Текст книги "Долина любви"

Автор книги: Пенни Джордан

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 7 страниц)

– Я не смотрела на тебя, – возразила Гвинет, не желая сдаваться. Однако покрасневшие щеки выдали ее смущение.

– Лгунья! Ты хотела узнать, возбужден ли я.

– А ты был?

Гвинет быстро заморгала, словно бы совершила самую огромную оплошность в жизни. Она закрыла глаза рукой, не желая видеть его лицо.

Сложная женщина, думал Тарик. Если бы она не посмотрела на него, все было бы иначе. Но один ее взгляд зажег его…

– Если честно, у меня полно дел на сегодня, и я не собираюсь тратить время на всякую ерунду, – признался он равнодушно. И это было правдой. Но не думать о ней он не мог.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Еще одна ночь, проведенная в одиночестве на огромной постели, измучила Гвинет. Она спала тяжело, постоянно просыпалась, чтобы проверить, одна ли она, и безумно боялась – вдруг сейчас зайдет Тарик и скользнет к ней под одеяло, что тогда?

И все внутри нее начинало радостно трепетать при мысли о такой возможности.

Он нравился ей и как мужчина, и просто как человек, такого чувства она раньше ни к кому не испытывала. Даже закрыв глаза, Гвинет не могла не думать о нем, потому что сразу же погружалась в пучину сладострастных эротических образов.

И почему она его так сильно хочет? Человека, который…

Которому ей хотелось задать сотню вопросов. Вопросов о том, кто он такой. О том, как он рос. Как жил. О чем думал и что чувствовал. Какие сны ему снились, мучили ли его когда-нибудь кошмары.

Она поняла, что ею владеет не только желание. Это была… Не любовь, конечно, отринула она невольную мысль. Это точно не любовь. Или совсем не та любовь, какой она себе ее представляла. Любить можно только человека, которого хорошо знаешь. Это значит доверять ему и чувствовать себя с ним в безопасности. Она же Тарика не знала, не доверяла ему, а о безопасности и говорить нечего.

Впрочем, он пытался ее защитить. Пустая кровать тому доказательство. Может, она сама выдумывает себе страхи, чтобы интереснее жилось? И поэтому не хочет на него полностью положиться. Уже очень давно она никому не доверяет. Довериться кому-то – значит показать свою беззащитность и ранимость, позволить другому узнать свои слабые места. А это всегда опасно…

Пора вставать. Хватит думать о всяких глупостях.

– Поздравляю с успешным окончанием операции, – улыбнулся Правитель шефу полиции, который только что объявил о задержании Омара. Предатель подтвердил свою связь с бандой. Скоро члены группировки во главе с Чадом Рейнвельтом предстанут перед судом.

– К сожалению, у нас еще одна проблема, – сказал шеф полиции.

– Какая? – удивился Тарик.

– Омара мы арестовали сегодня рано утром, когда он возвращался от Рейнвельта. На допросе он рассказал, что Рейнвельт расспрашивал его о принце Тарике. Очевидно, главарь подозревает вас. Омар ответил ему, что вы вряд ли сможете причинить вред своей семье, он охарактеризовал вас с положительной стороны. Кроме того, он дал ему понять, что, будучи богатым человеком, в деньгах вы не нуждаетесь. Омар сообщил, что Рейнвельт поклялся отомстить вам.

– К чему эти беспокойства? – спросил Тарик. – Ведь вся банда за решеткой.

– Да, но у Рейнвельта масса связей в преступном мире. Конечно, мы допросили его, но он ни в чем не признался. Однако Омар настаивает на своем: Рейнвельт заказал вас, – сообщил шеф полиции. – Мы приняли это к сведению и пытаемся взять след наемного убийцы. Поэтому я хотел просить Ваше Высочество быть поосторожнее. Мы обеспечим вас охраной.

Тарик тут же покачал головой.

– Я в этом никогда не нуждался, и сейчас тоже, – холодно ответил он.

– Я бы посоветовал вам на сей раз отступить от своих правил, – настаивал шеф. – Имейте в виду, ваши близкие и друзья тоже в опасности.

Тарик нахмурился:

– Они не могут подобраться к моей семье так близко.

– Я говорю не о Правителе, – уточнил шеф.

– Тогда кого же вы имеете в виду? – нетерпеливо спросил Тарик. Ведь его ближайшим родственником был только Правитель.

Шеф полиции поклонился и с почтением продолжал многозначительным тоном:

– Учитывая создавшуюся обстановку, я послал людей охранять квартиру в районе Аль-Мирах-ли. Там заметили молодую женщину, Ваше Высочество, прошу прощения за подробности, – добавил он быстро. – Но Ваше Высочество все поймет правильно. Нам не нужны лишние жертвы.

Могло быть и хуже. Но Гвинет засекли в его квартире. А в глазах шефа полиции она была женщиной Его Высочества, и никем иным. Значит, она тоже подвергается опасности.

Таков был ход мыслей всех мужчин Зурана. Даже если он расскажет историю с квартирой, он не переубедит шефа полиции. Да и Чада тоже, что гораздо хуже. Тарик отказался от услуг профессионалки, значит, у него есть другая женщина. Й эта женщина может быть ему дорога. И было совершенно бесполезно что-то объяснять.

– Безусловно, она для убийцы самая доступная мишень. Возможно, они попытаются напасть на нее, и это будет вам предупреждением, – заметил шеф полиции, чувствуя гнев Тарика.

Да, он и сам уже подумал об этом. Слишком все правдоподобно выглядит. А значит… мисс Гвинет Тальбот должна немедленно уехать обратно на родину ради собственной же безопасности.

Это надо сделать быстро, без промедления. Отправить ее без лишних расспросов с ее стороны. Хорошо, что можно воспользоваться ее слабостью: страстью к деньгам. А уж легенду-то он придумает быстро.

Вернувшись в квартиру, Тарик нашел Гвинет на террасе. Она опять читала одну из его книг. На этот раз – о местных обычаях.

И как всегда при виде ее, молодой человек старался сдерживать себя, чтобы не обнять ее, что удавалось ему с огромным трудом.

Итак, чем быстрее она вернется домой, тем лучше. Для них обоих.

– Я тут размышлял над твоей историей с квартирой, – заговорил он внезапно.

– О моей? – удивилась Гвинет. Она не собиралась сдаваться, ведь на нее надеется Тереза.

Тарик пожал плечами.

– Насколько я понимаю, ты ждешь документов. И как только они появятся, ты вернешься к себе, а квартиру продашь, так?

Гвинет медленно кивнула.

– Учитывая длительный процесс оформления документов, я придумал кое-что более выгодное для тебя. Предлагаю тебе сумму за квартиру выше той, что дадут на рынке. И завтра ночью ты уже в Британии.

Что? Уж не ослышалась ли она?

– Ты хочешь выкупить у меня квартиру? – крайне удивленно спросила она. Слова давались ей с трудом.

– Именно.

Гвинет подозрительно смотрела на него. Что он задумал? Она ни минуты не верила в его добрые намерения.

– Зачем тебе это нужно? – спросила она.

– Не хочу терять время на сложные операции в агентстве недвижимости.

Бровь Гвинет поползла вверх.

– Но это же незаконно, – напомнила она ему.

Тарик посмотрел на нее с таким видом, словно вот-вот бросится и задушит.

– Я пытаюсь помочь тебе, – воскликнул он. Гвинет подозрительно взглянула на него.

– Как бы не так, – грубо ответила она и одарила его весьма обаятельной улыбкой.

Кажется, она все же вознамерилась свести его с ума. Но он продолжал стойко держать дистанцию между ними. Мало ли что она надумала.

– Ты не обманешь меня. Хочешь заставить меня поверить, что это выгодно. Не пройдет. У тебя здесь явно личный интерес, – догадалась она.

Вдруг в его глазах мелькнуло странное выражение. Кажется, надвигалась настоящая гроза. Еще одна фраза, и он убьет ее на месте одним взглядом.

– Возможно, я просто хочу, чтобы ты побыстрее убралась из моей жизни, – яростно заявил он.

Гвинет заморгала. Она должна была это предвидеть.

– Рыночная цена квартиры – три четверти миллиона фунтов стерлингов. Я готов сейчас же подписать тебе чек на миллион, это с лихвой покроет все твои расходы. В том числе и моральный ущерб.

Реальная цена была гораздо ниже, но Тарика это не волновало. Ему нужно было отправить дамочку домой во что бы то ни стало и ради ее же собственного блага. Кажется, она становилась ему все дороже и дороже. Он должен положить конец развитию своего чувства к девушке.

– Чек? – подозрительно спросила Гвинет. Значит, он продолжает попытки выгнать ее из квартиры. Весьма хитроумный план он придумал. Только вот почему предлагает цену намного больше реальной, которую ей называл агент недвижимости? Неужели он думает о ней так плохо? Из каких соображений он все это затеял? Явно денег у него куры не клюют. Тогда в чем дело? И что же ей предпринять?

Перво-наперво, она должна думать о Терезе и Энтони, поэтому сумма, предложенная Тариком, манила. Но ее не так-то легко купить. Она должна понять его мотив.

Тяжело вздохнув, Гвинет спросила:

– Ты считаешь меня круглой дурой?

– Ты о чем? – удивился он.

– Как будто непонятно, – съязвила она. – Ты выпишешь чек, а потом окажется, что его нельзя обналичить, потому что на счету нет денег.

– Что? Ты смеешь обвинять меня в бесчестности? – возмутился он.

Гвинет гордо подняла голову.

– Очевидно же, что тебе чересчур сильно нужна квартира, и здравый смысл подсказывает мне, что на это у тебя свои мотивы. Ты сделал мне воистину королевское предложение. Почему? Это благотворительный акт? – Она хитро улыбнулась и покачала головой. – Не думаю. Ты искренне считаешь, что я соглашусь, когда услышу сумму, и не буду тебя ни о чем расспрашивать? Может быть, эта квартира имеет для тебя определенную ценность, не знаю. Ведь за что-то же ты готов заплатить двойную цену, – рассуждала она, пожимая плечами. – Иначе как понимать твой жест?

– Так вот как ты рассуждаешь? – удивился Тарик. – Все измеряешь деньгами?

Кажется, ему нравилось ее доводить. Гвинет понимала: он что-то затеял, но что? С ловкостью факира он заставлял ее играть по его правилам.

– Это финансовая сделка. Квартира – денежное вложение, поэтому речь и идет о деньгах, – ответила она как можно тверже. – Я не могу согласиться на твое предложение, пока квартиру не оценят.

– Как ты смеешь не доверять моему слову?

Гвинет была непоколебима.

– Да, смею.

Он прошептал что-то себе под нос, явно что-то нелестное, шагнул к ней и с силой схватил ее за запястья.

– Убери руки! – воскликнула Гвинет, пытаясь освободиться.

Тарик просто хотел успокоить ее, однако, когда она начала вырываться, в нем вспыхнуло примитивное чувство страсти. Притянув к себе женщину, он завел ее руки за спину, чтобы та не сопротивлялась.

– Отпусти меня! – вскричала Гвинет. Но тут она случайно взглянула на его губы и тем самым допустила ошибку. По ее жилам словно бы потекло что-то горячее, но причиной этого был вовсе не гнев. Возможно, это…

Тарик прошептал что-то неразборчивое и склонился над ней. Девушка простонала, когда он коснулся ее своими твердыми губами. Она уже не пыталась посмотреть, возбужден ли он. В этом не было никакого сомнения: его бешеный пульс она ощущала всем своим телом.

С новой силой вспыхнули мучившие ее образы. Тысяча и одна любовная история были созданы в этих землях, под этим черным небом и яркими звездами, в бескрайней пустыне, где встречаются земля и небо и где женщина касается небес в объятиях своего любовника. Здесь рождались настоящие чудеса света – человеческая страсть, желание и любовь…

Гвинет невольно подалась ему навстречу, приоткрыв губы. Пусть это ее и пугало.

Тарик ощущал, как сильно билось ее сердце, словно пойманная в клетку птица. Он положил руку ей на грудь, и дыхание девушки смешалось. Она смотрела на него широко раскрытыми глазами.

Как удавалось этой бледнокожей взбалмошной девице так возбуждать его? Эти мысли терзали его гордую душу. Он тяжело вздохнул и покачал головой, желая отрешиться от непостижимой реальности. Жар, будто раскаленный песок, сжигал его изнутри. И невозможно было избавиться от него, не утолив желания. А это можно сделать, только добравшись до того самого оазиса, которым была эта женщина.

В прежние времена он бы, наверно, стал подозревать ее в том, что она околдовала его. Но если так, то она и сама поддалась своим чарам.

Бешеный стук ее сердца говорил Тарику о настоящих чувствах девушки. Его собственное желание сводило его с ума, оно было ведущей силой, без которой он не мог существовать.

Он коснулся рукой груди Гвинет, взяв ее полностью в ладонь. Девушка издала стон удовольствия, и за ним последовал новый прилив желания.

Как она решилась на то, чем они занимались с Тариком? А как она могла бы воспротивиться? Почему-то его простые движения привели ее в состояние близкое к обмороку, ввергли в транс.

В прежние времена он бы запер эту светлокожую соблазнительницу в свой гарем, где больше ни один мужчина не бросил бы на нее похотливый взгляд. И она бы развлекала его, когда он хотел и как он хотел. Но они жили в изменившемся мире. Тарик терял контроль над собой. Лишь неимоверным усилием воли он заставил себя отпустить ее.

Он просто обязан это сделать. Почему она стоит и не уходит? Мгновение спустя Гвинет уже поправляла одежду дрожащими пальцами.

– Неверный ход! – вскричала она. – Думаешь, таким образом ты можешь от меня избавиться?

Он не успел ей ничего возразить, как она развернулась и ураганом вылетела из квартиры.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Ну что за дурочка! И почему она вышла на улицу без сумочки, шляпы и солнцезащитных очков? – ругала себя Гвинет, палящее солнце сводило ее с ума.

Придется возвращаться. Но так не хочется.

Неужели из-за Тарика? Или она боялась самой себя? Неожиданно сильной вспышки чувств?

Если бы не обязательства перед Терезой и Энтони, то ноги ее тут уже не было бы. В ее жизни были приоритеты важнее денег, и спокойствие – один из них. А еще – самоуважение.

Теперь, когда она оказалась вдали от Тарика, ее мысли стали гораздо яснее. Она открыла для себя спектр новых чувств и ощущений, и это ее ошеломило, но эмоции только мешали ей. Гнев, страх и желание смешались в одну гремучую смесь, не давали ей покоя и противоречили друг другу. Ее тело стало местом древней битвы между стыдом девственницы и сильным желанием принадлежать мужчине. И это была лишь верхушка айсберга – внутри бурлило целое море горячей страсти, которое могло напугать кого угодно.

Ее нынешнее состояние можно было сравнить с ощущением, когда стоишь на мосту и смотришь вниз, на спокойную поверхность глубокого моря. Ты знаешь, что стоишь слишком близко к краю и ради безопасности надо отойти чуть назад. Но вместо этого делаешь шаг вперед. Ведь на самом деле ты испытываешь самый настоящий соблазн броситься с моста в воду. Потому что хочешь рискнуть и испытать чувство свободного падения, а потом… потом вода сомкнётся над твоей головой, и ты уйдешь на неизвестную глубину. Примерно в такой ситуации находилась Гвинет.

А на этом же мосту стоял Тарик и наблюдал за ней. Он думал над тем, броситься ли в воду спасать Гвинет, или такой его порыв только спугнет ее…

Странно. Он вел себя так нагло, что сам себя не узнавал, подобного отношения к другим женщинам он никогда не допускал.

Тарик отошел от окна, ощущая боль во всем теле – результат неудовлетворенного желания. Для человека, который считал себя культурным и воспитанным, его тело вело себя очень разнузданно, не желая подчиняться разуму.

Ее отказ от такого щедрого предложения сего стороны очень уязвил гордость Тарика. Да что она себе вообразила? Набивает цену? Горечь и злость поселились в его душе. Надо срочно придумать, как положить конец этому абсурду. Ситуация становилась все опасней. И не только из-за Чада Рейнвельта. Приходилось это признать. Можно было бы устроить так: доказать ей, что квартира ей не принадлежит, а потом выплатить денежную компенсацию. Но это значит, нужно привлекать других людей. Пойдут слухи, этого еще не хватало! Сплетни о нем и о Гвинет, о том, что они провели ночь под одной крышей. Невеселые последствия.

Появление пятна на его репутации – недопустимая роскошь. Конечно, Правитель знал, что Тарик живет в этой квартире, но это было связано с поиском предателя. Однако были и другие причины, по которым Тарик не хотел предавать огласке этот случай с Гвинет.

Он и так потерял время, разбирая ситуацию с мисс Гвинет Тальбот. Пора покончить со всем этим. У него было еще одно важное дело – Долина. Специалисты ждали встречи с ним, чтобы обсудить детали исследовательской работы.

С разрешения Правителя он решил использовать Долину для привлечения в страну капитала, чтобы местные жители тоже получали свою выгоду. Этот проект был ему очень дорог. Иные мужчины оставляют после смерти детей. Он же оставит еще и восстановленную чудесную Долину, легендарные сады, превратив их в курорт. Вот какая у него была мечта.

И эта светлокожая длинноногая женщина не остановит его. Он взглянул на часы. Если он сейчас же не выйдет из дома, то опоздает на встречу с Правителем.

Что же она никак не возвращается? Придется все же уходить…

Спасибо современной технике, мысленно порадовалась Гвинет, когда оказалась в торговом центре с кондиционерами. Здесь она решила спрятаться от жары. И от Тарика.

Час спустя она наконец-то немного остыла, и страсти улеглись. Ей срочно нужно было решить вопрос с квартирой. Даже если придется для этого ночевать в офисе агентства недвижимости. Но сначала ей необходимо вернуться в квартиру за сумочкой…

Что будет потом, лучше не думать. Не думать о Тарике.

Она вышла на улицу и моментально зажмурилась от яркого солнца. Посмотрев по сторонам, пересекла дорогу и направилась к своему дому.

Не успела она сделать и пары шагов, как из-за угла вылетела машина. За рулем сидел мужчина и разговаривал по сотовому. Она почувствовала опасность, которая исходила от него, но ее словно бы парализовало, девушка не могла сдвинуться с места. Вдруг сильные руки схватили ее и потянули к тротуару, буквально вытащив из-под машины. Автомобиль с визгом притормозил и скрылся за поворотом.

Это произошло за считанные секунды, которые могли стать последними в ее жизни, подумала Гвинет. Ее спаситель был одет в европейский костюм. Девушка благодарно взглянула на него и улыбнулась;

– С вами все в порядке? – осведомился он. Гвинет кивнула. Ее чувства смешались.

– Когда я смотрела на дорогу, она была пуста, – объяснила она. – А потом откуда ни возьмись выскочил этот сумасшедший. Он едва меня не сбил…

Она махнула головой туда, где исчезла злополучная машина.

– Я так вам благодарна… – начала она, по он лишь кивнул головой и растворился в толпе.

Гвинет еще не совсем пришла в себя, когда приблизилась к двери своей квартиры,

И тут она поняла, что ключа-то у нее нет. Он остался в сумочке. Ее плечи понуро опустились. Выход был один: она нажала кнопку звонка. Ей никто не ответил. Позвонила второй раз. Снова тишина.

Может, Тарик заснул? Одна мысль о спящем мужчине сильно возбуждала ее. Девушка одернула себя: не смей думать об этом. Еще не хватало вернуться сюда с такими мыслями – и прямо ему в лапы.

Гвинет тяжело вздохнула. Соблазнительные мысли не покидали ее.

Она еще раз нажала кнопку звонка. Никакого ответа. Все напрасно. Она прислонилась к стене, чувствуя себя полностью разбитой.

И что же ей теперь делать? Квартира закрыта, ключа нет, а все мысли только об эротических переживаниях.

– Итак, что будем делать с этой молодой особой, которая заявила права на квартиру? – спросил Правитель и добавил вдруг: – Она соотечественница твоего отца, как я понял?

Глаза Тарика вспыхнули.

– Вы хорошо осведомлены, Великий из Великих.

Широкое лицо Владыки расплылось в улыбке. Тарик использовал это выражение только тогда, когда иронизировал над своим родственником.

– Наш блестящий шеф полиции Саулюд бин Шариф решил известить меня о судьбе этой молодой женщины. – Выражение его лица было серьезным. – Ее нельзя подвергать опасности, Тарик.

– Этого я не допущу.

Правитель терпеливо ждал, но Тарик не собирался ничего рассказывать о женщине, которую Правителю описали как настоящую красавицу.

– Отлично, – он снова улыбнулся Тарику, сидевшему напротив него, сложив ноги традиционно по-турецки.

Слуга принес им кофейник. Тарик накрыл свою чашку ладонью, ему больше не хотелось кофе. А Правитель потянулся за очередной сладостью.

– Мой врач советует мне не есть слишком много сладкого, но ты же меня знаешь, – пожал он плечами. – Все в воле Аллаха, – сказал он весьма пессимистически.

– Твоему народу нужен здоровый правитель, как и отец – твоим сыновьям, – заметил Тарик.

Правитель взглянул на него и положил засахаренную восточную сладость обратно в пиалу.

– Когда ты так говоришь, я сразу вспоминаю твоего отца, Тарик, – вздохнул он.

– Во мне решительно ничего от него нет, – глухо проговорил принц. Где-то в глубине души фраза Правителя отозвалась горечью и болью.

Правитель покачал головой.

– Знаю, он причинил боль вам с матерью, и этого не изменить. Но несмотря на это, твой отец был исключительно мудрым и дальновидным человеком. Он видел, чего достиг мой отец, и показал, как я могу строить будущее страны. Многие реализованные ныне проекты были задуманы именно им. В этом я ему благодарен. И еще больше я благодарен ему за сына. Вряд ли мы должны судить его за то, что он человек иной культуры. И твоя мать не могла этого принять.

Тарик грустно посмотрел на Правителя.

– Он бросил ее.

– Он уехал потому, что твоя мать отказалась последовать за ним. А когда они поженились, она была согласна, – осторожно поправил он Тарика. – Они договорились: несколько лет будут жить в Зуране, а потом переедут в Англию. Но к тому времени она передумала и отказалась, навеки поселившись на своей вилле в Долине.

– Мне она поведала другую версию событий.

– И все же это правда.

– Тогда почему она мне не все рассказала?

– Возможно, ты был молод или она боялась, что ты ее осудишь. Твой отец взял бы тебя с собой. Но он знал: здесь тебе будет лучше. Здесь твой дом. У него было благородное сердце. Он просто не мог долго жить на одном месте. И уехал от вас только из любви к тебе, Тарик. Так иногда бывает. Приходится чем-то жертвовать ради счастья своих детей.

– И почему ты это говоришь, а не моя мать?

– Некоторые вещи лучше узнать позже, – изрек Правитель. Склонив голову, он хлопнул в ладоши. Аудиенция была окончена.