Текст книги "Как перестать быть миллионером (СИ)"
Автор книги: Оксана Алексеева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
Женщина вскочила и закричала, не сдерживаясь:
– Так это потому, что сам он ни черта не делал! Здесь тысячи рабочих, любая задержка процесса скажется на остальных! Это он сейчас пыжится и старается. Еще и меня без конца дергает, чтобы научила! Раньше и то проще было – сделала и все, а теперь я еще и учителем подрабатываю! Вы куда? Вы же к Ярославу Петровичу собирались? – последним она окликнула, когда Мир развернулся от нее, чтобы скрыть улыбку.
Он так и ответил, не глядя на нее:
– Решил, что лучше пойду уволюсь. Не хочу быть частью этой преступной группировки. А напоследок расскажу, что здесь происходит.
По коридору он шел бодро, но через пять шагов Надежда Ивановна его догнала и опередила, уносясь вперед метеором. Мирослав немного замедлил шаг, уступая даме право первой пройти к цели. Он не представлял, куда именно она летит, но у нее достаточно опыта, чтобы самой разобраться. А теперь можно и в свой коридор свернуть, оформить увольнение, как полагается. Он же Надежде Ивановне обещал! Кажется, к нему вечером придут снова морду бить. Ну так и посмотрим, чья морда останется симпатичнее.
Глава 13
Добило Ярослава не увольнение – он его подсознательно уже пятой точкой предчувствовал. Добило его другое – исполняющим обязанности на его место срочным приказом поставили… Надежду Ивановну. Такое решение удивило ее даже сильнее, чем Ярослава. Секретарша, теперь официально бывшая, оцепенело наблюдала за процессом сбора вещей:
– Да как же… Я понимаю, что это скорее всего временно… Или не временно? Это ведь такая ответственность!
Бывший начальник посматривал на нее с ненавистью и отвечал с раздражением:
– Вот именно! Я из-за ответственности и пропускал совещания, чтобы здоровье подольше выдержало, а вы все вывернули наизнанку! – он уже покидал свои вещи в коробку, а напоследок решил ее морально раздавить: – Желаю вам удачи, Надежда Ивановна! И прочувствовать все подводные камни этой должности!
– О… спасибо большое, – она вообще не уловила издевки. – Я буду стараться изо всех сил, чтобы никого не подвести! И вам удачи, Ярослав Петрович! Надеюсь, вы когда-нибудь поймете, кто настоящий виновник вашей неудачи, и не будете считать, что я вас подсидела…
Виновник-то понятен: Мира уволили, и он напоследок угрозами вынудил Надежду Ивановну забыть, кем она является – преданным и надежным секретарем, а не лживой доносчицей. Но тяжело было принять не только тот факт, что брат оказался форменным подлецом, а сам очередной поворот судьбы: вот Надежда Ивановна не заслужила такого взлета вверх, она на него никогда и не рассчитывала, морально не была готова, как Ярослав не заслужил падения вниз. Отец даже не представляет, какому количеству людей его решение сломало судьбу!
Ярославу бы выпить, но дорогой алкоголь он себе теперь позволить не мог, а к дешевому желудок не приучен. Потому он немного погрустил и уже сам перешел к инвентаризации своего имущества. Отчего-то со статуэткой василиска прощаться стало легче – хватило только представления, как его бросают в долговую яму за неуплату коммуналки. Ярослав на самом деле не представлял, что делают с людьми, которые не могут заплатить за коммуналку, – как-то повода раньше не было узнавать о такой ерунде.
Валерии он звонил без конца – и все потому, что она все еще не соглашалась каждый день после работы ехать к нему и помогать с произведением на нее впечатления:
– Лера, а чем перепелиные яйца отличаются от страусиных? Я думаю, какие лучше в рационе оставить.
– И те, и те вычеркивай! Вписывай куриные.
– О, хорошо! А как быстро я умру от однообразного рациона?
– Не сразу, – заверила она. – Куриные яйца бывают белые и коричневые – вот тебе и разнообразие.
– Спасибо! Слушай, а если домработница будет приходить не три раза в неделю, а два, то как скоро у меня начнутся приступы аллергии на пыль?
– Я бы посоветовала самому убираться – физическая нагрузка, медитация, а заодно и станет виднее, как много лишних вещей в твоей квартире.
– Ничего себе, какой грамотный подход! Лера, а если я…
– Ярослав, – она все-таки прервала его поток сознания, что делала редко. – А тариф на телефоне у тебя безлимитный?
– Разумеется!
– Вот начни с того, чтобы сменить тариф – это тоже экономия!
– Чтобы на благотворительность больше осталось?
– Нет, чтобы ты звонил мне только по серьезным вопросам! Не то чтобы я не хотела тебе помочь, но мне бы еще и к завтрашнему семинару подготовиться.
– Намек понял!
– Это был не намек, Ярослав, а крик о пощаде. Давай созвонимся хотя бы через час – и ты задашь сразу все накопившиеся вопросы, а не будешь перезванивать каждые полторы минуты?
Ярослав прекрасно понимал, что Лера хоть и ворчит немного, но терпения не теряет – это ее профессиональный навык. А уж пользы от нее – все можно конкретными суммами оценить! Он мог бы о том же спрашивать у Олеси, но хорошо уловил разницу характеров девушек: Олеся или расхохочется, или разозлится, в ней нет этой буддистской глубины. К тому же она ему совсем не нравилась как девушка и хорошо это знала, а для такой девицы это удар по самолюбию. У них есть общее дело – вот только в нем Олеся и будет участвовать, а все остальное уже не ее забота. Но с фондом надо поспешить – лоты расходятся не так быстро, покупателей дорогих штук неизвестного назначения не слишком много. Даже при жесткой экономии Ярослав не сможет протянуть столько времени, как они вначале с Олесей задумывали. Он отложил пока бытовые вопросы, чтобы хорошенько подумать – на какую цель Валерия перекинет деньги с большей вероятностью?
Валерия действительно не раздражалась всерьез. Наоборот, она чрезвычайно радовалась новому пути своего немного назойливого знакомого. Это ведь просто потрясающе, когда человек готов отказываться от привычного, чтобы помогать другим людям!
Был у нее и другой пример настоящей внутренней силы – Мир, который недавно потерял работу, не побежал ныть к отцу или брату, не обратился к богатству семьи. Нет! Он искал другие источники заработка, чтобы твердо стоять на своих собственных ногах:
– Лер, с кем ты там опять болтала? К тебе не пробьешься! Как думаешь, мне лучше оформиться на кассу в фастфуд или все-таки попробовать пробежаться по строительным вакансиям?
– Вряд ли примут без диплома, – вздохнула она. – Тебе в первую очередь надо думать о том, чтобы закончить учебу! Потому смотри места с гибким графиком.
– Это проститутом?
– Очень смешно.
– Я не шутил, Лер. Я в отчаянии. Вот ты бы сколько заплатила за секс со мной?
– Еще смешнее! Юмористом попробуй устроиться. А я пока подготовлюсь к завтрашнему семинару, хорошо?
– Перезвоню через час?
– Боюсь, как раз через час у меня на линии будет другой знакомый висеть.
– Кто? – она слышала по интонации, что Мир перестал привычно улыбаться.
– Еще один друг, у меня их много.
– Вот к удару ревностью я пока не готов. Я не люблю делить друзей с другими друзьями. Геодезия должна принадлежать только мне.
– Да, точно – иди в юмористы, Мир. Кстати, давно хотела спросить, ты со всеми флиртуешь, чтобы поднимать им настроение?
– Со всеми?! – всерьез оскорбился парень. – Да я в последние недели только с тобой и общаюсь, как будто на свете нет других красавиц! Слыхала фразу про стену и горох? Ты в этой аналогии стена, если непонятно.
– Какой ты все-таки забавный! Всегда улыбаюсь после того, как с тобой поговорю.
– Боже, дай мне терпения и еще немного гороха, – выдохнул Мир. – Или хотя бы не создавай больше таких красавиц, которые даже прямые намеки игнорируют. Не слушай меня, Лер, я сейчас не к тебе обращался, а к геодезическому богу, создателю методичек, пуританок и нашего любимого предмета. Давай завтра тебя до института подкину? Я как раз теперь имею кучу свободного времени, хоть что-то полезное сделаю.
– Договорились! Жду утром возле подъезда! И спасибо большое, это очень мило с твоей стороны.
Они оба ей нравились – очень разные характерами, немного похожие внешними типажами, смешные, капельку нелепые, но со стержнем внутри. И именно он перевешивает все их недостатки. Хотя Валерия не могла не отметить, что Мир начал нравиться ей чуть больше – пробирал до мурашек своей легкостью, свежестью мышления и общими интересами. Следовало даже признать, что она вполне может через некоторое время пересмотреть их дружбу и, если он продолжит флиртовать, в какой-то момент ответит тем же.
* * *
Собственно, в этой вере Валерия и жила. И даже уже стало привычным то отвечать на вопросы Яра, то заезжать к нему с очередной ревизией, то болтать о чем-нибудь смешном в кафе возле института с Миром. Последний вообще сносил с ног своей очаровательностью – и Лера теперь только радовалась, что согласилась общаться с ним ближе. Есть такие товарищи, о которых Валерия раньше не подозревала: само их присутствие повышает настроение, а тяжесть исчезает, если таковая и была. Девушка, никогда ничего подобного не испытывавшая раньше, неожиданно для себя самой начала погружаться в легкую эйфорию, не мешавшую рассудку, но помогавшую ждать каждого нового дня как очередного чуда.
Но ей помогли положить конец этому ощущению. Через две недели произошло сразу три катастрофы подряд.
В субботу утром ей позвонил Ярослав – и Валерия немного смутилась, поскольку как раз за десять минут до того к ней в гости заскочила Олеся. Конечно, она рассказала подруге, что они иногда созваниваются и к романтике их общение не имеет никакого отношения, но все равно ощущала небольшую неловкость. Мало ли что надумаешь в порыве ревности?
И Ярослав был сам не свой: он просто кричал в истерике, отчего Валерия не смогла сразу уловить смысл. Что-то про то, что машина все еще не продана, про лоты на аукционе, на которые нет спроса, и про бессмысленность его существования – зачем он, мол, вообще живет, если в такой ситуации бессилен? Лишь потом перешел к каким-то детям, которым срочно, просто экстренно необходимы дорогостоящие операции.
В это время Олеся пересела ближе и, услышав обрывок разговора, закивала. После, когда Валерия отключила звонок, начала уже свою сокрушенную тираду:
– Да, он мне час назад об этом же говорил. Я, конечно же, перевела ему половину своей зарплаты.
– Ты?! – для Валерии это было самым удивительным.
– Я. Ничего, проживу. А некоторые без этих денег не проживут. Но суммы катастрофически мало – Яр бегает по всем знакомым, пытается продать последнюю рубашку, но на все это требуется много времени… Он ночь не спал, все носится и пытается отдать вещи хотя бы за бесценок.
– Ужас какой! – Валерия себе места не находила. – А ты пришла и чай пьешь? Почему же сразу не рассказала?
Это было действительно немного странно, но Олеся схватилась за голову и продолжила причитать:
– Просто люди именно такие – разные! Кто-то ночи не спит, кто-то от новой блузки отказывается, – она пристально и с очевидным подтекстом посмотрела на подругу: – А у кого-то есть целых восемь миллионов, но нет сердца!
– Есть у меня сердце! Просто это не мои деньги! – Валерия не хотела оправдываться, но прозвучало именно так.
– Я все понимаю, – вздохнула Олеся. – Чужие дети – это всего лишь чужие дети.
У Валерии от немыслимого выбора даже голова закружилась. Но она нашла нейтральный вариант, чтобы прямо сейчас не ссориться:
– Ты поезжай к Ярославу, успокой его. Пусть посчитает нужную сумму, подготовит реквизиты. А я рвану в банк – снова поинтересуюсь деталями. Если они мне дадут уверенность, что деньги уже никогда не отзовут, то я в деле. Если же такой гарантии нет… ну, я готова занять часть…
– Занять она готова. Часть, – недовольно отвесила Олеся, однако все-таки направилась к выходу, прошептав себе под нос: – Надеюсь, меня ты любишь сильнее, чем бедных детей.
Вторая катастрофа застала Валерию, когда она ждала своей очереди в банке – да такая страшная беда, что она даже пропустила объявление своего номера.
Ей прислали видео – с номера телефона Олеси. Лера открыла-то без задней мысли, и через пару минут была раздавлена шоком.
– Схватили прямо возле твоего дома… – плакала подруга, а снимали ее откуда-то со стороны. – Откуда я знала, что у той треклятой бабки вообще язык без костей? Лерка, Лерочка, помоги, родная…
Теперь уже использование чужих денег не казалось проблемой. Но Валерия от поразившего ее ужаса не могла собраться – она уронила телефон на пол, подняла, расплакалась, попыталась успокоиться и начать думать. Преступники требовали ровно восемь миллионов – то есть точно знали, что именно такая сумма у нее есть! Обратится в полицию – и глупенькой, болтливой Олесе уже не жить. Хотя ее ли вина в произошедшем? Не виновата ли подруга только в том, что стала единственной возможной жертвой, поскольку была рядом с Валерией?
Ее номер в очереди объявили снова – и она опять не расслышала. От следующей мысли у нее заныло в груди – Игорек ее предупреждал! Он практически открытым текстом говорил о том, что это произойдет! Валерия скинула вызов от Ярослава – в текущей ситуации она просто не знала, что ему сказать. Надо ли звонить Игорьку? Заплатить пройдохе десять тысяч и получить ответ? Но что теперь даст этот ответ? Дура, дура, излишне щепетильная до чужих богатств дура, которая вообще никак не подстраховалась на такой исход!
– Да проходите уже к восьмому окошку! – рявкнула на нее женщина, которая сидела рядом и грозно тыкала в ее талончик. – Являются в банк пьяные, что за народ пошел?
Ноги не слушались, уши улавливали далеко не все. Лера кое-как сформулировала свой вопрос, а сотруднице пришлось три раза повторить ответ, и он не был утешительным:
– Лимит на снятие наличности! Вы такие деньги за одну транзакцию не переведете и не снимете! Можем сейчас составить заявку, тогда на следующей неделе…
– На следующей неделе?! – Лера закричала на все отделение.
«Следующая неделя» для нее прозвучала как «все умрут»: вот буквально все, включая всех детей на свете и всех друзей на свете. Никого не останется. Девушка за стеклом надавила:
– Валерия Андреевна, может, вы посидите и подумаете, чего конкретно хотите? Я вам предлагаю самый быстрый способ, но есть и другие. Но вы ведь не слушаете, а то орете, то витаете в облаках.
В этом она была права, Лера отступила снова к диванчикам и рухнула на свободное место. Вынула телефон, но душевных сил пересмотреть видео у нее не хватило, а так бы она заметила, что Олеся выглядела не такой уж и перепуганной, как ей сначала показалась. Но постепенно в ее голову назойливо вклинивалась странность: уж слишком, слишком сильное давление сразу с двух сторон, будто бы ее уже взяли в оборот, но раскачивают сразу во все стороны. Отыскала номер Игорька, но пока не решалась нажать кнопку вызова – детективу придется заплатить, а ей уже нечем. Но несостыковка болела, вгрызалась в ноющие мозги, потому она обязана узнать хоть что-то…
Вдруг произошло очередное невероятное событие – этот день уже трещал по швам от перебора. Телефон зазвонил сам, а на дисплее высветился именно номер частного детектива. На этот раз Лера аппарат не выронила, но округлила глаза еще сильнее и очень-очень осторожно поднесла сотовый к уху.
– Я вас слушаю, Игорь.
– Ну наконец-то вы меня слушаете, дорогая Валерия! Я с этой прибыльной истории глаз не спускаю, потому в курсе всех подробностей. И они теперь стоят пятьдесят тысяч!
– Ваш аппетит растет быстрее, чем мой стресс, – она выдавила монотонно.
– Начну с того, что ничего вашей подруге не грозит. Интересно продолжение?
– Что?!
Детектив счастливо рассмеялся и сбросил вызов. Второй подход к банковскому окошку прошел куда удачнее, Валерию даже голос не подводил:
– А как быстро я смогу получить пятьдесят тысяч?
В конце той во всех смыслах запоминающейся и самой яркой в ее жизни субботы Валерия ощущала себя обновленной. Игорек свой гонорар отработал – но только потому, что Махалины ввиду отсутствия лишних денег заплатить больше ему бы все равно не смогли. Мерзавец оказался еще более склизким, чем Валерия раньше считала. Однако отработал всю сумму до копейки и даже долго хлопал ее по плечу в утешительных целях, уже бесплатно. Еще за десять тысяч он взялся отыскать координаты Петра Ильича Махалина, Лера захотела и с тем перекинуться парой ласковых – раз уж пошла тратить, так чего теперь мелочиться?
Обновленная Валерия теперь иначе смотрела на людей, включая уличных прохожих. Никто их них не милый! Очаровательные, улыбчивые, щедрые, вызывающие доверие, симпатичные, близкие и далекие – все они одинаковые мерзавцы, у каждого груда камней за пазухой. Как можно было прикрываться больными детьми? Как вообще пришло в голову перепугать ее похищением человека? Что творится в голове у людей, способных ради денег пойти на что угодно? А сама-то похищенная не лучше! Валерия всегда подозревала, что Олеся излишне меркантильна, но до сих пор не думала, что у этого свойства вообще нет границ. Ненависть сначала сконцентрировалась на всем человечестве, а потом равномерно распределилась на троице – и никто из них не был победителем в гонке за первое место.
Обновленная Валерия смогла ответить на ночной звонок от Мирослава, хотя тот и исказил голос каким-то техническим прибором:
– Мы ее убьем, если не получим деньги!
– Не на-адо, не убива-айте, – проблеяла Лера почти равнодушно, хотя гласные растягивала, чтобы горе ее выглядело естественно. – Я сделала зая-явку в банке, деньги смогу получить только на следующей неде-еле. Подожде-ете?
– Так уж и быть – подождем! Только не смей обращаться в полицию!
– Кака-ая полиция? Вас, гадов, даже поли-ицией не возьмешь.
Звонок от Ярослава пришелся на утро. Ему она ответила совсем спокойно:
– Не переживай, я достану деньги, надо только подождать.
– Подожду, конечно! – он не смог скрыть радостного звона в голосе. – Лера, слушай, а ты не знаешь, куда Олеся пропала? У меня ее не было, телефон отключен.
– Представления не имею. Но сообщу, если нарисуется. Кстати, перепелиные яйца все-таки лучше куриных, я была не права. Вноси их обратно в рацион.
– Да сейчас не до этого…
– Понимаю, за детей переживаешь. Не буду отвлекать. К теме яиц вернемся позже. Посмотрим, у кого они железнее – у куриц или перепелок.
Он Олесю тоже потерял. По сведениям Игоря, Ярослав не в курсе махинаций младшего братишки, как тот не знает об аферах старшего. Пусть помучаются пока этим. Время нужно было самой Валерии – хотя бы для того, чтобы определиться, как всю эту ораву наказать и притом постараться не превратиться в такого же монстра.
Глава 14
Теперь частного детектива Валерия называла не иначе как «дорогой Игорек» – не потому что он очень ценный, а потому что весьма недешевый. И было у нее подозрение, что когда Игорек сможет связаться со старшим Махалиным, опять повысит сумму гонорара. Но эти тревоги она уже не воспринимала всерьез. Разбирало лишь любопытство: с какой стати или по какой грандиозной ошибке старик перевел сумму именно на нее. К тому моменту, когда она вернет Петру Ильичу его деньги, счет окажется неполным, однако Валерия оправдается тем, что не могла себе отказать в желании перевоспитать Петровичей. Но частный детектив почему-то именно с этим делом застопорился – вероятно, оно было сложнее предыдущих.
Ничего. Пока надо разгрести текучку. И так, чтобы не вызвать лишние подозрения раньше. Для начала почему бы не столкнуть братьев лбами? У них головы, похоже, бетонные, так что для разминки сойдет.
– Убивайте, – ответила она на очередной звонок Мирослава с неопределяемого номера. – Дело в том, что я еще за несколько минут до вашего шантажа передала деньги в благотворительный фонд Махалиных.
– Какой еще фонд?! Нет у Махалиных никакого фонда!
– Вам-то, похитителям, откуда знать, что есть у приличных людей? Пыталась вернуть, но уже никак. Не отдают! Ах да, если несложно, передайте Олесе, что я очень-очень ее любила.
Она и руками развела, чтобы придать интонации нужной окраски. На том конце линии впали в ступор, а потом и вовсе прервали звонок. Валерия тут же набрала Ярослава:
– Я бы с удовольствием тебе помогла. Да и деньги у меня имеются – ты не представляешь сколько. Вот только нет у меня к тебе доверия. С людей взносы собираешь, а сам живешь как принц эфиопский.
Ярослава тоже пробрало:
– В Эфиопии давно нет никаких принцев! Так что очевидно, что я живу лучше несуществующего человека! Ты о чем говоришь, Лера? Я же на твоих глазах с роскошью прощался!
– Нет, Яр, ты прощался только с самыми очевидными излишками. Я вот смотрела на тебя и понимала, что у некоторых благотворительность только на словах, а не на деле.
– Но… как же? – Ярослав окончательно растерялся. – Кстати, а ты Олесю не видела? Уже третий день не могу до нее дозвониться.
– Не хотела тебя расстраивать правдой, но дальше тянуть некуда – думаю, что она тебе изменяет. Помнишь парня, моего студента, который нам за столиком в ресторане надоедал? А он сын самого Махалина! Хотя тебе, наверное, эта фамилия ни о чем не говорит. В общем, Олеся как узнала, что мальчик из очень богатой семьи, так голова у нее и полетела к калькулятору.
Реакция была примерно такой же, как у Мирослава. Теперь Яр знает, где искать бывшую союзницу. Быть может, где-то в процессе мордобоя заложницу и освободят. Если еще и смогут выгнать из великолепного заточения.
Но этого, конечно, катастрофически мало. Пусть они пока занимаются порчей настроения друг другу, а Валерия тем временем придумает что-нибудь более запоминающееся. Чтоб у каждого из троицы всю оставшуюся жизнь по одному глазу дергалось!
* * *
Мир уже догадывался, что план провалился, ведь по задумке Валерия обязана была рыдать и умолять назначить встречу, где она передаст деньги и вернет подругу. Та же реагировала как-то странно, даже беспокойство ее было очень размеренным. Мирослав сидел за столом и тщательно тер подбородок, стимулируя мозговой процесс. Фонд Махалиных какой-то… Ярослав был способен его опередить – и Лера могла поддаться на обман. Но в этом случае сейчас Ярослав звонил бы ему, чтобы изобразить гомерический хохот. Именно это Мир сделал бы при своей победе!
Олеся умело раздражала:
– Хоть халатик бы мне купил! Шелковый! А то я недостаточно вещей с собой прихватила.
– Обойдешься, – задумчиво отозвался Мир, не желая пока посвящать союзницу в последние телефонные переговоры с Валерией. – Не мешай, я думаю.
– Думает он! Кстати, у Ярослава квартира намного больше твоей! И почему так произошло? У меня уже вся спина болит от неудобного дивана!
– У меня идеальная холостяцкая берлога… И помолчи уже, Олесь. Почему я не догадался организовать благотворительный фонд? Это же было менее рискованно… Изобразить сердобольного страдальца, продать что-нибудь ненужное, произвести впечатление и…
Его перебила мелодия домофона. Мирослав сразу начал улыбаться – не от облегчения, а от того, что хоть до чего-то додумался правильно:
– Олесь, открой. Это Ярослав.
– Кто?! – она взвилась на месте от страха. – Зачем?
– Предполагаю, чтобы гомерически хохотать. Думаю, деньги уже у него.
– Тогда я спрячусь! – выбрала девушка и метнулась искать место.
Ну что ж, пусть попробует. У Мира-то нет складских помещений, в которые можно заныкаться. Интересно, а почему она от Ярослава-то прячется, если они все равно прогорели?
Мирослав открыл дверь и вернулся на место, чтобы продолжать тереть подбородок. Удивился немного, что смеха брата так и не расслышал, а только нервное возмущение:
– Эта крыса здесь?! Вы с ней сговорились, да?! Признавайся, что сговорились!
Судя по интонации, Ярослав себя победителем не ощущал – ну не орут так обладатели восьми миллионов долларов. Женские визги подсказали, что заложница без труда найдена. Вырвалась от Ярослава и теперь носится по всей квартире, оправдываясь:
– Да чего ты завелся-то? Я тебя не предавала, просто решила попытать удачу и на другом фронте! У нас просто секс, и ничего больше! Мир, да подтверди ты!
– Нет у нас никакого секса, – медлительно отозвался он. – Один раз не считается – как тест-драйв не считается покупкой.
– Да я вас обоих, гадов, придушу! – не унимался Ярослав и все еще не терял надежды схватить юркую Олесю. – Ты же с меня миллион потребовала за помощь! А сама побежала помогать моему брату?!
– Да кто ему помогал? Я просто так тут нахожусь – в гости заглянула!
– В ночнушке?! И на работе поэтому не появляешься уже три дня?!
– А он меня похитил! Смотри – я похищенная! Вызывай полицию! Спаси-итель!
Мир некоторое время пытался абстрагироваться от шума, но он становился все более назойливым. Грохот мебели дополнял атмосферу. Девушек бить, конечно, нельзя, но предательниц иногда можно… А то что Олеся предала их обоих, Миру уже по их репликам было понятно. Как и то, что ее предательство пока никому не принесло победы.
– Тихо вы, – попросил, поскольку скандал мешал сосредоточиться. Не помогло, потому с усилием добавил громкости: – Тихо, говорю! Валерия все знает.
Олеся с Яром замерли, девушка даже с подсвечником в руке, которым пыталась отбиться. И она же сообразила первой, сразу оправдываясь:
– Я Лерке ничего не говорила! Клянусь! – последнее она выкрикнула Ярославу в ответ на его рык.
– И тем не менее она знает, – повторил Мир. – Вот ты, ее лучшая подруга, сама скажи – пожалела бы она деньги, когда ее сразу в две ловушки загнали?
Олеся медленно опустила подсвечник. Ярослав нахмурился еще сильнее:
– Но откуда? Отец ей сам позвонил? Хотя… не удивлюсь, если он знает обо всем, что произошло на производстве. Потому мог нас и добить напоследок.
– А это не так уж и важно, – подбородок у Мира уже горел от натирания. – Может, и сама догадалась. Обе наших стратегии были эффективными, но мы ударили одновременно – а это со всех сторон странно. Как я и говорил, если бы мы друг другу не мешали, то деньги бы уже вернули.
– Один из нас бы вернул, – поправил Яр спокойнее и сел по другую сторону стола. – То есть условия не меняются.
– Как же? Очень даже меняются. Если она знает, то ни у одного из нас нет шансов. Сидели бы тихо, в близкий круг бы втирались, а потом спокойно бы изложили всю историю – и она могла бы поделиться. Но не теперь, когда она считает нас самыми большими на свете козлами.
– Или не знает! – с надеждой произнес Ярослав. – Просто решила не спускать деньги – ни за подругу, ни на фонд. Я бы тебя даже за пятьсот баксов выкупать не стал, так что могу ее понять.
– Я бы тебя тоже не стал, – признался Мир. – Но ставка была на то, что Лера другая. В общем-то, неважно. У нас больше нет шансов.
– Шанс есть всегда! Если объединимся!
Мир медленно поднял взгляд на старшего брата и невесело усмехнулся:
– После твоего фонда? Ты меня совсем идиотом считаешь? Нет, брат, все пропало.
– И что теперь? – едва слышно прошептал Яр. – Что со мной теперь будет?
– А мне не плевать ли? Лично я собираюсь найти работу и хотя бы выжить. Короче, освобождай помещение – обсуждать больше нечего.
Ярослав был с этим согласен, встал и пошагал к выходу.
– А мне что делать? – очнулась Олеся. – Я-то теперь… о боже, меня за пропуски с работы вышвырнут!
– Счастливое освобождение, ни один из заложников не пострадал, – Мир поднялся на ноги, чтобы руками проводить уже давно надоевшую дамочку, от которой теперь не было никакого толка. – И ты знала, чем рискуешь. Хотя ты думала, что ничем не рискуешь, верно? Ума только не хватило понять, что, играя на два фронта, ты помешаешь выиграть каждому.
– Нет-нет, Мир, подожди! Давай останемся командой! Ведь мы одного поля ягоды!
– С последним соглашусь, но вступать в команду с такими же, как я, сразу было ошибкой. Союзники должны дополнять друг друга, а не вычитать из общего результата. Шевели ногами.
– Если ты меня выгонишь, то я все расскажу Лерке! Дай хоть переодеться!
– Изволь. В том числе и рассказать Лере. Сомневаюсь, что откроешь ей что-нибудь новенькое. А если она еще не в курсе подробностей, то больше она с тобой никогда разговаривать не будет.
Растерявшаяся Олеся и сама не знала, как поступить правильнее. Исповеди-то никогда ни к чему хорошему не приводят, но исповедь на опережение – другое дело. Но если Лерка все еще не подозревает, что происходит? Как же сложно совершать злодейства без полной информации.
А Лерка-то похоже не знала, поскольку позвонила сама:
– Олесь, это ты? Твой номер снова включен!
– Я, я.
– Как ты там? Они тебя мучают?!
– Они меня отпустили. После того, как ты отказалась платить выкуп! – прозвучало с претензией.
– Ну… тут, видишь, какое дело… Целых восемь миллионов, то ли чужих, то ли моих. И я не отказалась, я взвешивала!
Олесе такой ход мыслей был близок, потому она просто выбрала пока поверить. Отказалась ехать к подруге – изобразила обиду. Если та действительно чувствует себя хоть немного виноватой, то на этом чувстве чуть позже можно сыграть. Пусть хотя бы машину подруге купит – тогда Олеся ее, может быть, простит.
А вот с Петровичами она зря рассорилась. Те – парни бессовестные и хитрые, то есть могут еще отыскать пути. И Олеся сделала два широких жеста напоследок, перезвонила обоим с одной и той же фразой:
– Кажется, Лерка ничего не знает. Просто деньги зажмотила! Не благодари. Хотя если решишь поблагодарить – я к твоим услугам.
– Понял, спасибо за информацию, – ответ обоих совпал дословно.
Ярослав в такой исход не поверил – уж сильно образ Валерии отличался от подобного решения. А если она знает, тогда ему придется перевернуть о себе впечатление. Она поймет, что он совсем не врал! Благотворительность так благотворительность – Ярослав был готов голодать, лишь бы ни у кого не осталось сомнений в его филантропии. И чеки надо обязательно собирать, как доказательство реальных платежей!
Мирослав тоже не поверил. Он успел в Валерии покопаться достаточно, чтобы представлять ход ее мыслей. Теперь даже настоящую лапочку со страстью к учебе и поиску своего пути разыгрывать бессмысленно.
Но именно с него Валерия и начала. Когда раздался звонок от нее, Мир взял сотовый с таким ужасом, будто устройство могло взорваться в его руках.
– Здравствуй, Лерочка, – он говорил предельно вкрадчиво. – Начну с того, что это была не моя идея. Меня заставили.
– Какая идея? Что заставили? – не поняла она, но сразу перешла к своей теме: – Ты работу не нашел? Слушай, я узнала о великолепной вакансии. У нас дворник уволился – мало платят, говорит. Но ведь эта работа прямо для тебя, и диплома не спросят. Зарплата, конечно, невысокая, зато утром метлой отмахал и весь день можешь тратить на учебу!
У Мирослава от удивления все лицо вниз поползло.
– Но я никогда не работал руками… только ластиком.
– Почему бы не испытать себя в новом деле? – подбадривала она. – Тебе работа нужна, или ты все еще считаешь себя сыном Махалина, за которого все проблемы как-нибудь уладят?
