Текст книги "Хрустальный цветок"

Автор книги: Ребекка Тейт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 10 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]

9

Вайолет вышла на пробежку очень рано. Она уже изучила ближайшую к особняку часть парка и сегодня выбрала дорожку, уводящую вниз, к выезду с территории. Вайолет нацепила наушники, включила плеер и побежала – и через некоторое время ее обнял лес.

Здесь не было фонтанов, как в ухоженном парке. От дорожки периодически ответвлялись другие тропки, однако Вайолет не сворачивала туда. Ей вовсе не хотелось заплутать, несмотря на обещание Джеймса, что в случае необходимости кто-нибудь придет и спасет ее. Зачем отрывать людей от дел? Вайолет с детства терпеть не могла создавать кому-то проблемы.

Она вообще росла бесконфликтным ребенком. Не считая обычных детских капризов и сказок на ночь, Вайолет не навязывала себя никому, и потому ей никогда не бывало скучно в своем собственном обществе. Вчера она не успела объяснить это Рольфу – разговор плавно перешел в сферу искусства, а про личные темы позабыли. Может быть, это и к лучшему.

Рольф. Называть его по имени оказалось очень приятно. Как будто он подарил ей кусочек той сказки, в которой жил сам.

Вайолет казалось, что это сказка. Конечно, он не слишком здоров, эта беда со зрением… Однако он живет так, как хочет, и удивляется каждый день. Вот что в нем подкупало: возможность удивиться.

Многие люди теряют эту способность с годами. Мир кажется привычным, в нем нет ничего нового… Сейчас уже действительно не Средние века, когда для расширения границ мира нужно было родиться либо знатным, либо очень упорным. Крестьянин не мог покинуть свое хозяйство, да и редко в его голове возникала мысль о дальних странах. Сегодня большинство людей на планете находится в равных условиях. Если ты хочешь, мир будет принадлежать тебе. Нужно не только хотеть, но и делать – все получится.

Информация льется отовсюду. Надо лишь уметь правильно ее использовать и не потеряться в ней. Тогда мир откроет тебе свои объятия.

И вот человек, который живет в глуши, удивляется каждый день. Чему? Вайолет хотела спросить его об этом вчера. Хотела – и не спросила. Но, может, сегодня удастся…

Вчера было новолуние, и Рольф предпочел солярий. Сегодня же – Вайолет уже посмотрела в Интернете – обещали ясную ночь. Значит, все небо будет в звездах, слишком много света… Разве может быть много звездного света? Бедный, бедный Рольф Старлинг!

Вайолет перешла на шаг, чтобы немного перевести дыхание. Справа она заметила среди зелени что-то белое. Недолго думая, Вайолет свернула на дорожку, ведущую к загадочному объекту.

Она шла медленно, и, когда дошла, сооружение открылось перед нею во всей красе – словно корабль, выплыло из-за поворота.

– Ух ты! – только и смогла вымолвить Вайолет.

Это была беседка, построенная на ручье. Если бы в наушниках не играла музыка, Вайолет услышала бы его бормотание раньше. Она выключила плеер и стащила наушники с головы.

Беседка казалась ажурной, как и многие комнаты в доме. Тонкие витые колонны, коническая крыша, и основание, похожее на стилизованные колеса, – она напоминала изящную мельницу, построенную не для работы, а для красоты. Вайолет поднялась по узким ступеням внутрь и перегнулась через перила. Ручей катился по камням вниз, к подножию горы, наверное он впадает в озеро Флэтед. Камушки были овальные, блестевшие в лучах солнца, пробивавшегося сквозь кроны деревьев. И вокруг все та же лесная тишина.

Вайолет решила, что можно здесь немного отдохнуть. Слушать энергичную музыку больше не хотелось, наоборот – душа просила неторопливости и тишины. Самое подходящее место. Она села на скамейку, прислонилась к ее резной спинке и закрыла глаза.

Вайолет не знала, сколько просидела так. Ее слуха коснулось еле слышное шуршание. Как будто кто-то осторожно подкрадывался к ней, чтобы разыграть – закрыть ладонями глаза и спросить: «Кто это?». Но таких друзей у нее здесь нет. Вайолет открыла глаза и ахнула: рядом с беседкой на траве сидел кролик.

– Откуда ты тут? – спросила у длинноухого Вайолет, как будто он мог ответить. Кролик, естественно, промолчал, однако и уходить не собирался. Он не выглядел испуганным, и Вайолет вспомнила рассказ Джеймса о том, что животные пробираются на территорию поместья. – Иди сюда.

Вайолет осторожно спустилась по лесенке, присела на корточки и протянула руку к кролику. Она думала, что зверек убежит, однако кролик повел себя неожиданно: деловито подпрыгал поближе и обнюхал протянутую к нему ладонь. Вайолет тихонько засмеялась от радости. Она любила животных, и непосредственное общение с живой природой всегда доставляло ей удовольствие.

Кролик присел на задние лапы, вытянулся столбиком и насторожил уши.

– Откуда же ты такой? – шепотом спросила у него Вайолет. Зверек повел чутким носом.

– Его зовут Вабанаквад, Белое Облако, – послышался звонкий голос. Вайолет резко обернулась.

У беседки стоял подросток. Сначала Вайолет подумала, что это девочка – из-за длинных блестящих черных волос, – но тут же поняла: мальчик. Он был одет в потертые джинсы, кроссовки и белую футболку.

– Привет, – сказала Вайолет, вставая.

– Здравствуйте. – Он смотрел на нее открыто и спокойно – маленький хозяин этих мест.

То, что мальчик чувствует себя в лесу как дома, было заметно. Подошел он так, что ни одна веточка не хрустнула. Да и экзотические черты лица говорили о том, что в жилах подростка течет индейская кровь.

– Ты садовник? – спросила Вайолет, припомнив, что ей рассказывал Джеймс. Только вот имя мальчика выскользнуло из памяти. – Как тебя зовут?

– Вагош.

– А я Вайолет. Я гощу у мистера Старлинга.

– Я знаю. Мне рассказал мистер Джеймс. – Мальчик наклонился и поманил к себе кролика. – Иди сюда, Белое Облако. – Он исподлобья глянул на Вайолет. – Вы ему понравились.

– Я люблю животных.

– Если бы вас пленили злые духи, Вабанаквад к вам бы не подошел.

– А злые духи меня не тронули? – заинтересовалась Вайолет.

– Нет. – Вагош покачал головой. – Вы говорите только с добрыми духами.

– Я никогда с ними не разговаривала, во всяком случае не помню этого.

– Вам так кажется. Добрые духи навевают сны, и человек не помнит, что они с ним говорили. Но их отметины остаются.

Он говорил по-английски красиво и правильно – видимо, вырос среди англоговорящих, а не в резервации. Вайолет знала, что резервации по-прежнему есть, есть индейские поселки, куда белым вход заказан. Она редко встречалась с индейцами – в Вашингтоне их почти не было. А здесь, в глуши, появление такого мальчика казалось само собой разумеющимся.

– А какие это отметины?

– Вам их не увидеть.

– Очень жаль. Но ты мне можешь рассказать?

Мальчик покачал головой.

– Только если духи захотят.

– Хорошо, подождем, пока они захотят, – согласилась Вайолет. – Ты давно живешь здесь?

– Меня привезла Бинеси несколько зим назад. Она очень добрая. Мистер Джеймс – ее муж.

– И тебе здесь нравится?

Вагош пожал плечами – явно подсмотренный у кого-то жест.

– Здесь хорошо и тихо. Но не очень чисто.

– Что ты имеешь в виду? – не поняла Вайолет.

– Духов. Много как плохих, так и хороших.

– Плохие тоже есть?

– Да. Они делают больно хозяину. Это очень плохо. Бинеси мне ничего не говорит, но я-то сам вижу.

– Тебе ничего не будет за то, что ты разговариваешь со мной? – спохватилась Вайолет. Она смутно припомнила, что у индейцев какие-то свои понятия о субординации и говорить они тоже могут не со всеми.

– Нет, – сказал Вагош. – Вы хорошая, и мне ничего не запрещали.

– Тогда, может, посидим в беседке?

– Лучше здесь. – Вагош сел прямо на землю.

Вайолет последовала его примеру и устроилась на ковре опавшей хвои. Белое Облако, и не думавший убегать, подскакал к ней и снова чутко повел носом.

– Он хочет есть? – спросила Вайолет.

– Кролики всегда хотят есть, – в первый раз улыбнулся Вагош. – Я принесу ему еды, но позже. Он меня не боится и всегда прибегает на зов, хотя Бинеси смеется, что с моим именем кролики не должны мне доверять.

– А что не так с твоим именем?

– Оно означает «лисица».

Вайолет засмеялась.

– Тогда конечно.

– Белое Облако хороший, – сказал Вагош, – только проказливый. Он еще молодой.

– Так ты говоришь, что твоего хозяина одолевают злые духи? – Вайолет вернулась к интересовавшему ее вопросу.

– Да. Он сам хороший, его душа чистая. Но злые духи мутят ему разум.

– Ты хочешь сказать, что мистер Старлинг сумасшедший? – медленно произнесла Вайолет.

– Нет. Он хороший. Только позволяет злым духам его отравлять.

Вайолет ничего не понимала в этой эзотерике. Для нее духи были забавной сказкой, не более, но мальчик, похоже, всерьез убежден в их существовании. И даже каких-то духов разглядел вокруг Рольфа.

– А разве ты видишь хозяина? Он же прячется у себя в комнатах.

– Не всегда. Он выходит гулять. Иногда ночью, когда все уже спят. Но я часто не сплю и смотрю на Небесную Дорогу. Я люблю звезды. А хозяин выходит, и я временами крадусь за ним.

– Зачем?

– Вдруг он захочет сразиться с духами и ему будет нужна помощь.

Вайолет понимала, почему Вагошу не запретили разговаривать с гостьей – нормальный человек сочтет его слова детскими фантазиями. Мальчику лет двенадцать, в таком возрасте самое время сочинять небылицы. Но что-то в его рассказе настораживало.

– Значит, ночами хозяин бродит по саду?

– Да, иногда он даже уходит за ограду, в большой лес. Там не опасней, чем здесь, медведи не подходят близко.

– А здесь и медведи есть?

– Гризли. Дальше в горах. Но тут им нечего делать, они не любят это озеро.

– Итак, твой хозяин бродит ночами по лесу… – Вайолет вернула разговор на прежнюю дорожку.

– Он ходит и думает. Слушает себя. У нас старики так много себя слушают, а хозяин молодой. И все же он так делает.

– И никак не справится со злыми духами? А ты знаешь, как ему помочь?

– Нет, – вздохнул Вагош, взял с земли веточку и принялся что-то чертить на земле. – Если бы знал, то давно помог бы. И Бинеси не знает. Она уже говорила с духами, но те не отступятся, потому что хозяин сам не хочет, чтобы они ушли.

– А о чем же он тогда думает? – удивилась Вайолет.

– Я не знаю. Я не слышу его мыслей, – серьезно ответил Вагош. – Я это не умею. Может, кто-то из наших стариков… Но они не примут хозяина. Они не впустят в поселок того, кто позволяет злым духам держаться за душу.

Вайолет покачала головой. Она слабо понимала, о чем говорит мальчик. Какие-то духи… Однако в чем-то он прав: хозяин у него странный.

– Духи не обидятся, что ты выбалтываешь их секреты?

– Нет, они этого не боятся. Хорошим духам нравится, когда их видят и любят, а плохим все равно. Их можно приманить, но плохие духи ко мне и к вам не придут.

– А вдруг?

– Нет. Я умею их отпугивать.

– Но я-то не умею!

– Вам и не нужно, вас они не получат, пока вы не захотите.

– Звучит пугающе, – поежилась Вайолет.

– Не стоит бояться. – Вагош поднял на нее темные глаза. – Ваши добрые духи защитят вас от злых.

– А помочь твоему хозяину они не могут?

– Не знаю. Пока никому не удалось.

Вайолет вздохнула. Все эти разговоры о духах не более чем сотрясение воздуха, хотя индейцы в это верят.

– Вы думаете, что это сказка, – вдруг сказал Вагош.

– А говорил, что не умеешь читать мысли! – упрекнула его Вайолет.

– Я и не умею. Но и не нужно, я вижу, когда мне верят, а когда нет. Вы можете не верить, только духи существуют.

– Я попытаюсь в это поверить. Но я выросла в городе, где духов нет.

– Они повсюду, – возразил Вагош, – в земле, в воде, в воздухе. В стенах домов, в книгах. Духи обитают по всей земле, нет места, где их не было бы. И это правильно, они дают жизнь.

– И на Северном полюсе они есть?

– Да. Духи снега и льда. – Он погладил приткнувшегося к нему кролика. – Но те, которые терзают людей, не такие. Хозяин не знает, что они есть, он тоже не верит и не хочет с ними бороться. А они едят его душу.

Картинка получалась неаппетитная.

– Ты говорил ему об этом?

– Однажды я подошел к нему там, в лесу. Он не удивился. – Узкая ладонь гладила мягкую шкурку кролика. – Я сказал ему, что он, наверное, заблудился. Он меня не понял. Он думал, что я решил, что он потерял дорогу в лесу. Тогда я объяснил, что он заблудился сам в себе. И хозяин сказал – так и есть. Он не знает, как выйти. И он не хочет искать выход. Он сказал, чтобы я шел домой и больше не думал об этом. Но я потом видел его не раз. Он бродит ночами, когда все спят, а когда восходит солнце, идет в свои комнаты. Там у него всегда темно, мне говорила Бинеси. Иногда он, правда, появляется днем, но совсем ненадолго. И я только однажды видел его, издалека.

Вайолет молчала. Рассказ мальчика походил на смесь выдумки и правды. Судя по всему, маленький индеец понимает, что со Старлингом творится нечто странное, а вот что именно – разобраться не может и переводит на доступный язык. Язык духов.

– У себя в комнатах он сидит очень долго, – продолжил Вагош. – Когда он создает украшения из металлов и камней, злые духи отступают. Так всегда бывает, когда человек делает то, для чего он родился…

Вайолет не успела ответить: Вагош резко повернул голову и сказал:

– Идет Эндрю.

Она не слышала шагов, однако через некоторое время из-за поворота дорожки действительно показался полный человек в темно-синем комбинезоне.

– Вагош! Вот ты где, негодный мальчишка! Я ищу тебя по всему саду. Нужно подрезать розы… – Тут он заметил Вайолет. – А вы, должно быть, наша гостья, мисс Найтингейл. Здравствуйте!

Вайолет поднялась и кивнула.

– Здравствуйте, Эндрю.

– Опять ты чешешь этого кролика, – сказал садовник Вагошу, – вместо того чтоб спросить меня, чем бы заняться!

Но Вайолет видела, что Эндрю не сердится и отчитывает Вагоша просто так. Мальчик тоже это знал. Последний раз потрепав Белое Облако по спинке, он поднялся.

– Надеюсь, он не утомил вас? – спросил Эндрю у Вайолет. – Вагош может быть очень болтливым. Я бы не верил всему, что он говорит.

– Потому ваш желудок иногда ведет себя плохо, – сказал мальчик. – Вы не верите в духов.

– В желудочных духов? Конечно, не верю! И вам не советую, мисс Найтингейл!

– Но вдруг они и вправду есть? – развела руками Вайолет.

– Желудочные духи! А также сердечные, кишечные и мозговые! Кишечными бывают палочки, а об остальном я милосердно умолчу.

Болтая, они двинулись к дому. Эндрю оказался разговорчивым, хотя и простоватым человеком. Его семья жила в Вудс-Бее, а сам он приходил на работу в «Иней» к семи утра и уходил в шесть вечера.

– А я думала, вы здесь живете…

– Вагош живет, его тетка сюда привезла, а я нет. У меня в Вудс-Бее домик, а сюда я езжу на пикапе. Машинка старушка, но все еще скрипит. Кстати, хорошо, что я вас встретил, мисс Найтингейл! Хотел спросить, какие цветы вы любите? Тут в доме принято ставить в комнаты букеты со свежими цветами, у меня на задворках оранжерея. Если пожелаете, заглядывайте, там красота. А цветы все-таки – какие?

– Я все цветы люблю…

10

Встреча с Вагошем только добавила вопросов. Почему индейцы считают, что Рольфа одолевают злые духи? Что они имеют в виду под этими злыми духами? Может, мрачные мысли? Или замкнутость? Но Старлинг казался человеком общительным. Вайолет полагала, что в четырех стенах его удерживает болезнь, хотя, похоже, все не так просто.

В Средние века верили в одержимость бесами. Еще бывала одержимость ангелами, и таких людей нарекали пророками и святыми. Конечно, после того как всячески истязали и потом предавали мученической смерти – люди тогда были подозрительными. Но все-таки дьявол посещал свою паству гораздо чаще, чем светлые сущности. Он искушал людей и толкал на плохие поступки. Так что же плохого делает Рольф, что духи никак от него не отцепляются?

Вайолет обедала одна в столовой. Окна были распахнуты, и вид на сад открывался просто великолепный. Она почти не чувствовала вкуса еды, занятая своими мыслями…

Если бы не Вагош, растревоживший ее воображение своими разговорами, Вайолет, может, и не задумалась бы о том, насколько в странной ситуации очутилась. До сих пор это казалось игрой, но сейчас она ощутила металлический привкус реальности.

Ведь для Рольфа это не игра, и он всячески давал это понять Вайолет, только она его не слушала. Это не кино и не Диснейленд. Тут нет Русских горок и Колеса обозрения и все персонажи настоящие, не выдуманные. Умный, образованный, успешный человек уезжает из большого мира и запирается в доме – в буквальном смысле этого слова. Он не перестает заниматься любимым делом, он гуляет по ночам, у него есть тайна, и его одолевают злые духи. Последний пункт можно считать наполовину – в существовании духов Вайолет не была уверена, но Старлинг-то реален!

Поблагодарив Бена и выразив восхищение мастерством повара, она поднялась в свою комнату и включила компьютер. На запрос об индейских легендах поисковая система выдала столько разнообразной информации, что сориентироваться в ней не представлялось возможности. Однако Вайолет была упорной. Остаток дня она провела за чтением.

Впрочем, помогло это мало. Легенд было множество, они причудливо переплетались между собой, создавая рисунок мира весьма далекий от того, в котором жила Вайолет. Если люди во все это верят, то что же творится у них в головах? И Вайолет тут же возразила себе: она-то верит в другие вещи, кажущиеся ей не менее настоящими. А индейцы – в духов.

Хорошо бы поговорить с Бинеси. От нее можно узнать что-то более конкретное, чем от Вагоша, пребывающего во власти детского воображения. Однако жена Джеймса еще не вернулась из Биллингса.

На сей раз стол для ужина накрыли в библиотеке. Вайолет вошла туда ровно в восемь в сопровождении Бена и прикинула, хватит ли комнат в этом доме до конца ее пребывания, чтобы ни разу не ужинать в одном и том же месте. Похоже, хватит, особенно если задействовать прилегающую территорию.

Конечно, тут было темно, но это Вайолет уже не удивляло. Она перестала надеяться на то, что таинственный хозяин сбросит покров загадок и покажется ей. Остается довольствоваться его голосом, который показался Вайолет еще более приятным, чем прежде. Он лился мягко, словно липовый мед.

– Добрый вечер. Я рад снова видеть мою гостью.

– Взаимно, – улыбнулась Вайолет, садясь. – Ваше гостеприимство не знает границ.

– Вас все устраивает?

– Да, благодарю. – Она подождала, когда Бен уйдет. – Все ваши служащие очень милы.

– Вы познакомились с Вагошем. – Он снова не спрашивал, а утверждал – настоящий хозяин в своем доме. Наверное, Джеймс целыми днями сидит у мониторов, смотрит видео с камер и докладывает Старлингу, по какой дорожке пробежал кролик Белое Облако и куда направилась гостья.

– Сегодня в лесу. И с садовником Эндрю.

– Вагош сам заговорил с вами?

– Да, ему понравилось, что кролик меня не испугался.

– Мальчик вечно возится с кроликами и лисами. Умудряется как-то их мирить. Это хорошо. Не люблю насилия на своей территории, даже если это в рамках жизни природы. Так что местные лисы кроликов не едят. Удивительно, но факт.

– У вас тут прямо райский сад. Не хватает львов, возлежащих рядом с ягнятами.

– Такие эксперименты ставить пока рано. Боюсь, даже Вагош не справится с огромной голодной кошкой.

Вайолет изо всех сил вглядывалась в темноту. Рассмотреть бы его! Хотя бы немного. Отсутствие некоего образа, к которому можно привязаться, одновременно интриговало и раздражало. Словно говоришь с собственной тенью.

– Вагош, конечно, поведал вам о духах, – продолжил Рольф.

– О да, мы посвятили им немалую часть разговора.

– И тем, что они одолевают меня? – В голосе Старлинга послышалась насмешка.

– Ну да, – сказала Вайолет. – Наверное, в этом секрета нет. Вагош говорил о злых духах, которые вас преследуют.

– Не принимайте это близко к сердцу. Мальчик сирота и видит мир по-своему.

– Ой. А что случилось с его родителями?

– Они погибли во время пожара в поселке. Это неприятная история. Вагош остался один, старейшины племени хотели, чтобы он ушел – ему нужно было сменить место, чтобы беда больше не нашла его. Индейцы в это верят. Тогда жена Джеймса взяла его сюда, испросив моего разрешения. Мне не жаль, денег у меня полно, а места много. К тому же Вагош тихий, а руки у него золотые – Эндрю говорит, на его грядках все растет как бешеное.

– Бедный мальчик! – пожалела Вагоша Вайолет. – Какое, должно быть, потрясение…

– Он, конечно, расстраивался. Но счел это знаком судьбы. Индейцы гораздо сильнее нас подвержены суевериям и считают, что боги всегда делают лишь то, что необходимо человеку. Вагош решил, что ему нужно было остаться одному, без мамы и папы. Сейчас он их почти забыл, полагаю. Он ходит в школу в Вудс-Бей. Там маленькое помещение на десяток местных детишек, но им хватает. Хорошая компания, никто его не задирает. Сейчас занятий нет, и Вагош все время тут.

– Вы хороший начальник, – сказала Вайолет, – знаете все о своих людях…

– В своей фирме я знаю далеко не всех. Там множество народу. А здесь… Эти люди живут со мной бок о бок вот уже несколько лет. Конечно, я их знаю.

– А злые духи одолевают только вас! – поддела его Вайолет.

Рольф рассмеялся. Видимо, он относил злых духов в ту же категорию, что и Вайолет, – в фантастическую.

– Полагаю, эти духи очень страшные. Вы не боитесь их – со мной, сейчас, в темноте?

– А что они могут сделать? Наброситься на меня?

– Не знаю. Думаю, об этом лучше спросить у Вагоша!

– Может, вы сами злой дух! – продолжала дразнить его Вайолет. – Я вас ни разу не видела. Может, вы плод моего воображения! Я сошла с ума, папа посадил меня под присмотр врачей, а вы и ваш дом мне мерещитесь…

Она не успела договорить и развить свою фантазию. На правую руку Вайолет, лежавшую на столе, опустилась теплая мужская рука.

– Я настоящий, – негромко произнес Рольф, – убедитесь.

Мгновение застыло. Вайолет показалось, что темнота еще более сгустилась – она не знала, где источник того слабого света, что проникал сюда, и не думала об этом сейчас. Прикосновение Рольфа было столь неожиданным, что Вайолет растерялась, не зная, как реагировать. У него была теплая сухая ладонь, весомо лежавшая поверх ее ладони. И что делать? Не отдергивать же руку? Этого не хотелось, нет…

К счастью, Рольф достаточно быстро убрал ладонь.

– Это не похоже на прикосновение призрака? – послышался его чуть насмешливый голос.

– Это вообще ни на что не похоже, – выдала Вайолет первое, что пришло на ум. Прозвучало весьма… пикантно. Во всяком случае, в ее понимании.

Неизвестно, понял ли Старлинг то, что она имела в виду, и насколько двусмысленной прозвучала для него эта фраза. Он заговорил вполне спокойно:

– Я не выдумка, Вайолет. Вы, конечно, немного запутались, чего я и хотел. Но я реальный человек, который сделает украшение для вас, если сможет. И потому спрошу – чего вы хотите?

– От украшения? – Вопрос застал ее врасплох.

– Нет. Вообще от жизни. Сейчас.

– Я хочу вас увидеть.

Повисло молчание, показавшееся Вайолет холоднее льда. Наконец Старлинг с отчетливой неохотой ответил:

– Это невозможно.

– Мне трудно говорить с вами, не зная, как вы выглядите.

– А мне показалось, что наши беседы протекают легко… Я ошибся?

– Нет… Я… – Вайолет смешалась. Она не смущалась обычно в разговорах с людьми, вела себя просто и вежливо, но тут… – В темноте проще разговаривать, это психологический эффект. Но так происходит с людьми, которые уже знали друг друга до… до темноты.

– Как это красиво звучит, Вайолет. – Его голос приобрел бархатный, почти мурлычущий оттенок. – Знать друг друга до темноты. Это как будто знать друг друга до смерти…

– И умереть в один день. Как в сказках. Опять сказки! – Она передернула плечами. Стало немного страшно. Почему? Может быть, от его прикосновения, словно оставившего на коже жгучий след?

– Вы думаете, мы уже умерли? – задумчиво произнес Рольф.

– Перестаньте говорить глупости! – Вайолет пожалела, что сейчас нет в наличии той замечательной меховой накидки – пригодилась бы. Спине стало холодно. – Мы с вами пока живые. А если кто умер, так это вы! Я заметила, что вы очень мало едите. Только пьете.

– А я все-таки вампир, – заявил Старлинг серьезно. – В первый раз обманул вас, чтобы не сбежали. Пью кровь девушек, закусывать мне необязательно…

– Рольф, – сказала Вайолет, пытаясь его пристыдить, – я понимаю, что всплеск интереса к книжкам и фильмам про вампиров мог увлечь девушек. Но вас?

– Что вы знаете обо мне? Вдруг я обожаю дешевое кино и заедаю его попкорном? Вдруг я прячу под подушкой целую пачку книг в мягких обложках?

– Спать же неудобно, – буркнула Вайолет.

– Но так приятно их читать и цедить кровь из пробирки.

– У каждого свои недостатки.

Он засмеялся. Миг таинственности и страха миновал. Еле слышно стукнула дверь – это Бен явился с переменой блюд. Пока он убирал одни тарелки и расставлял другие, Вайолет думала.

Ей нравился Рольф Старлинг, как бы он ни выглядел. Иногда он говорил как подросток, а иногда – словно умудренный жизнью старец; у него была сотня обличий, и не угадаешь, какое истинное. Может, сошла с ума не она, а он? Немудрено, если просидеть взаперти несколько лет, не имея возможности взглянуть на солнечный мир…

Рольф дождался ухода Бена и заговорил снова:

– Когда я спросил, чего вы хотите, я имел в виду – от жизни, какие вы строите дальнейшие планы… Ваше любопытство в отношении меня вполне оправданно, хотя и не может быть удовлетворено. Если вам так будет легче, считайте меня виртуальным знакомым. Как будто мы с вами говорим в Интернете. Сейчас есть множество программ, позволяющих общаться через всемирную паутину. Вы на одном конце мира, я на другом, и мы мило болтаем. Так чего вы хотите от жизни? Если это не секрет?

Вайолет с трудом заставила себя сосредоточиться (у нее появилась одна идея) и заговорила о своем желании учиться на факультете истории искусств…