Текст книги "Наемник переродился на планете женщин! Или кратко: Хамелеон. Том 2 (СИ)"

Автор книги: Пётр Боярский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 14 страниц)

С её точки зрения, как жительницы данного мира, это были слишком приятные условия! Да они будто парень и девушка безо всяких обязательств! Предложи такое любой здешней девчонке, и она будет на седьмом небе! Но Петра… Правильная. Ей было не по себе от такого предложения. По её мнению, разве она не будет таким образом использовать Димитрия, занимаясь с ним сексом без какой-либо ответственности? Знала бы, что для него было совсем… СОВСЕМ ВСЁ ИНАЧЕ! Этот подлец решил присунуть миленькой красноволосой, ещё и выглядеть белым и пушистым! Будто она – искусительница, а вовсе не он! Какой же он – злодей.

Собственно, сдерживая улыбку, юноша ответил:

– Устраивает, если ты будешь хранить это в секрете, – и показал смущение.

Петра тут же спохватилась:

– Конечно! Я никогда никому не расскажу!

Как же быстро она попала в его паутину.

– Тогда, – юный подлец состроил невинный взгляд. – Что насчёт доказать это на деле прямо сейчас… Хочу убедиться в твоей порядочности, как женщины.

– Что… что мне сделать? – сглотнула Петра, видя, как Димон закрывает дверь на замок, а после со смущённым видом развязывает шнуровку спортивных брюк.

– Сделай мне приятное своими губками.

Красноволосая устремила невинный, но возбуждённый взгляд на его прибор. Стоило ли говорить, что она и представить не могла подобный исход? Сделать ему минет, прямо в спальне, когда за дверью его сестра и её подружка. Конечно она потекла от происходящего. Проглотив слюну, медленно направилась к нему. Сердце бешено стучало. Внизу живота пожарище. Всё пульсировало. Ей правда можно это сделать? Она подошла к нему вплотную, боясь посмотреть ему в глаза. Что если он передумает? Как же Петра ошибалась. Рука юноши легла ей на плечо. Его сладкий голос горячо прошептал ей на ухо:

– Твоя неуверенность смущает… Пожалуйста, будь смелее, я разрешаю. – и сам легонько надавил ей на плечо, опустив ту на коленки.

Петра облизнулась и скромно прошептала, будто боясь развеять реальность:

– Тогда я приступаю. Не будь ко мне строг, я это делаю впервые, – и потянулась рукой к его «штуковине». – Какой большой… И твёрдый…

– Не смущай меня, пожалуйста… – продолжал Димон играть свою просто ОХРЕНИТЕЛЬНУЮ роль!

– Прости, – поджала губки Петра, а затем, раскрыв рот, вытащила красный язычок и облизнула угощение. Затем неумело поцеловала. И взяла в рот…

В гостиной работал телевизор. Медсёстры уехали. Снежана и Фелиция не находили себе места, хоть и старались показать полнейшее спокойствие. Как если бы команда моряков во время шторма делали вид, что ничего не происходит и просто завтракали бы.

– Мне кажется, или их разговор затянулся? – не выдержала первой Снежана.

– Согласна, – поддакнула Фелиция, перевернув очередную страницу глянцевого журнала.

Дверь спальни раскрылась, и Димка с Петрой, наконец, вышли. Как же на них смотрели брюнетка с блондинкой. Снежана принюхалась, как её лицо буквально застыло, а брови нахмурились. Почуяла. Как она могла не почуять! Эта красноволосая девка! Что она с ним вытворяла в спальне⁈ У Охотницы волосы дыбом встали!

Петра, не зная куда себя деть, прижимала кулачок к губам, будто боясь, что если кто-то посмотрит на её рот, то поймёт что она вытворяла пару минут назад. Но среди хаоса мыслей, она не могла не запомнить слова Димитрия. Если она будет крутить с кем-то ещё, то их «приятельство» будет аннулировано. Таково главное условие. Знал бы он, что красноволосая, правда, влюбилась в него и даже в мыслях не собиралась! В общем, она, понимая, что сейчас сгорит от стыда, произнесла старательно нейтральным тоном:

– Простите, что не пообедаю с вами, леди Снежана, Фелиция. Мне пора бежать. Шеф позвонила с работы, это срочно.

– Ты уверена? – изогнула Снежана бровь. – Еду почти доставили.

– Уверена.

– Созвонимся, Петра, – прищурила взгляд Фелиция, намекая, что той придётся объясниться!

– Ага. Всем пока. Дим, увидимся, – скользнула она взглядом по Димитрию.

– Идём, провожу тебя, – улыбнулся он абсолютно спокойно. Вот кто реально контролировал ситуацию.

Юноша сопроводил красноволосую до лифта.

– Кажется, здесь и началось наше знакомство, – улыбнулся он. – Помню, ты чуть не опрокинула эту вазу.

– Я была слишком очарована твоей улыбкой, – призналась Петра.

Кабина лифта раскрылась, и Димон шагнул к ней, чмокнув в щёку.

– До встречи, Петра.

Она закусила нижнюю губу, глядя на него влюблёнными зелёными глазами. Из тех можно было черпать любовь, как воду из океана. Бесконечно.

– До встречи.

Она скрылась за дверьми лифта. Димка же, покивав своим мыслям, направился обратно, в квартиру.

– Девчат, может чаю? – спросил он у двух телохранительниц.

Света была серьёзной, как и всегда:

– В карауле не положено, господин.

– Спасибо за вашу заботу, господин, – с улыбкой поблагодарила Ольга.

– А вам за верную службу, – кивнул он и прошёл в квартиру.

Впереди всё самое сложное. С Петрой юноша разобрался в своей манере, поимев выгоду, да и её ротик. Неумелая конечно, ну ничего – научится. Что до Фелиции, то здесь всё иначе. На неё у него не было совсем никаких планов. Пусть она и хороша собой, но встречаться… Это время нужно тратить на свидания, совместные посиделки. Не привык он к такому. С другой стороны, разве это не прекрасная возможность ощутить себя вполне обычным юнцом? Свой шанс в прошлой жизни он не то чтобы упустил – его отобрали. В свои девятнадцать Димитрий являлся полноценным агентом российских спецслужб и занимался ликвидацией неугодных. Не до свиданий было как-то. Теперь же он свободен. И ему снова девятнадцать.

Не торопясь лишить себя подобного опыта, он внутренне решил, почему бы и нет? Пара свиданий не повредят. Пройдя в гостиную, застал Снежану, смотрящую тв, и Фелицию, бурно объясняющую по телефону свой побег из дома:

– Ну, ма! Скоро вернусь! Не начинай…

– Сейчас же, Фелиция, – бескомпромиссно раздалось в динамике. – Или хочешь домашний арест на месяц?

Блондинка звучно сглотнула, сдавшись:

– Уже еду. – и положила трубку. Затем взглянула на зашедшего в гостиную Димку. – Прости, мне пора. Дома кое-какие проблемы, мне нужно присутствовать… – она ощущала себя явно подавленной. Шанс поужинать с парнем, который спас ей жизнь, утёк как вода сквозь пальцы. Когда же выпадет возможность отблагодарить его?

– Не извиняйся. Семья – это главное, – улыбнулся Димитрий. – А ужин всегда можно перенести, подумаешь, мелочи жизни, – и пожал плечами.

В сиреневых глазах блондинки засияла благодарность: «Он идеален! Такой понимающий. Рассудительный. Как мне повезло!»

– Благодарю за понимание, – кивнула Фелиция. – Буду очень рада поужинать в более благоприятное время.

– Взаимно, – кивнул он и проводил её до лифта, пожелав напоследок хорошего вечера.

Вернувшись в гостиную, Димон ощутил всю перемену атмосферы. Не сложно было догадаться о причине подобного. У Снежаны были вопросы. Очень много вопросов.

Сейчас она сидела в кресле, глядя на экран телевизора с транслируемыми последними новостями, но всё для неё было фоном. Мысли были совсем не о происходящем по ту сторону экрана, а здесь, в гостиной пентхауса. Теребя пачку сигарет, а в другой зажигалку, она набиралась терпения, сосредотачивала мысли для предстоящего разговора.

Димитрий присел напротив на диван, закинул ногу на ногу. Теперь они остались наедине. Снежана посмотрела в его карие глаза, на его синяк. Перестав теребить пачку сигарет, мягким голосом произнесла:

– Я рада, что ты в порядке. Что до Лисицы, уверена она получит наказание. Рано или поздно, – последнее Охотница будто пообещала ему. Даже забавно: Охотница против Лисицы. Не хватает «Суки», точнее собаки для полноценного мультипликационного мультфильма «Лис и охотничий пёс», так может Старс сойдёт?

– Ты сама-то как? – разглядывал Димка её тёмные круги под глазами, что были чернее обычных.

– Переживала. Две недели прошло, боялась, что тебя похитят, – призналась она.

Он тяжело вздохнул. Наверное, пришло время для того самого непростого разговора.

– Снежан, ты помнишь наш разговор по телефону? – его взгляд стал иным, куда менее приветливым.

– Про то, чтобы я оставила тебя в покое? – спросила та, стараясь не показывать эмоций.

– Да, – он не кивал. Сидел спокойно, в одной позе. Сосредоточен, серьёзен, уверен в себе. – Тебе пора отпустить меня во взрослую жизнь. Не перебивай, – предупредил он её, когда та хотела уже начать поднимать волну возмущения. – Сама посуди. Сегодня я пережил встречу с преступницей, при том отнюдь не простой. Без твоей помощи. А до этого сбежал из плена Седовласой. Без твоей помощи. Перед этим избежал продажи в рабство. И тоже без твоей помощи. Все три эпизода случились, когда тебя не было рядом. Могут быть и другие, ты же не можешь привязать меня к себе и не отходить ни на секунду. Подобное неосуществимо, а значит рано или поздно у меня будут случаться неприятности. Я готов к ним. И поверь, даже если со мной что-то и случится, в этом не будет твоей вины, что не усмотрела за глупым младшим братцем. Понимаешь? – он уже добрее улыбнулся. – Живи для себя. Твоя опека мне больше не нужна.

Снежана молча сунула в зубы сигарету. Не моргая, чиркнула зубчатым колесом зажигалки у кончика. И сделала затяжку. Затем устало, как-то обречёно произнесла:

– Ты вырос.

Димитрий хотел улыбнуться, только вот Снежана продолжила:

– Но всё ещё наивен. – её взгляд серых глаз показал свой истинный холодный облик. – Седовласая тебя найдёт. Я в этом абсолютно уверена. Не отрицаю, в первый раз тебе удалось сбежать, но чуда дважды не случается. Я не готова тебя потерять. Более того, не я одна решаю за твою судьбу, братец. Ты слишком расслабился в Америке.

– К чему ты клонишь? – совсем немного прищурил Димитрий взгляд, туманно догадываясь о сути.

– Семья потребовала вернуть тебя в Москву, – ледяным тоном ответила Снежана. – Я пока что не глава, и подчиняюсь приказам матери. Да и твой отец весь мозг вынес о своём дорогом сыночке. Соскучился. Это он ещё не в курсе про твои похищения.

– Никто не должен быть в курсе, – сухо произнёс Димон, понимая, что совсем позабыл про имеющуюся семью в Российской Империи! Это что получается, его домой хотят вернуть? Домой… Какое чужеродное слово. Стоит подумать и становится тоскливо как-то. Ему придётся сутками прикидываться пай-мальчиком? Если здесь он ещё готов был эпизодически притворяться, да и то в пределах разумного, дабы не стошнило, то дома носить подобную маску ежедневно… Что-то не хочется. К тому же, у него нет никакой тяги к людям, считающимся в этом мире его семьёй. Чужие они ему.

– Не хочу домой, – сказал он честно, как есть.

– Это не тебе решать, брат, – стряхнула Снежана пепел в хрусталь. – Билеты куплены. Сопровождение на месте. Ты же видел тех бугаек у входа? Сейчас они в подчинении матери. А её приказ был однозначен – твоё возвращение домой… – её телефон завибрировал. Вынув из кармана, она хмыкнула: – Мать звонит. Легка на помине, – и, приняв вызов, произнесла:

– Слушаю. Да. Он со мной. Здравствуйте, дядя Михаил. Всё хорошо. Да, сейчас передам, – она взглянула на Диму и протянула трубку, тихо добавив: – Твой отец. Хочет поговорить.

Юноша взял телефон и, не став прикладывать к уху, включил на громкую связь, положив на чайный столик:

– Алло.

– Здравствуй, сынок, – раздался обеспокоенный, при этом радостный мужской голос. – Не звонишь папе, совсем про меня забыл в своей Америке! Я же скучаю! И тётя Марина тоже! Ты вещи собрал? Мы все тебя ждём! Я приготовлю твой любимый пирог. У нас бутик открыли новый, скатаемся по вещичкам. А! Чуть не забыл! Я взял нам билеты на театральный спектакль из Китайского Царства! Тот самый из Шэньчжэня, твой любимый. Они будут всего четыре дня в Москве, представляешь? Папочка всё устроил! Ну чего ты молчишь, зайчик?

Димон смотрел в одну точку. Было не по себе. Сложно описать чувства, что он испытывал в этот момент. Это не был стыд за поведение «отца». В этой вселенной тот как раз-таки нормален. Это Дима другой. Сколько заботы было в голосе этого незнакомца, даже жаль его. Ведь Димитрий уже придумал план, как избавится от семейных уз. Но для этого нужно немного потянуть время. Конечно, он может послать всех и всё к чёрту. Прямо сейчас по телефону. Нагрубить «отцу», Снежане. И уйти. Однако в этом случае придётся раскрыться как мутант. Вряд ли те две телохранительницы позволят золотому сыночку покинуть квартиру.

– Здравствуй, отец, – с официозом произнёс Димитрий, чем удивил как старика, так и Снежану. – Есть некая загвоздка. Я не смогу прилететь домой в ближайший месяц.

– П-почему? – удивлённо проговорили в трубке.

– Есть три причины, – уверенно произнёс юноша, чем снова удивил Снежану. – Готов ли ты выслушать их и подумать над моей просьбой повременить с отъездом в Москву?

Послышалось шебуршание. Наверное Михаил перекладывал телефон поудобнее, дабы не пропустить ни единого слова от любимого сына.

– Рассказывай, сынок, конечно я выслушаю!

– Первая причина не самая важная, я завёл отношения с женщиной.

– Сынок… Это правда? Господи Боже! Как я счастлив!

Димка удивился, не ожидав столь бурного ответа: «Что за странная реакция от этого мужика? Неужели у прошлого Димитрия были с подобным проблемы? А что я, вообще, знаю о нём? Вся информация была только со слов Снежаны…» – он перевёл взгляд на сводную сестру, та сейчас была схожа с восковой фигурой. Буквально жизнь в глазах застыла. А с ней то что?

В динамике радостный мужской голос продолжал:

– Я уже и не думал, что этот день настанет! Конечно оставайся в Америке! Но обещай, что познакомишь нас, договорились?

– Л-ладно, – почесал юноша щеку, всё ещё находясь в неком замешательстве.

Снежана же поднялась из кресла, подошла к барной стойке, наполнила стакан коньяком до краёв и выпила до дна. Затем повторила.

– А что с учёбой, сынок? Снежана говорила, ты собирался переводиться в Москву, передумал?

– Пока буду учиться в Манхэттене, – ответил он, наблюдая за сводной сестрой. – Думаю, это не так важно, как любовь, да, отец?

– А ты вырос, сынок! – довольно рассмеялись в трубке. – Твой папа очень горд тобой! Любовь куда важнее учёбы, но и про нас не забывай, хорошо? А то папа очень скучает! А ты даже не звонишь!

– Буду звонить.

– Ну вот и хорошо, – удовлетворённо ответили в динамике. – Если что-то понадобится, деньги, помощь, можешь не стесняться и звонить мне. Да и Снежана всегда рада помочь, так что и её навещай почаще!

– Хорошо.

Сам же Димон прокряхтел: «Трындец! Да я прям идеальный сынок! Даже стрёмно… Ладно, хрен с ним.»

– Тогда до связи, сынуль, папа целует и обнимает!

– Ага.

И юноша положил трубку, почесав висок от чувства неловкости. Да и неприятно было, что вот так обманывал хорошего человека. Может, стоило сказать, что его сын мёртв? А он типа занял его место… Нет. Такое точно убьёт старика. Димон уставился на Снежану, выпивающую уже третью порцию алкоголя:

– Ты так счастлива, что меня оставили в Америке?

– Кхм, – кашлянула та, взглянув на него:

«Неужели он не понял, что его отец имел ввиду? Точно… потеря памяти. Это объясняет его спокойствие… Представляю насколько новость осчастливила дядю Мишу. Его сын, избегавший всех девушек, наконец-таки влюбился, забыв ту самую девочку из прошлого…»

– Я против твоего нахождения здесь, – предельно честно ответила Снежана.

– Из-за Седовласой? – Димон прекрасно понимал причину.

Она кивнула:

– В Москве будет безопасней, пока я всё тут не улажу.

– Хочешь назначить встречу боссу мафии? – хмыкнул юноша, приподняв бровь.

– Так или иначе эту проблему придётся решать, – обновила Снежана коньяк. – И в это время тебе лучше улететь домой. Можешь взять с собой свою девушку, если не способен пережить с ней разлуки.

– И ты ещё меня называешь наивным, – потёр Димка уголки глаз, затем чёрствым, бескомпромиссным взглядом посмотрел Снежане в глаза. – Забудь о своей идее. Тех вооружённых солдат на пороге будет недостаточно, чтобы вести равные переговоры. Возьми ты с собой хоть взвод подобных – всё бесполезно. У Седовласой есть охренеть какая жёсткая баба. Как супергерой, только она явно не прыгает в обтянутом трико по крышам. В общем, она размажет вас, как масло по батону. Только по бетону. Да и старая не пойдёт на сделку и разговоры, не тот она человек.

Снежана, испытав мурашки от его странного взгляда, тряхнула головой, решив, что пора притормозить с коньяком, и прищурилась: «Понимаю, что он был в плену у них… Но неужели успел узнать это всё, находясь в заточении?» – Она не решалась расспросить у Димитрия что именно происходило, когда тот бы в заложниках. Боялась за его эмоциональное состояние. Пережить подобное, ещё и парню… После такого могут лечиться у психологов годами. А он, вроде, держится. Ещё и то похищение на складе города, когда он каким-то образом пристрелил наёмниц… А сегодня повтор инцидента. Сколько же всего свалилось на его голову за последние дни.

Снежана проглотила слюну. Всё что ей хотелось обнять его, прижать к себе и сказать, что он в безопасности и может ни о чём не переживать. Что она лично разберётся с Седовласой, а после и Лисицей. Убьёт всех, кто посмел причинить ему боль. Но не могла. Её альтер эго в виде Охотницы не должно быть раскрытым. По этой причине она и притворилась обычной девушкой, продолжив беседу:

– Если Седовласая так опасна, то что ты предлагаешь? Обратиться в полицию?

– Шутишь? – усмехнулся Димка. – У старухи, наверняка, команда высококлассных юристов. Хоть я и парень, но напомню ИЗ РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ. Очевидно на чьей стороне будет правосудие. К тому же, у прокурора возникнут вопросы, почему я раньше не обратился в полицию, сразу после того, как сбежал от старухи? Причин для отказа в следствии найдётся достаточно. Ещё и виноватым выставят или припишут к числу тех, кто просто хочет поиметь от олигарши крупную сумму денег на ровном месте.

Снежана кивнула, доводы были логичны. Но не могла не спросить:

– Тогда что ты предлагаешь делать? Прятаться?

– Скажем так: не высовываться, – проворчал он. – Прошло две недели, а от старухи ни слуху, ни духу. Она сюда хоть заявлялась? В эту квартиру?

– Нет.

– Вот! – приподнял юноша палец. – Не думаешь ли ты, что мы стали ей неинтересны?

Он промолчал о том, что бабка вместе с Гробовщицей Эрикой изнасиловали его не единожды. Возможно, старуха на этом успокоилась. Что до Эрики, то громила решила не распространяться о потере личного состава, что проредил Димка на своём пути к свободе. Ещё и о своём унижении через выебанную задницу с зубастым ртом лошадина умолчала.

Но юноша ошибался. Не имел всех данных на руках. Причина, по которой Седовласая не рыщет в его поисках, стоит сейчас у кухонного гарнитура с полупьяным взглядом серых глаз и внимательно его слушает. Все её точечные нападения увенчались успехом. Тотальное уничтожение убежищ старой мафиози создавали настоящий переполох в СильверКорп. Служба охраны во главе с Эрикой уже предприняли меры безопасности относительно старушенции и ждали очередного хода от Охотницы. Та же готовилась к последнему броску на последнее логово, собираясь силами.

Как же Снежане хотелось сказать ему: Это я! Я тот самый щит, что не подпускает к тебе старую суку! Я веду тайную войну с ней! Я! Твоя старшая сестра, что никогда не даст тебя в обиду!

Но она молча налила коньяка. Сделала глоток, пропитанный горечью, и ответила:

– Ты прав, братец. Тогда пообещай мне, что спрячешься получше и не будешь высовываться весь месяц. Если за это время Седовласая не покажет признаков активности, значит правда оставила нас в покое, – всё это она произнесла с нелепой улыбкой. Сама же понимала, впереди самый сложный бой в её жизни. Гробовщица, как и сказал Димитрий, абсолютно опасна. Сражение с ней будет чем-то невероятно жутким, но тем интереснее охота.

– И ты не высовывайся, хорошо? – улыбнулся он в ответ.

Сам же считал, что Снежана старухе совсем неинтересна. У людей криминального мира есть свои понятия, нарушать которые значит потерять лицо. Бабка лично ему сказала в их встречу в тех казематах, что он нагрубил ей в ночном клубе, точнее, предыдущий Димитрий. Старая отомстила, изнасиловав его. На этом инцидент для неё исчерпан. Однако, не для Димона. Уж он-то до неё доберётся, это точно. Месть принято подавать остывшей, когда её совсем не ждут. Тот, кто придумал подобный концепт, знал толк в преподнесении сюрпризов. По этой причине юноша хотел не спешить с возмездием. Всему своё время.

Снежана кивнула:

– Буду в доме на окраине города. Не переживай.

– Ну и отлично, – поднялся он с дивана. – В таком случае я переодеваться и в путь.

– В кармане твоей куртки я обнаружила три тысячи долларов, – ещё не закончила разговор Снежана. – Тебе дала их та женщина, у которой ты остановился?

– Да, – соврал Димон, естественно не собираясь распространяться о своей подработке с Леди Пираньей.

Снежана подошла к висевшей на спинке стула сумочке, расстегнула её и вытащила пачку купюр, опечатанную банковской лентой.

– Возьми. Не бери деньги у чужих людей, – протянула она кэш.

– Не стоит. Как сказал ранее, я способен позаботиться о себе, – мягким тоном отказал он, пытаясь и сестру не обидеть и своё достоинство показать.

Только вот старшая Кравцова в своей голове уже напридумывала всякого… нехорошего:

– Я сказала: возьми. И отдай всю сумму, что взял у той женщины. Я не могу позволить, чтобы какая-то незнакомка платила за тебя. Такое неприемлемо для нашей семьи. И не спорь. В прошлый раз мы разлучились по вине Седовласой. В этот – я хотя бы так позабочусь о тебе.

Димон потёр уголки глаз. Боже, эта сестрица совсем его не слушала! Она должна прекратить опекать его! Но объяснять выпившей женщине – дело неблагодарное, ещё и энергоёмкое. Поэтому юноша забрал молча деньги и побрёл в спальню переодеваться.

– Даже спасибо не сказал… – тихо проворчала Снежана.

– Спасибо, – прозвучало от него, перед тем как дверь закрылась.

И она непроизвольно улыбнулась. Мелочь, но всё же приятно. Долила коньяк, сделала глоток и закусила плиткой шоколада. Через пару минут Дима уйдёт. Возможно, они больше не увидятся. Что если Снежана проиграет в бою Эрике? Такое вполне может быть. А потому ей хотелось попрощаться, при этом не вызывая никаких подозрений.

Димитрий вышел из спальни через три минуты. Чёрные джинсы, кожанка, кепка. В руке чёрная медицинская маска. Без рюкзака. Ясное дело выпрашивать тот у сестры было бы довольно неоднозначным.

Пройдя в коридор, обулся и взглянул на Снежану, что стояла у двери, провожая его.

– Увидимся, сестра, – поджав губы, изобразил он улыбку и взялся за дверную ручку, как она пальцами осторожно схватила его за край куртки.

– Подожди.

Видок у неё, конечно был, непривычный. Милая? Она сейчас показалось МИЛОЙ⁈ Взгляд серых глаз странно блестел, щёки алые. Растеряна. Смущена.

– Что такое? – сглотнул Димон, впервые увидев её такой. «Что это с ней…»

– За свою жизнь я немногого просила у тебя, – тихо с волнением сказала Снежана, глядя ему в глаза. – И сейчас моя просьба может показаться для тебя неприемлемой. Даже осуждаемой. Но, пожалуйста, всего один раз… – она замолчала. Затем тихо добавила, будто понимая, что подобное невозможно: – Забудь. Береги себя, младший брат.

И почему сердце Димона в этот момент билось быстрее обычного. Что она хотела попросить? Что⁈ Боже! Женщины! Они даже в этом мире ЖЕНЩИНЫ!

– И ты себя. – через пересохшее горло ответил он, после чего ушёл…