Текст книги "Звезда короля"
Автор книги: Ольга Валентеева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]
ГЛАВА 17
Полина
В тот вечер я долго не ложилась спать, замирая от внутреннего страха. В голове царил полный кавардак, поэтому почти упросила Фила посидеть со мной хоть немного. Он тоже выглядел мрачным, но не напуганным, и почти ничего не говорил. Так мы и сидели – друг напротив друга, ожидая, что же случится дальше. Но никто не спешил арестовывать Анри. Чего они ждали? Или уход Этьена спутал планы? Я безумно беспокоилась за него и Вилли. Удастся ли благополучно добраться им до замка? Уговорит ли Этьен Айшу ехать вместе? В последнем я сомневалась, но все же…
– Может, пойдешь спать? – тихо спросил Фил.
– Нет, – качнула головой. – Не смогу, это выше моих сил. А ты?
– И я не смогу. Как подумаю, что Анри снова могут арестовать…
Перед глазами, будто наяву, возник зал суда – и мой любимый человек, истерзанный, но не сломленный. Раны на теле затянулись, а на душе? Смогу ли я хоть когда-нибудь их излечить?
– Все будет в порядке, Полли, – постарался приободрить меня Филипп. – Мы не допустим, чтобы это повторилось.
– Ты прав, не допустим ни за что. Пусть магистрат делает, что хочет, но я не позволю…
Вдруг на мгновение все будто заволокло дымкой, и из нее шагнул Анри. Я увидела его – и вскрикнула, а Фил бросился к брату.
– Что случилось? Ты ранен? – допытывался он. – Не молчи!
– Это не моя кровь, – отмахнулся Анри, а я все глядела на бурые пятна, покрывающие его рубашку.
– А чья? – спросила безжизненно.
– Герцога Дареаля.
Если бы позади не стояло кресло, упала бы на пол. А так – только резко села, стараясь восстановить дыхание. Сразу представились такие ужасы, что впору было умереть.
– Герцог жив? – задал Фил наиболее верный вопрос.
– Жив, – кивнул Анри. – Я его подлатал, но мне нужен целитель, чтобы помог. Полли, пойдешь со мной.
– Подожди. – Я заметалась по комнате. – Нужно взять материалы для перевязки, зелья… А Вилли? Где Вилли?
– С ним, где же еще? Быстрее.
Я кинулась в свою комнату и пару минут спустя вернулась с мешочком в руках. Айша приучила хранить предметы первой необходимости именно так.
– Я с вами, – тут же встрял Филипп.
Анри не стал спорить – вместо этого взял нас за руки, и перехватило дыхание. Я зажмурилась, чтобы не видеть мира пустоты, а открыла глаза, только услышав тихий возглас:
– Полли!
Вильям! Я окинула взглядом комнату – Этьен лежал на диване и мало чем отличался от мертвеца, но дышал ровно, и от него не исходило волн боли. Вилли же повис на мне и тихо всхлипывал, а я гладила его волосы, стараясь хоть немного успокоить.
– Все будет хорошо, – пообещала ему. – А теперь дай я помогу твоему папе, договорились?
– Волчок, иди сюда, – подозвал его Анри, и Вилли сел рядом с ним на узкую софу, а Фил устроился на стуле. Я же склонилась над Этьеном. Места, где были раны, все еще пульсировали магией – светлой магией, которую несложно было узнать. Украдкой взглянула на Анри, проверяя догадку. Вокруг него было едва заметное золотистое свечение вперемешку с серыми всполохами. Я видела всего лишь мгновение – недавно научилась определять такие вещи, – но этого хватило. Его магия вернулась и помогла спасти Этьену жизнь.
Мне оставалось только добавить жизненной энергии в тело герцога и наложить повязки, а еще обработать мелкие ранки, которые Анри лечить не стал, так как они не были опасны. Этьен открыл глаза, посмотрел на меня – и слабо улыбнулся.
– Все хорошо, – сказала ему. – Вы в безопасности.
Говорить он пока не мог, поэтому закрыл глаза и открыл снова. Это, видимо, означало «спасибо».
– Отдыхай, – легонько пожала его руку и обернулась к Вилли и Анри. Вильям успел вцепиться в локоть Анри и неслышно всхлипывал, а мой жених был таким бледным, что я даже испугалась.
– Вы не ранены? – подошла к ним.
– Вот его осмотри. – Анри осторожно высвободился из хватки Вилли. Тот хлюпнул носом и уставился на меня отчаянным взглядом.
– Не беспокойся, с Этьеном ничего не случится, – сказала ему. – Анри справился. Давай я посмотрю, что с тобой?
Для Вильяма дело обошлось несколькими ушибами и ссадинами. Я обезболила их и наложила исцеляющие заклинания. Попыталась применить и успокаивающие, но не вышло. Слишком глубоким было его горе и потрясение, а я пока не умела с этим справляться.
– Надо поспать, – погладила мальчишку по голове. – Идем, я тебя уложу?
Нет! – взвился он.
– Тихо, – шикнул на него Анри. – Спать будешь здесь, с отцом. Когда он проснется, позовешь Полину, понял?
Вилли кивнул и даже немного успокоился.
– Фил, принеси из спальни подушку и одеяло, – скомандовал Анри. – Полли, завари чай, там были травы, и напои ребенка. Потом ложись спать, нечего тут маячить.
– А ты? Тебе надо отдохнуть, Анри.
– Отдохну. Фил, где же поместить тебя?
– Пусть Фил ложится на софе, – откликнулся Вилли, – а я стану волком и посплю с папой.
– Хорошо, места и так мало. Значит, вы остаетесь здесь. Полли, тебя буду ждать в спальне.
И скрылся за дверью раньше, чем я успела хоть что-то ответить. Я проследила, как Вилли обернулся в белого волка и улегся в ногах Этьена, а Фил застелил софу. Он, правда, с трудом на ней помещался, но не жаловался. Что ж, теперь все как надо. Можно идти к Анри.
Он действительно ждал в спальне. Видно, только что умылся – с волос стекала вода, и рубашка была чистая, не напоминая о жуткой бойне. Спокойный, задумавшийся о чем-то своем.
– Что там? – спросил Анри, увидев меня в дверях.
– Легли, – ответила, подходя ближе.
Он кивнул и снова будто нырнул в свои мысли, забыв о моем существовании. А я не знала, куда мне деваться. В платье спать неудобно. Снять? Полный дом людей, не так поймут. В голове царил кавардак.
– Что ты стоишь? – Анри заметил мое замешательство. – Раздевайся, ложись.
Я послушалась. Проще всего сейчас было слушаться, не задумываясь. Повесила платье на стул и забралась под тонкий плед, потому что одеяло унес Филипп. Анри сел на край кровати, покосился на стол, заваленный бумагами.
– Я без тебя не усну, – сказала тихо.
Светильник погас. Анри лег рядом и привлек меня к себе. Он ничего не говорил, и от этого становилось страшно. Я представить не могла, что творится у него в душе. Вроде была на расстоянии вытянутой руки, а преодолеть его не могла. Он не подпускал. Стало так горько и обидно, что по щекам покатились слезы. Старалась хотя бы не всхлипывать, но не удалось – и Анри тут же услышал.
– Не беспокойся, – сделал свои выводы. – Сама видела, твой друг выживет. Не о чем плакать.
– Да при чем тут это? – не сдержалась я.
– А в чем дело? – Анри чуть отстранился, и в свете фонарей за окном я видела его лицо, холодное, как маска.
– Во всем! – Эмоции все-таки вырвались наружу, и если бы меня сейчас кто-то попросил замолчать, я бы не смогла. – Весь этот год… Это кошмар какой-то! Невыносимо.
– Все будет хорошо, Полли. – Черты любимого лица смягчились. Самая распространенная ложь на свете – что все будет хорошо.
– Неправда! Не будет. Уже ничего не будет, Анри. Я просто мечтала… Что закончу коллеж… Что мы… Не так!
И слезы покатились градом. Как ему объяснить, что на самом деле ничего уже не вернуть? Не будет ни моего выпускного, ни родительского благословения, ни нашего брака – такого, каким он мог быть. Или вообще никакого… Анри тихо вздохнул и обнял меня, погладил по голове.
– Не плачь, глупенькая. К чему лить слезы? Главное, что мы живы. Да, одни мечты растаяли, но появятся другие. А с неприятностями справимся, бывало и хуже, правда?
Вспомнила нечеловеческий суд, весь июнь прошлого лета и ответила:
– Правда. Ты только больше не уходи.
– Я постараюсь, Полли. Клянусь, что постараюсь, но это зависит не от меня.
Я прижалась к нему крепко-крепко. Нет, больше не смогу без него. И только пусть кто-то попробует встрять между нами. Той девочки, которая грезила о счастье прошлым летом, больше нет. Но есть я, и я не позволю причинить боль дорогому для меня человеку. Не позволю его у меня забрать. Только бы сам не ушел!
– Спи, любимая. – Анри коснулся поцелуем волос. – А утром все покажется не таким страшным.
Он был прав. И ему тоже надо было отдохнуть – слишком много магии отдал Этьену, я чувствовала это. Поэтому послушно закрыла глаза. Нам обоим следует выспаться, а утром решить, что делать дальше.
Вот только проснулась я одна. Подскочила на кровати, оглядываясь по сторонам. И где Анри? Сама не понимала, откуда взялась такая паника. Он может быть в соседней комнате или на кухне. Приказала себе угомониться и быстро оделась, даже причесалась, чтобы не пугать своим видом остальных. Выглянула за дверь. Картина изменилась. Белый волк перебрался от герцога к Филу и теперь сладко спал, придавив его своим весом. Сам Фил сонно открыл глаза, убедился, что это я, и уже собирался уснуть снова, когда я спросила:
– А где Анри?
– Сказал, что скоро придет и чтобы мы никуда не ходили, – пробормотал Фил.
Ушел! Куда? Зачем? Я едва могла думать от ужаса. Знает ведь, что его ищут. Не домой же? Рано поддаваться панике. Вернется. Он ведь сказал, что вернется. Я постаралась отвлечься. Проверила состояние Этьена, убедилась, что с ним все в порядке. Еще день или два – и будет на ногах. Запоздало подумала, что надо бы сообщить Айше. Но она ведь считает, что Этьен уехал. Может, лучше он сам? Поставит перед фактом: да, было, но обошлось. А вот мне что делать? Могла только метаться по комнате из угла в угол, сходя с ума от тревоги. Поэтому, когда скрипнула входная дверь, едва не упала, кинувшись навстречу.
– Анри! – попала в родные объятия. – Ты где был? Я не знала, что и думать.
Анри улыбался чему-то своему, и сразу стало легче.
– Всего лишь немного прогулялся, – ответил он. – Собирайся, давай сбежим, пока не проснулись остальные.
– Куда?
– Увидишь. Только быстро.
Мне понадобилось не более десяти минут, чтобы привести себя в порядок. Да, платье было скромное, домашнее, но какая разница? Мы ведь не на светский прием.
– Идем.
Анри протянул мне руку и увлек за собой. Мы спустились по ступенькам, вышли на улицу, укрывшись щитами, чтобы отвести глаза, и я увидела экипаж.
– Мы куда-то едем? – спросила растерянно.
– Да. Только хватит вопросов, все увидишь сама.
Пришлось покориться. Шторки на окнах были задернуты, и я понятия не имела, куда мы едем. А когда Анри достал откуда-то темный шарф и предложил завязать мне глаза, и вовсе онемела. Что за авантюра пришла в его неуемную голову?
– Доверься мне, – попросил он, и оставалось только согласиться. Шарф опустился на глаза. После этого я слышала, как экипаж въехал в какой-то дворик, и Анри осторожно помог мне выйти. Пара ступенек под ногами, женские голоса.
– Не подглядывать, – потребовал жених и куда-то исчез, а меня усадили в кресло и занялись волосами. Как это понимать?
– Не беспокойтесь, мадемуазель, – сказала какая-то девушка. – И расслабьтесь.
Ближайшие минуты – или часы? – мне делали прическу, затем раздели – и снова одели, подкрасили губы. А мне казалось, что схожу с ума. Ровно до той минуты, когда одна из девиц не произнесла:
– Пора.
Она помогла мне подняться и проводила по длинному коридору. А затем заиграла музыка.
– Можете снять повязку, – сказала она.
Стало страшно. Что меня ждет? Я аккуратно сняла шарф – и замерла, не в силах поверить глазам. Вокруг был бальный зал, залитый светом. Вверху на балконе играли невидимые музыканты. А передо мной стоял Анри – в гвардейской форме, с улыбкой на губах.
– Что происходит? – в изумлении спросила я.
Он осторожно развернул меня к зеркалам на стене – и я ахнула снова. Мое выпускное платье! Которое неведомо куда подевалось и вдруг волшебным образом нашлось. Не может быть!
– Я задолжал тебе танец на выпускном, Полли, – сказал Анри на ухо. – Да и много чего другого, но начнем с мелочей. Извини, собрать дипломы у выпускниц и выдать снова я не могу.
Я тихонько рассмеялась, любуясь нашим отражением.
– Можно пригласить вас на танец, мадемуазель Лерьер? – поклонился мне кавалер.
– Если очень сильно попросите, месье Вейран, – ответила я и, противореча своим словам, протянула ему руку. Это был сон. Потому что в реальности казалось бы сумасшествием – я и Анри, вальсирующие в пустом зале под звуки невидимого оркестра. Но просыпаться не хотелось! И я танцевала, пока держали ноги, любуясь самым родным лицом в мире. Сейчас Анри улыбался светло и безмятежно, будто и не было этого года, изломавшего наши жизни. Снова хотелось плакать, на этот раз – от счастья.
– Я так тебя люблю. – Вот единственные слова, которые удалось подобрать.
– И я люблю тебя, Полли. Прости за все, я не хотел, чтобы так вышло.
– Ты ни в чем не виноват, – крепко обняла его. – Родной мой, единственный.
Поцелуй опьянил, закружил сильнее вальса. Невероятно, невозможно. А когда ноги загудели, и я запросила пощады, Анри жестом отпустил оркестр, дождался, пока мы останемся совсем одни, и нас окутал знакомый серый туман. А когда он рассеялся, под ногами будто лежал весь мир. Это была вершина башни света – открытая площадка, загороженная только заклинаниями, чтобы защитить от ветра.
– А защита? – завороженно спросила я.
– Магистра нет, защиту сняли. Она теперь сосредоточена вокруг алтаря, – ответил Анри. – Присаживайся.
Только сейчас я заметила, что с другого края башни стоит низенький стол и стул с подушкой. Один.
– А ты?
Анри усмехнулся и уселся на выступ, ограждавший крышу, и заболтал ногами в пустоте.
– Ты что! – Я едва за сердце не схватилась. – А если не удержишься?
– Не беспокойся, не в первый раз, – улыбнулся он. – Мне всегда нравилось тут сидеть после службы. Такое чувство, что мир далеко, и жизнь ощущается иначе.
У меня даже мелькнула вздорная мысль сесть рядом с ним, но я прогнала ее и все-таки заняла подушку. Высоко! Но так красиво! Даже зной, снова сменивший дождь, почти не ощущался.
– Чуть не забыл. Фокус!
Анри взмахнул рукой в воздухе – и вот уже он держит коробку, перевязанную бантом. Я развязала бант, изнывая от нетерпения, чтобы увидеть ровные ряды самых разных пирожных.
– Это что? – спросила изумленно.
– Ты жаловалась, что один негодяй похитил у тебя пирожные, – ответил Анри. – Я обещал возместить ущерб и держу слово. Ешь, пока не отобрал.
Анри и пирожные – вещи несовместимые, он их и не любил никогда, но угроза подействовала. Я быстро выбрала самое красивое. Мм, как вкусно! Мир казался большим и прекрасным, жизнь – бесконечной, а любовь – вот она, любовь, стоит протянуть руку. Удивительно, как все меняет не магия, а желание любимого человека подарить крупицу счастья.
– У тебя нос в креме, – сообщил мне Анри на ухо, все-таки перебираясь ближе.
– Врешь!
– Да чтоб мне провалиться на месте!
Двое сумасшедших, иначе не скажешь. Мы и смеялись, как безумные. Я переложила подушку на пол, забралась в кольцо любимых рук и уничтожала пирожные, оставив всего четыре, – домашним. Анри же рассказывал о каких-то пустяках.
– Ты где взял мое платье? – решилась спросить.
– Осуществил дерзкий налет на дом мадам Лерьер, – ответил он. – И похитил. А на самом деле пришел и попросил. Твоя матушка была крайне недовольна, впрочем, заодно поинтересовалась, когда свадьба.
– И когда же?
– Да хоть сейчас!
– Нет, сейчас не надо. У меня нового платья нет, в этом ты меня уже видел.
– Стоило жениться утром? – усмехнулся Анри.
– Возможно. Так вот, потом список гостей. Наши вероятные гости сейчас слегка помяты вчерашними событиями, не находишь?
– Предлагаешь звать в свидетели волков? – ужаснулся жених.
– Нет, Фила, а он тоже не в лучшем настроении из-за своей девушки. Поэтому нужно найти ее, и вот тогда…
– А если я поседею раньше?
– Фил не будет ждать так долго!
– Хорошо, значит, в моих интересах поскорее отыскать его пропажу.
Анри поцеловал меня, и я забыла обо всем на свете. И готова была согласиться выйти замуж без нового платья и свидетелей, но хотелось все же, чтобы мы оба преодолели все плохое и могли просто жить, не оглядываясь назад.
ГЛАВА 18
– Эй, ты! – На раму зеркала обрушился легкий удар. – Есть новости.
Андре плюхнулся в кресло, вытянул ноги и прикрыл глаза. Вечерок выдался утомительный, но плодотворный. А главное – никто не заметил его присутствия. И даже вид тела папочки, запеленанного заклинаниями, не так уж раздражал. Отражение молчало. Только глядело с укором, будто имело на это право.
– Даже не спросишь? – прищурился Андре. – Тогда я и рассказывать не буду.
– Говори уже, – потребовал зеркальный двойник отца.
– Мм, с чего бы начать? Эйлеан пошел на попятную и не подписал подготовленный приказ об аресте Анри. Выглядит магистр скверно. Может, заболел?
– А только подписи Кернера недостаточно?
– Достаточно, но… видимо, он боится связываться в одиночку. Люди бунтуют, еще объявят Анри посланцем богов, чего доброго, и свергнут магистрат. Что тогда делать? Поэтому Кернер и хочет заручиться поддержкой Эйлеана, а тот сдал за последнее время. Видимо, общение с пустотой не проходит зря. Или это твой старший сыночек так плохо на всех влияет?
– При чем тут Анри? – хмуро спросил Виктор.
– Да так. Я подозреваю, что великий магистр хочет отбить у него невесту, но не знает как.
Виктор озадаченно замолчал, а Андре наслаждался полученным эффектом.
– А еще я прогулялся по ночным улочкам и едва не стал свидетелем жестокой расправы над герцогом Дареалем. Правда, твой старший явился вовремя и превратил соперников в пыль, а герцога спас… светом. Как бы пробудить у него тьму? Тогда мы все втроем будем на одном уровне.
– У тебя есть пустота? – спросил Виктор.
– Пока нет, но пустота приходит к каждому, кто ждет. Я ей понравлюсь, вот увидишь.
– Я не понравился.
– Потому что в тебе мало пустоты, а во мне – достаточно. И в Анри после суда ее хватало. О Филе я вообще молчу. Так что все пойдет по плану. Так как, что может пробудить тьму в Анри, как думаешь? Девчонку я уже с моста ронял, не помогло. Видимо, не сильно любит. Или надо было убить?
– Тронешь Полли – он убьет тебя.
– И то верно, – вздохнул Андре. – Стравить с магистратом? Как тебе вариантец?
– Ты сумасшедший! – в который раз повторил Виктор.
– И что с того? Я как раз прав. Всего-то дел: убрать двух магистров. И в Гарандии наступит порядок. А если они убираться не пожелают, у меня есть свои методы, и они никому не понравятся. Что я все с Анри да с Анри? Может, с Филом поговорить? Он кажется куда разумнее.
– Не смей приближаться к Филиппу! – рявкнуло отражение.
– О, сразу понятно, кто у паны любимчик. – Андре довольно прищурился. – Подожду еще немного, посмотрю, как они будут барахтаться против магистрата, а потом протяну руку помощи.
– Слушай сюда, ничтожество. Если ты не оставишь в покое мою семью, я выберусь отсюда! Выберусь и сотру тебя в порошок! – Виктор в бессильной злобе пытался пробить зеркало.
– Не усердствуй. Что-то нарушишь – умрешь, – прокомментировал Андре его бесплодные попытки. – А единственное ничтожество здесь ты. Потому что даже звери не бросают своих детей. Значит, ты хуже зверя.
– Андре, давай поговорим спокойно. Да, я виноват, признаю. Я не должен был так поступать. Оставлять тебя. Но и ты не прав. Так нельзя, тобой движет желание быть замеченным, и только. Я заметил. Хватит.
– Лизоблюд несчастный. Говоришь только то, что я хочу слышать. – Этот разговор начинал раздражать. – Нет, папа, я не остановлюсь. И больше не позволю втаптывать себя в грязь, слышишь?
– Все могло быть по-другому.
– Да, могло. – Андре откинулся на спинку кресла. – Если бы ты признал ребенка. Если бы я не был когда-то доверчивым идиотом. Если бы не стал убийцей раньше, чем раскрыл магию. Если бы ты после этого не выставил меня за дверь. Вот видишь, сколько «если бы»? Но они были. А я не умею прощать, не собираюсь, слышишь? Скажи спасибо, что твои близкие еще живы, потому что первое, что я хотел сделать после полного пробуждения силы, – уничтожить все, что тебе дорого, чтобы ты остался один, как и я. Но потом понял, что это бессмысленно. Лучше скажи, нравится ли тебе то, что ты видишь? Вот как поступает мир с теми, за кем не стоит всесильный папочка, готовый по первому зову закрыть собой. Будь ты свободен, разве допустил бы, чтобы Анри отправился в пустоту? А Фил – в «Черную звезду», один на один с твоими, заметь, врагами? Нет. Но ты здесь, а они там. Так что смотри, папочка! И кусай себе локти. Потому что и это тоже – твоя вина. Только твоя и ничья больше.
– Андре…
– Не желаю с тобой разговаривать.
– Андре, ты не прав. Ты поймешь это, но будет поздно. Остановись, пока не зашел слишком далеко.
– И не подумаю. Кстати, у меня сегодня день рождения. Вряд ли тебе это известно, да? Выпьем же!
Андре рывком поднялся на ноги, порылся в шкафчиках и нашел там бутылку вина, откупорил пробку и сделал большой глоток. Вино приятно обожгло горло.
– Поздно воспитывать сына, когда ему двадцать два, – отсалютовал бутылкой зеркалу. – Еще шесть лет назад ты мог все изменить. Всего шесть лет. Но ты сказал, что у тебя только двое детей. И тебя не интересовало, куда я пойду. Так теперь и меня не интересует, что будет с тобой. Да и с ними тоже, если уж честно. Теперь мне нужен мир.
Андре гулко рассмеялся. Бутылка вырвалась из пальцев и разлетелась на тысячи осколков, окрапляя комнату алыми брызгами. Виктор закрыл глаза. Поздно.
Анри
Мы с Полли возвращались домой через пустоту – я не рисковал водить ее по городу, когда меня ищут и хотят арестовать. В прошлый раз обошлось, ее хотя бы не обвинили в пособничестве убийце, но обойдется ли в этот раз? Нет, пусть будет под защитой моей магии – и в безопасности. Полина весело смеялась, и мне тоже становилось легче рядом с ней. Нет, я ничего не забыл. Но она действительно заслуживает большего. Большего, чем могу ей дать. Сегодняшний день – всего лишь попытка расставить все на места. Удалась ли она, не знаю, но девушка, которую любил, перестала лить слезы и светло улыбалась. Оно того стоило. Даже разговор с матушкой Полины.
Я открыл переход, осторожно обнял Полли за плечи, чтобы не потерялась в пустоте, и шагнул в серый туман. Только сейчас в нем не было холодно, будто с родной магией ко мне вернулось нечто большее. Полли прижимала к груди коробочку с четырьмя вишневыми пирожными – абсолютно одинаковыми, чтобы никому не было обидно. Представил, как бьюсь с герцогом Дареалем за кусочек пирожного, – и стало смешно.
А гостиная, которую уже привык считать своей, являла живописную картину. Дознавателю стало лучше. Он полулежал на диване и наблюдал за Филом и Вильямом, которые развернули целую баталию на полу. Начертили поля, расставили самодельные фигурки и играли в «бойницы». Фил побеждал, Вилли пыжился и даже в облике ребенка походил на волчонка.
– Анри! – заметил он меня и кинулся навстречу – видимо, чтобы избежать позорного поражения. – Вы долго.
– Вам тут и без нас, гляжу, не скучно, – заметил я.
– Фил меня обыгрывает, – со вздохом признался Вилли.
– Конечно, потому что у него есть диплом, а у тебя – нет. Вот выучишься, заткнешь его за пояс, – пообещал мальчишке и потрепал по всклоченным волосам.
– Спасибо, братишка, – прищурился Фил.
– А ты занимайся больше, чтобы потом Вилли тебя не победил, – улыбнулся ему. – Новостей никаких, я надеюсь?
– Никаких, – подтвердили оба, и я прошел в спальню, делая вид, что герцога Дареаля не вижу в упор. Полли же осталась в гостиной. Я слышал, как она спрашивает Этьена о самочувствии, и приказал себе угомониться. Ведь между ними ничего нет. Не было и не будет, уж об этом я позабочусь. А у меня было еще одно дело, прежде чем пойду щелкать по носу магистрат за мой арест. И это дело как раз замаячило в дверях спальни.
– Анри, ты свое пирожное будешь? – И Фил уставился на меня несчастными глазами.
– Нет, ты же знаешь, я их не люблю, – махнул рукой. – Доедай, а потом зайди ко мне, поговорим.
Брат тут же скрылся, но через пару минут появился вновь. Я уже знал, что ему скажу.
– Слушай, Фил, я обещал тебе, что найду способ пройти сквозь охрану «Черной звезды»… – начал было, но Филипп меня перебил:
– Слушай, Анри, а ты не можешь провести нас в гимназию через пустоту?
– Не знаю, – задумался я. – Можно попробовать. Ведь директор магом пустоты не является?
– Нет, конечно. Там стоит защита от тьмы и света, но я постоянно проваливался в пустоту. И даже у нас по комнате плыл серый туман.
– Хм… Что ж, тогда предлагаю ночью немного прогуляться. Как ты на это смотришь?
– Я только «за». – Лицо Фила тут же просияло. – Роб передал мне основные ориентиры пространства, где прячут Лиз. Конечно, там, наверное, много заклинаний намешано.
– Ничего, справимся. Возвращайся к своему сопернику, пока он тебе все фигурки не перетасовал.
Фил улыбнулся. Он будто думал, стоит ли вообще что-то говорить, но собрался с духом и сказал:
– Анри, ты правильно сделал, что спас Этьена. Я понимаю: для тебя это было непростое решение, но он – неплохой человек, каким бы ни казался.
– Я сделал это только из-за Вилли, – ответил брату. – Если бы мальчишки там не было, все могло закончиться иначе.
– Нет, Анри. Ты бы все равно поступил так же, что бы ни думал об этом. Я тобой горжусь.
И Фил поспешил скрыться с глаз моих, пока я не сказал что-то особо резкое. Вот прохвост! Но он был прав. Нельзя оставлять человека на верную смерть, даже если он – главный дознаватель магистрата. Я тоже ему обязан за Полли, пусть это и не доставляет мне радости. Что ж, теперь квиты и, надеюсь, больше не будем вмешиваться в дела друг друга.
Я снова сел к столу. Документы за ночь никуда не улетучились, и проблему надо было решать. Продать особняк за бесценок? Потому что иначе никто не купит. Или часть земель? Отец бы меня убил за такое решение, но его здесь нет. В доме ведь ничего ценного не осталось, все вынесли. А ехать в поместье… Боюсь, там застану ту же картину. Написать теткам? Родственники все-таки, пусть я в последний раз видел их лет пять назад. Но, опять-таки, пройдет время, а магистрат и комитет податей не будут ждать. Что же мне делать?
– Анри, иди к нам, – появилась в дверях Полли. – Вилли хочет показать тебе свои рисунки, но стесняется.
– А что, этот волчонок может чего-то стесняться? – поднялся из-за стола. Ладно, утром приму решение. Сначала надо вернуть Филу его девчонку и поставить на место директора одной гимназии.
Видеть Дареаля мне по-прежнему не хотелось. Поэтому я уселся к нему спиной, а лицом к Вилли, который тут же просиял и протянул мне несколько подозрительно знакомых листочков. То-то я части документов недосчитался!
– Вот, смотри, – ткнул он пальцем во вполне узнаваемую физиономию. – Это Фил.
Красный, как маков цвет, Филипп недовольно фыркнул. Видимо, портрет ему не понравился.
– Это Полли, – продолжал Вилли. Конечно, рисунки вышли корявыми, но некоторое сходство проглядывало, и, несмотря на свой возраст, рисовал он неплохо. – Это папа, Айша. А это ты.
Мое лицо получилось у Вилли особенно зловещим. Да уж, дожил, даже ребенок видит меня вот таким.
– Неплохо, – сказал я. – Пойдешь в вольные художники?
– Да, он как раз сообщил мне эту новость, – откликнулся Этьен. – Что боевой магии учиться не будет, а вместо этого хочет рисовать.
– Ваш сын куда мудрее вас, герцог Дареаль, – ответил, не оборачиваясь. – Может, это и нужно для счастья.
Вилли лучился удовольствием и предложил играть в «бойницы» два на два. Я отказался, но принялась уговаривать Полли, и ближайшую пару часов я вспоминал детство – а заодно всю родню Вилли, включая посмеивающегося герцога, до пятого колена. Хотелось напомнить, что моя квартира не предназначена для такой толпы, но тесноты никто не заметил, а вечером – не выставлять же сонного ребенка за дверь? Да и герцог давно спал. Выздоровление – процесс длительный.
– Полли, – подозвал я невесту, – мы с Филом немного прогуляемся до гимназии. Присмотришь за этими двумя?
– Я с вами! – тут же встрепенулась Полина.
– Не стоит, чем нас меньше, тем больше шансов, что сможем пройти незамеченными. Так что останься дома. Я усилю защиту, потуши свет и никому не открывай.
– Хорошо. – Полли грустно улыбнулась. – Только будьте осторожны.
– Договорились. Люблю тебя.
Коснулся легким поцелуем щеки. Сборы вышли недолгими. Захватил кинжал – на всякий случай, наложил на нас с Филом щиты, проверил, могу ли использовать свет и пустоту одновременно. Магия послушно откликалась, и это радовало.
– Идем, – сказал Филу и увлек его в пустоту.
