355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Поль Кенни » Пекло » Текст книги (страница 5)
Пекло
  • Текст добавлен: 5 октября 2016, 21:40

Текст книги "Пекло"


Автор книги: Поль Кенни



сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 9 страниц)

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

В комнате стало неуютно.

Жорж Зоридан медленно снял пальто и бросил его на спинку кресла. Затем, глядя на Коплана, сказал:

– Объективно ваши замечания имеют основания, и я понимаю ваше недоверие. Но я не допускаю мысли, что внутри нашей организации мог бы быть предатель или двойной агент. Ни один из членов нашей организации ни разу не подвергался слежке, и в нашем окружении ни разу не произошло какого-либо сомнительного инцидента.

– Как в таком случае вы объясните арест вашего шефа?

– Мы считаем, что внимание к нему привлекли его контакты с этим немцем.

– Вы не думаете, что после его ареста полиция могла установить за вами слежку?

– Нет, не думаю. Мы разделены на небольшие группы, члены которых не знают друг друга. Янош Мареско никогда не имел прямою контакта с моей группой.

– Допустим, – уступил Франсис. – Однако следует помнить, что нам могли поставить западню… Как, по вашему мнению, функционирует связь между Алмазом и вами?

Зоридан освободил один стул, придвинул его к столу и повернулся к Ане.

– Не могла бы ты принести нам пива? – Затем обратился к Франсису: – Подвигайтесь к столу, я нарисую вам схему.

Он взял бумагу и карандаш.

– Организацию «Бог, Родина и Свобода» возглавляет человек, подпольное имя которого Хора. Только руководителям ячеек известно, что он – молодой заместитель министра внутренних дел. Хора в курсе всего, что происходит в стране, и директивы, которые мы от него получаем, всегда базируются на сведениях, поступающих в высшие эшелоны власти. Все инструкции, подписанные «Алмаз», проходят через каналы Хора. Вот почему я уверен, что возможное предательство Алмаза немыслимо. В таком случае наша организация уже давно была бы ликвидирована.

– Хорошо, я полагаюсь на вас, – заверил Коплан.

Ана поставила на стол пиво и вместе со своим братом Ионом присоединилась к беседующим.

Зоридан продолжал:

– Перейдем теперь к делу, ради которого вы приехали. Наш план простой: мы хотим провести молниеносную операцию, чтобы силой освободить двух узников военной тюрьмы «Лупеаска».

– Вы хотите любой ценой освободить этих двоих людей? – спросил Коплан. – Почему?

Зоридан почесал щеку. У него было характерное лицо с волевым подбородком, разделенным посередине ямочкой, матовым цветом лица, кудрявыми черными волосами и темными глазами.

– Нет, – сказал он с некоторой поспешностью. – Наша главная цель – не освобождение этих двух заключенных. В действительности операция преследует три цели: во-первых, показать правительству, что мы существуем и поддерживаем его действия, направленные на освобождение Румынии; во-вторых, продемонстрировать народу, что румынский патриотизм не умер, и, наконец, в-третьих, пробудить у всех членов организации боевой дух. Все члены организации «Бог, Родина и Свобода» должны быть готовы отдать жизнь за свой идеал.

Коплан задумчиво оглядел всех присутствующих.

– Вы все трое выбрали этот путь? Вам уже приходилось рисковать своей жизнью?

Зоридан утвердительно кивнул и пояснил:

– Неизбежно наступает момент, когда каждый верующий спрашивает себя: чем доказал ты Богу любовь свою?

– С вашего разрешения, – сказал Франсис, – оставим личную сторону этого вопроса и рассмотрим практическую сторону дела.

Зоридан обратился к Ане:

– Ты можешь принести бумаги из тайника?

Ана встала, вышла из комнаты и спустя несколько, минут вернулась с конвертом, который протянула Зоридану. Он достал из него два больших листа, сложенных вчетверо.

– Вот план части тюрьмы, – сказал он, разворачивая один из листов. – Здесь расположена санчасть. Вам известно, что оба заключенных ранены: у Мареско разбита челюсть, а Кельберг был ранен в голову во время несколько пристрастного допроса?.. Один из наших друзей работает санитаром в «Лупеаска», он дежурит посменно. По воскресеньям в тюрьме не бывает врачебного осмотра, с ранеными остается только санитар, который делает им перевязки в этом маленьком кабинете…

Румын ткнул указательным пальцем в место, отмеченное на схеме крестиком.

– Охранники стоят снаружи, вот здесь… Телефон обозначен красной точкой… Проникнув в тюрьму через дверь, предназначенную для интендантской службы, мы можем похитить двух заключенных менее чем за полминуты и увезти их с собой.

Коплан спросил:

– Этот вход не охраняется?

– Разумеется, охраняется. Двумя солдатами. Нам придется их нейтрализовать.

– А санитар?

– Он уйдет с нами… Если он останется, ему не избежать кары.

– Как вы намерены атаковать вход?

– У нас есть машина санитарной службы. Мы располагаем также грузовиком, поставленным сейчас на ремонт в военном парке Дудечи, в пригороде. Так что все готово.

Коплан размышлял.

Зоридан спросил с нетерпением:

– Что вы думаете о плане как специалист?

– Мне кажется, что он хорошо продуман и вполне реализуем… Остается подчеркнуть два основных момента: скорость исполнения и распределение задач. Нужно также решить, как нейтрализовать охрану.

– Наш друг, санитар, дежурит в воскресенье утром. Заключенные будут в его кабинете в 10 часов 45 минут. Если мы прибудем в 10 часов 50 минут, то все дело займет три минуты. Для нейтрализации охраны у нас есть тампоны с хлороформом.

– Хорошо. Теперь объясните мне проведение операции поэтапно.

– Мы приезжаем в тюрьму на машине санитарной службы. У нас есть накладная на лекарства для санчасти. Солдаты открывают нам ворота, и четверо наших людей проникают внутрь, неся каждый по ящику с лекарствами… Придя сюда, в санчасть, они складывают ящики, открывают дверь, делают знак заключенным и санитару. В это время двое других нейтрализуют охрану хлороформом. После этого все уезжают и скрываются.

– Каким образом? – спросил снова Коплан.

– С этой стороны тоже все предусмотрено. Через семь минут военный грузовик будет оставлен за парком Рахова, а его пассажиры продолжат путь на двух других машинах. Маршруты ведут на югославскую границу, куда мы сумели внедрить проводников.

Коплан одобрил план.

– В сущности, – заметил он, – вы можете обойтись без меня. Ваш план прекрасно продуман и разработан.

– Все же мы предпочитаем, чтобы вы были с нами, – сказал румын. – Присутствие специалиста не повредит, более того, придаст уверенности другим.

– Хорошо, я пойду с вами… К вашему плану можно добавить две маленькие детали: во-первых, нужно будет сразу же перерезать телефонные провода и, во-вторых, оставить военный грузовик подальше, на загородном шоссе, в противоположном от границы направлении, чтобы сбить с толку солдат и полицейских. Это позволит нам выиграть драгоценные минуты, так как не стоит забывать, что спустя несколько минут после похищения двух заключенных дороги будут перекрыты по рации. Если мы не прорвемся раньше, мы попадем в ловушку. Поэтому мы должны направить преследователей по ложному пути. Помимо этого, нужно предусмотреть двух вооруженных людей, которые не будут прямо участвовать в операции, а прикроют отступление.

Молодой Ион Ланда спросил:

– Что вы имеете в виду?

– Опыт показывает, что в операциях такого рода никогда нельзя всего предусмотреть. Представьте, например, что по случайному совпадению в это время двое охранников заканчивают дежурство и возвращаются домой через эту же дверь. Если этого не предусмотреть, то операция провалится.

– А если так и случится? – настаивал бородатый студент.

– Прикрытие должно их убрать.

На этот раз спрашивала Ана, голос ее был напряженным.

– Но каким образом?

– Убить из револьвера, – бросил Франсис. – В такой ситуации выбора нет: все или ничего.

Ана заметила серьезным тоном:

– Нам не хотелось бы проливать кровь наших соотечественников.

– Не сомневаюсь, но охранники прольют вашу не дрогнув.

Ана хотела пояснить свои доводы.

– Если вы убьете солдат, то моральная ценность этой акции резко снизится. Общественность осудит нас, а это противоречит нашей цели.

Взглянув на Зоридана, Коплан пробормотал:

– Если вы видите другое решение, я охотно его выслушаю. Я хочу лишь подчеркнуть, что третьего не дано: либр успешно выполнить операцию, либо всем погибнуть.

Зоридан сказал:

– Мы поступим, как вы скажете. Общественности хорошо известно, что подобную акцию невозможно осуществить без нежелательных отрицательных последствий.

– Чтобы облегчить вам задачу, – предложил Коплан, – я готов стоять на часах с двумя другими вашими товарищами.

– Хорошо, – согласился Зоридан.

– И еще один момент, – продолжал Франсис. – Если у вас нет связи с санитаром, вы также можете столкнуться с любой неожиданностью… Предположим, что один из надзирателей по непредвиденным причинам отправляется в санчасть либо в прилегающее помещение. Как он вас предупредит?

– Посмотрим, – сказал Зоридан. – Нельзя предусмотреть непредвиденное…

– Смотреть нужно сейчас! – резко сказал Коплан. – На месте будет уже слишком поздно.

Зоридан пожал широкими плечами.

– Невозможно установить связь с санитаром, – отрубил он.

– Вы заблуждаетесь, – возразил Франсис. – Это вполне реально и, более того, легко. Я принесу передатчик, который можно спрятать в пачке из-под сигарет, и вы передадите его санитару. Он сможет посылать вам закодированные сигналы и таким образом предупредит об опасности.

Зоридан благодарно улыбнулся.

– Вы видите, что вы нам необходимы, – констатировал он.

– Меня отправили сюда, чтобы я вам помог, а я люблю чистую работу. Для задуманной вами операции недостаточно мужества и самоотверженности… Простите мое любопытство, Зоридан, но какая у вас профессия?

– Я – врач и чиновник. Другими словами, я инспектор по гигиене труда. Наше ведомство имеет двойное подчинение: министерству здравоохранения и министерству труда. Мои обязанности обеспечивают мне как большую мобильность, так и значительную самостоятельность.

– Прекрасно, – оценил Франсис.

Разговор продолжался еще около получаса. Договорившись о следующей встрече в субботу вечером, Коплан собрался уходить.

Ана, смотревшая на Коплана глазами, полными восхищения, с жаром заявила:

– Я провожу вас до бульвара Республики, но я буду идти впереди вас.

– Не беспокойтесь, – сказал Франсис. – Если вы объясните мне дорогу, я сам доберусь.

– Нет, – возразила девушка. – Послезавтра вы пойдете этой же дорогой. Я покажу ее вам.

В разговор вмешался Зоридан:

– У полицейских очень наметанный глаз, они моментально узнают иностранцев. Последнее время снова стало действовать постановление, касающееся отношений между румынами и иностранными гражданами. Особенно в городах.

– Я не стану вас упрекать в излишней предосторожности, – обронил Коплан.

Весь следующий день Коплан посвятил официальной деятельности, которая оправдывала его приезд в Бухарест и была его прикрытием.

Вечером, после ужина, он поднялся в свою комнату и рано лег спать.

Ему не хотелось привлекать к себе излишнее внимание.

В субботу утром, прежде чем отправиться за посылкой к З.Б.11, он прогулялся вокруг тюрьмы «Лупеаска» с целью осмотреться. Теперь он имел представление о размещении казарм, полигона для стрельбы и других зданий, выходящих с этой стороны на шоссе Домнести. По обе стороны шоссе, не доходя до казарм, были расположены два кладбища, на которых в это время года было много посетителей, создающих в квартале оживление.

У Савеску все прошло нормально. Страховой агент получил посылки, отправленные на имя Фредерика Шамби.

Коплан сказал румыну:

– Часть товара я оставлю у вас. Если он мне понадобится, я вернусь за ним.

– Приходите когда угодно. В ближайшее время я буду в городе.

Разложив по карманам различные предметы, Коплан удалился.

Вечером, поужинав в одном из ресторанов в центре города, он направился условленным маршрутом в дом Ланда.

Когда он пришел к своим друзьям-конспираторам, то сразу понял, что что-то случилось. У Жоржа Зоридана, Иона и Аны Ланда были расстроенные лица.

Зоридан сообщил Коплану.

– Все пропало… По неизвестным причинам оба наших заключенных из «Лупеаска» были переведены сегодня в 17 часов в другое место. Их увезли на лимузине безопасности.

Коплан не мог сдержать разочарования.

– Я говорил вам, Зоридан, что события не всегда развиваются согласно разработанному плану.

Врач усмехнулся.

– Я думал над вашими словами. Но это поистине превосходит всякую непредсказуемость. А так тщательно все было продумано!

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Чтобы развеять тяжелую атмосферу, давящую на маленькую группу, Коплан спросил Жоржа Зоридана:

– Что вы теперь собираетесь делать?

– Право, не знаю. У меня опустились руки. Я отправил одного человека к Хора за инструкциями.

Он взглянул на часы.

– Наш друг должен был уже вернуться, либо он не мог встретиться с шефом.

Он устремил на Франсиса свои темные глаза.

– Для вас, я полагаю, все закончилось. В вашем приезде нет больше смысла. Дело закрыто, как говорится.

– Скажем, что оно отложено, – поправил Коплан. – Если вам станет известно, в какую тюрьму переведены Кельберг и Мареско, то проект можно будет приложить к новым условиям.

– Не все тюремные санитары являются членами нашей организации, – колко заметил Зоридан. – Если наших узников перевели в какую-нибудь провинциальную тюрьму, то в ближайшее время наш план реализовать невозможно. Конечно, со временем…

В этот момент в дверь постучали.

Зоридан жестом пригласил Коплана пройти в соседнюю комнату.

Коплан последовал за ним.

Минуту спустя в комнату вошла Ана.

– Идите. Это Петру… Он виделся с Хора, и у него есть новости.

Петру было не больше двадцати лет, он был худым, светловолосым молодым человеком в очках. Внешностью он очень походил на скромного банковского служащего.

Они несколько минут говорили между собой по-румынски. Петру передал руководителю ячейки запечатанный конверт, который Зоридан тут же вскрыл.

Лицо его неожиданно напряглось и помрачнело. Подняв глаза на Франсиса, он сообщил:

– Новости неутешительные… Мареско и Кельберг находятся в лапах советских агентов ГПУ… Вследствие обнаружения нового факта русские решили заниматься этим делом сами, без участия румынских служб. Заключенные находятся сейчас на вилле в Колентина, на северо-восточной окраине города.

– Вы получили эти сведения от Хора? – поинтересовался Коплан.

– Да, ему передал их Алмаз.

– Нет никаких уточнений этого нового факта, послужившего причиной перевода узников?

– Нет, никаких. Зато Хора доводит до нашего сведения, что акция, проведение которой было задумано в тюрьме «Лупеаска», может удаться на вилле Колентина. Вот схема. Это топографическое расположение виллы и план самой постройки.

– А что говорится в тексте послания?

– Что прочие сведения нам будут переданы вечером в понедельник.

– Что ж, подождем, – заключил Франсис с невозмутимым видом. – В некотором смысле это даже лучше. В принципе, гораздо легче провести диверсионную акцию против частного особняка, чем осуществить нападение на военную тюрьму.

– С той лишь разницей, что на вилле у нас нет знакомых санитаров, – заметил румын.

– Так-то оно так, но в данном случае это не представляет непреодолимого препятствия.

– Вы по-прежнему расположены участвовать в операции, если мы получим такой приказ?

– Разумеется, я для этого приехал сюда. Необходимо взвесить, сможете ли вы совершить налет на логово советских агентов контрразведки.

Ана воскликнула:

– Во всяком случае, теперь наши противники не наши соотечественники!

– Верно, – согласился Коплан. – Это должно взбудоражить общественность.

Спокойная решимость Франсиса подействовала на маленькую группу, к которой постепенно возвращался энтузиазм.

Жорж Зоридан и Ион Ланда предпочли бы продолжать беседу, но Коплан объяснил им, что из предосторожности ему пора уходить.

– Дискутировать без конкретной базы – это трата времени, – сказал он. – Я вернусь в понедельник вечером, и, если вы уже будете располагать более подробной информацией, мы разработаем наш план.

Секунду поколебавшись, он добавил:

– Если позволите, я перерисую топографическую схему виллы, занятой агентами ГПУ. Завтра, чтобы убить время, я осмотрю окрестности.

– Подождите, – сказала Ана Ланда, – я принесу вам полный план города, чтобы вы составили себе представление об этом районе.

В понедельник вечером Коплан снова был в доме Ланды среди конспираторов. Воздух был пропитан оптимизмом, все глаза блестели от возбуждения.

Зоридан с ходу сообщил Коплану:

– Хора передал нам точные сведения и ясные директивы… Садитесь за стол, я сообщу вам обо всем по пунктам.

Раскованность Коплана контрастировала с натянутым поведением его друзей.

Зоридан продолжал:

– Я начну с главного: время назначено на завтра, на 19 часов.

Он взглянул на Коплана и спросил:

– Надеюсь, вас это решение не застигло врасплох? У нас нет выбора: завтра или никогда.

– Продолжайте, – попросил Франсис, – мы еще вернемся к этому позднее.

– Еще один вопрос: вы были в Колентина, как намечали?

– Да.

– И каково ваше мнение как специалиста?

По-моему, все складывается удачно. Русские выбрали эту виллу в силу ее обособленного положения. Для нашего плана это бесспорное преимущество: по соседству никого нет; имеется два выхода на противоположные аллеи; сад окружен живой изгородью, скрывая от глаз случайных прохожих то, что происходит на территории владения. Все это прекрасно.

– К сожалению, есть вещи менее прекрасные, – изрек румын. – На вилле живут десять агентов ГПУ. Официально они значатся сотрудниками советско-румынской экономической комиссии, а целью их пребывания в Бухаресте является совместная разработка очередного пленарного заседания СЭВ… Короче, эти ищейки ГПУ устроились у нас после событий в Праге и находятся под командованием генерала Покарева, аппаратчика сталинской закваски. Другая группа расположилась на вилле в Сербан-Вода, в южном предместье.

Коплан поинтересовался:

– В чем состоит миссия генерала Покарева?

– Осуществлять контроль над румынскими органами безопасности и беспощадно бороться со всякими сомнительными, подозрительными, подрывными и мятежными элементами, способными вызвать волнения либо организовать акции, имеющие целью освобождение нашей страны. Короче, для нейтрализации организаций, подобных нашей.

– Я полагаю, что в их распоряжении находится служба порядка?

– Они располагают неограниченными полномочиями как внутри обычных полицейских, сил, так и политических.

– Понятно, теперь продолжайте.

– Согласно информации, полученной Хора, Мареско и Кельберг перевезены на виллу Колентина для проведения допроса под наркозом. До сих пор Мареско не мог говорить из-за раздробленной челюсти. Похоже, что постепенно речь возвращается к нему, что представляет большую опасность для нашей организации.

– Значит, русские хотят допросить двух заключенных без иностранных свидетелей?

– Именно.

– На первый взгляд, если в доме только десять человек, мы можем рассчитывать на успех, хотя теперь нам понадобится большее число людей, соответствующее численности противника. Если действовать стремительно, с учетом эффекта неожиданности, все может пойти как по маслу.

– Тем не менее, есть два серьезных препятствия, – подчеркнул Зоридан. – На вилле установлен радиопередатчик, поддерживающий постоянную связь с личной машиной генерала Покарева. Шофер этого ЗИСа тоже сотрудник ГПУ. Следовательно, о нашем прибытии на виллу будет немедленно сообщено генералу.

– А второе препятствие?

– Оно двойное: вилла поставлена на охрану, подключенную к центральной резиденции безопасности на площади Димитрова. Кроме того, все обитатели виллы вооружены до зубов, вплоть до гранат. Таким образом, легкость налета, в который вы нас убеждаете, только кажущаяся, и, следовательно, наша акция будет затруднена. Эффект неожиданности не окажется столь ошеломляющим, как вы предполагаете.

– Минутку, – задумчиво остановил его Франсис. – Если мы не можем одолеть препятствия, мы должны их обойти, но это требует тщательного анализа. Если хотите, рассмотрим по пунктам различные этапы программы и решим каждую проблему в отдельности. Дайте мне бумагу и карандаш…

В этот вторник, 14 ноября, в 18 часов 45 минут после обычного ежедневного совещания в главном здании Сигуранты генерал Покарев в дурном расположении духа сказал комиссару Салеско и его сотрудникам:

– Несостоятельность ваших служб недопустима! Еще две недели назад, то есть накануне ареста Кельберга, я сообщил вам, что у этого немца есть соучастники в районе Арад. Вы пообещали мне прочесать этот сектор югославской границы, но результатов до сих пор нет.

– Мы сделали все возможное, – ответил румын.

– Этого недостаточно, комиссар. Если через неделю вы не найдете соучастников Кельберга, я отправлю туда своего заместителя, полковника Миренко, и он возглавит поиски.

Румынский полицейский предпочел не комментировать. Он уже неоднократно был свидетелем вспышек гнева генерала, и они произвели на него жуткое впечатление.

Покарев сказал, повернувшись к своему помощнику:

– Полковник Васильев, составьте мне список ответственных лиц по всей зоне Арада. Я наведаюсь в Сербан-Вода и через 45 минут буду в Колентина.

– Слушаюсь, товарищ генерал, – встал навытяжку полковник Юрий Васильев.

Покарев ушел с озабоченным видом.

Юрий Васильев приказал комиссару Салеско:

– Принесите мне документы, касающиеся пограничной зоны района Арад.

Васильев был полной противоположностью своего шефа. Очень молодой, с азиатским типом лица, напоминающим о его сибирской родине, – выступающие скулы, слегка раскосые глаза, крупный рот, черные блестящие волосы, – он был настолько же немногословным, насколько генерал горластым. Однако это только подчеркивало его природную властность. Его лаконизм, сдержанность и холодная манера проникать в суть, опуская ненужные детали, заставляли сотрудников бояться его не меньше, чем генерала.

Румынский полицейский поспешил исполнить приказ.

В это время ЗИС генерала Покарева ехал в направлении южного предместья.

Машина остановилась перед импозантной виллой, отделенной от улицы Дрозула высоким забором. Генерал наклонился вперед и сказал шоферу:

– Я задержусь не более чем на пять или десять минут. Позвоните в Колентина и предупредите, чтобы через полчаса заключенные были приготовлены для вечернего сеанса.

– Слушаюсь, товарищ генерал, – изрек шофер ЗИСа.

Покарев вылез из машины.

В ту же самую секунду мужчина среднего возраста, высокий и крепкий, одетый в крестьянское платье и сидевший на откосе в километре от виллы, быстро склонился над стоящей перед ним корзиной и привел в действие эбонитовую рукоятку.

В тот же миг черный цилиндрический предмет со свистом вылетел из корзины. Маленькая ракета с невероятной скоростью взметнулась в холодный воздух. В конце своей траектории снаряд, весивший не более трех килограммов, с удивительной точностью попал в ЗИС, дверцу которого только что захлопнул генерал Покарев.

Лимузин подпрыгнул в воздухе и тяжело рухнул на землю, полностью рассыпавшись.

Генерал Покарев превратился в кровавое месиво. Шофер с разбитым черепом оставался на переднем сиденье машины.

Из виллы стали второпях выбегать ее обитатели. Шесть человек в панике суетились вокруг машины. Было очевидно, что они ничего не могли сделать для генерала и его шофера.

Однако растерянность агентов ГПУ продолжалась недолго. Они быстро сообразили, что совершен террористический акт.

Один из агентов, вероятно, старший офицер, галопом вернулся на виллу и приказал одному из своих людей:

– Камян, немедленно свяжитесь с Колентина. Сообщите, что только что совершено покушение на генерала Покарева! Пусть немедленно выезжают!..

Само собой разумеется, что след крестьянина с корзиной простыл. Он мчался в сером фургончике на полной скорости в направлении Колентина.

За рулем фургона сидел Ион Ланда, Коплан рядом с ним. Сдавленным от волнения голосом Ион сказал, обращаясь к Франсису, одетому в крестьянское платье:

– Москито оказалась потрясающе эффективной. Генерал не успел ничего понять. Его люди выскочили, как испуганные кролики…

Коплан кивнул и сказал:

– Передайте сообщение нашим друзьям.

Ион вынул из кармана крохотный передатчик и поднес его ко рту:

– Говорит О.С.1, говорит О.С.1…

– Г.А. слушает, говорите, – ответил гнусавый голос.

– О.Д. позитивно, О.Д. позитивно, – сообщил Ион.

– Вас понял, – ответил тот же голос.

Ион Ланда спрятал передатчик в карман и сосредоточился на вождении.

Фургон ехал на юг по дороге Бравул – Обор.

Внезапно Ион толкнул локтем Коплана.

– Смотрите, навстречу нам едут две черные машины. Держу пари, что это они.

Оба ЗИСа промчались мимо фургона на такой скорости, что невозможно было различить пассажиров.

Приехав в Колентина, фургон остановился на соседней с виллой аллее. Наступила ночь, все было тихо.

Коплан спрыгнул на землю.

Из темноты вырос силуэт. Это был Жорж Зоридан, взвинченный до предела.

– Из виллы уехало восемь человек на двух машинах, – сообщил он.

– Хорошо, идем! – сухо сказал Коплан. – Все наденьте капюшоны!

Зоридан сказал дрожащим голосом:

– Нам здорово повезло: ворота остались открытыми…

– Давайте, быстро! – приказал Коплан, садясь в фургон, который тотчас же тронулся с места.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю