Текст книги "С тобой хоть в черную дыру, хоть к сверхновой (CИ)"
Автор книги: Раиса Николаева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 8 страниц)
– Постою под душем, потом, когда отмокнет, отдеру, – едва удостоила его ответом Ритта.
Йарр продолжал настаивать:
– Пока я не обработаю тебе раны, никуда не поеду!
Ритта со злостью стащила через голову футболку вместе с пиджаком и швырнула весь этот ком на пол. Достала коробку с лекарствами и повернулась спиной к Йарру.
«Как долго он возится», – со злым раздражением думала Ритта. Она едва контролировала себя, мысленно повторяя, словно заклинание: «Только добраться до космодрома, только продержаться, пока его корабль взлетит, я буду плакать потом, все потом, только бы быстрее отправить его».
Да что же он так долго копается? Его прикосновения жгут кожу. Может, он нарочно издевается над ней, чтобы сильнее помучить?!
Ритта закусила губу, едва сдерживаясь. Хотелось и плакать, и убить его одновременно.
И вдруг..., что это? Поцелуй? Она насторожилась, полностью растворившись в ощущениях. Нет, показалось. Такая волна разочарования и огорчения поднялась в душе. Нет! не показалось! Он осторожно, совсем незаметно, целует ее спину, едва прикасаясь губами!
Не скрывая радостного торжества, она быстро повернулась к нему лицом. Йарр немного смущенно смотрел куда-то вбок.
– Ты меня поцеловал! – обвиняющее-утвердительным тоном заявила она. Йарр молчал, признавая этот факт. – Йарр, ты меня поцеловал! Ты не сможешь отмолчаться, делая вид, что ничего не случилось!
Йарр посмотрел на нее, и Риттино сердце подпрыгнуло от счастья.
Взгляд был нежным и мягким, а, главное, она ощутила эти эмоции. Такая любовь! В ней можно купаться и нежиться, наслаждаясь и блаженствуя.
– Ты меня любишь!? – полуутвердительно, полувопросительно спросила Ритта и снова посмотрела ему глаза. Ответа Йарра не требовалось. Больше не сомневаясь ни секунды, она обвила его шею руками и получила первый настоящий поцелуй после стольких лет разлуки.
Это было так... Невозможно подобрать слова. Сказать «приятно» – значит убрать все эмоции, сказать «возбуждающе» – значит убрать эмоциональную нежность, душевное тепло. Но от этого поцелуя кровь забурлила в жилах, закружилась голова.
Его желание было недвусмысленным и вполне ощутимым. Но Йарр неожиданно отстранил ее и сказал без тени улыбки:
– Если ты еще раз бросишь меня, я тебя убью.
– Не убьешь, – засмеялась Ритта. – Я твоя вся, до последней капельки, до последнего вздоха.
Он зарылся лицом в ее волосы. Ритта прижалась к нему и слушала, как гулко бьется его сердце. Он был счастлив.
– Почему я раньше не ощущала твоих чувств, и так сильно ощущаю их сейчас?
– Наши ученые выявили, что ты обладаешь какими-то непонятными для нас способами воздействия на окружающих. Меня научили блокировать это воздействие.
«Вот гады, – подумала Рита. – и об этом догадались!»
Но ей сейчас не было никакого дела до рианских ученых, да и вообще ни до кого на свете!
И вдруг страшная мысль окатила ее, словно ледяной водой. Вдруг Йарр не захочет еще раз разделить с ней свой внутренний мир?
Она помнила его слова, сказанные тогда: «Если после того, как я впущу тебя в свой внутренний мир, мы расстанемся, то внутри меня будет ощущение такой страшной пустоты, которую нельзя заполнить ничем. Будет невыносимо плохо и больно».
Тогда она наплевала и на эти слова, и на его чувства, и он испытал в полной мере последствия своего поступка.
Вдруг он больше не захочет так поступить, вдруг испугается за себя, не желая больше ощутить ту боль?
Она боялась поднять глаза, чтобы не встретиться с ним взглядом и прочитать свой приговор. Ожидание становилось невыносимым.
«Будь, что будет, я полностью это заслужила», – решила Ритта и, словно прыгнув с моста в воду, посмотрела ему в глаза.
Оказалось, Йарр только этого и ждал. Он был таким же, как Ритта – или ничего, или все, до последней крошечки. Ритте он отдал ВСЕ.
...Утомленные, они лежали, обнявшись. Вдруг Йарр сказал:
– Много лет я думал – почему мне так не повезло, зачем я встретил тебя? Теперь думаю, что повезло. Если бы я знал, что все будет так, как сейчас, я бы вытерпел, я бы смог выдержать всю ту боль, но я тогда не знал. Я был не готов к ней. Наверное, именно поэтому мне было так больно, так невыносимо больно. Я не хочу больше такое испытать. Я и сейчас очень боюсь, что такое еще раз повторится. Но какой у меня выбор? Или рискнуть, или больше никогда не увидеть тебя и нести свою жизнь, пока она не закончится. И в ней не будет ничего – ни радости, ни счастья, серое безрадостное существование. Нет, такой жизни я не хочу. Я рискну.
Эти слова Йарра отозвались в ее сердце пронзительной нежностью, и Ритта вдруг подумала – она ведь еще никогда не ласкала Йарра. Сначала считала это излишним, ей было и так с ним хорошо, потом эта долгая разлука. Он ни разу не ощущал изысканных, утонченных ласк.
Что ж, она ему сейчас покажет мастер-класс.
– Йарр, положи руки за спину. Лучше, пожалуй, я тебе их свяжу.
– Зачем?
– Затем. Пора тебе совершенствоваться в вопросах ублажения любимой, и сейчас я тебя буду учить. Не сопротивляйся. Ты об этом не пожалеешь, можешь мне поверить!
Глаза Ритты как-то странно засветились, она стала такой маняще-возбуждающей, но это чувство не было духовно-эмоциональным, чувственная страсть – вот точное определение.
Что в ласках главное? Ощущения? Разумеется. Однако ожидание постоянно ускользающих, отступающих, отсроченных прикосновений делает эти ощущения неизмеримо ярче.
Этим искусством Ритта владела в совершенстве. Ее мозг всегда холодно и точно отмерял степень наслаждения, а способности фэнта позволяли с помощью этих ощущений превратить наслаждение в оружие, управляющее и манипулирующее мужчинами. Мужчинами, которых она не любила.
Но Йарру она хотела просто подарить это наслаждение.
Осторожно, нежно языком по губам. Йарр рванулся ответить на поцелуй, но Ритта жестом приказала ему не шевелиться.
По подбородку, по шее, слегка поиграть с мочкой уха и вниз.
По груди, животу, несколько кругов, с легкими поцелуями. Йарр напряг мышцы живота. Подожди, то ли еще будет!
Теперь медленный спуск, очень медленный, очень-очень медленный.
Не пытайся ползти вверх, чтобы я быстрее добралась до него.
Нет, милый, еще не время.
Сначала кончиком языка, осторожненько. Что-то не сильно извиваешься. Попробуем так же, только по спирали. О, то, что надо!
Теперь по краешку, каждый раз, делая вид, что вот сейчас. Нет, нет, нет, даже пока не надейся, и стоны твои жалобные, меня не тронут. Я сама знаю момент. Вот он! Нравится? То-то!
...Йарр лежал на спине. У него не было сил даже пошевелиться. Ритта удобно устроилась рядом:
– Очень хочется спросить, насколько приятно тебе было, но боюсь услышать ответ в точных, до сотых долей, цифрах!
– Нет, так я ответить не смогу, – улыбнулся Йарр, но Ритта почувствовала небольшую заминку.
– Ты что, – со змеиным шипением в голосе спросила Ритта, – подсчитываешь, сколько дней подобного наслаждения ты недополучил?!
Йарр имел совесть покраснеть.
...Он вздрогнул во сне. Ритта поняла, что ему снится что-то плохое и неприятное.
Это была уже ее парафия. Она прикоснулась губами к его лбу, и все силы направила, чтобы слиться с ним эмоционально, ощутить его чувства и душевные тревоги.
Так и есть, видно ему снова снится суд, ему зачитывают приговор. Ритта поежилась от холодного неприятия судей и обвинителей.
И тогда она закрыла, укрыла его волной любви, нежной и горячей, сильной и страстной, все заглушающей, облегчающей боль, дающей силы и защиту.
Он задышал ровнее, ощущение одиночества и тоски отступило и исчезло совсем, такая радость, такое спокойствие наполнило его сердце...
...Счастье переполняло Ритту, ей надо было с кем-то поделиться, она тихонько выскользнула из спальни и, набросив халат, позвонила Грегу. Тот, видимо, уже давно ждал ее звонка, был насторожен и обеспокоен, а увидев лицо Ритты с громадным синяком на щеке, вообще испугался.
– Что с твоим лицом?!
Ритта и не думала скрывать правду, ей было весело, и море по колено.
– Что, что? – передразнила она. – Неужели непонятно? Мы с Йарром выясняли отношения.
– Он жив?! – ахнул Грег без тени сарказма или иронии, от Ритты он ждал худшего.
– Спит. Мы помирились, мы будем вместе.
На лице Грега расплылась улыбка.
– Все-таки ты своего добилась!
– Угу.
– Но как? Ведь дело же не в сексе?
– Ты еще маленький, чтобы слушать такие рассказы, – шутливо оборвала его Ритта. – Я хочу поехать с ним к морю. Это возможно, его еще не ищут?
– Отдыхайте на здоровье. Кстати, на Западном побережье – соревнования серфингистов. На них стоит побывать. Волны высотой до двадцати метров, зрелище невероятное, – Ритта пренебрежительно фыркнула:
– Они катаются на досках, в которые вмонтировано антигравитационное устройство, так можно даже по воздуху пролететь несколько десятков метров.
– Это смотря какой силы будут волны. Если зазеваешься, никакое устройство не спасет. Сколько гибнет или калечится во время таких соревнований, – не согласился Грег.
– Понятно! Тебе надо, чтобы мы с Йарром там были. Так и скажи. Незачем меня уговаривать.
– Если честно, то да. Кое-кто хотел бы видеть воочию, что у вас с Йарром все хорошо.
– Мы будем.
...Погода была прекрасная, место они выбрали замечательное. Ритта послала Йарра купить им бинокли и что-нибудь вкусненькое. Сама же она расчищала место для небольшого двухместного, почти невесомого диванчика, который они привезли с собой.
Девушка была полностью поглощена этой работой, когда раздался звонок.
Звонил Грег:
– Ритта, глянь хоть разик на Йарра, он смотрит, смотрит на тебя, а ты, как полено бесчувственное, занимаешься этим дурацким диваном!
Ритта тут же выпрямилась и нашла глазами Йарра в толпе. Он так ждал ее взгляда, так посмотрел ей в ответ, что Ритте стало стыдно. Ну почему она всегда невнимательна к таким важным мелочам?
Чтобы стереть неприятные эмоции, Ритта «вызверилась» на Грега:
– Ты, что следишь за нами?!
– Не слежу, а присматриваю, – поправил Грег. – От тебя можно ожидать чего угодно, я не хочу рисковать своей карьерой из-за твоих капризов. Если ты снова выкинешь какой-нибудь фортель, я хочу быть наготове, в случае чего поддержать Йарра, помочь ему в чужой обстановке.
– Не выкину, уже не выкину. Я так его люблю, что, возможно, моей любви Вам надо еще больше бояться, чем нелюбви.
...Было так хорошо. Ритта потянулась к Йарру, прекрасно зная, что тот не любит прилюдно демонстрировать чувства, но сейчас он покорно ответил на поцелуй. Ритта понимала – этот жест лучше, чем любые слова, рассказал тем, кто за ними наблюдал, об их отношениях.
Ритта показывала ему самые любимые места. Уставшие, возвращались домой.
– Когда же мы, наконец, доберемся? – ныла Ритта.
– Еще примерно двести пятьдесят шагов, – ответил Йарр.
Ритта ужаснулась:
– Зачем ты считаешь шаги?!
– Я считаю, через сколько шагов... – он замолчал, но и так стало понятно, что он хотел сказать: «Через сколько шагов мы останемся только вдвоем», – от любви к этому мужчине, у Ритты просто закружилась голова, она крепко-крепко прижалась к нему, и дальше шла, отсчитывая шаги вместе с ним.
...Ритта проснулась в холодном поту. Сердце колотилось от страха. Ей приснилось, что рианцы забрали у нее Йарра. Она с ужасом поняла, что это легко может случиться и в действительности.
– Грег, я хочу, чтобы мы с Йарром поженились, как это сделать?
– Ты хочешь, чтобы он обрел статус гражданина?
– Да.
– Ритта, Вы утонете в бюрократических проволочках. Рианцы не подписали необходимые документы о вхождении в наше сообщество, где бы они признавали наши законы над своими собственными, и неизвестно, когда вообще подпишут.
– Что делать?
Грег подумал.
– Знаешь, существует закон: командир звездолета имеет право засвидетельствовать брак на борту своего корабля вместо нотариуса, и этот брак считается таким же законным, как и любой другой, заключенный на любой планете.
– То, что надо!
– Остается только найти капитана звездолета, который согласится на подобную авантюру.
Ритта даже не сочла нужным беспокоиться о такой ерунде, она знала, чего хочет, значит, преграда будет преодолена.
Глава восьмая
Ритта и Йарр были женаты уже двенадцать дней.
У нее как-то незаметно прошло и волнение, и эйфория, реальное настоящее предстало во всей своей неприглядности.
Нет, она не разлюбила Йарра, наоборот, находясь рядом с ним, чувствовала себя день ото дня счастливее, он был частью ее самой, ее лучшей частью.
Однако Ритта категорически не хотела проводить свою жизнь в космическом звездолете, не зная, куда себя деть и чем заниматься во время долгих полетов. И что, если снова возникнет такая ситуация, и Йарру придется выбирать между спасением ее жизни и жизнями экипажа? А о том, чтобы отпустить Йарра самого, не могло быть и речи, вновь расстаться с ним было бы для нее равносильно самоуничтожению.
Никаких полетов, ей нужна твердая почва под ногами и в прямом, и в переносном смысле! Его народ ее не примет, что ж, звездных систем и планет множество. Хотя бы та, где она купила домик.
Где жить, в конце концов, не так уж и важно, главный вопрос – чем ему заниматься? Она, конечно, вполне могла бы прокормить их обоих, но Йарр, обладая такими знаниями, не захочет подобного унизительного существования, да у нее и язык не повернется предложить ему нечто подобное.
Йарр умен, вероятно, честолюбив, хотя тщательно это скрывает, умеет организовывать и руководить, смел и решителен, отвечает за свои поступки – что придумать для него? Ритта день и ночь ломала голову над этими вопросами, стараясь, чтобы Йарр не почувствовал ее беспокойства.
У него математический склад ума, он умеет четко излагать свои мысли. Его формулировки не вызывают разночтений, к тому же честен до маразма, беспристрастен и искренен. С такими качествами, по мнению Ритты, прямая дорога в Правительство.
Конечно, портфель министра не получить, бескомпромиссность – не лучшее качество политика. Но вот, например, работать в каком-нибудь комитете, уточняющем формулировки принимаемых законов, согласовывающем все юридические тонкости – это то, что надо!
Но как туда пробиться, не имея связей и денег?
Снова к Грегу.
– Кто может помочь Йарру?
– Только премьер-министр Правительственного кабинета.
– Как на него выйти?
– Никак, сама понимаешь, что в этом я помочь тебе не смогу, да и никто не сможет, премьер – слишком большая величина.
Разговор Ритту очень огорчил, но и только. Она уже знала, чего хочет, а, значит, возможность будет найдена.
Сначала собрать всю информацию – и о нем, и о его окружении, и даже о родственниках.
Вот это удача! Племянник премьер-министра состоит в клубе «120» и постоянно принимает участие в публичных дискуссиях.
Члены клуба «120» – интеллектуальная элита общества. Закрытый клуб, попасть в него почти невозможно. Еженедельно устраивается нечто вроде турнира, желающие состязаться с кем-либо из членов клуба подают заявку на участие в дискуссии, предварительно внося достаточно большую сумму за удовольствие поучаствовать в словесной баталии.
Никаких оскорблений, никакого перехода на личности, аргументы против аргументов – кто быстрее сможет запутать противника в его же собственных доводах, доказав, что он противоречит сам себе.
Ритта искренне верила, что Йарр умнее всех членов клуба «120», причем, вместе взятых. Он, даже если и не победит в диспуте (по независящим от него причинам, например, из-за несправедливости судейства), все равно сможет с достоинством продемонстрировать свой ум и способности, а там как знать...
У Ритты имелась необходимая сумма для взноса, осталось заручиться согласием Йарра.
Она начала издалека. В один из дней осторожно, словно случайно, подсунула ему список тем ближайших диспутов и самым невинным голосом поинтересовалась, на какую бы из них он мог вести дискуссию, выдвигать какие-то свои аргументы, разбивая аргументы противника, приводя доказательства и отметая доказательства оппонента?
– Посмотри внимательно, только не торопись. Это очень важно, я потом тебе объясню, зачем.
Йарр удивился вопросу, но послушно изучил список, выбрал несколько тем. К Риттиной радости, в дискуссии по одной из них как раз и будет принимать участие племянник премьер-министра.
– Йарр, я хочу, чтобы ты принял участие в публичной дискуссии вот по этой теме.
– Почему именно по этой?
– Потому что твоим оппонентом будет человек, который мне очень нужен.
– А если я не смогу победить?
– Победа не так уж и важна. Я хочу, чтобы ты произвел на него впечатление, и он пригласил бы нас к себе в гости.
Йарр внимательно прочел имеющуюся информацию о своем возможном сопернике.
– Думаю, я не имею морального права участвовать в такой дискуссии.
Ритта чуть не подпрыгнула:
– Это еще почему?
– Мое IQ почти на десять единиц выше, чем у него. Это неэтично. Я должен выбирать равного мне противника.
Возмущению Ритты не было предела.
– Во-первых, никто не заставляет тебя говорить правду о своем IQ. Во-вторых, у него такой опыт словесных баталий, что твое IQ не очень-то и поможет. В-третьих, это единственный способ до него добраться!
– Зачем он тебе?
– Победишь в дискуссии, тогда и поговорим!
Она немедленно отправила заявку на участие.
Обычно желающие поучаствовать в дискуссии брали себе псевдоним. Ритта не стала этого делать, тем более, что звание Йарра «Командор», уже звучало, как псевдоним.
Через несколько часов Йарру позвонили, и, задав несколько вопросов, приняли его заявку на участие в диспуте. Рита внесла деньги.
– У нас одна неделя, чтобы ты смог подготовиться к этому диспуту.
– Хорошо. Я подберу материалы по этому вопросу...
– Какие материалы?! – возмутилась Рита. – Ты пойдешь на курсы, где учат вести такие дискуссии!
– Но меня учили.
– Забудь. Твои знания в этом вопросе ничего не значат. Впрочем, сам убедишься.
...Первое занятие.
– Самое главное – вычислить психологический тип оппонента. Их всего несколько, и они не зависят от умственного развития. Каждый тип имеет свои сильные и слабые стороны. Сильные стороны необходимо обходить. На слабые давить. Это основной принцип дискуссий.
– А разве выяснить истину – не главное? – удивился Йарр.
– Истина, совершенно не важна! Самое важное – настоять на своей, пусть даже ошибочной точке зрения, заставив собеседника принять ее и используя для этого все средства. Если нет аргументов, можно вставить какое-нибудь саркастическое замечание, выводящее противника из равновесия. Давайте попробуем.
Это был не спор, а «избиение младенцев», и младенцем был Йарр. Любой его логический вывод бессовестно искажался, а когда он пытался его защитить, в ответ слышал новые доводы, совершенно уводящие от темы, но выставляющие его самого в глупом невыгодном свете.
Йарр проиграл.
– Это не диспут, – возмущался он. – Вы не приводили доводы, Вы искажали факты и не признавали этого.
– А зачем мне признавать факты и, тем самым, свое поражение? Я хотела победить, и я своего достигла.
– Я так не смогу, – уныло признал Йарр. – Я могу опираться только на знания и уверенность в правильности своих выводов.
– Значит, Ваши шансы выиграть диспут ничтожны.
Ритта не сдавалась:
– Ничего, Йарр. Мы все равно попробуем, а там как будет, так и будет.
Йарр уже не считал, что нарушает нормы этики, его уверенность в себе существенно поколебалась.
...И вот, этот день настал.
Ритта, как опытный тренер, давала последние советы своему подопечному:
– Насколько я понимаю характер твоего соперника, то твой псевдоним «Командор» сразу вызовет в нем раздражение.
– Почему? Это мое звание.
– Он этого не знает и посчитает такое имя невероятно напыщенным, и, значит, он сразу захочет поставить тебя на место, поэтому бросится в атаку. Этот момент – самый опасный. Ты не должен отступить. Твой козырь – точные формулировки, ты всеми силами должен перевести дискуссию в плоскость математических выражений и формул. Тут тебе нет равных. И еще. Если все пойдет, как я думаю, то он спросит тебя: «Вы написали, что Ваше IQ – 180?» Ты ответишь: «Я написал: выше 180». Он уточнит: «185?» Ты не отвечай, он поймет, что выше. Только потом ответишь.
– Зачем такие сложности?
– Не спрашивай, а делай, как я прошу.
Этот диспут вошел в историю!
Йарр был спокоен и сосредоточен. Соперник Йарра, раздраженный до предела тем, что уже столько времени не может переломить ход дискуссии в свою сторону, жестко произнес:
– Хочу извиниться, обычно в диспутах я не применяю математические формулировки, которые могут быть непонятны моему оппоненту, но, поскольку наша дискуссия зашла в тупик, я вынужден к этому прибегнуть в качестве последнего аргумента. К сожалению, Вы только на слово можете поверить мне, что эта формулировка точна.
Йарр в знак согласия слегка наклонил голову.
Формулировка была длинной, сплошь состоящей из математических терминов и звучала невероятно убедительно.
Ритта мысленно захлопала в ладоши: «Попался, гад! Сейчас Йарр тебе врежет!»
Так и произошло. Йарр внимательно выслушал, потом, чуть подумав, возразил:
– Вы привели доказательство, касающееся статически неподвижной точки, но, поскольку точка совершает колебательные движения, то, с учетом расстояния, искажение отраженной волны будет...
Противник Йарра, не мигая, смотрел на него, потом демонстративно ввел необходимые данные в компьютер, посмотрел на результат и, пораженный увиденным, спросил:
– Вы смогли просчитать вероятность искажения до тысячной доли?
Йарр молчал.
Тогда его соперник нажал красную кнопку, признавая свое поражение, и почти враждебно спросил:
– Вы написали, что Ваше IQ – 180?
– Я написал, что выше 180.
– 185?
Йарр молчал.
– 190?
– Сто девяносто четыре и шесть десятых, – уточнил Йарр.
– Я знаю всех людей, имеющих IQ выше 190.
– Я – рианец.
Наступила тишина, противник Йарра внимательно смотрел на него.
– Вы назвали себя «Командором»?
– Да, это мое звание в рианском звездном флоте «Командор Йарр».
– Это Вы просчитали за секунды градус разворота корабля, не допустив тем самым гибели экипажа?!
Йарр утвердительно кивнул.
– Вот это да! – от недоброжелательности оппонента не осталось и следа, он вскочил, протянув руку Йарру. – Проиграть такому противнику – честь для меня. А Вам не кажется, что это не совсем честно – выбрать соперника значительно слабее себя?
Йарр, чувствуя правоту этих слов, тут же начал оправдываться.
– Я пошутил, Вы правильно поступили. По традиции нашего клуба проигравший устраивает банкет в честь победителя. Я пришлю Вам приглашение.
– Я с женой.
– Приглашение будет выслано на двух персон.
...Едва противник Йарра вернулся домой, как ему тут же позвонил дядюшка:
– Это твой первый проигрыш?
– Я это проигрышем не считаю. Проиграть рианцу – честь.
– Я как раз и звоню по этому поводу. Я хочу, чтобы ты меня с ним познакомил. Он нам нужен. До сих пор мы не смогли установить никаких контактов с представителями этой цивилизации, я хочу поговорить с ним в неформальной обстановке.
– Ты хочешь приехать в клуб?
– Нет, тогда мой интерес будет слишком заметен. Знаешь что, а пригласи его ко мне в поместье. Я дам банкет в его честь.
– Он будет с женой.
– Это не важно.
...Когда Ритта получила приглашение от Премьер-министра на этот банкет, то даже присела от неожиданности. Да о таком повороте она и не мечтала, вернее, именно об этом она и мечтала, но не надеялась, что это произойдет настолько быстро.
Уже появилась информация о других приглашенных. Когда Ритта увидела количество гостей, она поняла, что в честь Йарра готовится нечто грандиозное.
Теперь самое важное – не ударить в грязь лицом. Они должны выглядеть достойно.
Когда-то она общалась с людьми, у которых были большие деньги, теперь ей предстояло столкнуться с кругом людей, у которых была власть.
Только на первый взгляд казалось, что деньги и власть неразделимы, и люди, ими обладающие, принадлежат к одному и тому же кругу. Кое в чем это утверждение было верным, но оно является ошибочным в главном. Круг богатых бездельников, не знающих, куда себя деть, очень сильно отличался от круга целеустремленных, энергичных, знающих, чего хотят, рвущихся к своей цели людей, не останавливающихся ни перед чем. Но только они обладают реальной властью, и именно среди таких людей Ритта хотела бы видеть и Йарра.
Десять дней подготовки пролетели, словно один день.
Косметические салоны и для нее, и для Йарра.
Йарру хорошо, он наденет свою форму, а что надеть ей?
Ритта тяжко вздохнула, для такого случая придется пожертвовать своим самым большим сокровищем. На этом банкете она будет в платье, имеющем собственное имя – «Мерцающий Дракон». Это платье создал специально для нее Охимото, это был его последний шедевр.
Это платье можно было назвать хамелеоном, только, в отличие от настоящего хамелеона, оно могло менять не только цвет, но и частично форму, в зависимости от эмоционального состояния своего владельца.
Та же самая идея, что и в создании комнат для снятия эмоционального стресса – так же микрокомпьютер считывает нервные импульсы и передает данные светодиодам, вмонтированным в нити ткани. Платье изготавливается для конкретного человека и реагирует только на его импульсы. Виртуальные изменения платья зависят от фантазии и вкуса дизайнера. Охимото был гением, все его творения признаны шедеврами и стоили баснословно дорого.
У Ритты было три платья, созданные Охимото. Два из них она уже надевала, еще когда была с Солом, третье, самое невероятное, до сих пор еще никто не видел. И вот подходящий случай представился.
...Вот они с Йарром поднимаются по широкой лестнице – платье лазурного цвета, с воздушным длинным шлейфом. Их представляют Премьер-министру, он приветлив и любезен, не ожидал, что жена командора столь красива и изыскана.
Насколько Премьер-министр доброжелателен, настолько же враждебны окружающие. Ритта почувствовала просто шквал негативных эмоций, направленный на них. Здесь было всё: неприятие, зависть, страх, опасения, что они займут чье-то место, оттеснив кого-то, Ритте стало не по себе...но только на несколько мгновений, а потом влна уверенности в себе и в своем муже смыла эти негативные эмоции. Она подумала: «Мы все равно прорвемся в круг избранных, нет, уже прорвались!». Ритта гордо вздернула подбородок, окинув всех своим «фирменным» взглядом, одновременно и надменным и снисходительно-доброжелательным. Сколько времени и сил потратила Мариэтт, чтобы научить ее так смотреть! Ритта, в такие моменты, вспоминала о ней с невольной благодарностью.
И тут раздался наглый, явно вызывающий на ссору голос. Ритта мгновенно узнала его.
Он принадлежал ее подруге по той, прошлой жизни с Солом – Мие. Мие, всегда смертельно завидовавшей Ритте. Мие, всегда неудачно выбирающей своих мужчин. Тех, кто любил ее, она к себе не подпускала, игнорируя и презирая их, тех же, кто «вытирал об нее ноги», она обожала, тратя все свои силы и огромные деньги для их завоевания. Она была светской львицей, имеющей большое влияние в обществе.
Ее благосклонности добивались многие, она могла очень сильно осложнить жизнь кого бы то ни было, если она этого хотела. Потому что несколько очень влиятельных мужчин, постоянно были "у ее ног". Мнение Мии значило очень много, и вот теперь все подтянулись поближе, предчувствуя один из назревающих скандалов, устраивать которые Мия была большая мастерица.
– Где же ты, милочка, нашла такого дизайнера-идиота, не побоявшегося своровать и нагло выставить на всеобщее обозрение чужую идею, выдавая ее за свою?
В ту же секунду нежно-голубое платье Ритты стало черным, золотые искры гнева полыхнули по нему, виртуальный шлейф вдруг скрутился в хлыстообразный хвост, который, дернувшись несколько раз, обвил ноги своей хозяйки.
Ритта успела сжать руку Йарра, чтобы он не вмешивался, потом несколько лениво обернулась и откровенно вызывающе, посмотрела в лицо своей давнишней подруги. Окинув почти презрительным взглядом ее наряд с головы до ног, криво усмехнулась:
– Неплохое платьице, – а потом, не сдерживая себя, прошипела: – Только мое в тысячу раз лучше! Впрочем, как и всегда!
Только сейчас Мия узнала ее:
– Риттка Сола! – взвизгнула она, а потом завизжала еще громче: – Риттка Сола в том самом знаменитом платье Охимото «Мерцающий Дракон»!!!
А потом... бросилась ей на шею:
– Как же тебя не хватало, как же без тебя было скучно!
– Теперь я – Ритта Йарр. Познакомься – мой муж, – она на секунду замолчала, зная, что снова повергнет подругу в шок, – он – рианец! – со счастливой гордостью добавила она, с наслаждением наблюдая, как глаза подруги полыхнули завистливым светом.
Как по команде, Ритту и Йарра окружили вниманием и участием. С этой секунды они стали частью этого круга.
...Премьер-министр подошел к Ритте.
– Я так понимаю – Ваш муж принял участие в дискуссии с моим племянником свосем не случайно? Вы чего-то хотите?
Ритта утвердительно кивнула.
– Я хочу, – твердо сказала она, – чтобы мой муж возглавил комитет Согласования в Вашем Правительстве.
Премьер-министр присвистнул:
– А Вам палец в рот не клади, – Ритта склонила голову в знак согласия, принимая эти слова, как комплимент, он с минуту обдумывая ее просьбу. – Я подумаю, и сообщу Вам свое решение.
Ритта самодовольно улыбнулась, нисколько не сомневаясь в положительном ответе, платье полыхнуло алым цветом.
Через некоторое время Премьер-министр подошел к Йарру:
– Я хочу предложить Вам возглавить один из комитетов в нашем Правительстве, а точнее – комитет Согласования.
Йарр был бы не Йарр, если бы честно не предупредил:
– Если Вы хотите доверить мне этот пост потому, что я рианец, то хочу сказать – есть более достойные кандидатуры, чем я.
Премьер-министр хмыкнул, потом жестко сказал:
– Даже если они в десять, в сто раз достойнее Вас, этот пост все равно займете, именно Вы.
