355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Полли Стэплтон » Любовь не забава » Текст книги (страница 1)
Любовь не забава
  • Текст добавлен: 14 октября 2016, 23:50

Текст книги "Любовь не забава"


Автор книги: Полли Стэплтон



сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 11 страниц)

Полли Стэплтон
Любовь не забава

1

Бледный солнечный свет последнего месяца длинной зимы проникал в окно, высвечивая уютную комнату, выдержанную в бирюзовых тонах, избранных, несомненно, для успокоительного воздействия на пациентов. Одну из них провожал сейчас к выходу профессор Джонатан Мелвилл, высокий, сорокалетний, удивительно интересный мужчина. Он обменялся с элегантной дамой рукопожатием, предупредительно улыбнулся и перепоручил своей помощнице. Закрыв дверь, вернулся к столу, сел и начал писать.

Не успел он погрузиться в это занятие, как дверь приоткрылась, и помощница заглянула в образовавшуюся щель. Профессор, не поднимая головы, отозвался:

– Позже, миссис Хопкинс, через полчаса я должен быть в больнице…

– Знаю, сэр, но звонит миссис Флинт, утверждает, что разговор неотложный.

– Хорошо, – ответил Мелвилл, снимая очки и улыбнувшись ей.

Миссис Хопкинс, вдова средних лет с чувствительным сердцем, тоже улыбнулась.

Голос на другом конце провода звучал настойчиво и тревожно.

– Джонатан? Это ты? Мне только что звонили из Аргентины. Джейк серьезно заболел, и я должна срочно вылететь к нему. Я уже собираюсь. Но у детей начинаются каникулы, а у меня завтра самолет. Как их оставить здесь одних?..

– А где же Петси?

– Уехала домой, у нее плохо с матерью. Мне тут приходилось управляться одной. Джонатан, что мне делать?

– Дети побудут у меня; я кого-нибудь подыщу присмотреть за ними, пока тебя не будет. Боюсь, сам я не смогу заехать за детьми, но что-нибудь придумаю и перезвоню тебе. Думаю, не стоит слишком беспокоиться.

Мелвилл положил трубку и по селектору вызвал миссис Хопкинс.

– У нас возникла непредвиденная трудность, – мягко произнес он, но голос не выдавал даже намека на размеры постигшей их трудности. Объяснив ситуацию, он спросил – Вы не знаете, где можно найти кого-нибудь на это время?

– Да, знаю, сэр. На Блюберри есть одно приличное агентство, думаю, это то, что надо. Соединить вас с ними?

– Пожалуйста, и как можно скорее.

Медоточивый голос из агентства уверил, что особа, в помощи которой он нуждается, будет направлена к нему немедленно.

– Нет, лучше после пяти. И насчет адреса. Это должен быть кто-то, кто готов отправиться завтра утренним поездом в Уикли – маленький городок в Йоркшире…

Когда зазвонил телефон, Ариадна чистила картошку. Она вытерла руки о передник и пошла к аппарату, хотя Мэрион, ее сестра, сидела в шаге от него; но ей еще два года назад было рекомендовано в связи с анемией вести спокойный образ жизни, и это предписание весьма одобрил их отец, без ума любивший младшую дочь.

– Да? – сказала Ариадна, недовольная тем, что ее оторвали от кухни.

– Мисс Браун? Для вас есть срочная работа. – Сотрудница агентства деловито сообщила подробности и добавила: – После пяти часов профессор Мелвилл рассчитывает видеть вас у себя. – Благоразумно, пока не прозвучал отказ, она повесила трубку.

– Ну вот, срочная работа, – вздохнула Ариадна. – Конец картошке! Придется вам обойтись бутербродами. Мне необходимо на несколько часов уйти.

Мэрион встревожилась:

– Ариадна, ты ведь знаешь, мне запрещены перегрузки…

– Думаю, милая, тебе не повредит, если ты поджаришь котлеты. Нам нужны деньги – отец взял из расходных. Не знаю, для чего…

Мэрион смутилась:

– Ну, я обмолвилась, что мне нужен новый халат, он и купил…

У двери кухни Ариадна обернулась и бодро сказала:

– В холодильнике достаточно провизии на тот случай, если меня не будет день-два.

Ее не задело лишнее упоминание о том, что отец любит Мэрион сильнее и держит старшую дочь за экономку и кухарку. Она уже давно смирилась с существующим положением вещей.

Ариадна надела твидовый жакет и юбку, подходящие, как ей казалось, к случаю, удостоверилась, что волосы аккуратно скручены в узел, припудрила нос и, захватив зонтик, пошла к автобусной остановке. Когда она доехала до указанной ей маленькой улочки рядом с Кэвендиш-сквэр, был уже шестой час. Минут десять Ариадна потратила на поиски дома – им оказался один из утопавших в зелени особняков, старинный, но в прекрасном состоянии. Прежде чем ступить на лестницу парадного входа, она задержалась на минуту перед великолепным фонтаном.

Дверь открыл грузный пожилой человек с безмятежным лицом, окаймленным пышной растительностью. Она назвалась, он посторонился, пропуская ее, и попросил подождать в холле.

Холл выглядел очень уютно: небольшой, с малиновыми обоями, до блеска отполированным паркетным полом и настенными светильниками позолоченной бронзы; картин на стенах не было, но на маленьком столике красного дерева стояла прекрасная китайская ваза с ранними весенними цветами. Ариадна с наслаждением вдохнула их легкий аромат.

Долго ждать не пришлось; полный человек вернулся через несколько минут, попросил ее следовать за ним и открыл перед ней дверь в конце холла. Скорее всего, это был кабинет, его украшала огромная ниша окна с опущенными бархатными шторами. Ариадна подумала, что за окном, вероятно, находится сад, и, пройдя по ковру, остановилась перед большим письменным столом в углу комнаты. Хозяин дома встал, книга, которую он до того читал, оставалась в его руке. С минуту он рассматривал девушку поверх очков.

– Мисс Ариадна Браун?

– Да, сэр. Вы не ошиблись.

Профессор вдруг почувствовал, что эта весьма скромно одетая девушка не столь спокойна, как ей хотелось казаться. Он неохотно отложил книгу, ибо находил истинное отдохновение в поэзии Овидия, читая его, конечно же, на латинском, на языке оригинала.

– Садитесь, пожалуйста, мисс Браун. Я, по правде, ожидал кого-нибудь более солидного… На вашем попечении будут подростки, а вы сами, простите, выглядите… Вы, очевидно, кажетесь гораздо моложе своих лет?

– Мне двадцать три, – деловито ответила Ариадна. – Достаточно молода, чтобы понимать подростков, и достаточно стара, чтобы заставить их слушаться. – Профессор казался растерянным, и она продолжила: – Испытайте меня, и, если я не подойду, вы сможете подобрать кого-то другого. Хотя в агентстве мне сказали, что вы нуждаетесь в помощи неотложно, так что мне, наверное, стоит попытаться помочь вам.

Девушка не казалась профессору подходящей, но выбора в данный момент у него действительно не было.

– Вам нужно будет завтра рано утром выехать на поезде и привезти сюда моих племянников. Они поживут здесь, пока их мать съездит в Южную Америку к заболевшему мужу. У меня в услужении есть человек, он с женой живет в доме, но они слишком стары, чтобы управиться с подростками. А вам, надеюсь, это будет вполне по силам.

– На какое время я буду нужна, мистер Мелвилл? Простите, может, мне называть вас – доктор Мелвилл? В агентстве мне сказали, что вы профессор медицины.

– Называйте профессором. – Он улыбнулся. Она никак на это не отреагировала, но ему понравилась ее спокойная деловитость. – Я нанимаю вас на время их каникул, на неделю. У сестры есть экономка, но она, к несчастью, сейчас должна ухаживать за больной матерью. Впрочем, она может вернуться в дом еще до возвращения хозяйки.

Срок вполне приемлемый, подумала Ариадна, надо только предупредить Мэрион и отца, что несколько суток им придется обходиться без нее. Она степенно попрощалась с профессором, но тот окликнул ее, возвратив уже от дверей.

– Вам, вероятно, понадобятся деньги на дорожные расходы.

Он достал бумажник. Выделенная сумма показалась ей слишком большой, и она прямо сказала об этом.

– Полагаю, я получу точный отчет о всех ваших расходах, мисс Браун.

Она мельком взглянула на него своими темными глазами и холодно ответила:

– Естественно.

Холодности профессор будто не заметил.

– Миссис Грейвз будет предупреждена, так что позвоните ей, когда вас с детьми ожидать. У сестры есть телефон.

Ариадна кивнула, и Мелвилл про себя отметил, как аккуратно, волосок к волоску, девушка причесана.

– Хорошо, профессор Мелвилл, доброго вечера.

Он открыл перед девушкой дверь, и она прошла в холл, где ее ждал мистер Грейвз, управляющий. Отечески улыбаясь ей, он произнес напутственное слово:

– Ни о чем не беспокойтесь, мисс, сам профессор любитель спокойной жизни, но мы с вами, осмелюсь сказать, справимся.

Она выразила надежду, что все именно так и будет, и сконцентрировалась на своих проблемах.

Мэрион, конечно, придется нелегко. Ариадна время от времени работала на агентство, но всегда оборачивалась за день, а теперь придется покинуть сестру и отца на несколько дней.

– Как я тут со всем управлюсь! – бушевала Мэрион, когда Ариадна вернулась домой. – Ты ведь знаешь, как я слаба. Доктор велел мне вести спокойный образ жизни. Ты эгоистка, Ариадна, ты должна была отказаться от такой работы. – Тут сестра разразилась слезами. – Могла бы подумать обо мне…

– Я думала о тебе, – спокойно ответила Ариадна. – Но в доме почти нет денег, счета за газ и электричество не оплачены, и жалованье отца банк удерживает вторую неделю. Если ты хочешь нормально питаться, то признай, что мне нельзя было отказаться от этой работы. В холодильнике пока всего много, а если что понадобится, сходишь и прикупишь. Думаю, небольшая прогулка тебе не повредит. Да и отец по дороге домой может зайти в магазин.

– Ну а кто будет оправлять постели и вообще делать всю домашнюю работу? – завопила Мэрион.

– Полагаю, ты и сама с этим справишься. Несколько-то дней…

– Ты жестока! – кричала Мэрион. – Думаешь только о себе!

Ариадна с трудом удерживала резкие слова, готовые сорваться с уст. Она, кроме прочего, нормальная девушка, ей хочется и получше одеться, и хоть немного иметь карманных денег, хочется, наконец, встретить человека, кто ее полюбит, но она уж и не надеется, что хоть какое-то из этих желаний сбудется. Она поднялась в свою маленькую спальню, расположенную в небольшой мансарде, и принялась собирать вещи. Ее гардероб был крайне скуден: скромное серое платье, купленное на дешевой распродаже и используемое для работы в агентстве, пара свитерков, блузки, нижнее белье, домашние тапочки, твидовая юбка и плащик на случай дождя. Это было почти все, что она имела.

Упаковывая вещи, Ариадна слышала, как сестра разговаривает с отцом внизу, в гостиной. Она повздыхала немного и, убедившись, что ничего не забыла, спустилась к ним.

Остаток вечера она провела, убеждая отца в том, что ей действительно нельзя было отказаться от этой работы. И сей беспечный человек, легко расстающийся с деньгами, когда они есть, и легко делающий долги, когда деньги кончались, в конце концов вынужден был признать, что в доме образовалась острая нехватка наличности.

– Ну, ладно, – легко сказал он, – поезжай, доставь себе такое удовольствие. А мы с Мэрион тут как-нибудь справимся. Я возьму те деньги, что еще остались, в расчете на то, что ты получишь, когда вернешься, не возражаешь? – Он улыбнулся явно неискренне. – Ты наша маленькая кормилица!.. Ну, предлагаю выпить по чашке чаю перед тем, как отправиться спать.

– На все мои деньги рассчитывать все же не стоит, – спокойно ответила Ариадна. – Мне просто необходимо купить себе пару туфель…

Ариадна встала, оделась и наспех позавтракала, когда Мэрион, зевая, объявилась в кухне.

– Могла бы и мне принести чашку чаю, – жалобно проговорила она.

– Не успеваю, – ответила Ариадна с набитым ртом. – Я позвоню через день или два, когда узнаю срок возвращения. Передай привет отцу.

Чмокнув сестру в щеку, она выпорхнула со своим чемоданчиком из дому, спеша на автобус, идущий до вокзала.

В полупустом вагоне она села у окна и смотрела на проплывающие мимо неприютные пейзажи ранней весны, радуясь, что целых полтора часа будет наедине с собой. Она недолго сомневалась относительно предстоящей работы; вот уже год она работает в агентстве, и впервые так повезло: ее наняли на целую неделю. Есть, правда, одно «но»: профессор Мелвилл может найти ее работу неудовлетворительной. Она и сама не была уверена, что справится, а тут еще и профессор отнесся к ее особе неодобрительно, это было очевидно, хоть и прикрывалось его приятным обхождением и слегка рассеянно-равнодушными манерами. Одна надежда, что большую часть дня его не будет дома; ей с детьми достаточно не попадаться ему на глаза ранним утром и по вечерам.

Когда Ариадна сошла с поезда, она благодарила судьбу, что нашла раннее такси, припаркованное за станцией. Водитель оказался приятным и разговорчивым человеком, и стоило ей назвать адрес, как он сразу заговорил:

– О, несчастная миссис Флинт, вот уж горе так горе, ехать к больному мужу на другой конец света! Подумать только! А тут еще у детей каникулы…

Дом, куда они направлялись, находился на другом конце маленького селения. Его красно-кирпичные стены просвечивали сквозь деревья огромного сада. В самом доме не было никаких архитектурных излишеств: просторный, с огромными переплетами окон и красивым парадным входом, увенчанным великолепным веерообразным окном, – словом, нечто в этом роде и ожидала увидеть Ариадна. Так изображают художники резиденции истинных джентльменов. Она заплатила таксисту, взяла свой багаж и подергала за кольцо колокольчика, а затем, поскольку никто не вышел, постучала бронзовым дверным молотком.

Дверь резко открыла моложавая женщина с неубранными темными волосами и такими же, как у профессора Мелвилла, голубыми глазами.

– Ох, прекрасно, вы здесь! Проходите, вы не представляете, как я рада видеть вас. – Она протянула девушке узкую ухоженную руку. – Глория Флинт…

– Ариадна Браун. С чего вы посоветуете мне начать?

– Вы мне посланы небесами, и кажетесь такой благоразумной. Такси за мной придет ровно в два часа. Я пытаюсь как-то призвать детей к порядку, вы не представляете… Надеюсь, вы не откажетесь от чашечки кофе?

Ариадна поставила на пол чемодан и сняла пальто. Она была в твидовой юбке с блузкой и вязаной шерстяной жилетке.

– Думаю, если вы покажете мне, где кухня, я сама сварю кофе. И пока мы будем его пить, вы расскажете мне о моих обязанностях. Хорошо?

– Спасибо, все здесь, в угловом буфете. Я пойду взгляну, как там дети управляются с упаковкой вещей. Вещей надо всего на неделю, но…

Миссис Флинт исчезла, и Ариадна достала кофейник, нашла кофе, сахар и молоко, поставила на кухонный стол четыре чашки и открыла жестяную коробку с бисквитами, а когда все было сделано, достала из сумочки блокнот и карандаш и тоже положила на стол. На память она не жаловалась, просто вообразила, что миссис Флинт захочет дать ей великое множество инструкций.

Хозяйка дома вернулась вместе с детьми. Ронни, высокий худенький мальчик с густыми волосами, явно большой проказник; Дженни была младше, ей едва ли исполнилось тринадцать, но уже очень хорошенькая. Даже слишком хорошенькая, но смотрела она пока дружелюбно. Девочка держала в руках огромную полосатую кошку, а за ней с громким лаем бежал лохматый песик. Прямо с порога Дженни заявила:

– Бонни и Клайд поедут к дяде Джонатану вместе с нами!

– Ну, что ж, – с улыбкой согласилась Ариадна. – Не бросать же их в одиночестве.

– Дяде это не понравится, – мрачно сказал Ронни.

– Раз уж они окажутся там, возражать будет поздно. – Ариадна отпила немного кофе и взялась за карандаш. – Отсюда можно уехать после полудня, миссис Флинт? Думаю, мы отправимся после вас.

– Да, есть поезд в пять с чем-то. Вам понадобится такси. Оставьте записку молочнику и не забудьте выключить газ. Надеюсь, и с электричеством все будет в порядке? Ронни, что ты на это скажешь?

– Не беспокойся, мама. Что мы, маленькие? Когда вернется Петси?

Его мать нахмурилась.

– Я звонила, но не застала ее. Ты что, хочешь поскорей удрать от дяди Джонатана? – Она повернулась к Ариадне: – Вы, конечно, не забудете про холодильник и проверите, все ли окна заперты? Мистер Мелвилл в курсе, когда вы возвращаетесь?

– Нет, он просил позвонить его экономке, как только я узнаю время отхода поезда.

– Да, конечно. Простите, но это все так отупляет… Вы уже наверняка знакомы с подобной работой… – Миссис Флинт колебалась. – Не могли бы вы сейчас покормить всю нашу компанию? Что-нибудь легкое… – Она неопределенно добавила: – Думаю, это нам не повредит. Дженни, заканчивай упаковываться, а ты, Ронни, напиши записку молочнику, не забудь.

Все трое удалились, а Ариадна с Бонни и Клайдом, крутящимися у нее под ногами, открыла буфет и заглянула в холодильник. Каждому по омлету, чипсы и горошек, приготовить что-то посущественней не было времени. Еще и зверинец требует пищи. Животных она накормила первыми, а потом приготовила еду и для остальных.

Когда стол был накрыт, в кухню вернулась миссис Флинт с детьми – уже одетые в дорогу.

И вот наступила великая спешка последних минут; вещи куда-то проваливались, записки отцу с пожеланиями скорейшего выздоровления оказались еще не написанными, к тому же миссис Флинт, беспокоясь о здоровье мужа и о том, что приходится оставлять детей, сыпала инструкциями до самой посадки в такси.

Ариадна приступила к работе еще до отъезда миссис Флинт, но после отъезда последней дел оказалось еще больше. Ронни и Дженни – приятные человечки, но Ариадна быстро смекнула, что детки намерены понизить ее до уровня служанки, все взвалив на нее. Только она не позволила им этого. Она прошла с Ронни по всему дому, проверяя, хорошо ли закрыты окна и в порядке ли дверные замки, а скоро пришло время и им садиться в такси.

Поезд был почти пуст. Клайд устроился в ногах у Ронни, а Бонни спала в своей корзине. Дети разговаривали с ней мало; подавленные всей этой суматохой, они шептались между собой, не замечая Ариадны, но она только радовалась, что ее оставили в покое: усталость давала себя знать; день для нее начался рано, а до вечера еще далеко.

Перед выездом она позвонила в профессорский дом, и Грейвз заверил ее, что к их приезду будет готов ужин и комнаты для всех.

– Профессор Мелвилл придет, вероятно, поздно, мисс, – добавил он.

Ариадна пожелала себе, чтобы так оно и было. После тяжелого дня, проведенного в больнице, ему захочется спокойно провести вечер. И будет хорошо, если она уложит детей в постель до его прихода.

Недолгая поездка от вокзала до профессорского дома прошла тихо-мирно. Грейвз встретил их в холле. Дети обходились с ним, как со старым приятелем, и сразу отправились на кухню поприветствовать миссис Грейвз, оставив на девушку животных и багаж.

– Ну, бросьте здесь все как есть, – добродушно сказал ей Грейвз, – сначала не мешает с дороги выпить чашку чая, а я пока отнесу багаж наверх. Дети разместятся справа от лестницы, а ваша комната на противоположной стороне, так что если вы хотите подняться…

Лестница наверху завершалась квадратной площадкой, куда с обеих сторон выходило по двери, а прямо был коридор, ведущий вглубь дома. Грейвз открыл ей дверь, и она вошла.

Комната оказалась небольшой, но светлой и с очаровательной мебелью, из нее дверь вела в ванную. Ариадна испытала жгучее желание сейчас же плюхнуться на постель и тотчас же заснуть, но она разобрала вещи, привела в порядок волосы, подпудрилась и вновь спустилась вниз.

– Мисс, чай для вас готов, – сказал Грейвз, ожидавший ее в холле. – А за животными придет Ронни.

Она поблагодарила и спросила, не рассердится ли профессор, обнаружив в доме собаку и кошку.

– Думаю, нет, мисс. У нас у самих два пса – лабрадоры. Они сейчас совершают моцион с Мейси, горничной. Если честно, довольно бестолковые собаки, но беспокойства, думаю, вам от них не будет.

Грейвз провел Ариадну в небольшую уютную гостиную, где уже был накрыт стол для чаепития. Яркий огонь полыхал за железной каминной решеткой, а рядом стояла пара удобных кресел.

– Пойду позову детей, – сказал управляющий.

Дети вскоре явились, но держались слегка надменно. Ариадна, хлопоча вокруг стола, наливая чай, намазывая на тосты масло и раскладывая сандвичи и пирожные, рассудительно говорила:

– Когда мы попьем чаю, вы, вероятно, захотите распаковать багаж и разложить свои вещи? Не знаю, где разместить Бонни и Клайда – может, вы уже что-то придумали? – Она посмотрела на Ронни. – Мне сказали, что у вашего дядюшки уже есть две собаки.

– Они будут рады. Они уже встречались с Бонни и Клайдом, когда дядя Джонатан навещал нас.

– О, прекрасно, и мы будем водить Клайда на прогулку в Гайд-парк, это ведь недалеко отсюда, да? А Бонни можно распрекрасно устроить внизу.

– Это моя кошка, – заявила Дженни. – Она спит на моей постели. – Голос ее звучал угрюмо. – Миссис Грейвз сказала, что мы можем поужинать на кухне; дяди не будет дома допоздна. А распакуюсь я утром.

– Думаю, вещи надо разложить сейчас, – сказала Ариадна, – иначе придется тратить на это время утром, когда вам захочется подольше поспать или заняться чем-то поинтереснее.

– Вы крайне распорядительны, – язвительно сказала Дженни, когда они поднимались наверх. – Полагаю, питаться вы будете на кухне, с Мейси и Грейвзами?

– Смею заметить, – сдержанно ответила Ариадна, – что обо мне беспокоиться не стоит, лучше займитесь своими вещами.

– Петси всегда сама присматривает за нашими вещами, – проворчал Ронни, побросав рубашки в элегантный маленький комод.

Ариадна, зашедшая к нему и теперь помогавшая разобраться с грудой носков, обернулась и удивленно спросила:

– Она так делала? Но ты ведь почти взрослый, Ронни.

Он что-то невнятно пробормотал в ответ, и Ариадна пошла взглянуть, чем занимается Дженни. Девочка лежала на постели, листая модный журнал, а одежда была разбросана повсюду, даже на полу.

– Я не могу справиться со всем этим, обычно Петси…

– Ну, Петси же здесь нет, а я все-таки не ваша нянька. Думаю, вы лучше меня разберетесь со своими вещами.

– А я думаю совсем не так, как вы.

– Жаль, конечно, но вам придется потерпеть меня несколько дней, а потом, если я так раздражаю вас, ваш дядя наверняка сумеет нанять кого-нибудь другого. Понимаете, просто у него не было времени для более внимательного отбора подходящего человека, пришлось пригласить того, кто был свободен, и это оказалась я.

– У вас есть семья?

– Да, отец и сестра.

– Почему тогда вы пошли работать?

– Давай не будем обсуждать эту тему. Тем более что ничего интересного я тебе не скажу, – довольно решительно ответила Ариадна.

Она села в небольшое кресло у окна, и Дженни, встав с постели, нехотя начала раскладывать вещи по полкам и ящикам гардероба.

– Я так устала, – проворчала девочка, но голос теперь звучал чуть дружелюбнее. – Надо сегодня лечь пораньше.

– Ну, надеюсь, ужин не затянется. А после можно будет забраться в постель с книжкой. Ваш дядя придет поздно, какой смысл его дожидаться.

– Ох! – Девочка искоса взглянула на Ариадну. – Вы не рассердитесь, если Бонни будет спать в моей постели?

– Сердиться? Почему я должна сердиться? Я люблю кошек. Да и собак – тоже. Сколько ей лет?

– Папа подарил мне ее на мой шестой день рождения.

– Она очень славненькая, так и хочется ее потискать.

– Я хочу есть, – капризно сказала Дженни, закончив расчесывать волосы.

– Тогда надо пойти и посмотреть, готов ли ужин.

– Сначала Ронни и я, а потом вы. Обслуживающий персонал ест позже!..

Прослужив год при агентстве, Ариадна не раз сталкивалась с подобным отношением, но работа есть работа. Сегодня же она впервые почувствовала возмущение. Однако в нынешнем положении приходилось терпеть.

Ужин был готов, и Грейвз повел детей вниз, в полуподвальную кухню, а затем вернулся в холл, где стояла растерянная Ариадна.

– Звонил профессор. Он надеется, что вы пообедаете с ним, если не слишком устали. Возможно, вы дождетесь его в гостиной? Там есть свежие газеты и журналы.

– Разве я не могу поесть на кухне?

Грейвз, явно шокированный, ответил:

– Конечно нет, мисс. У меня по этому поводу определенные указания профессора.

– Хорошо, спасибо. Вот только уложу детей и посижу в гостиной. Как вы думаете, профессор Мелвилл придет очень поздно?

– Точно не скажу, мисс. Думаю, примерно через час или около того.

И вот Ариадна сидела у огня, обдумывая дневные события и строя догадки относительно предстоящей недели. Ронни и Дженни, конечно, приятные молодые люди, но слишком уж избалованные. Да и возраст их – возраст невежливости и легкомыслия, она помнила, что в таком возрасте сама бывала и груба и бездумна. Но на сколько ее хватит с ними? Ведь надо их чем-то занять, сделать так, чтобы они не захандрили… Впрочем, если профессор решит, что она не совсем подходит для общества его племянников, это, возможно, будет не так уж и плохо.

Дети вскоре присоединились к ней и, когда она предложила им отправиться спать, поскольку у них был трудный день, запротестовали.

Ариадна не стремилась отмести их возражения; взамен этого она предложила написать письма матери.

– Представьте только, как обрадуется ваша мама, получив на другом конце света письма от вас.

– Мы позвоним ей завтра, – сказал Ронни.

– Ну, это еще лучше. Вы знаете номер телефона?

Мальчик хмуро взглянул на нее.

– Конечно нет. Но дядя Джонатан должен знать.

– Тогда вам нужно побеспокоиться, чтобы застать его до того, как он уйдет на работу, а для этого придется встать пораньше.

Ариадна заговорила о музеях, некоторые предложила посетить в следующие несколько дней. Как она и ожидала, эти разговоры им быстро наскучили, и они отправились спать. Дженни подхватила кошку, угрюмо пожелав Ариадне спокойной ночи, и пошла наверх, и Ронни, отведя Клайда на кухню, последовал за сестрой. Ариадна бросила взгляд на стрелки старинных часов, стоящих на каминной полке. Почти девять, а профессора все нет. Она с удовольствием тоже отправилась бы в постель, но не ложиться же спать на пустой желудок.

В доме стояла полная тишина. Как и советовал Грейвз, Ариадна отправилась ждать профессора в гостиную, но ей захотелось осмотреться. Она пересекла пустой, слабо освещенный холл, гадая, какая же дверь ведет в столовую. Открыла ближайшую – и заглянула. Да, столовая, овальный стол накрыт для ужина, серебро и хрусталь тускло мерцают в свете настенных ламп. Она прикрыла эту дверь и заглянула в противоположную. Библиотека и весьма внушительная, и хотя в ней никого не было, повсюду горел яркий свет, кроме того, лампа для чтения светилась на одном из небольших столиков; повсюду расставлены удобные стулья.

Голос профессора мягко прозвучал почти у самого уха, заставив ее вздрогнуть.

– Надеюсь, мисс Браун, поездка прошла удачно?

Она посмотрела ему прямо в глаза и сказала:

– Разве можно так подкрадываться к людям? А вдруг у них слабое сердце или что-нибудь в этом роде? Грейвз сказал мне, чтобы я, если не засну, подождала вас в гостиной.

Профессор выглядел огорченным.

– Дорогая мисс Браун, примите мои извинения, я действительно не подумал о вашем сердце или о чем-то в этом роде.

И он, взяв ее под локоть, повел в гостиную.

– Садитесь, пожалуйста. Осмелюсь предположить, что вы умираете с голоду, но все же не выпить ли нам перед ужином по стаканчику шерри?

– Благодарю. Но меня, профессор Мелвилл, смущает одна деталь. Мистер Грейвз передал мне ваше приглашение поужинать с вами, но, если я поняла вас правильно… Словом, я ведь просто служащая, посланная агентством, а не ваш гость. Обычно в местах службы я ем на кухне, с обслуживающим персоналом.

– Пока вы находитесь в моем доме, уж будьте любезны вкушать пищу вместе со мной и детьми.

Сказано все это было несколько раздраженным тоном, и она пробормотала:

– Хорошо, профессор.

Нотку смирения, прозвучавшую в ее голосе, он проигнорировал.

– Они здесь, полагаю?

– Конечно. Сейчас они наверху, в своих комнатах, но спят ли уже, не могу сказать, я к ним не поднималась.

– И что же, совсем никаких трудностей? – допытывался профессор. – Они хорошие дети, но такие избалованные. А сестра моя уехала благополучно? Она не сильна в организационных вопросах.

– Да нет, все прошло нормально. Только одно – Ронни прихватил свою собаку, а Дженни – кошку. – Ариадна поглядывала на профессора, желая выяснить, как он отнесется к подобным новостям, но лицо его оставалось бесстрастным. – Когда мы прибыли, ваши собаки гуляли с горничной, и она сразу увела их на кухню. Думаю, и Клайд тоже там.

– Кстати, вас не раздражают собаки?

– Да нет, я люблю животных.

– Хорошо, позже они составят нам компанию. Мои псы по природе очень добрые твари.

Профессор поднял глаза на вошедшего управляющего.

– Что, Грейвз, ужин готов? Прекрасно! И выпустите Ральфа и Тутси, хорошо?

Они пересекали холл, когда навстречу им, приветствуя профессора оглушительным лаем, выбежали собаки. Потом псы окружили Ариадну, дружелюбно глядя на нее. Девушка наклонилась к ним, чтобы приласкать, пока их хозяин терпеливо стоял в стороне. Улыбаясь, Ариадна подняла на профессора взгляд и увидела, что он смотрит на нее как-то… Раздраженно? Или равнодушно? Она не могла понять, как именно, но на всякий случай выпрямилась, почувствовав неясное беспокойство. Должно быть, он, как и дети, с трудом терпит присутствие постороннего человека в своем доме.

– Вы, наверное, с радостью пожелали бы мне провалиться ко всем чертям, – сказала она и сразу же пожалела о вырвавшихся словах.

– Дорогая юная леди, напротив. Я, конечно, привязан к этим детям, но мысль о необходимости сдерживать их активность наполняет меня тревогой. Поверьте, вы более чем желанны в этом доме.

Профессор улыбался, и голос его звучал по-доброму, но Ариадна чувствовала, что он чего-то недоговаривает.

Еда проголодавшейся девушке показалась просто восхитительной. Миссис Грейвз безусловно первоклассная повариха, что доказывали суп из пастернака с легким привкусом чеснока, жареный фазан и последовавший за тем фруктово-ягодный торт, буквально таявший во рту. Ариадна своим здоровым аппетитом воздала должное ее стряпне, но, когда профессор предложил перейти к кофейному столику, она вежливо отказалась, желая лишь одного – поскорее добраться до постели… Пожелав профессору доброй ночи, она подумала, что едва ли скрасила его вечер своим присутствием.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю