Текст книги "Помощница для босса (СИ)"
Автор книги: Оксана Мэй
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 12 страниц)
Глава 20
Всхлипываю. Пытаюсь успокоиться. Голова тяжелая, падает на грудную клетку Виктора. Я вдыхаю в легкие приятный аромат парфюма. Одной рукой он прижимает меня к себе, другой рукой легонько гладит мои волосы.
Еще какое-то время мы стоим молча в таком положении. Пока до меня не доходит все происходящее.
– Так нельзя, – отстраняюсь я от него. – Нельзя, нет-нет, – пячусь назад. Пожалуйста, дайте мне уйти. Прошу вас, – воздуха в этой подсобки так мало. – Я не хочу привыкать к вам, – качаю отрицательно головой.
– Ева, успокойся, посмотри на меня.
– Нет, Виктор Александрович, это все не правильно. Вы не должны быть таким добрым со мной. Вы не должны успокаивать меня, – быстро тараторю. Слезы с новой силой подступают.
– Ева, – он пытается удержать меня за руки, но я успеваю их выдергивать.
– Я не знаю, зачем вы сейчас меня успокаиваете, – не хочу обманывать себя ложными мыслями, что он что-то испытывает ко мне.
– Послушай меня.
– Нет-нет, прошу вас, – паника подступает. – Люди могут не так подумать, понимаете? Я и так тут опозорилась на всю компанию.
– Ева, посмотри не меня, – его руки ловят мое лицо и слегка удерживают его перед собой.
– Я должна уйти, Виктор Александрович, – сердце стучит так быстро, что вот вот остановится. – Все и так после «сегодняшнего» представления будут думать, что у нас с вами что-то есть.
– Тебя не должно волновать, что они думают. Ладно?
Отрицательно мотаю головой.
– Только мне тут решать, что хорошо, а что плохо.
Моргаю быстро глазами.
– И будут они разбираться со мной, а не с тобой. Попытайся успокоиться. Окей?
Его голос спокойный, что хочется ему верить. Робко киваю.
– Вот и замечательно, – он дарит свою редкую улыбку.
Смотрю на него как под гипнозом.
Звонок телефона Виктора прерывает образовавшуюся паузу.
– Прости, – он достает свой мобильный. – Я должен ответить.
Он делает небольшой шаг назад и отвечает на звонок.
– Да, мне сейчас не очень удобно. Это срочно? – он смотрит то на меня, то по сторонам. – Что? Как так получилось? – хмурит свои брови. Сразу видно, начинает злиться, но пытается держать себя в руках. – Ладно. Ладно, я понял, – тяжело вздыхает. – Да щас поднимусь! Не кричи!
Сбрасывает вызов. Делает глубокий вдох и обращается ко мне.
– Ева, мы с тобой ещё не договорили, хорошо?
Смотрю на него внимательно.
– Я сейчас быстро решу важные дела и найду тебя. Никуда не уходи из офиса. Договорились?
Чуть киваю ему в ответ.
– Я быстро. Доверься мне. Не делай ничего необдуманного.
Он выходит из маленького полупустого помещения. И как только дверь захлопывается, я сползаю по стене вниз. Просто останусь тут, никуда не выйду. Поджимаю под себя ноги и утыкаюсь лицом в колени.
Я больше не хочу быть сильной. Не хочу!
Мои страдания прерывает мой же телефон. Смотрю на экран. Вызывает абонент: Мама.
Сердце бежит очередной километр.
– Алло, – отвечаю робко, уже боюсь услышать что-то плохое.
– Как ты могла так поступить с нами? – рыдает она в трубку. – Мы столько надежд на тебя возлагали.
– Мам, я не понимаю о чем ты?
Брови хмурятся, сдавливая переносицу. Пытаюсь понять, что вообще происходит.
– За спиной отца решила провернуть все?
– Мама, я не понимаю о чем ты? – чуть повышаю свой голос.
– Все ты понимаешь! У него сердце слабое, а ты там делаешь все, что тебе вздумается! – кричит в трубку.
А я ничего не понимаю, абсолютно ничего!
– Пока вот он в больнице, а так до кладбища доведешь его!
– Как в больнице? В какой? – соскакиваю на ноги. – Мам, скажи адрес, я сейчас приеду.
– Куда приедешь? Думаешь, он видеть тебя хочет?
– Мама! – нервы не выдерживают. – Пожалуйста, скажи, где вы? Сейчас приеду.
Она диктует адрес. Дрожащими руками пытаюсь его записать. Телефон еле удерживаю в руке.
– Ты должна все исправить! – отдает мне приказ и сбрасывает вызов.
Смотрю на потухший экран телефона. Закрываю глаза, пытаясь найти в себе ещё немного сил. Оглядываю свою черную, мокрую от кофе кофту. Хорошо, что следов не видно.
Выхожу из коморки и ловлю на себе неприятные взгляды. Обсуждают меня и не скрывают этого.
Иду к выходу раздетой. Если поднимусь наверх, обязательно встречу Виктора. Вылетаю на улицу в надежде быстро поймать такси у офиса.
– Ева? – Геннадий как всегда во время. – Ты чего это? Ты куда в таком виде? – оглядывает меня с ног до головы.
– Вы сейчас заняты? – спускаюсь вниз по ступенькам к нему. – Сможете меня подвести?
Он смотрит по сторонам.
– Быстро забирайся, простудишься ещё.
Я запрыгиваю на переднее сиденье.
– Если не хочешь рассказывать, не рассказывай, но я не могу не спросить. Ева, почему вы в таком состоянии? Где ваш пуховик?
Он заводит машину и трогается с места.
– Все нормально. Не переживайте. В 9-ю больницу, пожалуйста. Папе стал плохо. Вылетела без задней мысли.
– Ну, нельзя же так, на улице минус!
– Мне повезло, что вы стояли у входа.
– Ева, Ева, качает головой.
Я трясусь, но не понимаю от холода или от стресса. Мы отдаляемся от офиса. Страшно представить, что меня ждет при встрече с родителями. Морально уже готовлюсь к апокалипсису. Еще и Виктор названивает, а я ведь обещала ему оставаться в офисе. Стискиваю зубы и жду, пока звонок пройдет. Как только телефон замолкает, выключаю его. Потом с ним разберусь. Чуть позже.
Дорога до больницы кажется невыносимо длинной. Всю дорогу мы молчим, кажется по мне видно, что мне не до разговоров. Просто схожу с ума. Каким-то чудом из потока мыслей меня вырывает телефон Геннадия.
– Да, Виктор Александрович, – отвечает по громкой связи и смотрит на меня. Сердце колотиться. Пытаюсь на пальцах объяснить Геннадию, что меня в машине нет. Он вроде понимает и даже кивает головой.
– Вы где? – голос его грубый.
– Отъехал ненадолго. Вас надо забрать?
– Да. Жду тебя через 5 минут. Срочно, Гена.
– Ага, вас понял.
Геннадий сбрасывает вызов и смотрит на меня.
– Высадите меня прям тут, – показываю ему пальцем на обочину. – Осталось немного доехать, такси вызову.
– Да, конечно, ещё че придумаешь, ты раздетая. Довезу и поеду к Виктору.
– Он вас уволит, он вон как злиться. Не хочу этого.
– Пусть увольняет! – первый раз вижу Геннадия таким обеспокоенным. – Сиди на месте и не переживай.
Машина тормозит на светофоре. Я резко открываю дверь и выбегаю на улицу.
– Ева, сядь в машину, – слышу крик Геннадия, но, не останавливаясь, бегу на обочину.
Я совсем сошла с ума, в такой мороз в одной кофте. Забегаю в первый попавшийся магазин. Трясусь от холода. Включаю телефон и заказываю такси до больницы. Еще десять минут дороги и я на месте.
Влетаю в здание. Ловлю снова эти дурацки взгляды. Наверное, думают, что я попутала главный корпус с психиатрическим отделением.
Набираю номер мамы, но она не отвечает.
Черт!
Встаю в очередь в регистратуру.
– Добрый день! Антипов Эдуард Валерьевич в какой палате? – Быстро тараторю, как только очередь доходит до меня. – Я дочь его.
– Ваш паспорт, – сухо говорит сотрудница и даже не смотрит на меня.
– Паспорт? Зачем? – на мне даже одежды верхней нет.
– Тогда не можем вам помочь. Следующий!
– Подождите, – второпях открываю кабинет банковского приложения, где записаны мои данные. – Могу только так показать.
– Она не довольно смотрит на меня, а потом все же заглядывает в телефон.
Кивает головой и смотрит в монитор. Ищет информацию, называет мне номер палаты и этаж. Благодарю и несусь по коридору. Подбегаю к палате и, не задумываясь, залетаю внутрь.
– Пап? Пап, ты как? – мой голос дрожит.
Хочу подбежать к нему, но останавливаюсь на середине пути.
Ловлю на себе его тяжелый взгляд. Он качает головой и встает с кровати. Идет в мою сторону.
– Дорогой, зачем встаешь, – слышу голос мамы.
Подбегает к нему.
– Что это? – подходит он ближе и трясет какими-то распечатками. – М? Я для этого тебя растил?
– Ты о чем? Объясните мне, что происходит, – смотрю то на мать, то на отца.
Мама закрывает глаза, качает головой и опускает ее.
– Это ты нам должна объяснить, – цедит сквозь зубы. – ЧТО ЭТО ТАКОЕ? – кричит на всю палату и в этот же миг швыряет в меня стопку бумаг.
Зажмуриваю глаза. Это все не может быть правдой.
– Я жду, – от тона его голоса с каждым разом становится все дурнее.
Открываю глаза и накаляюсь к бумагам, еле сдерживая слезы. На распечатках несколько совершенно новых статей и фотография Виктора… вместе со мной.
Кто-то выложил в сеть фото с другого ракурса.
– Я, я все, – заикаюсь. – Все могу объяснить.
Хотя вру. Это то, что я точно не могу объяснить.
– Как ты собираешься это объяснить? – говорит сквозь зубы. – Да я с самого утра пытаюсь как-то объяснить всем своим коллегам этот абсурд. Все уже поздравляют с соединением компании. Но знаешь, Ева, – он подходит ближе. – Только через мой труп, – чуть тише говорит.
– Я, – не могу найти нужные слова. – Я просто хочу жить! – вылетают из меня слова быстро, что сама не успеваю среагировать.
– Жить хочешь? – его челюсть сжимается от злости.
Резкая боль от пощечины и сильный звон в ушах. Так неожиданно, что я еще пару секунд пытаюсь прийти в себя. Глубоко дышу, придерживаю свою полыхающую щеку ладонью.
– Эдуард! – Слышу голос мамы.
– Жить она захотела, – продолжает кричать. – Я уже договорился с Владом. Он уже должен был к тебе прийти. Завтра идете в ЗАГС. После того как распишитесь, он станет ген. директором и займет мое место. А потом рожаешь мне наследников. Вот твоя жизнь, Ева. Точка.
Качаю отрицательно головой и пячусь назад.
– Нет, – нервно вылетает смех. – Нет-нет. Я в этом больше не учувствую, – шепчу я.
Открываю дверь и выхожу из палаты. Еще слышу громкие крики отца, но никак не реагирую. Это моя жизнь и я буду жить ее так, как хочу!
Глава 21
Виктор
Я поехал головой. Еще в тот самый момент, когда впервые увидел ее в потрясающем облегающем красном платье. Она была настолько притягательной, красивой, что я думал, на месте пропаду. А эти ее большие глаза, цвета океана! Они отпечатались в моем сознанье против моей воли. Что-то щелкнуло в один момент.
А потом… потом ее анкета в моем планшете. Нет-нет!
Никаких чувств мне тут не надо!
– Виктор Александрович, это самый адекватный вариант из всех, – говорила мне Светлана.
– А другие что?
– Ну, – она мялась. – Они вам явно по работе не помогут. Но есть одно "но".
Я смотрел внимательно на Светлану. Какое еще "но"?
– Вам это может, не понравится… она дочь Антипова.
– Того самого Антипова? – бровь резко удивленно поползла вверх.
– Угу, того самого…
Черти в моей голове заплясали. Дочь самого Антипова будет служить мне. Ха. Первые мои мысли были дьявольские.
– Ну, давайте попробуем. Позовите на собеседование, там решим.
Уже тогда я понимал, что ничем хорошим это не кончится. Большого желания утереть нос конкуренту не имел, так чисто, понаблюдать за его реакцией.
А потом на следующий день, дверь моего кабинета открывается. И я отчетливо слышал стук своего сердца. Чувствовал его даже в горле.
Б**!
Хищный инстинкт шевельнулся внутри. Что эта девочка делает со мной? Мне это совсем не нравилось. Я знал, что не смогу держатся от нее подальше. Как быть дальше, если все твое тело реагирует на нее даже на расстоянии.
К черту.
Я был готов разорвать эту связь, но вмешался Евгений.
Ну, а дальше занавес. Каждый раз, когда я видел ее грустные глаза, меня взрывало. Мне хотелось уничтожить всех, кто к этому был причастен. Хрупкая, такая маленькая фурия, которая разрушала все на своем пути… которая разрушала мою привычную жизнь. Шаг за шагом.
Дикое, неистовое желание обладать ей полностью.
Защищать ее. Быть рядом.
А потом эти подарки от непонятных людей. Твою ж мать! Да я вообще не умел ревновать раньше. Все доставалось мне легко и просто. Раз и по щелчку пальцев я получал любую, а потом так же быстро это все проходило.
Злился на все эти подарки, но не хотел срываться на ней. Мой холод ее расстраивал…
А на следующий день все было странно.
Сижу, смотрю на ее потухший взгляд. В нем нет абсолютно никаких эмоций. Нет страха, волнений… я замечаю, что что-то не так. Внутри меня все переворачивается.
Какой-то подвох в ее поведении.
– Если у вас нет пожеланий, – она первая прерывает молчания, – могу идти?
Тихо киваю головой.
Смотрю внимательно, щурю свои глаза. Она уходит, а я места себе не нахожу. Еще какое-то время пытаюсь усидеть. Но нет, черт!
Быстро выхожу из кабинета, пытаясь ее догнать. Не понимаю только зачем. Гляжу по сторонам. На своем месте ее нет. Куда-то убежала.
– Светлана, добрый день! – чуть не сбиваю ее с ног. Успеваю затормозить. – Антипову не видели?
– А, она вниз пошла, к ней кто-то пришел.
– Хорошо, спасибо, – быстрым шагом иду в сторону лифта.
– Может, я могу помочь? – кричит мне вдогонку.
– Нет, продолжайте делать свои дела.
Спускаюсь на первый этаж. Непривычно много людей в холле. А дальше какой-то хаос. Громкий крик на высоких тонах давит перепонки. Я пробираюсь сквозь толпу, хватаю ее и увожу от чужих глаз.
С той "писклявой" еще предстоит разобраться. Ощущаю ладонями дрожь ее тела. Челюсть сжимается от злости.
Завожу ее в какую-то первую подсобку, лишь бы она успокоилась.
– Все, с меня хватит, – чуть слышно вылетает из ее уст.
Отчаянье в ее голосе заставляет мое тело напрячься. Я не могу позволить ей выйти отсюда сейчас!
– Я ухожу, пропустите, пожалуйста.
Перекрываю путь, но она сопротивляется.
– …Не хочу… – тихо шепчет.
Рука цепляется за ее кофту, и я быстро подтягиваю Еву к себе, пока она не успела ничего сообразить. Кажется, я медленно сгораю внутри. Чувствую ее дрожь. Быстрое прерывистое дыхание.
А потом телефон и…
– Виктор, срочно в кабинет! Кто-то слил ваши фотографии с Евой.
Смотрю на нее. Только этого ей сейчас не хватало.
– Я быстро. Доверься мне. Не делай ничего необдуманного.
Она кивает мне в ответ, и я отпускаю ее…
В этот момент я был готов раздушить свою жизнь полностью, а потом, словно два феникса, мы бы воскресли с ней снова.
Несусь к лифту. Не понимаю, кто посмел выставить эти фотографии. Все приглашенные СМИ дали обещание стереть снимки за крупную сумму.
Бабок что ли оказалось им мало?
До чего же жадные эти людишки!
Поднимаюсь на этаж и влетаю в кабинет Евгения. Он со службой безопасности уже разрабатывают какой-то план.
А мне и планов то не надо. Я готов оставить все как есть.
– Что будем делать? – озадачено спрашивает Женя. – Сказать, что помощница сошла с ума и кинулась на тебя, конечно, отличная идея. Но тут проблема, сотрудница не просто сотрудница, а дочь Антипова.
– Все нормально, – пофигу, что будет, лишь бы Ева не пострадала. – Звонили в их компанию?
– Они не хотят это обсуждать. После того, как ваша компания сместила их с почетного первого места, ее отец нас возненавидел.
– Совсем никак? – качаю головой. – Ну, иметь с ней отношения, это же не намек на соединение компаний.
– Виктор, о чем ты? – Евгений пристально смотрит на меня и щурится.
– Забей.
– Так, быстро говори! Что ты там удумал?
– А где Антипова? – наш разговор к счастью прерывают. – Ей бы сейчас лучше не выходить никуда.
– Должна быть в здании. Сейчас приведу, а там решим, – вылетаю из кабинета, не дожидаясь ответа других. Надо быстрее свалить, пока вопросами не завалили.
Почему я сразу не додумался ее забрать с собой?
На месте ее не обнаруживаю. Набираю ее номер, но после долгих гудков звонок обрывается. Перезваниваю, абонент недоступен.
Твою ж мать!
– Вы Антипову Еву не видели? – спрашиваю ее коллег из отдела.
– Нет, она не появлялась тут.
Тяжело вздыхаю. Быстро спускаюсь до подсобки в надежде, что она осталась там и никуда не выходила.
Открываю дверь. Пустота.
Выхожу в холл и оглядываюсь по сторонам. Пуховик Антиповой висела на месте на вешалке в отделе. Я видел его лично, когда проходил мимо, неужели…
Смотрю на улицу.
Да не может быть…
Подхожу к стойке регистрации.
– Антипова не выходила случайно?
– Не видела.
– Тебе не надо видеть! Посмотри по выходу, пропуск пикала? – взрываюсь.
– А, сейчас, – открывает программу. – Да, минут десять назад она вышла
Вышла… В чем она вышла? В одной мокрой кофте?
Безумие какое-то.
– Хорошо, спасибо.
Отхожу подальше. Пытаюсь сообразить, куда она вообще могла пойти. В голове пустота. Если только домой, но с чего ей так резко туда уходит.
Думай, Виктор!
Поднимаюсь в отдел видеонаблюдения.
– Мне нужно просмотреть камеры, – говорю сразу, как только открываю дверь в кабинет.
– Добрый день! – подрываются все в отделе и начинают суетиться. – Да, конечно. Какая именно?
– Та, что на вход выведена.
– Простите, но эта камера сейчас в ремонте.
– В каком, мать его, ремонте?
– Она сегодня утром вышла из строя. Всех предупредили об этом… и вам тоже письмо отправили.
Взрываюсь, вскипаю изнутри. Почему именно сейчас?
– Всех уволю, – цежу сквозь зубы.
Выхожу из кабинета. Звоню Геннадию, придется ехать к ней домой.
– Вы где?
– Отъехал ненадолго, вас надо забрать?
– Да. Жду тебя через 5 минут. Срочно, Гена, – мое терпение заканчивается. Куда вообще она подевалась?
– Ага, вас понял.
Сбрасываю вызов и поднимаюсь к себе в кабинет. Падаю на сиденье и смотрю вдаль на город с высоты птичьего полета.
Где же отыскать эту девочку в таком большом городе.
– Витя, что это вообще такое? – слышу голос Насти со спины. – Как это вообще понимать?
Только не сейчас…
– Ты сказал, что все уладишь, – ее крик разрывает мои перепонки.
– Либо ты перестаешь орать, либо сейчас же пойдешь вон из моего кабинета, – последняя нервная клетка сдает.
– Я, конечно, рада, что ты, наконец-то, первый раз со мной на «ты», – что-то лепечет там, но я плохо ее слышу. – Я понимаю, ты расстроен.
Она подходит ближе и кладет свои руки на мои плечи.
– Дорогой, в такие сложные времена нам надо быть вместе и поддерживать друг друга.
– Руки убери, – скидываю их с себя.
И так мозг не на месте, а она еще делает только хуже.
– Мои родители очень расстроены после увиденных новостей.
– Тогда не делай так, чтобы они еще больше расстроились.
– Ну, тогда что это такое? – сует мне под нос свой телефон с фотографией, где Ева целует меня. – Твоя помощница совсем берега попутала? Кого на работу наняли, что это за потаскух… – она не успевает договорить, как я хватаю ее руку с телефоном.
– Ты сейчас не поняла, что я тебе сказал?
Смотрю на ее ошарашенные глаза.
Она пытается что-то сказать, но у нее мало что получается.
– Наш брак должен был быть фиктивным. А теперь ответь мне, с чего ты вообще решила, что имеешь права заваливаться ко мне и что-то предъявлять? – встаю со стула и нависаю над ней. Она пятиться назад и упирается в стол. – Ты мне никто и ты это знаешь. Был договор, который ты мастерски нарушаешь. В невесту мою вздумала играть? Думаешь, я тут полюблю тебя резко? – отстраняюсь и иду в сторону выхода.
– Чем эта мымра лучше меня? Крутит со всеми мужиками! Думаешь, ты один такой у нее? – повышает свой голос.
– Пошла вон из кабинета! – срываюсь на крик. – Если ты русского языка не понимаешь, могу на других повторить, – медленно цежу.
– Витя! Я никуда не уйду, пока ты все не решишь! – садиться на мое место.
Б**!
С ума сойду.
Еще я с девушками не мерился силами. Хотя есть дикое желание выкинуть ее из кабинета. Пересиливаю себя.
Забираю свои вещи и выхожу из кабинета. Настя подрывается с места и несется вслед на высоких шпильках.
– Витя! Витя, я не договорила!
Резко торможу, дожидаясь пока она доползет до меня.
– Передай своим родителям, – она внимательно слушает, хлопая своими офигевшими глазами. – Я разрываю договор. Все. Кончено.
Разворачиваюсь и ухожу.
– Витя! – слышу крик в спину. – Витя подожди! Ты не можешь!
Единственное, что я не могу, дак это слушать весь этот бред!
Предчувствую весь хаос, что меня ждет, а на лице вырисовывается ехидная улыбка. Наконец-то свобода.
Глава 22
В груди полыхает необузданное пламя. Давно я не ощущал себя таким живым!
Эмоции накрывают меня с головой. Мыслить здраво уже не получается.
И лишь звонок мобилы отрезвляет меня.
– Я подъехал, – говорит Геннадий, как только я беру трубку.
– Спускаюсь.
Выхожу из здания. Погода с каждым днем становится только холодней. Вбираю в легкие ледяной воздух и смотрю по сторонам. И куда же ты подевалась, девочка. В какую сторону сбежала?
А я же совершенно ничего о ней не знаю. Кажется, единственным местом, куда она могла пойти, это дом Людмилы. У меня больше нет вариантов.
Быстро спускаюсь вниз по ступенькам, подлетаю к машине и устраиваюсь на заднем сидении авто. В салоне витает знакомый цветочный аромат. Я опрокидываю голову назад и делаю глубокий вдох. Он не дает мне покоя. Машина выезжает с прилегающей территории.
– Геннадий, – окликаю его.
– Слушаю.
– Ты случайно Антипову сегодня не видел?
– Видел несколько раз. Мы же в одной компании работаем.
– А последний раз, когда видел?
– Хм, – он задумывается, но не успевает ответить.
Машину резко ведет в сторону. Он тормозит у обочины и включает «аварийку». Уже ничему не удивляюсь. Мы выходим на улицу и огладываем автомобиль. Колесо спустилось, видимо наехали на что-то.
– Запаска есть?
– Есть, – смотрит на меня Геннадий.
– Пошли менять.
– Давайте я вызову Вам такси. Спокойно доедете до места, а я тут сам управлюсь.
– Да нет, Геннадий, с вами хочу поехать к Еве. Будете, если что, меня от Людмилы защищать, – усмехаюсь. Нервы ни к черту.
Но с ним реально спокойнее туда ехать.
Он улыбается.
– Все же за Евой поехали? По вам заметно, – подходит к багажнику, открывает его. Протягивает мне аварийный знак.
– Что заметно? – смотрю на него с прищуром. Подхожу к нему и беру знак.
– Что она вам нравится, – надевает перчатки и достает колесо.
– И не боитесь же Вы мне это в глаза говорить? – Устанавливаю знак. Подхожу к багажнику, достаю домкрат с набором инструментов и противооткатные упоры.
Почему-то не злюсь на него. Даже какой-то кайф ловлю от этого.
– Ну а что, я знаю вас много лет. Разве вы устраивали такой апокалипсис ради кого-нибудь, – кладет запаску рядом с собой. Подготавливает машину.
Смотрю на него сверху вниз и вздыхаю.
– Тоже верно.
– Значит, не отрицаете, – откручивает гайки и вытаскивает колесо.
– Ой, все! – машу на него рукой. – Отстаньте, Геннадий! Вы и так слишком много знаете.
Смотрю по сторонам. Люди, одетые в теплые пуховики куда-то бегут, суетятся. Слишком быстро в этом году пришли холода. Моргнуть не успели. Тело пробирает колючий морозный ветер. А ведь сейчас где-то бегает Ева в одной кофте. Вздыхаю. Это чувство беспомощности сжигает изнутри.
Геннадий быстро со всем справляется, и мы отправляемся дальше.
– Не боитесь последствий? – интересуется он, как только машина трогается с места.
– Все мы взрослые люди и можем сами выбрать свой путь.
– Ну а как же ваши родители?
– Всех денег мира не заработать, Гена. Придется им с этим смериться.
Смотрю в окно. Наблюдаю, как высотки сменяются редкими и низкими старыми домами. Атмосфера апокалипсиса по всем фронтам.
Останавливаемся около дома, где в последнее время жила Ева. Этот двухэтажный барак навивает ужас. А обитатели этого района вообще отдельная тема. Не представляю, как люди живут в этом хаосе.
Мы паркуем машину и осматриваемся. Все спокойно.
– Ну что, удачи, – резкий выдох, и я открываю дверь авто. Смотрю на Геннадия, он остается на месте. – Эй, – окликаю его. – Ты идешь со мной!
– Понял, понял.
Гена глушит машину и тоже выкарабкивается на улицу. Стоим вдвоем перед этим домом, выдыхаем густой столб пара. Зябко очень. Переглядываемся и идем прямиком к дому.
Внутри все переворачивается… Невозможно объяснить это волнение.
– Не переживайте, – говорит Геннадий. – Она нас не убьет в любом случае.
– Я бы не был так уверен.
Людмила вообще не предсказуемая женщина! Снова переглядываемся и поднимаемся на второй этаж. Замечаю наличие света в подъезде.
Геннадий долго стучит в дверь, но никто не открывает. А надежда была так близка. Мы уже собираемся уходить, но останавливаемся.
– Да иду! – чуть слышны крики.
Людмила открывает дверь и смотрит на нас по очередь.
– Здрастье, – вырывается из нее. – А вы это, какими тут судьбами? Случилось что ли что-то? – хватается за сердце.
– Тише, все нормально! Здравствуйте, – спохватываюсь, пытаюсь ее успокоить.
– Да разве с вами может быть «все нормально» – открывает сильнее дверь и проходит внутрь. – Заходите, – командует. – От вас мужиков одни проблемы, – шепчет себе под нос.
Геннадий усмехается.
– Доготовить не дали. Щас все сгорит, – говорит и уходит на кухню.
Мы переглядываемся.
– Обувь снимаем? – спрашиваю Геннадия. Поставила нас в тупик своим уходом.
– Походу, – отвечает Гена и снимает ботинки. Я повторяю его действия, и мы проходим на кухню.
Суетиться, что-то готовит быстро.
– Ну что. Чего пожаловали? Еще и вместе. Ой, не к добру, – машет полотенцем и кидает его на плечо. Ставит поднос с пирогом в духовку.
– А вы Еву не видела? – решаюсь.
– Она утром на работу ушла, я еще спала. А что? С моей девочкой что-то случилось? – опять вздыхает.
– Нет-нет, – пытаюсь снова ее успокоить. – Просто она ушла из офиса раньше времени. На звонки не отвечает. Думали, что она пошла домой. К ней дело есть.
Но Людмилу так просто не проведешь. Смотрит внимательно, качает головой, чувствует, что мы юлим.
– А теперь правду, – обрубает нас.
Снова переглядываемся с Геннадием. Ну, ничего не утаить от нее!
– Приходила какая-то писклявая девица и устроила ей скандал. Та, что встречается с этим… "неприятным типом".
– Бывший "недомуж" с ее бывшей лучшей подругой?
– Наверное, – кулаки сильнее сжимаются от злости.
Совершено не знал, кем они ей приходятся.
– По описанию подходят. Парочка… ох, ладно, молчу. Обидели ее значит опять?
Киваю головой.
– Дома еще не появлялась. Думаю, позже приедет. Утром на работе увидитесь. Не думаю, что она далеко ушла. Попсихует и придет.
– Хорошо, спасибо.
– Есть будете? – бросает взгляд на нас.
– Нет, все хорошо. Думаю, мы к вам еще заедем.
Да. Чувствую, мы станем тут частыми гостями. Уезжаем. В этот день совсем работа не идет. Мысли где-то блуждают и, чтобы не орать на всех по пустякам, уезжаю в свой загородный дом.
Но и этот дом зачем-то напоминает о Еве. Ей чертовски шла моя футболка. Красивые стройные ноги с гладкой кожей привлекали мое внимание. Не пялиться, вообще не получалось. Она будила во мне странные чувства. Страсть вперемешку с нежностью.
Поднявшись на второй этаж, прошел мимо своей комнаты и устремился к «гостевой». Слегка подтолкнув дверь, она отворилась. В воздухе пахло порошком и комнатными духами. О Еве ничего не напоминало, лишь было осознание того, что она когда-то находилась в этой комнате.
Я рухнул на кровать, где она спала. С силой я сгреб одеяло и провалился в сон.
