355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Ольга Орлова » Она нашла себя (СИ) » Текст книги (страница 1)
Она нашла себя (СИ)
  • Текст добавлен: 24 сентября 2016, 04:57

Текст книги "Она нашла себя (СИ)"


Автор книги: Ольга Орлова



сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 4 страниц)

Глава 1.

Сон – для неё – это реальность, которая происходит в другом мире.

Лена плохо спала всю ночь. Дергалась, вертелась, словно что-то специально не давало ей оправдать надежды её парня, который пожелал ей на ночь «спокойной ночи и милых сновидений». Скорее всего, виновниками этой дурной ночи были нахлынувшие воспоминания и раздумья, которые когда-то пережила Лена, но во сне они предстали перед ней жутко и сюрреалистично. Воспоминания без спросу, забыв о деликатности и времени суток, кружили в подсознании в своей пляске. Она же пассивно их воспринимала:

«Вечер. Сумерки давят на прохожих и заставляют всё видеть менее чётко. Она размерено идёт с мамой по хорошо знакомой ей улице – улице детства. Но Лена, словно ещё не рассталась с детством. Оно не отпускает её. Процесс не завершился… Они что-то обсуждают с мамой. Тихо, скромно, рассудительно. Они всегда старались понять друг друга, прежде чем обидеть и накричать. Ничего не мешало их разговору. Люди, машины, здания – всё дышало обыденностью, простотой, безразличностью. Всё слилось, работало цельным механизмом. Лене хотелось назвать это «всеобщим механическим полётом одушевленных и неодушевленных материй».

И вдруг … этот полёт прекратился. Лена поразилась увиденному. Через дорогу на их сторону переходили люди по светофору. Всё было, как всегда. Кроме двух людей. Шёл мальчик лет десяти с безумно грустными глазами. Было ощущение, что он постоянно плачет… Вокруг глаз его образовалась чернота. Ему было не по себе… стыдно… За себя и за папу, которого он вёл, как собаку, держа железной цепью за шею. Отец повиновался и полз на четвереньках с понурым лицом, со смирившимися глазами, опущенными уголками губ. Но в лице ещё чувствовалась жизнь. Он ещё тоже думал и стыдился…

Лена ничего не понимала. Она остановилась и смотрела, не смея дышать и шевелиться. И мама куда-то исчезла…

Эта странная пара поравнялась с ней. Превозмогая себя, она спросила у мальчика:

– Почему ты это делаешь? Зачем это всё?

Мальчик поднял на неё глаза и остановился. Отцу пришлось сделать тоже самое.

«Мой папа – алкоголик… Теперь с такими людьми поступают так. Не знаю, но говорят, это нужно, чтобы он почувствовал стыд за своё поведение и неправильную жизнь, из-за которой больно ему, его близким. Чтобы он задумался и понял, что лучше быть свободным и нормальным. Не носить клейма и цепей в виде вредных привычек, которые переходят в болезнь и разъедают личность. Чтобы он всё это лучше усвоил, мы поочередно ходим с ним так. Это обязательно. Он должен чувствовать и наш стыд тоже» – телепатически сообщал мальчик Лене.

– Это помогает? – спросила Лена, смотря мальчику в глаза и не понимая, как можно в его возрасте так по-взрослому говорить и смотреть. Его глаза были пугающе взрослыми и пронизывающими. Лена видела в них себя…

Теперь точно так, как разговаривал с ней мальчик, заговорил его отец:

«Я многое осознал… И мне больно. Я пытаюсь вылечиться. И не теряю веры в это». Жалобный голос. Из глаз его полились слёзы раскаяния.

«Он говорит правду» – не сомневалась Лена.

– Надейтесь и действуйте! – пожелала она им обоим.

«Да… А как же иначе» – почти хором ответили отец с сыном и вздохнули.

От их вздохов ей стало холодно…

Мальчик с отцом двинулись дальше. Лена только успела шепнуть мальчику:

– Я буду верить в вас! Держись!

«Спасибо тебе, Лена. Никогда не забывай, ты – Факел!»

Только она хотела спросить у него, откуда ему известно её имя, как они испарились.

Лена снова вернулась в общий механический полёт, но уже чувствовала себя в нём отчужденно. Всё казалось ей неправдоподобным, ненужным, слишком понятным и плавным.

«Такие беды, катастрофы личностей и вселенных, а мы летаем в мире иллюзий и тишины…» – протикало в ней ржавым механизмом. Он заскрипел и начал ломаться…

Лена прислонилась к стене сонного дома и сжавшись, заплакала…»

Теперь Лена проснулась. Её рыдания во сне достигли предела, и ей стало плохо наяву. Она заёрзала по кровати, закрыла глаза ладонями, пытаясь придти в себя…

«Приснится же такое! Чего только не насмотрится человек за ночную жизнь во снах… Нет бы, что-нибудь доброе, радостное, лёгкое… Или вообще ничего пусть не снится» – обижено думала она.

Лена выпрямилась на кровати и раскинула руки. Громко вздохнув, она посмотрела на окно. Солнце нежно заливало комнату и дарило свою улыбку. Прозрачные занавески вздрагивали, трепетали и забирали в необъяснимо приятное, невесомое приключение; вспенивались, вздымались, поддающиеся только ласке или грубости ветерка. Лене нравилось, как всегда в фильмах красиво обыгрывали эпизоды с занавесками. Ей запомнились светло-красные шифоновые шторы… Пугающие и соблазняющие.

Внезапно она вспомнила последние слова мальчика из сна: «Не забывай – ты Факел!»…

– Поняла! – торжествующе она сказала себе, и резко подскочила в кровати. – Ведь «Елена» переводится «факел» с греческого! Интересно, многим я освещаю путь? Или, наоборот, кому-то порчу жизнь, поджигая?.. – спросила она себя и засмеялась.

***

Лена всю жизнь была в напряжении. Иногда это проявлялось в её сдержанности, реже – в замкнутости. Но бывали и другие случаи, когда её внутреннее возбуждение, не совсем ей понятное, заставляло держаться её вызывающе, как будто она вечно ждала чьих-то нападок. Нервы её были натянуты постоянно. Но мало, кто из окружающих и близких, чувствовал это. Напряжение вызывало усталость и душевную боль. И Лена начинала думать, что люди, сама жизнь – источник этой боли.

Она надеялась, что её парень Эдуард – человек, способный её понять и полюбить, освободит её от напряжения и страхов. Поначалу так и было, потому что они оба старались помогать друг другу и исполнять желания. Чувство новизны и полноты возможностей держало их тогда. Но всё постепенно изменилось.

Эдуард всегда знал, чего хочет от жизни. И проявлял упорство для достижения целей. Романтизм, которого так не хватало Лене, редко напоминал Эдуарду о своём существовании. И чувственность не отвечала ему взаимностью. Это был практичный молодой человек, предпочитающий выгоду фантазиям и сладким мечтам.

Лена только недавно начала это осознавать. Потому что Эдик всё меньше уделял ей внимания. Он всё больше отдалялся, отвыкал от отношений.

Она сидела дома. Эдуард мог обеспечить их, поэтому предложил ей не работать. Лена согласилась. Такой вариант её не пугал. Она всегда была домашней девочкой. Непроблемной. Без особых причуд.

Так они и жили на его квартире уже год. Их связывало только комфортное сожительство, редкие разговоры и отдельные жизни, не покушавшиеся друг на друга.

Иногда, проснувшись утром или ночью, она думала об этом, но ответа не находила.

***

«Позвоню-ка я маме. Расскажу ей этот чудаковатый сон» – подумала она, расчесывая волосы перед зеркалом в ванной.

Мама серьёзно выслушала её и сожалеющим голосом, наполненным воспоминанием о муже-алкоголике, ответила ей:

– Ой… И правильно в твоём мире сна сделали. В нашем бы тоже такое не помешало…

– Это точно! – подхватила Лена и прикрыла погрустневшие глаза.

Глава 2.

Как только Лена привела себя в порядок, а ей для этого нужно было не больше 15 минут, потому что у неё всегда была чистая кожа и милая внешность, она отправилась в магазин, прикупить продуктов и хозтоваров.

Она почти всегда ходила в магазин одна. Эдуард полностью полагался на её выбор. Вот почему в магазинах она чувствовала себя, как рыба в воде.

Взяв всё необходимое в продуктовом магазине, она зашла в хозяйственный. Лена любила этот магазин, потому что здесь было самообслуживание, а, значит, можно ходить и смотреть, сколько душе угодно. Но сегодня был не тот день… Парень-консультант, как назойливая муха, постоянно кружился около неё и наблюдал, контролировал её движения, взгляды и предпочтения. Сначала она решительно отмахнулась от него в душе, но это помогло ненадолго.

«Неужели я делаю что-то такое, что так привлекаю его внимание! Не даёт спокойно выбрать. А между тем, где-нибудь в другом уголке магазина кто-то ворует!..» – думала она, морщив лоб и устанавливая обратно гель для душа.

– Разве у вас в магазине не ведётся видеонаблюдение за покупателями? Мне кажется, я всё правильно прочитала и поняла у входа в магазин, – не выдержала Лена и высказалась консультанту.

– Вы всё правильно поняли. У меня личное наблюдение, – мягко ответил парень, подкрепив слова невинной улыбкой. Он хотел её понравиться. – Вы очень красивы!

Лена опешила от такой наглости. Пусть и в виде комплимента.

– Очень приятно! – иронично ответила она с приторной улыбкой. – Вы хотите, чтобы я сегодня обогатила ваш магазин, или дальше будете мне мешать?

Теперь опешил он, потому что думал, что после его приятных слов, она с ним познакомится.

– Что вы, уже ухожу, – сказал он после недолгой паузы. Он больше ни на что не надеялся.

– Вот и спасибо, – серьезно ответила она ему. И продолжила осмотр ассортимента.

Через 5 минут она вышла из магазина, довольная своим выбором и собой. Пакеты занимали обе её руки и постоянно напоминали о себе обременительной тяжестью. Он она с привычной лёгкостью несла их, и подставляла лицо освежающему ветерку.

«Вот мы и пришли почти!» – небрежно и весело кивнула она пакетам, когда заходила во двор дома, где жила. Она любила иногда себя поразвлекать, чтобы не было одиноко наедине с собой.

Мимо проходил парень, вышедший из её подъезда. Когда он был совсем близко к ней, она увидела его пристальный взгляд, скользивший по ней и её пакетам.

– Давайте я помогу вам донести? – внезапно спросил он, останавливаясь и просто смотря на Лену.

– Да нет, спасибо. Мне совсем не тяжело, – вежливо отказала она.

– Я верю вам, – улыбнулся он. – Я живу тут. И помогу вам с удовольствием.

– Ну раз вы так настаиваете.

«Сегодня ко мне все хотят пристать. Тут уж отказывать не буду».

Лена протянула ему пакеты. И они двинулись к подъезду.

– Я вас тут никогда не видела.

– Я недавно переехал сюда. Мы с родителями решили, что тут мне будет лучше. Я прекрасно смогу жить и в однушке.

– Тогда поздравляю вас с новым жильём! Возможно, вас ждёт новая жизнь. Что-то изменится. Думаю, изменения никогда не помешают, – говорила Лена учтиво. Эти пожелания она больше посылала себе, чем незнакомцу. Ей хотелось изменить свою жизнь.

– Спасибо! Наверно, вы правы. Одно уже точно радует – у меня будет замечательная соседка.

– Быстро же вы судите о людях, – засмеялась Лена. – Может, я буду самой коварной соседкой из всех, с кем вам приходилось иметь дело.

– Где вы проходили курс по кокетству и флирту? Я тоже запишусь! – весело спросил он.

– Женщинам можно этому не учиться. Мы такие по своей натуре, – ответила она и посмотрела на него. Теперь она не улыбалась… Когда-то в книгах она читала о героях, у которых был доброжелательный взгляд и открытое лицо. Такое лицо было сейчас перед ней.

Парень тревожно посмотрел на неё, потому что Лена не скрывала своего изумления.

– Что у меня с лицом?

– У вас очень приятное лицо. Редкость в наше время… Все обычно ходят закрытые, а у вас каждая эмоция проступает. И вы не прячете их.

– Совсем меня засмущали!.. – ласково ответил он.

– Вот и моя квартира, – указала Лена на дверь. – Вернее, не моя. А моего парня.

Она ожидала определенную реакцию на её слова. Что-то вроде: «Как жаль, что у такой прелестной девушки есть парень!». Но этого не последовало.

– А я живу по вашему стояку, через этаж.

– Замечательно. Заходите, если что-нибудь понадобиться. Буду рада помочь!

– Спасибо большое.

Лена отомкнула дверь, он отдал ей пакеты.

– Если вам интересно, то меня зовут Анатолий, – шутливо проговорил он.

– Как же я забыла, что у людей имя есть! – удивилась она. – Бывает же. Я понимаю, почему так произошло… Просто у меня ощущение, что вы для меня знакомый человек.

– Такое бывает. Но сделайте одолжение, – с загадочной улыбкой попросил Анатолий.

– Ой!.. Лена – быстро сообразила она и засмеялась.

– Теперь я могу сказать, что мне приятно познакомиться.

– И мне тоже. Очень!

– Если вас тоже понадобиться моя помощь – обращайтесь, – говорил он, поднимаясь по ступенькам к себе.

Так они и попрощались.

Дойдя до квартиры, Анатолий вспомнил, что выходил в магазин.

«Вот и побрёл не туда совсем!..» – подумал он, спускаясь обратно и грустно улыбаясь.

Глава 3.

Вечер… Полгода уже все вечера проходят одинаково. Лена сидит за компьютером, Эдуард – тоже. Они в разных мирах, в разном окружении. Они уже забыли, когда последний раз провели нормально вечер вдвоём, глядя друг на друга, любя и забывая обо всём на свете.

Лена в соцсети со многими хорошо общается, любит давать советы, читать длинные сообщения, полные проблем и слёз, чтобы затем попытаться вывести из депрессии. Любит ли она это?.. Или просто закрывается с помощью этого от своей судьбы, от своих мыслей и надежд?

Сейчас она сидит и уставшими глазами смотрит в родной монитор компьютера, пытается что-то придумать.

«Интересно, а что было бы, если бы дети с помощью СМИ узнавали только о дружбе и любви между мужчиной и женщиной, а все намёки на секс, разврат, пошлость и грубость запретили? Это были бы другие люди. Более чистое молодое поколение. Конечно, не идеальное, но это был бы первый верный шаг! Хотелось бы создать опросник в группе, но…

Просто создавать такие темы? И что это изменит в реальности?! НИ-ЧЕ-ГО! Наша маленькая тема не может помешать детям портиться, потому что для такого должна быть задействована вся страна, а не маленькая инициативная группка» – удрученно рассуждала она, облокотившись на стол.

«Боже, интернет никак меня не отпустит! Зачем же я так пристрастилась к нему?! Срочно надо выкарабкиваться. Я в нём так жить скоро начну… Думала, станет легче, если буду себя чем-то насыщать и отвлекать, но эта штука пострашнее оказалась. Я себя теряю. Лучше книгу почитала бы. Настоящую книгу, которую так приятно держать в руках. Лучше бы порукодельничала бы… Тратить жизнь, смотря на переключающиеся картинки и слова, которые ничего не дают в реальности – это нелепо!.. Нелепо жить только мыслями. Тело перестаёт жить, как только я сажусь за компьютер. Оно умирает каждый день понемногу. И умирает всегда в одинаковый позе. Я похожа на зомби или на англичан, которых фотографировали мертвыми в 19 веке. В чём мне это когда-нибудь поможет?..» – продолжала говорить себе Лена, а слёзы звучно, как градинки, ударялись о деревянный стол, задетый за живое.

«Я больше этого не хочу! Как же всё надоело!..» – додумала она и зарыдала, с горестью и бессилием положив голову на безжизненно раскинутые руки.

Глава 4.

«С каким-то другом она прохаживалась по цветнику во дворе. Она никогда не была здесь раньше. Они спокойно о чём-то беседовали, будто хорошо знали друг друга и уже давно общались. Лена даже что-то к нему испытывала. Она ощущала, что их отношения привели их в гости к любви.

Нечаянно Лена упала на куст роз. Как это произошло? Она не понимала и не помнила. Но сейчас было не до этого. Вместе с другом она увидела, что происшествие с кустом подмечено женщиной, ужасно недовольной и злобной. Женщина направлялась к ним.

Лена испугалась и схватила друга за руку. Он всё понял, но не подумал сдвинуться с места.

– Уйдём отсюда. Я не хочу скандалов, – быстро проговорила она, ещё больше сжимая его руку.

– Зачем? Ничего она нам не сделает. Мы объясним, что всё нечаянно произошло.

Сделав жест несогласия, она начинает бежать и тянуть его за собой.

– Мы добежим до остановки и уедем! – пускает она слова, как стрелы, во время бега.

Они на остановке, но транспорта никакого нет. Он словно вымер…

Лена в отчаянии смотрит по сторонам… Тишина. Смотрит ещё. И глаза её расширяются от удивления.

– Опять она! – восклицает она.

Её друг оборачивается и видит, что та женщина набрала где-то кучу людей и шествует во главе отряда. И опять за ними.

Лена, не дожидаясь, снова хватает его за руку. Они бегут дальше, что есть мочи, и не чувствуют усталости.

Вокруг люди. Ходят, как ни чём не бывало, не замечая подростков. Мир и люди, будто за стеклом, не принимают участия в судьбе парочки.

Теперь они остановились, чтобы передохнуть. Этого «отряда» пока не было видно.

– Пойдём спрячемся под крышей подвала. Если они придут, сразу нас всё равно не заметят, – убедительно предложила Лена.

Так они и сделали.

Лена никогда таких дворов – красивых и странных – не видела.

– Снова они!.. Идут, вроде, медленно, а уже нагнали… – сообщила она ему шёпотом и указала на «отряд».

Он молчит и смотрит удивленно и встревоженно.

Толпа остановилась у одной из клумб с розами.

«Везде розы!.. Да ещё и такие чудовищно яркие» – внезапно подумала она.

Те, в свою очередь, очистили клумбу от ненужных веточек и мусора, а затем вошли во двор, где они прятались.

Он дёрнул её руку и сказал:

– Может, они всего лишь пошли клумбы прибирать, а не за нами гонятся?

– Не знаю!.. Но лучше ещё пробежаться. Пока совсем от них не отделаемся.

Снова они выбежали из укрытия и понеслись по ухоженной дорожке. Всё тут радовало глаз.

«В нашем городе так чисто никогда не бывает» – пробилась мысль-быстринка.

– Остановимся тут! – скомандовала Лена и встала, озираясь.

Начинался лес. Рядом ходили люди. Спокойные, в своих мыслях.

– Посмотри туда! – воскликнул он и указал рукой.

– О… – только и выронила она.

Недалеко от них стоял огромный памятник: это были дети – мальчик и девочка – с кошачьими ушами.

– Такой большой и ненормальный! – озвучил он её мысль.

За памятником располагалась какая-то непонятная конструкция. Лена ею очень заинтересовалась.

– Пошли туда! – сказала она твёрдо, даже не собираясь слушать возражений друга.

Сначала располагался взрослый, красиво обрамленный гранитом с орнаментом, бассейн. Он был длинный, чуть расширенный в одну сторону. Затем – параллельно – такой же по форме, но меньшего размера и из другого материала, и третий – маленький, детский: почти по всей его длине стояла деревянная лодка. Эти три бассейна отделялись друг от друга высокими деревьями, утыканными блестящими зелеными листьями.

Лене всё было так ново, что она не теряла ни одной детали из виду. Она и не заметила, что друга её уже нет с ней.

Пройдя бассейны, она попала в галереи. Там она начала теряться и, наконец, поняла, что она одна. Её сердце учащенно забилось, и страху не было предела. Но нужно было держать себя в руках…

Она остановилась и смотрела на большую комнату. В ней было три глубоких бассейна, следующих друг за другом. Они были наполнены слегка мутной водой.

Только через несколько мгновений, когда в один бассейн полезла купаться панда, Лена поняла, что бассейны были специально для купания крупных животных.

Всё тут было любопытно, как в мистической лаборатории. Лена продолжала ходить по комнатам, всё изучать. Она надеялась встретить друга.

Зайдя в комнаты, она заметила двух мужчин в чёрном. Пока они её не увидели, Лена тихо и аккуратно вышла обратно. И попала на лестницу. Очень мягко ступая по порожкам, она спускалась вниз. Но нравилось ей всё это меньше и меньше…

Вытащив телефон из кармана, она собиралась набрать друга, чтобы узнать, куда он пропал…»

На этом сон оборвался. Лена проснулась, так ничего и не узнав там…

– Мои вечные сны… Уже хочется вызвать дух Фрейда. Пусть всё расшифрует! – ворчала она. – Хотя… Зачем? Всё и так ясно. Раз столько детской атрибутики и цветов, значит, я соскучилась по детству – безмятежному детству. А то, что я убегала от странной женщины за мой непонятный проступок с цветами, можно расценить так:

Проступок – моя ненужная встреча с Эдиком. Она произошла нечаянно. И я должна за это ненужное действие ответить. Это моя судьба гонится за мной в виде женщины, которая тщательно следит за цветами – моими жизненными событиями. Она пытается меня догнать, но я прячусь…

Все эти странные миры… Наверно, мне нужно новую жизнь. Старая себя изживает...

– Пожалуй, позову Фрейда, когда мне приснится что-то реально ненормальное и трудное,– закрыла тему для себя Лена и грустно улыбнулась, непонятно чему.

Глава 5.

Сегодня Лене нужно было прикупить только хлеба и сливок для кофе.

На улице была приятная погода. Солнце нежно заигрывало с девушкой. Лена ему задорно подмигивала. Она медленно шла обратно домой.

«Посижу-ка во дворе» – предложила себе Лена и присела на постаревшую от времени лавочку, улыбавшуюся ей оставшимися деревянными дощечками. Всё было для неё родным.

Рядом бегали малыши. Мамаши присматривали за ними: кто-то молча, кто-то – давая наставления и ругая за непослушание.

Посидев так полчаса, Лена решила пойти домой. Когда она подходила к подъезду, с другой стороны дома вышел Анатолий. Лена посмотрела на него с улыбкой, но глаза говорили об удивлении.

– Я, конечно, думала, что часто буду видеть вас, но не настолько. Как интересно!.. Неужели мы случайно встречаемся?

– Нет. Я всё-таки записался на курсы по флирту, и пришёл за вами. Тренироваться, – ответил он и засмеялся хитрыми глазами. А потом внезапно стал серьёзнее, чем влюбленный, умирающий на руках любимой. – Я хотел вас увидеть. Вы такая…необычная.

Она взволнованно посмотрела него. Потупила взгляд от смущения.

– Даже так!.. Походу, вы меня соблазняете. Но у вас это так трогательно и ненавязчиво выходит, – весело ответила Лена.

– Ну… Тогда я самый серьёзный соблазнитель на свете, – прямо сказал он.

Они вместе душевно засмеялись.

Внезапно их внимание привлёк один мальчик. Он бежал с котом в руках. Кот висел вниз головой. Мальчик держал его только за задние лапы.

– Бедное животное! – воскликнула Лена.

Она быстро подошла к мальчику, чтобы всё это остановить. Анатолий вслед за ней.

– Что ты делаешь? Прекрати! Ему же больно… – обратилась Лена к мальчику.

– Ничего ему не больно! – огрызнулся он.

– Значит, я тоже могу взять тебя так или ударить? – негодовала она. Лена всегда не терпела такого ни по отношению к людям, ни по отношению к животным, которые не смогут никому пожаловаться.

– Нет. Не можете! – недовольно заявил мальчик.

– Отпусти кота.

Мальчик не послушался и положил животное на асфальт, придерживая его одной рукой, чтобы кот не сбежал при удобном случае. Он достал из кармана маленький ножик и начал подносить его к морде кота, наверное, хотя отрезать тому вибриссы. Хорошо, что Лена ему помешала…

– Негодяй... Если тебе что-то не досталось… Если у тебя плохое настроение… Или заняться нечем, то не нужно калечить живое существо! – продолжала отчитывать мальчика, держа кота на руках.

– Не надо расти таким злым!.. – недовольно добавил ему Анатолий.

Мальчик только оскорбленно отвернулся и пошагал от них.

– Ни капли раскаяния. Какой-то бесчувственный… Но страшно другое!.. – Лена повернулась к Анатолию.

– Что?

– Он же в любой момент может сделать что-то ужасное. Вдруг он будет в другом дворе сейчас кого-то мучить…

– А тут только вздыхать. За всеми-то не уследишь!.. Что мы можем, так это накормить котика. Для него это будет наградой за страх, – улыбнулся Анатолий.

– Ты прав. Я тоже хотела это предложить. Я накормлю его дома спокойно.

– Давай сделаем это у меня.

– Почему у тебя?

– Секрет! Но я думаю, тебе он понравится, – интригующе настаивал он.

Лена колебалась.

«Будет как-то некрасиво идти к другому парню в квартиру. Эдик не одобрил бы…».

– Даже не знаю…

– Не устраивает?

«Почему бы и не сходить?.. Толя, вроде, порядочный…»

– Нет. Пойдем, – слегка улыбнулась она.

***

Анатолий открыл дверь. Они зашли в уютную квартирку, пропитанную тёплым светом.

– Обстановка в квартире не похожа на холостяцкую. Ты же один живёшь, я ничего не путаю?

– Один. Просто аккуратен. И терплю лишь один вид беспорядка. Скоро ты всё поймешь.

– Сплошные тайны! – сощурила глаза Лена и повела указательным пальцем. – Надеюсь, тайны безобидные и нестрашные.

– Только такие. Не извольте беспокоиться! – пошутил он.

– Пока кот будет есть – попьём чай, – продолжил Анатолий.

– Нет. Спасибо. Мне не хочется.

Лена всегда не доверяла людям, даже, если они производили на неё приятное впечатление.

«Люди всякие бывают. Кто знает, что у них на уме. Может, какой-то план нездоровый насчёт тебя» – всегда повторяла ей мама. И Лена предпочитала придерживаться осторожного поведения, подсказанного этой мыслью.

Кот быстро поедал маленькие куски вареной колбасы.

Анатолий и Лена прошли в комнату. Она всё внимательно рассматривала.

На стенах висело несколько картин. Больше всего её поразила одна: изящно нарисованная скрипка со смычком рядом с венком из розовых камелий.

– Какая красивая живопись!

– Не думал, что тебе понравятся мои картины. Спасибо, – поблагодарил Толя. Ему было приятна такая оценка его творчества.

– Ты художник! – удивленно воскликнула она.

– Я пишу только для себя. Этим я не зарабатываю. Но моя тайна оказалась для тебя неожиданной!

– Да! Не знала, что у меня будет друг – художник. Это может только радовать!

Толя улыбался.

– А кем же ты работаешь?

– Менеджером.

– И как же в тебе уживаются две разных личности? Художник – нежный и поэтичный. Менеджер – приземленный и практичный логик.

– Легко! Когда хочется кушать, одеваться и сводить концы с концами каждый месяц, а порой и каждую неделю, приходится думать не только о приятном и любимом…

– Не спорю. Это так! – вздохнула Лена. – Ты такой интересный! Для меня это очень важно… – грустно закончила она, вспоминая об отношениях, связывающих её с Эдуардом.

– Что же так грустно-то, Лен? – удивился он.

– Это личное…

– Поругались с парнем?

– Поругались?.. Нет. Наша с ним проблема глубже. Если после ссоры можно и хочется помириться, то у нас и восстанавливать нечего. Мы не ссоримся.

– Давай сядем и спокойно обо всём поговорим, – Толя указал на два кресла.

– Мне не хочется об этом говорить. Тут говори не говори – толку не будет. Нужны только действия. Чтобы бал окончить, свечи затушить… Что-то я красиво слишком заговорила. Странно… Ни к чему как-то.

– Душа твоя хочет говорить именно так. Не мешай ей.

– Может…

Блуждающий взгляд Лены упал на стол: в беспорядке на нём были раскиданы кисточки, краски, эскизы… В некоторых местах краска непроизвольными узорами и разнообразными кляксами прилипла к столу.

– Вот в чём ты себе не отказываешь! Такой беспорядок ты можешь себе позволить. Так сказать, творческий беспорядок, – подколола она его и заодно отошла от нежеланной темы.

– Точно подметила! – спокойно и радостно подхватил он её настроение.

– Ты всегда такой спокойный? Нет… По-другому спрошу. Ты всегда такой вежливый, понимающий, ровный?

– Конечно, не всегда. В критические минуты я другой. Но стараюсь не ронять достоинства.

– Я так и поняла, – согласилась Лена с улыбкой. И в подтверждении слов, кивнула.

Глава 6.

« – Сегодня мы приготовили что-то очень вкусное! – чуть ли не напевая от радости, сказала Лена.

Она сидела за кухонным столом и перекладывала для удобства овощи, необходимые для салата. Всё было спокойно, как всегда, когда она готовила ужин Эдику. Лена любила готовить в полном одиночестве, чтобы никто ей не мешал, не лез с комментариями и советами.

– Салат? – спросил Эдуард, заглядывая на кухню.

– Да. И не только.

– Ты права! – улыбнулся он.

Лена обратила на него внимание, перестав резать овощи.

– Угадай, в какой руке! – спросил он и протянул ей руки.

– Даже не знаю… – улыбнулась она. – Может, в этой, – показала на правую руку.

– Нет. Не угадала!.. Что же ты так! – обиделся он. – Ну ничего! – и открыл правую ладонь. – Тут только футляр. А само кольцо – в этой, – теперь Эдуард открыл левую. – Стать моей женой! – засияла его улыбка.

– Знаешь, мне, конечно, приятно, но мог бы и по-человечески мне сделать предложение! – нервно кинула Лена, думая, что это знак. Ей не нужно принимать кольцо. Она не угадала, где оно.

– Вот так! Я приятное хотел сделать! – опять обиделся он.

– А тебе не кажется, что я всё правильно угадала? Не кольцо, а пустой футляр. Пустой, как наши с тобой отношения.

– Что ты говоришь?! Это ты так шутишь? Или издеваешься?

– Я серьёзно!

– Так… Ты меня удивляешь! Зачем тогда жить со мной, если всё так плохо?!

– Прости… Просто ты меня разозлил таким предложением… – почему-то просила она у него прощение, хотя знала, что надо продолжать разговор в том же тоне, чтобы расстаться. – Я приму его.

Эдуард надел ей на палец кольцо. И обнял её со спины.

– Ты сегодня злюка! – весело пробурчал он. А потом ушёл в свою комнату.

Лена снова принялась за готовку, но грусть не покидала её. Она тёрла сыр, но руки не хотели слушаться её. Они дрожали…

«Что же с вами?..» – недоумевая, смотрела она на руки.

«Попробую ещё!» – успокаивала себя.

Взмах сыром по тёрке – поранила пальцы. Лена стояла и плакала от боли. Кровь стекала тонкими струйками с ладони. Но её это не остановило. Она продолжила с остервенением.

«Я всё доделаю!» – злобно крикнула она себе внутренним голосом.

Но не тут-то было… Её удивлению не было предела, когда она увидела, что вместо сырных стружек на доске лежало потёртое кольцо, только что подаренное Эдиком. На пальце его больше не было.

– Вот и правильно! – прошептала Лена и зарыдала. – Кольцо убило себя. Даже оно против…»

Лена открыла глаза. Она помнила сон до мельчайших подробностей. На душе у неё было гадко и тоскливо.

Теперь она плакала наяву, грубо сжимая свою подушку.

– Уже такие сны приходят ко мне… Что же мне ещё нужно? Когда такие намёки преследуют… А я ничего не предпринимаю.

Вытирая слёзы, она привстала на кровати. И вспомнила, как читала небольшую статью, которая называлась «Смерть – это сон?». В ней у одного учёного спрашивали о сновидениях, о нескольких реальностях, в которых мы находимся, когда бодрствуем или спим.

Лена хорошо запомнила такие слова:

« – Наука говорит, что сон – это особое состояние сознания. А где находится в это время наше «измененное сознание»?»

– Никто этого не знает! – добавила она от себя. – Если мы живём в двух реальностях, то мне уже даже с той реальности посылаются сигналы, которые я пытаюсь заглушить. Зачем я это делаю?!

«В исламе сон называют «маленькой смертью» – снова всплыли слова из той статьи.

– Это похоже на правду.

Глава 7.

Чтобы отойти ото сна, который не выветривался и оставлял горький осадок в мыслях, Лена решила прогуляться. Она надела любимые босоножки на каблуках, лёгкий цветастый сарафан, и двинулась в путь. Так как она привыкла всегда быстро ходить, ей пришлось усмирять нараставшую скорость движений. Это удавалось с трудом. Порой она не замечала, что уже почти бежит, взлетает, когда начинала о чём-то серьёзно думать. Часто Лена останавливалась около красивых клумб и подолгу рассматривала каждый цветок, словно вознаграждая природу за долгое одиночество, когда люди не вспоминают о ней и не навещают её маленьких детей. Она щедро улыбалась им, искренне и по-детски. Лена ловила повсюду жаркий поцелуй солнца и всё больше подставляла ему лицо… Ей хотелось полностью отрешиться от людей, которые изредка проходили мимо. Хотелось полностью отдаться в мягкие объятия истомы природы. Но она, как многие, чувствовала, что её рамки – рамки поведения – всегда наготове, стискивают её на улице, в помещениях, где были люди. Поэтому она не позволяла себе ни на секунду расслабиться и быть собой. Но ей всё равно уже было намного лучше.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю