355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Ольга Яновская » Милость богов » Текст книги (страница 2)
Милость богов
  • Текст добавлен: 6 сентября 2016, 23:56

Текст книги "Милость богов"


Автор книги: Ольга Яновская



сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

Высокие створчатые ворота из старого потемневшего дерева скрепляются полосами добротно начищенного металла, тускло отсвечивающего в лунном свете. У самых ворот, пригибаясь к земле, словно почуявший добычу охотник, клубится чёрный туман.

Тук-тук... тук-тук-тук...

Створки ворот дёрнулись, издав пронзительный скрип, но не сдвинулись с места.

Тук-тук... тук-тук-тук...

Странная барабанная дробь несется со стороны храма. Марк зачарованно внимает грубым звукам, в которых с отстранённым удивлением различает мелодию. Нет, не так. Не мелодию – ЗОВ! Ноги сами несут навстречу пленительной музыке, и он поспешает, что есть сил.

Громада храма надвигается, занимает почти всё небо. И лишь когда до ворот остается не больше десятка шагов, из ниши, скрытой мраком, выступает существо. Наёмник замирает, не зная, как поступить.

Плотная фигура похожа на человеческую. Хотя, присмотревшись, воин понимает, что немного ошибся. Ноги, обтянутые штанами с широким металлическим ремнём, напоминают скорее лапы гориллы. Руки явно длиннее человеческих и оканчиваются толстыми пальцами с когтями. Причём пальцев всего три. Лысую голову украшают два изогнутых рога. Мордой существо схоже с летучей мышью. Такой же курносый нос, немного выдвинутая вперёд челюсть с выступающими клыками. В миндалевидных глазах тлеют алые угольки. Широкую грудь и плечи покрывает густая темная шерсть.

За спиной существа с шорохом расправляются большие перепончатые крылья.

«Кто это? Опасно ли? – В голове всплывает ответ, будто кто-то нашёптывает Марку слова: – Горгулья. Она охраняет вход в храм».

– Назовись, человече, – раздался скрипучий голос. Казалось, горгулья с трудом произносит слова, очень уж это непривычное для неё дело.

– Меня по-разному кличут, – говорит Марк, осторожно подбирая слова. Кто знает, что взбредёт в голову этому существу? – Зови меня наёмником. А тебя как называют?

– Сай. Я Сай. Я хранитель входа в храм. Зачем ты здесь, человече? Твоё время ещё не пришло.

– Моё время?

– Убирайся!

От вопля Сая, казалось, вздрогнула земля. Почва под ногами зашаталась, вздыбилась, сбивая воина с ног...

Наёмник вскрикнул от неожиданно болезненного удара и открыл глаза. Рядом с кроватью стоял высокий человек, его фигуру скрывал тяжёлый чёрный плащ, скрепленный у горла маленькой застежкой. Она испускала слабый свет, но этого было вполне достаточно, чтобы увидеть изображение паука. Знак ордена, родственного наёмникам. Правда, братья ордена паука не охраняли, а убивали. Тихо и бесшумно.

Наёмник попытался встать, но не смог пошевелить и пальцем. Только застонал от бессилия.

– Кто тебя послал ко мне? – прошептал Марк, губы едва его слушались.

Плащ всколыхнулся, и убийца вынул маленькую трубочку. Худое изможденное лицо ночного гостя дрогнуло, он растянул губы в улыбке, а в глазах вспыхнуло радостное предвкушение, как у человека, получившего долгожданный подарок. Чпок! Убийца стал откупоривать трубочку и осторожно потянул за пробку. Марк увидел тонкое лезвие, с его кончика сорвалась тяжелая вязкая капля и, упав около сапога незнакомца, лениво растеклась тёмным пятном.

Наёмник проводил её полёт тоскливым взглядом, он знал, что братья ордена паука обездвиживают жертву каким-то снадобьем, чтобы не торопясь убить. Секрет приготовления этого средства они хранили в строгом секрете. У них, как слышал Марк, есть специальные люди, которые готовят его.

Но как же воин мог не услышать, не почувствовать врага?!

– Ай, какой я стал неаккуратный, – ночной гость покачал головой. – Но ты не серчай. – Он склонился над наёмником. – Вот, мы только чуть-чуть кольнём в шейку, и ты отправишься к богам, парень. Не скажу, что это приятная смерть, но ты ведь мог погибнуть куда страшнее.

– За что? – прохрипел Марк, ему всё сложнее было говорить. Убийца склонился к губам, силясь разобрать слова.

– Ты не расстраивайся. Взгляни на это с другой стороны. Вот не умрёшь ты сегодня. И что ждёт тебя впереди? Тяжкие испытания, вот что. А я спасаю тебя.

– Что?..

Краем глаза Марк заметил метнувшуюся тень. Убийца вздрогнул и, удивленно округлив глаза, тяжело осел на пол. Наёмник смог разглядеть рукоять ножа, торчащего у того в спине. Трубочка с ядом выпала из руки, прокатилась по полу и остановилась около сапог Русака.

– Терпеть не могу, когда они издеваются, прежде чем убить. Гляди-ка, а это кто?

По плащу убийцы медленно карабкался паук. Та самая застежка. Существо по-прежнему светилось, но теперь выглядело вполне живым. Тонкие волосатые лапки уверенно цеплялись за тяжёлую ткань. Паук время от времени останавливался, обнажая острые жвалы.

Русак осторожно взял полу плаща и с силой встряхнул. Паук, перекувыркнувшись в воздухе, шлёпнулся на спину рядом с лужей яда. Русак метнулся к стене, схватил табурет и обрушил его на существо. Снова и снова.

Тяжело дыша, он отбросил табурет, смачно плюнул на размытое пятно, состоящее из вытекшего яда и размазанного паука.

– Вот так нужно поступать, если хочешь убить, – пробурчал он. – А не тянуть кабана за... хвост.

Он осторожно переступил через пятно и подошёл к Марку. Пальцы ловко заскользили по затылку и плечам, аккуратно находя нужные точки. Воин изредка вздрагивал от особенно болезненного касания.

– Что же это ты, хозяин, дверь кому ни попадя открываешь, – пожурил Русак наёмника. – Вставай, хватит лежать.

Марк потянулся, чувствуя силу и власть над телом.

– А ты действительно целитель, – сказал он, помахал руками, сжал и разжал кулаки. – Спасибо. Считай, что вернул долг. Я тебя спас от смерти, и ты отплатил тем же.

– Нет, хозяин.

Русак подхватил под мышки убийцу, оттащил к двери и бросил там, при этом он провез его по разлившемуся яду.

– Моя участь могла быть намного страшнее вашей. Яд – что? Раз и нет. А рокты любят помучить жертву. Долго. Ты не серчай, но не вернул я долга.

– Послушай, мне не нужен слуга. Я иду в храм Мары, и скорее всего никогда не вернусь, так что тебе лучше держаться подальше.

– Что ж, слуга тебе не нужен. – Русак поскреб пятернёй затылок. – А друг?

Марк удивленно оглянулся.

– Ума лишился? У таких, как я, не бывает друзей – только хозяин.

– Так будет! – весело заявил парень, раскрывая объятия, но наёмник не поддержал его. Встретив злой взгляд, Русак вскис. – Слуга так слуга.

– Ты опять?!

– Да ладно, не сердись, хозяин. Жалко тебе, если я рядышком пойду? Я не много ем, не больше мышки. Краюхой хлеба сыт буду. Или хлеба нет?

Марк очень сомневался, что крепкому парню хватит такой малости, но дело-то не в этом!

– А скажи, добрый хозяин, чем ты расстроил наших восьмилапых братьев?

Наёмник не ответил. Убедившись, что тело послушно, как и прежде, он взял перевязь с оружием, застегнул, подхватил котомку и направился к двери.

– Хозяин! Стой! Я с тобой!

Русак и пискнуть не успел, когда Марк метнулся к нему, подсек ноги, и когда парень тяжело рухнул на пол, прижал коленом.

– Ты не идёшь со мной. – Палец воина уткнулся в нос целителя. – Я не нанимаю слуг, и у меня нет друзей и попутчиков. Тебе ясно?

– Ясно, – осторожно кивнул Русак.

– Если не послушаешься, привяжу здесь.

– Но, хозяин!.. Ладно, господин наёмник, это нечестно! Ты же не оставишь меня в комнате с трупом? Тем более, пол пропитался ядом. Я не доживу до утра! А если меня найдут в компании с этим... Меня повесят!

– Ничего. К тому времени ты все равно будешь мёртв.

Марк встал, поправил пояс и широким шагом вышел из комнаты, следом семенил Русак, стараясь как можно меньше шуметь. Удавалось это с трудом.

На ночных улицах не было ни души. Жители скрылись за крепкими дверями и ставнями и теперь до самого рассвета не покажут носа.

– Куда ты в ночь? – тихо поинтересовался Русак, дыша в затылок.

– Что ж ты привязался ко мне? – так же тихо спросил Марк, досадливо поглядывая на топающего следом парня.

– Я должен тебе. Помнишь, хозяин?

– Провались ты со своим долгом! Я прощаю. Ступай своей дорогой!

– Хорошо, хорошо, хозяин, – вздохнул Русак. – Только позволь до утра сопроводить тебя. Боязно мне. Мало ли какие твари шляются по ночам.

Наёмник покосился на парня, комкающего в руках куцую полу рубахи с самым трагическим видом.

Марк направился к причалу, там можно отыскать перевозчика даже ночью. Залив не такой широкий и бурный, чтобы опасаться ночных путешествий.

И нужно поторопиться убраться из города. Как он объяснит наличие трупа в своей комнате? Членам восьмилапого братства разрешалось отправлять к предкам людей, убийство же их самих каралось весьма строго самими же братьями. Как бы не пришлось остаток жизни прятаться!

Ночь, верная спутница воров и душегубов, а так же всякой нечисти властвовала над притихшими улицами. Марк почти дошёл до причала, уже слышался плеск волн, чувствовался соленый запах моря.

Он шагал, четко печатая шаг и досадливо скрежеща зубами. В голове вертелись вопросы, отвечать на которые он не хотел. Кто послал брата ордена убийц за его жизнью? Как мог проспать и не услышать появления чужака в комнате? Более того! Убийца должен был оцарапать его, чтобы отнять возможность двигаться и защищаться. Как наёмник не почувствовал этого?!

Марк злобно выругался сквозь зубы. Никогда прежде он не садился в такую лужу! Учитель говорил, что у каждого воина-наёмника есть свой предел сил, а дальше поджидает смерть. Что-то рановато наступил этот предел у него.

Что ж, если впереди только смерть – пускай. Но в эту минуту он жив, а значит должен продолжать сражаться.

– Хозяин...

Наёмник резко остановился, почуяв опасность. Потянул меч и неторопливо огляделся.

Котомка упала к ногам, и он ногой отпихнул её к Русаку. Та прокатилась по камням мостовой, подпрыгивая и позвякивая котелком, и замерла в трёх шагах от парня.

Из тёмного угла, образованного двумя заборами, появились три сутулые фигуры. Длинные плащи с шорохом распахнулись и распрямились за спиной широкими перепончатыми крыльями.

– Рокты, – сдавлено пискнул Русак и попятился.

Казалось, перед тёмными охотниками, опережая их, густым туманом растекается тошнотворный ужас.

Целитель испуганно икнул, отступил ещё на шаг, но нога предательски поскользнулась. Русак вскрикнул и упал. Марк даже не оглянулся, охотники стали расходиться в стороны, выставив перед собой руки с длинными тонкими пальцами, и наёмник приготовился отражать атаку, при этом он перемещался так, чтобы все три фигуры оставались в поле его зрения.

Мелькнула шальная мысль, что рокты раньше времени явились по его душу, не став дожидаться решения жриц.

Первой метнулась тварь, оказавшаяся посередине. Марк увернулся, снизу вверх рубанул мечом и попятился к забору: нельзя допустить, чтобы рокты зашли за спину.

Приземлившись на четвереньки, как собака, охотник заскулил и растянулся на земле, под ним расползалось тёмное пятно. Два оставшихся рокта замерли, раздалось шипение и перестук – так они переговаривались.

Наёмник рванулся вперёд и обрушил меч на правого, тот с воплем отпрыгнул, махнув крылом. Острый коготь, венчающий крыло, распорол куртку на плече и впился в кожу. Марк отшатнулся, зашипел, как вода на раскаленной сковороде, но не остановился. Вдогонку отступившему охотнику он метнул нож левой рукой, в тот же момент пригнулся и снизу вверх ударил мечом второго рокта.

Шипение и перестук поползли по улице, как густой туман. Со всех сторон, словно возникая из ниоткуда, появлялись рокты. Два, пять, восемь, десять. Больше!

Они плотной стеной окружили воина. Марк видел в свете луны, как головы двигаются из стороны в сторону. Острые носы втягивают прохладный ночной воздух, выискивая и выслеживая жертву, а слепые глаза не отрываются от места, где стоит он.

Томительно, неслышными шагам крадутся мгновения, растягиваются в годы. Марк сжимает обеими руками меч, но понимает, что при всём своём умении и мастерстве не сможет уйти целым и невредимым от тёмных охотников. Царапина на плече пульсирует болью, ледяные щупальца тянутся к мышцам плеча, лишают руку подвижности. Остаётся совсем немного времени, прежде чем яд рокта лишит его сознания, а вскоре и жизни.

В напряженной тишине ночи оглушительно прозвучало змеиное шипение. Охотники медленно сложили крылья. Раскачиваясь из стороны в сторону, за их спинами появилась огромная змея. Марк смотрел на странное создание и видел, как в распахнутой пасти скользит раздвоенный язык, а в глубине желтых глаз тлеет огонек, завораживает, влечет...

Испуганно поскуливая, рокты торопливо засеменили прочь, один за другим они скрылись за углом. Дождавшись, когда исчезнет последний, мимо Марка проползла змея, шурша шкурой по камням.

Миг тишины и взрыв жуткой какофонии звуков: отчаянные вопли, визг, треск костей и лопающейся кожи.

...И снова тишина.

Из-за поворота выползла змея, целая и невредимая. И Марку показалось, что перед ней послушно склоняется даже ветер. Она приблизилась и замерла в трёх шагах от воина.

Марк вытаращил глаза.

– Я ларг, – прошелестел тихий голос.

– Э-э... Не может быть, – с трудом выдавил наёмник.

Мысли Марка скакали, как спятивший от мартовского солнца заяц, он никогда прежде не слышал, чтобы какое-то живое существо могло справиться с таким количеством тёмных охотников, а потом завести беседу со спасенной жертвой.

Змея... Точнее змей не сводил глаз с человека.

– Меня зовут Крейн. Я выбрал тебя в спутники. Если пожелаешь, мы могли бы путешествовать вместе.

Вот так чудеса! Марк немного расслабился. Ещё будучи учеником, он любил слушать бродячих сказителей. Те за тарелку горячей каши охотно рассказывали про странных существ, ларгов. Говорили, если смертному удастся найти такого спутника, то он может завоевать даже трон Тёмного Магистра. Одна беда: ларг сам должен выбрать смертного. Но Марк всегда думал, что это сказки, хотя даже старый учитель говорил, что в молодости искал этих созданий. Да и как тут поверить, если давненько никто не слыхивал о ларгах.

– Откуда ты взялся?

– Кнут помнишь?

Рука наёмника метнулась к поясу, но ухватила пустоту. «М-да. Веселые тут песни заводят», – покачал он головой.

Ларг величаво двинулся к Марку, и чем ближе приближался, тем меньше становился, пока не замер у сапога воина маленькой ящеркой.

Марк выпрямился, чуть пошатываясь, вложил кинжал в ножны и отошёл от трёх убитых им охотников.

Он подошёл к Русаку, тот успел подняться и наблюдал за схваткой с безопасного расстояния.

– Жив, парень? – спросил наёмник.

– Я-то жив, – ворчливо откликнулся целитель, – а тебя зацепил охотник. У меня где-то было лекарство. – Парень попытался залезть себе за пазуху, но от пережитого ужаса руки тряслись. Он безнадежно запутался и громко выругался.

– Не нужно, это просто царапина, – попытался отмахнуться наёмник, но что-то странное творилось с улицей. Дома решительно отказывались стоять на своих местах, кружились, набирая обороты. Мостовая вздыбилась и рванулась навстречу Марку.

Боль, скалясь и огрызаясь, отступила. Марк чувствовал мерное покачивание, слышал плеск волн о борта лодки, где-то кричали чайки. На лице осела влага, и капельки стекали по щекам, падали за воротник, заставляя вздрагивать.

– Глядите, очнулся! – послышался радостный голос Русака.

Прикрыв ладонью глаза, Марк огляделся и, закряхтев, сел. Сразу в крохотной лодке стало больше места.

Левая рука слушалась плохо, целитель привязал её к телу какими-то на удивление чистыми тряпками. Марк мог двигать только кистью, но даже такая малость причиняла боль.

Рубашка на Марке была надорвана, а рукав просто срезан.

– Где мы?

– В лодке, – наивно ответил Русак, чуть помедлил и кивнул на усталого мужика, сидящего на вёслах. – Никто не хотел нас перевозить. Твоему ларгу удалось убедить вот этого доброго человека.

Мужик не отрывал испуганного взгляда ото дна лодки. Рядом с босой ногой перевозчика сидела ящерка, её хвост равномерно опускался и поднимался, и испуганный мужик работал вёслами в такт движениям. Благодаря этому лодка легко скользила по мутным водам залива. В обе стороны от носа чахлого судёнышка расходились волны, раздвигающие густые водоросли. В конце лета водоросли разрастались особенно сильно, и казалось, что цветёт сам залив. Противоположный берег скрывал утренний туман, обволакивая всё вокруг, сужая мир до размеров их лодки.

Свободной рукой Марк осторожно ощупал раненое плечо, оно отозвалось болью.

– Яд рокта...

– Не волнуйся, хозяин. Лепестки птичьего кустарника легко выводят яд роктов, а вот обычную рану надо зашить, но у меня нет ни нитки, ни иглы.

Марк только сейчас понял, что за привкус у него во рту. Молодец целитель, смог сделать отвар и напоить его.

Перевозчик тем временем без устали работал вёслами. Нос лодки ткнулся в мягкий песок отмели, и мужик перевёл дух, смахнув рукавом пот со лба.

– Всё, господа хорошие, приехали.

Ларг шустро взобрался на здоровое плечо наёмника, а Русак помог тому подняться. Марк тяжело прыгнул, в стороны разлетелись брызги, окатив перевозчика, и тот впервые за всю дорогу смачно выругался.

Марк без сил привалился к борту лодки, чуть отдышался и направился к берегу. Сапоги то и дело вязли в иле, водоросли обвивали ноги, но наёмник упрямо шагал вперёд.

– Эй, бродяги, – окликнул их перевозчик, он разворачивал лодку, стремясь поскорее вернуться домой, согреться и выбросить из головы странных путников. – Здесь недалеко, вон в той рощице, живёт знахарка. У неё, наверное, найдётся игла и нитки, если попросите.

– Одна живёт? – удивленно спросил Русак.

– Зачем одна? С двумя братьями. Ну, прощевайте, люди добрые.

Вскоре лодочника скрыл утренний туман, но ещё некоторое время слышался плеск воды, скрип весел в уключинах. Туман стелился по воде белесой дымкой, клубился и сворачивался кольцами, наползал на берег.

Наёмник раскачивался, как былинка от порывов ветра, но упрямо откалывался от помощи.

– Пошли, – распорядился он. – Надо найти знахарку.

Роща подступала почти вплотную к берегу, сквозь редкие деревья легко проникали первые лучи восходящего солнца, разгоняли туман, и тот трусливо отступал, цепляясь за кусты и траву.

Под ноги послушно ложилась хорошо утоптанная тропа, и путники вошли в рощу. Прозрачный чистый воздух звенел от чириканья просыпающихся птиц, стука дятла, жужжания насекомых, в одном месте путники увидели муравьиную тропу. Муравьишки с деловым видом бежали в обе стороны, тащили листья, части мёртвых насекомых.

Путники издали заметили избу. Широкая дверь, крылечко с навесом, на окнах резные ставни, на крыше флюгер – деревянный петушок, и с ним охотно играл ветер, вертел в разные стороны. Широкое подворье окружал низкий забор с калиткой. Позади дома виднелись хозяйственные постройки, откуда доносились возня и хрюканье. Около крыльца свободно гуляли куры и гуси, щипали траву, а среди них хозяином расхаживал пестрый петух.

Марк прислушался. Где-то за деревьями скрывалось озерцо, а может речка. От воды тянуло свежестью.

Вдруг раздался испуганный крик и резко смолк.

Русак вздрогнул и огляделся.

– Никак кричал кто? – неуверенно протянул он. Но Марк уже спешил на голос.

Он выбежал на поросший камышом берег и увидел, как девушка отчаянно цеплялась за траву и рыхлую землю, сопротивляясь напавшему на неё созданию. Невероятное полупрозрачное, будто созданное из вод озера, существо обволакивало фигуру знахарки плотным коконом и тянуло к воде. На миг высвободив голову из плотного захвата, девушка снова крикнула, но тут же поперхнулась и замолкла.

Наёмник, мало понимая, что нужно делать с этой тварью, даже не пытался вынуть меч, боясь зацепить знахарку, беспомощно оглянулся на ящерку.

– Ладонь открой, – прошипел ларг, – я позову огонь. Да смотри, не размахивай рукой, словно ошпаренный.

Марк вытянул перед собой руку ладонью вверх и осторожно покосился на Крейна.

– ...слово огненною бурей пронесётся надо мной! – зашептал тот.

В тот же миг на раскрытой ладони наёмника вспыхнул слабый язычок пламени.

– Бросай!

Когда до сцепившихся в смертельном объятии соперников оставалось два шага, Марк без замаха бросил «снаряд» в прозрачную тварь.

Та резво откатилась от дрожащей девушки и попыталась скрыться, но не успела. Второй огненный снаряд настиг её у самой кромки воды. Зашипело, повалил густой пар. Быстротечная схватка закончилась полным исчезновением и водяного противника, и огненного снаряда.

Наёмник подошёл к лежащей знахарке и кое-как поднял её одной рукой.

«Надо подальше отнести её от берега, ближе к дому», – подумал Марк. Где-то на середине пути к дому девушка закашлялась и открыла глаза. Марк осторожно положил её на траву и устало опустился сам.

– Спасибо, – сипло сказала она. – Думала, что не вырвусь. Кто ты, путник? Колдун?

– Нет. Это всё он. – И кивнул на змея. – Он – ларг. Слышала о таких существах?

Знахарка кивнула и улыбнулась.

– Спасибо ещё раз. Будьте гостями в моём доме.

Она легко, словно и не случилось ничего, поднялась на ноги, закинула за спину мокрую косу и пошла по траве к дому.

В очаге весело плясало пламя, трещали прогорающие поленья, а в большом котле исходила паром пшеничная каша. Девушка поспешила смахнуть с длинного стола невесомую пыль.

– Садитесь, гости дорогие, как раз и угощение подоспело.

Она поставила перед Марком глубокую миску, ловко наполнила горячей кашей, сверху положила большой кусок курятины. Гость сглотнул слюну, а хозяйка достала из печи свежий, пахнущий сдобой хлеб. Большой острый нож легко резал мягкую податливую буханку, а на стол упали крошки подрумяненной корочки.

В дверь тихо постучались, точнее робко поскреблись. Марк жестом остановил хозяйку и сам подошёл к двери, рывком распахнул. На пороге стоял Русак, он то и дело теребил край рубахи и переминался с ноги на ногу.

– Это я, хозяин, – виновато улыбнулся он.

– Ты где был?

– За подмогой бегал, – ответил Русак и преданно поглядел в глаза наёмника. – Но увидел, что ты и так справился и вернулся.

– И как же ты увидел, если убежал? С ближайшего дерева видел? Ладно, заходи уж. Авось хозяйка не прогонит.

– Зачем прогонять, – ответила девушка. – Я гостям рада.

И на столе появилась ещё одна миска.

Знахарка сбегала во двор, достала из погреба молоко, сметану и сыр.

Расставив всё перед путниками, она окинула придирчивым взглядом стол и, оставшись довольной, скромно присела на край лавки.

Оголодавшие путники с жадностью набросились на еду, Русак ел и прихваливал, только ложка мелькала. Ящерка пристроилась на столе рядом с миской Марка, куда он положил сыр. Ларг даже прикрыл глаза от удовольствия, он неторопливо откусывал от большущего куска и смаковал угощение.

Сытно огладив живот, Русак привалился к стене и с любопытством огляделся.

– А скажи, хозяюшка, как тебя зовут?

– Неждана.

– А меня Русак, – сказал храбрый слуга, было видно, что хозяйка ему понравилась.

– Что это за существо было? – спросил Марк, не обращая внимания на его слова.

Девушка вздохнула и ответила:

– Никто не знает откуда взялась эта тварь. Ещё прошлым летом заметили, что стала пропадать скотина, а потом и люди начали исчезать. – Она поглядела на Марка и продолжила: – Местные на нас думали, будто я и мои братья людей изводим. Мы ведь на отшибе живем, собирались уже покидать дом. Сегодня я пошла к озеру воды набрать. А чем кончилось вы видели.

– Вряд ли тварь выжила, – весело сказал Русак. – Мой хозяин и его непобедимый змей – страшная сила! Кстати, нет ли у тебя нитки и иглы. Господин ранен.

Девушка встала и подошла к полкам, наполовину занавешенным тканью. Среди плошек, мисок и кувшинов стояла резная шкатулочка. Открыв крышку, хозяйка вынула моток серых ниток и тонкую иглу.

– Позволь мне, – она посмотрела на наёмника. – Иди к окну, здесь светлее.

Марк с сомнением покосился на иглу, вздохнул и подошёл к знахарке. Он осторожно сел на лавку спиной к окну, словно та была из раскаленного добела металла.

– Снимай куртку с рубахой. Или пришивать прямо к одежде? – Неждана вздохнула. – Вот что, гости дорогие, оставайтесь-ка вы у меня, отдохнёте, поедите вволю, заодно раны залечите. Служба ваша никуда не убежит.

– А мы не служим, – прошептал Марк.

На дворе послышались голоса, топот, стукнула входная дверь, и в комнату вошли два мужика. В избе сразу стало мало места. Марк так резко вскочил, что Неждана едва сумела удержать иглу в руке. Мужики хмуро оглядели гостей, одарили недобрыми взглядами девушку. Старший, седой бородач, повесил суму на гвоздик и сел напротив Русака. Он явно был дома. «Братья, о которых говорил перевозчик», – догадался наёмник.

– Кто такие будете? – спросил старший. Второй держался у двери и проходить не спешил.

Русак выпрямил спину и выпятил грудь, силясь выглядеть столь же внушительно, как и братья. Но у него выходило плохо.

– Я целитель, – ответил он, махнув на жалкие попытки казаться больше, чем есть. – А вон тот господин с благородной сединой – наёмник. А это, – палец Русака указал на мирно дремавшую ящерицу, – ларг.

– Врешь. Ларги вымерли давно.

– Ему скажи, – с усмешкой ответил Русак. – Только не обижайся, если ларг осерчает, да не поглядит, что ты большой да крепкий, вмиг голову оторвёт.

Мужик обиженно засопел и раскрыл рот для очередного вопроса, но вмешалась Неждана.

– Я сегодня к озеру спустилась, и на меня эта тварь напала. Они спасли меня.

Братья встревожено переглянулись.

– Говорил же, чтобы одна не ходила, – сурово сказал старший.

В ответ девушка виновато вздохнула и переключила внимание братьев словами:

– Ешьте, остывает всё.

Ящерка приоткрыла один глаз и зевнула во всю пасть. Хозяева уважительно поглядели на острые зубы, поцокали языками и, вздохнув, принялись за еду.

Марк недовольно сморщился, но снял куртку, затем последовала рубашка. Взору Нежданы открылась прелюбопытная картина. Всю спину наёмника покрывали таинственные знаки, но совсем другое привлекло её внимание.

– Ой, твоя спина. Кто тебя так? – воскликнула девушка.

Темные рубцы покрывали не только спину, но и правое плечо. Наёмник был бит плетьми, и очень жестоко. Марк промолчал, только лицо посерело ещё больше.

Неждана размотала тряпки и осторожно попробовала снять их. Тонкая корочка порвалась, и по груди и руке потекла кровь, закапала на чистый пол.

Тёплая вода омыла плечо, и наёмнику показалось, что даже боль притупилась.

Неждана взяла маленькую склянку, откупорила и брызнула прозрачной остро пахнущей жидкостью на рану, стянула пальцами края и стала осторожно зашивать. Игла скользила над плечом, будто не касаясь вовсе. Марк изредка шипел, как выкипающая вода в котле, что-то тихо порыкивал сквозь зубы, но терпел.

А Неждана, врачуя, улыбалась и приговаривала:

– Забери его муки, матушка-земля, подари свою силу, излечи раны. Пусть уйдёт печаль на семи ветрах, пусть растает тоска, как снега по весне. Что было – забудется, что будет – то сбудется.

Грудной тихий голос убаюкивал, проникал в душу, дурманил голову. Неждана крепко перевязала рану и набросила на плечи наёмника куртку.

– Пойдём со мной, – сказала она.

Марк, как в тумане, вышел из дома и пошёл за Нежданой.

– Куда ты ведёшь меня, красавица?

Но она лишь улыбнулась в ответ, и Марк, сам не понимая отчего, доверчиво пошёл за ней.

В глубине двора он заметил землянку, и вслед за хозяйкой спустился по ступеням.

Всю дальнюю стену в крохотной комнате занимал крепкий дубовый стол, на нём в строгом порядке лежали травы, корешки, две толстые книги. По краям стола девушка зажгла две свечи, посередине положила прозрачный шар. На стенах Марк увидел развешенные соцветия и сухие веточки. В воздухе витали пряные сладкие запахи, к ним примешивались горечь степных цветов и аромат свежескошенной травы.

Неждана села на лавку около стола и жестом пригласила наёмника. В больших светлых, будто выцветших глазах знахарки вспыхивали и гасли яркие искры, и заворожённый Марк опустился рядом с ней.

– Вижу, гложет тебя тоска, – мягко сказала девушка. Тихий голос пронизывал тело воина, окутывал сладким дурманом, помогал расслабиться стянутым в тугой узел мышцам. – Доверься мне, путник. Много боли в тебе. Словно яд она разъедает тело и душу. В дороге ищешь смерти и забвения, проклинаешь богов за страшную рану, что точит силы. Я помогу излечиться, если позволишь. – Тонкие пальцы опустились на прозрачный шар, погладили гладкую поверхность. – Вернись назад, путник, переживи заново боль и отчаяние, умри и возродись для новой жизни. А я помогу.

В шаре заклубился розовый туман. Марк, не отрываясь, смотрел в глубь странного шара и видел, как сквозь плотные кольца тумана проступают знакомые до боли очертания замка.

И он погрузился в воспоминания...


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю