Текст книги "Луна.История, Люди, Техника."

Автор книги: Павел Шубин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 4 страниц)

ЛАЙКА

Пессимист считает, что первый советский спутник полностью развеял престиж США.

Оптимист – это сделает второй.

Американский анекдот от октября 1957 года

^Конечно, Хрущёв лукавил, когда говорил про десяток спутников. В то время на космодроме было четыре ракеты 8К71, но все они требовались для отработки боеголовок. Надеяться следовало только на ракету 8К71ПС, бывшую изначально дублёром при запуске первого спутника. Также на полигоне находилось два комплекта дублёра первого спутника, так что запустить его копию можно было без особого труда. Но такой запуск тогда казался слишком простым, хотелось использовать готовую ракету как можно более эффективно.

Тем более что реакция (социальная и политическая) даже на запуск первого спутника была потрясающей. Конечно, и раньше все понимали, что это будет очень важный исторический момент. Но произведённый эффект превзошёл все ожидания. Многие страны внезапно поняли, что с СССР лучше дружить, чем воевать. Например, активизировались советско-английские и советско-канадские переговоры. Министр иностранных дел Канады, в частности, прямо заявил (правда, чуть позже, в декабре), что «пришла пора по-новому взглянуть на наши отношения с Советским Союзом», и напомнил, что «СССР – крупнейший сосед Канады», что он «был союзником в великой войне против общего врага», и в результате – «нашей целью должно быть мирное сотрудничество, на благо всего человечества». Также все загорелись желанием узнать мнение Хрущёва по самым разным вопросам. Согласно газетным заметкам, практически раз в неделю-две он принимал делегации журналистов из самых разных стран.

Особенно занятно читать, как американские журналисты спрашивают советского лидера о том, когда США запустят спутник и не может ли СССР им в этом помочь.

Такой успех нужно было закрепить. Тем более что в октябре 1957 года СССР и, как тогда говорили, весь цивилизованный мир готовились отпраздновать 40-летие Октябрьской социалистической революции. И ещё один спутник, приуроченный к этому событию, был бы очень кстати. К сожалению, объект «Д» пока не был готов. Но была готова часть приборов для него, а также очень далеко зашла отработка биологического объекта «Д». В результате было решено попробовать собрать спутник на этой базе.

– Ваша милость, мне удалось вырастить собачку для вашего спутника.

Рис. 23. Карикатура из чехословацкой газеты «Руде право».

Самое занятное, что сейчас не ясно, кто был автором этой идеи. По воспоминаниям Бориса Чер-тока, с такой просьбой обратился к Королёву Хрущёв. Но в воспоминаниях сына Хрущёва ситуация показана обратной. По его словам, именно Королёв предложил Хрущёву данный вариант вскоре после запуска первого спутника.

Как бы то ни было, за месяц 8К71ПС была переоборудована. К ней прикрепили контейнер, в котором разместили приборы для исследования космических лучей и излучения Солнца в коротковолновой, ультрафиолетовой и рентгеновской областях спектра. На саму ракету установили раскрывающиеся уголковые отражатели, чтобы было удобнее следить за последней ступенью радиолокатором. Но главной «звездой» проекта стала небольшая дворняжка Лайка, пойманная на московских улицах. Её поместили в специальный контейнер, снабжённый системой жизнеобеспечения и контроля её состояния (рис. 25). На её примере было решено посмотреть, безопасно ли человеку лететь в космос, нет ли там «подводных камней». Увы, для Лайки это был билет в один конец. Вернуть её не существовало никакой возможности.

3 ноября 1957 года ракета отправила нашу посланницу в космос. На взлёте, при действии перегрузок, сердце Лайки сокращалось с интенсивностью более 260 тактов в минуту (в три раза выше нормы). Частота дыхания также выросла в 4-5 раз. Данные электрокардиограммы существенных нарушений не показали. В целом, выход на орбиту Лайка перенесла нормально. Согласно телеметрии, собачка жила ещё в течение пяти-шести часов после выведения на орбиту, после чего погибла из-за перегрева...

Запуск второго спутника оказал если и меньшее воздействие на США, то не на много. Мы опять не стали указывать массу второй

Часть вторая. ОБРАТНАЯ СТОРОНА ЛУНЫ

Часть вторая. ОБРАТНАЯ СТОРОНА ЛУНЫ

ступени, зато честно указали общую массу дополнительного оборудования: 508,3 кг. Более полутонны! Причём эти полтонны выведены на более высокую орбиту, чем первый спутник! И это был не предел. Хрущёв прокомментировал американским журналистам, что, при желании, без особых проблем можно и удвоить эту массу. Вывод тонны на орбиту Земли ещё недавно казался фантастикой! И возможности советской ракеты поражали.

Она казалось чем-то мифическим. Многие пытались понять, как она выглядит, какие у неё характеристики, но, как сейчас понятно, все были далеки от истины. В частности, многие оценивали массу ракеты минимум в 500 тонн (в реальности она была в два раза легче). Причём не суть важно, любители это были или аналитики ЦРУ. Последние, имея перед собой как фотографии стартового комплекса, так и радиолокационную схему второй ступени ракеты, при анализе не могли понять даже концепцию советской МБР.

На следующий день после запуска «Спутника-2» был официально закончен и представлен президенту США «Доклад Гейтера». Эйзенхауэр попросил ещё раз проверить выкладки, после чего, 9 ноября, Совет национальной безопасности США собрался для его обсуждения.

Доклад обращал внимание на то, что экономика СССР развивается гораздо быстрее, чем американская. Самый быстрый рост обнаруживался в области тяжёлой промышленности и вооружений.

В 1946 году большая часть Советского Союза лежала в руинах, он ничего не мог противопоставить американским бомбардировщикам, не обладал атомной бомбой и мощностями для её производства, не имел реактивной авиации и развитой электронной промышленности.

Прошло десять лет – и у СССР есть реактивные межконтинентальные бомбардировщики, ядерные и термоядерные устройства, МБР.

Доклад подчёркивал, что ни активные, ни пассивные меры обороны не могут обеспечить достаточную защиту населения США от атаки со стороны Советского Союза.

Завершался он следующими словами: «К 1959 году СССР будет

в состоянии нанести по США удар ракетами, несущими боеголовки мощностью до одной мегатонны, в результате чего наша стратегическая авиация будет полностью уничтожена. В 1961-1962 году или несколько раньше, если поспешим, США могут получить средства раннего предупреждения о ракетной атаке, и у нашей авиации появится от 7 до 22 минут для того, чтобы отправиться на вылет для ответного удара. Предстоящие два года станут, таким образом, критическими».

Что делать? Авторы доклада советовали увеличить расходы на оборону до 18 миллиардов долларов в течение следующих пяти лет. Построить мощные РЛС, рассредоточить стратегическую авиацию на как можно большей территории, причём она (авиация) должна постоянно находиться в состоянии боевой готовности. Также нужно было принять на вооружение не 80, как планировалось ранее, а 600 новых МБР «Атлас» и «Титан», расширить производство АПЛ с ракетами «Полярис», а в Западной Европе разместить как можно больше ракет средней дальности «Тор» и «Юпитер».

Шла работа и по «Авангарду». Через неделю после запуска «Спут-ника-2» на мыс Канаверал прибыла ракета TV-3 и началась подготовка к запуску спутника. Собственно, специалисты понимали, что это исключительно тестовый запуск, и вероятность того, что спутник выйдет на орбиту, не слишком велика. У «Авангарда» тогда даже вторая ступень ещё не прошла лётных испытаний. Именно для её испытаний изначально и предназначалась эта ракета. Но где специалисты – и где люди, принимающие решения! Как правительство, так и СМИ – все преподносили эту ракету как прямой ответ на советский спутник и раскручивали его важность.

Вернер фон Браун несколько лучше понимал текущую ситуацию, в результате 2 декабря он специально дал интервью концерну «Юнайтед пресс». В нём он буквально объявил, что «американским руководителям не хватает воображения». Из-за ошибочной политики руководства теперь, чтобы догнать русских, требуется не менее пяти лет, а также жертвы, которые «мы ещё и не начали приносить». «Русские думают иначе, – заявил он. – Они планируют и на двадцать лет вперёд. Мы же двигаемся толчками и скачками. Нам нужна программа, и нам нужны решения для проведения её в жизнь». Вспомнил он и про немецких специалистов в СССР. К тому моменту они уже вернулись домой, и фон Браун пару лет назад беседовал с ними. По его словам, он тогда решил, что русские использовали их довольно глупо, а самой ракетной программой там руководят плохо. Теперь же он считал, что немцев просто не допустили к подлинной советской программе -в частности, к программе тяжёлой МБР. «Изоляция была настолько

совершенной, что они даже не знали о существовании этих проектов». Хотя на самом деле они были отстранены от работ и высланы из СССР ещё до начала данных разработок. В конце фон Браун опять напомнил, что его проект «Юпитер» способен вывести спутник на орбиту спустя всего 90 дней после начала работ.

Первоначально старт «Авангарда» стоял на 4 декабря, но из-за погодных условий и проблем на стартовой площадке его переносили несколько раз. Утром 6 декабря все были готовы: журналисты, радиокомментаторы, телевизионщики. Готова и ракета, находящаяся на стартовом столе в часовой готовности. За полчаса до старта обслуживающий персонал покинул площадку, а наземные службы сообщили о готовности принять телеметрию. И вот – старт!

«Авангард» оторвался от земли в 11:44:43 по местному времени. Была вторая секунда полёта, и высота составила уже с десяток сантиметров – как вдруг упало давление в камере сгорания первой ступени. В результате пропала тяга, и ракета стала падать. Уже через несколько

секунд всё было кончено, перед глазами зрителей полыхало то, что недавно было ракетой и стартовым комплексом (рис. 29).

Вот как описывает ситуацию главный двигателист проекта Курт Стерлинг: «Показалось, что распахнулись врата ада. Сверкающие клинки пламени ударили во все стороны из-под ракетного двигателя. Носитель агонизирующе затрясся, на секунду остановился, приподнялся снова и на наших глазах разломился надвое. Нижняя часть вспыхнула. Это напоминало очень быстрое сгорание оплывшего воскового огарка, вставленного в вытяжную трубу. Верхняя часть беззвучно отлетела в сторону, по пути подожгла испытательный стенд и рухнула с оглушительным грохотом, который проник даже сквозь бетонные стены двухфутовой толщины...»

В результате взрыва были полностью уничтожены первые две ступени, сильно повреждена третья и стартовый стол. Вот спутник -выжил. Упав на землю, он бодро начал передавать сигналы, которые должны были сигнализировать о его успешном выведении на орбиту.

Как же накинулась пресса! Сколько было придумано уничижительных кличек «Авангарду»! «Флопник», «Капутник» и многие, многие другие... Нужно признать, что визуально катастрофа оказалась максимально эффектной в негативном плане. Если бы авария произошла на этапе второй или третьей ступени – это было бы куда менее яркое зрелище, чем взрыв на стартовом столе. Даже драматургически нельзя было придумать что-то более эффектное. Обширная рекламная кампания, тщательная съёмка, подготовка, напряжённый обратный отсчёт и... взрыв на первых секундах полёта!

Корреспондент газеты «Нью-Йорк пост» тогда писал, что США «потерпели унизительную неудачу». «Это психологическое поражение в некоторых отношениях также унизительно, как Перл-Харбор 16 лет назад... Престиж США в технике, уже подорванный успешными запусками советских спутников, пострадал от удара, который мы нанесли сами себе... Американские работы над спутником превратились в посмешище и мишень для язвительных острот».

«Русские имеют два спутника... причём один из них немногим меньше большого рояля, - отмечала «Нью-Йорк Уорлд-Телеграм энд Сан». -А наш спутник, величиной с недозрелый апельсин, мы не можем даже оторвать от Земли. Американский престиж во всём мире сейчас упал так низко, как никогда».

Газета «Стар» отмечала: «Америка показала, что с помощью паники нельзя запустить искусственную Луну... Не заблуждайтесь – в глазах мира мы опять пострадали».

Вообще озлобление в обществе, похоже, достигло пика. Сенатор от штата Нью-Мексико Андерсон тогда заявил: «Люди начинают смеяться, и это не приносит нам ничего хорошего во всём мире», а сенатор от штата

Рис. 30. Первый американский спутник в Национальном музее воздухоплавания и астронавтики. Фото из Википедии.

Вашингтон Магнусон обвинил Министерство обороны в том, что оно поступило просто глупо и подвергло американцев «новому унижению».

Рядом с этими статьями также пришлось опубликовать информацию о том, что первый советский спутник совершил уже 1000 оборотов вокруг Земли и что в СССР спущен на воду первый атомный надводный корабль – ледокол «Ленин». А в американском обществе уже начала формироваться мысль, как описывают западные исследователи, что «наши ракеты всегда взрываются».

Что же делать? Специалисты проекта «Авангард» заявили, что смогут запустить следующую ракету минимум через 30 дней. Так и было объявлено официально. Также фон Браун наконец получил разрешение на подготовку своего проекта. Но и теперь политический приоритет был во главе угла, так что его запуск поставили только после следующего запуска «Авангарда». Белый дом ещё надеялся, что первый американский спутник будет полностью американским.

И ведь даже нельзя сказать, что неудача в космосе тогда была самой серьёзной проблемой США! Это не так. Она была только своеобразной вишенкой на многослойном торте из очень больших проблем.

Уже упоминалось, что 1957 год в США отметился спадом промышленности. Более того, к концу года падение только усилилось. Всё очень и очень серьёзно.

Впервые за многие годы страна оказалась перед возможностью бюджетного дефицита. Ещё в конце августа индекс деловой активности был на 4 пункта ниже прошлого года, в сентябре на 7,5 пунктов, в середине ноября на 11,5, а в начале декабря ниже на 13,7 пунктов. Индекс производства падал такими же темпами: в начале декабря, по сравнению с прошлым годом, он был меньше на 24,7 пункта. К концу года сталелитейная промышленность работала только на 60 % своих возможностей. Количество банкротств мелких предприятий и магазинов даже превысило рекорд 1933 года. Снижение покупательной способности населения вызвало падение продаж. Из-за обвала цен на продукцию и роста себестоимости её производства разорились тысячи односемейных фермерских хозяйств. Конец года, скоро рождественские праздники, а оборот универсальных магазинов упал на 20 % Согласно отчётам, общая сумма нереализованной продукции в 1957 году составила рекордную на тот момент цифру – 91 миллиард долларов! По оценке журнала «Уолл-Стрит», ситуация в США на тот момент очень напоминала 1929 год, после которого началась «Великая Депрессия».

Кроме этого, в декабре 1957 года произошла утечка «Доклада Гейтера» в СМИ. В сжатом виде он был опубликован в «Вашингтон Пост», и его тон разительно отличался от всего, что до этого говорили официальные лица. Утверждения доклада, мол, никогда ещё за всю свою историю США не подвергались такой смертельной опасности и что США стремительно превращаются во второразрядную державу, добавили свою ноту в общий настрой.

Вы думаете, ситуация для США не могла стать ещё хуже? Как бы не так. Вся нервотрёпка конца 1957 года привела к тому, что в конце ноября президента США хватил удар. Когда секретарь Эйзенхауэра Энн Уитмен зашла в его кабинет, она увидела президента, который не мог выговорить ни слова. Он пытался что-то сказать, но его слова были в полном беспорядке. Даже после восстановления речи он забыл значение многих слов: например, не мог произнести название картины, что висела в его спальне, хотя ему неоднократно подсказывали. По оценкам медиков, у него был спазм в одном из капилляров головного мозга. Через некоторое время он пошёл на поправку. Но и после этого многие стали замечать, что он стал куда более нервным, чем был до этого, и до конца своей жизни он периодически путал слова.

Можно легко представить, что жители США встречали новый 1958 год с на редкость гнусным настроением.

К концу декабря, благодаря круглосуточной работе инженеров и строителей, удалось очистить и починить старт, и началась подготовка к запуску нового «Авангарда» с индексом TV-3 BU. Причём на сей раз он был уже не одинок. Всего в сотнях метров от него готовила к старту свою ракету «Джуно» со спутником «Эксплорер» команда фон

Брауна. Именно в этом спутнике заключалось основное отличие нового проекта немецкого инженера от варианта 1956 года. Вместо того чтобы забросить в космос простую болванку и отслеживать её полёт с помощью радара, решили разработать полноценный научный спутник. Его предполагалось интегрировать в последнюю ступень ракеты.

Разработкой спутника занималась Лаборатория реактивного движения. Научную аппаратуру, предназначенную для изучения космических лучей и плотности потока микрометеоров, забрали из проекта «Авангард». Чтобы получить возможность контролировать температуру спутника, тщательно изучили зависимость параметров передатчика от температуры. Вес первого «Эксплорера» (рис. 31) составлял 8,3 кг, а вместе с последней ступенью ракеты-носителя – 14. С 17 января ракета фон Брауна стояла на старте. Но приоритет отдавался программе «Авангард», поэтому стартовой команде «Джуно» приходилось ждать. Время ожидания специалисты использовали для дополнительного тестирования всех систем.

Увы, запустить первым чисто американский спутник не получилось. Попытка пуска «Авангарда» 23 января была отменена – проливные дожди на космодроме замкнули часть силовых электрокабелей на стартовом комплексе. В течение следующих трёх дней состоялось ещё три попытки начать обратный отсчёт, последняя – 26 января – была прервана всего за 14 секунд до старта по очень серьёзной причине:

утечка азотной кислоты из бака второй ступени привела к повреждению как баков, так и двигателя. Замена повреждённой ступени на новую требовала времени. Отменой пуска неприятности программы «Авангард» не закончились: один из инженеров при демонтаже ступени получил ожоги азотной кислотой, а другой сломал щиколотку.

Тем временем Вернер фон Браун получил разрешение на запуск своего проекта. Немецкий инженер не упустил предоставленный шанс. 31 января 1958 года, в 22 часа 40 минут местного времени, ракета оторвалась от стартового стола.

В то время полёты контролировались очень простыми методами, самым надежным подтверждением вывода спутника на орбиту был его собственный, очень слабый сигнал. Ловили его с помощью специальных приёмников. Сложно описать, что почувствовали те, кто так или иначе принимал участие в запуске, когда утром 1 февраля 1958 года, через один час пятьдесят три минуты после старта, генералу Медарису передали записку: «Голдстоун слышит птичку». Условная фраза означала, что первый американский спутник «Эксплорер-1» (рис. 32, 33) успешно выведен на орбиту Земли.

Победа? Победа! Но это было только начало.

Вам понравилась эта книга? Присылайть вопросы, суждения, отзывы а также заказать полную версию можно по эл. адресам: shubinpavel@mail.ru ams book@mail.ru