Текст книги "Маленькая хозяйка большой таверны (СИ)"
Автор книги: Оксана Гринберга
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 28 страниц) [доступный отрывок для чтения: 12 страниц]
– Чтобы у вас не приключились проблемы с властями, – согласилась я. – Сперва лицензия на врачебную практику, а потом и на аптекарское дело.
И тут же подумала…
Ну что же, в свете последних событий я тоже мечтала стать настолько законопослушной и любящей власть, чтобы это вызвало зубовой скрежет у той самой власти. Возможно, это вызовет боль и у меня, но в моем распоряжении всегда будет собственный доктор с лицензией, на которой вскоре станет красоваться печать с королевскими Клинками.
Потому что предложение Ставроса показалось мне довольно интересным. Да, нельзя сказать, что наши с ним деловые интересы лежали в одной области, но раз он так решил, то…
Комнаты на втором этаже все равно пустуют. Почему бы мне их не сдать, причем, с выгодой?!
К тому же, разговор со Ставросом подтолкнул мои мысли в нужном направлении, и в голову пришло название, подходившее таверне куда больше, чем «Сквозняк» или же «Попутный ветер».
Пусть будет «Королевский Клинок», решила я.
Тем самым мы польстим нынешней власти и заткнем рот всем, кто решит копаться в нашем прошлом.
– Сколько нужно денег, – спросила я у доктора, – чтобы продлить ваши лицензии? Но вы же понимаете, Ставрос, если мы договоримся, эту сумму я впишу в договор, и вам придется выплачивать ее каждый месяц вместе с арендной платой. Я не в том положении, чтобы делать столь щедрые подарки.
Он все прекрасно понимал и был на все согласен.
А потом озвучил сумму.
Возобновление каждой из просроченных лицензии стоило семьдесят пять дукаров. Но пока что речь шла только о врачебной, потому что с лекарствами он решил погодить. Подать необходимые документы и подтвердить свою квалификацию Ставрос был готов хоть завтра, но комиссия принимала только через пять дней, поэтому…
Поэтому я сказала ему, что мне нужно еще немного подумать.
Получалось, согласись я на его предложение, тем самым я бы лишилась большей части заработанных денег. Правда, за исключением того, что я собиралась потратить за закупку продовольствия и отложить на самый черный день.
Я дам свой ответ завтра, сказала я доктору, хотя уже знала, что соглашусь, и Леннарту придется подыскать хорошего стряпчего. Тот составит договор, чтобы между нами не осталось недомолвок или же недопонимания, но уже после того, как мы придем к соглашению о размере ежемесячной платы и стоимости полного пансиона.
Это тоже стоило обсудить с Леннартом, а потом подсчитать, чтобы я ни в коем случае не осталась бы внакладе. Наоборот, была только в выигрыше.
К тому же, я понимала, что если доктор будет принимать в дневное время, и к нему будут наведываться экзальтированные дамы, то у меня появится отличная возможность заполнить таверну посетителями помимо обедов и ужинов.
Именно этим дамам я буду подавать сладости и кофе с горячим шоколадом, а там, глядишь, пройдет слух по всему городу. Сарафанное радио работает в любом из миров, и люди подтянутся…
Мои мысли снова ускакали далеко вперед, но наткнулись на преграду в виде отсутствующих кофейных зерен и шоколадных бобов. Поэтому, стоило Ставросу меня покинуть, я взяла перо и чернильницу и написала Амиру Брамани, что решилась принять его приглашение.
Да-да, я поеду с ним на завтрашний бал, так что пусть заезжает за мной к пяти вечера, как он и собирался. Но я надеюсь вернуться домой уже к восьми.
И все потому, что мне нужно было кофе, новые связи и… немного отвлечься, хотя я осознавала все связанные с этим решением риски.
К тому же, мое согласие означало еще то, что мне потребуется новое платье.
Наши старые с Анаис наряды этим днем принесли из прачечной, но серое платье, которое было свидетелем смерти настоящей Лорейн Дюваль и ее мужа, нисколько не подходило для моего первого выхода в свет.
Признаюсь, я испытывала подсознательное желание сжечь его в печи – как тяжелое прошлое Лорейн, которое должно навсегда остаться в прошлом.
Но жечь я ничего не стала. Вместо этого, распорядившись на кухне и попросив Марию хорошенько приглядывать за детьми, отправилась к модистке, – той самой, которую я видела по дороге с рынка, – где и провела почти три часа.
Сперва перемерила все, что было из готового, затем долго ждала, когда подгонят под мой рост и фигуру платье с расшитым кружевами лифом, скромным квадратным вырезом и рукавами-фонариками.
Можно сказать, цвета оно было вполне модного даже для моего родного мира – серебристо-серого, с металлическим отливом. Это меня порядком заинтриговало, поэтому я остановила свой выбор на нем.
Спросила у модистки, как удалось получить такой оттенок, затем долго кивала, поворачиваясь и покорно поднимая и опуская руки, слушая о том, как она набивала себе цену, утверждая, что ткани ей приходят прямиком из Деррикана, а шелк самого из Брабуса.
Именно там их окрашивают и расшивают узорами, мелким бисером и пайетками, и это вовсе не дешевая арвейнская или же зарейнская подделка!
Уже сто раз пожалела о своем вопросе, поглядывая на сгущавшиеся за окном сумерки и потихоньку начиная нервничать. Нет, не из-за болтливой модистки, а из-за того, что вовсе не ожидала, что примерка и подгонка займет так много времени и… отнимет так много денег!
Наконец, когда дело уже шло к концу, попросила найти мне извозчика, жалея, что оставила Леннарта в таверне на случай, если к нам снова заявится большая компания. Надо было захватить его с собой – после рассказа Эдварда Блейза о рыскавшем по городу маньяке опустившаяся на улицы Виллерена ночь нагоняла на меня жуть.
Все же закончили, и я, расплатившившись и прижимая к груди сверток с готовой одеждой, покинула заведение модистки «Лучшие платья в квартале Грезден» и уселась в скрипучую, пропахшую табаком коляску, наказав извозчику ехать на улицу Ремесленников, 5.
Да-да, к таверне «Сквозняк», будущему «Королевскому Клинку».
И коляска тронулась, покатила по вымощенной булыжниками мостовой, покачиваясь из стороны в сторону.
Фонари уже зажгли, но далеко не все, зато трупы с улиц убрали – именно об этом по дороге поведал мне разговорчивый извозчик, которому я отсыпала несколько мелких монет, когда тот в цельности и сохранности довез меня до нужного места.
Оказалось, в «Сквозняке» горел свет, а из распахнутой двери доносилась негромкая музыка и мужские голоса. Нет, никого не убивали – слава Святой Эрдине! – вместо этого вполне мирно беседовали и даже смеялись.
И еще пахло – пахло просто божественно! – специями и жареным мясом аж на всю улицу, и даже извозчик вслух пожалел, что ему нужно уезжать как можно скорее, потому что сварливая жена давно уже ждала его на ужин.
И я, признаюсь, не только воздохнула с облегчением, но еще и порядком возликовала, потому что мне показалось, будто бы народу внутри куда больше, чем гостивший у нас квартет изморцев. Это означало, что дела все-таки сдвинулись с мертвой точки!
Прижав к груди сверток с платьем для себя и накидкой для Анаис, – не могла же я вернуться к дочери с пустыми руками? – попрощалась с извозчиком и поспешила к ступеням таверны, чувствуя, насколько сильно соскучилась по новому дому.
…На меня уже пахнуло теплом растопленного камина, но я так и не вошла в распахнутую дверь. И все потому, что из полумрака ко мне наперерез кинулся мужчина. Отделился от стены, до этого скрываясь в зарослях казавшегося черным плюща, и раньше, чем я успела закричать, схватил меня и потащил с крыльца, закрывая мне рукою рот.
Одно хорошо, промелькнула в голове мысль, что роста нападавший был обычного, а вовсе не такого огромного, как у того маньяка! Значит, это не убийца из Черных…
Хотя, что уж тот хорошего, потому что нападавший прижал меня к стене, не давая возможности позвать на помощь или же вырваться из его хватки?!
И магией тоже было не воспользоваться.
Вернее, так сразу и не разобрать, как ей воспользоваться, потому что мужчина держал мои руки в своей пятерне, а сам навалился, вжимая меня в стену.
Но я все-таки вознамерилась разобраться и поджарить этого… Того, кто осмелился напасть на меня у входа в мою таверну, когда оттуда так славно пахло специями и вкусной едой, и когда я уже почти была дома!
Вместо этого мне теперь снова угрожала опасность, а мой сверток с платьем и накидкой для Анаис валялся в пыли.
– Лорейн… Лорейн, погодите! Не кричите, не надо! Это же я! – произнес мужчина.
Глава 12
«Кто же ты такой?! Откуда свалился на мою голову?!» – собиралась спросить у него, но не стала, потому что внезапно его узнала.
Вот так, стоило мне перестать дергаться и замереть, как луна осветила привлекательное молодое лицо мужчины, пусть и частично скрытое капюшоном.
И мое сердце дрогнуло.
Правда, я не дала себя обмануть, сразу же разобрав, что это были не мои чувства, а Лорейн Дюваль. Потому что лично меня в данный момент времени обуревало совсем другое желание.
Мне очень сильно хотелось пнуть Анри Бесколя в то самое место, куда, по моему мнению, он заслужил своей выходкой. А еще лучше – приложить его магией.
Потому что он перепугал меня до полусмерти, и я не только успела взмолиться Богам этого мира, но еще и мысленно представить, что станет с моей Анаис, если меня убьет маньяк или какой-нибудь другой придурок Виллерена.
К тому же, мое новое платье модного серебристого цвета вместе с накидкой для дочери упало прямиком в грязь, а это вам не какая-то арвейнская или же зарданская подделка!..
Но я ничего ему не стала ему говорить и бить Арни Бесколя тоже не стала – ни ногой, ни магией, – потому память у меня до сих пор еще не отшибло. Я прекрасно понимала, что передо мной стоит человек, который выправил для меня дарственную на «Сквозняк» – будущий «Королевский Клинок».
Можно сказать, именно нас и спас – меня и Анаис, – дав возможность начать новую жизнь.
При этом я прекрасно понимала, что его визит совершенно не вязался с будущей концепцией моего заведения.
Никаких мятежников, гласила она. Прошлое должно остаться в прошлом, а моем прекрасном будущем существовала только вкусная еда в месте, свободном от заговоров, гражданской войны и насилия.
Только вот гражданская война нашла меня сама, а насилие… гм… Похоже, оно все-таки настигло Анри Бесколя, потому что я внезапно поняла, что он ранен. Да, ему удалось меня подкараулить у входа и даже подловить, но теперь мне казалось, что он с трудом держался на ногах.
Вот, покачнулся, его лицо исказила болезненная гримаса, а потом я почувствовала, что от него веет холодом.
Странное ощущение!..
Этот самый холод шел откуда-то с правой стороны его тела, и, подозреваю, это чувство каким-то образом было связано с прорезавшимися у меня магическими способностями.
Впрочем, не я его ранила, ни мне его лечить!
Или же все-таки мне?..
– Что ты здесь делаешь?! – шепотом спросила я у Арни. – Это же опасно! Причем, не только для тебя, но и для меня. Сейчас кто-нибудь выйдет или…
Тут, словно в подтверждение моим словами, из «Сквозняка» донесся громогласный возглас «За Истинного Короля и его верные Клинки!», а затем собравшиеся в таверне дружно и согласно стукнули кружками.
На это лицо Арни Бесколя исказила еще одна болезненная гримаса. Но ничего объяснять мне он не стал. Вместо этого схватил за руку и потащил куда-то в сторону.
– Да погоди же ты! – выдохнула я, вырываясь из его хватки. Нагнувшись, подхватила свой сверток – не оставлять же его в грязи?! – Чего ты от меня хочешь?!
Тут Арни Бесколь все же решил снизойти до ответа. Пробормотал, что таверна за два дня стала настоящим урочищем проклятых Клинков, поэтому он не мог дожидаться меня внутри. Так что пришлось тайно подкарауливать меня у входа.
– Зачем ты меня дожидался?!
– Нам нужно поговорить, – произнес он. – Это очень важно, Лорейн!
Снова попытался схватить меня за руку – и я позволила, но исключительно из чувства благодарности за его благое дело, – после чего он потащил меня, прихрамывая, в ближайшую подворотню.
Да-да, в тот самый Тупик Слепых, где вчерашней ночью была убита Фрею. И пусть ее тело давно уже убрали, а я даже выдала Анье деньги на то, чтобы та организовала скромные похороны, – выходило, больше некому, – но ее кровь все еще была здесь.
Правда, я понятия не имела, где именно. Быть может, мы остановились как раз на том самом месте?!
Переступив с ноги на ногу, я внезапно пожелала, чтобы все это… Вернее, чтобы Арни Бесколь и прошлое Лорейн закончились как можно скорее, и чтобы мятежный лорд наконец-таки ушел навсегда, оставив любые попытки со мной связаться.
Потому что для него как раз все уже закончилось.
Лилии проиграли окончательно и бесповоротно, несмотря на то, что собирались дать последний и отчаянный бой Клинкам где-то под Бергантом. Но ничего уже не изменить – Арвейн вернулся под власть Клинков, заговор провалился и их ждал окончательный разгром.
Именно поэтому мятежники и были вынуждены… приходить ко мне под покровом ночи!
Но, так и быть, я немного ему помогу. Не останусь в долгу, раз уж он тоже меня выручил. Дам немного денег, после чего лорд Бесколь должен будет отсюда уйти. Покинуть столицу, навсегда исчезнув из моей жизни, которая только-только начала налаживаться.
Но вместо того, чтобы выслушать мои доводы, а затем взять ту сумму, о которой я старательно размышляла – сколько же ему дать, чтобы потом не пожалеть, потому что завтра нужно снова закупать продукты, а еще выделить Ставросу на лицензию, – так вот, вместо этого Арни Бесколь покачнулся и начал падать.
Сперва повис на мне, на что я, ахнув, пробормотала проклятие, вспомнив демонов этого мира, а затем растянулся у моих ног. И я снова пробормотала проклятие.
Да что же такое делается?!
Затем все-таки нагнулась и потрясла его за плечо. Не помогло – в чувство он не пришел. Тогда я прикоснулась к его руке, пытаясь отыскать пульс. Признаюсь, меня тоже порядком потряхивало, так что я не сразу и поняла…
Наконец, разобрала, что лорд Бесколь все еще жив. Лежал у моих ног и не шевелился.
Задумалась – что же мне теперь со всем этим делать?! Не тащить же его в таверну, когда у нас внутри полным-полно Клинков? Но разве я могла оставить его здесь одного, раненного и без сознания?..
Именно в этот момент я вспомнила, что у меня есть собственный доктор, и порядком обрадовалась этому факту. Нет, не так – даже возликовала, вспомнив суть нашего словесного договора со Ставросом, который обещал помогать мне и всем моим постояльцам.
Пусть Арни Бесколь пока еще не был моим постояльцем, потому что на себе в «Сквозняк» я его не потащу, но и бросить его здесь, в грязной подворотне, я тоже не могла. Он ведь истечет кровью!
Потому что, с первой попытки запустив в воздух небольшой магический светлячок, я обнаружила, что светлая рубашка лорда Бесколя с правой стороны пропиталась кровью.
Кажется, рана была довольно глубокой. А дальше я уже не полезла. Не стала его осматривать, решив, что с меня вполне хватило и Сигурда. К тому же, здесь, в подворотне, я бы все равно ничем ему не могла.
Магия?! Своей магией я могла разве что его сжечь или же что-то взорвать, поэтому решила, что лучше уж лечением пусть займется Ставрос.
При этом я понимала, что мне нужно поспешить. Мало ли, кто сюда заглянет – например, Эдвард Блейз со своими дознавателями явятся еще раз?! Придут и этим вечером, чтобы снова осмотреть место убийства, и найдут здесь еще одну новую и довольно большую… гм… улику!
Поэтому я со всех ног кинулась к «Сквозняку». Вошла через черный ход, сразу же попав на кухню. По дороге сунула сверток с новой одеждой – слава Богам, она не испачкалась! – на одну из верхних полок. Кивнула Олафу, про себя отметив, что тот слишком уж активно сыпет специи в куриный бульон.
Нет, так не пойдет, он мне все испортит!
– Ничего без меня не делай! – отобрав склянку с розмарином, заявила повару, затем кинулась в обеденный зал.
Столкнулась в дверях с Эмилией, несшей из кладовой муку для очередного фирменного мясного пирога мужа, тут же подумав, что ее помощи мне не нужно.
Мне надо было как можно скорее отыскать Леннарта.
Вывалившись из кухни, окинула быстрым взглядом обеденный зал. Занятыми оказались целых четыре стола. За одним из них сидели наши изморцы, к этому времени уже успевшие порядком поправить свое… гм… хилое здоровье. Настолько, что, пусть топоры еще не летали, но, казалось, и до этого уже было недалеко.
Два других оказались занятыми магами и гвардейцами в черной форме Клинков. Их было около десяти – похоже, к нам зашли две знакомые компании, которым к этому времени тоже было довольно весело.
Откуда они взялись, я понятия не имела. Решила, что, вполне возможно, по цитадели или же Магическому Контролю Виллерена пошел слух о вкусной еде в «Сквозняке» – подозреваю, с подачи сопровождавших Эдварда Блейза магов. Вот и явились лично проверить.
Впрочем, сейчас не было важно, каким образом сработало сарафанное радио, главное, что оно сработало!
Но были и еще посетители – маленький столик возле барной стойки занимали два женственного вида брабусца, которые, потягивая вино, доедали мой сладкий пирог.
А еще, клянусь Святой Эрдиной, они строили друг другу глазки!
Тут один из них коснулся руки другого, – характерно так коснулся! – на что я, признаюсь, округлила глаза, тут же подумав, что гостей нетрадиционной ориентации все-таки стоит посадить подальше от успевших порядком набраться изморцев.
Да-да, чтобы снова не полетели топоры, но уже в их сторону!
А еще лучше, утроить их так, чтобы между бравыми наемниками и торговцами оказался стол с пятью магами. Из всех посетителей они были самыми трезвыми, и мне оставалось надеяться, что самыми толерантными из всех.
Сказала об этом подоспевшему Леннарту, который только что отправил Анью с очередными кувшинами пива к наемникам. На это он понятливо покивал, после чего я спросила, где найти Ставроса. Надеюсь, он еще в таверне?!
Оказалось, что уходить домой доктор не спешил, потому что ему здесь словно медом было намазано. Вместо этого он отправился с Марией в погреб, чтобы помочь той достать последние соления. При этом, по словам Леннарта, ни Ставроса, ни экономки, ни солений долго не было видно.
Слишком уж долго, заявил мне Леннарт с многозначительной улыбкой.
На это я закатила глаза – сумасшедший дом какой-то, а не таверна! – после чего попросила вернувшуюся Анью как можно быстрее разыскать мне Ставроса. Да-да, это вопрос жизни и смерти! Нет, не моей, но об этом я расскажу доктору лично.
– Моя дочь, – спросила я у Леннарта, когда Анья поспешила на поиски Ставроса, – где она? Надеюсь, у вас хватило ума загнать детей с улицы?!
Оказалось, ума у них хватило, и дети давно уже зашли. Вернее, как только по таверне прошел слух, что Анаис с Томасом скоро пойдут в школу, моя дочь тут же ответственно решила научить своего друга чтению.
Именно этим они сейчас занимались в нашей с Анаис комнате.
Но так как в таверне не нашлось ни одной книги, то Леннарту пришлось дать детям то, что у него было.
Произнес он это как-то подозрительно быстро, после чего замолчал, и я решила, что дело тут нечисто.
– И что же ты такого им дал?! – поинтересовалась у него.
Оказалось, что в его… гм… личной библиотеке водились только эротические листки. Было дело, приобрел по пьяному делу, не выкидывать же их после этого?!
В общем, выкидывать он их не стал. Вместо этого всучил моей дочери, заявив, что пусть дети ищут знакомые буквы, а картинки… Ну и что, что там есть картинки?!
Это же дети, заявил мне Леннарт, они же все равно ничего не поймут. Вернее, моя дочь ничего не поймет, а Томасу это только поможет заинтересоваться чтением.
– Однажды я тебя убью, Леннарт, – с чувством заявила ему, – и любой суд меня оправдает! – Правда, не сейчас, потому что сейчас я была немного занята. – Но если ты хочешь жить, то срочно пойди и отними у них эту… эту литературу! И еще, придумай, чем их занять! – Потому что у меня сейчас у меня не было на них времени. – А по дороге назад пересади ту сладкую парочку… Не хватало нам еще и здесь кровопролития!
Потому что одно давно уже поджидало меня в Тупике Слепых.
Тут явился встревоженный Ставрос, за которым спешила Мария. Вид у обоих был виноватым, и я подумала – надо же, давно уже взрослые, а смущаются как дети!
Мало ли, целовались в погребе, ну и что тут такого?!
В общем, поманила доктора за собой, и уже очень скоро в комнате Олафа, несмотря на протесты Эмилии, появился очередной истекающий кровью мужчина. И все потому, что на второй этаж под взглядами Клинков его было не занести, а вход в комнаты Леннарта и Марии отлично были видны из обеденного зала, стоило кому-то из гостей лишь повернуть голову.
В общем, сошлись на том, что Арни Бесколя пока что стоит разместить у Олафа.
Это мы и сделали, после чего доктор сразу же принялся за работу, попросив принести его чемоданчик из обеденного зала. А я, признаюсь, в очередной раз возрадовалась тому, что мне не придется заниматься раненным самой.
Пока Ставрос возился с Арни Бесколем, я отправилась на кухню, где попыталась исправить то, что испортил Олаф. Куриная похлебка его стараниями превратилась в суп из розмарина, и это никуда не годилось!
Сделала все, что могла, затем, вздохнув украдкой, заявила повару, что напишу ему рецепты на все новые блюда.
Ах, он не умеет читать?! Ну конечно же, я уже слышала, что эта школа никому не нужна… Но раз так, то в ближайшее время ему придется пройти срочный ликбез.
– Ликвидация безграмотности, Олаф! – пояснила ему, подумав, что мне нужно как можно скорее приобрести букварь.
Иначе дети в мое отсутствие начнут читать не только эротические листки, но и надписи на заборах, а Олаф использовать специи по вдохновению. Поди еще пойми, как далеко оно его заведет!
Но пока книг у нас не было, я наказала Олафу заканчивать с курицей, а Анью попросила отнести остатки шепардского пирога за второй столик возле окна. К нам как раз заглянули новые посетители – причем, гражданской наружности.
Может, почувствовали запах и решили зайти на огонек?
Такую удачу ни в коем случае нельзя было упускать, поэтому я приказала подавать им все, да поживее! Сама же отправилась на второй этаж, где уложила в кровать свою излишне ответственную дочь. Та немного расстроилась из-за того, что ее лишили… гм… столь специфического чтения, но я сумела улучшить ее настроение подарком.
Анаис тут же примерила обновку, после чего уже в постели я расплела ей волосы, пообещав, что очень скоро мы купим книги. Возможно, уже завтра или послезавтра.
В общем, как только мама поймет, сколько у нас останется денег после того, как она откупится от дяди, подарившего нам эту таверну, так сразу и приобретем!..
Конечно же, вслух ничего такого я не сказала, только подумала.
А еще подумала о том, что они все – и Ставрос, и Мария, и Леннарт, и Олаф с Эмилией, и даже Анья, – они обязательно будут молчать. Никому не скажут о раненном мятежнике, лежавшем на первом этаже в комнате повара, потому что от этого зависело не только мое благополучие, но и их собственное.
И еще от того, как быстро я выставлю Арни Бесколя за дверь. Потому что его пристутствие ставило под удар всех нас.
Уже очень скоро меня к нему допустили, потому что Ставрос как раз закончил бинтовать рану. Все еще бледный, вернее, белый как смерть, лорд Бесколь, полулежа в кровати, жадно доедал куриную похлебку вприкуску с пирогом, которые принесла ему Мария.
Мне почемуто показалось, что он давно уже ничего толком не ел.
Затем доктор, прихватив свой чемоданчик, покинул комнату, а экономка застыла в дверях, посмотрев на меня долгим взглядом. Я уже знала, что она хотела мне сказать, хотя и не произнесла этого вслух.
Такие проблемы нам ни к чему, говорили ее глаза. Жизнь только начала налаживаться, не стоит ничего портить.
Но я и не собиралась, поэтому заявила то же самое Арни. Правда, немного другими словами, но уже после того, как все ушли.
Все, кроме Леннарта, застывшего в углу комнаты со своим арбалетом.
Сказала лорду Бесколю, что Лилии проиграли, так что ему стоит смириться с поражением и жить дальше. Правда, подальше от Виллерина и меня, потому что это слишком опасно.
Для нас всех.
Да, таверна сейчас это настоящий вертеп Клинков, так что…
– Я искал тебя, Лорейн! – перебил меня Арни, с явным неудовольствием покосившись на Леннарта. – Ты должна бежать со мной из города, причем, сегодня же! Ты и твоя дочь. Вы не можете здесь больше оставаться. Я выведу вас из Виллерена…
– Вижу, как ты нас выведешь, – заявила ему после того, как он отставил пустую тарелку и принялся подрагивающими пальцами застегивать окровавленную рубашку, в которой зияла огромная дыра на боку.
Не сказать, что он вызывал во мне жалость, но мысли и чувства Лорейн зудели и ныли глубоко внутри, покушаясь на мой рассудок. Ей было больно видеть его таким, потому что когда-то она была в него влюблена.
И я не выдержала.
– Нет, так дело не пойдет! – заявила лорду Бесколю, затем повернулась к Леннарту: – Пожалуйста, принеси ему чистую рубашку и штаны. Да-да, из своей одежды, ему должно быть как раз в пору. Я все тебе возмещу.
Но Леннарт не спешил уходить.
– Прошу тебя! – вновь обратилась я к нему. – Он ничего мне не сделает.
К тому же, нам нужно было поговорить с Арни Бесколем наедине.
– Мертвым он ничего не сделает! – пробурчал Леннарт, после чего добавил: – Такие гости нам в «Сквозняке» ни к чему!
На это я пообещала ему, что во всем разберусь сама, затем буквально вытолкала его из комнаты.
– Почему же нам с дочерью нельзя здесь больше оставаться? – спросила я у раненного лорда, с недовольным видом следившего за тем, как я закрывала дверь за своим барменом.
– Потому что впереди Ночь Длинных Клинков, – произнес тот. – Она уже завтра, Лорейн!
– Это что еще за гадость? – поморщилась я, хотя уже догадалась. Название было слишком уж говорящим.
– Они обязательно сюда явятся, – заявил Арни, подтвердив мои подозрения.
– Кто именно?!
– Клинки. Вернее, обычные люди, кто пострадал во время переворота. Они ничего не забыли и захотят отомстить. Я слышал, как об этом говорили на улицах и шептались в подворотнях. Они собираются убить всех, кто был за Лилий и избежал тюрьмы или смерти, и сжечь их собственность.
– Ну уж нет, – сказала ему, – такого никогда не произойдет! Власти не допустят подобного произвола.
Сказала и засомневалась в собственных словах.
– Власти закроют на все глаза, – произнес лорд Бесколь уверенно. – Вот увидишь, так оно и будет! Чем больше убитых Лилий, тем для них только лучше.
Но я все равно не собиралась, не думала ему верить. Не хотела допускать даже в мыслях, что жители Виллерена скатятся до суда Линча, а те самые Клинки, которые сейчас с явным удовольствием ужинают в моей таверне, будут стоять в стороне, позволив беззаконие в своем городе!
– Слухи и преувеличения, – сказала я Бесколю, – постоянно циркулируют в природе. На то они слухи и преувеличения.
– Нет же, Лорейн, это не слухи! – выдохнул Арни. – Ненависть в народе велика, и наш проигрыш раззадорил ее еще сильнее. Это коснется и тебя, не обойдет стороной! Слишком многие знают, что «Сквозняк» принадлежал Джону Грехему. Тот был за Лилии и никогда этого не скрывал. А если они узнают, кто ты такая… – Он покачал головой. – Вам этого не простят!
– Ну что же, – пожала я плечами, хотя, признаюсь, ситуация меня порядком напрягала, – раз нам этого не простят, то пусть приходят. Мы будем их ждать. – Но я все еще жила с мыслью, что до этого не дойдет. – С другой стороны, ты сам видел – у нас полный зал Клинков…
– Лорейн, – выдохнул Арни, – не стоит надеяться на их жалость! Помни, они наши злейшие враги!..
На это я независимо пожала плечами.
Посмотрим, сказала ему, хотя понимала, что Арни во многом прав. Сегодня у нас полный зал Клинков и гостят изморцы, а завтра может никого и не быть. Или же, если придут жечь «Сквозняк», то мои гости обернутся против меня, я останусь один на один с бездушной, переполненной ненавистью толпой.
Правда, у меня еще был Леннарт с арбалетом, Олаф со своим ножом и Ставрос с хирургическим скальпелем – и я не думала, что они меня бросят. К тому же, я и сама обладала плохо контролируемым магическим даром, что в нашем случае было скорее плюсом, чем минусом.
Но я понимала, что против толпы мы долго не протянем, и мне было тревожно.
Впрочем, наши проблемы Арни не касались, потому что бежать с ним я никуда не собиралась. Хватит уже, набегалась по улицам Виллерена с больной Анаис на руках!
– У нас полный зал Клинков, – повторила я, – а завтра мы будем надеяться на заступничество Святой Эрдины. – Но и сами предпримем нужные шаги, чтобы себя обезопасить. – Поэтому сейчас Леннарт даст тебе одежду, я добавлю кое-что из еды и немного денег, после чего ты должен будешь уйти. Куда опасней Клинки в нашем обеденном зале, чем твоя рана. – Ставрос успел мне сказать, что жить лорд Бесколь будет. – Но много денег не дам, – предупредила его, – нам самим едва не хватает.
Арни уставился на меня излишне внимательным взглядом.
– Деньги у тебя есть, Лорейн! Огромное богатство, – заявил он, а затем добавил: – Я обо всем знаю!
– Какие еще деньги? – нахмурилась я. – Я бедна как церковная мышь!
Особенно после того, как дам этому… Этой раненной Лилии на его бедность, а потом оплачу Ставросу две лицензии. Сперва одну, а затем вторую – докторскую и фармацевтическую, – потому что, как показали последние события, не только собственный врач, но и своя аптека под боком нам не помешает.
Тут Арни заговорил – быстро, жадно, не давая себя перебить.
– Мы убежим – ты, я и твоя дочь. У меня есть люди на Северных Воротах, они нас выведут из города. Мы покинем Арвейн и начнем с тобой новую жизнь. В другой стране, под другими именами, Лорейн!.. Мы будем счастливы и свободны, потому что денег там столько, что на всех хватит!
– Погоди, Арни! – мне все же удалось вклиниться в его страстную речь. – О каких деньгах ты говоришь?!
– Понимаю, ты боишься мне довериться! Но ты должна знать, что я всегда…
Я не стала слушать.
– Он бредит, – заявила я Леннарту, явившемуся в комнату со сложенной одеждой в руках. Похоже, Анья навела порядок еще и в его вещах. – Вот они, трагические последствия лечения доктором без лицензии!
– Пусть выйдет! – приказал ему Арни, уставившись на Леннарта ненавидящим взглядом. – Этот разговор касается только нас двоих!
– Может, я все-таки его вышвырну? – деловито поинтересовался Леннарт. – Или же давай я лучше его пристрелю. Мы отдадим его труп Клинкам и хорошенько на этом наваримся. Кажется, за головы заговорщиков дают приличные деньги, а нам они не помешают!
Тут под руками Арни закрутились пусть хиленькие, но магические вихри. Со слов Ставроса я знала, что он был серьезно ранен, но все же смог частично затянуть дыру в теле, на что истратил почти весь свой магический резерв.
