Текст книги "Линкоры Британской империи. Часть 2. Время проб и ошибок"

Автор книги: Оскар Паркс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 11 страниц)

В оконечностях толщина плоской средней палубы, перекрывающей бортовой пояс, составляла 64 мм. В проекте "Девастейшна" ниже пояса предусматривались носовой и кормовой поперечные броневые траверзы, защищавшие погреба от продольных попаданий, на "Дредноуте" же роль носового траверза выполнял поперечный отсек цепного якорного каната, в то время как кормовой траверз сохранили.

Механическая установка

Получив задание на переработку проекта, Уайт настоял на оснащении будущего "Дредноута" паровыми машинами-компаунд, которые стали нововведением исключительной важности. С конца 60-х гг. Совет провёл серию опытов с механическими установками двойного расширения пара на корветах классов "Аметист" и "Тетис", причём для его получения использовались как коробчатые котлы низкого давления, так и цилиндрические котлы высокого давления. Успех последних вскоре привёл к тому, что котлы этого типа приняли для установки на "Дредноут" и "Александру", которая сошла на воду через месяц. Новые машины требовали вдвое большего давления пара сравнительно с прежними машинами разового расширения, и частные неудачи первых установок-компаунд на боевых и торговых кораблях происходили только вследствие недостаточной мощности котлов, что на длительное время задержало их массовое применение. Заказ для "Дредноута" двух комплектов механизмов нового типа мощностью по 4000 л.с. стал поэтому большим шагом вперед. Вертикальное расположение цилиндров в них, вместо горизонтального, как прежде, привело к отмене одного из незыблемых тогда принципов проектирования, который гласил, что механическая установка винтового корабля должна помещаться ниже поясной защиты. Теперь было решено, что машины-компаунд будут устанавливаться только на броненосных кораблях, где защита простирается настолько высоко, что всегда сможет защитить верхнюю часть цилиндров – это правило на долгое время лишило неброненосные корабли всех выгод экономического хода.

"Дредноут" стал первым линейным кораблём, спроектированным под машины-компаунд, с тех пор как двойные цилиндры Уолффа были установлены на маленьком "Палласе", и каждый из двух его винтов приводился в действие вертикальной инвертной машиной с цилиндром высокого давления диаметром 1676 мм, из которого пар поступал в два цилиндром низкого давления диаметром по 2286 мм. Вспомогательные механизмы на этот раз применялись более широко и были представлены двигателями для вентиляторов, пожарных насосов, рулевых машин, приводов поворота башен, шпилей и т.п., общим числом 29.

"Дредноут" примечателен ещё тем, что он стал первым кораблём с продольной переборкой, разделяющей пополам машинные и котельные отделения, которая проходила по всему кораблю не доходя лишь 12 м до носа и кормы. Это позволило расположить котлы вдоль переборки тыльными сторонами друг к другу, а не рабочими, как прежде, когда кочегары приходилось сновать между двумя топками – и перед, и за ними. Помимо этого, дополнительная поперечная переборка разделяла всю группу котлов практически поровну – на два носовых котельных отделения протяжённостью 12,8 м и два кормовых по 12,2 м.

После изучения опыта эксплуатации механической установки находящегося на Средиземном море "Девастейшна", "Дредноут" был оборудован искусственной вентиляцией, и то, что он стал первым кораблём, имеющим её, было снискало ему шумную известность.

Мореходные качества

Высота надводного борта в носу составляла 3,3 м, в корме 3 м, и вследствие того, что палуба бруствера продолжалась в нос до самого форштевня, якорные канаты выбирались под этот импровизированный полубак (как на старом "Ройал Соверене"), а не на него.

На волне "Дредноут" оказался весьма жёстким, бортовая качка была меньше, чем у обоих его собратьев, но обнаружилась склонность к килевой качке. При движении вдоль ветра в шторм встречная или попутная волна могла пройти по верхней палубе из конца в конец, и хотя он имел гораздо лучший ход, чем "Девастейшн", но определённо был более "мокрым" кораблем, хотя меньше страдал от попутной волны, которую на "Девастейшне" улавливал его знаменитый "карман" позади бруствера, называемый поэтому "неудобный тупик".

Общие замечания

Часто упоминаемый как "идеальный линкор морского офицера", он, конечно, соответствовал этому только отчасти, но как-то умудрялся поддерживать репутацию самого защищенного корабля во флоте даже долгое время после того, как его когда-то непробиваемая броня осталась лишь "коркой пирога". Широкие и плоские с боков дымовые трубы хорошо подчёркивали его достоинство, однако корабль не выиграл, когда в 1908 г. их удлинили. "Дредноут" так и не получил длинноствольные казнозарядные 10" орудия, которыми были перевооружены оба его собрата, и которые могли помочь ему спасти лицо на третьем десятке лет. В любом случае он оказался очень удачным кораблем, и когда через 10 лет появился проект "Трафальгара", его первые чертежи являли практически облик "Дредноута". Он выпадает их длинного ряда линкоров, построенных в эру Барнаби, который никогда не был мишенью для критики и считался пригодным для активной службы в течение 25 лет после того, как покинул свою верфь в Пембруке.

«Дредноут»

Введён в строй в 1877 г. для испытаний после 7-летнего периода строительства в Пембруке. Оснащён торпедным вооружением и выведен в резерв в Портсмуте до 1884 г. Убыл на Средиземное море 14 октября 1884 г., где оставался 10 лет, и после возвращения в сентябре 1894 г. разоружён в Чатеме для ремонта. С марта 1895 г. по март 1897 г. состоял кораблём береговой обороны в Бэнтри. Прошёл большой ремонт в Чатеме, в течение которого получил новые котлы, дополнительные скорострельные пушки, была увеличены высота дымовых труб и т.п. Участвовал в маневрах 1901 и 1902 гг. в качестве линкора 2-го класса. В июле 1902 г. присоединён к "Дефианс" в Девонпорте в качестве тендера и во время учений использовался как плавбаза миноносцев. В 1905 г. выведен в Портовый резерв и отбуксирован из Хамоазе в Кайл-оф-Байт. Продан в июле 1908 г. за 23000 ф.ст.

«Дредноут» после большого ремонта 1897 г.

Глава 34. Корабли береговой обороны, 1870 г.

Ко времени закладки «Фьюри» полным ходом шла достройка четырёх броненосцев береговой обороны. Поскольку они выделялись как самые неудачные изо всех броненосцев, которые когда-либо поднимали белый британский военно-морской флаг, причины их постройки лучше всего объясняет цитата из Спенсера Робинсона:

"Во время паники 1870 г., когда для нашей страны существовала угроза быть втянутой в войну, а для наших портов – подвергнуться вражеским атакам, Совету пришлось заниматься вопросом о местной обороне берегов от любых типов кораблей (более или менее сильно вооружённых), которые могли осуществить попытки разрушения крупных торгово-промышленных центров на нашем побережье. Никакие тяжело бронированные глубокосидящие военные корабли не могли близко подойти даже к самым беззащитным из этих гаваней. Серьёзная атака была осуществима [только] лёгкими судами – скорее всего общей группой из броненосных и неброненосных кораблей… и легко увидеть, что превосходство по всем параметрам остаётся за классом кораблей, принятым Адмиралтейством как часть системы береговой обороны". Для проведения в жизнь этой несерьёзной оборонительной политики Совет принял решение обеспечивать безопасность берегов посредством четырёх мониторов "защиты гаваней", а исходя из соображений как экономии, так и целесообразности, в качестве наиболее подходящего для чрезвычайной программы выбрали проект "Церберуса", слегка его модифицировав.

Всю четвёрку спустили на воду очень скоро ("Циклоп" соскользнул в Темзу через 10 месяцев после закладки), однако когда непосредственная нужда в них ослабла, постройка замедлилась, и только по прошествии нескольких лет они вошли в строй, хотя номинально были сданы подрядчиками и приняты в состав флота в 1872 г.

«Циклоп». Общий вид и схема распределения бронирования

В качестве боевых кораблей они вызывали насмешки всего флота и один из членов Совета, стоявших ранее у истоков их создания, позднее писал в «Тайме»: «Отделу главного строителя было дано распоряжение построить корабли, которые могли с лёгкостью перевернуться в открытом море, которые не могли плавать на мелководье, не могли перейти из порта в порт кроме как после тщательного изучения барометра, но могли легко отправиться на дно во время шторма, а также вследствие целого ряда прочих причин, и которые получили в итоге минимальную наступательную мощь при максимальной оборонительной. Эту задачу отдел главного строителя решил очень верно и с большим умом, дав нам корабли „береговой обороны“, которые не могут защитить наших берегов… что же тогда вообще означает корабль „береговой обороны“?» Хотя и построенные по проекту, разработанному специально для корабля защиты гаваней, они были отнесены к «кораблям береговой обороны», способным прибыть в любую точку побережья – туда и тогда, где требовалось их присутствие, и в этом качестве способных безопасно выйти в море. До окончания их постройки Комитет по проектам, исследуя разнообразие и различия кораблей того периода, единогласно заявил, что «без использования определенной надстройки вдоль бортов этих кораблей на значительной части длины корпуса они с безопасностью могут перейти из порта в порт только в хорошую погоду», и рекомендовал для этого расширить бруствер до бортов и перекрыть его палубой, в качестве меры как для улучшения остойчивости, так и создания лучших условий для экипажа.

Отдел главного строителя уже предлагал подобное расширение бруствера в качестве меры предосторожности, поскольку имевшиеся данные для расчёта остойчивости низкобортных кораблей в открытом море пока не получили практического подтверждения. Однако по той причине, что любые конструктивные изменения решались только Советом, который вполне устраивало уже существующее положение, они были достроены в соответствии с первоначальным проектом, и предписанные изменения последовали только в 1886-1889 гг. Добавленная надстройка, где расположились помещения командира, дополнительные кубрики для команды, каюта-читальня, лазарет и т.д., сделала корабли более остойчивыми, а их обитаемость – значительно лучшей.

Вооружение

Если на "Руперте" отношение веса вооружения к водоизмещению было самым низким из всех кораблей береговой обороны, то корабли класса "Циклоп" являли собой противоположную крайность, поскольку на каждую тонну их вооружения приходилось лишь 48 т водоизмещения. Четыре 10" 18-тонных орудия устанавливались на станках Скотта смешанной конструкции на бортовом штыре, оснащались гидроприводами вместо рычагов и были гораздо более эффективными в отношении наводки и обслуживания, чем любые из более ранних на флоте. Во время модернизации на навесной палубе установили противоминную батарею из четырёх 47мм орудий и пяти картечниц, а также два прожектора.

Бронирование

Надводный борт полностью защищался броней, общий вес которой в составе нагрузки был так же высок, как и доля вооружения, и примерно равнялся таковому "Глаттона", где он составлял треть водоизмещения. Однако неся по две башни и бруствер больших размеров, "циклопы" имели и сравнительно более значительную площадь, которую следовало защитить бронёй, а наибольшей толщины на них достигали лобовые плиты башен – 254 мм. Но, поскольку не предполагалось, что они могут встретить на мелководье ничего более серьёзного, чем лёгкие корабли, подобный уровень бронирования расценивался как вполне достаточный.

Пояс по ватерлинии имел толщину 203 мм в середине и утончался до 152 мм к оконечностям, таран бортовой бронёй не подкреплялся. Высота бруствера над ватерлинией составляла 2,97 м, он бронировался 229мм плитами с бортов и 203мм на скруглениях со стороны оконечностей, где устанавливалось по орудийной башне, защищенной 229мм бронёй (254 мм в лобовой части). И верхняя палуба,' и палуба бруствера имели толщину 38 мм, обшивка – толщину 25-32 мм.

Оснастка

Как реликвию исходного проекта "Церберуса", "Циклоп" и "Геката" сохранили небольшую мачту-стойку в носу перед башней, несколько слева от неё, которая использовалась в качестве опоры для оттяжек шлюпочного выстрела. "Горгона" и "Гидра" имели только грот-мачту.

Мореходные качества

Как и можно было ожидать, эти корабли не принимали большого участия в жизни флота, и год за годом крутились на своих якорных стоянках в акваториях верфей. В апреле 1878 г. их не распределили между портами, а присоединили к Эскадре специальной службы сэра Купера Ки, собранной на рейде Портленда, и остававшейся там в течение четырёх месяцев в период напряжённости, связанной с русско-турецкой войной. В 1887 г. все четыре корабля снарядили для маневров и они совершили морские переходы, "Горгона" выдержала шторм у Куинстауна и, по мнению адмирала Бэлларда, оказалась "не так плоха, как торпедная канонерская лодка, но много рыскала на курсе". Хотя их обитаемость оставляла желать много лучшего, экипажами они расценивались как вполне надёжные корабли. После расширения бруствера ситуация значительно улучшилась, но в море они оказались подвержены тем же неудобствам, что и "Девастейшн", поскольку получили на юте такие же "кормовые мешки" (полукруглые в плане палубные каютные надстройки). Угол наибольшей остойчивости равнялся 25°, угол опрокидывания составлял 39°15

Модернизация

Все четыре корабля вывели из строя для модернизации между 1885 ("Геката") и 1889 г., во время которой их оборудовали дополнительными надстройками вокруг бруствера, а палубы бруствера и верхняя получили дополнительные подкрепления. В носу добавилась водонепроницаемая переборка и дополнительная платформа, появился фальшкиль. Поскольку на навесной палубе появились скорострельные орудия, её пришлось несколько расширить.

Броненосцы береговой обороны класса «Циклоп»

Строитель

Заложен

Спущен на воду

Введён в строй

Стоимость

«Циклоп»

"Тэмс Айрон Уоркс"

10.09.1870

18.07.1871

4.05.1877

156782 ф.ст.

«Горгона»

"Палмерс"

5.09.1870

14.10.1871

19.03.1874

141254 ф.ст.

«Геката»

"Даджен"

5.09.1870

30.09.1871

24.05.1877

143310 ф.ст.

«Гидра»

"Нэпир"

5.09.1870

28.12.1871

31.05.1876

194334 ф.ст.

Размерения, м

68,6 х 13,72x4,94

Водоизмещение, т

3480 (после модернизации 3560), корпус и броня 2730, оборудование 750

Вооружение

4 10" 18-тонных дульнозарядных нарезных (вес бортового залпа 744 кг)

Броня, мм

пояс 152-203, бруствер 178-229, башни 229-254, боевая рубка 203-229, палуба 38, обшивка 25-32, подкладка 230-280 (тик) (общий вес бронирования 1130 т)

Механизмы

"Циклоп", "Гидра": 2 комплекта компаунд ("Джон Элдер"), 2 цилиндра высокого давления (диаметр 787 мм), 2 цилиндра низкого давления (диаметр 1448 мм), ход поршня 686 мм, "Циклоп": индикаторная мощность 1660 л.с, 11 уз, "Гидра": индикаторная мощность 1472 л.с, 11,2 уз,

"Геката", "Горгона": 2 комплекта горизонтальных 4-цилиндровых простого расширения, прямого действия ("Равенхилл"), диаметр цилиндра 1143 мм, ход поршня 610 мм, "Горгона": индикаторная мощность 1670 л.с, 11 уз, "Геката": индикаторная мощность 1755 л.с, 10,9 уз,

Запас топлива, т

270(уголь)

Экипаж, чел.

156 (после модернизации 191)

«Циклоп»

Прибуксирован для достройки в Девонпорт в январе 1872 г. и помещён до готовности в апреле 1877 г. в 1 -ю дивизию Резерва, затем придан Эскадре специальной службы (апрель-август 1878 г.), после чего выведен в резерв в Чатеме. Модернизация в 1887-1889 гг. в Портсмуте: надстройки вдоль бортов, сетевая защита, скорострельные орудия. Участвовал в маневрах в 1887, 1889, 1890 и 1892 гг., затем переведён в состав Резервного флота. В 1901 г. исключён из списков активного флота.

«Горгона»

Прибуксирована в апреле 1872 г. и помещена в резерв в Девонпорте. Служила в качестве тендера "Кембриджа" в период с 1874 по 1877 г., после чего введена в строй для Эскадры специальной службы на период апреля-августа 1878 г. С 1878 г. снова тендер "Кембриджа". Модернизация в 1888-1889 гг., участвовала в маневрах 1887, 1889, 1890 и 1892 гг. После этого в составе Резервного флота в Девонпорте до исключения из списков в 1901 г.

«Геката»

Пришла в Девонпорт в апреле 1872 г. и достраивалась до 1877 г. Введена в строй для Эскадры специальной службы в апреле 1878 г., в августе 1878 г. выведена в резерв в Девонпорте. Модернизация в 1885-1886 гг., участвовала в маневрах 1887, 1889, 1890 и 1892 гг., затем в составе Резервного флота в Девонпорте до исключения из списков в 1901 г.

«Геката» в 1878 г.

«Гидра»

Пришла в Девонпорт в августе 1872 г. и неспешно достраивалась до 1877 г. В апреле 1878 г. введена в строй для Эскадры специальной службы, в августе 1878 г. выведена в резерв в Ширнессе. Служила тендером "Дункана", на зиму становилась в док. Модернизация в 1888-1889 гг., участвовала в маневрах 1887, 1889,1890 и 1892 гг. Находилась в Резервном флоте в Чатеме до исключения из списков 1901 г.

«Гидра» после вступления в строй

Броненосец «Гидра»

Все четыре корабля проданы на слом в 1903 г. по 8400 ф.ст. за каждый.

Глава 35. «Александра» (б."Сюпёрб")

Строитель

Заложена

Спущена на воду

Введена в строй

Стоимость

Чатем

5.03.1873

7.04.1875

31.01.1877

538293 ф.ст.

Размерения, м

99,1 х 19,45x7,93/8,08

Водоизмещение, т

9490 (корпус и броня 6160, оборудование 3330)

Вооружение

После вступления в строй: 2 11" дульнозарядных и 10 10" дульнозарядных нарезных, 6 20-фунт. казнозарядных (общий вес бортового залпа 1206 кг),

После перевооружения в 1891 г.: 4 9,2" казнозарядных, 8 10" дульнозарядных, 6 102 мм казнозарядных,

После перевооружения в 1897 г.: 4 9,2" казнозарядных, 8 10" дульнозарядных, 6 120 мм скорострельных,

Броня, мм

Пояс 152-203-254-305, траверзы 127-152-178-203, палубы 25-38, обшивка 38, подкладка 250-300 (тик), (общий вес брони 2060 т)

Механизмы

Два комплекта вертикальных инвертных компаунд ("Хамфрейз"), 1 цилиндр высокого давления (диаметр 1778 мм), 2 цилиндра низкого давления (диаметр 2286 мм), индикаторная мощность 8610 л.с, 15,1 уз, 12 котлов (давление 4,2 атм), два винта Мангина диаметром 6400 мм,

Запас топлива, т

500/680

Площадь парусов, м2

2508

Экипаж, чел.

674

«Александра» стала одним из двух последних броненосцев с центральной батареей, спроектированных в Уайт-холле, последним с орудиями главного калибра в палубных установках, оказалась при этом наиболее удачным изо всех батарейных кораблей, а для своего времени отличалась и самым лучшим ходом. Помимо этого, на «Александре» впервые осознанно пошли на ослабление бортового залпа для увеличения силы продольного огня. Интересной особенностью было также то, что она стала единственным британским линкором с орудийными портами по бортам, через которые также можно было вести и огонь по оконечностям. Любопытно, что весь период службы «Александра» прошла флагманским кораблём. Один из отчётов Комитета по проектам содержит следующее мнение:

"Весьма неохотно большинство наших членов пришли к мнению о нежелательности полной оснастки для броненосных кораблей. Мы с сомнением относимся к тому, что является, по мнению большинства из нас, заведомо обречённой на провал попыткой объединения в одном корабле наивысшего уровня как его наступательной, так и оборонительной мощи вкупе с надлежащей эффективностью плавания под парусами, и вынуждены признать решение этой весьма важной задачи неразрешимой". Тем не менее, когда Совет собрался для определения концепции линейного корабля 1873 г., то меньшинство, ранее возражавшее против этого здравого суждения, объединившись с милордами Адмиралтейства, оказалось достаточно влиятельным, чтобы повернуть вспять к рангоутным батарейным броненосцам, и в качестве такового "Сюпёрб" – впоследствии известный как "Александра" – был заложен за месяц до того, как "Девастейшн" начал испытания.

«Александра». Общий вид в 1877 г.

Имя корабля изменили на «Александра» во время его спуска в Медуэй в прилив 7 апреля 1875 г., причём крёстной матерью стала принцесса Уэльская (впоследствии королева Александра), а вся церемония происходила в присутствии принца Уэльского, герцога и герцогини Эдинбургских, герцога Кембриджского, герцога и герцогини Текских, полного состава Совета Адмиралтейства, большинства министров Кабинета и более ста членов Парламента.14 «Александра» стала первым кораблём, спущенным на воду членом королевской фамилии, и первым со времен Реформации, рождение которого сопровождалось религиозной службой, которую проводил архиепископ Кентерберийский.

Этот корабль стал концом длинной цепи поступательных шагов в развитии броненосца с бортовой батареей, и, как это обычно случается, когда близкий к совершенству корабль вступает в состав флота, он с точки зрения изменившихся тактических стандартов в сущности устарел уже в тот момент, когда поднял вымпел. Однако "Александра" выделялась среди кораблей как королева – флагман Средиземноморского флота во всё время её активной службы, флагман Резервного флота до последнего своего плавания, возглавлявший на маневрах 1900 г. кильватерную колонну флота "Б", а в последний раз её орудия гремели на морском параде в честь коронации в 1902 г.

«Александра»

Несомненно, он оказался странной иронией процесса эволюции линкора, и Барнаби, явно предпочитавший башенные корабли, так расположил его артиллерию, что это позволяло максимально сосредотачивать огонь по оконечностям, что вызвало шумное одобрение и современников, и последующих критиков. В своё время Рид внезапно прекратил использовать порты-ниши и спонсоны и был абсолютно удовлетворён «Одейшесом» и «Султаном». Однако в 1869 г. главный конструктор австрийского флота Дж.Ромако спроектировал «Кустоццу», у которой большинство бортовых орудий [шесть из восьми 26см/22 Круппа. – Ред.] имели также прямой огонь по носу или корме. Они устанавливались на двух уровнях в «носовой батарее», наружный борт от которой к форштевню срезался перпендикулярно ватерлинии, а палуба от верхнего яруса к корме нисходила под углом, так что четыре орудия могли вести огонь в нос, а два под углом 56° за траверз в корму.

Барнаби использовал подобную же двухъярусную батарею, однако вследствие того, что британские артиллеристы не допускали мысли о расположении тяжёлых орудий одно поверх другого, нижнюю батарею отнесли к носу на 7,5 м, так что в каждом борту получилось по два выступа – самых резких, рубленых и бескомпромиссных препятствия изо всех, когда-либо воздвигнутых на пути волн вдоль борта корабля.

Если бы подобная схема приглянулась французским конструкторам, несложно представить себе их трактовку формы торцов батареи – всемерное скругление бортов, позволяющее волнам более плавно омывать их изогнутые участки, в результате чего вода гораздо быстрее сбегала бы обратно в море, нежели с почти плоских срезов, заканчивающихся отвесными стенами. В случае же с "Александрой", как только она разворачивалась в неспокойном море против волны, действие её орудий становилось более чем проблематичным.

Нечего говорить, что продольный огонь не допускался и в ходе учебных стрельб, поскольку неизбежные в этом случае повреждения борта были недопустимы в мирное время. Даже самые незначительные из них требовали ремонта и, соответственно, затрат на него, поэтому упражнения в стрельбе из орудий строго ограничивались теми углами их горизонтальной наводки, которые позволяли полностью избежать какого-либо вреда для корабля.

То, что проект "Александры" был совершенно неверен, никого не заботило многие годы – тактика того периода отдавала предпочтение строю фронта, и считалось, что корабль должен быть готов сражаться с противником впереди или позади себя, иначе он рисковал попасть под его таранный удар. Однако строй фронта можно было использовать лишь против аналогичного построения противника, в случае же, если он сам не располагал свои суда таким же образом, не было никакой возможности принудить его сражаться на контр-курсах. В любом случае, подобное столкновение очень скоро должно было превратился в линейный бой – на курсах, близких к параллельным.

Хотя и почти такой же длины, как и "Султан" (99,1 м), "Александра" была шире него на 1,2 м и держалась на ровном киле (корабль Рида имел дифферент на корму около 0,9 м), а также отличалась несколько большей высотой надводного борта.

Придумывая, как лучше обеспечить продольный огонь, Барнаби пришлось сильно стеснить компоновку корабля, поскольку борта перед и за его центральной батареей были смещены к диаметральной плоскости настолько, что ширина верхней палубы нигде не превышала 11,6 м, т.е. практически равнялась аналогичной характеристике корвета. Орудие нижнего уровня батареи также имело амбразуру, так что вертикальный срез борта, начинавшийся у верхней палубы, заканчивался лишь в 1,8 м от ватерлинии – в итоге подобное решение сильно сокращало пространство, где располагались помещения команды. В кормовой же части батареи возможность вести продольный огонь была обеспечена только для орудий верхнего яруса ввиду того, что вопрос подобного же решения для орудий внизу столкнулся с большими трудностями конструктивного характера и дополнительно сокращал площадь жилых отсеков. В итоге "офицерская половина" корабля оказалась очень просторной.

Помимо того, что верхняя палуба стеснялась с бортов, она также ограничивалась и по длине, так как "Александра" имела возвышенный полубак и закрытый полуют. Помимо этого, центральный каземат также перегораживал шкафут по всей ширине и разделял палубу надвое, а с бортов она ограничивалась фальшбортом высотой 2 м. Из этих двух участок от полубака до каземата имел длину 26 м, а участок между казематом и полуютом – длину всего 15,2 м и служил шканцами.

Управление кораблём осуществлялось из штурманской рубки и с мостика поперёк шканцев, но имелся также ещё один мостик меньших размеров между трубами – он был впоследствии существенно расширен. Продольный переходной мостик соединял крышу верхней батареи с полубаком.

Корабль имел необычайно просторные помещения – верхняя батарея имела высоту 3,2 м, нижняя – 2,6 м, высота межпалубного пространства по главной палубе составляла 2,7 м в носовой половине и 3,2 м в кормовой. Помещения команды в носу имели высоту 3,5 м, хорошо вентилировались и освещались, однако их общая площадь, вследствие сужения надводной части корпуса из-за срезов, составляла лишь 19,8x12,2 м, что нельзя было назвать просторным для 350 нижних чинов. Величина межпалубного пространства на нижней палубе составляла 2,1 м по всей её длине. Офицерская кают-компания, кают-компания младших офицеров и кают-компания механиков, а также большинство их кают располагались за казематом на средней палубе, в то время как каюты старших офицеров и помещения адмирала находились в корме под полуютом.

Вооружение

Первоначально предполагалось, что вооружение корабля будет состоять из 12 10" 18-тонных орудий, однако в 1876 г. в качестве передней пары верхнего яруса каземата решили установить два 11" 25-тонных орудия, их порты отстояли от ватерлинии на 5,2 м. Эти артиллерийские системы были специально сконструированы и изготовлены для "Александры" и "Темерера", и состояли на вооружении только этих тяжёлых кораблей. Благодаря установкам кэптена Скотта, эти последние корабли с бортовым расположением артиллерии получили орудия, которые всего за несколько лет до этого считалось возможным устанавливать только в башнях.

Первое время, пока способность корабля с центральной батареей к ведению продольного огня считалась качеством первостепенной важности, его 11" орудия размещались в передних углах, а их сектора обстрела простирались в пределах от прямо по носу до чуть за траверз. Они вели огонь 246кг снарядами при заряде крупнозернистого пороха в 38,6 кг, начальная скорость снаряда составляла при этом 402 м/сек, дальность стрельбы достигала 50 кб. С хорошо обученными расчётами была зафиксирована скорострельность до одного выстрела в полторы минуты. Кормовые орудия имели калибр 10", их угол наводки в корму составлял 85° от траверза. Вес снаряда равнялся 184 кг, заряда 32 кг, начальная скорость 420 м/сек. Скорострельность с тренированными расчётами составляла один выстрелов за минуту с небольшим (65 секунд), но на практике скорость ведения прицельного огня была несколько ниже – один выстрел за 75 секунд.

Нижняя батарея разделялась броневой переборкой на два отсека, причем больший из них, отнесённый к корме, в плане точно копировал очертание верхней батареи, но имел по три орудийных бортовых порта для 10" орудий, в то время как в передних углах носового, меньшего отсека, были прорезаны порты для 10" орудий с секторами обстрела от прямо по носу до 7° за траверз. В реальности же стрельба прямо по оконечностям вызывала значительные повреждения конструкций корпуса корабля.

Для производства салютов на крыше каземата стояли шесть 20-фунтовых пушек Армстронга, в 1884 г. их заменили 102мм казнозарядными орудиями на станках Вавассера (вес снаряда 11,3 кг). Тогда же на верхних надстройках установили 10 25мм пушек Норденфельта (вес снаряда 0,45 кг) для отражения миноносцев.

В 1889 г., после 12 лет непрерывной службы "за проливами" [т.е. за Гибралтарским проливом, в составе Средиземноморской эскадры. – Ред.} корабль был выведен из строя для частичного перевооружения, во время которого прежние орудия в верхней батарее заменили четырьмя 9,2" казнозарядными артиллерийскими системами. Они вели огонь снарядами весом лишь 172,5 кг, но обладали вдвое более высокой скорострельностью и вдвое большей дальностью, чем их дульнозарядные предшественники. Пушки Норденфельта также заменили 6 57мм и 12 47мм орудиями; 102мм орудия сохранились до 1897 г., после чего их заменили на 120мм скорострельные пушки. Самые модные новинки – торпеды Уайтхеда и прожектора – "Александра" первой из линкоров принесла на Средиземное море. Она имела 12 торпед калибра 16" (406 мм) с зарядом 27 кг, скоростью 8 уз и дальностью хода порядка 3,5 кб. Их пуск производился посредством сжатого воздуха по решётчатым направляющим через отдельные порты – два на средней палубе в самом носу и два за батареей. Вскоре после ввода корабля в строй эти весьма ненадежные снаряды заменили на 14" (356мм) торпеды "модель П" (Мк II) с зарядом лишь 15,4 кг, но дальностью действия 550 м при скорости 19 уз, причём их пуск осуществлялся уже посредством аппаратов в виде труб. Наконец, "Александра", как и большинство линейных кораблей того времени, несла и 12 якорных мин заграждения (заряд 227 кг), приводившихся в действие посредством электричества.

Бронирование

В отношении бронирования "Александра" наименее пострадала от тех требований, которые предъявлялись к кораблям подобного типа, и можно даже утверждать, что после трёх больших башенных броненосцев она была самым защищенным кораблём на флоте. Полный пояс по ватерлинии высотой 3,2 м имел в середине корпуса толщину 305 мм (у нижней кромки 254 мм) и у оконечностей 152 мм. Нижняя батарея бронировалась с бортов 305мм плитами, с траверзов – 203мм, но для верхней батареи с самыми тяжёлыми орудиями оказалось возможным применить броню не толще 203 мм. Вплоть до модернизации 1890 г. корабль не имел боевой рубки, и функции управления им в бою осуществлялись из верхней батареи. На расстоянии около 20 м от кормы корпус перегораживался броневым поперечным траверзом в 125 мм, прикрывавшим находящиеся ниже ватерлинии артиллерийские погреба от продольных попаданий с кормовых курсовых углов.