Текст книги "Академия Колханд (СИ)"

Автор книги: Нина Новолодская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

Глава 16

Я поднялась со своего места и молча покинула негостеприимного хозяина. Через десять минут уже стояла в своей комнате и закидывала в небольшую сумку ночную рубаху без рукавов и длиной до колен, гребень для волос и пару белья. Неожиданный стук заставил прерваться.

На пороге стоял Марриот. Пугающий, мутный, чуть рассеянный взгляд парня и опущенные уголки губ, меня напрягли. Решительное выражение лица никак не соответствовало общему виду помятости и расхлябанности. Не сразу, но я все же осознала, что маг просто пьян.

– Что ты хочешь, Марриот? – решила прервать наше странное молчание.

– Я, гад, тварь, предатель! Да, Лидия? Презираешь меня? – чуть растягивая слова произнес он, затем наклонился ниже. – Думаешь, кто-то что-то может против него? А? Нет! Никто!

– Единый, Марриот, еще раз, что тебе нужно? – он меня немного пугал, да и злилась я на Сомалье очень сильно. И даже не из-за того, что он отказал мне в помощи, а из-за того, что знал и не сказал, не предупредил. – Как давно ты знаешь?

– Мммм, – он вытянул губы трубочкой и закатил глаза, изобразив бурную мыслительную деятельность, – неделю? Или около того…

– То есть уже семь дней назад ты знал и молчал… ну что ж, спасибо за честность и пока, Марриот! – я с силой захлопнула дверь перед носом однокурсника и продолжила складывать вещи в сумку.

Через десять минут распахнула дверь, уже забыв о визите юного мага, полностью поглощенная мыслями о предстоящей ночевке в доме Гратта и замерла на пороге собственной комнаты. В коридоре на полу сидел Марриот. Ноги были вытянуты вперед и перегораживали проход к лестнице, руки безвольно лежали полу, а голова свесилась на грудь.

Около минуты стояла неподвижно и таращилась на парня, а потом, поправив лямку на плече, прикрыла за собой дверь и даже навесила магический засов. Небольшое заклинание, совсем простое, вычитанное в одной из книг, посоветованных Гао. Конечно, того, кто захочет войти – не остановит, но ожоги на руках будут болезненными.

Прошла вперед, перешагнула длинные ноги Марриота и уже направилась дальше, когда меня остановил его голос:

– Презираешь меня? Да? Потому, что слабый! Потому, что напился, вместо того, чтобы… ему… его… – бормотал парень.

Я таки повернулась к нему и, чуть подумав, ответила:

– Нет, мне тебя жаль. Ты напился, и я могу сделать только один вывод из этого – в тебе есть крупица совести, раз она заставляет тебя страдать, а все остальное на усмотрение Единого.

– Куда ты пошла…? А? – он, кажется, встрепенулся, порываясь встать, но тут же голова снова упала на грудь.

– Не твое дело, Марриот.

На сим я посчитала разговор законченным и поспешила прочь. И вот спустя еще минут десять я стояла перед домом учителя Гратта и старалась собраться с мыслями. Стояла и стояла. То закрывала глаза, то снова открывала. И так увлеклась, что не заметила, как за моей спиной появился мужчина.

– Передумала, Мартинс? – спокойный, даже скучающий голос огневика вырвал меня из дум.

– Ммм – протянула, пока он обходил меня и приближался к крыльцу. Мужчина отворил дверь, а затем развернулся и совершенно спокойно произнес:

– Иди к себе, Мартинс. Я не собираюсь тебя заставлять. Если не хочешь или не можешь, не надо. Просто, уйди и не отсвечивай перед моим домом, – произнеся это, он просто развернулся и закрыл за собой дверь.

Я нахмурилась и поспешила за ним. Дверь, вопреки моим страхам, оказалась не заперта и аккуратно проскользнув внутрь, я прикрыла ее. Замок тут же щелкнул, а я от неожиданности подпрыгнула.

– Ой! – пискнула на громкий щелчок.

– Ай! – как обычно передразнил меня Гратт из темноты коридора – идем наверх. И Лидия, давай ты не будешь трястись, скулить, ахать и охать!

– А вы не будете меня пугать. Все как мы и договаривались. – пробубнила ему в спину.

– Что-то еще? – послышался насмешливый голос мага, поднимающегося по ступеням лестницы на второй этаж впереди меня.

– Да, еще я обещала смущаться, но не психовать.

– Я надеюсь, ты сумеешь сдержать обещание.

– Я тоже. – остановилась на небольшой площадке второго этажа. Тут было две двери. Гратт распахнул одну из них и жестом пригласил внутрь. Зажег свет, запустив искры в потолочный светильник, и сразу направился к небольшой двери в углу комнаты. Открыл ее и зажег свет и там.

– Ну, добро пожаловать, Лидия. Там ванная комната, это, я думаю, ты и сама догадалась, а тут – он махнул рукой в темный угол, где я только сейчас заметила очертания кровати – тут и будем спать. Располагайся.

– И что мне сейчас делать, господин Гратт? – переминаясь с ноги на ногу спросила, боясь отвести взгляд от угла, в котором притаился пугающий меня предмет.

– Ничего. Просто ложись спать и все.

– А-а-а – протянула я, не зная, как сказать или спросить – что делать потом?

– Ничего. – повторил он с нажимом – Просто ложись спать и все, Лидия. Дивных снов.

После этого он вышел и закрыл за собой дверь, а яркое освещение тут же потускнело, погружая комнату в полумрак.

Сняв сумку с плеча, я разулась и огляделась. Комната была небольшая с одним, довольно широким окном. Стены обиты ровными досками и выкрашены в белый цвет, темные портьеры на окнах и полное отсутствие полотен или картин на стенах. Даже маленькой акварельки не было.

Вздохнув, направилась в ванную комнату. Она оказалась очень похожей на ту, что была у меня в жилом корпусе, потому никаких проблем и сюрпризов не возникло.

Аккуратно разделась и попыталась рассмотреть свое тело в свете огненных искр. Локти и колени болели, несколько ушибов и царапин на руках, огромное красное пятно на боку. Аккуратно потрогало кожу вокруг ушиба и сразу вспомнила как сегодня Гратт осматривал меня на площадке. Ох, Единый, что это было?

Наскоро умывшись, переоделась в рубашку для сна и выскользнула из ванной. Раина Гратта еще не было, потому я прошмыгнула в темный угол, и совсем погасив свет в комнате, спряталась под одеяло. Постель мага хоть и была холодная, но матрас просто потрясающе удобный и мягкий, а одеяло настолько невесомое и уютное, что несмотря на все переживания и сомнения, уже через полчаса я крепко спала.

Мне снился сон. Такой невероятный. Такой невозможный. Полный какого– то запредельного чувства правильности происходящего и уместности. Чужие руки осторожно касались моих, обнимая и прижимая спиной к горячему телу. Поглаживая пальцами кисти, аккуратно поднимался выше, от запястья к локтю, повторяя рисунки, оставленные раскаленными наручами. Очень хотелось развернуться в кольце рук и спрятаться на груди, вдыхая густой, пряный аромат кожи.

Я переплела пальцы и чуть сжала мужские ладони, большие, горячие. Сама притянула эти руки и сильнее сжала объятия вокруг своей талии. Теплые волны, словно бы перекатывались по моей коже рассыпаясь миллионами щекочущих искр. Они прожигали насквозь рубашку и забирались в самые потаенные места моего тела, разжигая пламя и заставляя сильнее сжимать ноги.

Абсолютная темнота, но не пугающая, а мягкая, ласковая, баюкающая в своих объятиях, скрывала от моих глаз того, кто был рядом, но меня это не волновало. Теплое дыхание у виска, нежный шепот, вот, что имело хоть какое-то значение. Я не могла разобрать, но сам шелест слов меня успокаивал, обещал, что все будет хорошо.

Глава 17

Я сладко потянулась, прогибаясь в спине, вытягивая ноги и руки. Не открывая глаз, сгребла мягкое облако одеяла и зажмурилась еще сильнее от удовольствия! Как же хорошо! Отлично! Превосходно!

Наслаждаясь утром, я не сразу осознала где нахожусь. А вспомнив вчерашний день, аккуратно приоткрыла один глаз и постаралась осмотреться. Было темно и тихо. Плотные портьеры на окне задернуты так, что в комнату практически не проникал свет, а потому сразу понять, который час я не смогла. Уверенная, что одна, села на кровати и поправила ночную рубашку. Удивительно, что она сбилась до самой груди, оголяя живот и ноги, вообще я сплю довольно спокойно, и такое было впервые на моей памяти.

Единый, а где же Гратт? Что было ночью и почему я ничего не могу вспомнить? Мы спали или он не пришел, и я тут была одна? Несмотря на то сильнейшее смущение и осознание совершенного вчера шага, сейчас меня переполняли потрясающие ощущения! Кроме того, что я выспалась как младенец, у меня ничего не болело и не саднило после вчерашней тренировки, а главное мне хотелось улыбаться. Просто и открыто, каждому встречному.

Я прислушалась, стараясь понять, где сейчас находится хозяин дома, но ни звука не проникало из-за плотно прикрытой двери чужой спальни. Потому, подумав хорошенько, я слезла с кровати и направилась в сторону ванной комнаты.

Быстро прикрыв за собой дверь встала перед зеркалом. Решительно стянув с себя рубашку, начала изучать свое тело. Коленки и локти без единой ссадины и синяка, на боку ни следа от вчерашней гематомы. Каждая мышца словно звенит от переполняющей ее силы. И кожа! Удивительно, но мне казалось, будто мое тело испускает легкое сияние. Вот так чудеса!

Приняв душ и завернувшись в одно из оставленных тут, больших и пушистых полотенец, напевая себе под нос незамысловатую мелодию, спокойно вышла из ванной. Кинула взгляд на все еще закрытую дверь и даже чуть пританцовывая направилась к стулу, на котором вчера аккуратно разложила свои вещи. Скинула полотенце на пол, надела трусики и чуть покачивая бедрами, вторя мелодии в моей голове, стала натягивать через голову форменную рубашку. Потом носки и брюки. Зашнуровала ботинки, подхватила сумку, куртку и спустилась на первый этаж.

Гратта в гостиной не оказалось, как, впрочем, и в кухне. Зато там стоял стакан с водой и записка. Первым делом я выпила воду, залпом и уже после этого обратила внимание на листок бумаги, сложенный вдвое. То, что это для меня, я почему-то даже не сомневалась.

"Не опаздывай на пробежку, Лидия, а то парни сильно расстроятся. И доброе утро."

Улыбнулась. Значит учитель остался доволен? Хотя я и не помню ничего из ночных событий, но я бодра, полна какого-то позитива и сил. Как там говорил Гратт? Эйфория? Да, сейчас меня как раз переполняет легкая эйфория! Хочется петь и танцевать!

Сунула записку в карман и направилась на выход, глупо улыбаясь. Аккуратно прикрыв за собой входную дверь, услышала как щелкнул замок. Поправила сумку на плече и направилась к жилым корпусам. Надо было переодеться и не опоздать на пробежку.

Выйдя к общежитию огневиков, остановилась как вкопанная, так как полностью уйдя в свои мысли не замечала ничего вокруг. Сейчас, стоя на краю площади в тени деревьев, с ужасом смотрела на строй стонущих студентов, занимающихся, пусть будет – утренней разминкой!

Три ряда огневиков в одних штанах и ботинках. Первый ряд отжимался от брусчатки, второй ряд приседал, третий качал пресс. При этом над площадью раздавался стон и вой, но перекрикивал все это громкий и отвратительно бодрый голос Гратта.

– Сто тридцать семь, сто тридцать восемь….

– Учитель Гратт, сколько еще нам "разогреваться"? – не то стон, не то всхлип из первого ряда

– Пока все не соберутся. После этого сразу пробежка и вы свободны, Н нотис.

– Но ее нет в корпусе! Что же нам теперь ждать, пока эта зар-р-раза нагуляется и припрется, наконец? – новый стон с другого ряда.

– А это не ко мне вопрос Сомалье, а к вам. Вы же у нас староста потока, должны знать где ваша подопечная гуляет и почему в комнате не ночует…

Я продолжала шокировано смотреть на происходящее. Судя по всему, речь шла обо мне. Интересно и давно он их тут разогревает? А главное за что?

Как он сказал: "где и почему?" Но Гратт-то отлично знает и где, а главное, почему… Единый, неужели он решил наказать моих однокурсников за то, что те отказались помочь? Сунула руку в карман и нащупала шуршащий лист бумаги. Улыбнулась и сделала несколько шагов вперед, выходя из тени деревьев. Громко крикнула:

– Извините за опоздание, учитель Гратт!

Вспомнила как в первый день Гратт вымотал ребят так, что у них не осталось сил даже на похабные шуточки, а сейчас, даже если и захотят отомстить мне за утреннюю гимнастику, то просто не смогут… Я надеюсь.

– Вот еще, Мартинс! Быстро в строй! Вечером отработаешь по полной свои прогулы!

Я на ходу сняла куртку и, бросив ее вместе с сумкой рядом с учителем, заняла свое место между мокрыми от пота, и тяжело дышащими братьями Сомалье. От Марриота к тому же жутко несло перегаром и чем-то еще, гарью? Он лишь бросил на меня мимолетный взгляд, сильнее сжав кулаки и снова уставился вперед.

– Десять кругов, девочки. Мартинс, подойдешь ко мне после пробежки, – и он дал отмашку.

Мы развернулись и побежали. Несмотря на то, что со всех сторон на меня сыпались, практически ощутимые ненавидящие взгляды, никто не посмел сказать ни слова. А может, у них просто не осталось сил?

И все же к исходу восьмого круга я получила пару тычков в спину, но они меня не "тронули". К тому же удивительным было то, что всю пробежку по бокам от меня бежали молчаливые Сомалье.

Завершив десять кругов, практически не запыхавшись, я подошла к Гратту, внимательно следившему за ребятами. В нескольких шагах от нас замерли все теми же молчаливыми тенями Сомалье. Нервно оглянувшись на них, я подхватила с земли свои вещи и взглянула на мага. Он стоял спиной к уже высоко поднявшемуся солнцу, а потому мне пришлось прищуриться, пряча глаза от ярких лучей.

– Твои подружки? – мужчина кивнул на парней.

– Скорее друзья… – я еще раз оглянулась на ребят, натягивая куртку.

– Что же они бросили тебя, если друзья? – спросил он тише, обращаясь только ко мне.

– Учитель Гратт, это уже не важно, у меня есть вы, – я запнулась, осознав, как это могло прозвучать, – в смысле, вы же мне уже помогаете…кхм, то есть…

– Так, стоп, я понял, – он приподнял руку, останавливая меня, – как твое самочувствие?

– Мое? Отлично! Я вся словно, словно, знаете… – я начала махать руками и даже подпрыгивать на месте, пытаясь изобразить бурю восхищения.

– Стоп, Мартинс, стоп! – он чуть повысил голос, призывая меня к спокойствию и добавил чуть тише: – у тебя передозировка. А у нас и так, печать нестабильная, так что постарайся до вечера не волноваться и не психовать. Меня не будет после обеда, потому ты сначала пойдешь в библиотеку, а потом на тренировку. Понятно?

– Да учитель Гратт! – выкрикнула звонко, но потом решила-таки уточнить насущный вопрос, – а учитель Гао…он?

– Сегодня будет тихо, Мартинс. Все, катись давай, а то еще секунда и ты ко мне на руки полезешь, как влюбленная дурочка!

– Что? – я шокировано уставилась на мага, а потом на свои руки, которые в этот момент держали мужчину за полы куртки и тянули на себя.

Отскочив от него на шаг, я с ужасом смотрела на Гратта. Что за драный пес?! И это на глазах парней? Что со мной? Я что, только что выругалась? О Единый!

Развернулась на каблуках и, проскочив между молчаливыми истуканами Сомалье, рванула к себе в комнату.

Уже там, быстро захлопнув дверь, на ходу скинула с себя одежду и рванула в ванную. Ополоснувшись, завернулась в полотенце и с грустью подумала, что вот эта тряпочка ни в какое сравнение с полотенцами в доме Гратта не идет.

Задумавшись об этом и о своем странном поведении после пробежки, вышла из ванной и подняв глаза на кровать взвизгнула. Там, с совершенно печальным выражением на лице сидел Марриот. В первую секунду он не заметил меня, изучая свои красные воспаленные ладони. Справившись с первым испугом, я резко развернулась и заскочила обратно.

– Какого пса ты тут делаешь? – заорала, уже закрывшись в ванной.

– Поговорить пришел, – напряженный голос парня донесся из-за двери.

– Убирайся из моей комнаты! Как ты вообще сюда попал? – сейчас я не понимала, что меня волнует больше, то что он проник в мою комнату или зачем он это сделал.

– Я уйду, когда мы поговорим, – судя по звукам шагов, парень подошел близко к двери и взялся за ручку, попытавшись покрутить ее. – Лидия, открой, пожалуйста. Мне надо проверить, что с тобой все в порядке…

– Ты с ума сошел? Пошел вон! – я отступила к дальней стене, не понимая, что нашло на парня. – Марриот, если ты еще пьян, то советую тебе пойти и проспаться или контрастный душ!

– Лидия, – он поскребся в деревянное полотно, – я понимаю, что ты меня ненавидишь, я жалкий идиот, слабак, предатель… Лидия, пожалуйста, я должен удостовериться, что ты… Ну, что ты не пострадала… Я вчера пытался тут… Но напился и не смог, я хотел охранять… Но отрубился, упустил и теперь, послушай во мне есть зачатки воды, я могу помочь, подлечить… Ну… Что бы не было больно… Ну… Единый… – он долбанул кулаком в дверь с той стороны, а я снова взвизгнула совершенно, перестав его понимать.

– Марриот уходи! Мне нужно одеться! – попыталась снова воззвать к его совести и сознательности.

– Сначала я должен удостовериться, что с тобой все в порядке, понимаешь? Я и так не могу найти себе места, Лидия, пожалуйста! Я понимаю, что больше не заслуживаю доверия, но я клянусь тебе кровью Сомалье, что не причиню тебе вреда… Лидия… – он снова поскреб в дверь

– Что ты там проверять решил? – наконец справившись с паникой, попыталась понять парня и прояснить, ситуацию. Мы с ним явно не понимали друг друга.

– Слушай, Лидия, я знаю, что первый раз бывает больно и кровь и… девчонки иногда обращаются ко мне в подобных случаях. Я тебе уже говорил, что во мне есть зачатки "воды" и моя мать, она лекарь, Лидия, она учила меня немного… Я помогу, открой пожалуйста… Я умею лечить небольшие раны и повреждения…

Мне показалось, что в моей голове что-то начинает проясняться, а потому я решила немного помочь ему выразиться яснее.

– Марриот, объясни мне, о чем ты говоришь? – Я сделала к двери несколько осторожных шагов, и, постаравшись придать голосу максимально серьезный тон, спросила: – Четко и по делу, что ты от меня хочешь, Марриот?

– Я знаю, что сегодня ночью ты была у Гао и я хочу помочь тебе… Девочки иногда приходят к нам с Троем за помощью в "этом вопросе".

Меня раздирал изнутри смех, даже хохот, но я сдержалась. Стукнулась лбом о дверь со своей стороны и громко произнесла:

– Друг мой, принеси, мне, пожалуйста, вещи, я оденусь, выйду и мы поговорим.

– Где? – сразу последовал взволнованный вопрос.

– В шкафу, а лучше, знаешь, выходи из комнаты и подожди меня в коридоре….

– Нет! Сейчас принесу.

Я постояла прислушиваясь к тому, что творилось в комнате. Скрип двери шкафа, шуршание, снова скрип и звук шагов.

– Я принес. Откроешь?

Я аккуратно щелкнула замком просунув руку в щель между дверью и косяком. В руку тут же упала тяжелая стопка одежды. Быстро закрыла дверь и, скинув полотенце, оделась. Через пару минут, пряча глупую улыбку, выдохнула и приоткрыла дверь.

Однокурсник стоял напротив, привалившись к стене, и буравил меня взглядом со смесью раскаяния и чего-то еще. Злости?

– Идем, – я махнула рукой и направилась к кровати, по ходу подхватив стул и поставив его, перед собой. Присела на край своей постели, Сомалье указала на стул. Тот молча занял предложенное место и уставился на меня исподлобья. У меня появилось странное ощущение, что он обижен! Вот уж дудки!

– Какой же из тебя врачеватель, – хмыкнула я, указывая на его красные, воспаленные ожоги, затем потянувшись, схватила его за ладонь и повернула к себе, – если даже руки свои исцелить не можешь?

Парень дернулся, словно я его ударила и просипел сквозь зубы:

– Я просто не лечил, потому, что все для тебя оставил, я же не водник со сути… – потом он сжал кулаки и прикрыла глаза на секунду, – прости мне мою трусость, я много думал и я…

– Мне ничего не нужно, Марриот, лечи себя и после поговорим.

– Нет, сначала… – начал парень запальчиво.

– Лечи! Со мной все в порядке. И нет, Марриот, мне не нужна твоя помощь в этом вопросе. У Гао я не была, – наконец я озвучила, то, что считала правильным.

Парень дернулся и резко подняв голову, уставился на меня.

– Как это не была, в смысле… а где же ты была? Какого пса ты шлялась, пока мы…

– А это не твое дело, не находишь? Как-то вот совсем не твое! – я начала злиться! Посмотрите-ка на него! Он меня предал, отказал в помощи, а теперь такие вопросы! Злость поднималась во мне волной, накатывая и заставляя захлебываться в ощущениях. – Ты, мелкий трусливый хорек! Испугался вступиться за девушку, а теперь имеешь наглость прийти сюда и что-то еще от меня требовать и в чем-то меня обвинять?!

Как, когда и почему мое благодушное настроение с одну секунду сменилось яростью, я понять не смогла, да и не хотела! Все о чем я сейчас мечтала, просто стереть это невинно-удивленное выражение с его лица. Выжечь его оттуда…

– Лидия, послушай, я не хотел тебя обидеть. Я правда хочу извиниться и ищу способ. Любой! Я в принципе, это не делал никогда! Неужели ты не понимаешь?

Парень поднялся и начал нарезать круги по комнате, а я в это время старалась погасить злость и обиду. Волноваться нельзя. Гратт велел держать себя в руках.

– Марриот, – позвала парня, – давай закроем этот вопрос… Мне не нужна твоя помощь и твое заступничество от Гао. Больше оно не потребуется. И все. Подлечи уже свои руки… – я запнулась на секунду, а потом продолжила – не ломись в мою комнату, если заперто.

– Но…? Ты уверена, все-таки господин Гао… – парень посмотрел еще раз на свои ладони, а затем смущенно на меня, явно поняв мой намек.

– Все, – я резко поднялась с места и повернулась к нему боком, стараясь удержать рвущиеся эмоции, – идем и больше не обсуждаем это.

Сжимая кулаки, я направилась к двери. Внутри все горело и требовало выхода. Единый, как сложно! Но надо постараться! Надо!

Завтрак в столовой прошел под неодобрительное молчание огневиков. Сначала я все ждала, когда посыпятся мелкие и крупные пакости со стороны ребят, но те лишь молчали и сопели.

После завтрака мы поплелись на лекции. И если огневики плелись в силу последствий "утренней разминки", мне же просто не хотелось попадаться на глаза Гао. Да и видеть его, собственно, тоже.

Рассевшись по местам в аудитории, мы нетерпеливо ждали появления учителя. Неожиданным для нас стало то, что вместо Гао в кабинет впорхнула учитель по медитации и сложив стопочку листов на стол Гао пропела.

– Господа студенты, сегодняшнее занятие начну я…

– Где учитель Гао?! – раздался возмущенный вопрос с первого ряда и все замерли.

– Он будет позже, не переживайте.

Дальше девушку никто не перебивал. Она провела перекличку и начала зачитывать с листа новую тему. Ну что же! Так, даже, лучше. Еще одна небольшая передышка перед встречей.

Спустя час, дверь в аудиторию распахнулась с громким стуком ударившись о стену. Девушка, стоявшая у преподавательского стола, подпрыгнула от неожиданности и схватилась за сердце. Затем, разглядев того, кто стоял в коридоре и не спешил входить, улыбнулась:

– Метео, слава Единому! Ты меня напугал, – она внимательно посмотрела на него и спросила: – все в порядке? Ты разобрался с проблемами?

– Да, – ответили из коридора. – Спасибо за помощь, можешь быть свободна!

Неожиданно грубый тон всегда вежливого и даже ласкового Гао, удивил не только меня.

– Метео… – начала девушка, но смутилась и быстро засобиралась, – да, конечно.

Она торопливо приблизилась к двери и, не взглянув на нас, скрылась за ней. Прошло еще около минуты в полной тишине, пока, наконец, учитель не вошел. Под нашими удивленными взглядами он остановился перед своим столом. Скинув белую куртку на кресло, развернулся к нам лицом.

Невероятный, загадочный, да чего уж греха таить, прекрасный Гао, зло вперил взгляд прямо в меня. Он был зол, рассержен и, казалось, старался прожечь насквозь.

– Готовим перья и начинаем писать! – прошипел он, не отрывая взгляд от нашего ряда.

– Что писать, учитель Гао? – с первых столов послышался вопрос.

– Что? – мужчина дернулся к спросившей и, полыхнув взглядом, рыкнул: – Проверочную по теме!

Девушка охнула и, словно, стала меньше размером, прошептав:

– А какая тема, Ме… Учитель Гао?

Он снова посмотрел на нее и произнес:

– История становления Караса! – затем развернулся, и, с грохотом отодвинув свое кресло, сел.

По рядам прошелся тихий стон, студенты начали вытаскивать писчие перья. Со стола преподавателя взметнулась стопка белых листов и разлетелась по студентам. Каждый схватил свой и все затихли. Кто-то скрипел перьями, кто-то мозгами.

Я осторожно взяла перо в пальцы, ожидая от учителя любой гадости. Но ничего не произошло и тогда я попыталась вспомнить, что знала о Карасе, стране на южной границе государства.

И все-таки не сразу, но громкий возглас вырвал меня из дум:

– Мартинс. Ко мне. Живо, – в первую секунду подумала, что это Гратт ворвался в аудиторию, но поняла, что злющий рык издает Гао.

– Что? Пр-р-ростите? – я непонимающе уставилась на южанина.

– Прощаю, – сладко протянул он, зло добавив – Ко мне Мартинс. Я вижу, что ты пытаешься списать у Сомалье.

– Но я, не… – начала, возмущаясь и тут же затихла под его взглядом. Похоже, спорить было бесполезно, потому я взяла лист, перо и, выйдя из– за стола, спустилась к учителю.

Подойдя к столу, положила лист и перо на край.

– Присаживайся! – произнес мужчина, дернув рукой. Повинуясь его желанию, стул, стоящий у стены, с жутким скрежетом подъехал к столу. Остановился рядом с креслом Гао. Очень близко. Сидеть спокойно настолько близко к нему будет невозможно.

Стоило мне, под насмешливым взглядом воздушника, отодвинуть стул чуть дальше и присесть, как мебель, вместе со мной, придвинулась обратно к Гао. Мужчина, растянув губы в хищной улыбке, закинул одну руку на спинку стула и наклонился к самому уху.

– Итак. Мышка моя, объясни-ка мне, какого дохлого пса я всю ночь бегаю по округе, пытаясь отыскать пропавшую студентку, а она сидит на моей же лекции и с видом сытой кошки жмется к моему же студенту?

– Что? – я ошарашенно уставилась на него, чуть повернув голову. – Вы о чем?

– Кстати, Сомалье, неуд и вон из аудитории. Перепишешь! – рявкнул мужчина, отводя от меня хищно прищуренные глаза и обращаясь к Марриоту.

– За что? – удивленно вскинулся Марриот, поднимаясь с места и не отрывая от меня взволнованного взгляда.

– За неверный выбор и ответ, Сомалье. Перепишешь. А теперь свободен, – и он, снова повернувшись ко мне, зашептал – А теперь еще раз, где была? Почему не ночевала у себя?

– Это мое личное дело, – буркнула в ответ преподавателю и попыталась вывести на листе бумаги тему.

"История становления Кара…с отвечай мне!"

Гулко сглотнув, попыталась вернуть себе власть над рукой. Потом повернула к нему лицо и столкнулась нос к носу с магом. Его глаза, сияющие холодным азартом и обрамленные черными длинными ресницами, казалось, старались выжечь из меня все чувства.

– Вы сказали, что не смешиваете личные интересы и дела, – еле выдала шепотом, обращаясь к мужчине.

На что он ухмыльнулся, и ответил:

– Ты еще не стала моим "личным делом", Лидия… – потом дернул головой и рявкнул: – Верес. Неуд. Перепишешь.

– За что…? – протянула девушка.

– За то, что не справилась, Верес, – спокойно произнес Гао.

Он снова повернулся ко мне и махнул рукой:

– Ладно, мышка, пиши, что ты там хотела… – с насмешкой выдал маг а потом продолжил еле слышно: – если напишешь правильно, дам тебе еще денек побегать…от меня.

Я поджала, губы и глянула в аудиторию. Студенты сидели, уткнув носы в свои листы. Зачеркнула первую строку и написала заново:

"История становления Караса"

"Как нам известно…"

Писала минут десять, вспоминая все то, что смогла почерпнуть из лекций и личных записей Гао. Старалась не обращать внимание на то, что он иногда касался моей спины рукой, пробегал пальцами по плечам или наклонялся вперед, делая вид будто читает, а на самом деле шевеля и опаляя горячим дыханием выбившиеся пряди на виске. Поставив последнюю точку, подвинула лист к мужчине. Он ухмыльнулся и, ухватив край бумаги длинными изящными пальцами, начал читать.

Этот момент я использовала, чтобы разглядеть его лучше. Сейчас, увлеченный моим ответом и расслабленный, он показался мне уставшим. В уголках губ залегли складки. Темные круги под глазами, вместо некогда сияющей кожи. Чуть заметная щетина на щеках и подбородке. Красные, воспаленные глаза и вчерашняя рубашка. Точно вчерашняя, потому что только сейчас я почувствовала легкий аромат мужского пота и пятнышко на рукаве, замеченное мной еще вчера, когда я вывалилась ему с Граттом прямо под ноги.

"Мышка моя, объясни-ка мне какого драного пса я все ночь бегаю по округе, пытаясь отыскать пропавшую студентку, а она сидит на моей же лекции и с видом сытой кошки жмется к моему же студенту…"

Мужчина был уставшим. Уставшим и злым.

– Хорошо, Мартинс, свободна, – он прикрыл глаза и бросил исписанный лист на стол.

Я нерешительно поднялась на ноги, все еще разглядывая Метео Гао. Какое-то новое чувство поселилось внутри.

– Что стоишь, Лидия, иди. Завтра мы вернемся к нашему вопросу, – он ласково мне улыбнулся, – или желаешь не отклады…

Дослушивать я не стала и развернувшись, выскочила из аудитории. Меня смутил его тон, смутил его взгляд и откровенное поведение. Но больше всего меня смутило и взволновало собственное отношение. Мне стало его жалко, как только я осознала, что, возможно, он волновался, искал меня, не спал и даже не переоделся, а я в это время бессовестно дрыхла в кровати Гратта. Руки задрожали, выдавая мое нестабильное состояние.