Текст книги "Бой песочных часов"
Автор книги: Ольга Юнязова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Крыша
–Ну что? – с надеждой встретила их в гостиной Рая. – Нету?! – поняла она, увидев их лица.
Галина, кивнув, села за стол, а Оксана встала возле окна.
– Нет, девушки! – возмутилась Рая. – Но ведь так не бывает, чтобы человек просто так вот взял и растворился в воздухе! Надо где-то его искать!
– Почему не бывает? – улыбнулась Оксана. – В воскресенье утром я вышла из спальни, зашла на пять минут к маме в комнату, а когда вернулась, он уже «растворился».
– И что дальше будем делать? – спросила Рая.
Галина пожала плечами.
– Я поеду домой, – сказала Оксана.
– Как домой? – удивилась Галина. – Ты же собиралась остаться!
– Я собиралась остаться, чтобы ухаживать за Сашей, но он исчез! И что толку мне здесь сидеть? Да и мама дома осталась с незнакомой женщиной. Хоть Анна Даниловна поручилась, что она абсолютно надежная, но надо все-таки съездить, посмотреть, как у них там дела.
Она поглядела на сотовый телефон.
– И связи, как назло, нет! Так бы хоть позвонила.
– Да, конечно! – согласилась Рая. – Надо ехать. Ты поезжай, а мы его тут еще поищем.
– Слушайте, девочки! – вспомнила вдруг Оксана. – Надо сообщить Сашиной матери о том, что он заболел. Кто-нибудь знает ее телефон или адрес?
– Неа, – сказала Галина и посмотрела на Раю.
Рая тоже помотала головой.
– Но она хоть существует в природе? – спросила Оксана.
– В детстве существовала, – кивнула Галина. – Я ее один раз видела, когда она в конце лета за Сашкой приехала. Очень красивая... просто топмодель.
– Может, вернулась обратно в Ленинград? – предположила Рая. – Они же оттуда родом.
– Ну, нет так нет, – вздохнула Оксана и снова посмотрела в окно. – Кажется, идут наши авторемонтники!
Галина встала и тоже подошла к окну.
– Надо же! – ухмыльнулась она. – Вот бы не подумала, что Владимир сможет после всего этого так спокойно идти и разговаривать с Рихардом.
– После чего «этого»? – спросила Оксана.
– Что значит «после чего»? – возмутилась Галина. – Ты уже все забыла? Скупка земли, угрозы, попытка затянуть нас в кредитную кабалу и, наконец, поджог леса!
– И дом Санькин отобрал, – подсказала Рая.
– Да!
– И слава богу, что он сам взялся эти руины восстанавливать! – сказала Оксана. – Мы с Сашей лучше новый дом построим! А вот все остальное под большим вопросом.
– Что под вопросом?
– Что лес поджег, например.
– Ясно дело, не сам поджигал! – капризно ответила Галина. – Нанял кого-то. Не само же оно загорелось!
– Бывает, что от молнии лес загорается.
– Хм! – ухмыльнулась Галина. – Никогда не загорался от молний, и вдруг бах и загорелся в самый разгар конфликта.
Оксана вздохнула и пожала плечами.
– Действительно странно, но не пойман – не вор. А что касается угроз, так Рихард говорит, что Владимир его неправильно понял...
– Слушай ты его больше! Этот рыжий – тот еще лис! Он тебе любой лапши на уши навешает и из любой ситуации выкрутится. Мы же с Володей о нем справки наводили.
– И что говорят «справки»?
– А то, что он не только строительством занимается.
– А чем еще?
– Как бы это сказать помягче? Организованной преступностью.
– Ой, Галя! – сморщилась Оксана. – Были времена, когда без дани бандитским группировкам вообще невозможно было ничего делать. У моего отца тоже были такие связи, в простонародье именуемые «крыша».
– Правильно! – кивнула Галина. – А сейчас все эти «крыши» зарегистрировались и стали называться «охранными предприятиями», а награбленные деньги вложили в легальный бизнес. Так вот Рихард и есть «крыша». И я бы на твоем месте не слишком ему доверяла.
Эта новость расстроила Оксану.
– Но вообще-то он хочет построить новую деревню на этом месте и дать желающим людям землю, – высказала она последний аргумент в его защиту.
– Наивная ты девушка, Оксана. Просто этим людям сейчас очень нужно пролезть во власть. Одним, чтобы иметь возможность расширять бизнес, другим, чтобы получить депутатскую неприкосновенность. Я не знаю, зачем это нужно Рихарду, но он уже неоднократно баллотировался в депутаты. Слава богу, пока не прошел. И вот теперь он решил сделать «доброе дело», чтобы о нем всерьез услышали и наконец-то пустили лису в курятник. Понимаешь?
Оксана расстроилась окончательно, печально вздохнула и замолчала.
– Ну что? – спросила Галина у вошедших мужчин. – Все починили?
– Не, – махнул рукой Алексей. – Танк Рихарда пока решили здесь оставить. Уедем на моей, чтобы время не терять.
– А я завтра пришлю сюда своих ребят-механиков, – добавил Рихард. – Они и мои, и Алексеевы колеса увезут в ремонт.
– А что с мостом? – спросила Галина.
– Мост только послезавтра приедут чинить, – вздохнул Владимир. – Придется народу пару дней без молока обойтись.
– А давай я завезу молоко детям Йосиф Якича! – предложила Оксана. – Заодно и узнаем, куда он исчез.
Владимир одобрительно кивнул и написал на бумажке адрес.
Халява
Дверь открыла худая темноволосая женщина.
– Здравствуйте, – кивнула Оксана. – Я вам молоко привезла.
Женщина удивилась и протянула руку, чтобы взять пакет.
– У Владимира там небольшие проблемы, – пояснила Оксана, – он меня попросил.
Женщина кивнула и собиралась уже закрыть дверь.
– А-а-а... банку только верните, пожалуйста, – воскликнула Оксана. – А то банки – дефицит!
Женщина остановилась и, чуть помешкав, впустила ее в квартиру. Оксана огляделась: все здесь говорило о когда-то хорошей жизни, внезапно ставшей плохой. Раньше такие квартиры (в народе их называли сталинскими) давали важным людям. Но потом «важные люди» переехали в более комфортабельные новостройки, а «сталинки» стали коммуналками. Но эта квартира на коммуналку не походила. Стены были оклеены обоями, которые, судя по остаткам позолоты и засаленности, не обновлялись лет пятнадцать. На вешалке среди прочей одежды висела старомодная норковая шубка с вышарканными рукавами.
Оксана металась глазами по углам прихожей, пытаясь придумать, за что бы зацепиться, чтобы начать разговор с молчаливой хозяйкой. Нельзя же прямо взять и спросить: «Иосиф Яковлевич дома? Нет? А где он?»
И вдруг через приоткрытую дверь в комнату она увидела школьный портфель.
– Завтра первое сентября, – сказала она вернувшейся хозяйке, забирая вымытую банку. – Как детишки? Готовы к школе?
Женщина тяжело вздохнула и попыталась улыбнуться.
– Что-то случилось? – участливо поинтересовалась Оксана. – Надеюсь, с ребятами все хорошо?
– Да, – женщина махнула рукой, – с ними, слава богу, все в порядке, если не считать, что старший за лето вырос из костюма. Вчера померили, а штаны короткие и рукава чуть не по локоть. Только в прошлом году купили. Может быть, у вас там есть какие-нибудь костюмчики?
– Вполне может быть! – обрадовалась Оксана такому повороту событий. – Скажите размер, мы посмотрим.
Купить костюм для ребенка для нее не было проблем. Осталось только выяснить, где это «у вас там».
– А еще лучше было бы взять с собой мальчика, чтобы померить, – предложила она.
– Ой! Сеньки дома нет. Бегает где-то. Но должен скоро прийти! – Женщина явно не желала упускать такой шанс.
– Не переживайте! – успокоила ее Оксана. – Я могу подождать. А вы позвоните ему, пусть бежит домой.
– Позвонить? – удивилась женщина.
– Разве у него нет сотового телефона? – в свою очередь удивилась Оксана.
– Нет, конечно! Да вы что? Разве можно давать такие вещи детям?
– Но это ж так удобно! – возразила Оксана. – В любой момент можно проконтролировать, где он.
– Отберут! – пояснила женщина. – Район у нас неблагополучный. Да вы проходите, он скоро придет! – и она распахнула перед Оксаной дверь в комнату, а сама убежала по коридору в глубь квартиры.
Войдя, Оксана отметила, что, несмотря на нищету, здесь прибрано и чисто. Посреди комнаты стоял круглый стол, служивший и письменным, и компьютерным, и обеденным. Ничего не говорило о том, что в доме есть мужчина, зато наличие двух мальчишек угадывалось сразу. Набор солдатиков, выстроенных в боевую позицию на полу, и стопка учебников рядом с ужасно устаревшим компьютером.
Вскоре хозяйка вернулась и в нерешительности затопталась у порога.
– Может быть, чаю? – с надеждой предложила она. – Сенька скоро придет.
– Нет, спасибо! – отказалась Оксана. – А младший ваш где? Тоже гуляет?
– Нет, – улыбнулась женщина. – Он с отцом телевизор смотрит в той комнате.
– Ваш муж дома? – Оксана попыталась скрыть удивление и радость.
– Конечно! А где ж ему еще быть? А-а-а... простите... – женщина прищурилась. – Вы разве не из синагоги?
– Нет, – призналась Оксана. – Я просто молоко привезла по просьбе фермера.
– А с какой стати тогда вы собираетесь помочь нам с костюмом? – нахмурилась женщина. – Я-то думала...
– А почему бы мне не помочь вам? – пожала плечами Оксана. – Ведь ваш муж помог мне.
– Мой муж помог вам?! – удивление на ее лице трансформировалось в испуг. – Кто вы?! И чего вам от нас надо?
– Скажите, я могу поговорить с Иосифом Яковлевичем? – без прочих уверток напрямую спросила Оксана.
– С кем?!
– С вашим мужем.
– Вы что-то перепутали, – женщина помотала головой. – Моего мужа зовут иначе. И он ничем не мог вам помочь.
– Так! – Оксана села на стул. – Давайте разберемся! А то я совсем запуталась. Ничего, что я так вот вломилась к вам в дом?
– Мне тоже уже хочется разобраться, – женщина села напротив Оксаны.
Обе замолчали, глядя друг на друга и не зная, с чего начинать.
– Костюм ребенку я все равно куплю! – сказала Оксана, чтобы как-то начать разговор.
– Я не в том сейчас состоянии, чтобы отказываться от помощи, – согласилась женщина. – Но мне не хотелось бы, чтобы вы потом думали, что я вас обманула. Поэтому сразу скажите, чего вы от меня ожидаете взамен.
– Теперь уже не знаю, – задумалась Оксана. – Мне надо пролить хоть немного света на одну очень странную запутанную историю. И одна из ниточек привела меня к вам.
– То есть молоко ненастоящее?
– Нет, нет! Молоко самое настоящее – козье! Такое же, как всегда. Именно оно и есть та самая ниточка. Просто я вызвалась привезти его, чтобы узнать ваш адрес. Дело в том, что молоко оплатил человек, которого я хотела бы найти. И он сказал, что заказывает молоко для своих детей. Вот я и подумала, что он ваш муж.
– Нет, – женщина помотала головой. – Мой муж вот уже десять лет как болен. Он не выходит из дома.
– Неожиданный поворот событий, – Оксана вздохнула. – А можно мне с ним поговорить?
– О чем? – развела руками женщина. – Он абсолютно не в курсе этих дел!
– Хорошо. Тогда скажите, почему вы решили, что молоко привозят из синагоги?
– А-а-а... мне так сказали.
– Кто? Владимир?
– Нет, конечно! Ну... приходил представитель еврейского общества... они помогают своим инвалидам.
– Расскажите-ка мне про этого представителя!
– А чего о нем рассказывать? Типичный еврей. Картавит сильно.
– И одет как бомж с помойки?
Женщина удивленно нахмурилась и отрицательно помотала головой.
– Нет! Что вы! Прилично был одет, интеллигентный такой, в костюме, с кожаным портфелем.
– Хм, – Оксана задумалась. – Ладно. И что он сказал?
Сказал, что они составляют списки евреев, нуждающихся в помощи. Вот дошли до нас, пришли узнать, чем нам нужно помочь.
– Но мы не евреи! – возразила я ему.
– Откуда вы знаете? – сверкнул он белозубой американской улыбкой. – Да не пегеживайте! Мы не газглашаем националистам списки наших подопечных.
– Но это какая-то ошибка! – попыталась я его удержать на пороге. – Мы действительно не имеем никакого отношения к евреям.
– Стганно, стганно! – он заглянул в список и назвал фамилию, имя и отчество моего мужа. – Я пгавильно попал?
– Да! Но с чего вы взяли, что он еврей?
– Сожалею, что выдал вам его секгет! Не думал, что он скгывает это даже от собственной жены. Стыдно стыдиться своей национальности. А кто, кгоме нас, еще ему поможет?
Сначала я ему не поверила, но он достал фотографию, где мой муж стоит рядом с этим человеком, и оба в этих... национальных еврейских шапочках. Пока я таращила глаза на снимок, пытаясь найти на нем следы монтажа, гость вошел, поставил портфель возле порога, снял пальто и начищенные до блеска ботинки и прямиком пошел в комнату мужа. Я пошла следом за ним.
– А как его звали, вы не помните? – перебила ее Оксана.
– Да я и не знала. Он не представился.
– Жаль. И что было дальше?
– Он сел напротив инвалидного кресла, загородив мужу телевизор, и начал с ним разговаривать на еврейском языке. Я вышла, чтобы им не мешать.
– Вы знаете еврейский язык?
– Нет, конечно, – улыбнулась женщина. – Но я предположила, что это еврейский, так как это точно не был ни один из тех, что я могу определить на слух.
– Но ваш муж-то его узнал? И понял, что тот говорит?
– Не знаю, – пожала плечами женщина. – Он... э-э-э...
Она тяжело вздохнула и встала.
– Ладно. Пойдемте, я вам его покажу, чтобы долго не объяснять.
У порога она остановила Оксану:
– Подождите, я только прикрою его пледом.
Через секунду из комнаты вышел мальчик лет десяти, поздоровался и показал жестом, что можно войти. Оксана вошла.
В кресле сидел человек. Он не обратил никакого внимания на появление незнакомки. Взгляд его был прикован к телевизору, а в руке он держал пульт, хаотично переключая каналы.
– Вот все, что от него осталось, – сказала женщина. – Единственное, на что он реагирует – это на отключение телевизора.
Она нажала кнопку, и экран погас. Мужчина застонал, задергался, на лице его отразились страдание и испуг.
– Леня! – жена присела перед ним на корточки. – Леня, кушать будешь?
Он судорожно жал на кнопку «вкл» и хныкал как ребенок.
– А в туалет не хочешь?
Леня отрицательно замотал головой.
Женщина поднялась, нажала кнопку, и телевизор снова включился. Леня тут же расслабился, откинулся на спинку кресла и вернулся к созерцанию ритмично переключающихся каналов.
Оксана кивнула и вышла.
– И что было дальше? – спросила она, когда женщина тоже вернулась в гостиную.
– Лесик, беги к папе! – сказала та сыну, который снова занялся солдатиками.
– Ну вот! Иди туда, иди обратно! – возмутился ребенок, но встал и ушел.
– Как же он смотрит с ним телевизор? – удивилась Оксана. – Ведь там сплошное мелькание!
– Иногда он останавливается на чем-то. Если в комнате Лесик, то может надолго остановиться на мультиках или детской передаче. Когда вечером я ложусь в постель, то он находит какой-нибудь интересный фильм и не переключает, пока я его не досмотрю или не усну.
– Но ведь это говорит о том, что он... ну... не совсем сумасшедший.
– Врач говорит, что это какая-то форма аутизма. Хотя обычно аутизмом страдают с детства, а он был нормальным человеком. Даже можно сказать, гениальным.
– А что произошло? Если не секрет, конечно.
– Да чего уж теперь секретничать? – грустно улыбнулась хозяйка, поглядев на часы. – Чаю хотите?
– Нет, нет, лучше рассказывайте!
– Ну ладно, – вздохнула женщина.
Леня никогда не говорил о своей работе, да меня это и не интересовало. Он приносил хорошие деньги, меня и ребенка баловал. Даже в самые тяжелые перестроечные годы я знать не знала, что такое дефицит, что такое задержка зарплаты, проблемы с деньгами. Я жила как в раю и даже представить не могла, что все это может внезапно исчезнуть.
И вот однажды он пришел с работы возбужденным, глаза его как-то суматошно бегали, он даже не мог есть. Отодвинув тарелку, он сказал, что изобрел вечный двигатель. Я засмеялась, решив, что это шутка, но он начал убеждать меня, что он все перепроверил сто раз и убежден: двигатель будет работать без потребления топлива и внешних источников энергии. Я плохо учила физику в школе, но отлично помнила, что такого быть не может, а «изобретение вечного двигателя» в научном мире – синоним сумасшествия.
Рассказчица тяжело вздохнула.
– Тогда я не догадывалась, что именно это и случилось с моим мужем. Может быть, если бы я сразу отреагировала и обратилась к врачу, то мы смогли бы еще спасти его. Но я поддалась его эйфории, его фантазиям о неминуемой Нобелевской премии и об остановленных по всей планете за ненадобностью атомных и прочих электростанциях. Он что-то рисовал на бумаге и пытался объяснить мне принцип действия своего изобретения, а я делала вид, что понимаю что-то в этих формулах. «Это же так просто! – кричал он радостно. – Я не могу понять, как физики всего мира не видели этой гениальной простоты?!»
Надо сказать, что... извините за интимные подробности, конечно, вместе с этим эмоциональным взрывом у него произошел еще и какой-то необузданный сексуальный подъем. И как результат, появился Лесик.
Пока я была беременна, все шло прекрасно. У меня по-прежнему не было ни малейших подозрений о начавшейся болезни. Муж приходил с работы и рассказывал, как он перед ученым советом защищал свой проект, как выделяются деньги на создание специальной лаборатории для разработок его идеи и как он уже ставит первые практические опыты. И все было так правдоподобно... Слава Богу, что я успела родить Лесика до того, как открылась ужасная правда. Мне даже страшно представить, что было бы, узнай я раньше...
– И как все открылось?
– Однажды мне позвонили и сказали, что Леня находится в больнице. Я схватила Лесика, ему уже было где-то полгодика, поймала такси и приехала по указанному адресу. К мужу меня не пустили, сказали, что у него буйный приступ, а со мной разговаривал его лечащий врач. Он сначала спрашивал, не казалось ли мне поведение мужа в последнее время каким-то странным. Не было ли у него необычных всплесков сексуальной активности? Не рассказывал ли он о каких-нибудь невозможных вещах, например, о встрече с инопланетянами или что-то в этом роде. Тут я все поняла и разрыдалась. Оказывается, никто никаких лабораторий не создавал и никаким главным конструктором его не назначал. Все это время он жил в мире грез. Коллеги заметили неладное, когда он начал вдруг разговаривать командирским тоном. Все это терпели, а точнее, не придавали этому серьезного значения, так как он был уважаемым и действительно талантливым ученым. Но когда начали замечать ошибки в расчетах и указывать ему на них... да что там ошибки... откровенный бред... в общем, он начал впадать в гневные истерики и кричать... э-э-э... в общем, совершенно недопустимые вещи.
– Матерился? – усмехнулась Оксана.
– Да если бы! – махнула рукой рассказчица. – Вы думаете, что если там ученые, то там никто не матерится? На работе это у них профессиональный язык. Они им разбавляют научные термины.
– И чего же тогда такого недопустимого он кричал?
Женщина виновато улыбнулась:
– А вы точно не из синагоги?
– Точно! – засмеялась Оксана. – А вообще, давайте познакомимся, раз уж пошел такой откровенный разговор. Меня зовут Оксана.
– А меня Людмила. Может быть, все-таки чаю?
– Давайте! – согласилась Оксана.
Ей совсем не хотелось пить дешевый напиток из пакетика на ниточке, но отказываться в третий раз было неудобно. Каково же было ее удивление, когда Людмила внесла в комнату на сверкающем подносе восхитительный фарфоровый сервиз.
– Остатки былой роскоши, – улыбнулась она, разливая заварку по чашкам.
Комната наполнилась чудесным ароматом зеленого чая с жасмином. В сахарнице вместо белого порошка Оксана обнаружила мед.
– Я смотрю, на чайных церемониях вы не экономите, – улыбнулась она.
– Это все из того же источника, – пояснила Людмила. – Тот человек почему-то особенно настаивал, чтобы мальчики обязательно получали по ложке меда в день и пили парное козье молоко. Я сказала, что нам это не по карману, и вот... теперь привозят.
– Интересно, – улыбнулась Оксана. – И ничего взамен не требуют? Или все-таки им что-то нужно?
– Пока ничего, – пожала плечами Людмила. – Но я ему сразу сказала, что втягивать своих детей в иудаизм не позволю.
– А он?
– Он сказал, что у них организация не религиозная, а национальная, и что от нас ничего не требуется. «Хоть свинину ешьте, – сказал он, – если вам ваше здоговье не догого».
– Удивительно, – улыбнулась Оксана.
– Еще как удивительно, особенно то, что... – Людмила усмехнулась и продолжила шепотом, – ...то, что Леня не еврей. Они что-то перепутали.
– Но фотография... – напомнила Оксана.
– Не знаю. Может быть, это был какой-нибудь студенческий маскарад, а этот товарищ забыл... или соврал своим, чтобы помочь другу. Не знаю...
– А, кстати! Где этот снимок? – обрадовалась Оксана. – Я хочу убедиться, что это именно тот человек, которого я ищу. Он не забрал его у вас?
– Подождите, – Людмила встала, открыла шкаф и достала альбом. – Кажется, я положила ее сюда.
Она листала страницы, а Оксана с интересом рассматривала мелькающую историю семьи. Но та фотография так и не нашлась.
– Странно, – сказала Людмила и снова пошла рыться в шкафу. – Я не помню, чтобы он забирал ее у меня, но вот куда она делась? Странно...
Так и не найдя снимок, Людмила вернулась к столу.
– Ладно. Оставим эту загадку пока неразгаданной, – вывела ее из задумчивости Оксана. – Скажите лучше, почему вы так уверены, что Леня не еврей?
– Во-первых, он не обрезан, а во-вторых... – Людмила понизила голос. – Но только, я надеюсь, это останется между нами...
– Конечно!
– Среди его коллег было много евреев. Это ж коллектив ученых. Так он как подвыпьет, так и заводил свою шарманку про «продали Россию» да про их национальные особенности, типа жадные, хитрые. Разве стал бы он так говорить, если бы у него в предках тоже были евреи?
– Да уж, – усмехнулась Оксана.
– И вот теперь именно эти «жадные и хитрые» ему и помогают, несмотря на то что в приступах безумия он обещал им очередной еврейский погром.
– Ох-хо-хо, – вздохнула Оксана и задумчиво отхлебнула чай. – Теперь все стало еще непонятнее. А тот человек больше не появлялся?
– Нет. Но постепенно все его обещания были выполнены.
– А что? Много было обещаний?
– Не много, но я, если честно, даже и не думала, что он это всерьез пообещал. Спутниковое телевидение, например.
– О боже! – воскликнула Оксана. – Разве это первая необходимость?
– Да нет, конечно! – пожала плечами Людмила. – Но он сказал, что раз для Лени теперь весь мир сконцентрирован в телевизоре, то надо ему хоть как-то этот мир расширить. Но когда пришли устанавливать эту тарелку, я, признаться, была ошеломлена. Да еще и телевизор с пультом к ней в придачу принесли. Я даже хотела отказаться, но рабочие сказали, что они только выполняют заказ, все оплачено, и от меня нужна лишь подпись.
– А компьютер тоже они принесли?
– Нет. Компьютер Сеньке одноклассник отдал за ненадобностью. Сенька чего-то там отремонтировал и печатает на нем.
– Компьютер слишком древний, – сморщилась Оксана. – Только на печатную машинку и годится.
– Дареному коню... – усмехнулась Людмила. – Сейчас Сеня на нормальный компьютер деньги копит. Работал почти все лето.
– Где?
– А где может работать подросток? Курьером, официантом в «Макдоналдсе», на автомойке... О! А вот и он идет...
В коридоре послышался скрежет ключа в замочной скважине.
– Привет! Чего звали? – услышала Оксана и увидела высокого симпатичного подростка.
– Звали! – усмехнулась Людмила. – Если слышал, что звали, то чего тогда так долго шел-то? Мы уже заждались!
– Ну, извините, – развел руками Сенька. – Был на другом конце города, раньше приехать не мог.
– Что ты там делал? – удивилась Людмила.
– Ездил в секонд-хенд в надежде найти себе новый костюм.
– И что?
– В секонд-хендах сплошной отстой, – вздохнул Сенька и сел за стол. – Пришлось купить в нормальном магазине...
– Ты купил себе костюм?
– Ну а что? Не идти же мне завтра в школу, как клоун, в коротеньких штанишках! – засмеялся Сенька. – А на нормальный комп все равно не хватало.
Людмила развела руками, грустно улыбнулась и посмотрела на Оксану.
– Ну вот, все и решилось.
– Действительно! – улыбнулась Оксана. – Значит, придется купить ребенку компьютер.
– Да вы что! – замахала руками Людмила. – Это уж слишком!
– Да ладно вам, – отмахнулась Оксана. – Для меня это сущий пустяк. Какой компьютер тебе нужен? – обратилась она к Сеньке.
Сенька нахмурил брови и поглядел на нее изучающим взглядом.
– А вы, что ли, тоже из благотворительного общества?
– Нет, я сама от себя.
– Ладно! Ну мне тогда... – и Сенька начал говорить какие-то непонятные Оксане термины и загибать пальцы. – ...и еще плоский монитор, сканер и лазерный принтер! – закончил он.
– Э-э-э... – Оксана почесала в затылке, – я вообще-то в этом не очень разбираюсь. Ты просто скажи, сколько на все это надо денег.
Сенька криво усмехнулся, откинулся на спинку стула и закинул ногу на ногу.
– Примерно две тысячи баксов!
Оксана округлила глаза и растерянно захлопала ресницами.
– И еще! – спохватился паренек. – Нам надо сделать ремонт в квартире и купить маме новую шубу! А когда я вырасту, вы должны будете купить мне автомобиль!
– Почему это я буду должна? – удивилась Оксана.
– Как же?! – пожал плечами Сенька. – К тому времени я уже, благодаря вам, привыкну к халяве! Я усвою, что богатенькие должны помогать бедным, потому что для них это «сущий пустяк». И зачем я все лето горбатился, деньги зарабатывал? В этом мире же все так просто! Сначала приходит добрый дядя, потом добрая тетя...
– Я просто хотела помочь.
– А разве я отказываюсь? Конечно, помогите! Помогите мне пополнить серые толпы нищих, которые сидят и ждут, когда им увеличат зарплату, понизят квартплату, отменят налоги и починят дороги.
– Зачем ты все извращаешь?! – возмутилась Оксана.
– Я извращаю?! – заорал Сенька и вскочил. – Я извращаю?! А если бы к вам пришел незнакомый дяденька и предложил просто так кучу денег, то вы бы не подумали, что он чего-то от вас хочет? И вы бы даже не спросили чего?
– Но я ничего от вас не хочу! – начала оправдываться Оксана.
– Серьезно? А почему тогда вы пришли именно к нам? У наших соседей финансовое положение еще хуже! Отнесите им свою помощь! Для вас же это пустяк!
– Я не хотела тебя обидеть!
– Конечно нет! Мышка не успевает обидеться, когда ее прихлопывает мышеловка.
– Да с чего ты взял, что я хочу тебя прихлопнуть? – совсем растерялась Оксана.
– Вы? Нет! Вы просто мышеловка! Прихлопнуть хочет кто-то другой. А вы просто предлагаете кусок сыра, от которого мы не сможем отказаться.
– И кто же, по-твоему, хочет вас прихлопнуть? – заинтересовалась Оксана.
– А вы не догадываетесь?
– Нет, не догадываюсь, – Оксана перевела взгляд на Людмилу. Та сидела, вжав голову в плечи и закрыв пол-лица сжатыми кулаками.
– Хотя догадываюсь, – подумав, сказала Оксана. – И похоже, что прихлопнуть хотят не только вас. Осталось только понять его замысел. Именно за этим я и пришла к вам.
– Чей замысел? – спросил Сенька.
Людмила сделала страшные глаза и прижала к губам указательный палец.
Оксана совсем растерялась.
– Ну-у-у... ты же сам сказал...
– Я не сказал, я спросил, – Сенька настойчиво сверлил Оксану глазами, ожидая ответа.
– Так! Давай разберемся! – твердо сказала Оксана. – Ты сказал, что догадываешься, кто хочет тебя прихлопнуть с помощью меня – «мышеловки». Так?
– Вы, тетенька, зубы мне не заговаривайте! – перехитрить Сеньку оказалось не так просто. – Я этого не говорил! Я спросил, не догадываетесь ли вы, кто это.
– Но ведь этим вопросом ты кого-то подразумевал?
– С чего вы это взяли? Я сказал, что кто-то хочет... но кто, я пока не знаю. Потому и спросил, не догадываетесь ли вы?
– Отлично! Но с чего ты взял, что я знаю?
– Вы сами сказали.
– Я? – удивилась Оксана.
– Ну, конечно! Вы сказали (сейчас вспомню дословно): «Хотя догадываюсь... И похоже, что прихлопнуть хотят не только вас».
Оксана снова вопросительно посмотрела на Людмилу. Та тяжело вздохнула и махнула рукой, понимая, что чем дальше Оксана будет выкручиваться, тем сильнее запутается.
– Сеня, – сказала она сыну, – ты извини, конечно, я тебе не говорила... но «тот дяденька» продолжает помогать нам. От него постоянно привозят продукты. Молоко, например...
– Мама! Ну ты же обещала! – воскликнул Сенька.
– А как нам жить-то на одну отцовскую пенсию? – чуть не со слезами спросила Людмила. – Что в этом такого страшного? Почему тебя так напрягает получать помощь?
– Мама! Как же ты не поймешь? Вот даже эта тетя понимает, что этому дяденьке от нас что-то нужно! И меня это напрягает, потому что я не понимаю, чего он хочет!
– Но он же ничего от нас не требует!
– Мама! От поросенка тоже ничего не требуют, пока он не вырос в нормальную свинью. Но я хотел бы знать, ради чего откармливают меня.
– Того же самого хочу и я, – сказала Оксана. – Понимаешь, этот «дяденька»... с одной стороны, он вроде бы всем помог... и мне, и еще нескольким людям. И казалось бы, чего еще надо? Живите и радуйтесь! Но вот именно это непонимание: «В чем смысл? Ему-то это зачем?» заставляет настораживаться и относиться к нему с подозрением...
– И при этом вы сами поступаете точно так же, как он!
– Извини, я как-то об этом не подумала.
– Так подумайте! – сказал Сенька.
Оксана вздрогнула от звука хлопнувшей двери и обернулась. На пороге комнаты стоял высокий симпатичный подросток. Он выглядел так же, как она только что себе представляла, только лицо его было покрыто юношескими угрями, а на зубах блестели брегеты.
– Здравствуйте, – кивнул он Оксане.
– Я уже начала волноваться. Ты где был? – спросила Людмила.
– Ездил покупать костюм. Искал, где подешевле.
– Нашел?
– Неа... – Сенька сел за стол и, зацепив пальцем меду из сахарницы, облизнул его.
– Руки! – возмущенно воскликнула Людмила. – Опять грязные пальцы лижешь!
– Подешевле не нашел, – вздохнул Сенька. – Подешевле только всякий отстой. Пришлось купить подороже. Да ладно! На нормальный комп денег все равно не хватало.
– Иди помой руки, прежде чем хвататься за еду!
Сенька встал и вышел из комнаты.
– Ну, вот видите, – улыбнулась Людмила. – Все и решилось. Да и вряд ли бы он поехал с вами покупать костюм. Он у нас такой самостоятельный! Хотел еще в прошлом году купить компьютер, но пришлось почти все заработанные за лето деньги потратить на исправление зубов.
– Правильно, – кивнула Оксана. – Зубы – это важная деталь имиджа.
Сенька вернулся в комнату и, показав Людмиле мокрые ладони, снова сел за стол и запустил палец в сахарницу.
– Сеня, а тебе сильно дорогой компьютер нужен? – спросила Оксана.
– Я ж не знаю, – пожал плечами Сенька, – что для вас означает слово «дорогой». Мне надо, чтобы современные программы работали: фотошоп, премьер, офисный пакет... А что?
– У нас на работе недавно купили новые компьютеры. А старые собираются сдать в комиссионный магазин. Приехал бы посмотрел, вдруг для твоих целей что-нибудь сгодится. В любом случае это будет лучше, чем тот, что у тебя сейчас, и без комиссионной наценки. Да и в рассрочку можно договориться.
– Правда? – обрадовался Сенька. – Это круто! А куда ехать?
Оксана продиктовала ему адрес офиса и телефон системного администратора.
– Только ты предварительно с Павлом созвонись, – сказала она, – а то у него свободный график и его может не быть на месте.
