Текст книги "Обещанная дочь"

Автор книги: Оксана Головина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 28 страниц) [доступный отрывок для чтения: 12 страниц]

ГЛАВА 23

– Что-то не так… почему отец покинул совет так быстро? – Кассия встревоженно сделала несколько шагов в сторону выхода из галереи, глядя, как удаляется по коридору Идгард в сопровождении своей свиты. – Почему все расходятся так поспешно? – теперь она повернулась к оставшимся позади собеседникам. – Разве в прошлые годы это скучнейшее действо не затягиваюсь до поздней ночи?

– Видимо, в этот раз что-то вынудило его величество закончить раньше, – нахмурился Трой. – Пройдусь-ка я немного…

– Решил сбежать? – приподняла тонкую бровь принцесса.

– Разве я посмел бы? – дежурно улыбнулся лескат. – Хочу отыскать отца и расспросить его об итогах. Если вы позволите, конечно.

– Ступай. Все равно будешь думать только об этом. – Кассия закусила губу. – Странно, что ни ты, ни Иен Дуор не были вызваны в Большой зал…

Принцесса кивнула в сторону одного из присутствующих юношей. Трой помрачнел еще больше, и ее высочество поежилась, обхватывая себя руками.

– Ах, прекрати немедленно! – велела Кассия, чувствуя, что температура неумолимо понижается. – Здесь тебе не Ильхад!

– Простите… – пробормотал лескат, усмиряя свою силу. – Оставлю вас в более «теплой» компании, ваше высочество. Отыщу отца.

Трой слегка склонил белоснежную голову, а затем торопливо пересек галерею. Он щурился от яркого солнца, которое блестело за многочисленными колоннами. Кассия была права. Происходило что-то совершенно странное. Ни его, ни еще нескольких главных претендентов на землю многострадальной эйслин Делмы не вызвали в Большой зал. Но совет не мог завершиться без объявления наследника. Неужели рыжий мальчишка-приемыш так легко вошел в доверие Идгарду, что правитель отдал ему меч, не выслушав остальных кандидатов?

– Нет, – тряхнул головой Трой, – это бред!

Он так увлекся собственными мыслями, что не заметил, как в галерею вбежал Бун Амвар, сын эйселя Фита Амвара, правителя Крадеона. Черные как ночь глаза юноши блеснули, когда он на мгновение встретился взглядом с Троем. Бун побежал дальше, спеша к принцессе и ее гостям.

– Вы уже слышали? – выкрикнул Амвар, не имея сил дотерпеть, пока добежит. – Девин Кайонаодх вернулся!

Трой замер, словно наткнулся на невидимую преграду, и резко обернулся, глядя вслед Амвару. Тот уже настиг своих товарищей и теперь во всех красках продолжил возбужденно пересказывать последние услышанные новости:

– Ты только представь, Дуор! Только представь! Воистину, чудеса еще встречаются… Король выслушал его и вот только что, прямо на моих глазах, вручил меч правителя!

– Боги… – ахнула Кассия, прижимая к груди ладонь.

Заахали и другие девицы, повторяя за ее высочеством, словно глупые гусыни. Трой шумно выдохнул, пытаясь осознать услышанное, и решил все же отыскать отца. Вот как? Сын Делмы оказался жив? Хороший сюрприз уготовил дракон. Или же был в сговоре с матерью? Да и какая сейчас разница?

– Как же Вар? Представляю его потрясение! – с чувством продолжила говорить Кассия, и Трой ухмыльнулся, представляя перепуганного мальчишку.

– Вы не поверите, ваше высочество. Нет никакого Вара и не было никогда, – помотал черноволосой головой Бун. – Приемышем Кайонаодха девчонка оказалась. Сестра Девина. Решила брату помочь, вот и притворилась мальчишкой. Но наш правитель, ваш дорогой отец, сразу ее распознал! Пф-ф! Подумать только, посмела думать, что может тягаться с нами! Мой отец намерен выразить эйслин Делме свое негодование по поводу такого возмутительного обмана. И на что рассчитывала эта девчонка со своим маскарадом? Да что там говорить, я и сам подозревал с первого взгляда, что с этим иномирянином что-то не так!

– Как… же… так?.. – на выдохе проговорила Кассия, наблюдая, как мимо по воздуху пронеслось несколько крупных снежинок.

Принцесса, как и остальные гости, повернула голову в сторону порыва ледяного ветра, испуганно глядя на леската. Глаза Троя сверкали звездами, а правую руку уже охватывало холодное бледное свечение. Он оперся ладонью об одну из колонн, и теперь несчастные растения, обвивавшие ее, чернели, покрываясь слоем льда, как и камни вокруг. Снежный вихрь охватил эту часть галереи, заставляя присутствующих гостей окончательно продрогнуть, несмотря на уличную жару.

– Эй, Миклос, остынь!.. То есть прекращай! – прокричал лескату Дуор, стряхивая с легкой рубашки снег и понимая гнев леската по-своему. – Жив Кайонаодх – и хвала богам. Все по справедливости…

– Какого дрита?.. Девица? – меж тем бормотал Трой.

Словно не слыша присутствующих, он сердито ударил кулаком по колонне, разбивая лед, и широким шагом пошел прочь с галереи.

– Девица?! – зарычал он уже в коридоре. – Девица… Все-таки девица…

Он расстегнул несколько пуговиц на своей рубашке, поскольку просто задыхался от последних известий. Отец окликнул его в коридоре и даже махнул рукой. Но, не замечая его, Трой вышел под яркое солнце.

– Она девица… девица! – Он нервно рассмеялся и прислонился спиной к каменной арке.

Боги, он не сошел с ума… и эти глаза, эти губы – все это принадлежало девице! Трой провел ладонью по лицу, переводя дыхание. Когда первое потрясение и гнев поутихли, в голову пришли уже совсем другие мысли.

– И где сейчас эта обманщица?

Всю обратную дорогу они молчали. Варя принялась изучать носки своих сапог, иногда решаясь поднять взгляд на сидящего перед нею брата. Ей самой пришлось устроиться рядом с Делмой, а мужчины разместились напротив. Глаза Девина немедленно вспыхивали теплым янтарем, встречаясь с нею взглядом, и приходилось сдерживать глупую улыбку. Молодой дракон выглядел очень уставшим, и Варя была почти уверена, что он сильно ослаб здоровьем, хотя упрямо делал вид, что все в порядке.

Поинтересоваться самочувствием брата было неловко, и Варя только вздохнула, не зная, куда деть руки. Она сложила их на груди, истязая зубами несчастную нижнюю губу. Девин немедленно улыбнулся, видя ее смятение.

Как он вычислил ее сегодня в замке? Что она сделала не так? Чем выдала себя? Хотя сейчас, когда все открылось, Варя чувствовала огромное облегчение. Можно было не притворяться и не изнывать от непосильной ответственности. Почти счастье. Да. Так и есть…

Но даже не поворачивая головы, Варя чувствовала тревогу Кай. Тогда настроение портилось и приходилось возвращаться к реальности. Она не могла понять, что же мучило эту женщину, ведь Бриартак теперь в безопасности, а любимый сын жив. Ревард был не менее угрюм, чем хозяйка, но просто устало глядел в окно экипажа.

– Ах, как бы желала я сейчас иметь возможность вернуться в Бриартак и оставить шумные улицы Аделхейта… – едва ли не со стоном неожиданно проговорила Делма. – Я задыхаюсь здесь, под лживыми речами и этими взглядами, которые так и норовят влезть в самую душу, пачкая ее, так бессовестно и бессердечно пачкая…

Варя рискнула осторожно протянуть руку, чтоб этого не заметили мужчины, и с теплом взяла ладонь Кай в свою. Делма судорожно вздохнула и к счастью Вари ответила тем, что сплела их пальцы. И Ревард, и Девин тактично сделали вид, будто действительно не заметили этого порыва, сдерживая улыбки.

– Вы были самой красивой сегодня в зале, – искренне проговорила Варя, – неудивительно, что все глазели на вас. Вон тот мужчина с белыми волосами – он даже заикаться начал, когда говорил с вами…

– Что? – ахнула Делма, теперь глядя на Варвару ярким взглядом. – Это совершеннейшая… это…

– Это правда, дорогая матушка, – заговорил наконец Девин, вдохновленный своей сестрой.

Молчание тяготило его, и он был рад поддержать беседу. Также он едва мог усидеть на месте от нетерпения, поскольку желал разузнать о сидящей напротив него девушке все. Все, до последней мелочи! Кто она и как судьба занесла ее в этот мир?

Ее медные волосы были совсем короткими и едва прикрывали прядями шею. Он прекрасно понимал, какого мужества стоила Варваре из Мейрна необходимость обрезать волосы. Вредная Карамелла просто обязана вернуть все, до последней пряди! Даже если неделю потом будет пешком ходить…

Девин готов был потребовать у феи использовать свою магию немедленно, еще до того, как они покинули дворец. Но негодяйка умчалась с очередным дуновением ветра, рассыпая по пути свои блестки, и пищала что-то о внезапно случившейся мигрени. И что в голове у этой нинкусс?

– Женщины дома Кайонаодх всегда славились своей непревзойденной красотой и умом, – продолжил меж тем свои речи Девин, наблюдая за смущением матери и за тем, как сестра неловко пригладила короткие волосы. – Я горд и, как всегда, полон восхищения. Полагаю, что и несчастный Левен Миклос согласен со мной, но никак не решится в этом признаться.

– Как смеет мой родной сын делать подобные заявления? – на выдохе проговорила Делма, глядя на Варю и Девина нервным взглядом. – Эйсель Миклос – подлец и лицемер! Я никогда не прощу ему того, что с тобой случилось, и его неудержимого желания заполучить Бриартак.

– Боги… – пробормотал Девин. – Почему ты обвиняешь Левена в моем исчезновении?

– Ты пропал на землях Ильхада! – дрогнувшим голосом пояснила Кай. – И Миклос немедленно возжелал заполучить наш дом. Какие еще тебе нужны доказательства, сын?

– Мы поговорим об этом по прибытии в Бриартак. Сейчас же прошу не делать поспешных выводов и оставить свои тревоги, – пытаясь успокоить мать, отозвался Девин. – Мы почти приехали, прекрати истязать себя напрасно.

ГЛАВА 24

Он торопливо шел, пробираясь через толпу горожан, продолжавших праздновать день рождения дочери своего правителя. Руки судорожно сминали края глубокого капюшона, и Розаф каждый раз воровато вздрагивал, когда нечаянно задевал плечом прохожих. Тогда он еще ниже склонял голову, пряча лицо от посторонних взглядов, и ускорял шаг.

Старый маг взмок от усилий, не припоминая, когда последний раз так спешил. Его серебристая борода была заплетена в косу и спрятана под длинные темные одежды. Туника мешала быстрой ходьбе, маг путался в ней, то и дело едва не падая на пыльную дорогу. Розаф тихо и яростно бормотал проклятия, выискивая кратчайший путь.

Выйдя на одну из площадей неподалеку от городского рынка, Розаф замер, поскольку ощутил едва приметную дрожь под подошвами своих сапог. Старик вздрогнул и прижал к груди священный медальон, укрытый одеждами, но затем облегченно выдохнул, когда громадная тень накрыла площадь. Один из величественных франгаров приземлялся неподалеку, поднимая с дороги волну горькой пыли и разноцветные лепестки.

Просто франгар… Розаф заставил себя продолжить путь и не отвлекаться более. Он пересек вымощенную брусчаткой улицу, спускаясь вниз, к самому рынку. Здесь было еще более шумно и людно, чем обычно. Взгляд резали яркие краски разноцветных флагов и нарядов все прибывавших гостей города. Мимо мага пронесся экипаж, едва не задевая его, не успевшего отступить на обочину. Розаф зло взмахнул рукой, кидая заклинание, и на полном ходу одно из колес отлетело, отчего экипаж перевернулся, а испуганная лошадь привстала на дыбы.

Послышались взволнованные крики, и старик поспешил прочь, вскоре достигая многочисленных запутанных рядов рынка. Терпкий запах трав и сушеных соцветий, подвешенных на одном из прилавков, заполнил легкие, заставляя Розафа шумно вдохнуть. Он любил этот аромат и безошибочно мог определить любое из предлагаемых продавцом растений. Но сейчас отмахнулся от слишком назойливого фарийца, устремляясь к едва приметному домишке, одному из многих расположенных в этой части рынка.

Они стояли так плотно, словно росли друг из друга, с покосившимися крышами и замысловатыми вывесками, предлагавшими приобрести диковинные товары со всего Роеланда и даже запредельных земель. Розаф последний раз обернулся, еще глубже надвигая свой капюшон, и, убедившись, что остался незамеченным, толкнул старую дверь. Она со скрипом поддалась, сверкнув при этом витражным стеклом у самого верха. Запах горящих свечей смешался со сладковатым ароматом зелья, которое готовила хозяйка. Двери резко захлопнулись за спиной мага, и женщина, стоящая за прилавком, закупорила небольшую темную бутылочку.

Огонь множества свечей дрогнул от внезапного потока воздуха, отчего на стенах маленького помещения заплясали причудливые пугающие тени. Словно духи умерших, они восстали за спиной хозяйки, клубясь призрачным туманом. Она не подняла взгляд на вошедшего старика. Женщина продолжила неспешно расставлять зелья в небольшую деревянную коробку, устланную сушеными травами, скрывая лицо под капюшоном своей неизменной накидки. Он был таким глубоким, что Розаф видел лишь губы и изящный подбородок.

– Твои звезды слепы, придворный маг Розаф.

Тихий мелодичный голос женщины заставил мага вздрогнуть и скинуть свой капюшон, поскольку сделалось слишком душно, да и не было причин скрываться перед хозяйкой.

– Они никогда не ошибались! – яростно мотнул он головой и сделал шаг к прилавку, заставленному всевозможными сосудами и тканевыми мешочками с сушеными семенами.

– Ты солгал, старик. – Губы женщины изогнулись в опасной улыбке, и Розаф почувствовал все ту же дрожь под ногами.

Страх охватил придворного мага. Он окутал его, словно те самые мрачные тени, которые ластились к Мартайн, одной из сестер Вахайра – мертвой пустоши, что простиралась за пределами славного Роеланда. Призрачные тени заскользили по пыльному деревянному полу, подбираясь к ногам старика, но он не рискнул применить магию, чувствуя, что тело оцепенело.

– Я не лгал, эйслин Мартайн, – побелевшими губами проговорил Розаф и вновь прижал к груди свой медальон, – я лишь передал то видение, что открылось мне…

Женщина оперлась ладонями о край стола. Маг наблюдал, как дерево под пальцами ведьмы чернеет, превращается в труху и осыпается на пол, пачкая остроносые башмаки хозяйки.

– Ты предсказал мне гибель последнего из мужчин рода Кайонаодх во льдах Ильхада. – Теперь голос Мартайн понизился, а вместе с этим вновь дрогнула земля. – Не ты ли клялся, что именно это сказали тебе звезды, придворный маг Розаф? Ты забыл, какова цена твоей лжи, старик?

– Видимо, это испытание нашей веры… посланное богами… – прошептал маг, делая неуверенный шаг к своей хозяйке. – Я видел, как сердце дракона остановилось, я видел его смерть…

– Но он жив! – Мартайн отпрянула от стола, и огонь свечей дрогнул, словно от внезапного порыва ветра. – И именно кровный наследник Бриартака сегодня принял меч из рук Идгарда!

– Девину Кайонаодху было предначертано умереть в Ильхаде, должен был погибнуть весь его род. Но если бы вы не вмешались, эйслин… если бы не решили поторопить время… Ход истории был изменен, поскольку в судьбу юноши вмешались. Это повлекло за собой и другие события, которые звезды не предвидели. Я не должен был оставлять свои книги юному Кайонаодху, как вы велели мне это когда-то. Он бы и сам вскоре потерпел крушение среди снегов Ильхада, просто это случилось бы позже…

– Ты смеешь винить меня в своем провале, старик? – зашипела Мартайн.

– Нет, я бы не посмел, эйслин… Но дитя из Мейрна все еще может быть вам полезным. – Розаф протянул дрожащую руку к женщине, надеясь остановить гнев хозяйки. – Все еще можно изменить!

– Душа, которая не числится среди живых в Фатмайре – нашем мире. Тот, кто не был рожден под этим небом и кто не имеет судьбы, записанной в Кахандт – книге судеб. Ты клялся мне, Розаф, что дитя окажется на руках последней из рода Кайонаодх, и ты снова солгал.

– Но обещанное дитя оказалось в Бриартаке, – порывисто заговорил Розаф. – Судьба Варвары из Мейрна не предопределена в этом мире, как вы и желали… если бы только я мог вернуть свою силу, еще хоть каплю, то смог бы видеть большее. Молю…

Губы Мартайн презрительно изогнулись:

– Ты жалок, придворный маг Розаф. И не достоин даже того, чтобы на тебя был обращен взор нашей верховной сестры.

– Пощады… – в ужасе пробормотал маг, все так же протягивая руку к ведьме. – Я молю о пощаде, эйслин Мартайн…

– Пощады? – проговорила женщина. – О Розаф, ты не в том положении, чтобы даже молить. Ты пыль, ты тень, ты ничто, бродившее по земле Роеланда лишь по причине того, что мои сестры еще нуждались в твоих знаниях. Но более в них нет прока. Прочь, старик! Твое время давно истекло.

– Нет, молю! – Придворный маг упал на колени, пытаясь схватить край одежд хозяйки. Он уже чувствовал, как все тело охватывает знакомая дрожь. – Молю… еще не время…

Мартайн лишь опустила ладонь на голову Розафа, не внимая его мольбам:

– Жалкий трус. Даже после смерти страшишься умереть? Твоя душа давно покинула это тело, а оно все продолжает трястись жалкой тенью. Придворный маг Розаф мертв!

Глаза старика затлели холодными углями, через мгновение остывая и угасая. Черный туман окутал все его тело, которое, подобно хозяйскому столу, обратилось в прах, осыпаясь под пальцами ведьмы. Мартайн переступила через жалкие останки, не желая пачкать в пепле свою обувь. Она вновь повела рукой, заставляя дверь распахнуться, и влетевший порыв ветра смел с пола все, что осталось от мага. Ведьма остановилась на пороге, и ее губы вновь тронула улыбка:

– Косы – огонь, в глазах – огонь, в душе – огонь. Твое время пришло, Варвара из Мейрна.

ГЛАВА 25

Варя устроилась на подоконнике и отрешенно глядела на сад, шумевший блестящей темной листвой. Окно было настежь распахнуто и впускало в комнату свежий воздух. Несколько цветочных лепестков опустилось на ее сапог, и Варя протянула руку, пытаясь поднять их с обуви.

– Отчего столько грусти на таком прекрасном личике? – раздался рядом голос Девина, и Варя встрепенулась.

– Да ладно тебе… – Варвара смущенно отвела взгляд, когда дракон остановился у ее окна и прислонился к нему боком.

Стоя там, на улице, брат склонил голову набок, разглядывая Варю. Она вынуждена была повернуться к нему, поскольку не желала быть грубой по отношению к этому юноше. Он был удивительно добр к ней, что порой это даже пугало. Волосы Девина оказались влажными, видимо, молодой хозяин недавно искупался, да и переоделся. Сейчас он не выглядел, как восставший зомби, и это радовало. Значит, смог немного отдохнуть.

Ему стоило бы остаться дома, но вскоре вновь придется посетить дворец. Жаль, что день рождения Кассии именно сегодня.

Девин сорвал один из ярких желтых цветков, которые росли под окном, и протянул его Варе.

– Вечером они пахнут особенно сладко, зато днем раскрывают свои лепестки и так походят на солнце, – проговорил дракон.

Она приняла цветок и поднесла его к лицу, вдыхая тонкий аромат. Голова закружилась, но, видимо, больше от волнения.

– Я слышал от Реварда, что на аделхейтском рынке на вас напал макои, – теперь Девин стал серьезным. – Великое счастье, что ты не пострадала.

– Великое счастье, что Нейл оказался рядом. И… – Варя умолкла и отчего-то покраснела.

Ну почему брат смотрит на нее так пристально?

– И? – Брови Девина приподнялись.

– И «Мистер декабрь» был крут… Да, так и есть.

Она еще долго не забудет тот чудовищный грохот и страшного монстра, который вырвался, словно из преисподней. И того, как Трой Миклос схватил ее, укрывая собой, защищая от летевших градом обломков и битого стекла.

– О ком ты говоришь, Варвара? – окликнул ее Девин, поскольку сестра совсем ушла в свои мысли и только задумчиво крутила в пальцах подаренный цветок. – Помощник матери упоминал сына Левена Миклоса и утверждал, что без помощи этого леската не справился бы. Так ты говорила о Трое?

– Он действительно помог… Нейлу! – Варя соскочила вниз, на мягкую землю, не желая продолжать беседу.

Девин придержал сестру под локоть, давая ей возможность встать поудобнее в прекрасном саду. Он улыбнулся краешком губ, понимая, что упоминание о сыне снежного правителя привело его сестру в смятение. Неужели испытывала симпатию к Трою Миклосу?

– Это мой дорогой Нейл помог жалкому ледяному мальчишке! – пропищали где-то неподалеку.

Варя, к своему удивлению, не отстранилась от брата, позволяя ему поддерживать себя под руку. Странное чувство покоя охватывало от этого простого жеста и было неожиданно приятным. Она посмотрела на Карамель, которая уселась на тонкой ветке ближайшего от них дерева и болтала ногами в блестящих башмачках.

– Ах, как он был прекрасен и мужественен… – Фея продолжала нахваливать предмет своего обожания.

– Я даже не стану спорить, дорогая Карамелла. Наш Ревард – достойнейший из мужей. – Девин прокашлялся в кулак, сдерживая рвущийся смех. – Но позволь просить твоей помощи.

– Что же угодно молодому господину? – настороженно поинтересовалась фея, сверкая сапфировыми глазами.

Она поглядела на хозяев со своей ветки. Ветер забавно подхватывал ее длинные белоснежные хвостики.

– Я знаю, что твоя магия творит чудеса, – продолжил льстить Девин, приближаясь к вредной нинкусс, – и без нее никак не справиться. Я прошу тебя вернуть Варваре ее чудесные волосы. Нельзя, чтобы такая прекрасная девушка осталась без них. Ты согласна со мною, Карамелла?

Фея фыркнула, перелетела на более высокую ветку и отвернулась. Только и оставалось, что смотреть на ее трепетавшие прозрачные крылья. Девин сделал шаг к дереву, желая вновь обратиться к негодяйке, но Варя придержала его за руку.

– Не нужно. Мне все равно – с ними или без них, – проговорила Варя. – Отрастут сами.

– Ты не можешь пойти на празднование в таком виде, Варвара. Я не желаю, чтобы хоть что-то смущало тебя, – мотнул светлой головой дракон.

– Она… маленькая совсем. Как без своей силы будет? – совсем тихо пояснила Варя, не желая, чтобы ее слышал кто-нибудь кроме Девина. – Я что с косой, что без нее – один черт… да и не собираюсь я никуда идти. Не для меня это.

Она от волнения сжала руки в кулаки и спрятала их в карманы штанов. Не дожидаясь ответа брата, Варя пошла прочь по извилистой садовой тропинке. Вот зачем придумал просить об этом стрекозу? Знает ведь, что мелкая – ущербная. Опять без сил останется, посеет палочку свою и будет сырость разводить, рыдая на подоконнике. Утешай потом… а тут еще и сама виновата окажешься. Кто тогда дуреху пожалеет? Не доверится ведь никому. Да и какой там дворец? Одного раза с головой хватило. Будто коса защитит ее от всех этих взглядов «золотой молодежи», да и прочих гостей.

Конечно, она не могла отрицать желания увидеть хоть раз перед отъездом своего снежного спасителя. Но едва она представляла себе, как сейчас зол Трой, когда узнал правду (а ведь он ее уже узнал), и желание встретиться тут же испарялось.

Варя присела на нагретый солнцем камень. Он так чудесно располагался посреди густой яркой травы, только вот настроения любоваться окрестностями не было. Варвара согнула ноги, обняла их руками и опустила голову на колени. Затем она сердито провела краем рукава по лицу, стирая соленую влагу со щеки, и вздохнула. Боже, что делать? Куда податься? Вот бы исчезнуть…

Внезапный порыв ветра принес немного прохлады, и Варя почувствовала, как что-то горячее коснулось ее руки, а затем растаяло. Она с удивлением приподняла голову и задержала дыхание, глядя на сверкающие блестки, которые невесомым дождем опускались на нее откуда-то с неба. Тряхнула головой, желая лучше разглядеть происходящее, и только тогда поняла, что теперь привычная помеха не дает сделать это толком.

Тяжелые медные пряди блестящими змейками заструились по ее плечам и спине, падая на лицо и скользя по горевшим щекам. Варя подняла руки и осторожно коснулась своих волос. Под ее пальцами догорали золотистые искры, завершая волшебство.

– Что ты наделала? – вздохнула Варя и поглядела на фею, которая уселась на край камня, поигрывая своей погасшей палочкой.

– Посторожишь, пока она снова не понадобится? – Малышка опустила палочку на камень и кончиками пальцем пододвинула к Варе.

– Посторожу, – сердито ответила она, – безответственная фея.

– Я… тут подумала. Если ты явишься во дворец, то там обязательно встретишь какого-нибудь юношу, выйдешь за него замуж, и тогда мой дорогой Нейл будет принадлежать только мне… – торопливо проговорила Карамель. – Это всего лишь расчет, и не более!

– Ну да, – хмыкнула Варя, прекрасно понимая смущение феи.

Не хотела признавать, что хоть и был у нее лишь кусок того самого сердца, но в нем вмещалось немало доброты и участия. Побольше, чем у некоторых субъектов, в десятки раз превосходящих ее по росту.

– Так что отправляйся во дворец! – велела стрекоза.

– Думаешь, этого хватит, чтоб туда явиться? – Варя подняла в руках свои рыжие пряди.

– Об остальном не стоит беспокоиться. – Девин неспешно прошелся по саду, приближаясь к ним.

Он сощурился от яркого солнца и коснулся рукой одной ветки, заставляя белоснежные лепестки осыпаться на зеленую траву. Варя немедленно опустила голову и принялась нервно заплетать косу. Дракон усмехнулся и подошел к сестре. Он протянул руку, желая поднять с камня фею и сесть рядом. Но Варя опередила его и привычно схватила Карамель за крылья, отправляя мелкую подругу в карман рубашки. Малышка принялась тихо ворчать и приводить свои крылья в порядок, а Девин все же присел на камень, пытаясь разглядеть лицо сестры.

– Ты снова смущаешься, стоит мне пытаться говорить с тобой. Я так неловок в словах? Или же мои действия и настойчивость вызывают подобные чувства? Позволь узнать, Варвара? – мягко поинтересовался он.

– Варя, ладно? – Она повернула к брату голову и даже рискнула посмотреть ему в глаза. – Не зови полным именем. Странно это как-то…

– Я запомню, – кивнул Девин. – Так что же происходит с моей сестрой? Никчемный я брат, раз не в состоянии догадаться сам.

– Хватит ругать себя, – возмутилась Варя. – И вообще, как узнал, что я не брат? Где я так сглупила?

– Перед тем как отправиться во дворец, я побывал в нашем столичном доме. – Золотые глаза дракона тепло заискрились. – Честно признаюсь, что был в смятении. Зол и растерян одновременно. Ворвался в комнату, отведенную моему неожиданному брату, сам не зная, что искал там.

– И что же нашел? – настороженно поинтересовалась Варя.

– На подоконнике лежали цветы.

– Их могла подарить одна из ваших горничных! – хмыкнула она.

– Трудно не согласиться… – улыбнулся Девин. – А на кровати лежала забытая полоска ткани, такая, знаешь, которой обычно девы – воины клана Эштмуль перетягивают свою…

Взгляд дракона нечаянно опустился на грудь Варвары, и он тут же принялся смотреть на сад, устыдившись своей несдержанности.

– Они скрывают с их помощью свою принадлежность к женской сути. – Девин рискнул глянуть на сестру.

Варя сложила руки на груди и теперь сверлила его зеленым взглядом.

– Может, это были чертовы портянки! – прорычала она, негодуя от того, что так беспечно побросала вещи, когда спешила закончить с переодеванием.

Сумасшедший день… скорее бы он закончился.

– Что такое «чертовы портянки»? – Дракон рад был ухватиться за эту возможность отвлечь сестру и успокоить.

Но она не поддалась.

– Не верю, что кусок ткани и пучок травы так легко выдали меня, – упрямо заявила она.

– Хорошо, признаюсь, тебя выдал кенуль, – покаянно опустил голову Девин.

– Кто? – ахнула Варя. – Да как он посмел?!

Какой-то гад за нею подглядывал? И затем сдал ее брату? Черт… Ее охватили паника и дикое желание настучать этому «кенулю» по глупой голове.

– Сам не понимаю, откуда у них берется столько наглости, – вздохнул Девин. – Он у нас в аделхейтском доме уже лет десять, как живет. Все давно привыкли к этому негоднику.

– Кай должна уволить этого гада… – обиженно пробормотала Варя. – Как только представлю, что он мог увидеть…

– Уволить? – Золотистые брови Девина немедленно приподнялись от удивления. – О боги…

Его смех неожиданно зазвучал в саду, заставляя сестру встрепенуться и посмотреть на брата, как на умалишенного.

– Что тут смешного?!

– Кенуль – мелкий пушной зверек. Обитает в окрестных лесах, но очень любит селиться в садах, особенно если никто не тревожит, – продолжая вздрагивать от едва сдерживаемого смеха, пояснил дракон. – У нас поселился уже давно, да так падок до юных дев оказался… Я имею в виду, что ни к кому из мужчин не приближался никогда. А у служанок наших с рук ел, да с подоконника не выгнать было. Натаскает угощения, заберется на местечко потеплее и греется на солнце.

– Я его не видела… – проворчала Варя, чувствуя себя совсем глупой.

– Я заметил на твоем подоконнике не только цветы, но и остатки его пиршества. Этот малыш никогда бы не отважился к тебе подобраться, будь ты мужчиной. А раз так уютно себя ощущал рядом, то сомнений у меня не оставалось, – подвел итог Девин.

Значит, ее выдала какая-то белка? Варе сделалось вовсе горько, и она продолжила усердно плести свою косу.

– Прости, – ладонь брата осторожно коснулась ее нагретой солнцем макушки, – я опять расстроил тебя.

– Нет. – Варвара мотнула головой, но вовсе не от желания убрать руку, приласкавшую ее.

Девин тактично отстранился, понимая все по-своему.

– Мне хочется о многом расспросить тебя и столько рассказать. Как жаль, что времени у нас так мало, – проговорил брат. – Зато когда вернемся в Бриартак, его будет предостаточно.

Варя смолчала. От мысли о будущем у нее ныло где-то в груди и окончательно портилось настроение. Будущее… Каким оно окажется для нее? Чем обернется? Кто она в этом странном мире и с чего начать свой путь, куда бы он ни привел? Столько вопросов и ни одного ответа.

– Ты сегодня очень устал. Может, не пойдем никуда? Разве можно таскать тебя по всему городу и в какие-то дворцы? Ты только… воскрес… – с надеждой проговорила Варя, поглядывая на брата.

– Я могу радоваться тому, что сестра заботится обо мне, или это попытка избежать необходимости отправляться на королевский прием? – вкрадчиво поинтересовался Девин, и Варвара тихо чертыхнулась.

– Я так же сильно не хочу никуда идти, как и не желаю, чтобы ты свалился где-нибудь без сил, – отозвалась она. – Мне нечего делать во дворце. Не место мне там. Иди один.

– Я боюсь, – простодушно заявил дракон. – Как ты можешь бросить меня в такой момент?

– Ты дракон! – скептически посмотрела на него Варя. – Огромный огнедышащий дракон. Поджаришь всех, кто на тебя криво посмотрит.

– В стенах дворца я всего лишь бедный юноша, одинокий и… – Девин состроил несчастное лицо, и Варя не сдержала улыбку. – Отвратно играю, верно?

– Перед Идгардом ты был великолепен. – Она посмотрела на свой карман, вдруг понимая, что давненько никто не пищал и не ворчал.

Свернувшись клубочком, Карамель удобно устроилась на самом дне и сладко сопела. Варя покачала головой. Малышка осталась совсем без сил. Нужно будет устроить ее поудобнее в комнате, чтоб кто-нибудь ненароком не наступил и не утащила гадкая белка-предательница!

– Прошу тебя довериться мне сегодня и позволить показать, каким прекрасным может быть Аделхейт. – Девин протянул сестре ладонь, предлагая вложить в нее свою руку. – Поздно вечером будет фейерверк, ты просто обязана его увидеть.