Судьи посовещались. «Гиганты» пробежали по полю к своим воротам. Толпа разразилась приветственными возгласами, и все поднялись, когда над ареной появилось звездно-полосатое знамя. Усаживаясь снова, Вульф занял два сиденья и теперь крепко держался за балку. Эд Ромейн и один из игроков «Красных гетр» подошли к белой черте, судья подал команду, и Ромейн, оглядев поле, ударил битой по мячу. Толпа взревела.

И мои мытарства начались. Мондор был нашим гостем, и всего за восемнадцать часов до этого я трижды подкладывал себе в тарелку восхитительных телячьих фрикаделек, приготовленных им у нас на кухне, но объяснять иностранцу по ходу матча, что такое бейсбол, – основательная нагрузка для нервов. Что же касается Вульфа, то меня угнетало не столько мученическое выражение его лица, сколько сознание того факта, что к завтрашнему дню он наверняка изобретет повод свалить всю вину на меня и начать междоусобную войну.

Однако это было еще не самое худшее. Первая неприятность случилась уже до начала игры, когда объявили, что вместо Ника Ферроне будет играть Гарт. По рядам прокатился ропот удивления. Почему не Ферроне? Этот долговязый парень великолепно играл в первых шести матчах и набрал четыреста двадцать семь очков. Где он теперь? Почему его заменил Гарт?

Началась игра. Это был настоящий кошмар. Не только для меня, но и для всей публики. Как я уже сказал, к концу шестого иннинга счет стал 1:11.

В поисках менее удручающего зрелища я принялся вертеть головой по сторонам и заметил девушку, сидящую в ложе справа от меня. Я начал ее разглядывать. Она была с подругой, рыжеволосой и склонной к полноте, – так, ничего особенного. У той же, что привлекла мое внимание, были каштановые волосы и темно-карие глаза. Мне показалось, что я уже видел ее прежде, но не мог припомнить, где именно. Однако вскоре к удовольствию, которое я получал от ее созерцания, стало примешиваться чувство негодования. Девушка казалась довольной, ее глаза сияли! Очевидно, ей нравился ход игры. Конечно, никому не запрещается болеть за бостонцев, и все же это было возмутительно. Тем не менее я продолжал ее разглядывать, ведь она оставалась единственным объектом в поле моего зрения, при виде которого не возникало желания закрыть глаза и больше никогда их не открывать.

Неожиданно чья-то фигура заслонила ее от меня. Подошедший нагнулся к моему уху и спросил:

– Вы Арчи Гудвин?

– Да.

– А рядом с вами – Ниро Вульф?

Я кивнул.

– Мистер Чизхольм просит его немедленно пройти в помещение клуба.

Поразмыслив несколько секунд и решив, что это вмешательство, очевидно, было ниспослано свыше, я сказал Вульфу:

– Мистер Чизхольм приглашает нас в клуб. Таким образом, нам не придется присутствовать при катастрофе. Он хочет нас видеть. Кстати, там есть удобные кресла.

Вульф даже не спросил, зачем. Сказав что-то Мондору, он направился к выходу. Мондор двинулся следом. Посыльный впереди указывал путь, а я замыкал шествие. Когда мы спускались, откуда-то слева донесся крик: «Задай им, Ниро! Ату их!» Вот что значит известность.

2

– Дело срочное! В высшей степени срочное! – орал Эмиль Чизхольм.

В помещении клуба для Вульфа не нашлось подходящего кресла, зато там стоял большой кожаный диван, на котором он и расположился, переводя дыхание и хмуро озираясь. Мондор пристроился рядом на стуле у стены. Чизхольм, дюжий, широкоплечий малый, немного ниже меня ростом, с широким ртом и длинным прямым носом, был слишком расстроен, чтобы сидеть или стоять. Он метался по комнате. Я застыл у раскрытого окна, через которое доносился рев зрителей.

– Закройте это проклятое окно! – рявкнул Чизхольм.

Я повиновался.

– Я не отправлюсь домой, пока не рассосется толпа, – твердо сказал Вульф. – Возможно, вы объясните мне вкратце…

– Мы проиграли матч! – выкрикнул Чизхольм.

Вульф устало прикрыл глаза и снова открыл их.

– Не могли бы вы говорить немного потише? – попросил он. – У меня уже голова трещит от шума. Если проигрыш и есть ваша проблема, то, боюсь, тут я ничем не смогу вам помочь.

– И никто не сможет! – Чизхольм остановился напротив него. – Я взбешен, черт побери, и никак не могу взять себя в руки. А случилось вот что. Еще до начала игры у Арта возникли подозрения…

– У Арта?

– Арта Кинни, нашего менеджера. Понятно, он следит за ребятами, как сокол, и тут заподозрил что-то неладное. Во-первых…

– А почему он следит за ними, как сокол?

– Это его работа! Он ведь менеджер! – Чизхольм, поняв, что снова перешел на крик, замолчал, стиснул зубы, сжал кулаки и, выждав несколько секунд, снова заговорил: – В общем, Ник Ферроне исчез. Он был здесь вместе с остальными, переоделся в форму, а когда все вышли из раздевалки, его не оказалось. Арт послал за ним дока Соффера, но тот не нашел его. Ферроне просто исчез, и Арту пришлось сделать замену. Вместо Ферроне вышел Гарт. Арт, естественно, рвал и метал. Затем он заметил, что некоторые из ребят как-то странно себя ведут. Это показалось ему подозрительным, и он…

Дверь распахнулась, и в комнату ворвался высокий широкоплечий тип. «Фитч прохлопал одного, а Нил с Асмуссеном – второго! Фитч сейчас даст положить третьего!» – вопил он.

Я узнал его по носу, перебитому еще в те времена, когда он играл за «Кардиналов». Это был Бики Дюркин, перешедший теперь к «Гигантам». Именно он недавно раскопал Ника Ферроне где-то в Арканзасе. Чизхольм замахал на него руками.

– Марш отсюда! Убирайся, черт тебя побери! – Он угрожающе двинулся на Дюркина. – И пришли сюда доктора… Эй, док! Входите.

Пятясь, Дюркин столкнулся в дверях с лысым коротконогим человечком в очках с черной оправой. Это был Соффер, командный врач «Гигантов». Вид у него был такой, словно десять его лучших пациентов только что отправились на тот свет.

– Это Ниро Вульф, док, – представил Чизхольм. – Расскажите ему все.

Человечек подошел к Вульфу.

– Я доктор Хортон Соффер. Четверо или пятеро наших игроков были опоены наркотическим веществом, Сейчас они на поле, пытаются играть, но, как вы, наверное, видели, без особого успеха.

Он замолчал. Казалось, он вот-вот упадет и разрыдается. Сделав пару судорожных глотков, он продолжал:

– Уже в раздевалке мне показалось, что с ребятами что-то не так. Заметил это и Кинни. После первого иннинга стало очевидно, что они не в себе. Во втором иннинге дела пошли еще хуже. Игру портила все та же четверка – Бейкер, Прентисс, Истон и Нил. И тут меня как громом поразило. Я поделился своей догадкой с Кинни, и он послал меня сюда, чтобы ее проверить. Видите тот холодильник? – Он указал на большой белый шкаф у стены.

Вульф кивнул:

– Ну и что?

– В нем хранятся главным образом бутылки с прохладительными напитками. Я знаю все, даже самые незначительные привычки ребят. В частности, что, переодевшись перед игрой, четверо, которых я назвал, любят достать из холодильника бутылку «Бибрайт» и…

– Что такое «Бибрайт»?

– Содовая вода, в которую вместо сахара добавлен мед. Каждый из них выпивает ее перед игрой стакан, а то и больше. Так происходит почти всегда. И как раз эти четверо сегодня вышли из строя. Ужасно. Я никогда не видел ничего подобного. Поэтому у меня и возникло подозрение насчет наркотика, Кинни пришел в отчаяние, велел мне идти сюда и все осмотреть. Обычно, когда команда выбегает на поле, раздевалку убирает мальчик, но сегодня решающий матч сезона, и он не стал возиться. Здесь все было в беспорядке и, как видите, до сих пор так, а на столе стояла бутылка «Бибрайт», в которой оставалось немного жидкости. Напиток ничем не пах, но пробовать его на вкус я не рискнул. Я позвал мистера Чизхольма, и, когда он пришел, мы стали держать совет, как быть дальше. Он послал за Бики Дюркином, потому что Дюркин лучше всех знал Ферроне и мог высказать полезные соображения. Бутылку «Бибрайт» я отнес в аптеку и сделал два теста. Первый тест, по методу Ранвеза, ничего не показал, возможно, из-за ограниченной…

– Но… – попытался вставить Вульф.

– Я лишь отчитываюсь о своих действиях, – перебил его доктор. – Тест Ранвеза занял около получаса. Другой тест, по методу Эккерта, длился меньше. Для верности я проделал его дважды. Результат оказался положительным В бутылке присутствовал фенобарбитал. Из-за спешки я не определил точно дозу, но полагаю, что его там было грамма два или чуть больше. Подсыпать его мог кто угодно. Для человека, ведущего большую игру и делающего ставку на сегодняшний матч, организовать такое – не проблема. Он…

– Сукин сын, – выругался Чизхольм.

Доктор Соффер кивнул.

– Верно. А другой сукин сын подмешал препарат в бутылку, зная, что эти четверо выпьют из нее как раз перед матчем. Ему требовалось лишь вынуть пробку опустить в бутылку несколько таблеток, снова закупорить ее и несколько раз встряхнуть. Сделано это было после двенадцати часов, ибо в противном случае бутылку «Бибрайта» мог открыть кто-нибудь другой. К тому же тогда вода оказалась бы несвежей, и пьющие бы это заметили. Значит, наркотик подмешал тот, кто…

Стоявший у окна Чизхольм резко обернулся и крикнул:

– Это Ферроне, будь он проклят! Сделал подлость и поспешил смыться.

Появился Бики Дюркин. Он вошел и остановился напротив Чизхольма. Его трясло, и все его лицо, за исключением перебитого носа, было совершенно белым.

– Нет, это не Ник, – хрипло сказал он. – Ник не мог так поступить, мистер Чизхольм.

– Ах, не мог? Хорошенького же игрока вы притащили из Арканзаса! Где он? Немедленно найдите и приведите Ферроне сюда. Я удавлю его собственными руками! Ступайте. Живо!

– Но куда?

– Почем мне знать, черт возьми! Вы догадываетесь, где он может прятаться?

Дюркин беспомощно развел руками.

– Ферроне не мой любимец, а ваш, – продолжал Чизхольм. – Найдите и приведите его. Я предложу ему такой контракт, какой он надолго запомнит!

Дюркин ушел.

Вульф повернулся к Чизхольму.

– Соблаговолите сесть, – недовольно проворчал он. – Во время разговора я люблю смотреть на собеседника, а шея у меня не резиновая. Спасибо, сэр. Вы хотите предложить мне провести расследование?

– Да. Я хочу…

– Насколько я понял со слов доктора Соффера, четверо ваших бейсболистов были опоены наркотическим веществом, в результате чего оказались не в состоянии противостоять сопернику и команда проиграла матч?

– Да, мы проигрываем, – Чизхольм бросил быстрый взгляд за окно. – Точнее, уже проиграли.

– Вы подозреваете кого-то из своих людей? А сколько он или они могли на этом заработать?

– На сегодняшнем матче – тысяч пятьдесят. Возможно, вдвое больше.

– Ясно. Тогда нужно вызвать полицию. Немедленно.

Чизхольм замотал головой:

– Ни за что! Бейсбол – чудесная, чистая игра. Эта история – гнуснейшая за последние тридцать лет. Виновного нужно найти как можно скорее, и кому как не вам, самому лучшему сыщику в городе, я могу доверить столь деликатную миссию. Вы даже не представляете, сколько шуму поднимется, если сюда ворвется толпа полицейских. Мы их, конечно, вызовем, но позже. А сейчас вся надежда на вас. За дело!

Вульф нахмурился:

– Вы считаете, это дело рук Ника Ферроне?

– Да откуда мне знать? – взревел Чизхольм. – Человек он легкомысленный, да вдобавок куда-то исчез. Что бы вы подумали на моем месте?

Вульф кивнул:

– Ясно. В таком случае мне нужно кое-что осмотреть. – Он указал пальцем на дверь, через которую входили Бики Дюркин и доктор Соффер. – Там контора?

– Кабинет Кинни, менеджера.

– Значит, там есть телефон. Позвоните в полицию и заявите об исчезновении Ника Ферроне. Пусть они постараются его отыскать. Ничего больше пока не сообщайте. Где переодеваются игроки?

– Раздевалка там. – Чизхольм указал на другую дверь. – Душевая рядом.

Вульф взглянул на меня:

– Арчи, займись осмотром. Обследуй все смежные помещения. А тут я управлюсь сам.

– Искать что-нибудь определенное?

– Нет. У тебя острые глаза и неплохая голова. Заставь их потрудиться.

– Может, не стоит звонить в полицию, пока вы не… – начал Чизхольм.

– Звоните немедленно, – перебил его Вульф. – Через десять минут десять тысяч человек начнут искать мистера Ферроне, и эта акция обойдется вам всего в десять центов. Я же сделаю меньше, но запрошу больше.

Чизхольм и доктор Соффер удалились в левую дверь. Поскольку Вульф приказал мне осмотреть «все смежные помещения», я решил, что тоже могу начать оттуда, и проследовал за ними через холл в соседнюю комнату. Там стояли стол, кресла и еще кое-какая мебель. Бики Дюркин сидел в углу и слушал радио.

– Выключи ты этот проклятый ящик! – рявкнул Чизхольм и подошел к телефону.

При других обстоятельствах я бы с удовольствием задержался в кабинете менеджера «Гигантов», но у меня было серьезное поручение, к тому же здесь находилось слишком много людей. Я бегло оглядел помещение и вернулся назад. Вульф стоял рядом с Мондором у открытого холодильника, держа в руке бутылку «Бибрайт» и пристально ее разглядывая. Я отправился в раздевалку. Это была просторная комната со шкафчиками в два ряда. Середину занимали несколько стульев и кресел На каждом шкафчике имелась табличка с номером и фамилией. Я подергал три дверцы – все они были заперты. Открыв следующую дверь, я оказался в душевой Воздух там был сырой и холодный. Я прошел в дальний конец, заглянув в каждую кабинку в надежде найти обертку от фенобарбитала, и вернулся в раздевалку Шкафчик с надписью «Ферроне» стоял в правом ряду. Дверца была заперта, и я пожалел, что не захватил с собой портативного набора отмычек. На мой взгляд, именно этот шкафчик заслуживал первоочередного внимания. Я вернулся в контору Кинни, по пути скорчив Вульфу разочарованную гримасу. Чизхольм уже закончил телефонный разговор и стоял, уставившись себе под ноги. Бики Дюркин и доктор Соффер слушали радио.

– У вас есть ключ от шкафчика Ферроне? – спросил я Чизхольма.

Он вздернул голову и отсутствующе переспросил:

– Что?

– Мне нужен ключ от шкафчика Ферроне.

– У меня его нет. Ключами распоряжается Кинни. Я не знаю, где он их хранит.

– 2:15, – сообщил Дюркин. Возможно, он просто говорил сам с собой.

– Заткнись! – рявкнул на него Чизхольм.

Поскольку осмотр шкафчика Ферроне был делом особой важности, а возвращение Кинни ожидалось с минуты на минуту, я мог бы подождать его здесь, но вспомнив, что должен изображать активную деятельность, вышел в коридор, постоял, вернулся, подошел к двери туалета и открыл ее. Уж здесь-то я не надеялся обнаружить ничего интересного, тем более труп. От неожиданности я, очевидно, издал какой-то звук, но на него, слава богу, никто не обратил внимания. Помедлив несколько секунд, я вошел, присел на корточки, осмотрел тело и позвал Соффера.

– Взгляните, док. Похоже, он мертв. Если так, будьте осторожны и ни к чему не прикасайтесь.

Доктор вскрикнул, ошалело взглянул на меня и бросился к телу Ферроне. Я разыскал Вульфа.

– Есть кое-какой результат. Открыв дверь в туалет, я наткнулся на Ферроне. Он в форме, лежит на полу. Рядом с ним бейсбольная бита. Насколько я понял, он мертв. Если вам нужно знать мнение эксперта, то сейчас тело осматривает доктор Соффер.

Вульф хмыкнул:

– Ферроне?

– Да, сэр.

– И ты его обнаружил?

– Да, сэр.

Он слегка пожал плечами:

– Вызови полицию.

– Да, сэр. Но сперва один вопрос. С минуты на минуту должны вернуться игроки. Полиции не понравится, если они будут здесь толпиться. Может, принять соответствующие меры? Ведь если приедет не Кремер, тогда…

– Вульф! Идите сюда! – послышался голос Чизхольма.

– Мы не обязаны расшаркиваться перед полицией, – проворчал Вульф, поднимаясь. – У нас есть клиент, и я пойду к нему. А ты оставайся пока здесь. Держи под наблюдением каждого, кто сюда войдет.

Его снова позвали, и он отправился в кабинет Кинни. Едва он удалился, как открылась другая дверь. Первым вошел Нат Нил, за ним Пью Баркер. Позади них слышался шум шагов. Возвращались игроки.

Матч окончился. «Гиганты» проиграли.

3

Я никогда не брал на бейсбольные матчи пистолет, но в тот день был момент, когда я об этом пожалел. Думаю, даже после обычной игры «Гиганты» бы не обрадовались, обнаружив, что какой-то незнакомец не пускает их в раздевалку, а уж после проигрыша они были готовы разорвать друг друга, не то что чужака.

Они столпились вокруг меня и уже собирались пустить в ход кулаки, когда появился Арт Кинни и спросил, что случилось. Я предложил ему заглянуть в контору и расспросить Чизхольма. Все притихли. Не унимался лишь Билл Мойз, пришедший последним. При росте шесть футов два дюйма он весил более двухсот фунтов. Сжав кулаки, он подступил ко мне вплотную и заявил, что его ждет жена и ему нужно срочно переодеться. И если я сейчас же не уберусь, он вышвырнет меня собственными руками.

– Покажи ему ее фотографию, Билл! Тогда он тебя наверняка пропустит, – выкрикнул кто-то.

Мойз развернулся и бросился на шутника. Его схватили за руки, но он продолжал вырываться. Не знаю, удалось ли ему добраться до цели. Во-первых, в проходе образовалась настоящая свалка, а во-вторых, у меня перед глазами возникла другая картина, вызванная упоминанием о жене Мойза. Я вспомнил снимок девушки, напечатанный в газете два месяца назад. Подпись к нему гласила, что это невеста Уильяма Мойза, бейсболиста. Не было никаких сомнений: именно эту девушку я разглядывал в соседней ложе, когда пришел посыльный от Чизхольма. Была ли она как-то связана с сегодняшними событиями?

А Мойз тем временем поднял суматоху, чем оказал мне добрую услугу. Трое или четверо игроков держали его, остальные толпились вокруг его противника – Кона Прентисса. Все шумели. Жилистый и крепко сложенный Прентисс скалил зубы в неприятной усмешке. Неожиданно Мойз развернулся и снова двинулся ко мне. На сей раз он наверняка прорвался бы в раздевалку, ибо сопротивляться этой горе мускулов было бесполезно. Я уже хотел отступить и запереть дверь, когда сзади послышался властный голос:

– Эй! Ну-ка всем внимание!

Это был Арт Кинни. Лицо его выглядело совершенно белым, жилы на шее напрягались. Игроки притихли.

– Здесь находится знаменитый частный сыщик Ниро Вульф, – сообщил менеджер. – Он хочет вам кое-что сообщить.

Кинни отошел в сторону, уступив место Вульфу.

– Вы, конечно, вправе требовать объяснений, джентльмены, но с минуты на минуту сюда должна явиться полиция, и у меня весьма мало времени. Только что вы проиграли матч, проиграли из-за мошенничества. Четверо из вас были опоены наркотиком, разведенным в бутылке «Бибрайт», и не могли выступать как следует. Подробности…

Его слова заглушил взрыв удивления и ярости.

– Джентльмены! – прогремел Вульф. – Джентльмены, прошу внимания! Подробности вы узнаете позже. Сейчас у нас есть куда более важная проблема: в помещении клуба обнаружен труп вашего коллеги, Ника Ферроне. Естественно предположить, что убийство и подсыпанный в питье фенобарбитал связаны друг с другом. Таким образом, скоро вам предстоит узнать, что означает расследование убийства для каждого, кто так или иначе причастен к событиям, – виновен он или нет. А пока попрошу вас не покидать помещения клуба. Когда прибудут полицейские, они вам все объяснят…

В коридоре послышались тяжелые шаги. Дверь распахнулась, и четверо полицейских один за другим переступили порог. Вошедший первым сержант остановился и спросил:

– Что здесь происходит? Где труп?

«Гиганты» посмотрели на полицейских и промолчали.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю