Текст книги "Помощница для босса (СИ)"

Автор книги: Оксана Мэй

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 12 страниц)

Глава 14

– Согласен? – шепчу чуть слышно.

Не могу поверить.

Он согласен…

На моем лице появляется улыбка. Билет в одну сторону оказался счастливым.

– Завтра обсудим детали договора. Можете идти.

– Хорошо, – пячусь назад. – Спасибо! Большое спасибо!

Выхожу из кабинета в эйфории. Будто выиграла главный приз, хотя по факту продала свою жизнь, свою свободу, мало знакомому человеку на целый год.

А жила ли я когда-то своей жизнью?

В бухгалтерии не пришлось долго возиться. Практически сразу же мне выдали карту с уже начисленным вознаграждением. Я вначале даже не поверила, что это все мне.

Ну, вот и все.

Выхожу из здания и оглядываюсь по сторонам. Пора заканчивать старую жизнь и перевернуть страницу.

Еще немного я собираюсь с силами, и еду в свою старую квартиру.

Внутри все сжимается, когда я приезжаю в старый двор. Машину Влада на парковке не видно. Скорее всего, он уже на работе.

Никуда не тороплюсь, будто весь мир остановился.

Лифт поднимает меня на нужный этаж. Без стука я сразу открываю дверь и захожу внутрь, не боясь нарушить чей-либо покой. Но меня встречает только оглушающая тишина.

Смотрю на пару набитых мешков около входа, откуда торчит кусочек моей одежды.

Вылетает нервный смех. Уже выселили.

Захожу в квартиру, даже не разуваясь. Прохожу в спальню.

На комоде уже расположились вещи другой женщины. Как быстро и ожидаемо.

А что я думала? Что после всего этого он будет бегать за мной и просить прощения, а я его прощу, потому что мне жалко всех убогих?

Смеюсь над собой же.

На тумбе у кровати вижу свой телефон. Подхожу и отправляю его себе в карман джинс, а вместо него оставляю кольцо – пустышку.

Наконец-то накидываю на себя свой теплый пуховик. Надеваю теплые удобные ботинки. Чуть ли не скулю от счастья. Хотя ноги частично уже привыкли к старым ботинкам.

Забираю все вещи и на такси еду в свое временное пристанище.

– Людмила! – кричу на всю квартиру, как только открываю дверь. – Я нашла, – скидываю с себя обувь и бегу на кухню.

Она замирает и смотрит на меня удивленными глазами.

– Я нашла деньги! – расплываюсь в улыбке.

– Как нашла? Ой, нет, дорогая, – она кладет нож на стол и моет руки. – Я не могу принять от тебя такую сумму! – берет полотенце.

– Ничего не хочу слышать, – убегаю обратно в коридор. – У меня есть еще одно дело.

– Ева! – размахивает полотенцем. – Ты во что ввязалась? – ругается.

Не могу же я ей сказать правду, что я продала свою свободу.

– Просто на работе договорилась. Не волнуйтесь. Все, правда, хорошо, – надеваю обувь.

Людмила рассматривает мешки с одеждой и смотрит на мой пуховик.

– Я была дома и забрала вещи. Надо расставить все точки.

– Ну и правильно, – вздыхает она. – Жду тебя к ужину.

Поездка к родителям должна быть основной точкой этой истории. Морально я готовлюсь ко всему. Но то, что будет нелегко, я уверена.

Снимаю блокировку своего старого телефона и просматриваю сообщения. Как я и думала. Абсолютно никому я не нужна. Снова усмехаюсь над собой.

Набираю номер мамы.

– Алло, вы дома? – перехожу сразу к делу.

– Да, вот, сидим с отцом твоим. Обедаем.

– Я сейчас приеду, – даже не дожидаясь ответа, кладу трубку.

Это дорога оказалось самой сложно. Тяжело дышать, вплоть до приступа паники. Как только представлю, что я должна это все рассказать…

Надо быть резкой и сразу говорить все по делу. Чем больше буду тянуть, тем меньше шанса сказать правду.

– Доченька! Проходи, – встречает меня мама.

– Привет, – обнимаю ее и раздеваюсь.

– Мне надо с вами поговорить, – заявляю я, как только захожу в комнату.

– Хоть чая попей, поешь, – суетиться мама.

Отец смотрит своим тяжелым взглядом. Вряд ли у него сегодня хорошее настроение.

– У меня есть серьезный разговор. Присядьте на диван.

– Ты меня пугаешь, дочка, – мама садится рядом с отцом.

– Новость в том, что мы с Владом расстались.

– Да, что ты такое говоришь, – мама сразу вздыхает и смотрит то на меня, то на отца.

– Вот так. Никакой свадьбы. Никаких детей.

– Пту ты, – отец бьет по дивану ладонью и отворачивается.

Я пугаюсь и слегка подпрыгиваю на месте.

– Дорогой, подожди, – пытается успокоить его. – Ева, что ты натворила, что он тебя бросил? – мама продолжает в своем поучительном серьезном тоне.

– Он? – открываю рот от удивления. – Почему он меня бросил? Это я его бросила!

– Посмотри на нее, – отец уже готов взорваться. – Что говорит эта девочка?

– Он мне изменил! – не выдерживаю я.

– Значит, ты что-то делала не так. У нас тоже с твоим отцом многое бывало в этой жизни. Ты должна быть умнее, Ева.

Не могу поверить в происходящее.

– Почему вы всегда на его стороне? Вам все равно, что он так поступил со мной? – обида начинает душить, горло сдавливает, будто тугим канатом. – Я ваш ребенок! Я, а не он!

Первый раз в жизни я неистово кричу.

– Всегда я во всем виновата. Просто усыновите уже его и оставьте меня в покое!

– Ева, что за глупости! – слышу мамин голос в ответ. – Отношения, это же работа, бывают трудности.

– Трудности? – не верю своим ушам.

Отец машет рукой, встает с дивана и, вздыхая, уходит в комнату.

– Довела отца. У него сердце больное! – недовольно кидает мама, а мое седце разрывается на сотни кусков.

Становится сложно дышать. Пытаюсь вдыхать больше воздуха. Паника окутывает все тело.

– И не придумывай тут, – будто добивает меня. – Ты еще не пожила эту жизнь. Лучше бы родителей слушала.

Качает головой и уходит на кухню. Запах корвалола пробивается в нос. Ненавижу этот запах. Отец всегда в детстве таку ходил, не собираясь решать никакие проблемы, а мама бежала вслед за ним пытаясь успокоить. А я… а я шла решать свои проблемы сама.

Руки трясутся.

Не хочу…

Я больше не хочу это терпеть!

Как больно в области груди.

Полуживая, я бреду в коридор и еле надеваю ботинки и пуховик.

Слышу, как замок в двери открывается, и перед глазами вижу Влада.

Уже приходит к моим родителям как к себе домой.

Ненавижу!

– Ева, – он хватает меня за предплечье.

– Руки свои убрал, – цежу сквозь зубы.

Он не отпускает.

– Этот парень… по рукам пошла? – видимо пытается задеть.

– По себе людей не судят.

Смотрю ему в глаза.

Он украл у меня четыре года жизни и моих родителей. Они всегда выбирали его.

"Я всегда хотел сына", – слышала эту фразу еще в детстве.

Получайте…

Выдергиваю свою руку, отталкиваю «бывшего» в сторону и прохожу мимо.

Больше никогда тут не будет моей ноги.

Выбегаю на улицу, слезы градом стекают по щекам. Просто бегу в неизвестном направлении, пытаясь убежать от правды. От этой реальности. Нога ступает на сколький участок дороги и, теряя равновесия, я валюсь на спину. Удар головы смягчился капюшоном.

Тело трясет то ли от холода, толи от душевной боли. Я лежу посередине двора и не собираюсь ничего менять.

Просто остаться здесь и больше не шевелиться. Снежинки падают на лицо и сразу же исчезают.

– Да, черт возьми! – кричу, что есть силы. – Я больше не хочу так жить… – уже чуть слышно вылетают слова и растворяются в морозном воздухе.

Телефон напоминает мне о том, что я еще жива.

Не хочу. Игнорирую. Меня нет.

Телефон смолкает, а потом снова и снова дает о себе знать.

Глубокий вдох. Тянусь в карман джинс и еле достаю мобильный.

На экране высвечивается телефон Виктора.

– Да, – чуть слышно вырывается из меня.

– Антипова, не знаю где ты, и что ты делаешь, – шипит он в трубку. – Но тащи свое тело по адресу, который я скинул тебе в сообщении.

– Хорошо, – ничего не спрашиваю.

– Сделай все, что можешь, но приезжай быстрее! Ты должна испортить сегодняшний вечер. Я, знаю, ты мастер, Антипова.

– Я… мастер… – нервно прорывается смешок. – Да, Виктор Александрович, уже еду.

Сбрасываю вызов, не дожидаясь ответа. Разрушить все, это то, в чем я мастер.

Из последних сил я поднимаюсь на ноги. Смахиваю слезы. Открываю сообщения и вызываю такси до нужного места.

Пустота внутри меня расширяется и все то, что было раньше живым, тлеет на глазах.

Такси останавливается около дорогого ресторана. Я захожу внутрь и сталкиваюсь с охраной.

Смотрю на них совершенно опустошенным взглядом.

– Простите, не можем вас пропустить.

– Причина? – мой голос как лед.

– Сегодня закрытая вечеринка.

– Вы даже не спросили, как меня зовут, – кидаю презрительный взгляд. – По вашему мнению, я лицом не вышла или вам не нравится мой пуховик? – явно нарываюсь на ссору.

Устала терпеть людей. На сегодня мое спокойствие закончено. Ева, которая терпела все… исчезла.

– Ну, – охрана еще раз смотрит на меня.

– Если вы сейчас меня не пропустите, Виктор Александрович… Ой, как будет зол, – не теряю зрительного контакта.

– Ладно, проходите.

Захожу внутрь с нервным смешком. Даже фамилию не спросили, что это за охрана такая.

Адреналин переполняет мое тело. Злость в каждом миллиметре. Чувствую, как внутри сгораю. Глаза сразу находят Виктора. Он, одетый в смокинг, стоит около стенда для фотографий. Красивый. На работе он никогда не носит костюмы, только футболки с брюками или джинсами. Так ему комфортнее. Видимо сегодня действительно важный день.

Мой шаг ускоряется. Людей вокруг больше не существует. Я иду прямо к нему.

Всего лишь миг и я чувствую его теплые губы. Нежный поцелуй с терпким привкусом виски. Руки Виктора скользят под пуховик и сжимают мою талию. Основательно теряю контроль не обращая ни на что внимания. Сердце бешено колотится. Тону в этом моменте. Открываю глаза и сталкиваюсь с его взглядом. Вспышки камер окружают со всех сторон.

Пытаюсь понять, что я натворила. Хлопаю глазами. Виктор берет меня за руку и ведет за собой. В зале тишина сменяется бурными аплодисментами.

Я еле поспеваю за ним, пытаюсь быстрее перебирать ногами. Мы пробираемся сквозь толпу людей, которые кричат какие-то поздравления. Виктор даже не оборачивается, прет как танк вперед.

– А сейчас расскажи, что это было, Антипова? – устраивает допрос, как только мы заходим в какой-то небольшой коридор и остаемся одни.

– Мне, мне жаль, – щеки покрываются румянцем.

– Конечно, – закрывает глаза, пытается держаться. – Жаль ей.

– Это было помутнение, – теряюсь.

Он вздыхает и смотрит по сторонам.

– Нам пора, – он хватает меня за руку.

– Куда? Никуда я не пойду!

– Не пойдешь? – наклоняется он и цедит сквозь зубы. – Ты забыло о договоре? – шепчет.

– Как я скажу, так и будет.

Черт…

– Вы сами сказали испортить вечеринку, – сопротивляюсь.

– Молодец, Антипова, кажется, ты не только вечеринку испортила, но и спокойную жизнь себе, – тычет в меня пальцем. – Ну и оставайся тут на растерзании папарацци, – он разворачивается и идет к запасному выходу.

– Пожар был бы лучше? – бегу я вслед за ним.

– Да, Антипова, что-то такое я от Вас и ожидал! – он открывает дверь и перед выходом уже стоит автомобиль. – В машину, – приказной тон совершенно меня не радует.

– Можно быть и помягче, – бубню себе под нос.

– Антипова! – злится.

– Я же сказала, что мне жаль! – кричу и залезаю в машину.

Он садиться за руль и автомобиль резко трогается с места.

Глава 15

Машина выезжает на трассу и быстро набирает скорость. Лихо маневрирует из ряда в ряд.

Вжимаюсь в сиденье.

Жесть. Страшно!

Боюсь скорости. Да я вообще всего боюсь! А жизнь любит меня испытывать на прочность. Совершенно не понимаю, когда черная кошка успела перейти мне дорогу, ну просто других объяснений этой жести нет.

Руки Виктора крепко держаться за руль. Явно злится, аж костяшки побелели.

Машина все сильнее ускоряется. Зажмуриваю глаза, что есть силы. Сердце бешено колотиться.

Расхлестаться на трассе, отличный финал этой истории. Браво!

Думаю об этом, а на лице нервная улыбка вперемешку со слезами.

Отличный выбор, Виктор, легко и просто и не будем решать никаких проблем!

– Черт, – слышу его голос, и машина резко сбрасывает скорость. – Черт, Ев, прости.

– Все окей, – еле выдавливаю слова и показываю жест рукой.

Но, нихера не окей! Я только что чуть свою душу не отдала. Открываю сначала один глаз, потом второй. Скорость сильно снизилась.

Виктор лезет в подлокотник и протягивает мне пачку сухих салфеток. Достаю штучку и киваю головой, молча говоря спасибо.

Все же эту проблему с моим «выпадом» на вечеринке придется решать…

Странно смотреть на лицо Виктора. До сих пор помню вкус его губ. И не понимаю, почему это было куда «ярче», чем все четыре года отношений с "недомужем".

– Успокоилась? – его голос спокоен.

– Нет, – рублю правду. – Вообще не успокоилась. Может, – поворачиваюсь к нему и смотрю своими большими безумными глазами. – Просто скажем всем, что твоя секретарша сошла с ума, и я уволюсь?

Ведь я даже сама не знаю, как оправдать свои действия.

– Убегаешь, значит? – он смеется.

– А что вы смеетесь? – возмущена. – Хотя это была ваша идея! – складываю руки на груди и отворачиваюсь к окну. – Вам и решать ее.

– Антипова! – опять начинает злиться.

– Что Антипова? Виктор Александрович, четких указаний не было. По факту я исполнила все, о чем вы меня просили! – выдаю резко на одном дыхании. – И куда вы вообще меня везете?

– В лес, – ухмыляется. – Ты слишком много говоришь.

– Вы даже представить не можете, что может сделать стресс с человеком, – нахожу на панели кнопку регулировки сидения и опускаю спинку. Чуть ли не ложусь.

– Домой везу.

Подскакиваю на месте. Сразу в себя пришла.

– Какой такой домой? – последние нервные клетки сдают. Не хочу ни к кому домой больше ехать.

– К тебе домой, Антипова. К тебе… И где ты успела сохранится?

– Где успела, – снова откланяюсь на спинку кресла. – Там уже не сохранится. Разовая акция была, – закрываю глаза.

Я когда в стрессе либо молчу как рыба, либо наоборот начинаю жутко болтать. А сейчас я настолько в стрессе, насколько никогда в нем не была. Вот и несет меня дальше паровоза.

В дороге приятно укачивает, что я даже немного проваливаюсь в сон. Всю оставшуюся дорогу мы молчим. Легкая музыка немного успокаивает.

– Приехали.

Слышу голос Виктора, открываю глаза. Смотрю на родненький барак и улыбаюсь.

– Это правильный адрес? – переспрашивает.

Видимо не ожидал, что дочь самого Антипова живет в этих трущобах. Сюрприз!

– Ага, – нажимаю кнопку и привожу спинку кресла в исходное положение.

У соседнего подъезда опять какой-то саботаж. Без него было бы уже не так весело.

– Собирай вещи. Я буду ждать тут.

Смотрю на него с недопониманием.

– Зачем это?

– Антипова, что значит зачем? – нервничает зачем-то.

– Это мой дом, – медленно говорю. – И я никуда не собираюсь уходить отсюда.

– Да ты прикалываешься, – нервный смех настиг и его.

– Нет, Виктор Александрович, это единственно, что осталось адекватное в моей жизни! – злюсь, ой как злюсь.

Открываю дверь и выхожу из машины. Иду спешно к подъезду. Слышу «сигналку» машины и приближающиеся шаги. Так страшно не было даже рядом с буйными алкашами.

– Ну и? – разворачиваюсь и встречаюсь с глазами Виктора. Красиво блестят от света лампочки на подъезде. – Думаете, украдут?

– Нового работника искать муторно. А ты еще старые дела не разобрала.

– Окееей, – тяну и захожу в подъезд.

Свет в подъезде так и не появился, поэтому мы медленно поднимаемся в полной темноте по ступенькам.

– И всегда тут так…

– Как?

– Темно.

– Да. Для поддержания нужной атмосферы. Согласитесь, стремно ведь?

Он молчит, но я то знаю правду.

Чье-то шуршание слышу спереди. Резко торможу. Достаю телефон и включаю фонарик. Свечу перед собой. Тяжело вздыхаю, видя перед собой дядю Толю из квартиры с первого этажа. Видимо зашел слишком далеко. Качаю головой. Иду вперед и собираюсь переступить через распластавшееся тело соседа. Виктор хватает меня за руку.

– Чего? – шепчу я зло.

– И что ты собираешься делать?

– Домой иду! – закатываю глаза.

– Антипова!

Виктор говорит слишком громко, что дядь Толя начинает шевелиться.

– Тшш, – шиплю на него. – Пусть отсыпается!

– Не выносимо, – шепчет сзади.

– Заметьте, я не звала вас, а потом меня будете винить!

Виктор ловит мою руку и слегка притягивает к себе.

– Ты сейчас, – его голос тихий, спокойный. – Собираешь свои вещи, и мы уезжаем, – удары моего сердца учащаются.

– Нет! – обрубаю, вырываю руку и быстро перепрыгиваю через соседа.

Слышу недовольный выдох Виктора. А что он хотел, я не звала его идти со мной.

Он переступает через Толика и следует за мной.

– С кем живешь? – словно на допросе.

– Это личное, – делаю шаг на последнюю ступеньку.

Разворачиваюсь и смотрю на него сверху вниз. Сквозь темноту удается разглядеть очертания его лица. Виктор делает еще шаг вперед и оказывается прямо напротив меня.

– После сегодняшней вечеринки, – он не останавливается, продолжает идти на меня. Я пячусь назад и упираюсь спиной в дверь своей квартиры. Уже не остается пространства для отступления. Он наклоняется ниже, и я чувствую легкий запах его парфюма. – Твоего личного больше нет!

Глава 16

Вот это поворот! Это заявление ошарашивает сильнее, чем наша близость в данный момент. Слова теряются. Конечно, а что я хотела? Ведь я сегодня утром сама лично продала ему свою жизнь на год.

– Контракт еще не подписан! – выдаю я резко и слишком громко. Пытаюсь сопротивляться.

Из него лишь слегка вылетает смешок. Видимо он не ожидал такой наглости в свой адрес. Другие девушки стелятся перед ним, а тут какая-то "неудачница" пытается удрать от него сломя голову. Несмотря на все возмущения, Виктор даже не шевельнулся. Время будто остановилось.

Так близко… Слышу удары своего сердца.

Пожалуйста, лишь бы только он не услышал их!

– Кто там?

Подскакиваю на месте и чуть не валюсь на Виктора. Слышу голос Людмилы за дверью и открывающийся дверной замок. Ой, что сейчас будет… Часто хлопаю глазами, паника. Слегка отталкиваю Виктора в бок, чтобы спрятать его. Словно школьница.

Дверь потихоньку открываться.

Людмила смотрит на меня через слегка приоткрытую дверь. Я молчу и не шевелюсь. Дышать страшно!

– А чего это ты тут стоишь, не заходишь? – смотрит на меня, открывает дверь чуть сильнее и сразу переводит свой взгляд на Виктора. – Здрасте… – она явно в шоке от увиденного.

– Здравствуйте, – отвечает он.

Неловкая пауза уже знатно затягивается. Как я вообще пыталась спрятать этого громилу?

– Ева, не желаешь познакомить нас? – подозрительно улыбается Людмила и мне это совершенно не нравится. Смотрит на Виктора своими хитрыми глазами.

А я вообще не желаю знакомить его с кем-либо!

– Людмила, это Виктор Александрович, мой босс и он уже уходит, потому что время позднее, а он такооой весь занятОй, – быстро кидаю речь и смотрю на него, сверля своим взглядом. Надеясь, что он поймет мои намеки и уйдет домой.

И так представляю, сколько расспросов будет от Людмилы, когда закроется дверь.

– Уже уходит? – газа ее округляются. – Ева, как же так? Даже чай не предложишь гостю? – смотрит на меня и качает головой. – Может, Вы голодны, и хотите с нами поужинать?

– Не хочу вас напрягать. Время уже позднее, – слишком любезный тон Виктора вводит меня в ступор. Явно что-то задумал.

– Ой, да что вы! Какое напрягать. Разве каждый день к нам гости приходят, – открывает дверь еще шире и отходит назад. Освобождает проход.

Хмурю брови, пытаюсь переварить происходящее. Смотрю на Виктора, который, похоже, совершенно не против поужинать с нами.

– Не могу отказать, – улыбается и проходит внутрь мимо меня.

Вот Кот! Хитрый, проворный!

– Ну, что встала, – бубнит на меня Людмила. – Заходи уже!

Снова кидаю свой недовольный взгляд на спину Виктора, отрицательно киваю головой и молчу. Прохожу внутрь. Еще успеем обсудить происходящее.

Он снимает обувь и аккуратно ставит на поддон. Оглядывает пространство, задерживает взгляд на мешках с одеждой, которые я сегодня приволокла.

– Живем мы скромно, зато дружно, – она достает гостевые тапочки и кладет перед Виктором.

– Спасибо, – надевает их и проходит в гостиную.

Я внимательно наблюдаю за происходящим. Откровенно в шоке. Не успела еще переварить события этого дня, как снова что-то происходит!

– Ев, покажи Виктору, где руки помыть и дай полотенце, – она быстро убегает на кухню, что-то возится там. – Полотенце на полке там возьми, – кричит, чуть ли не на весь дом.

– Ага, – отвечаю больше себе, нежели ей. – Сейчас.

И как мы снова оказались вместе в одном пространстве и не по работе?

Тень сегодняшней вечеринки еще долго меня будет преследовать. Смотреть на этого мужчину и так неловко из-за его красоты. Высокий, накаченный, и вдобавок к этому, еще и умный, харизматичный. Закрываю глаза и делаю глубокий вдох. Нужно как-то сохранить свой рассудок и не поехать кукухой!

Беру полотенце и протягиваю Виктору.

– Ванна, – показываю на дверь. – Думаю, не заблудитесь. Вода в кране, мыло в мыльнице, полотенце в ваших руках.

Он ничего не отвечает, лишь слегка ухмыляется и внимательно смотрит. А мне провалиться хочется после этого спонтанного поцелуя! А ведь нам еще предстоит обсудить это.

Ой… не хочу.

Чуть не скулю про себя.

Ну, ничего, Ева, за все надо платить, а за свои необдуманные действия вдвойне.

Вслед за Виктором, я мою свои руки, и иду на кухню. Останавливаюсь за его широкой спиной. Виктор стоит в проходе и, не отрываясь, наблюдает за Людмилой.

– Я еще блинов напекла! – слышу ее голос. – Давай, проходи. Садись, не стесняйся!

По-свойски приглашает его сесть за стол, словно он дальний родственник, который наконец-то доехал до нас.

– Ев, кружечки поставь пока, – зовет меня и продолжает накладывать еду по тарелкам.

– Ага, – тянусь за кружками. Все время ощущаю на себе пристальный взгляд.

– Ну, расскажите, – Людмила ставит последние приготовления на стол и садится слева от Виктора. – Как наша Ева, справляется?

Давлюсь собственной слюной и начинаю закашливаться. Ставлю кружки на стол и сажусь справа от него. Хочу ли я знать ответы на эти вопросы, и почему мы опять говорим о работе?

– Справляется, – Виктор наливает воду и подает мне ее. Беру кружку и залпом выпиваю воду. – Еще как справляется, – слышу немного язвительную интонацию.

С одной стороны будто похвалил, а с другой, чувствуется в его ответе привкус сегодняшнего "позора".

– Ну, вот и чудесно! – восклицает Людмила. – Она вообще девочка с головой. Что не попроси, все сможет решить, – довольно смотрит на меня.

Ох, да, я вообще все могу. Особенно если дела касается разрушений! Жаль, такая услуга мало кому нужна. Последствия сегодняшней услуги неизвестно, сколько еще придется расхлебывать. Сижу, краснею!

– Просите, – мои мысли прерывает телефонный звонок Людмилы. – Надо ответить.

Она встает из-за стола и отходит в коридор. На кухне повисла гробовая тишина. Смотрю в свою тарелку, глаза поднимать нет сил.

– Сейчас? Ой, – вздыхает Людмила из коридора. – На пару часов могу, да. Ладно, сейчас прибегу, – сбрасывает вызов и заходит на кухню.

Оборачиваюсь на ее приближающиеся шаги.

– И так, молодежь. Я вынуждена вас оставить.

– Хотя бы поешьте! – тут уже я возмущаться начала.

– Срочно, Евочка, очень срочно! Приду поем. Сейчас меня подвезут до работы.

– Я тоже тогда пойду, – низкий, бархатный голос Виктора доносится до моего уха.

– Кушайте, давайте. Не придумывайте, – бубнит она и быстро одевается. – Составите Еве компанию, пусть не сидит одна. Все, – застегивает пуховик. – Я ушла.

Дверь захлопывается с характерным звуком. И не страшно ей оставлять меня одну с этим непонятным типом?

– Повезло вам с Людмилой, – поднимаю взгляд. Уплетает еду с неподдельным удовольствием.

– Ага, – а мне кусок в горло не лезет.

Если бы он знал, как она спасла меня… Уровень уважения поднялся бы до небес.

– Что ж вы не едите, Антипова? У вас аппетит из-за чего-то пропал? – ухмыляется.

А я не могу, внутри все переворачивается. Не могу уже держать в себе этот вопрос про «вечеринку», ведь он остался открытым.

– Виктор, – поворачиваюсь к нему и смотрю своими большими глазами как олененок – Александрович, нам нужно обсудить то, что произошло сегодня.

– Думаете, стоит?

Да он издевается! Смеется и делает глоток воды.

– Да, иначе я не усну, а завтра приду на работу в плохом настроении и не выспавшаяся. Я накосячу еще где-нибудь и вы будете чертовски недовольны мной, – замолкаю на секунду. – Хотя, тут терять нече…

Он снова смеется. И что его так веселит, ситуация то ВООБЩЕ не веселая!

– Ну, начнем с того, что завтра вы на работу не придете.

– Что? – сердце бешено стучит. Хотя казалось бы, куда еще быстрее. – Вы меня что, уволили? – глотаю воздух ртом.

Сейчас без работы вообще нельзя.

– Опять вас несет, – он наливает себе заварку в кружку.

Я залипаю на его большие, красивые руки с чуть выпирающими венами.

– Надо будет узнать, что наснимали папарацци. Сейчас мои ребята сто процентов избавляются от этих фотографий. Потому что если это не уладить, будет очень большой скандал.

– Скандал? – мастер Антипова превзошла себя.

– Ага, – доливает горячей воды и ставит кружку перед собой. – Не все СМИ будут согласны удалить фотографии. Будем надеяться, что у этих самых "СМИ", которые нам откажут, не окажутся фотографий твоего лица.

Внимательно слушаю каждое слово.

– А если, ну если все же там будет мое лицо?

– Ну, тогда будем действовать по плану «Б».

– А какой план «Б»?

Он наклоняется в мою сторону и тянется через меня к печеньям. Чуть вдыхаю запах его парфюма. Легкий древесный пряный аромат.

– А вот это надо выяснить… – шепчет между делом.

Будто гипнотизирует.

Берет печенье и возвращается в первоначальное положение. Смахиваю помутнение.

– Х-хорошо, – упираюсь локтями о стол и прячу лицо в ладони. – Тогда вопрос, – смотрю сквозь пальцы.

– Давай.

– А что за вечеринка была?

– Моя помолвка, – смеется и продолжает спокойно пить чай.

– И вы так спокойно говорите об этом? – глаза округляются, резко взрываюсь. – То есть, я пришла и расстроила вашу невесту?

Господи, чем я лучше Дианы?

Часто дышу, слезы подступают к щекам. Скорее всего, сердце девушки сейчас разбито на сотни кусков!

– Почему же, – встаю со стула. – Почему вы сейчас тут, а не со своей невестой? – еле контролирую свой тон.

– Антипова, – он еле сдерживает свой смех, а мне вообще не смешно. Старые раны еще не зажили. – Хочешь знать, почему я тут?

– Да уж, Виктор Александрович, попытайтесь объяснить.

– Садись, – его тон спокон. Он хлопает по стулу. – Начнем с того, что Я так хочу.

Не нахожу, что ответить и просто повинуясь сажусь

– Ты же видела мою "невесту" много раз.

Пытаюсь вспомнить.

– Ту красивую брюнетку с идеальной укладкой? – Что-то не сильно он был мил со своей невестой все это время.

– Такой, значит, ты ее видишь… Хм, – задумывается. – Наверное, она. Так как ты уже влезла во все это, придется тебя вводить в курс дела.

Слушаю внимательно все то, что пытается мне сказать Виктор.

– Компания моего отца и ее отца собираются объединиться. По их мнению, это был самый простой способ. Но, – он останавливается.

– Но, – любопытство раздирает.

– В начале, это было просто договор между нами. Никаких чувств, никаких претензий, просто бизнес. Но она, – его смешок слегка вырывается. – Решила играть слишком натурально и каждый раз пытается привязать меня к себе. А я не хочу быть привязанным.

Смотрит на меня своими каре-зелеными глазами. Прожигает насквозь.

– Хорошо, я поняла, – уровень напряжения зашкаливает.

– Я думал, что ты устроишь какой-нибудь пожар, потоп. Да что угодно, что сорвет это мероприятие, и я найду другой выход из этой ситуации.

– Нашли… – тихо шепчу себе под нос.

– Теперь нам остается только ждать.

– Вы не выглядите расстроенным, – вылетает между делом.

– Ну, – он снова ухмыляется и пытается что-то сказать, но его телефон прерывает речь.

Виктор хмурит свои брови и смотрит на экран мобильного. Фотография вызова четко дает понять, что это звонит его брошенная "невеста".

– Почему вы не берете трубку? – зачем-то озвучиваю свои мысли.

Он смотрит на меня и поднимает бровь. Сбрасывает вызов.

– Потому что, Антипова.

Телефон снова звонит. А потом снова и снова.

– Вам уже проще взять, она от вас все равное не отстанет, – говорю фактами.

Виктор кивает и ставит звонок на громкую связь. А я и сообразить ничего не успеваю, как меня оглушает ее ор.

– Витя, – кричит, чуть ли не задыхаясь. – Что это было, Витя? Это кто вообще такая? Это та твоя «секретутка»?

Чегооо? Внутри волной нарастают возмущения.

Она сыпет вопросами, не давая даже шанса ответить на них.

Я уже сама вскипаю, но держу рот на замке.

– Это ты из-за нее со мной так холоден? – немного замолкает, видимо вбирает побольше кислород в легкие для очередного словесного «нон-стопа».

– Витя, или ты специально все устроил так? Ты новости уже смотрел? Родители, ой, как недовольны тем, что произошло! И почему ты молчишь, ответь хоть что-нибудь!

Виктор выглядит спокойным, он даже не кажется шокированным. Просто спокойно слушает, еще и чай успевает пить.

А я челюсть еле держу на месте.

– Что ответить? – совершено ровный тон.

– Витя! Опять ты так делаешь!

Толкаю его слегка в плечо, чтобы не издевался над ней сильно. Он смотрит на меня немного удивленно. Показываю пальцем на телефон, чтобы он хоть что-то сказал. Он закатывает глаза и все же сдается.

– Анастасия Павловна, мы с вами обсуждали это все много раз. Произошла непредвиденная ситуация.

Нервный смех доносится с того конца телефона.

– До твоего сердца вообще не достучаться, да? Хоть раз по имени меня б назвал, – смех сменяется всхлипыванием.

Вот это ее штормит.

– Не знаю как, Витя, но ты должен все уладить, – злится, цедит сквозь зубы. – Наши родители с тебя шкуру сдерут, если ты все сорвешь.

– Не думай много. До связи, – сбрасывает вызов, не дожидаясь ответа, и переводит взгляд на меня.

– Ну что, Антипова, посмотрим новости?