Текст книги "Графиня Бинор 2 (СИ)"
Автор книги: Раяна Спорт
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 15 страниц)
Глава 19
*** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** ***
– Ну и по какому поводу сей неуважительный ко мне акт? – ничуть не боясь грозных мужчин, я присела на краешек кровати и расправила подол своего платья.
– Ты с ума сошла?! Применять магию после…
– После чего? – строго спросила я магистра. – После истощения, вы хотели сказать? Так не было его у меня! И, надеюсь, не будет! А врываться в комнату к замужней леди, по-моему, даже лекарям не позволительно! Я ведь права, Дэней?
– Права, но…
– Просто вы забылись! Ладно, сочтем этот инцидент как испуг о моем здоровье. Простите, магистр, но я бы хотела поговорить с мужем.
– Конечно, Ваше Сиятельство, – поклонился тот и вышел из комнаты, не забыв прикрыть за собой дверь.
Я посмотрела на того, кто в этом мире считается моим мужем. После полного исцеления я видела его впервые, не считая тех минут, когда я очнулась от беспамятства. И осознала, что за болезненной худобой не видела и десятую часть его обаяния и харизмы. Пусть я и продолжала сидеть, задрав голову, но сумела разглядеть гордую посадку головы, чуть прищуренный взгляд и привлекательные черты лица.
Меня одновременно затопило облегчение, радость, злость и страх.
Облегчение от того, что Дэней, несмотря на годы, проведенные в постели, справился со всеми трудностями.
Радость от того, что именно я стала причиной его полного выздоровления. И пусть в рамках данного мира это могло казаться чудом – первое, о чем я подумала – это нежелание остаться его женой, потому что так должно, так правильно. Он достоин большего, чем просто привязанность ко мне в знак благодарности. Теперь я поняла, что с радостью сниму с себя навязанный нам брак, если он того попросит. Иной вопрос – как это сделать? Брак ведь благословлен богиней. К тому же, видя перед собой Дэнея, я поняла одну истину – мне достаточно знать уже то, что он и правда вернул себе силу и власть.
Злость на его врагов, на дядюшку, на императора… Злость на них на всех, проворачивающих свои дела так, что страдают невинные.
И страх. Страх за себя, за Дэнея.
Не думаю, что многие рады его чудесному выздоровлению. И попытаются ударить вновь. Исподтишка. В спину.
Тяжело вздохнув, похлопала ладонью по застеленной покрывалом кровати.
– Проходи, Дэней, присаживайся.
На мои слова мужчина хмыкнул, но предложение принял.
– Знаешь, Мари, в этом мире не принято указывать, что делать мужчине.
– И? – не поняла сути претензий.
– Ты только что выставила целителя из своей комнаты, хотя по правилам это должен был сделать я, указываешь что мне делать, хотя не имеешь на это право. Мне жаль, но тебе будет тяжело в моем мире, пока всему не научишься.
– А вот в моем мире говорят: тяжело в ученье, легко в бою. Не переживай, Дэней. Я знаю свое место.
Уткнувшись головой о его плечо, я задумалась. Дэней прав. Мне будет тяжело принять существующее здесь неравенство полов. Молча следовать за сумасбродным мужем и молчать в тряпочку, уткнув глаза в пол. Хотя я и раньше старалась придерживаться этой позиции. Муж – глава семьи и его слово – закон. Но после предательства Славика во мне что-то надломилось, что-то рьяно запротестовало против такой линии поведения.
– Как у тебя дела? Смог справиться с недругами? – решила сменить тему и перейти к насущным вопросам. – Мне стоит и дальше опасаться их или все решилось?
– Все в порядке, Мари. Все оказалось до банального просто. Не было никакого заговора, как то предполагали в управлении.
– И все же что удалось выяснить? Наместник и его сообщники схвачены? – не отступала я, подгоняемая неуемным любопытством.
– Схвачены и казнены. Ваш опекун избежал плахи, но отделался внушительным штрафом. Но давай, пожалуй, я начну с самого начала, – тяжело вдохнув, взлохматил пятерней волосы, выдавая тем самым охватившее его волнение.
Я не торопила, понимая, что Дэнею самому нужно пережить прошлое. И отпустить.
– Все началось шесть лет назад, когда я впервые посетил с дипломатической миссией соседнее государство, с которыми у нас на тот момент были натянутые отношения. Там, на одном из балов, я встретил ее, мою Сапфиру. Девушка была из обнищавшего рода, к тому же без искры магии. Но мне на тот момент было все равно. Мы были с ней словно две половинки одного целого. Я сделал глупость, заявив в открытую свои намерения. Тем самым едва не погубил и ее, и себя.
Я участливо сжала его руку, давая понять, что не осуждаю его за это. Каждый совершает ошибки и не единожды. Только последствия, увы, бывают разной степени тяжести.
– Дипломатический визит имел краткосрочный характер. Мне пришлось вернуться на родину. Я места себе не находил, пока император не заставил меня во всем признаться. Мы разработали вполне хороший план, как на законных основаниях вывезти Сапфиру в наше государство.
Я был счастлив в тот момент и не замечал очевидных вещей. Меня, как посла, приняли со всеми почестями. Но едва я заявил о своих намерениях отцу Сапфиры, тот переменился в лице. По началу списал это на неожиданность, но спустя годы понял, что ошибался. Отец не пожалел свою дочь и продал ее как ненужную вещь. Ты ведь знаешь, как относятся к тем, кто не имеет магии и достаточного количества золота… Чтобы скрыть продажу собственного ребенка, которое строго порицается в том государстве, ее отец решил меня отравить с помощью цеатрии.
– Вещества, влияющего на образование нейронных импульсов в головном мозге, – выдала свое заключение, основываясь на знания моего мира.
– Я не понял и половины сказанного, но – да. Этот яд не поддается выявлению даже с помощью магического вмешательства. Он убивает медленно, поражая в первую очередь головной мозг. И противоядия у него нет. Как он его достал – это уже выясняется. Но во всей этой истории имеется одна загвоздка, которая до сих пор не дает мне покоя.
– Я даже знаю имя этой загвоздки, – невесело подытожила свои умозаключения. – Господин Картуа. Я права?
– Во многом. Наместник, который втерся в доверие к моему отцу, был двоюродным братом отца Сапфиры и считался у себя на родине изменником и предателем. Вопрос в другом. Зачем он, зная о моем недуге, все эти годы упорно поддерживал меня магически, не давая уйти за грань? Какой был в этом смысл?
Я усмехнулась. Вот же мужчины! В чужих делах соринку найдут, а в своих и бревна не увидят.
– А тут все просто, Дэней. Обычная жадность. Наместнику пришлось сыграть столь длинный спектакль, чтобы отвести от себя подозрения. Твоя быстрая гибель была ему не выгодна. Это бы навлекло на него ненужные подозрения. Он специально оттягивал момент с твоей женитьбой, ждал пока ты полностью станешь недееспособным, ведь чтобы заполучить твой титул и причитающиеся к нему земли, нужно было сделать так, чтобы наследников не оказалось. А если не будет наследников, то графство перейдет под юрисдикцию короны.
– Вот именно! Под юрисдикцию короны, а не в его собственность! – горячо возразил Дэней.
– Не забывай дорогой, что все эти годы наместник упорно вкладывал в умы аристократов мысль, что он единственный достойный претендент в качестве нового хозяина твоих земель. Заметь, твоя казна за время его управления не только не опустела, а увеличилась скорее всего раза в два-три. Земли твои наверняка славятся как самые богатые, а жители ее как самые обеспеченные во всей империи.
Твоя быстрая смерть не дала бы пустить пыль в глаза императору и его окружению, поэтому он и держал тебя в состоянии овоща. К тому же ему необходимо было отвадить активировавшихся родственников, которые уже хотели прибрать все к своим рукам. Когда все было готово, наместник решил тебя женить, а твою преждевременную кончину повесить на дражайшую супругу. Только вот беда, настоящая Мари, кандидатуру которой уже успел утвердить император, неожиданно сводит счеты с жизнью, а на ее место прихожу я.
– И я этому очень рад! – улыбнувшись, искренне признался Дэней.
– Угу. Только вот что нам теперь делать, а?
– Ты о чем?
– О нашем браке, – нахмурившись, сообщила ему. – Ты меня извини, но тебя, в качестве своего мужа, я не вижу. Только в роли старшего брата, не более.
– Я и сам хотел об этом с тобой поговорить, – нехотя признался Дэней.
– Твоя зазноба жива и уже на территории империи, так? – догадалась я.
– Так, только…
– Ты ведь приехал сюда не просто из праздного любопытства, я права?
– Да. Мне нужна твоя помощь. Точнее Сапфире.
– И что с ней?
– Физически она здорова, даже не тронута как девушка, но вот душевное состояние…
Я тяжело вздохнула. Увы, но я не универсал. Понятия не имею как помочь девушке, о чем и сообщила сидящему рядом мужчине.
– Но, если попробовать? – не отступал он перед моим отказом.
– Можно, но только на моей территории. Во дворец и, уж тем более к тебе, я не поеду. Придется тебе подождать или поспособствовать с ремонтом, – хитро улыбнувшись, встала и подошла к окну. – Император знает о моем даре?
– Знает, – нехотя признался Дэней. – Поэтому и отправил сюда охрану и магистра Болмана.
– Охрану понятно, но зачем мне здесь целитель?
– Император боится, что по незнанию ты можешь магически выгореть. Все-таки единственный маг жизни за последние тысячелетие. По крайне мере о других мы ничего не знаем. Да и понять принцип работы твоей магии, не привлекая ненужного к тебе внимания…
Это все понятно и так, но меня интересует ответ на еще один вопрос, который я и озвучила.
– А он в курсе, что капитан Эддерли является незаконнорожденным сыном господина Картуа?
– Что? – ошарашенно переспросил супруг, вскакивая на ноги.
– У меня была почти такая же реакция, – неуместно хихикнула и повернулась лицом к Дэнею, вспомнив об одной вещи, которая не давала мне покоя: – Что в вашем мире значит фраза «пожизненное услужение»?
– Кто его тебе предложил? – холодно поинтересовался Дэней. – Ты приняла клятву?
– Предложил капитан, а вот принять ее или дать отказ я хотела только после того, как разберусь с ее подноготной. К сожалению, в этом доме полноценного доверия у меня больше ни к кому нет, так что придется тебе уделить мне свое время и дать разъяснения. А то приму клятву и окажусь в невыгодном для себя положении.
– Клятву услужения может дать только сильный воин и маг. И то, если боги посчитают его достойным.
– Видимо капитан вошел в их число, раз боги этого мира приняли его клятву.
– Я не был бы в этом так уверен, – нехотя признался Дэней. – Дающий клятву услужения полностью принадлежит принимающему. Приняв его клятву, ты возьмешь его жизнь себе. Он будет следовать за тобой по пятам, пока его смерть не разлучит вас. Ты можешь отдавать ему приказы, и он выполнит их без зазрения совести, несмотря на тяжесть наказания. Ты можешь призвать его в свое ложе и это не будет считаться изменой или прелюбодеянием. Дети, рожденные от него, будут считаться законными наследниками, если такова будет твоя воля.
– Черт! Да это же фактически рабство!
– Так и есть! Приняв клятву, ты будешь считаться хозяйкой его жизни.
– И много таких отчаянных?
– Нет. Я помню лишь троих, кто отважился добровольно отдать себя в пожизненное услужение. Насильно сказанная клятва богами не принимается.
– Ясно, – я задумчиво покусала губы. – И как другие поймут, что этот мужчина моя «собственность»?
– На плече дающего проступает вязь, к который вплетен рисунок нераскрывшегося цветка. От того, какой цветок будет изображен, зависит сила клятвы. На запястье принимающего обычно проявляется знак в виде того же цветка, но уменьшенной копией. Его дети, если таковые появятся на свет, тоже будут считаться дающими и полностью будут зависеть от желания принимающего. Поэтому не многие идут на такой ответственный шаг, – быстро проговорил он, не давая мне вставить и слова.
После его слов внутри меня все похолодело. Черт! Черт! Черт! Испуганно посмотрела в глаза Дэнею и протянула руку, на запястье которой проявлялся едва заметный рисунок.
– Мари! – взревел он и кулаком ударил в стену.
Глава 20
*** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** ***
– А что сразу «Мари»?! Я что ли давала эту чертову клятву?! Да и клянусь тебе. Своей жизнью, своим даром! Не принимала я ее! Мне не до этого было!
– Тогда как же знак на твоей руке! – не выдержал и снова взревел Дэней!
– А я почем знаю? – пожав плечами, развела руки в стороны. – Может это происки ваших богов! Знаешь, дорогой, прежде чем обвинить меня в чем-то, лучше вначале самому хорошо подумать и найти веские доказательства моей вины. Голословно орать на меня я не позволю! Ни тебе, ни кому-либо другому! А теперь извини, я устала и хочу лечь спать.
Обойдя Дэнея по дуге, на сколько это возможно в тесной комнатке, я открыла дверь и указала рукой на выход.
Мужчина сжал челюсти и запрокинул голову, пытаясь совладать со своим гневом, что бушевал у него внутри. На мгновение мне стало его жалко, но стоило только вспомнить как он орал на меня – эта жалость быстро заткнулась в моей голове.
– Дэней… прошу…
– Ты отдала мою комнату чете Санторо. Мне негде спать.
– И…? Я-то тут причем? Дом большой – найдешь себе место для ночлега, – неопределенно провела по воздуху рукой.
– Как твой муж я могу разделить с тобою постель, – тихо произнес он. – К тому же мы уже спали вместе и ничего.
– Ага, – скептически произнесла. – Только ты в тот момент был бездвижен, – напомнила ему о его недавнем состоянии.
– Ты боишься меня? – задал вопрос, а сам в шоке уставился на меня.
Я пожала плечами и выпрямила спину.
– Опасаюсь. Доверия к тебе после устроенного что-то пропало.
– Но это же бред, Мари!
– Бред или нет, я этого не знаю. А вдруг ты пересмотришь свои жизненные ценности и захочешь закрепить наш союз. Мало ли какие уловки в вашем мире еще есть, о которых я не ведаю.
– Я клянусь тебе, что ни словом, ни делом не предам тебя и не причиню тебе вред.
Воздух между нами засиял и схлопнулся яркими искорками. Я удовлетворенно кивнула и улыбнулась супругу.
– Ты специально, да? – сощурив глаза, поинтересовался он.
Блин, ну почему я такая предсказуемая?! Быстро же догадался он о моей проделке.
– Ну, – отвела глаза в сторону, – можно и так сказать. Не злись на меня, Дэней. Мы ведь, по сути, совершенно чужие друг другу люди. Я помогла тебе, когда ты остро нуждался в моей помощи, ты помог мне, дав свою защиту. О дальнейших взаимоотношениях между нами и речи не было. Странно принимать в доме человека, о котором почти ничего не знаешь. Все, кто живет у меня под боком, давали подобную клятву. Можешь считать это паранойей, но мне так спокойнее.
– Я злюсь не на тебя, Мари, а на ситуацию в целом! Дающий клятву услужения пожизненно связывает себя с принимающим, ему физически будет тяжело находиться в дали от тебя, а я желаю тебе лишь счастья! Это сейчас у тебя может быть эйфория от вседозволенности, но поверь, она быстро пройдет и станет тяготить.
Я устало присела на кровать. За окном уже было темно и на небе вовсю светили звезды. Пора прекращать наши споры и скандалы, иначе никто в доме не уснет до самого утра.
– Давай спать, Дэней. Утро вечера мудренее. Чего гадать, когда можно спросить виновника во всем этом бедламе.
Я скинула с себя обувь и не раздеваясь легла на кровать. Похлопала по подушке, приглашая Дэнея присоединиться ко мне. Тот, недолго думая, лег рядом и вопреки моим ожиданиям обнял меня за талию.
– Спокойной ночи, Мари! И ты права, я тоже испытываю к тебе только родственные чувства. Так что спи сестренка, я поохраняю твой сон.
*** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** ***
Несмотря на бурное выяснение отношений, уснула я довольно-таки быстро. Зато утром проснулась ни свет, ни заря. Спать больше не хотелось, но и тупо лежать не было смысла. Своим копошением и охами-вздохами я могла разбудить Дэнея, который, в отличии от меня, спал сном младенца.
Осторожно выбралась из его объятий. Стараясь ступать так, чтобы не скрипели половицы, взяла все необходимое и поспешила в душевую. Мыться не стала, лишь умылась и переоделась в чистую одежду. Расчесав волосы, собрала их на макушке в шишечку, закрепив ее резинкой. Сверху платок и все – наряд на сегодня готов.
Выйдя из душевой, заметила одиноко стоявшую в углу фляжку. Настроение упало ниже плинтуса. Придется, наверное, сливать содержимое и ставить вновь.
Не особо надеясь на чудо, решила ее проверить. Открыла крышку и тут же почувствовала проступающий запах спирта. Бражка посветлела, а ее осадок оказался на дне. Наклонившись послушать ее кипение, услышала только тишину. Не веря своему везению, окунула палец и попробовала ее на вкус. Горьковатая. Такая, как была у бабушки.
Я едва не завизжала от радости как девчонка. Не пропала моя затея. Осталось только ее перегнать да сделать настои. Только как это сделать, когда на улице множество любопытных глаз. Наверняка все присутствующие зададутся вопросом: а что это ее сиятельство задумало?
Блин, плохо. Придется гнать на кухне. Но и тут есть существенная загвоздка – кухня хоть и большая, да едоков у нас стало на порядок больше. Лисана вряд ли поделится местом у плиты. А если на обед просто потушить картошку с мясом в казане на открытом огне? И времени мало займет приготовление, да и не сложное это блюдо. Все проще, чем заморачиваться мясной кашей. Ладно, посоветуюсь с Лисаной и решим этот вопрос.
На кухне было прибрано и чисто. Я с трудом отыскала большой чайник и налила в него воду. Нас много, а значит и кипяченой воды должно быть на порядок больше. Вдруг кто-то захочет себе еще одну чашку чая. В дополнение набрала еще и большую кастрюлю, которую тоже поставила на плиту. Мало ли, вдруг рабочие питаются тем, что приготовлено в доме.
Не зная сегодняшнего меню, я не стала рисковать и готовить завтрак без своей помощницы. Без каких-либо определенных мыслей заглянула в местный холодильник и задумчива покусала губу. Три кастрюли молока и собранные в банку сливки. Принюхалась к содержимому и удовлетворенно улыбнулась. Ничего не скисло и не пропало.
Молоко из двух кастрюль решила пустить на творог. Не жалко будет, если пропадет. Все равно скоро приедет молочник и привезет новую партию. Оставшуюся кастрюлю решительно поставила на огонь. Будет у нас завтра к столу подан сыр с тмином.
Пока возилась с сыром, сывороткой и ситом, прошло чуть больше часа. На кухню вошла, позевывая, Лисана и замерла в дверном проеме.
– И что вам не спиться в такую рань, Ваше Сиятельство? – ехидно поинтересовалась она, входя на кухню. – После семейной ссоры обычно спиться так сладко… Особенно, если примирение было бурным…
Я в шоке уставилась на улыбающуюся женщину. Вот же…
– Лисана, – прошипела не хуже змеи. – Не нарывайся!
– Да ладно вам, Ваше Сиятельство! – махнула рукой и рассмеялась. – А то мы не знаем какие у вас взаимоотношения с графом. Чай не слепые же.
Меня пробрало любопытство. Не удержалась и задала вопрос:
– Да? И какие же?
– Так родственные! Ты ж на его сиятельство смотришь как на неразумного братишку! А вот я видела другой твой взгляд на мужчину, – тихо выдала она мне, – заинтересованный… жадный…
– Лисана!
– Так сорок лет уже Лисана! – хохоча увернулась от моего полотенца. – Неужто ошиблась? – прищурив глаза, посмотрела в мою сторону. – Э, нет! Вон как раскраснелась вся, словно девица.
– Да ну тебя! – психанула я, не выдержав. – Давай лучше завтрак готовить, придут голодные рты, а у нас ничего не готово!
С этими словами я отвернулась к плите и начала заваривать травы и сушеные ягоды. Лисана благоразумно не стала продолжать свои подколки, занялась делом. Намесила тесто и принялась готовить лепешки. Я же с сожалением подумала, что нужно учиться актерскому мастерству или хотя бы удерживать покерфейс.
Заварив чай, вышла встречать молочника. Многие работяги, что спали в палатках, уже сидели на газоне, в ожидании завтрака. Они то и дело бросали в мою сторону любопытные взгляды. Я же, сухо поздоровавшись с ними, решила игнорировать любое ко мне ненужное проявление.
Пока возилась со свежим молоком, привезенным арендатором, Лисана успела не только приготовить кашу, но и накрыть на стол.
– А работники чем завтракают?
– Тем же, что и мы, – недоуменно пожала она плечами. – Буду я еще отдельно им готовить! Здесь же не ресторация!
В принципе Лисана была права. Несмотря на то, что в этом мире я являюсь аристократкой, ем по сути простую пищу, которая на порядок была сытнее и полезнее ресторанной. Еще бы добавить морской рыбы и нашему меню вообще бы не было цены.
Кстати, о меню. Лисана сразу ухватилась за мое предложение приготовить тушенную картошку с мясом. Оказывается, они все время, пока я лежала в беспамятстве, не прикасались к новому овощу, боясь приготовить его неправильно. И я посчитала это правильным. Вдруг кому-то с непривычки станет плохо, а помочь было бы некому. Магистр, конечно, целитель и не слабый, но вряд ли он согласиться так бездарно растрачивать свою силу.
К сожалению, большинство магов действительно не интересовалось жизнью и здоровьем простых людей. Они рассматривались ими больше как трудовой и экономический ресурс. Или если совсем быть честной – как способ заполучить магически одаренного ребенка. И все же человек в глазах мага был очень важным, но все же ресурсом. При том самовоспроизводимым…
Завтрак прошел в тишине и настороженных переглядываниях. Ну да, вчера мы с Дэнеем не таились и теперь каждый из сидящих за столом гадал о последствиях. А мне было все равно на чье-то мнение и предположение. Мысленно усмехнувшись, отдалась гастрономическому удовольствию. Еще бы, вчерашний супчик давно переварился, теперь мой организм требовал большего и вкусного.
После сытного завтрака мы все разбрелись по своим делам. Девушки гуськом направились на кухню, мальчики во двор. Чем решил заняться Дэней я не знала, да и не хотелось вдаваться в подробности. Он больше не был моим пациентом, которого следовало опекать.
Поставив с помощью Дино перегонный аппарат на варочную плиту и дождавшись, пока бражка внутри него закипит, я велела Миране следить за ним и за температурой воды в «холодильнике». В принципе, ничего сложного, ребенок должен справиться. Я же в свое время прекрасно с этим справлялась!
Приготовление обеда не заняло много времени. Пока я нарезала большой кусок охлажденного мяса, который дожидался своей участи, лежа в стазисе, Лисана успела промыть ведро картошки, а Аннет разжечь костер на летней кухне. Вместе мы почистили картошку и накрошили ее небольшими кусочками.
Дело осталось за малым, но с этим и Аннет хорошо справится. Ей только нужно будет прожарить мясо на раскаленном масле, чтобы весь сок остался внутри и не вытек, залить его водой, накидать картошки и следить за огнем, чтобы содержимое казана не кипело, а томилось на медленном огне.
