Текст книги "Моя судьба (СИ)"
Автор книги: Оксана Ильина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 18 страниц)
– Сразу, как увидел, – ухмыльнулся Эл в лицо дракона, не вдаваясь в подробности того, что он уже знал, кого ищет.
*Ирид – не более полуметра тощие, как щепки, существа. По сути, они и есть древовидные с копной растительности на головах. Чем пышнее корона, или крона, тем значимее и зажиточнее в своих кругах ирид. Занимаются торговлей целебных и редких трав, пряностей. Не смотря на свой внешний хрупкий вид, довольны проворны и умелы в использовании, как холодного оружия, так и луков.
**Аргейл – комплекцией напоминают медведя. Ростом под два – два с половиной метра, головы обычно бреют наголо. Занимаются разведением, как крупного рогатого скота, так и редкими породами горгов, напоминающих нашу лошадь, только с парой винтовых рог и длинным хвостом с острым наконечником вместо кисточки.
Глава 25
Глава 25
Соломия
– Ну, что ж! – вскочила я со своего пыточного аппарата, в данных краях по ошибке называемого кроватью. Эх, где мой любимый мягкий диванчик? Чувствую после первой же ночки на данном куске доски (матрасик даже в расчет не берется. Две сшитые между собой тряпочки с тоненьким слоем какого-то наполнения, разве можно считать матрацем? Не могли хотя бы соломки туда побольше накидать?!) мои почки с поясницей мне будут красноречиво рассказывать о спартанских условиях проживания. Ну, а я в свою очередь постараюсь донести до этих извергов их жалобы! – Пора бы, наверно, познакомиться с этим Филей-простофилей! – провозгласила я, предвкушающе улыбаясь и потирая онемевшее мягкое место. Твердо, однако! Надо что-то срочно придумать для своего комфорта. Я все-таки девочка нежная...как оказалось! Хотя раньше никогда так о себе не думала. – Кстати, а кто у него в Хозяйвах? А то еще схлопочу ни за что от возмущенного несправедливостью наказания Хозяина.
Дедушка хохотнул и хлопнул меня по плечу (я естественно после такой "ласки" поцеловалась с полом).
-ДЕД! – заорал Кхетхе, отгораживая меня от своего родственника спиной и помогая мне подняться на ноги. – Она же девушка! И она не келпийка, а всего лишь человек...
– Где ты видишь человека? – загремел дед, в его глазах клубился черный дым ненависти.
– Вернее, она всю свою сознательную жизнь считала себя человеком, – пробормотал мой келпи. Взгляд деда просто вбуравился в меня. Я это прямо-таки почувствовала – по телу пробежало стадо, а вернее, несколько десятков стад мурашек, заставляя меня с отвращением содрогнуться от "приятных" ощущений.
– А что, какие-то проблемы? – выпятила я грудь и уперлась ею же в живот келпи-переростка. Совсем некстати вспомнилась басня Крылова "Слон и Моська", и все внутренности скрутило от еле сдерживаемого смеха. Мне, почему-то, совсем не было страшно при виде мрачной физиономии дедули.
– Просто люди немного неадекватно реагировали всегда на келпи и все время пытались нас заарканить, чтобы оседлать, – обнял меня за плечи Кхетхе и грустно вздохнул.
– Я бы тоже не против, – съязвила я и красноречиво обвела взглядом фигуру дедушки. Он нервно дернул веком и отпрянул от меня. То ему, видите-ли, пани-братничать захотелось со мной хрупкой, то люди ему не угодили. Не далеко же он ушел от Фили, а хорохорился тут! Даже обидно стало, что не он со своим внуком спорил.
Кхетхе хмыкнул в кулак и посмотрел на деда озорными глазками, всем своим видом говоря: "Не буди лихо, пока оно тихо!". Дед переводил с него на меня ошалелый взгляд, после чего от души расхохотался.
– Вы друг друга стоите! А я все думал, в кого ты такой уродился?! Язва, – по-доброму приобнял он своего внука за плечи. – Оказывается, есть в кого. Теперь я понимаю, почему Кхетхе был уверен, что ты вернешься, и не уходил в Пустошь после разрыва связи. Связь для нас – это святое. Ее разрыв означает бесчестие или смерть одного из связанных. Если это связано с Хозяином, то келпи сразу после разрыва уходит в Пустошь. А если – с келпи, бывший Хозяин клеймится и больше ни один келпи не будет его Защитником. Это влечет за собой кучу неприятностей для клейменного. В вашем случае все сразу подумали на твою смерть. А он уперся: "Она жива!" и все тут, – видя мою не исчезающую воинственность, которая даже и думала растворяться под толщей замаскированной лести, дед подошел ко мне и взял мои ладошки в свои лапищи. – Не сердись на меня старика. Не так просто искоренить из души ненависть, – подумав, все-таки решился на откровенность. – Люди извели мою пару, – с тяжким вздохом выдал он. Вот как после этих слов на него сердиться? В пору обнять и поплакать на его плече, утешая и кляня себя на чем свет стоит за то, что разбередила старую рану.
– Погоди-ка, деда, о какой-такой паре ты говоришь? – вытаращился на него Кхетхе. – Ведь у тебя была только бабушка?!
Вот неразумное дитя! Неужели, не могло быть кого-нибудь ДО бабушки?! НАИВНЯК полный.
– Я сказал ПАРУ. А твоя бабушка была выбрана моими родителями для продолжения рода уже позже. Я был единственным наследником в нашем табуне и в мои обязанности входило думать не только о своем разбитом сердце. Вернее, о нем как раз я и не должен был думать. Перед моим отцом встал вопрос будушего табуна, если я уйду вслед за своей парой. Поэтому он и обратился к моему Хозяину с просьбой, не допустить моего ухода, – мы слушали, разинув рты. Похоже, Кхетхе узнал о своем дедуле много нового и познавательного. – Хозяин поставил на моей памяти заглушающий эмоции блок. Со временем, конечно, он его ослабил, но окончательно снимать не стал. Пара для нас равнозначна связи с Хозяином. Если не сильнее, – вздох получился настолько душераздирающим, что у меня сердце облилось кровью. Зачем, скажите на милость, так мучить? Хозяин-изверг испугался клейма? Да, и папаша не лучше. Не мог себе еще наследничков наклепать, а этого оставить в покое?! Нет! Я на его месте точно так же бы поступила. А может и нет?! Просто у меня мотивы совсем другие: он за свой табун переживал больше, чем за сына, а я бы ради своего ребенка Землю наизнанку вывернула, но никуда не отпустила. Как же все сложно! Мое восприятие Мира совсем другое. Я воспитывалась в другой среде и совсем не понимаю такого варварства. Но, если вдуматься, то и у нас было немало подобных ситуаций, когда несмотря на любовь к другому, отдавали замуж и женили на выбранных родителями. Правда, у нас нет такого понятия, как ПАРА. Насколько было бы проще жить – слово "измена" забыли бы, как страшный сон.
Бедная бабушка Кхетхе. Не представляю, сколько терпения и нервов ей стоила такая жизнь с нелюбящим и абсолютно равнодушным мужчиной. Я бы, наверно, повесилась. Выть каждую ночь в подушку после того, как тебя использовали в роли осеменительной кобылки (как в прямом, так и в переносном смысле) – БРРР! Врагу не пожелаешь.
– А я всегда думал, что вы и есть пара друг другу. Вы так любите друг друга, что все завидуют! – воскликнул келпеныш. Видимо, неприятно царапнули его слова деда о насильно выбранной невесте. Аж побагровел весь от возмущения и обиды. Дед на него посмотрел исподлобья и промолчал. Довольно красноречив был его взгляд. И дураку понятно, что как не любил он ее, так и до сих пор не любит. Заботится – ДА, на глазах у родных, друзей и знакомых создает видимость счастливой пары – ДА, но не более.
Так, пора переключать разговор на более миролюбивую тему, а то вон у моего Защитника скоро пар из ушей повалит, а из ноздрей – огонь. Кажется, я уже вижу вылетающие из него искорки. А, может, пусть пар выпустит?! Мне после этого новую комнату выделят! Более комфортабельную. Что-то это эгоизмом отдает, а я никогда ею не была. Значит, объявляем брэйк и встрамляем свой нос. А вот этот факт кого-то мне напоминает! Ну, конечно же, мою любимую мамочку. Как я по ним скучаю, кто бы знал. От воспоминаний у меня на глаза стали наворачиваться слезы, что и привлекло внимание мужчин. От вида женских слез любой мужик становится похож на пластилин – лепи из него в этот момент, что хочешь. И он сделает ради тебя все, лишь бы ты не плакала. Так и эти двое себя повели – их лица вытянулись, взгляд принял испуганное выражение, руки затряслись.
– Госпожа, что произошло? Что такое? – забегал вокруг меня Кхетхе, боясь прикоснуться и еще больше расстроить.
– Прости меня дурака, девонька, расстроил я тебя совсем, а пришел обрадовать, – почесал затылок дед, виновато заглядывая в мои глаза.
– Ч-чем об-брадовать? – через всхлипы спросила у него.
– Ну-у, тебя там, – кивнул он в сторону двери, – твой второй Защитник дожидается. Взглянуть не хочешь? – видя перемены в моих эмоциях и разгорающийся блеск любопытства, озорно закончил дедуля.
– Конечно, хочу! Мне давно хочется взглянуть, как его магия обозначила! – шмыгнула я носом и смачно высморкалась в протянутый Кхетхе платок.
– Вот и ладненько, – обрадовался дед и приглашающе протянул руку к двери. – Дамы вперед! – я выпрямила спину, расправила плечи и прошествовала мимо внимательно за мной наблюдающих мужчин. Я – королева и не меньше! Дед крякнул довольный моим поведением, Кхетхе тоже принял гордый вид и пристроился позади меня.
Дверь вдруг сама собой открылась и передо мной возникла морда черного дракончика, каких изображают на китайских праздниках: узкая удлиненная морда со сверкающими фосфорисцирующим светом насыщенно-синими глазами и длинными изогнутыми рогами, змееподобное не более четырех метров тело закручивалось в кольца, а кисточка на конце хвоста металась из стороны в сторону от нетерпения. Но самое примечательное – это такой же знак, как и у меня на груди, у него на лбу. Я удивленно посмотрела на Кхетхе и обнаружила такой же знак и у него на груди. Точь-в-точь на том же месте, где и мой. Келпи специально расстегнул пару пуговичек, чтобы продемонстрировать метку мне.
– А-а-а почему у него на лбу? – по-моему, так даже красивее! На драконе прикольно смотрится.
– Чтобы виднее было всем, – оскалился Кхетхе в ехидстве, а дракон заколотил хвостом с удвоенной силой и зло сверкнул глазами.
– И почему он дракон, а ты – келпи? – мне до безумия хотелось погладить это чудо.
– Я контролирую озера, а он – реки. Мне сложнее передвигаться по мелким речушкам с каменистым дном.
– А почему он в ипостаси дракона? – вспоминаем детство и превращаемся в Почемучку, но ведь интересно же было бы посмотреть на его человеческий вид. Думаю, еще тот женский сердцеед.
– Пока на нем твоя метка, то есть пока ты не решишь, что он сполна выплатил тебе за нанесенное недоверием оскорбление, не сможет перевоплотиться, – веселился Кхетхе. Мне от этого было как-то не по себе. Почему-то вдруг стало жалко этого бестолкового и напыщенного ребенка. Даже сейчас весь его вид говорил, что он не смирился с наказанием и презрительно посматривал на меня. Так значит?! Я его тут, видите ли, жалею, а он выражает свое ФИ? Так и захотелось сказать:
– Он его смоет только КРОВЬЮ!
Похоже, эти слова проскользили неоновыми буквами у меня в глазах, потому что с дракончика вся его спесь моментально слетела, словно кто-то невидимый смыл ее водой. Знак же засверкал так ярко, заставляя Филю взвыть и склониться передо мной.
– Все еще не понял, что проиграл и теперь остается только покориться воле победителя? – прогремел над моим ухом дедуля. – Филий, Филий! – покачал он печально головой. – Но думаю, теперь ты попал в надежные руки, – мужик криво ухмыльнулся, покосившись на меня, и довольный пошел по своим делам.
Я проследила за, удаляющимся и посвистывающим веселый мотивчик, дедулей и взглянула на, с подозрением за мной наблюдающим, Филю.
– И что мне с тобой делать, прикажешь? До ужаса не люблю с кем-либо выяснять отношения, а тут ты со своими выбриками. Айщ! – с психу взъерошила свои волосы и со злостью уставилась на драконыша. – И чего тебе мирно не жилось? А я вот теперь расхлебывай. Кхетхе, – келпи тут же нарисовался передо мной в своем лошадином облике, чем меня несказанно удивил. Я даже забыла, что хотела спросить, – ты чего это уже первоплотился?
"Нам так легче передвигаться по улицам городка", – отмахнулся Кхетхе. – "Ты что-то спросить хотела", – напомнил он мне, снова метнувшись ко мне за спину. Либо боится дракончика, либо предчувствует развлекаловку и занял самые лучшие места в портере.
– Ах, да! Вообще-то, я хотела сказать, что не умею ездить ни на лошадях, ни, тем более, на драконах, – рассматривала я этого самого дракончика и прикидывала, а куда же собственно на него седло крепят?! Он же абсолютно гладкий, даже зацепиться не за что, чтобы оно не съехало при езде. Видимо, мой изучающий взгляд совсем не понравился Филию, заставив его от меня шарахнуться подальше. – И далеко ты собрался? Я еще не все оценила. Как думаешь, – повернула чуть вбок голову, обращаясь к келпи, а взгляд мой так и прожигал дырку в драконе, – сколько мы сможем заработать, арендуя его всем желающим в качестве ездового средства передвижения? Я вот подумываю открыть у вас контору по найму ездовых демонов, – Кхетхе у меня за спиной всхлипнул и уткнулся в мой затылок носом, усиленно сопя. Надеюсь, не слезы с соплями утирает.
Глава 26
Глава 26
Алмариар Дар'Золарэ
Я метался по своим шикарным покоям и не замечал ничего и никого вокруг. Меня беспокоило сообщение Игларисена и тишина от Радрасена. Почему до сих пор нет никаких вестей? Где его носит, демоны его раздери! Стук в дверь застал меня уже находящегося в состоянии кипения и наматывающего сотый круг по гостиной.
– Да? – рявкнул я чуть ли не на весь дворец.
– Отец?! – опешил от моего поведения Виктрериар. – Что-то случилось? Почему ты такой взвинченный? – его глаза неотступно следили за каждым моим движением. Пришлось задержать дыхание и взять себя в руки.
– Ничего особенного, дела государственные, – отмахнулся я и улыбнулся сыну, – не забивай голову ерундой, – обнял его за плечи и повел к дивану. – Что тебя привело ко мне, Вик?
Парень тепло мне улыбнулся в ответ и спрятал глаза, наклонив голову. Как бы он не скрывал от меня свое смущение, покрасневшие щеки и шея выдали его с головой. Неужели влюбился? Не может этого быть! В кого? И когда успел-то?
"Держи себя в руках, иначе спугнешь Мальца и придется узнавать о его тайнах через шпионов, а не напрямую. Хоть он и не родной мне сын, но я всегда считал близнецов своей кровинкой и так же относился к ним. После того, как унесли дочь, я отдал всю свою любовь сыновьям Эриниэль. И для меня честь, что Виктрериар пришел поведать свою новость мне прежде, чем своему настоящему отцу. Поэтому надо быть терпеливым!" – делал себе установку, но как-то не сильно помогало. Меня так и подмывало, вскочить и встряхнуть его, чтобы не тянул келпи за хвост, а быстрее рассказывал.
– Пап, а ты в маму сразу влюбился? – прошептал смущенный Вик и поднял на меня растерянный взгляд. В его глазах плескалась такая тоска вперемежку с безграничной любовью, что заставило мое сердце болезненно сжаться.
Хм, и как это понимать? Он нашел свою Триединую? Так радоваться надо, а он в смятении. Кто стал твоей половинкой, сынок? Естественно, этот вопрос я задавать не собирался, пока не разберусь в ситуации.
– Впервые я увидел ее на ярмарке невест, – откинувшись на спинку дивана, закинул руки за голову и уплыл мыслями в далекое прошлое. – Там было столько девушек, что мои глаза разбегались и дух захватывало от их красоты. Но ни на одну из них мой кешер не откликался. Я проходил словно по безлюдным улочкам, ничего не ощущая от амулета. Сплошная тишина и пустота. Уже думал, что и в этот раз останусь пустышкой. Пятый раз подряд! Отец перед походом на ярмарку сказал, что, если и сегодня ничего не получится, придется идти в другие Миры на поиски, – я полностью ушел в воспоминания, забыв и о своем помощнике, и об Игларисене. – А потом меня словно посадили в жерло вулкана, словно окатили кипятком с ног до головы и начали тянуть душу наружу. Кешер накалился и выстрелил сияющим кровавым лучом в девушку, притулившуюся в самом конце девичьей очереди. Она сильно смущалась и затравленно косилась на своих высокородных соседок, которые шипели на нее не хуже змей. Луч, ударивший в ее кешер, заставил девушку охнуть, сделать пару шагов назад и упасть на попку. Ее глаза в тот момент напоминали два темно-синих бездонных омута, в которые затянуло мою душу моментально и навсегда. Это была любовь с первого взгляда и с первого вздоха, – даже сам не заметил, как мое лицо украсила нежная и сияющая улыбка. Да, Эриниэль действительно стала лучиком света в моей жизни. А потом появились близняшки и через некоторое время моя крошка. К ней всегда все тянулись, но близнецы ревниво охраняли ее ото всех. Это воспоминание заставило нахмурить лоб и исчезнуть светлому чувству с моего лица, но Вик, похоже. этого не заметил, уйдя в свои мысли.
– Так зачем ты меня об этом спрашивал? Только не говори, что через столько столетий вдруг заинтересовался отношениями своих родителей, – ухмыльнулся я, закрываясь от нахлынувшей горечи воспоминаний.
– Эм,...тут такое дело, – что-то во взгляде сына мне не понравилось, но пока не мог разобрать, что?! Его глаза ни на чем не могли удержаться более пары секунд, прыгая по комнате, словно взбудораженный заер, – понимаешь, – руки парня нервно и бесперестанку комкали полу рубахи. Я все больше мрачнел. Одна очень нехорошая догадка начала грызть меня изнутри. Надеюсь, это не то, о чем я думаю! Только не это! Нет! Точно не оно! Кажется, я себя просто накрутил после появления Игларисена. Да, именно так все и есть. Успокойся, дурень! Мальчишка просто влюбился и теперь не знает, как в этом признаться девушке. А, может, проблема в родственниках девушки?! Я перевел взгляд на сына и аккуратно обнял его за плечи.
– Что у тебя случилось-то? – мягко, по-отечески похлопав его по плечу, спросил у Вика. – Кто она? – парень тут же вскинулся, удивленно взглянул на меня.
– Откуда ты знаешь?
Я пожал плечами и усмехнулся.
– Я ничего не знаю. Всего лишь предположил. Ничего сверхестественного, логические выводы, сделанные согласно твоему поведению, – пояснил я, хитро улыбаясь сыну. – Так, кто она?
– Самая замечательная девушка на свете, пап. Она ни с кем ранее мною известных не сравнится. Вернее, ее даже сравнивать не стоит. Она намного выше всех, как по красоте, так и по характеру. Умная, душевная, нежная, – Вик сиял от счастья.
– А рад за тебя сынок, действительно рад, – взлохматил я его блондинистую шевелюру.– – И когда я увижу ее в нашем доме? – забросил я удочку, затаив дыхание. Только бы это было не то, о чем заполошно стучит предупреждая мое сердце.
– Не думаю, что в ближайшее время. Ладно, я наверное пойду, не буду тебе мешать, решать твои дела государственные, – поднялся Вик с софы и виновато улыбнулся. – Увидимся за обедом.
– Ага, давай, – не стал я давить на Мальца, захочет сам все поведает. Как же они не похожи с Трером. Тот более жесткий и целеустремленный, пойдет по трупам, чтобы достичь своей цели. Вик же мягкий, добрый, временами строгий и требовательный, но больше справедливый. Вот только брат все же имеет немалый вес в его суждениях. Думаю, сказывается кровь сэйша. Хотя Вик больше похож на мать, чем на отца по характеру, а вот Трер – характером весь в отца. Кровь истинного воина так и бурлит в нем. Да и обычаи сэйш ему ближе триарских. Это стало видно сразу же после рождения Соломияры. То, с каким ожесточением Трер на пару с братом, подбиваемым им же на это, не подпускал никого к новорожденной, натолкнуло меня сначала на подозрения, а потом и переросло в уверенность – скорпии выбрали себе пару! Нужно было срочно что-то делать, медлить нельзя. И я обратился за помощью к своим друзьям. Спрятать ее надо было так, чтобы по триарской связи ее не смогли найти. А это означало только одно – требовалось запечатать в ней триару. Но как это сделать, я не знал? Ведь сильнее триар нет никого. На ступень ниже по Силе идут демоны и ... (о них даже в мыслях упоминать не стоит сейчас. Потому как их остались считанные единицы после той войны, которая и началась из-за меня. Вернее, из-за того, что я не зачистил остаточный след магии демонов. Не успел. Это все в прошлом. Сейчас нужно думать о будущем, а оно слишком шатко.) еще одна раса, которые и стали моими помощниками в этом деле с одним условием, что их наследники станут в последствии ее мужьями. Тем более при связке моей девочки с их Силой, была обнаружена полнейшее соответствие. И я согласился. Это было выгодно, как по политическим соображениям, так и по этическим. Иметь таких зятьев ни один отец не отказался бы.
* * *
Соломия
– Ну, что ж, господа хорошие, раз я у вас в гостях, думаю стоит устроить экскурсию по памятным местам, так сказать! – воскликнула я, когда немного усмирила пыл моего нового Защитничка. Дракон притих и только кидал в мою сторону злобные взгляды. Вот только сделать мне ничего не может, клятва не позволяет. ХИ-ХИ! Чувствую, если бы не их спор, пришлось бы мне с ним выяснять отношения после таких взглядов. Уж я бы не стерпела к себе такого пренебрежительного отношения! А теперь хожу и сверкаю довольной мордашкой, как лампочка Ильича, на зло Фильке.
Подойдя к подозрительно на меня смотрящему Филию, я двумя пальчиками почесала у него под подбородком и ехидненько так сказала:
– Уси-пуси, какая Лапуля! – Кхетхе до боли сжал губы, покраснел, как помидор, сдерживая смех, и с силой втянул в себя воздух. У Дракона же от ярости задрожала верхняя губа. – Хочешь показать мне свои зубки? Так я только ЗА! Говорят зубы дракона у целителей ценятся на вес золота, – мечтательно прошептала я, смотря в небо. – А мне золотишко не помешает, – мой келпи резко крутанулся и скрылся в выделенном мне домике, там что-то громыхнуло. Под кровать что ли залез?
Филя начинал смотреть на меня со смесью страха и ... уважения. Он прищурился и с нескрываемым интересом рассматривал меня, словно оценивая.
– Ну, и? Достопримечательности мне кто-нибудь показывать будет? Или я так и останусь голодная без постоянного места жительства?
Дракон фыркнул и отвернулся от меня, демонстрируя свою филейную часть и хвост, мечущийся из стороны в сторону. Моя кошка так всегда делала, когда нервничала. А у меня руки в этот момент так и чесались, ухватить за него. Ну, прям маленький котенок, которому хочется схватить белый бантик, мельтешащий перед его мордочкой. Не будем себя ущемлять! Филя сам виноват. А нечего передо мной размахивать такой необычной вещицей, которую хочется рассмотреть поближе. Вот я и поймала его хвост на подлете к моим ногам. Вернее, я на него наступила, пытаясь не упустить. Естественно дракон взвыл, как ненормальный, и рванул вперед, опрокидывая меня (я ведь все еще стояла на кончике его хвоста)навзничь.
– О-о-о-у-у, – взвыла я не хуже Фили.
– Что случилось? – вылетел из моего домика Кхетхе и замер, смотря на наш местами помятый и подвывающий дует. Я попыталась прояснить ситуацию и добилась нового приступа хохота со стороны всех окруживших нас келпи. Почему-то здесь присутствовали только келпи, а где родственники Фили?!
– Девочка, с тобой не соскучишься! – громыхнул над моей головой голос дедули. – Наступить на хвост драку...А-ХА-ХА! Вот это ты учудила! Ты теперь за него замуж пойти должна по нашим законам, – хохотал дед.
– ЧЕГО-О-О? – завопила я, продолжая сидеть на отбитой пятой точке и переводя взгляд на Филю. Его глаза были отражением моих. Он явно тоже был против такого предложения.
– Не переживай, сыграем свадебку быстро и будете дальше миловаться друг с другом, но уже на законных основаниях, – продолжал прикалываться дедуля. Дракончик с такой силой шибанул по брусчатке у ног деда Кхетхе, что меня подбросило на добрых пол-метра. Понимаю его чувства! Я встала рядом с Филей и окрысилась на дедулю-келпи.
– Ты смотри, как спелись сразу! – захохотал еще пуще мужик, хлопая себя по бедрам и тыкая в нас пальцем. Мы с дракончиком покосились друг на друга и снова вперились злющими взглядами в противника.
– Ты ему скручиваешь ноги хвостом, а я оседлаю его, – проговорила я Филе, но так, чтобы и дедуля слышал. Не одному же ему веселиться. Я тоже умею шутить. До желудочных колик противника. Гр-р-р! Что высветилось в моих глазах, не знаю, но при взгляде на меня, дедуле расхотилось надо мной дальше прикалываться и он шарахнулся, только пятки и засверкали. – Кто-то еще хочет меня замуж выдать? – прорычала я. Наше окружение испарилось в мгновение ока, не издав больше ни звука.
«Тепер-рь я понимаю, чем так гор-рдился Кхетхе в твоем лице», – раздалось задумчивое восклицание немного рычаще-вибрирующим голосом в моей голове. Посмотрела на Филю, он лежал брюхом на земле и упирался подбородком в подставленную под голову лапу. Смотрелось весьма забавно.
– А ты чего это вылегся, муженек? – эх, чувствую, меня понесло, как... не будем уточнять, как кого и чем. Но меня взвинтили так, что успокоюсь я теперь не скоро, поэтому перепадет всем! Последовавший после моих слов непередаваемый драконий лексикон, заставил заслушаться и достать блокнотик, чтобы по-быстрому записать на будущее. Заметив мои манипуляции, Драк замер. – Ты не останавливайся, продолжай! Я записываю! – Кхетхе уже валялся в моих ногах. Ему было лень даже прятаться, чтобы еще больше не злить Филю. Нет, даже не так! У него просто не было сил добраться до укрытия.
Глава 27
Глава 27
Дэнарион
Я сидел перед костром и думал о Соломие. Как она там? Все ли у нее в порядке? Не активизировалась ли Миаранде?
– Ты, правда, ничего не помнишь? Ну, хоть какую-нибудь примету, может заметил? – сквозь пелену моих мыслей пробился до меня допрос младшенького эльфеныша Элом.
– Говорю же тебе, у меня все перед глазами расплывалось! – взревел взбешенный Цесар. – Да и под капюшоном ничего бы я не смог рассмотреть при всем желании, кроме разве что сверкающих фиолетовыми искрами глаз. Хм, – задумался он на минуту, – а зрачки...хотя, скорее всего мне просто показалось, – отмахнулся мальчишка.
– А что там с его зрачками? – вклинился в разговор, до сих пор насмешливо наблюдавший за братьями, Нарольд.
– Ну-у-у, они были необычной формы, – Цесарион пальцами нарисовал в воздухе, смотрящие друг на друга полумесяцы, – словно подковы, что ли?!
Что-то в моем мозгу все время ускользало, не давая возможности вспомнить о чем-то важном.
– И цвета необычного...расплавленного золота, – задумался Цесар на мгновение, а затем вскочил и вскинул голову. – Точно! – ткнул пальцем в небо, которое окрасилось темными фиолетовыми тенями, а из-за горизонта всходил, гордо смотря на Ассер и сияя золотым бочком, молодой Жартемь. – Точь-в-точь!
Я мысленно обвел круг вокруг ночного светила и сделал его копию, представляя глаза незнакомца. От осознания увиденного мои глаза увеличивались в размере. О, нет! Только не это! Неужели, кто-то из них выбрался из заточения?
Бросил взгляд на парней и понял, что они в таком же ступоре. Шок на их лицах мгновенно сменялся страхом, потом гневом и снова страхом, уже скорее всего за Мию. Только Цесар непонимающе хлопал глазами.
– Вы чего? Знаете его, да? – заглянул он в лицо своему брату. Тот вскочил, словно его кто укусил, и рявкнул:
– Не знаю и знать не хочу! – развернулся и ушел в темноту.
– Ты чего? – опешил Младшенький и недоуменно посмотрел на нас с Нарольдом. – Чего это он? Что я такого спросил-то?
– Не бери в голову, – отмахнулся от него дракон и тоже ушел подальше от костра. Видимо, чтобы мы не видели, как он будет что-нибудь крушить от злости.
– Все узнаешь в свое время, – похлопал я паренька по плечу и усмехнулся его обиженной мордашке.
– Что вы со мной все, как с недоразвитым младенцем разговариваете? – пробурчал он, уворачиваясь от моей руки.
– Ты когда-нибудь слышал о тех, кого не стоит упоминать? Особенно, на ночь глядя? – со вздохом спросил у мальца.
Он кивнул, а потом его лицо стало вытягиваться.
– Так это..., – он ткнул пальцем куда-то в лес и начал хватать ртам воздух, – тогда...был он? – в конце пропищал Цесар. Я кивнул. Он обхватил ладонями свое лицо, выпучил на меня глаза и тяжело задышал.
– Мы так думаем. – уточнил я.
– Пресветлые Небеса! – выдохнул эльф, утирая лоб. – Я думал, мне тогда крупно повезло, а оказывается был в еще большей опасности?! – и вдруг встрепенулся. – Но тогда, почему он, расправившись с бандитами, ничего не сделал мне, а еще и защитил?
– Об этом ты спросишь его при новой встрече, – пожал я плечами, наблюдая за своей саламандрочкой.
– Ты издеваешься? – вскочил парень.
– Тебе ведь надо отдать ему назад его вещь? – хмыкнул я. – Да и мы в любом случае его искать пойдем. Амулет определил его, как второго мужа Соломии, и мы обязаны его найти.
– Мне тоже можно пойти с вами? – затаил дыхание малец, с замиранием сердца ожидая моего согласия.
– Ты же хочешь отблагодарить своего спасителя? – лукаво улыбнулся я. Какой же он ребенок!
– Конечно, хочу! – закивал он головой.
– И тебя совсем не пугает его раса?
– Ну-у-у, жутковато, конечно, – задумался он, – но я же буду с вами! – счастье от предстоящих приключений так и переливалось через край в глазах юноши.
– Это он сейчас о чем? – подозрительно прищурился Элимиандриэль, выходя из темноты и сверкая, отражающимися от костра, зелеными искрами в глазах. Сейчас он больше всего походил на объект предполагаемого нами поиска, надвигаясь грозовой тучей на своего братика. Цесар, увлекшийся нашей беседой и не заметивший вернувшегося брата, подскочил с коряги, хватаясь за сердце.
– Ты – дурак?! Напугал до смерти!
– И после этого ты еще собираешься куда-то идти? Да, ты будешь шарахаться от каждого шороха, а я потом перед твоим папашей отчет держать буду? Сгубил его обожаемого дитятко! – перекривил Эл интонациями голоса своего отчима. Цесар жестко сомкнул губы и надул щеки, сдерживая смех.– Сделал нервно-дерганым! – тут уж младшенький не выдержал и захохотал.
– Ой, не могу! – тыкал он пальцем в брата. – Точь-в-точь мой папаша! Восхитительно! Братишка, а ты не хочешь устроиться в театральную труппу пародистом? Сшибал бы неплохие денежки, – я усмехнулся, наблюдая за братьями. Сомневаюсь, что хоть раз за свою совместную жизнь, они так открыто и весело общались друг с другом. Думаю, наши поиски дадут неплохие плоды в развитии их братских отношений. По крайней мере, стоит рискнуть.
– Хочешь сказать, я похож на клоуна? – взревел старшенький и кинулся на брательника с кулаками. Младшенький, не будь дураком, рванул от него вокруг костра. Их мельтешение начало злить мою саламандру, вот только они этого не заметили в пылу погони. Поэтому, когда Эл решил сократить путь, сиганув через, казалось бы, небольшой и мирный костерок, ящерка вспыхнула столбом пламени и подожгла эльфу штаны на за...сзади, короче. Элимиандриэль взвыл не хуже баньши, Цесар согнулся пополам от ржача, а мы с драконом, дабы не задеть окончательно гордость эльфа, скрылись в чаще леса, сдерживаясь из последних сил.
