Текст книги "Проклятое небо. Дыхание хаоса (СИ)"

Автор книги: Рэд Кэррот

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 32 страниц)

Глава 19

Очнулась Таалис черт знает когда. Но хотя бы ясно где – в своей комнате, в которую ее посадили под домашний арест в качестве наказания. Сомнительного наказания. Но что еще делать с нельха Турак не придумал. Вытрясать душу за отношение к собственным родителям смысла было немного, кроха ничего не помнила. И вряд ли кнут способствовал бы возвращению воспоминаний.

Перед глазами плавал потолок. Иногда его сносило куда-то в сторону, тогда все вокруг начинало кружиться в незамысловатом танце. В такие моменты казалось, что сознание вновь пытается сбежать на все четыре стороны, подальше от нерадивой хозяйки, которой жизнь не мила. Чего потащилась к богу Хаоса? Сомнительная оговорка в виде слов о том, что она не знала ничего о том, отказывалась восприниматься на корню. Ведь знала, что лезет туда, куда запрещено. А запрет поставили не так просто.

Без каких-либо усилий Таалис повернула голову набок. В теле подозрительная легкость и слабость. Вряд ли сил хватит, чтобы банально сесть или встать с кровати. Наверное.

Чужое присутствие определила только тогда, когда взгляд сфокусировался на фигуре. В голове такой туман, что через него мало что проникало к сознанию. Другими словами, увидит, только если ткнут носом.

–Как себя чувствуешь, солнце? – участливо спросила ее женщина, сидя на краю кровати.

Она ее помнила. Забавно. Так спокойно и естественно вернулись все воспоминания, утерянные после казни на древе, что кажется, всегда были рядом, лишь руку протяни. И все, что творилось с ней в последние годы жизни, не больше чем сон. Настолько неестественными они казались сейчас юной нельха.

–Напоминаю себе желе, слабость и вялость. А так нормально. Давно я здесь?

–Вторые сутки. Пить хочешь?

–Пока ты не сказала, не хотела, – вяло улыбнулась Таалис. Предприняла попытку занять вертикальное положение, и это у нее получилось. Под спину подложили подушку, позволив выдохнуть с облегчением. – Спасибо, мам.

–О! – радостная улыбка озарила лицо женщины. – Ты вспомнила меня?

–Угу. Все вспомнила, – Таалис потерла глаза, после чего с благодарностью приняла стакан и быстро закинула в рот.

–Не торопись, – озадачилась Цересса, наблюдая за фирменным безобразием. Ее кроха успела вся вымокнуть после неосторожного глотка. – Будем считать, что ты решила помыться.

–Не то слово, – вода, как ни странно, чуть прояснила голову, вернув способность мыслить трезво. Проснулся зверский аппетит, унявший дрожь в руках. – Мам, а есть что поесть? Скоро взвою волком.

–Не надо выть, моя психика такого не выдержит. Встать сможешь? – скептически осмотрели мокрую фигурку на кровати, чьи ноги были укрыты одеялом и только поэтому спаслись. Рубашка, которую Турак так и не снял, вымокла на груди. Будь здесь мальчишки, им бы картина понравилась. Так, ладно, что-то она отвлеклась. – Давай помогу, а там разберемся. Не сможешь дойти, принесу сюда. Зачем ты опять это надела?

–М? – Таалис свесила ноги с кровати, осмотрела себя. Пожала плечами. Сейчас чувства и привязанность к людским магам казалась ей абсурдом. – Пока жила на земле, всегда так ходила. За редким исключением.

–Да? У людей новая мода? – усмехнулась Цересса. Отошла к шкафу, где некоторое время копалась в содержимом. Пока девочка лежала без сознания, сюда принесли наряды для их крохи-оракула. – Так. Что хочешь выбрать, Лунарх? Или на мой вкус?

–Шорты, – мгновенно отозвалась девушка. В ответ женщина у шкафа улыбнулась. – Не смейся, а?

–Тебе так идут платья! А ты все время в черти чем, – одновременно с этим Цересса вытащила на свет из недр шкафа короткие шортики из бледно-голубой плотной ткани. – А к ним что?

–А что есть? – Таалис осторожно поднялась с кровати. Слабость еще оставалась, но уже уносилась прочь. Последствия встречи с богом Хаоса постепенно сходили на нет, что не могло не радовать. В прошлую их встречу с похожими симптомами она провалялась больше недели. Не то иммунитет вырабатываться начал, не то организм подрос и окреп. – О, какая прелесть!

–Опять рубашки?!

–Брось, красиво же, – Таалис с удовольствием влезла в шорты, наверх накинула полупрозрачную белоснежную рубашку с вышивкой алыми нитями на груди. Не то цветы, не то драконы. Или их дети, потому как узор откровенно не разобрать. Завязала концы в узелок, оголив талию. – Смотри, как здорово. Слушай, красота какая. А еще есть?

–Не помню у тебя нездоровой любви к рубашкам, – хитро улыбнулась нельх, оглядывая дочь. Той действительно шло. Вырос ее мотылек, похоже. Больше четырех лет не виделись.

–Да, там, – отмахнулись от нее небрежно, что вызвало еще больше любопытства.

–Расскажешь?

–Если вы расскажете, как жили здесь без меня.

–Да неплохо на самом деле. Никто не жужжал над самым ухом, что хочет книг по чарам оракула. И не плакался, что Хензу на него внимания не обращает, предпочитая общество Астарита женскому.

–Мама! – возмутилась Таалис, чувствуя, что невольно покраснела. – Ты это так говоришь.

–М? – ехидно улыбнулось коварное создание. – Брось, их так весело подначивать. Они же вечно на задания ходят своей чисто мужской компанией. Меня не берут, даже когда с ними суется твой папа.

–Он заботится о тебе.

–К чертям такую заботу, – радостно рассмеялась Цересса. Отсутствие жизни в теле давно уже перекроило все эмоции, так что Таалис даже не удивлялась словам матери. – Ты как? Идем радовать остальных твоим видом?

–До тарелки с супом дотяну, – твердо заявила Таалис. – Идем. Вы мне расскажете, как у вас тут и что.

–С супом, – задумчиво протянула Цересса, разглядывая потолок в мыслях о чем-то. Знакомый взгляд.

–У вас опять одна рыба? – с подозрением покосилась на мать Таалис.

–Ну, – протянули в ответ.

Девушка фыркнула и насупилась.

–Вот вечно вы портите все настроение. Только раскатаешь губу, как приходится ее закатывать, не успев размотать до конца. Привет, Астарит! – радостно помахала Таалис фигуре, мелькнувшей в конце коридора. Через мгновение оттуда выглянула знакомая голова. – Где своего парня потерял?

–Иди к черту, – по привычке откликнулся мужчина. После улыбнулся и заключил кроху, метнувшуюся к нему, в крепкие объятия. – Неужели память снова на месте? Тогда – с возвращением, мотылек.

–На месте, – подтвердила Таалис. Ее выпустили из рук, чуть отстранили и оглядели со всех сторон. – Что? Так где Хензу потерял? Я ему там наговорила всякого.

–Парень не в обиде, – отмахнулись от ее попыток извинений. – На улице корабль осматривает. Изрядно потрепали, пока тебя вытаскивали. Придется чинить перед следующим заданием. Ты хорошо выглядишь. Жаль, без крылышек.

–Отрубили, – развела Таалис руками.

–Не жалеешь? – сощурились проницательные глаза.

–Не люблю небо, – эхом откликнулась Таалис по привычке. Сказала и прислушалась к собственным ощущениям. Да, так и есть. Небо она, кажется, стала ненавидеть еще сильнее. И об утрате крыльев нисколько не жалела. – Меня уже дважды казнили, скидывая оттуда. Кстати, я так и не поняла, как выжила в прошлый раз. Вы-то ладно с папой, – посмотрели на хали Церессу, – Но я еще пока живая. Меня должно было расплющить в тонкий блин без крыльев, но почему-то не расплющило.

–Не помнишь? – проявила любопытство нельх рядом.

–Не-а. Помню, как скинули вас. Помню, как мне было страшно. Помню, как спрыгнула вниз, чтобы не нанизали на клинок как сосиску. Помню ужас и ветер, – призадумалась Таалис, пытаясь вспомнить дела давно минувших дней. Свист ветра помнила слишком хорошо и отчетливо, как и видение удаляющейся кроны древа. Толстый ствол поодаль, проносящийся перед глазами. А потом пустота, которую не прогнала даже встреча с богом Хаоса. – И все.

–Все?

–Да. Очнулась на земле, ночью. Вокруг незнакомые люди. Они же забрали к себе, отрезали уши, перекрасили и спрятали глаза за зельями, – вспомнилось вдруг давно прошедшее время.

–Зачем такие жестокости? – искренне недоумевал Астарит, разглядывая кроху перед собой. Цересса рядом занималась тем же. Эту часть прошлого девочки они не знали.

В ответ пожали плечами.

–Они жили на улице. Так меньше внимания ко мне, мало ли. Жила у них, прося милостыню или подворовывая по всяким мелочам. Хотели продать меня, но боялись, что маги прознают и отберут раньше, чем получат выгоду. А так небольшая посильная польза.

–Обижали? – сощурилась Цересса. По глазам стало понятно, что в случае утвердительного ответа кому-то придется несладко. К радости или горю, мстить больше было некому.

–Вы уничтожили тот город, – покачала головой Таалис. Различила звук шагов за спиной, обернулась. – Папа!

–О, наконец-то я слышу неподдельную радость в голосе, – к ним подошел хал Турак. Обнял кроху, после чего притянул к себе свою женщину. Осмотрел поочередно обеих. – Хоть одна польза от твоих ночных похождений. На кой черт туда полезла? Сказали же, не подниматься наверх.

–Хензу рассказал про бога Хаоса, что он не спит, чтобы я перестала на вас кидаться и путаться в собственном прошлом. Я не поверила. Вот и пошла туда, куда нельзя. Ожидала худшего.

–Хензу нарушил мой запрет? – протянул хищно Турак.

–Да куда уж хуже-то? – усмехнулась Цересса. Подняла голову к своему мужчине. – Не ворчи, как старый пень. Все обошлось, оно и к лучшему. Лунарх все вспомнила и сможет нам помочь.

–Я – помочь? – озадачилась Таалис, замялась.

Да, прежде она убивала, не сильно задумываясь. Надо было, сделала. Конкретно древо уронить помогла по той причине, что из-за оракулов, которые жили на нем, ее родители лишились жизни. Они продолжали существовать силами бога Хаоса, но изменились очень сильно. Не совсем новые нельхи, однако уже не те, кем были. И не во всем изменения к лучшему.

Людей тоже помогала убивать. Не знала их толком. Астарит или Хензу не в счет, они не по своей воле торчали на древе на весьма определенных правах. От них и узнала, какими бывают маги. От прочих же была далека, как звезды от земли. К тому же всем нельха без исключения люди представляются большим злом, готовым причинить вред при первой возможности. В свое время между народами было много войн. Поэтому достойными жизни она их не считала. Ей было все равно.

Но сейчас, пережив столько всего, узнавая людей, Таалис была не уверена, что сможет сохранить прошлое равнодушие. Память к ней вернулась. Новые же знания, полученные за прошедшие четыре года, никуда не делись. Их сложно вычеркнуть из жизни.

–Богу Хаоса нужны смерти, – просто ответил Турак. – Не решим проблему, он уничтожит многое. Лучше пожертвовать малым, чем такой ценой.

–Предлагаю обсудить детали за обедом, – Цересса выбралась из объятий мужа, ухватила другого мужчину под локоть. – Да, Астарит?

–Хал Турак, – без особых надежд протянул Астарит. Ему ответили веселой усмешкой. Так он и знал.

–Идемте обедать, – радостно заключила Цересса, утаскивая прекратившего все попытки к сопротивлению мужчину в сторону, дальше по коридору.

Таалис чуть медлила, пребывая мыслями далеко. Там, где ей, возможно, снова придется убивать людей. Невеселые перспективы. Совсем.

–Идем, Лунарх? – обратился к ней отец. Задумчивость крохи он видел невооруженным глазом, отчасти лишь догадываясь, что гложет ту.

–Да, – кивнула та. Помедлила еще немного, прежде чем направилась за отцом. Мама к тому времени со своей жертвой скрылась за поворотом. – Пап, а можно без имени?

–Как это? – искренне удивился Турак, шагая по коридору. Щели, образованные острыми кольями темно-фиолетовых кристаллов, отчетливо напоминали зубы хищника. Место, сотворенное одним лишь присутствием бога Хаоса.

–Никак не пойму, что чувствую от старого и нового, – вынуждена была признаться девушка. Она не знала, как объяснить то, что чувствовала. Вроде бы ее имя – Лунарх, но с него искренне коробит. Таалис? Чужое имя, не ее.

–И как же тебя звать? – не расстроился от озвученных перспектив Турак. – Солнце? Зайка?

–Угу, рыбка, – хмыкнула Таалис. Она не знала. Слов много, но как начать на них откликаться? Предпочла бы свое, но какое оно из них теперь – ее? Было, правда, одно, которое находило живой отклик в душе. – Пап.

–Придумала? Моя фантазия застряла на «дочь».

–Богатая у тебя фантазия, – не удержалась от смеха нельх. – Нет, не надо так официально. Другим тоже меня звать дочкой прикажешь?

–Приказать я могу многое, – улыбнулся хитро ее отец. – Ты же знаешь.

–О, это я знаю лучше всех. Не стоит утруждаться. Зовите меня Лисенком.

–Лисенком? – искренне удивился выбору Турак. – Почему Лисенком? Ты же не рыжая.

–Мне нравится это имя, – девушка не стала вдаваться в подробности собственного выбора. Память услужливо хранила те редкие моменты, когда ее так называл маг. Наверное, глупо это, но ей действительно были противны оба прошлых варианта. А это вызывало только хорошие эмоции.

–Нравится, так нравится. Будешь Лисенком. Я передам остальным, – не стал ни вдаваться в подробности, ни разбираться в деталях ее отец.

–Хорошо. Спасибо, пап.

–Обращайся. Хм. Может, мне тоже имя сменить? А что? – на смеющуюся девочку посмотрели лукавые чуть светящиеся глаза взрослого нельха. – Хала Турака знают многие. Назовусь Пнем и буду рассекать неузнанным по городам и странам.

Не выдержав, Лисенок рассмеялась на все здание, представив себе вышеописанную картину.

Несмотря ни на что, настроение поднялось. За окном голубое небо с белоснежными барашками облаков. Она дома, в безопасности. Маги до нее здесь не дотянутся.

–Пап, – внезапно озадачилась Лисенок. – Я служила магу раньше.

–И что?

–Ошейник, – вспомнила она, глянула на отца. – Мой маг контролировать меня мог через него. Помню, магии лишал совершенно точно.

–Мы сняли с тебя контракт. Ты свободна.

–Так просто? – удивилась девушка.

–Когда знаешь, как подступиться, все делается просто.

–Странно, – вновь задумалась девушка. – Когда меня скинули с древа, я была ранена. Они вышли на меня, но мой маг не убил меня, пользуясь правом контракта. Почему так?

–Ты мало знаешь о контрактах слуг с магами, солнце. Подозрительно мало для той, кто им служил.

–Не интересовалась никогда, – растерялась Лисенок. Прежде она действительно над этим не задумывалась. Незачем было.

–Контракт мага со слугой позволяет первому лишь контролировать второго. Другими словами, ставить ограничения на использование чар, чтобы иметь возможность выжить, если вдруг последний решит прикончить своего мастера.

–И все?! – искренне удивилась нельх. – Так мало?

–И все, – согласно кивнул Турак. – Но я бы не сказал, что этого так уж мало. Многим как раз такой ошейник спасал жизнь. Правда, обычно после этого жизни лишались уже слуги.

–Да, рассказывали.

–Вот видишь, – Турак свернул в боковую дверь, не сбавляя хода. – Вы еще не все тут без нас съели? Между прочим, могли бы и подождать.

–Между прочим, могли бы и шевелить быстрее ногами, – произнесла с набитым ртом хали Цересса. Заглотила кончик рыбьего хвоста, которым как раз наслаждалась. Довольно облизнулась. – Пока вас дождешься, тридцать раз успеешь ноги с голоду протянуть.

–На твои протянутые ножки готов смотреть бесконечно, – усмехнулся Турак. Скользнул за стол к своей женщине. – Особенно, если они протянуты в мою сторону. Опять рыба? Цересса, ты издеваешься?

–Чем тебе рыба не угодила? Во-первых, я люблю рыбу. А во-вторых, все, что бегало в здешних краях, уже давно в твоем желудке. Остается только река. Хочешь, могу предложить водоросли, – хитро подмигнула ему Цересса. Указала на стул рядом. – Присаживайся, Лунарх. Наверняка проголодалась. Ты-то против моей рыбы ничего не имеешь?

–Если она окажется в моем желудке, то ничего, – согласилась с ней девушка, занимая свободное место. – И, если не против, зовите меня Лисенком.

–Лисенком? – удивилась женщина. Кинула взгляд на мужа. Тот кивнул в подтверждение слов.

–Нашей крохе сложно с именами. Просила звать ее так, пока не придет в себя, – набивая рот, пробормотал Турак.

–А что? Мне нравится, – поддержал идею Хензу. Он оказался напротив двух очаровательных особ, чему был только рад. – Красивое имя, пушистое такое.

–На мой скромный взгляд, это имя тебе не идет, – заметил между делом Астарит. Они вместе с Тураком сели с краю стола. – Ты больше на бабочку похожа, чем на это мохнатое животное. Рыжее к тому же.

–Бабочка без крыльев? Ты назвал мою малышку гусеницей?! – мгновенно отреагировала на выпад в сторону оракула хали Цересса, чем вызвала веселый смех всех собравшихся.

Это были ни с чем несравнимые эмоции. От близости тех, кого она не видела после такой долгой разлуки. Никого не забыла, с радостью узнавала о них что-то новое. О своей жизни рассказывала неохотно, не решив для самой себя, как относится ко всему, что имело место быть за прошедшие годы вдали от собственной семьи. Ее не расспрашивали, за что Лисенок была благодарна.

Глава 20

Время бежало неумолимо. Прошел почти месяц с тех пор, как она прибыла с защитниками на корабле, как нашла родителей, как вспомнила свое прошлое. Все это время Лисенок изучала и повторяла то, что за время забвения чуть истерлось из памяти. Оно охотно возвращалось, стоило лишь взяться за дело всерьез.

Особенно радовала магия Ао. Она действительно плотно изучала ее в свое время. Нельхи не слишком жаловали данную ветвь магии, однако под чутким руководством и наставничеством лорда Юххаза удалось достичь неплохих результатов. Магия Ао давалась легко, буквально слетая с кончиков пальцев при малейшем движении. Лисенку нравилось это чувство, словно вязала некую паутину, оплетающую жертву прочным коконом.

–Сдаюсь, – простонал Хензу в безуспешной попытке отдышаться. Поморщился при виде опаленного предплечья. Приоткрыл глаз и тут же наткнулся на веселый искристый взгляд чуть светящихся голубых глаз. – В кого ты такая бодрая, а? Я уже даже не завидую, а готов сожрать тебя с потрохами.

–Если бы так легко можно было передавать мастерство, маги поголовно были бы каннибалами, – рассмеялась Лисенок. Присела рядом на колени. Крохотный пятачок зелени среди каменного царства.

–Сожрать такую кроху? Согласен! – Хензу уселся рядом. Онемевшая левая нога постепенно приходила в норму. – Нет, я не понимаю, откуда в тебе это. Ладно бы человек, я бы понял. Но нельх – любитель магии Ао? Где-то логика заблудилась.

–Откуда взяться логике, когда в дело вступают нельхи? – к двум на земле подошел Астарит. Окинул взглядом развороченную поляну, покачал головой. Хорошо, что они находятся в крайне непопулярном месте. Углядеть буйство магии посторонние не смогут ввиду отсутствия оных. – Вы закончили развлекаться?

–Да. Полный разгром, – вздохнул Хензу.

–О как? Всего три недели на то, чтобы вспомнить, и уже? Молодец, Лисенок.

–Спасибо, Астарит! – дыхание разгоряченной нельха постепенно возвращалось в норму.

Поединки с Хензу ей нравились настолько, что она готова была отдавать этому все дни напролет. Жаль, парень не соглашался тренироваться чаще одного раза в день. Иногда удавалось упросить на вечернюю тренировку, что случалось редко. В остальное время парень бегал от нее, как от огня, под смех хали Церессы и улыбку хала Турака.

–Ты чего подозрительно добрый сегодня? – смерил друга взглядом снизу вверх Хензу.

–Скоро на задание. Лун.. Лисенок, тебя родители видеть хотели, обсудить некоторые детали.

–Да? Хорошо, – Таалис поднялась с колен, отряхнула их и направилась к зданию из кристаллов. – Спасибо за тренировку, Хензу.

–Обращайся, – проводил кроху взглядом парень. Покачал головой и попытался встать. Поврежденная нога предательски подрагивала. Боли он не чувствовал, лишь неприятные ощущения. Лишенные жизни, они были лишены не только многих эмоций, но и таких мелочей. – Что-то ее настроение мне не нравится. Раньше тоже не слишком рвалась помогать, а сейчас и вовсе потеряла весь интерес.

–Привязалась к людям, прожив у них столько времени. Поддерживаю твое недоумение, но ничего поделать не могу. Главное, чтобы помогла. Боюсь, наших сильно потрепанных рядов для чего-то стоящего не хватит.

–Это меня и раздражает. Чего к ним привязываться после всего, что они ей сделали? Натерпелась ведь на десяток лет вперед всяких ужасов. Так, ты мне с ногой поможешь? Не хотел расстраивать Лунарх, но, кажется, она мне ее сломала.

–Ваши с ней игры доведут тебя до могилы, – Астарит усмехнулся собственным словам.

–Да уж не хотелось бы. И так практически там. Ты помогать думаешь?

Лисенок тем временем добралась до дома в не самом хорошем настроении. После слов Астарита пришло понимание, что от нее ждут помощи и, возможно, уже на днях. Силы оракула велики, они могут многое, даже слишком. Убивать с ними не проблема, как не проблемой после этого становится поддержание разума в боге Хаоса. Ее родителям приходилось тяжело в последнее время. Убивать в принципе нелегко, но убивать много – задача куда сложнее.

Единственная мысль глодала душу девочки подобно озверевшей собаке. Ее она и поспешила высказать, едва пересеклась с родителями и те подтвердили слова Астарита.

–Есть ли у нас план, как усыпить бога Хаоса? – переспросила хали Цересса. Задумалась и пожала плечами. – Если верить его собственным словам, он уснет, едва насытится.

–Но мы ведь держим его буквально на голодном пайке, – растерялась Лисенок. – Не получится ли, что нам придется убивать до бесконечности, поддерживая в нем разум, и надеяться, что в конечном счете нам эта затея удастся? Ведь если хоть раз оплошаем, он впадет в безумие и уничтожит все то, что мы пытаемся спасти.

–Такой шанс есть. Именно поэтому мы ищем последнего оракула, оставшегося в живых.

–Эзхаросса? – всплыло в памяти имя. – Она знает, как можно его усыпить?

–Должна. Мы бы спросили у тех оракулов, которые призвали к нам в мир бога Хаоса, но от них даже тел не осталось. Эзхаросса умнее их всех, вместе взятых. И сильнее, – помолчав, добавил хал Турак. – Единственная проблема заключается в том, что найти мы этого мотылька не можем. Понятное дело, знает, что мы ее ищем. Пустили слух, что по делу, но…

–Но она как я до возвращения памяти, – догадалась Лисенок.

–Именно. Попадаться к нам в руки не мечтает. На древах ее нет, мы все проверили. А на земле затеряться куда как проще. Собственно, что она нам и продемонстрировала.

–Пап, я тут подумала, – нерешительно произнесла Лисенок. Замялась, но все-таки задала интересующий ее вопрос. На нее взирали с немым интересом. – А почему бы нам не рассказать всем, что бог Хаоса проснулся? Нас ведь многие ненавидят. Может, удалось бы до Эзхароссы достучаться.

–Видишь ли в чем дело, солнце, – на полном серьезе ответила ей Цересса. – Если мы придем с повинной и расскажем все, как есть, то убивать уже никого не сможем. Никто не захочет этого делать, ты и сама понимаешь. Ну, что такое – просто взять и убить кого-то? Это довольно проблемно. Так вот, пока суть да дело, бог Хаоса выйдет от голода из-под контроля и убьет слишком многих. Возможен и другой вариант. Люди объединятся с нельхами в попытке одолеть бога Хаоса, пока тот еще в собственном рассудке.

–Но? – учуяла подвох Лисенок. Опасения подтвердились.

–Бог Хаоса бессмертен, солнце, – пояснила Цересса. – Смертей при попытке его изничтожить будет столько, сколько потребуется для сна.

–Вот и получается, что то на то выходит в любом из вариантов, – добавил хал Турак.

–Но, может, Эзхаросса успеет быстрее? – с надеждой спросила Лисенок, вглядываясь в дорогие лица. По глазам могла прочитать ответ. Могла, но не хотела. Не хотела терять надежду на благополучный исход дела.

–Ты готова так рисковать? – хали Цересса снисходительно улыбнулась, заранее зная ответ. Когда-то давно у них уже состоялся подобный разговор, о котором кроха успела позабыть за давностью лет. Вероятно, уже вспомнила.

–Нет, простите, – вздохнула Лисенок. Взгляд чуть светящихся голубых глаз терялся на камнях пола. – Я все понимаю. Попытаюсь быть полезной.

–Спасибо, солнце, – улыбнулась ей Цересса. Подошла ближе и обняла девушку за плечи. – Не волнуйся. Мы придумаем что-нибудь до того, как придется уничтожить мир.

Вялая улыбка Лисенка послужила ей ответом. Девушке было нелегко слышать эти слова, еще труднее сделать выбор в отсутствии оного. Одно дело – понять, совсем другое – принять. Последнее ей не давалось совсем.

Целью уничтожения выбрали один из городов на окраине страны. Его расположение слишком удачно вписывалось в условия плана. Равнина возле реки, возле которой холм с густым лесом. Проникнуть на него под покровом темноты не составило никакого труда.

Корабль спрятался под густой листвой от любопытных глаз так же легко, как иголка в стоге сена. Искать можно долго и трудно даже при всем желании. У обреченного города такого желания не было, поскольку о надвигающейся беде они попросту не догадывались.

Под тенью раскидистого дуба собрались все действующие лица. Хали Цересса осталась возле бога Хаоса, поручив дело своему мужу. Хензу надлежало присматривать за их крохой-оракулом, а Астарит возглавил группу магов, призванных помочь в случае, если что-то пойдет не так, как запланировано.

Лисенок наблюдала за городом с холма. Турак с Хензу отошли в сторону, чтобы не мешать оракулу. Астарит с пятеркой магов исчезли где-то в лесу. Девушка не догадывалась, куда и зачем тех отправили. Охранять подступы к ней, разве что. Дабы теоретические маги из города не прознали, откуда идет беда. Если таковые там есть.

Сиих отозвался негромкой мелодией, явившись по первому зову. До города далеко, никто посторонний не услышит. Никто не навредит телу, пока сознание будет у городских стен.

И все-таки это было нечестно и несправедливо. Как-то непродуманно, что ли. Лисенок осматривала город, заглядывала в узкие улочки, проносилась с ветром по широким проспектам, перепрыгивала через небольшие ручейки. И никак не могла взять в толк: почему, даже не обучаясь и ничего толком не зная про природу оракулов, уничтожать с помощью этих сил можно легко и просто, а сотворить что-то полезное – уже не хватает знаний? Неужели настолько проще разрушать? А, главное, зачем такие умения оракулам? Кем они должны были быть по задумке природы?

Добродушные лица на рынке. Лисенок заметила воришку, стащившего что-то у толстой бабы с прилавка. Не то пирожок, не то кусок колбасы. Как радостно светились его глаза, когда он с удовольствием, грязный и чумазый, грыз сворованное. Торговка не заметила пропажи, а ему теперь не грозит голодать до самого вечера.

Вспомнила свою прежнюю жизнь. Как они жили вместе с Зару, как она воровала для нее. Всегда какую-нибудь мелочь. Красть толком не умела. Иногда ее колотили, поймав на месте преступления. Так что чаще просила милостыню где-нибудь. Сердобольные старушки были золотой жилой для девочки. Эти добрые души никогда не проходили мимо. Некоторые не могли помочь деньгами, зато помогали едой. Она всему была рада. Пусть после этого могли настучать дома, зато желудок не воет от голода. А синяки проходят со временем.

И вот сейчас она должна уничтожить целый город. Как однажды сделали это маги Хаоса с местом, где жили они с Хартуном. Кстати, было бы любопытно узнать, почему ее маг выбрал именно то место своим пристанищем. Ведь у него был прекрасный дом в столице Кенгры. Эль Халасс красивейший город, променять который на то захолустье мог лишь слепой. Или отчаявшийся человек, решивший спрятаться от собственных бед.

Глядя в лица снующих по своим делам людей, Лисенок словно наяву увидела именно тот город, заполоненный проклятием Хаоса. Как десятками, сотнями гибли люди. Смертоносная магия не щадила никого, убивая без разбору. Вспомнила, как шарахались от нее простые обыватели, видя перед собой слугу мага. Причина всех бед, полагали они.

Сознание вернулось в тело легко и плавно. Лисенок подняла голову к далеким стенам города. Перед взором до сих пор люди, живущие размеренной жизнью. Те, кто не знают о беде, нависшей над головами.

На тихие шаги не отреагировала. Смотреть в ту сторону не было никакой необходимости. Без того знала, кто к ней подошел.

–Прости, папа, – негромко призналась девушка. Взгляд терялся у городских стен ниже по склону. – Я не могу. Простите.

Возле нее присели на колено. Кроху обняли за плечи. Турак не выглядел злым или раздраженным, он был спокоен, даже нашел в себе силы улыбнуться несчастному созданию.

–Ничего страшного, солнце. Все бывает. Не получилось сегодня, получится в следующий раз. Хензу, – окликнули парня у дерева неподалеку. Турак поднялся с земли, помог встать дочери. – Отведи Лисенка на корабль, пусть передохнет.

–Хорошо, хал Турак, – эхом откликнулся парень, отлепившись от дерева. Подошел ближе, протянул нельху руку. – Идем, Лисенок. Найдем, чем тебя успокоить.

–Я спокойна, – ответила ему девушка, поднимаясь с земли. Кинула последний взгляд на город, развернулась и направилась прочь.

На душе скребли кошки. Ведь должна была сделать так, как ее просили. Должна, но не смогла. Сколько еще у них есть времени, прежде, чем бог Хаоса потеряет рассудок и проснется окончательно? Сколько у нее попыток все сделать правильно?..

На корабле убитому мучительными думами нельха приготовили ванну. Хензу заготовил какой-то успокаивающий отвар и потом долго сидел возле нее на краю кровати. Пока сон не сморил кроху, никуда не уходил, за что Лисенок была ему благодарна. Словно старший брат, оберегающий ее спокойствие. А еще зелье, что он ей приготовил, убрало негативные мысли, что и позволило уснуть.

После пробуждения узнала, что они выдвинулись обратно. Город все-таки уничтожили, без ее помощи. Теперь следовало как можно быстрее покинуть место преступления, пока маги Ковена не прибыли. В их отсутствие распространению проклятия Хаоса никто не смог помешать.

Вот так. Еще несколько часов назад был городок, была жизнь внутри него. И вот уже вотчина безмолвных мертвецов, изувеченных, рассыпающихся со временем пеплом.

Лисенок стояла на носу корабля в гордом одиночестве, запахнувшись в плащ. Темно-бордовый снаружи, чуть более алый внутри. Стоящий воротник и красивая цепочка крепления у шеи. Совсем как тот, который ей достался от Эша.

Горестные думы и не думали пропадать, кружась в голове. Перед глазами картины еще недавнего спокойствия и жизни. Человеческие лица. Такие разные, непохожие друг на друга. Сейчас уже никого не осталось на этом свете. Отданы на откуп кровавому богу Хаоса, чтобы другие могли жить. Правильно ли это?

–Думаешь, она справится? – Хензу с капитанского мостика наблюдал за крохой-нельха на другом конце корабля. После того, как жизнь прибрал к себе бог Хаоса, многие эмоции видоизменились, часть пропала вовсе. Сохранились лишь немногие. Часть касалась девушки, что сейчас больше напоминала нахохлившегося воробушка.

–У нас выбора нет, – пожал плечами Астарит.

–Это верно подмечено, – от штурвала добавил Турак. – Коль скоро Эзхаросса для нас недоступна, приходится исходить из того, что есть.