Текст книги "Любимчик Судьбы"

Автор книги: Олег Маркелов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

– Через пару минут будем на месте, – сообщил Малыш, еще больше замедляя ход при подъезде к черному ходу виллы дона Лагара.

– Подтверждаю, – немедленно отозвался Ралф, словно находился не в далеком Киншасе на другом континенте, а с ними в машине.

Еще через несколько минут «форд» замер перед центральными въездными воротами. Конечно, монограву ничего не составляло «перемахнуть» через ворота или забор, но периметр виллы окружали система контроля доступа и целая сеть разнообразных «глушилок», отключающих двигатели любых движущихся механизмов. А свалиться в этом гигантском гробу с приличной высоты не входило в планы диверсантов.

– Система отключена. АССУ нет, – наконец сообщил Ралф. – Видно, на свое имя дядя надеется.

– Принято, – ответил Малыш и потянул джойстик управления моногравом на себя, одновременно слегка притапливая педаль акселератора.

«Форд» качнулся и легко заскользил, полого поднимаясь все выше и выше. Самум активировал сканер-контроллер. Лилит распахнула боковую сдвижную дверь и водила стволом бэски, осматривая медленно проплывающую внизу территорию виллы. Спустя пять минут Малыш посадил автограв на посадочную площадку, расположенную на крыше виллы. Все молча и без излишней спешки покинули машину. Сканер-контроллер, оставшийся в автобусе, «накрывал» своей зоной видения все здание и прилегающую к нему зону, передавая изображение на терминал Умника, а тот в свою очередь корректировал перемещения диверсантов.

Малыш вытащил из «форда» пулемет и установил его на угол крыши, где, по их предварительным расчетам, Лилит должна расположить позицию снайпера. С этого угла ею отлично просматривалась дорога, ведущая от центральных ворот к главному входу виллы, и боковая дорога, уходящая от черного хода к служебным воротам. Других выходов с территории виллы не существовало, поэтому, расположившись на этом углу с бэской и оборудованным компьютерным прицельным модулем «ПРК-12,7» Лилит могла гарантировать, что никто не уйдет с виллы без разрешения...

Три фигуры, облаченные в черные глухие костюмы полицейского спецназа, замерли у дверей на ведущую вниз широкую лестницу.

– Ну что, парни, с Богом, – шепнул Малыш, последний раз бросая взгляд на присевшую у края крыши Лилит.

Операция, идущая по принципу армейской зачистки, началась...

* * *

Малыш остановился у дверей спальни хозяина виллы, прислушиваясь к происходящему за ними. Там явно не спали – до Майкла доносились едва слышные стоны и приглушенное бормотание. Сейчас Никсон остался один, потому что Упырь проверял последний еще не зачищенный коридор, а Самум спустился в огромный подземный гараж, чтобы проверить, не спрятался ли кто-нибудь там, а заодно и вывести из строя все находящиеся в нем средства передвижения. Охраны в доме присутствовало на удивление много, но ни одна из этих горилл не оказалась готова к неожиданному появлению в доме стремительных черных силуэтов, с едва слышимыми хлопками сеющих смерть в бесчисленных коридорах и комнатах громадной виллы. Несколько раз диверсанты пользовались ножами, но чаще всего просто расстреливали обнаруженных боевиков из бэсок. Все шло на удивление тихо и успешно. Лилит на крыше тоже скучала, осматривая через прицел совершенно пустынную территорию, слушая редкие переговоры товарищей.

– В помещении два гражданских объекта, – проинформировал Ралф, получая информацию от сканера-контроллера. – Да они там трахаются, похоже.

– Я уже догадался, – буркнул Малыш, толкая дверь спальни.

У дона Лагара, в отличие от его боевиков, оказалась отменная реакция. Видимо, сказывался большой опыт неправедной жизни. Будь его реакция несколько хуже, вряд ли он дожил бы до столь высокого положения в криминальном, да и в продажном официальном мире. Как бы там ни было, но не успела еще дверь спальни полностью распахнуться, а дон Лагар уже ловил дверной проем в прицел револьвера. Однако Малыш и не собирался раскланиваться и представляться. Едва толкнув дверь, он кувыркнулся по полу в сторону, уходя с линии огня. Поэтому, когда тяжело грохнул первый выстрел, разнеся в щепу резную дверь из массива дерева и разрушая тишину ночного дома, Малыш уже вскочил сбоку от кровати, стремительно сокращая расстояние до цели.

Невероятным образом почувствовав это движение, дон Лагар толкнул под ноги набегающего гиганта юную девушку, с которой пару минут назад занимался любовью, а сам скатился на пол с другой стороны кровати, вновь вздергивая оружие. Майкл уже несколько раз подряд мог расстрелять противника из верной бэски. Но труп дона Лагара не входил в его планы, как и израненный, пусть даже не смертельными попаданиями, враг.

Малыш прыгнул навстречу зрачку револьвера, длинной очередью опустошая обойму бэски в стену над головой дона Лагара. Совершенно естественная для любого разумного и вменяемого человека реакция – пригнуться, сжаться, инстинктивно зажмуриться, стараясь стать меньше размером, когда прямо над головой пули с визгом и треском крошат стену, осыпая все вокруг ливнем осколков. Дон Лагар все же сделал выстрел. Но сделал его, невольно дернувшись и прикрывая глаза. Малыш пролетел через всю кровать, не коснувшись даже упавшей на пол девушки и чувствуя, как пуля едва касается натянутой на голову шапки-маски. У него даже мелькнула мысль о необычайной везучести, относящейся к выстрелам в его бедную голову, прежде чем он обрушился на врага, подминая под себя и выбивая оружие из рук...

– Сиди здесь и никуда не выходи, – деловито взваливая связанного дона Лагара на плечо, приказал Малыш забившейся в угол симпатичной девчонке, которой на вид было не больше двенадцати-тринадцати лет. – Минут через десять, а лучше двадцать, можешь проваливать на все четыре стороны. И постарайся не попадаться полиции и держать язык за зубами.

Малышу совсем не нравилась идея пристрелить девчонку, хоть это и оказалось бы самым правильным для безопасности операции решением. Он шагнул к двери, задев какой-то темный тяжелый предмет ботинком. Наклонившись вместе с висящим на плече телом, Малыш взял в руки предмет. На его ладони лежал крупный револьвер, из которого недавно стрелял дон Лагар. Револьвер был необычайно красив – выглядящий творением давным-давно почивших мастеров, черный, как вороново крыло, с тонким орнаментом гравировки и серебряных инкрустаций, щечки рукоятки из темного старого дерева... Присмотревшись, Малыш рассмотрел среди орнамента на стволе надпись «Смит и Вессон» и фирменный логотип в виде переплетенных заглавных букв имен на рукояти.

– И не забудь одеться, – напомнил он притихшей девчонке, засовывая револьвер за пояс и выходя из спальни.

Не прошло и десяти минут, как громоздкий «форд» плавно поднялся с крыши и нырнул в пронизанную дождем ночную мглу. Еще через полчаса минивэн завис над гладью небольшого озера, раскинувшегося неподалеку от владений дона Лагара. Малыш, на обратном пути уступивший место водителя Самуму, неторопливо выбросил в открытую дверь все снаряжение, предварительно сложенное в прочные универсальные армейские сумки, каждая из которых запросто могла бы вместить в себя если уж не самого Малыша, то любого из его друзей наверняка. Тяжелые сумки мгновенно скрылись в глубине. Последним на дно озера отправился пулемет, так ни разу и не выстреливший.

– Завершающая фаза, – доложил Майкл через свой коммуникатор. – Мы выезжаем к Франкенштейну.

– Принято, – немедленно ответил ему Ралф, с номером которого Малыш сейчас связался. – Я полностью контролирую весь коридор.

Слова Умника не были пустым звуком. Он действительно контролировал сейчас на пути скользящего в ночи «форда» все – от светофоров до маршрутов передвижения полицейских нарядов. Любая камера наблюдения, установленная на супермаркете или банке и подключенная, как все сейчас, к единой сети, при приближении темного силуэта автограва просто отворачивалась, показывая другой сектор обзора. Малыш сидел, поставив одну ногу на бедро лежащего в проходе пленника, чтобы успеть уловить любую попытку проявить активность.

– Смотри. – Майкл протянул Лилит отобранный у дона Лагара револьвер.

– Шикарно, – похвалила девушка, не столько любуясь гравировкой, сколько взвешивая оружие в руке, примеряясь и оценивая с точки зрения стрелка. – Очень недурная машинка. Ты ее себе оставить хочешь?

– Не знаю, – пожал плечами Малыш. – Наверное.

– Выкинь лучше, – возразила Лилит, возвращая револьвер. – Не дай бог, тебя с ним повяжут. Как объяснять будешь?

– Сейчас не повяжут, а потом, когда все утихнет, я его легализую.

– Дело твое. Хотя я не понимаю, на кой черт тебе сдалась эта устаревшая пушка, когда ты постоянно увешан, по своей работе, самыми современными образцами.

– В том-то и дело, – понял вдруг свои эмоции Малыш. – Наши бэски безлики, однообразны, современны и стерильны. А этот другой. Он живой. У него душа есть. Только служил он не тому...

* * *

Темнота уже не была той кромешной ночной темнотой. Она быстро светлела, словно крепкий чай, в который утро добавляет молоко. Но высокая стена и ворота от этого выглядели еще более мрачными. Массивные створы ворот бесшумно уползли в сторону, пропуская угловатую машину внутрь.

– А волков тут нет? – поинтересовалась Лилит, рассматривающая проплывающие мимо заросли.

– Только оборотни, – ответил Малыш. – Оборотни и вампиры охотятся здесь на красивых девушек-снайперов, подлавливая их в тот момент, когда они лишены своих пушек.

– Ты не одолжишь мне свой пистолет с душой? – шутливо поинтересовалась Лилит. – Надеюсь, в таком красивом пистолете пули тоже серебром покрыты.

– Когда в меня стреляли, я не успел разглядеть, – печально ответил Майкл. – Но мы можем спросить у его бывшего владельца.

«Форд» замер у бокового выхода в здание. Как будто дожидаясь за дверью, на улицу вышел Франкенштейн.

– Доброй ночи, – поздоровался Айвэн Лунгст, который совершенно не догадывался, какой позывной дали ему за глаза. Да и переговорного устройства у него с собой все равно не было.

Малыш выпрыгнул из автобуса, подхватывая на плечо заботливо поданного товарищами связанного пленника.

– Доброй ночи, Айвэн, – ответил он, пожимая протянутую руку. – Вот тот самый человек, про которого мы с вами в прошлый раз говорили.

– Прошу вас, – пригласил Лунгст, указывая ладонью на распахнутую дверь. – Хоть клиника и является моей собственностью, но скоро утро, а значит, на ее территории появится обслуживающий и медицинский персонал. Нам не нужны лишние свидетели и подозрения.

– Мы подождем тебя здесь, – предложил молчавший всю дорогу Упырь.

– Хорошо, – кивнул Малыш и шагнул вслед за показывающим дорогу Лунгстом.

– Вы уверены, что хотите такой судьбы для этого человека? – продолжая путь по коридорам, поинтересовался Айвэн. – У вас еще есть шанс отказаться, вывезти его за город и пристрелить как собаку.

Прежде чем ответить, Малыш ненадолго задумался. Впрочем, думал об этом он почти постоянно, с того момента, как Ралф посвятил его в детали предлагаемых в их плане изменений и рассказал о судьбе того маньяка, который убил жену и дочь Лунгста.

Маньяк оказался не просто убийцей, но и насильником. Поэтому нетрудно было представить те эмоции, которые в тот момент переполняли психиатра. И эти эмоции пробили себе русло, устремляя Айвэна к новой цели, наполняя его жаждой свершить справедливое возмездие. Суд долго рассматривал это жуткое дело, но из-за результатов проведенной психиатрической экспертизы, к неудовольствию слушателей и присяжных, вынужден был заменить приговор принудительным лечением в психиатрической клинике. Маньяка направили в федеральную психиатрическую клинику Северной Африки. А всего через пару лет он бесследно исчез. Впрочем, никто особо и не занимался его поисками. По непонятным причинам, полицейские не проявляли особого рвения, а все заинтересованные в розыске убийцы люди дружно молчали.

И вот сейчас Малыш в который уже раз подумал, заслуживает ли дон Лагар того, чтобы отдать его в руки Франкенштейна? Скорее всего, умный и еще достаточно молодой, судя по сопротивлению – довольно смелый... Перед глазами Майкла промелькнули лица из его прошлой жизни. Санчес. Парк. Крыса Рик, к смерти которого дон Лагар тоже имел косвенное отношение. Кэт, страшно умершая по воле дона Лагара, люди которого без команды своего хозяина не решились бы и воздух испортить. Неожиданно припомнилось и испуганное лицо девочки из спальни дона, совсем еще ребенка, которой еще в куклы бы играть...

«Если ты смиришься и простишь, ты потеряешь частицу себя. Если ты не станешь думать и готовиться морально быть в нужную минуту безжалостным, то, когда эта минута наступит, ты окажешься не готов», – сказала как-то Лилит. Малыш часто вспоминал эти ее слова и думал. Он часто думал, поэтому, как и в космопорте Трибеки, теперь был совершенно готов.

– Я хочу, – тихо ответил Малыш, но Лунгст услышал его и молча кивнул.

Они шли довольно долго – сначала через большой дом Лунгста, потом по длинной галерее, соединяющей дом с комплексом зданий клиники. Спускались по лестницам, отпирали тяжелые двери, проходили по полутемным коридорам...

– Мы на месте, – наконец известил Айвэн, когда они очутились в небольшом зале, пол, стены и даже потолок которого скрывались под толстыми мягкими матами. – Оставьте его здесь. Все дальнейшее я сделаю сам. А нам пора в обратный путь.

Малыш сбросил дона Лагара с плеча на мягкий пол, осматривая помещение. Все говорило о его предназначении для размещения буйных пациентов. Потолочные светильники, защищенные толстыми небольшими пластиковыми окошками, давали равномерный тусклый свет. Напротив двери, из которой они сюда попали, располагались еще две двери, в настоящий момент закрытые.

– Пойдемте, – настойчиво повторил Лунгст, касаясь плеча Майкла. – Поверьте, теперь для вашего врага начинается совершенно новая жизнь. Такая жизнь, что если бы он знал и мог, то любую самую страшную смерть принял бы с радостью в обмен на нее.

На душе у Малыша было не слишком спокойно. Он ощущал себя перепачканным в дерьме. Возможно, он просто устал от всех тех эмоциональных приливов воспоминаний, которые постоянно накатывают на него с момента возвращения в Вандер. Ему очень хотелось бежать отсюда, из Вандера, и даже, возможно, с Земли, и никогда больше не возвращаться.

Увлекаемый психиатром, Малыш молча шел по коридорам.

– А что произошло с тем... – Майкл не договорил, но Айвэн отлично понял, о ком он хотел спросить.

– Око за око, зуб за зуб, – ответил он без тени эмоций. – Я сторицей воздал ему за совершенное им преступление. Кто-то в горе кричит, желая обидчику век гореть в геенне огненной. А я создал для него геенну огненную здесь. Мне пришлось долго ждать и много усилий прикладывать, но теперь остаток его жизни покажется ему много большим, чем век.

– Так, значит, это все-таки вы его вытащили из той психушки в Северной Африке?

– Теперь мы с вами в одной лодке, и я открою вам свои карты, – все так же спокойно ответил Айвэн. – Как психиатр я могу констатировать, что после гибели моей семьи у меня самого не все в порядке с психикой. Только я не хочу ничего исправлять. Пусть будет все так, как есть. Я действительно вытащил его, притом не из психушки, как вы сказали, а из зала суда. Мой знакомый судебный психиатр пошел мне навстречу, подобрав своих людей в психиатрическую комиссию при суде. А уж та федеральная психиатрическая клиника оказалась по сравнению с судом сущим пустяком. Так и началась его дорога в ад.

Тем временем они миновали длинную галерею и опять оказались в доме психиатра.

– И он еще здесь сейчас? – догадался Никсон, представляя, как человек в железной маске сидит где-то в подвале дома Лунгста.

– Да. Во многом я использовал мою клинику не по назначению, стремясь лишь воплотить свой план в жизнь. Я немного перестроил один из корпусов, создав скрытый сектор. Я подобрал несколько верных людей, которых постигло аналогичное горе, и они работают сейчас в этом секторе санитарами. Я собрал в этот сектор со всех клиник и тюрем Федерации маньяков-садистов с гомосексуальной ориентацией. И вот уже несколько лет я, вопреки всем законам и правилам, вопреки врачебным клятвам и этике, отбросив сострадание, выпускаю этих тварей в зал, где живет мой главный пациент. Сейчас он уже почти растение, но растение, все еще способное чувствовать муки. А теперь у меня два главных пациента, и вашему дону Лагару уготована похожая судьба.

– Вы совсем нездоровы, док, – буркнул Малыш и, под впечатлением услышанного, забыв даже попрощаться, выскочил из дома.

Он подавленно молчал всю дорогу до ближайшей станции подземки города Вандера, размышляя обо всем произошедшем за последние дни. Теперь ему стало немного жаль обреченного дона Лагара. Но Малыш заставил себя отбросить эту жалость.

Бросив машину неподалеку от станции и оставив ключ-чип в гнезде, диверсанты растворились в толчее подземки, торопясь попасть в аэропорт Вандера, откуда разными рейсами и разными маршрутами по поддельным документам будут добираться в Киншасу.

Малыш ехал в душной подземке и пытался разобраться в своих ощущениях. Он расплатился со всеми долгами, но не чувствовал ожидаемого облегчения. Единственное, что он ощущал совершенно точно, – это «загрубелость» всех эмоций и чувств. Словно невидимая скорлупа отделила Малыша от всего мира. И сейчас он надеялся только на одно – когда эта скорлупа наконец спадет, он переродится, став немного другим. Таким, каким ему будет легче выжить в этом мире...

* * *

– Привет, Бон, – негромко поздоровался Малыш, набрав номер с визитки на общественном стационарном коммуникаторе в аэропорте Вандера. – У меня к тебе еще одно дельце. Нет, встречаться не будем, землячок. Я улетаю сейчас. Мне нужно, чтобы ты легализовал для меня одну игрушку. Ты ведь сам сказал про магазины. Не проблема? Вот и отлично. Да, эта цена меня устроит. Я помню, что твои цены реальные. Оставляю игрушку и деньги в камере хранения. Пусть она после легализации полежит где-нибудь у тебя в шкафу. Буду в Вандере, заскочу забрать. Хорошо. Записывай номер ячейки и код доступа...

* * *

– Жаль, что отпуск заканчивается, – посетовал Филби, идущий рядом с Майклом к стоящему неподалеку от парадного подъезда гостиницы «Шаба» армейскому автограву, присланному с базы за возвращающимися отпускниками. – Было бы время, тут можно недурно оттянуться.

– Это точно, – согласился Малыш, неожиданно останавливаясь. – Знаешь, Ралф, спасибо тебе за все, что ты сделал.

– О чем ты говоришь, брат? – отмахнулся тот, но по его выражению отлично читалось, как он доволен благодарностью друга. – Ты ведь наверняка сделал бы для меня то же самое, сложись обстоятельства иначе.

– Конечно. – Малыш благодарно обнял друга, хлопая его по спине. – И я счастлив, что у меня есть такой брат, за которого я готов, не задумываясь, подставить свою башку.

– Это оттого, что твою башку все равно очень непросто прострелить, – рассмеялся Ралф, отстраняясь от друга и извлекая что-то из кармана кителя. – Чуть не забыл.

– Что это? – удивился Малыш, принимая протянутую пластинку.

– Это карта на твое настоящее имя со счетом в Федеральном инвестиционном банке, брат, – гордо объяснил Филби. – Я подумал – не пропадать же нашим деньгам в «Золотом руне». Ну и раскидал по счетам на всех. Они абсолютно чистые. Я их через такую схему прогнал, что ни одна ищейка не докопается.

– Нашим деньгам? – еще больше удивился Майкл.

– Ну конечно. Раз уж я создал этот счет в банке Л агара, то что проку его там бросать? А так всем нам по небольшой надбавке к пенсии. Да еще и процент на инвестициях весьма неплохой. Держи. Остальным я уже раздал. Только твоя карта осталась.

– Спасибо, – поблагодарил Малыш, не чувствуя больше угрызений ни из-за судьбы дона Лагара или майора Лукина, ни из-за этих денег, попросту украденных его другом. Он вдруг почувствовал себя свободным. Свободным от многих обязательств, стереотипов, законов и понятий, которые давили на него раньше. И впервые за долгое время вздохнул полной грудью...

* * *

– Всем внимание! – обращаясь скорее к своим старым бойцам, чем к вытянувшемуся рядом пополнению, объявил сержант Макфлай. – Рад представить вам новых бойцов нашей доблестной диверсионно-разведывательной группы разведывательного батальона Первой дивизии Земного флота Федерации.

Он перевел дух, обводя всех внимательным взглядом.

– Однако начну с другой приятной новости, – улыбнулся сержант, глядя теперь на Малыша. – Рядовой Никсон, выйти из строя.

Малыш изумленно шагнул из короткого строя, гадая, что за проблемы за этим вызовом последуют.

– Приказом командира разведывательного батальона рядовому Никсону присваивается звание капрала. Приступить к новым обязанностям с сегодняшнего дня. Поздравляю. Занять свое место.

Малыш шагнул было обратно в строй, но стоящая рядом Лилит, толкнув его в бок, указала глазами на ожидающего Макфлая. Только после этого Малыш сообразил, что теперь его место по правую руку от командира. Немного смутившись из-за своей непонятливости, он занял свое новое место.

– Теперь я коротко представлю вновь прибывших в нашу группу бойцов, – продолжил сержант. – Рядовой Алекс Николас. К несчастью, группа сержанта Минаева, в которую он был направлен перед самым штурмом базы, была полностью уничтожена. Поэтому он переведен к нам. Он специалист по системам контроля доступа. Позывной – Вор. Некоторые из вас с ним уже знакомы. Рядовой Борис Швецов. Позывной – Эльф. Думаю, вы уже догадались о его специализации. Да, Лилит, получай себе помощника. Эльф у нас неплохой снайпер. Рядовой Ив Бертон. Позывной – Санта. Только что окончил школу минеров в Конакри. Рядовой Максимйльян Гилберт. Позывной – Мясо. Наш новый медик. Рядовой Данко Корсон. Позывной – Бивень. Универсал. Никого не забыл? Отлично. Капрал, представьте новичкам ветеранов.

Малыш вспомнил, как в то кажущееся уже далеким время, когда он пришел в группу Макфлая, капрал Руков представлял ему личный состав группы. Сейчас ветеранов было значительно меньше, но суть не менялась – молодым нужно доказать, чего они стоят, ветеранам, которые уже знают цену себе, своим друзьям и самой жизни. А еще он подумал, что всем им суждено пройти множество неведомых дорог, оставляя след своих ботинок в их пыли, а может быть, и на улицах ЧУЖИХ городов... Оборвав этот поток сентиментальных мыслей, Малыш улыбнулся и заговорил:

– Рядовой Ирмгард Шерман. Позывной – Лилит. Снайпер, который не расходует ни одного патрона вхолостую. Ликвидатор высокого уровня. Рядовой Тинмагомед Руми. Позывной – Самум. Умеет все. А его глаза видят то, что не видит никто более. Рядовой Уильям Кеплер. Позывной – Бубен. Связист. Рядовой Макс Майер. Позывной – Упырь. Его позывной ему очень подходит, потому что он обладает просто нечеловеческими способностями в бою. К тому же в бою он чистый маньяк. Вырезать вражеское подразделение или взять «языка» – ему все по плечу...

Знакомство продолжалось. Им предстояло еще немного узнать друг друга, прежде чем эти неведомые дальние дороги лягут к их ногам.