Текст книги "Моя судьба (СИ)"
Автор книги: Оксана Ильина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 17 (всего у книги 18 страниц)
– А то что? – с подозрением покосилась на окружающий нас пейзаж.
– Ты же не хочешь, чтобы Келпия вымерла?
– В смысле? – напряглась я от его слов.
– В смысле, нервы у них от такой новости могут не выдержать, – хохотнул "плащик", но как-то очень грустно. Словно, досадуя на свое происхождение.
– Ты же видишь, как на это реагируют твои Защитники, – кивнул он на келпи с драко. Они, постанывая, приходили в себя. – Хотя они и подозревали о моей сущности, не так ли?! – обратился "плащик" к ребятам, но они, словно, контуженные смотрели вокруг осоловелыми глазами.
– Думаю, на них больше повлияли перепады давления Сил. Все-таки магические существа более подвержены и чувствительны к такому, – я сама чувствовала себя, слова побывала в желудке гигантского червя – побитой, пожеванной и обмазанной отравой. Чужая Сила оказалась на редкость пакостной. Мой "пушок" шипел и отстреливался от ее остатков, витающих в воздухе, мелкими разрядами. Именно они и создали сейчас вокруг меня что-то вроде электро-статического поля, шевеля волосы на затылке. – Фу, гадость! – и я была абсолютно солидарна со своим солнышком.
– Мда, магия, напитанная принуждением, не самая приятная вещь в мире, – в свою очередь стряхивал с рук невидимую пакость мужчина. – И хозяин сего шедевра вместо того, чтобы впитать ее назад, специально заставил ее лопнуть, осыпая нас ее остатками.
– Вероятно, надеялся хоть так взять нас под контроль, раз по-другому не получилось?! – фыркнула я. Кхетхе с Филей тоже все ощетинились, подпитываясь моей Силой. Я была не против. Сила признала их и всячески защищала, помогала, как и остальных жителей Келпии.
– Даже интересно посмотреть на смертника, – не хорошо так рыкнул "плащик".
– Кстати, как хоть тебя зовут? – вдруг вспомнила, что он ни разу не представился. – И на счет АЭТЕРНОВ ты так и пояснил, – уставилась обвинительно в капюшон.
– Ох, точно! – воскликнул мужчина и неуклюже поднялся. Его пошатывало, хоть он и пытался это скрыть от меня. – Меня зовут Радригирааш Шии'Кхаа, – сдвоенных выдох позади него меня насторожил. Я чуть отклонилась в бок, чтобы узреть круглые...я бы даже сказала, во все лицо...глаза келпи и драко. А челюсти их валялись где-то на дне озера, не иначе.
– И что бы это значило? – скосила глаза на Гира. К своему стыду это единственное, что я выхватила из всей абракадабры, являющейся именем "плащика". Ой, нет, там еще что-то с Каа было созвучно. Слишком много шипящих он озвучил. Может, его раса как-то со змеями связана? Я склонилась еще немного в бок и попыталась заглянуть мужику под плащик. Вдруг он там змеиный хвост прячет?! А ноги всего лишь иллюзия, чтобы не пугать маленьких в моем лице.
– Да так, ничего интересного, – резко развернулся к моим Защитникам и с каким-то скрытым намеком выдал Гир, уставившись на ребят. Они тут же стушевались, пряча глаза. Я же успела увидеть, что хвоста-таки нет. – Самое важное лишь одно – ты – моя Триединая. И пока тебе не угрожает опасность, никто не пострадает, – та-а-ак, мне нужна информация об аэтернах. Я даже знаю, кого буду пытать, раз мужик не колется. Защитнички под моим тяжелым взглядом скуксились еще больше, тяжело вздыхая. Да-да, мои милые, я такая!
– Как-то все это неправильно, – от усталости потерла глаза. Куда я попала и где мои вещи?
– Что именно? – всматривался в мои глаза настороженно мужчина, резко сомкнувший руки в кулаки.
– Вся эта ваша магия, не дающая права выбора. Почему ты уверен, что я тебя полюблю? Не понимаю и не принимаю я такие браки, понимаешь? Ведь это форменное принуждение. Тем более тройственные браки! – воскликнула в конце, выплескивая накопившееся в душе противоречие. – Почему у вас все ни как у людей?
– Я не знаю, как у людей? – хмыкнул аэтерн, усаживаясь рядышком. – У нас такое практикуется с давних времен. Никто не представлял себе жизнь иначе, пока триары не запечатали границы. Лишь после этого стали появляться полукровки триар, не узаконенные родителем-триаром. Элимиандриэль Сорре Лесандр – яркий тому пример, – какое знакомое имя! Где я могла его слышать?
– ЭЛ? Он – полукровка-триар? – воскликнула, озаренная пониманием.
– Угу, – "плащик" задумчиво смотрел вдаль за озеро. – Его мать забеременела от триара. Иногда их представители выходят, так сказать, на разведку. Как бы они ни прятались, а вокруг них кипит жизнь, и они должны знать о ней, чтобы быть готовыми к переменам или изменениям, – капюшон резко повернулся в мою сторону, пронзая меня сиреневым взглядом. Словно, хотел что-то сказать, но передумал.
– И когда эти "разведчики" успевают-то? – фыркнула я, бросая камушек в озеро в порыве гнева.
– Дурное дело не хитрое, – фыркнул Гир. С этим не поспоришь. Я тоже усмехнулась, зарываясь пальцами в песок и кладя голову на колени.
– Ну? Так АЭТЕРНЫ – это у нас....? – и заломила бровь в ожидании продолжения, уставившись на ...кого?...мужа?
– Наконец-то ты вернулась, доченька! – восклицание за моей спиной заставило нас всех, едва ли, не подпрыгнуть. – Дай, я на тебя хоть посмотрю! – расставив руки в стороны, на меня шел дяденька. Мощный такой дяденька! Я по сравнению с ним – тростиночка.
«ДОЧЕНЬКА? Мама роди меня обратно!»
Я настороженно следила за каждым шагом мужика. Вернее, моим ПАПОЧКОЙ. Блин, не укладывается сей факт в моей голове, хоть убей. В моем сердце всегда есть и будет единственный и неповторимый отец – папа Игорь. Самый любящий, самый понимающий, во всем поддерживающий. Моя семья осталась там и ждет меня, а я тут слюни распустила! Мужей себе в лукошко собираю! У-у-у, размазня! НИКАКИХ МУЖЕЙ! НИКАКОЙ НОВОЙ СЕМЬИ! "Новая семья" – от этих слов липкие мурашки по телу гуляют и вызывают отвращение. Какими бы ни были причины, но от меня ЗДЕСЬ отказались! Поэтому – избавляемся от белобрысого придатка и линяем ДОМОЙ! Уж, не знаю, как я это проверну?! Но я всегда добивалась своих целей и этот случай не станет исключением!
А ведь и правда я на него похожа. Такие же черные волосы, такой же бледный цвет лица и такие же черные хищные глаза. Как же я страдала в детстве, пытаясь найти в своих родителях хоть толику похожих черт. Всегда казалось, что я – им не родная дочь. Наверно, подсознательно чувствовала. Но они меня так любили, что я сразу же забывала о тех бредовых мыслях, иной раз проскальзывающих в голове.
Нет, нет и нет! Потрясла головой, прогоняя заползающее сомнение. ОН – мне НИКТО! И Гир с Кролом тоже!
Мужчины на меня смотрели, не шевелясь. Боялись спугнуть. Гир весь напрягся, подобрался и был сейчас похож больше на хищника, готового к прыжку. Его глаза сверкали из-под капюшона, окутанные шевелящейся тьмой, не упуская ни малейшего изменения во мне. И то, что он видел, ему явно не нравилось.
– Знай, что бы ты не решила, я пойду за тобой! – твердо сказал он мне шепотом, смотря прямо в глаза. – Я без тебя – не жилец!
– И я! – что ж за день сегодня такой? Все так и норовят меня со спины до инфаркта довести. Развернувшись к говорившему, я стала свидетелем самого настоящего колдовства. Оборотень дернул за цепочку бляху, срывая ее с шеи, и на его месте проступают в размытой дымке черты Дэна. Того, при воспоминании о котором, мое сердце пускается в пляс, а щеки начинают пылать. – Прости! – только и произносит этот невыносимый демонюка и падает на колени, обхватывая мои ноги. И подобрал же момент. Каков наглец! Думаю, в другое время я бы его убила на месте за такие шуточки. Сейчас же мой мозг плавал, как в тумане. Я никак не могла собрать мысли в кучку. Одно потрясение за другим.
– Прости! – обнимает со спины Гир, утыкаясь носом в мою шею.
– За что? – шепчу непослушными губами. Горло пересохло от подступающих слез. Блин, сентиментальная дурочка.
– Что заставляем тебя принять нас...
– ...но мы не можем отпустить тебя...
– ...теперь, когда связь восстановилась...
– ...мы не сможем жить, как прежде...
– ...не зависимо от того, как ее запечатали, а я все равно, похоже, искал тебя. Сам того не понимая.
– И я не мог найти себе места, поэтому и сорвался в поисках чего-то. Душа металась и куда-то рвалась, а теперь успокоилась. Рядом с тобой успокоилась. Я там, где и должен быть! – упрямо поставил точку "плащик", сжимая меня в стальных тисках. – Куда ты, туда и мы!
– Куда ты, туда и мы! – вторил ему Дэн, поднимая голову от моих коленок и смотря на меня. – Мы – единое целое!
– И этого не отменить, поэтому возвращаемся, наконец, домой. Мама тебя уже заждалась, – подал голос мой "папочка". Ох, зря он это сделал! Я почувствовала, что мои глаза наливаются кровью, как у заправского дикого быка на красную тряпочку. Чуть дым из ноздрей не повалил. Из глаз точно искры посыпали, потому что Дэн резко подскочил, заключая мою взбесившуюся тушку в объятия, а Гир закрыл нас своей спиной, отпуская меня и разворачиваясь лицом к триару. Слаженное раздраженное тройное шипение-рычание стало ответом "папане". – Молодежь, прекращайте играть в собственников и дайте отцу тоже обнять свою единственную дочь! – кажется кто-то не понял всей серьезности ситуации. Мое рычание плавно начало переходить в раскаты грома и воздух вокруг нас угрожающе затрещал. Кстати, Дэну тоже досталось от моей Силы, чтобы не мешал нам вершить правосудие, но он стоически терпел, сцепив зубы. Я протиснула между нашими тесно прижатыми телами ему руку на грудь и надавила, отодвигая от себя. Парень нехотя, но отодвинулся, заглядывая в мои глаза. Беспокойство переливалось через край, что немного меня успокоило и заставило вспомнить о невинных жертвах. Ведь келпи ни в чем не виноваты, а могут попасть под горячую руку, если я рассвирепею окончательно.
– Уважаемый Алмариар Дар'Золарэ, – еле выдавила из себя слова, хотя очень хотелось шарахнуть по его самодовольной роже.
– Ну, что ты дочка, какие могут между нами быть формальности. Зови меня просто ПАПОЙ, – я даже глаза сильно-сильно зажмурила, чтобы удержать себя от всплеска неконтролируемой Силы.
– УВАЖАЕМЫЙ АЛМАРИАР ДАР'ЗОЛАРЭ, я сама буду решать кого и как называть! – подняла на него глаза, в которых пылал огонь, я это чувствовала. Ведь глаза – зеркало души. Так вот, в душе у меня сейчас взорвался вулкан, спавший не одну тысячу лет. Представили, сколько мощи он накопил за это время? Вот-вот, самой страшно. – Я пришла на вашу планету принудительно и оставаться здесь не намерена после того, как кое-что сделаю. Меня дома ждет МОЙ ЛЮБИМЫЙ ПАПА и МОЯ ОБОЖАЕМАЯ МАМА. Здесь у меня родителей НИКОГДА не было и не будет! Надеюсь, я ясно выражаюсь?
– Но...как же... Я – ТВОЙ ОТЕЦ и ты ОБЯЗАНА мне подчиниться! – выпятил грудь и выпрямился во весь свой немаленький рост триар, тоже сверкая глазами от гнева. Ха, напугал! Я на работе и не с такими экземплярами дело имела, которые деньги в долг брали, а отдавать свои кровно заработанные не хотели.
Я растолкала своих защитников и подошла вплотную к мужику. Вот не поворачивается язык его даже в кавычках ПАПОЙ назвать.
– Слушайте ВЫ!
– СОЛОМИЯ! – ахнула женщина голосом моей мамы, называя меня моим привычным именем, а не какой-то Соломиярой, как здешние.
Забыв о главном возбудителе моего спокойствия, я сделала шаг в сторону от него, чтобы видеть говорящую. Позади триара, прижав руки к губам, стояла моя мама со слезами на глазах.
– МАМА! Как ты тут оказалась? Он тебя похитил? – она рьяно закрутила головой, разбрызгивая слезы в разные стороны и приводя меня в еще большее замешательство. – Тогда как? – и мама, как и Крол до этого, сняла с шеи бляху, превращаясь из женщины средних лет в девушку. От силы ей сейчас можно было дать лет 27, как и мне. Внешне она почти не изменилась. Лишь черты лица чуть заострились и глаза ярче засияли синевой.
– Соломия, – отвлек меня зов отца сбоку. Перевожу взгляд на звук и вижу ту же картину, только уже в исполнении моего папы. Ну, это уже слишком! Даже для моей очерствевшей психики. Те, кого я вижу, – НЕ МОИ РОДИТЕЛИ!
– Это твои фокусы? Решил меня убедить, что эти двое те, которых я считаю своими родителями? Думаешь, я поверю во все это и останусь здесь, крича во всю глотку от радости? – прорычала, разворачиваясь к главному триару. Он молчал и хмурился, рассматривая меня. Что не ожидал?
– Соломия, но это действительно мы, – всхлипнула девушка-"мама". – Помнишь, как в детстве, я рисовала на твоих коленках зеленые цветы, якобы распускавшиеся только на свежих ранках, – я сглотнула. Так мама хитрила после моих падений и срочно надо было обработать ссадины. Мне все дети завидовали, когда видели расписные коленки. Такие красивые цветы могла рисовать только моя мама.
– А помнишь, – включился парень-"папа", – как мы с тобой ходили в мебельный и выбирали тебе шкаф-купе. Ты тогда довела продавцов до нервного тика, пока не прибежала директриса и не предоставила то, что тебе хотелось, – он с мольбой во взгляде смотрел то на меня, то с точкой на "маму". Господи, кто же эти люди тогда? Я не выдержала и заревела навзрыд. Моя жизнь окончательно и бесповоротно рухнула! Я ведь еще на что-то надеялась, а теперь...
"Родители" дернулись ко мне, но их не подпустили ни мои Защитники, ощетинившись, ни мужья. Гир крепко обнял мое трясущееся в рыданиях тельце и укрыл полами плаща от всего мира, прижимая к себе. Дэн зашипел и загородил нашу композицию, явив всеобщему обозрению черные крылья.
Дэнарион Крол Асмадеус
– Теперь ни вы, ни вы не имеете на нее никаких прав! – сказал демон, как отрезал. – Она – наша Триединая, и мы не позволим причинять ей боль. Только ей решать: прощать и принимать вас в свое сердце или забыть навсегда. Мы примем ее решение, каким бы оно не оказалось, и больше никогда не бросим, – с намеком прорычал в сторону Верховного и зло покосился на Радригирааша. Ведь он тоже был в курсе всего. Как он согласился оторвать от сердца Триединую? В голове Дэна этот факт не мог уложиться в правдоподобную картинку. Ладно он, был еще слишком мал и ничегошеньки не понимал. Но АЭТЕРН! Да еще склонил голову, когда его народ посадили под замок, зная настоящие причины.
– Так было надо, – еле слышно прошептал аэтерн, будто прочитал его мысли.
Кому надо? Лично Повелитель был не согласен с действиями своего деда, Алмариара и Радригирааша. И, кстати! Как они узнали, что Соломия – его Триединая? Ведь он был еще слишком мал, чтобы его кешер отозвался на зов кешера такой же крохи. Принцессе ведь тогда была от силы неделя. Или Дэн чего-то не знает? Хоть в душе и бушевало смятение, ни один мускул на лице не дрогнул. Еще будет время побеседовать с глазу-на-глаз с теневым "господином". Демоны его раздери! Сейчас Дэнарион чувствовал себя слепым котенком. Хуже мальчишки. Водят за нос. А каково Соломияре? Сердце демона сжалось от любви и сострадания к девочке, попавшей в такой переплет. У них прошло не одно столетие, а на Земле каких-то 27 лет. По меркам Ассера принцесса – еще сущий ребенок.
– Мы уходим! – голосом, не терпящим возражений, припечатал демон, открывая портал. Один взгляд на аэтерна и он без единого звука подхватывает всхлипывающую девушку на руки и скрывается в мареве мерцающего окна. Дэн исчезает вслед за ними, не дав ни слова сказать новоиспеченному родственнику.
Глава 37
Глава 37
Вынырнув из портала, я уткнулся в спину замершего аэтерна. И чего он остолбенел? Краем глаза уловил движение. Глянув туда, чуть не зарычал от досады. Я в своем репертуаре, называется. Второй раз на те же грабли. Опять Тронный Зал! И опять встреча делегации! Об этом мне едва ли не на пальцах пытался пантомимой показать Фазулион, сидя на троне. Я помахал руками, изображая крылья. Друг кивнул и я стукнул себя по лбу. И снова ДРАКОНЫ! Что б их! И чего им в своих пещерах не сидится? Если заведут старую песню о женитьбе, я за себя не ручаюсь!
Я вышел из-за спины Радригирааша и загородил свою Триединую от любопытных глаз, растягивая губы в дежурной улыбке.
– О! Я, как всегда, вовремя! Рад приветствовать столь высокоуважаемых гостей в своем дворце! – помощник Нарольда Сакрад Дар Пенд скрипнул зубами. Задумал навешать лапши на уши Фазулиону в мое отсутствие? Так лучше бы я и дальше отсутствовал, потому как Фазулион таких на раз щелкал по лбу с их "хотелками". А теперь придется мне изворачиваться в дипломатическом словоблудии. Хотя...мы тут случайно и всего-то мимо пробегали! Я попятился за трон, толкая спиной аэтерна в нужном направлении. – Ну, не будем мешать, еще увидимся. Кстати, надеюсь, вы не собираетесь в ближайшую седьмицу возвращаться? – драконы нахмурились. Недоверчивые какие. – Хотел пригласить вас на бал. Клянусь, не пожалеете! – и мы нырнули в потайной проход, скрывающийся в тени трона. – Давай, шевелись пока Фаз в себя не пришел! – хохотнул, следуя за своей уже семьей. Соломия все это время тихонько пряталась в складках плаща Радригирааша, не отсвечивая перед окружающими.
– Ты в другом месте открыть портал не мог? – недовольно прошипел Единый.
– Привязку забыл сменить с прошлого раза. Как-то не до нее было.
Идя быстрым шагом мимо склонившихся слуг по коридорам дворца, ломал голову, куда определить свою семью. Покои, соседствующие с моими, предназначены только для жены и не рассчитаны на еще кого-то. В моих покоях троим будет тесновато. Как же быть? Фаз нужен срочно, а он ящерами занят, как назло. Принесла же их не легкая! Зачем снова явились-то?
– Повелитель! – рявкнул позади нас упомянутый в мыслях друг. – Что происходит? – догнал нас, пристроившись справа от меня и кося глазами на бесформенную фигуру в плаще. Соломию за полами и не видно. Поэтому и получился беременный мужик на тонких ножках. Знал бы Радригирааш, как мои мысли его нарисовали.
– Не здесь, – шикнул я и таки направился к своим покоям. Они пока единственные защищенные от прослушки, подглядывания и много чего еще.
Стоило двери закрыться за нашими спинами, Фаза прорвало:
– Когда ты повзрослеешь, шизи карх!? – в его фиолетовых глазах полыхнул огонь. – Сколько я еще буду за тобой подчищать?
– Больше никогда! – я посмотрел в его глаза, выпрямив спину и заложив руки за спину. Весь мой вид кричал о возвращении истинного Повелителя. Шутки кончились. Советник аж глаза вытаращил, не веря увиденному. – Позволь представить тебе, друг мой, моих Триединую и Триединого, Соломиару Дар'Золарэ и Радриирааша Шии'Кхаа, – глаза демона вообще полезли на лоб, когда аэтерн распахнул полы плаща, являя миру, притаившуюся в их тени, девушку. И едва в обморок не шлепнулся, стоило Единому скинуть капюшон с себя. Хотя, каюсь, в этот момент все взгляды были прикованы к аэтерну. Мы, ведь, с Соломией тоже его до сих пор не лицезрели. Хорош подлец! Белоснежные волосы до самого пояса, сиреневые глаза с золотым изогнутым зрачком, аристократические черты лица. Сразу видно – элита! Не стыдно будет идти рядом и показать народу. Хотя, даже если бы он так и не выглядел, все равно не позволил бы прятаться за плащом. Он – мой Единый и этим все сказано! Мия пристально рассматривала его. Все ее чувства, как на ладони. Я боялся, что она закроется от нас после пережитого потрясения. Как было на Земле, когда она пыталась прятаться за безразличной маской стервы.
От аэтерна шла такая мощная волна Силы, что Фазул грохнулся на колени, не осознавая содеянного. Соломия (она теперь навсегда останется для меня именно Соломией, мягкой и нежной, а не таинственной пропавшей принцессой триар) подошла к Радригираашу и коснулась пальчиками его щеки.
– Ну, здравствуй, мой суженый, – светло улыбнулась ему и перевела взгляд на меня. – И тебе не хворать, демонюка. Так меня обмануть! Смешно было? – о, а я все гадал, когда же она начнет меня мутузить? Дождался, называется! Где там широкая спина Фаза?
Друг издал смешок, проследив за моими метаниями. Затем склонился перед девушкой в почтительном поклоне.
– Почту за честь представиться, раз никто, – укоризненный взгляд на меня, – не соизволил этого сделать. Меня зовут Фазулион Жэр Кулис, советник Повелителя демонов по межрасовым отношениям. И не сердитесь на него, принцесса, – Мия поморщилась от упоминания ее статуса, но руку для поцелуя протянула. – Это я ему посоветовал спрятаться за личиной. Не мог же Повелитель демонов просто так разгуливать. Ему бы и шага ступить не дали. Гости там, балы в его честь и тому подобное. Как бы он Вас искал? Послать кого-то другого на Ваши поиски, мы тоже не могли. Во-первых, это ненужная огласка. Во-вторых, мы не знали, как Вы отреагируете на чужое вмешательство. В-третьих, мы не были уверены, что Вы и есть та самая принцесса. Ну, и, в-четвертых, Дэнарион еще не был окончательно уверен в своем к Вам отношении, – и тут же спохватился. – Вы не подумайте ничего такого! Он был уверен в зародившихся к Вам чувствах, но не знал еще, что Вы – его Триединая. Не понимал, почему его так к Вам тянет. И причиной всего этого была вовсе не Миаранде. Отнюдь!
– А причем здесь Миаранде? – тут же подал голос аэтерн. Его глаза зловеще сверкнули. Фаз передернулся, как от холода.
Я глянул на Мию, дождался ее еле уловимого кивка и заговорил:
– У меня была невеста, – блондин нахмурился. – По крайней мере, я тогда так считал. Никто ведь не доказал обратного.
– Не отвлекайся, – зашипел Единый. Я поднял руки вверх, показывая свое согласие.
– Однако она любила другого, и он вызвал меня на поединок...
– Это был их план по его свержению, – подала голос Мия. На лице Радригирааша мелькнула ехидная усмешка.
– Я этого не знал. Лишь хотел обладать девушкой. И преодолеть все препятствия к ней.
– И ты, естественно, победил?! – тон аэтерна не терпел возражений. Как может его Единый проиграть какому-то зарвавшемуся демону? Я усмехнулся, девушка фыркнула в кулачок, а Фаз вдруг закашлялся.
– Я не мог иначе! – развел руки в стороны и пожал плечами. – Миаранде от горя лишила себя жизни, но я не смог отпустить девушку и не позволил ее душе уйти на перерождение, – я погрузился мыслями в воспоминания и замолчал.
– Душа этой девушки блуждала..., – понукал меня, помахивая ладонью, к дальнейшему рассказу блондин.
– Я гонялся, как дурак, несколько столетий...
– А точнее целое тысячелетие, – встрял раздосадованный Фазулион. На что я только кивнул головой.
– И вот нашел ее в теле Соломии. Но почему-то эта новость меня не обрадовала, а наоборот. Мне не нравилось, что она выбрала именно Соломию, как сосуд. Мия взяла в плен мое сердце с первой же секунды, как взглянула на меня. И в этом взгляде Миаранде была лишней! – в душевном порыве, заключил девичьи ледяные ладошки в свои. Волнуется! Как и я. Все-таки признаваться в чувствах при таком количестве народа – не легко. Чувствуешь себя голым.
– И? Где она сейчас? – на грани реальности (для меня сейчас существовали только глаза моей ЖЕНЫ) вопросил аэтерн, возвращая нас с небес на землю.
– Кхетхе запечатал ее внутри меня, – посмотрела Мия на него, не пытаясь освободить свои руки их моих.
– Можно взглянуть? – заглядывая в ее глаза, спросил Единый. Она сглотнула и кивнула, давая согласие. Хоть и не понимала, на что соглашается. Блондин перехватил ее ладошки в свои. Пришлось отпустить. И уставился немигающим взглядом, казалось, в самую глубину Мии. Мы с Фазулом затаили дыхание. Сейчас творится то, чего ни разу не видел никто. Все, кто был этому свидетелем ранее, больше не могли поделиться секретом. Поэтому Фазулион старался слиться в обстановкой, чтобы о нем ненароком не вспомнили. Свидетели, как известно во всех Мирах, долго не живут.
Меж тем глаза аэтерна разгорались разлившимся золотом зрачка все сильнее.
– Тебе все еще нужна душа этой демоницы? – уточнил он меня загробным голосом. Я замотал головой. Хлопнул себя по лбу за непонятливость – он же меня не видит! – и лаконично ответил уже вслух:
– Нет!
– Это хорошо, – зловеще улыбнулся своим мыслям блондин. Фаз чуть не поперхнулся воздухом от испуга. Зажал рот двумя руками, чтобы не издать лишнего звука.
– Ну, ч-ш-што, дорогуш-ш-ша, погов-ф-форим? – казалось, сейчас изо рта аэтерна покажется раздвоенный язык. Надо, кстати, проверить! – К-х-хак-х-х ты пос-с-смела пос-с-селитьс-с-ся в теле моей Единой? – шипение пробиралось под кожу, вызывая липкий холодный пот и тучу мерзких мурашек. Словно, вживлялось в тебя.
Соломиа застонала, морщась, но не сдвинулась с месте, пригвожденная взглядом Единого. Я, конечно, беспокоился о ней. Но и понимал, что он не сделает ей ничего плохого. Беспокоило больше, насколько сильно слилась Миаранде с телом. Прошедшие судороги по телу девушки, сжали сердце в плохом предчувствии.
– Что ж-ш-ш ты, – оскалился Радригирааш, – ис-с-спугалас-с-сь? Как только с-с-соперник с-с-сильнее, так ты в-ф-ф кус-с-сты? Выс-с-скаж-ш-ши мне в-фс-се, ч-ш-што на душ-ш-ше накопилос-с-сь, – подначивал он. Воздух вокруг моих Единых поплыл мутной дымкой. Соломию окутало белесым туманом, в котором проглядывал облик демоницы, искаженный в злобной гримасе.
– Это мое тело! – рыкнула Миранде в бесплодной попытке избавиться от контроля моего Единого. Аэтерны тем и хороши, что одним лишь взглядом они в состоянии взять твою душу под полный контроль. И ты ничего не сможешь им противопоставить. Если же ты попал в немилость к аэтерну, пиши пропало. Сейчас был именно тот случай. Радригирааш – сильнейший из аэтернов люто ненавидел одну демоницу. Она не только вскружила голову его Единому, но и заняла не то тело. Короче, везде была не к месту.
– Тв-ф-фое тело дав-ф-фно с-с-сгнило, – шипение приобрело еще более леденящие нотки. Душа Миаранде белым облаком соткалась над Соломией, цепляясь лишь тоненькой ниточкой. Демоница тихонько скулила, Соломия протяжно стонала. Словно из нее вынимали собственную душу. – Либо ты покинеш-ш-шь ее добров-ф-фольно, и я отпущ-шш-шу тебя с-с-с миром, либо ты с-с-станеш-ш-шь моей рабыней нав-ф-феч-ш-шно. В-ф-фыбор з-с-са тобой, демониц-с-са! – выплюнул Радригирааш в конце, полыхнув тьмой в глазах. Терпение аэтерна подходило к концу. Он не любил подчинять себе души, но мог сделать исключение ради своих близких.
Магический фон в комнате начал зашкаливать. Фазулион упал на колени, обхватив голову руками. Я сел рядом с ним и закрыл его щитом. Меня Сила аэтерна не трогала, значит и через щит не пройдет, посчитав его своим. Так и случилось. Фаз облегченно выдохнул и уткнулся лбом в мое плечо.
– Потерпи еще немного. Думаю, скоро все закончится, – по-дружески похлопал его по спине.
– У-гум, – промычал друг, все еще тяжело дыша. Я же старался ни на секунду не выпустить Единых из поля зрения.
– НЕ ОТДАМ! – заверещала демоница и попыталась окутать Соломию собой, но не смогла сдвинуться с места, словно ее что-то держало. Душу корежило от злобы и бессилия. – Я столько ждала, чтобы отомстить! – выла она.
– Кому и з-с-са ч-ш-што? В-ф-федь это ТЫ вс-с-се з-с-сатеяла. ТЫ угов-ф-форила с-св-ф-фоего любов-ф-фника кинуть в-ф-фыз-с-сов-ф-ф Пов-ф-фелителю. ТЫ строила глаз-с-ски Пов-ф-фелителю, ч-ш-штобы он обратил в-ф-фнимание на тебя. А, в-ф-фоз-с-смож-ш-шно, даже опоила обиох-х-х?! Х-х-хотелос-с-сь в-ф-флас-с-ств-ф-фов-ф-фать единолично, ус-с-садив-ф-ф на трон марионетку? Только с-с-с Пов-ф-фелителем у тебя в-ф-фс-се рав-ф-фно нич-ш-шего не в-ф-фыш-ш-шло. Он уже был с-с-св-ф-фяз-с-сан уз-с-сами. Ты не з-с-снаеш-ш-шь, ч-ш-што быв-ф-фает с-с-с теми, к-х-хто пос-с-сягает на ч-ш-шуж-ш-шое? С-с-сила Единых-х-х объединяетс-с-ся и бьет по наруш-ш-шителю. Поэтому ты либо с-с-сама уходиш-ш-шь на перерож-ш-шдение, либо я отпус-с-скаю, бес-с-снующ-ш-шуюс-с-ся в нас-с-с, С-с-силу. Я до с-с-сего момента не мог понять прич-ш-шин такого ее пов-ф-федения и с-с-сдерживал ее. Теперь ж-ш-ше прос-с-сто отпущ-ш-шу пов-ф-фодок и она выжж-ш-шет тебя из-с-снутри С-с-соломии, как лиш-ш-шний элемент. Безв-ф-фоз-с-св-ф-фратно! Мне рабыня ни к ч-ш-шему! – вот откуда в нем столько Силы! В нем, как в самом опытном и старшем, сконцентрировалась вся НАША Сила и приготовилась к атаке. Насколько же он силен, чтобы сдерживать настолько долго такую мощь?
– Я тебе не верю, чертов аэтерн! Я прекрасно владела ее телом и сознанием до его появления, – призрачная демоница оскалилась на меня. – А сейчас ты просто пытаешься меня запугать, чтобы освободить свою Единую. НЕ ПОЛУЧИТЕ ВЫ ЕЕ! Она сдохнет вместе со мной! Она – его слабое место и я без раздумий ударю по нему. Я все равно отомщу! Эта месть слаще какой-либо другой! – призрак захохотал так, что уши заложило. Но мы терпели. Мы верили, что аэтерн справится. Только он и справится.
– Ч-ш-што ж-ш-ш, ты с-с-сделала с-с-св-ф-фой в-ф-фыбор, – выдохнул аэтерн, капельки пота покрыли его виски, и раскинул руки, выплескивая Силу Триединых. Казалось, вырвавшись, она должна была снести Соломию со своего пути, как снежинку порывом ветра. Однако Сила,словно, в Черную дыру, всосалась в грудь девушки, чтобы через мгновение ударить всей своей мощью по нависающей сверху призрачной, ухмыляющейся и ни на грош не верящей аэтерну, Миаранде. Луч яркого света, выжигая ниточку, соединяющую призрака с телом живого человека, пронзил потустороннюю душу, разрывая на мельчайшие кусочки. Не долетая до пола обрывки вспыхивали и сгорали без следа. А в ушах присутствующих до последнего мига стоял отчаянный визг умирающей души. Навсегда!
Соломия и аэтерн, как подкошенные, осели на пол. Радригирааш только и смог, что подставить свою руку ей под голову, дабы не разбила об пол. Блондин хоть и оказался без сил, но в сознании. Девушка же потеряла сознание еще на начальных стадиях разборок, разрываемая изнутри на части. А теперь еще и Силы потеряла.
Когда давление Силы оборвалось, я сел на задницу, опершись за спиной руками в пол и откинув голову назад. Фазул же развалился на ковре, раскинув руки на манер крыльев, и тупо смотрел в белый потолок, покрытый золотой лепниной.
– Странно, что он не пострадал, – вдруг выдал он умную мысль. А ведь верно! Луч Силы был приличный и мощи невиданной, а дальше призрака не пошел. Как так?
– Ее целью была только Миаранде. Сила уловила отрицательные колебания по отношению к своему носителю и просто озверела, – на грани слышимости шептал Радригирааш. Казалось, он просто шевелит губами и не издает ни единого звука, так тихо говорил.
– М-м-м-м, – застонала Мия, приходя в сознание. Веки девушки затрепетали, руки скользнули к вискам. – Кто меня огрел по голове дубиной? – прохрипел ее голос в тишине комнаты. Фазул сначала хихикнул, а потом захлебнулся хохотом. – А-а-а, идиот! – Соломия зажала уши, скривившись.
– Я жив! – воскликнул веселящийся демон.
– Не на долго! – прорычала девушка и поползла к нему с убийственными намерениями. Взгляд уж точно не обещал Фазулу ничего хорошего. Через пару перемещений ее перехватила рука аэтерна и притянула к мужскому телу.
