Текст книги "Школа Мудрых Правителей"

Автор книги: Павел Калмыков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 5 страниц)

– Все честно, – ответил глава правительства и позвонил в колокольчик, закрывая заседание.

– Спасибо, – встал Ифаноф.

А сам подумал, что, наверно, его впереди ждут главные беды.

Лирическое отступление

Стихи, сочиненные Журигом

В весеннее время,

в безветренный день

На крыше сидел молодой воробей.

Ему надоело сегодня летать,

Решил он сидеть и ногами болтать.

Другой воробей на дороге стоял

И под ноги очень серьезно смотрел.

Хотел воробей научиться ходить

И думал, с какой ему лапы шагнуть.

А третий взлетел воробей в небеса

И, крылья раскинув, глядел с высоты.

И думал он гордо: "А ну их совсем.

А может, я просто некрупный орел".

Урок политики всегда проходил в классе. На стене висела политическая карта Бланеды. Профессор Ифаноф рассказывал:

– Пятнадцать лет тому назад умер великий анклийский король Яжа Пятый.

– Мой дед! – шепнул на весь класс Журиг.

– Правильно. Дочь Яжи Пятого вышла замуж за короля Тании.

– Моя мама!..

– Вот. а кроме журиговской мамы, у короля еще были два сына-близнеца, Яжа Шестой и Яжа Седьмой.

И когда отец их умер, то Шестому суждено было взойти на престол, а Седьмому, который был младше брата на десять минут, – всю жизнь оставаться принцем.

Ветя и Фидя пересели с задней парты на переднюю, чтобы лучше слышать.

– И вот наступает день коронации, – продолжал профессор, – и тут выясняется, что оба принца – Яжи Шестые... То есть один-то, конечно, Седьмой, но не признается, и никто в целой Анклии не может его отличить. Оба рыжие и голубоглазые, каждый называет брата самозванцем. Приехала из Тании сестра, но и она руками развела. Помню, говорит, у одного должна быть родинка под мышкой – но у какого, забыла. Что делать? Отложили коронацию раз-другой. А потом вдруг один из братьев пропал неизвестно куда. Что ж, подумали придворные: пропал так пропал, сам виноват, в другой раз пропадать не будет... И короновали того, который остался.

Проходит год. Правит король как умеет. А умеет он, прямо скажем, не очень. Крестьяне того и гляди забунтуют. И вдруг по стране идет слух; брат-то короля нашелся! Его на острове в тюрьме держали, а он сбежал и теперь собирает всех, кто за справедливость, потому что он и есть настоящий король Яжа Шестой. Кто его видел – говорят, точная копия короля, который на монетах отчеканен. А когда законный король займет престол, то все крестьяне получат землю, потому что король этот знает сам, почем фунт лиха.

И пошел народ к объявившемуся королю, и началась крестьянская война. Не известно, чем бы все кончилось, если бы вражественные Анклии страны не стали ей в этот момент дружественными и не прислали свои войска на борьбу с крестьянами. Крестьянская война – вещь заразная, все короли это знают. Победят крестьяне в Анклии, а во Врандзии на них посмотрят – и тоже захотят. И в Идалии захотят, и в Кермании. Что тогда с королями будет? А так короли прислали в Анклию войска, и крестьянскую армию разгромили.

Остатки армии крестьянский король увел на север, в Жотландию. В этой холодной, скалистой стране не было людского жилья-только развалины древних крепостей. Пришельцы поселились в землянках, в пещерах. Но чем жить? Хлеб посадили – не растет. Овец разводить – так их в пути съели. Многие крестьяне не выдержали, вернулись на милость анклийского короля. Кто выдержал – занялся хулиганством. Крестьянский король стал королем хулиганским.

Прошло с тех пор тринадцать лет. За это время обстановка с хулиганством на Бланеде сильно изменилась. В каждой стране теперь в лесах обитают хулиганские шайки, и атаманы их подчиняются жодланд-скому королю. Кто не подчиняется, тех выгоняют из хулиганского братства, и полиция с теми легко расправляется. Записаться в хулиганы стало очень сложно, а чтобы стать атаманом, надо окончить Жодланд-ский Институт Хулиганства, изучить там хулиганство дорожное, лесное, морское. Говорят, даже есть секретная кафедра воздушного хулиганства. А король Жодлантии теперь один из самых могущественных королей, хоть другие короли и стыдятся это признать.

– Мой дядя! – гордо сказал Журиг. Все немножко ему позавидовали. Ифаноф рассказывал про Жодлантию, но ни слова не сказал о том, что вместе с королем хулиганов в полуразрушенном замке жила дочь короля. Дочь выросла без матери, среди мужчин, она ловко лазила по скалам, бегала, как ветер, скакала на коне...

И никто почти на всей Бланеде не знал, что ко-роль хулиганов отправил свою дочь в Школу Мудрых Правителей. Знал об этом профессор, да знали хулига-ны из ближнего леса...

Папа Крижи Крокодила был тоже великим королем. Это он еще в молодости объехал все Южные острова, первый посчитал их и объединил в одно большое королевство. Но и теперь, когда молодость короля осталась далеко позади, он дальше всех кидал копье, бегом догонял хромого страуса, а речку переплывал быстрее, чем настоящий крокодил. Три сына короля были во всем под стать отцу. А четвертый – Крижа – все больше мечтал и сочинял стихи. Бился над ним отец, бился и, ничего не добившись, отправил в учение, мудро рассудив, что хуже не будет.

У долговязого Доли отец тоже был долговязый и худой. И очень самостоятельный. Все королевство у них состояло из Дворца, в котором постоянно шел ремонт, и придворцового участка. Король все делал сам, у него не было ни слуг, ни министров, ни подданных. Жена – и та сбежала. Но все-таки это было настоящее королевство, со своим гербом и со своими законами, и король Доля Второй был в нем полным хозяином. А корона у него представляла собой набор гаечных ключей.

И вот Доля Длинный и Крижа Крокодил нашли общий интерес – изобретать. Изобретали они большей частью в уме.

– Давай изобретем механического человека. Ходячего, – предлагал Доля.

– Да ну, упадет еще, сломается. Лучше механическую лошадь. Чтоб на ней ездить.

– А правда, почему люди на двух ногах и не падают? А деревья так вообще на одной стоят?..

– А вот и нет. У деревьев ноги под землей. Они в земле стоят по пояс.

– Ну, хорошо, давай – лошадь. На пружинном заводе.

– А можно карету с ногами,

– А можно карету, чтоб колеса крутились сами! Как в часах.

– Заводить только замучаешься...

Однажды Журиг долго ходил, хмурясь и глядя себе под ноги. И вдруг сразу повеселел, стал даже попискивать и подпрыгивать от восторга. Потому что в его хитрой рыжей голове родился замечательный план, как отомстить принцессам и вызволить от них котенка. В таком прекрасном настроении Журиг и пришел на урок культуры. В этот день маэстро Зиторенго собирался вести средний класс в дазборгскую обсерваторию.

– К большому сожалению, – извинился маэстро, – обсерватория закрылась на учет, и пока все звезды не пересчитают, она не откроется. Чтобы урок не пропал, будем рассказывать сказки. Кто у нас лучший сказочник?..

Королевны выдвинули Дамару. Журиг выдвинулся сам.

– Чур, первый! – сказал он.'

– Чур, вторая! – согласилась Дамара.

– У одного кузнеца был сын, – начал Журиг. – Кузнец хотел, чтобы сын тоже стал кузнецом. А сын хотел стать рыцарем. Отец сначала посмеивался, думал – это пройдет. А оно не прошло. Сын заладил: буду рыцарем, и все тут. Отец говорит: "Но, послушай, рыцари все дворяне, а ты – нет". А сын; "Ну и что я буду странствующим рыцарем; кто там разберет дворянин, не дворянин!.. Выкую латы и поеду!" Отец рассердился: "Никаких тебе лат! Ни куска железа не дам!" А сын тогда облазил все помойки, нашел там самовар да медный котелок и сделал себе панцирь и шлем. Украл у цыган лошадь и поехал.

Едет, едет. Видит – на дороге стоит старик с шахматами под мышкой.

– Рыцарь, давай тебе бесплатно погадаю.

– Ну, погадай. А на чем?

– На шахматах. Они никогда не врут. Старик расставил шахматы, стал играть сам с собой. Поставил себе мат, глядел-глядел и говорит:

– Ну, всё ясно, рыцарь. Все твои беды будут от женщин.

Рыцарь поехал дальше. А сам думает: "Шахматы – не карты. Игра научная. Должны правду говорить... Ну, и чёрт с ней, с дамой сердца обойдусь как-нибудь без нее. Буду БЕЗДАМНЫМ рыцарем".

Приезжает в столицу. А там объявления висят, трубы трубят. Рыцарский турнир для всех желающих. А приз-золотой меч. И самой прочной стали.

А на поле уже толпа рыцарей. Все дворяне. Стоят, переругиваются, злость разжигают. Один кричит:

"Моя дама сердца – самая-пресамая!" Другой кричит: "А у меня еще самее!" Третий кричит: "А моя дама – вообще всем дамам дама!" А рыцарь в самоварных латах как гаркнет:

– Все ваши дамы не стоят моей мамы! Сразу тишина наступила. А он говорит:

– Ну, кто на меня? Выезжает рыцарь-верзила:

– Ну, я на тебя!

– А кто еще? Нападайте все!

Все на него напали! И создалась такая теснота, что никто меча поднять не мог. А Бездамный рыцарь, хоть и не дворянин, зато с детства кузнечным молотом махал. Схватит одного за ноги, раскрутит над головой и – трах! рыцари, как доминашки, падают. С верзилой остались вдвоем. Начался финальный поединок. Верзила – прыг на коня – и давай оба по полю носиться, туда-сюда, туда-сюда. Бездамный увернулся, верзила – трах! – в дерево. Аж вороны посыпались...

Так что Бездамный победил, получил меч и собрался уезжать. А все дамы его спрашивают: "А почему вы без дамы? Может, еще не выбрали? А может, меня выберете?" А он говорит: "Нет, у меня никогда не будет дамы. От них все беды. Смотрите, все, кто с дамами, – валяются вон". И уехал. После того случая многие рыцари побросали своих дам.

Приезжает Бездамный в один город. А город на замке. Стучится – не открывают. Он давай ногами: бам, бам! Видит – люди из-за стены высовываются. Худые-худые.

– Не стучи, – говорят. – Мы уже три месяца никому не открываем, без еды сидим. Тут дракон трехголовый ходит, всех съедает.

А дракон тут как тут. Бежит, хвостом по стене стучит – та аж трясется. Увидел рыцаря и спрашивает:

– Что, тоже стучишься? Не откроют. Погоди, еще кипятком будут обливать. Это я их запугал. Слушай, давай с тобой биться! Кто проиграет, того я съем.

Стали биться. Бездамный мечом – вжик! – у дракона голова шлеп! – и тут же новая вырастает. И пламенем, пламенем поливает рыцаря... Уже лошадь изжарилась и умерла, а рыцарь и не думает сдаваться. Наконец оба устали и проголодались. У дракона огонь кончился. Разогнали ворон с жареной лошади, стали обедать.

– И в кого ты такой хулиганистый? – спрашивает Бездамный.

– В папу,– говорит дракон. – Он меня так воспитал.

А рыцарь был хоть и Бездамный, и даже бездомный, но зато не бездумный. И думает он: "Когда дракону срубаешь головы по одной, то новые берут пример с других и тут же неправильно воспитываются. А срублю-ка я все три разом!"

И все три головы долой... А у самого больше сил не осталось – стал он цветочки собирать. Тут у дракона головы новые повылезли и оглядываются: с кого бы пример брать. Видит – рыцарь цветы собирает. А это доброе занятие, и стал дракон добрым.

С той поры Бездамный рыцарь с драконом ходили по Бланеде и совершали подвиги. Вдвоем им некого бояться. А даму себе рыцарь так и не завел, Зачем ему дама, если у него есть дракон?!

Королевичам сказка Журига очень понравилась, а королевнам почему-то не очень.

Зато дамарину сказку они слушали, затаив дыхание. Сказка была длинная и волшебная. Про то, как у короля с королевой не было детей, а потом одна колдунья дала рецепт, и у них родился сын. Вырос, пошел себе искать невесту, полюбил дочь колдуна, а потом три года у этого колдуна учился. А потом была свадьба, а колдунью, которая рецепт дала, не пригласили, и она превратила принца в дракона, а невеста, дочь колдуна, нашла потом колдунью в Черных Горах, и колдунья потребовала тысячу лягушек, а девушка могла наловить только 999, а в тысячную лягушку превратилась сама, и тогда колдунья рассказала, как расколдовать принца, а тем временем дракон уже передушил полкоролевства и дочку колдуна, свою невесту, когда увидел, тоже чуть не задушил, но она его одурманила волшебным зельем, привела его на вершину огнедышащей горы, столкнула в пропасть, сама бросилась следом, а утром оба проснулись на берегу реки, принц уже был расколдованный, и весь мир был счастливый и прекрасный...

Пока Дамара рассказывала сказку, принцесса Лита тихонько ушла. Она оседлала лошадь и, никому ничего не сказав, ускакала. Профессор Ифаноф встревожился и поскакал ее искать, а Лита уже ехала ему навстречу. Профессор покачал головой, а Лита чуть виновато улыбнулась.

Ифаноф один знал тайну Литы. Больше никто.

– Знаете, почему люди по ночам спят? – спросил Журиг.

– Почему?

– От страха! Ночью всё гораздо страшнее. И Журиг рассказал королевичам свой замечательный план.

1. Однажды ночью девчонки, ничего не подозревая, ложатся спать.

2. Вдруг в тишине звучит ТАИНСТВЕННЫЙ ВОЙ. Они – ды-ды-ды! – дрожат.

3. Тут раздается ЖУТКИЙ ХОХОТ, и сразу...

4. ...Из камина вылетает стая летучих мышей.

5. А дверь снаружи заперта!

6. Зато окно со скрипом отворяется, и медленно поднимается БЕЛАЯ ФИГУРА... А вместо головы – череп! И глазищи-светятся!

7. Девчонки в ПАНИКЕ!

8. А королевичи забирают котенка и ЗЛОРАДНО СМЕЮТСЯ!

– А всё это мероприятие назовем "Ночка маленьких ужасов". Сокращенно "НМУ".

Королевичам понравилось. Стали готовиться.

Гольга сел вырезать из бумаги череп. Ветя с Фидёй предложили для девчонкопугания применить гомункулюса Муню, а летучих мышей отменить. Муню до сих пор ни одна посторонняя душа не знала. Муня от чужих прятался в шкаф. А попугай Чим сам напросился участвовать. Журиг долго репетировал жуткий хохот. Говорил: "Попались!" и начинал хохотать. Получалось не очень.

И вот после очередного "лопались!" из-под потолка раздался очень талантливый смех – хриплый, ехидный, страшный! Это смеялся Чим. Чим принадлежал к породе почтовых попугаев, которые запоминают слова отправителя и пересказывают их получателю. Такого попугая нужно обучать восемьдесят лет, зато потом он будет верно служить лет сто пятьдесят, а то и двести. А Чим по возрасту был почти цыпленочек, ему только исполнилось двенадцать лет.

Мижа, как самый сильный, взял на себя подъем белой фигуры. За таинственный вой отвечали Доля Длинный и Крижа Крокодил. Они изобрели хитрое воющее устройство. И теперь в палате принцесс по ночам что-то тихо и таинственно выло. Жаль только, что по ночам принцессы спали и ничего не слышали.

Лирическое отступление

Колыбельная

Рано утром на рассвете

Спать ложатся черти-дети,

Лишь один малыш

чертенок долго не заснет.

Дома сладко пахнет серой,

У постели мама села

И чертенку потихоньку песенку поет.

– Баю-баюшки, чертенок,

Спи, мой милый постреленок.

Там, на улице, снаружи, страшно и светло.

По квартирам с крыш и улиц

Кошки черные вернулись,

Петухи давно пропели, солнышко взошло...

Спать ложатся все соседи

Привидения и ведьмы,

Спят кикиморы, русалки, лешие храпят...

Спать легли сычи и совы,

Только люди днем гуляют, люди ночью спят...

Спят вампиры, вурдалаки,

Перестали выть собаки,

Спят летающие мыши головою вниз.

Спрячем хвостик под подушку

И вот так откроем ушко...

Чтобы сон был интересней

на бок повернись.

Спи, мой чертик,

Спи, чудесный...

Спи-до ночи не проснись!

До Ночки Маленьких Ужасов (сокращенно "КМУ") оставались ровно сутки. Королевичи мирно спали, кроме Мижи, который, как обычно, засыпал последним. Ветя похрапывал. Фидя посапывал. Журиг спал под одеялом с головой. Гольга что-то пробормотал во сне и повернулся на другой бок.

– Гольга, ты спишь?

– Сплю,– ответил Гольга.

– Ничего ты не спишь.

– Кто не спит?! – возмутился Гольга. – Это я-то не сплю?

– Не спишь,– подтвердил Мижа.

– Насмехаться, да? Я тебе понасмехаюсь! – И гордый Гольга бросился на Мижу.

От шума попросыпались другие королевичи:

– Что такое? Что случилось?.. Мижа держал Гольгу за руки, тот вырывался и кричал:

– Пусти! Я тебе покажу, как я не сплю!

– Не, мужики,– сказал Мижа, – я так считаю: спишь – так спи себе. Драться-то чего?

Журиг сонно махнул на них рукой и вышел в коридор. Но вскоре влетел обратно и в восторге пропищал:

– Что сейчас будет!.. Все по местам, притворимся, что спим.

Через полторы секунды все королевичи дружно храпели. (Нет, Доля не храпел, потому что спал по-настоящему.)

И вот дверь приотворилась, и в палату тихонько прокрались несколько фигур, завернутых в простыни.

– Храпят,– прошептала одна.

– Хи-хи! – не удержалась другая.

– Да тише ты, дура!

– Сама ты!..

– А где у них рыжий спит? Рыжего надо намазать...

– Наверно, за камином.

Кто-то из королевичей нечаянно хрюкнул носом. Момент настал! Журиг вскочил и запер дверь на швабру.

– Ага! – закричал он. – ПОПАЛИСЬ! И тут же из-за потолка раздался жуткий хриплый смех,

– Ой, мамочки! – испугались девчонки, сбиваясь в кучу.

Мальчики повскакивали, зажгли свет и злорадствовали. Гольга надел на голову рогатый череп и замогильным голосом провыл:

– Где котенок?!

Губы у девчонок уже дрожали, еще чуть-чуть – и разревутся. (Ну, кроме, разве, Литки.)

Но тут проснулся Крижа Крокодил... То есть что за ерунда?! Крижа ведь давно уже не спал! А это проснулся перемазанный сажей Доля. Ничего не соображая он сел на кровати и, растирая по лицу сажу, спросил:

– Что тут происходит?

И всё! И сразу девчонки передумали разрёвываться и сразу рассмеялись. А Литка хохотала громче всех.

– Рано смеетесь,– зловеще сказал Журиг.– Мы сейчас на вас чёрта напустим. Лучше признавайтесь, где котенок?

– Нету! – нахально ответила Лита.

– Как хотите, – сказал Журиг.– Так. Где у нас чёрт? Доставайте чёрта, я сейчас вернусь. – И выскользнул за дверь.

Фидя распахнул шкаф. "Чёрт" прятался на верхней полке в углу. Как он ни пищал и ни упирался, Фидя вытащил его за ногу и бросил на девчонок.

– Куси их!..

Муня попал на Литку, вцепился в простыню, в один момент вскарабкался принцессе на голову, потом подпрыгнул и исчез в темноте под потолком.

Девчонки ахнули от ужаса. А Лита? Только разочек вздрогнула!..

– Ой, ой, больно напугали, – презрительно сказала она, – прям это самое...

И, глядя на Литу, девчонки тоже собрали всю свою вредность и на этой вредности держались. Дамара даже сказала:

– Ну, и что – черт... Вот и целуйтесь с вашим чертом, а котенка не отдадим!

– Ваш, что ли, котенок?

– И не ваш. Он сам свой. А вы его мучить будете".

А Журиг. ходивший в девчачью палату, обнаружил, что котенка в ней не оказалось... Вместо котенка там были спящая красавица Надажа и Привидение Тихого Гостя. Привидение сослепу приняло Журига за девчонку и спросило:

– Ну, как? Ой, пардон".

– Все ясно, – сказал Журиг. – Предатель! А мы ему еще котенка давали погладить... Больше не дадим, понял?

– Ну, и не надо, – ответило Привидение из стены. – Мне девочки дадут!

– ...И запомни: в нашу палату ПОТУСТОРОННИМ ВХОД ВОСПРЕЩЕН. Ясно?!

– Не очень-то и хотелось, – буркнуло Привидение. На прощание Журиг подрисовал спящей красавице Надаже усы.

Королевичи с чувством победителей легли спеть. А принцессы еще долго пели под клавесин бодрые песни. Кроме Литы, все они немного играли на клавесине, а лучше всех играла Надажа. И здесь самое время сделать очередное

Лирическое отступление

Песня про сонного рыцаря,

которую пела принцесса Надажа Избанская,

смыв нарисованные Журигом усы

В тумане странный образ вдруг может появиться,

И ты, его увидев, не бойся, не беги.

Проедет безобидно угрюмый сонный рыцарь,

И конь, хромой на три ноги,

Заржавленные латы готовы развалиться,

Изъедены до дырок стальные сапоги...

Дорог не выбирая, блуждает сонный рыцарь

И конь, хромой на три ноги.

Когда-то на Бланеде о нем гремела слава,

Он в честном поединке любого был сильней.

Был меч его защитой для бедных и для слабых,

И конь был лучшим из коней.

Но вдруг одной колдунье приспичило влюбиться.

"Уйди, – сказал ей рыцарь, – с тобою мы враги!.."

...И стал навеки сонным несчастный этот рыцарь,

и конь – хромым на три ноги.

Не может ни проснуться и ни остановиться,

И конь его поныне всё меряет шаги...

Порою возникает в тумане сонный рыцарь И конь...

А тем временем у Агента № 49 кончилась выдержка. Сколько можно?.. Все нормальные шпионы уже передали добытые сведения и украденные документы, уже повесили в шкаф шпионские плащи и маски и уже спокойно спят, засунув под подушку кинжал. А он, один из лучших шпионов Бланеды, не знает в этом КОРОЛЯТНИКЕ ни сна, ни отдыха, ни дня ни ночи... Уже несколько раз Агент откладывал главное дело, ради которого он сидел здесь уже второй месяц. А теперь выдержка кончилась, и он решил – хватит. Пора. Во что бы то ни стало!.. На этой неделе! Или на той! Или никогда.

По небу летали чулки.

ИНСТРУКЦИЯ: Найти чулок. Насыпать в него пару горстей песку. Завязать узел, чтобы песок никуда не делся. Взять чулок за хвост и, раскрутив, запустить в небо. Летит очень красиво. (Примечание: на Бланеде были чулки шерстяные и шелковые, но наши, земные – капроновые – летают ничуть не хуже.)

Чулкам не нравилось, что их крутят за хвост, и они то и дело нарочно застревали на деревьях. Все деревья уже были увешаны чулками, и все младше-классники ходили с голыми ногами и приставали к старшим:

– Журиг, а, Журиг! Подари чулок...

– Отвяжись!

– Ну, Журиг, ну, подари-и-и... У тебя все равно один.

– Ладно: отгадаешь, как подзывают маленькую цаплю, – тогда подарю.

– Не знаю... А как? Жур, ну как?

– Цыплят как подзывают? Цып-цып. А ЦАПЛЯТ – цап-цап. Всё, иди. Не мешай думать.

– А о чем думать?

– Отстань.

– Жур, ну, о чем?

– Ладно, забирай чулок, только отвяжись!

А думал Журиг, как ему выручить котенка. Можно, думал он, затеять хитрую интригу с переодеваниями и фальшивыми записками. Но на это нужно время, а Муре и так уже настрадался...

В парке резвились девчонки. Они играли в прятки и в "сорок восемь сорок два". Это игра вся из беготни, прыготни и визготни, не поддающаяся описанию. А что такое прятки, вы знаете.

Старший класс сидел на деревьях. Принцессы – на одном дубу, принцы на другом. Каждый на своей законной ветке. Генеалогической. Раньше они только кидались желудями да хором обзывались, а теперь протянули нитку и по этой нитке переправляли с дуба на дуб записки. Вроде этой: "Мне нужен труп одной девицы. До скорой встречи! Черный рыцарь".

Доля Длинный теперь плохо спал по ночам – все не мог забыть, как его принцессы сажей намазали. И вот решил он вместе с Крижей Крокодилом изобрести механизм, который бы охранял палату от посторонних. Как часовой. Так и назвали: "часовой механизм". Соорудили его из швабры, ведра и веревки. Сначала испытывали на себе. Три раза. Доля входил в дверь, и три раза швабра стукала его по голове, а ведро поднимало страшный шум. Потом испытывали на Журиге и на близнецах. Срабатывало безотказно. На Голые решили не испытывать, а Мижа где-то гулял.

– Ну, теперь поспим! – радовался Доля, щупая свои шишки на голове.

В десять часов принцы поставили "часового" на боевой взвод и улеглись спать. А в половине одиннадцатого вернулся Мижа. И механизм честно сработал! Ну, ничего, посмеялись, снова завели "часового" и легли спать дальше. Мижа только проворчал, что зачем ставить механизм, если не все дома. Заснули. Час спят. Два спят. А потом Журиг спросонья побрел в туалет, и "часовой" опять всех разбудил! Тут уж было не до смеху. Спать хотелось. А Гольга так прямо и сказал:

– В следующий раз кто разбудит – убью. В эту ночь Агент № 49 вышел на дело. Никем не видимый он проник во дворец. Тихо, как тень, прошел по коридору. Не дыша, остановился напротив нужной двери. Прислушался. Все спокойно. Бесшумно приотворил дверь...

– Ай!..

– БАХ-ТАРАРАХ-ГРОМЫХ-ГРЯМС!!!

– Кто опять?! Убью! – страшно закричал Гольга, бросаясь к двери с кулаками. Но убивать было некого. Виновник тревоги уже исчез.

И разобрали королевичи механизм обратно на швабру, ведро и веревку.

А Доля, засыпая в очередной раз, подумал, что в механизме нужна еще четвертая деталь, которая отличала бы посторонних от своих, и думала бы – когда греметь, а когда не надо.

Журиг все-таки утащил Мурса! Утащил прямо из-под носа у девчонок. Королевны сидели в гостях у доброй поварихи тети Назди. Там же и котенок томился в неволе. Принцессы его даже погулять не выпускали. Единственной радостью для Мурсига оставалось глядеть в окно.

Хитрый Журиг выбрал момент, распахнул снаружи раму, схватил котенка и – бежать! А девчонки – злые-презрелые – за ним! А он – от них! А на выручку ему бегут Гольга и Мижа!

И вдруг... Этого никто не ожидал! – вдруг с дерева спрыгнул какой-то дядька, накинул на Журига мешок и пронзительно свистнул. Совсем рядом поросшая травой кочка зашевелилась, поднялась на ноги и, оказалось, что это переодетая лошадь. Дядька положил на лошадь мешок с Журигом, вскочил сам – и только его и видели...

Перепуганные девчонки побежали искать взрослых. Лита стояла, закусив губу. А Гольга немедля помчался в конюшню, взял без спросу коня маэстро Зиторенго и поскакал в погоню за похитителем.

Профессор Ифаноф срочно отправил почтовых голубей в полицию. Вскоре прибыл толстенький полицейский начальник и весело сказал, что "это ничего страшного", что это проделка Агента № 49, ловкого шпиона из Тании, что полиция за ним давно-давно следит, и что целое полицейское управление уже поехало его ловить.

– Я тоже поеду, – заявил профессор. – Маэстро Зиторенго останется вместо меня,

– Лошадей нет, профессор,– сообщил завхоз Гослоф. Ниголаеф и Дзаблин на выходные уехали в город. Одна Зафразга осталась и ослик.

...Гольга даже не видел, за кем гонится. Пока он бегал в конюшню, похититель скрылся из виду. Но там, где проскакала переодетая лошадь, еще висели клубы пыли. По этому следу Гольга приехал в лес. Другой бы человек подумал: лес большой, незнакомый, следа никакого, искать бесполезно. Но Гольга был гордый и упрямый. Раз приехал – надо искать, решил он.

Шпион привез Журига в потайное жилище.

– Вот и приехали,– сказал он, вытряхивая Журига из мешка.– Что, укачало? Хе-хе! Привыкай. Ты теперь заложник. Если мама тебя любит,пускай отречется от престола. Это что у тебя? Котенок? Ну, можно с котенком... Посидите оба в чулане. Мышей половите. А завтра мы за границу поедем.

Журиг хмуро молчал. "Убегу!" – думал он.

– Что, думаешь, убежишь? – догадался Агент № 49.– Думай, думай. До окошка в чулане табе не достать, а если бы и достать, – так не пролезть. Ну, спокойной ночи, Журиг.– И Агент запер Журига в чулане.

– Эй, откройте! – застучал Журиг.

– Что еще?

– Вы сказали – Журиг? Я – не Журит!

– Как – не Журиг?

– Журиг – это тот, рыжий! А я Фаня.

– Да ты ведь и есть рыжий!

– Да нет, это Журиг рыжий, а я Фаня, я белый! Шпион вообще-то никому не доверял. А тут что-то засомневался: а вдруг ошибся? Бессонные ночи, жаркие дни, нервы... А ведь это ж не простое дитё – это ж королевское дитё! Ошибочка дорого обойдется...

– Эй Журиг! Или как тебя там... Фаня! А ты не путаешь?

– Ничего я не путаю,– и Журиг для убедительности натурально заревел.

Шпион открыл дверь чулана:

– А ну, иди сюда. В ответ Журиг заревел громче/

– Тьфу! – сказал Агент № 49 и сам шагнул в чулан.

В тот же миг Журиг выскользнул за дверь и запер ее не крючок.

– Э-э... Журиг!! Ты что ж это делаешь? Попробуй, скажи теперь, что ты мне не Журиг! Такие хитрецы только у нас в Тании водятся...

– Сами ловите мышей! – сказал Журиг. – А я пошел за полицией.

– Ну, вот что, если не откроешь сейчас же, я твоего котенка задушу. Считаю до трех: раз, два, три... Уже душу!..

Журиг откинул крючок и бросился наутек. Но далеко не убежал. Шпион бегал куда быстрее.

– Запомни, – гневно сказал Агент № 49, – никто еще меня не обхитрил. Это я тебе специально попался. В кошки-мышки играл с тобой. Поиграли и хватит! Больше не убежишь...

И вот Журиг с Мурсом снова сидят в чулане. А шпион с удовольствием разлегся на кровати и стал размышлять:

– Как же я тебя вывезу за границу?.. Если будешь смирным – замаскирую под свою дочку. А можно прикрепить тебе бороду, надеть кандалы, а пограничникам сказать, будто везу бешеного старика. А будешь упрямиться, вообще напою сонным зельем и повезу в гробу, как мертвеца. Ладно, утро вечера мудренее... Наконец-то я высплюсь... – И Агент заснул шпионским сном, без храпа и сопения.

А Журиг в чулане прошептал на ухо котенку:

– Чего тебе-то пропадать? Иди домой, Мурсичек... – и осторожно забросил его на окошко. Но Мурсиг, верный кот, никуда не пошел. Улегся на окошке и тихо любовался природой.

Гольга еще часа три ездил по лесу изодрал все чулки и ноги, но никого так и не нашел. Лошади уже надоело лазить по кустам, она остановилась и стала собирать зубами ягоды с веток. Гольга тоже съел ягодку и вздохнул: "Да-а..."

И кто-то ответил ему знакомым голосом:

– Да.

Гольга огляделся. Никого. Еще раз огляделся. Опять никого. А лошадь почему-то удивленно смотрит на куст. Посмотрел и Гольга – и вдруг увидел, что это не просто куст, а замаскированный дом! А высоко над землей – прикрытое ветками окошко, и в окошке сидит черный котенок!

Гольга влез на лошадь ногами и заглянул внутрь.

– Журиг... – позвал он.

– Тс-с!

– Держи уздечку! Скорей.

– Ой, застрял...

– Пролезешь. Голова пролезла – весь пролезешь. Но тут Мурсиг взял да спрыгнул с подоконника вниз. Не на улицу, а в чулан. Журиг хотел лезть обратно, да Гольга не пустил:

– Пускай подождет, ничего не будет. Мы за ним с полицией вернемся.

И Журиг с Гольгой поехали домой.

Агент № 49, услышав какой-то шорох, подошел к двери чулана и спросил:

– Эй! Ты еще здесь?

– Да! – ответил котенок.

– Ну, правильно, куда ты денешься. Есть хочешь?

– Да!

– Конечно, как не хотеть. Ну, хоти дальше.

–Да! Тут шпион заподозрил что-то неладное и открыл дверь. И увидел только маленького котенка, который смотрел на него и говорил: "Да". Агент хотел пнуть Мурса, но было некогда. Он выскочил из дома, прыгнул на лошадь и помчался догонять беглеца.

Едва шпион ускакал, как дом окружили лесные хулиганы на конях. С ними была рыжая принцесса Лита! Атаман с пистолетом в руке ворвался в хижину и крикнул:

– Черт возьми! Мы опоздали. Он уже смылся!

– В погоню!.. – приказала Лита.

Журиг с Гольгой мчались на зиторенговой лошади по лесной дороге. Шпион нагонял их. Журиг сорвал гроздь желудей и одним попал переодетой лошади в глаз. Лошадь затормозила, завертелась на месте, но, получив сапогами по животу, поскакала дальше с зажмуренным глазом. Расстояние сокращалось. Желудей больше не было.

– Я задержу его, – сказал Гольга и на всем ходу соскочил с лошади. Не удержался на ногах, упал. Шпион только хлестнул его плеткой и пронесся мимо...

И вдруг в воздухе просвистел аркан, шпион вылетел из седла, трахнулся об землю и потерял сознание.

Журиг плохо ездил верхом. А если бы и хорошо, разве мог бы он спасать свою шкуру и бросить шкуру друга? Журиг развернул коня и увидел, что Агент № 49 лежит на дороге, рядом отряхивается Гольга, а вокруг сидят на лошадях хулиганы, у атамана в волосах – черное перо. И тут же красуется на лошади принцесса Лита, и у нее такое же вороново перо – знак хулиганской власти! Журиг аж рот открыл,