Текст книги "Трудно ли быть фамильяром (СИ)"
Автор книги: Нина Дианина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 16 страниц)
Глава 7
Гостевые покои, куда её поселили, привели Кейру в восхищение. Она будет жить в этих просторных светлых комнатах?
В гостиной она первым делом подбежала к высокой стеклянной двери, заменяющей окно, за которой зеленели верхушки деревьев, синело небо и виднелись белые столбики балюстрады. Судя по высоте, покои находились на третьем этаже, а дверь выходила на длинный балкон.
Девушка подёргала створку.
– Закрыто, – раздался голос Вейго. – При благоприятных условиях дверь открывают и гости могут гулять и устраивать совместные чаепития на балконе.
– А сейчас у нас неблагоприятные условия? – повернулась к оборотню Кейра.
– Совсем неблагоприятные, – усмехнулся он.
Вейго стоял от неё совсем недалеко и легко мог бы сделать те пару шагов, которые отделяли его от девушки, встать у неё за спиной, когда она выглядывала в сад, и видеть всё, что видит она в этот момент своими синими, сияющими от восторга глазами. Однако он упорно держал дистанцию.
Ещё в лесу Дорил вернул его с небес на землю напоминанием о существовании невесты и грядущей свадьбе. Действительно, нужно перестать думать об лисичке. Кейра никогда не сможет стать его невестой, а представить её в статусе тайной любовницы было как-то очень неправильно, как-то очень унизительно и недостойно этой необыкновенной, красивой и доверчивой девушки. Вейго в тот момент запретил себе вообще думать об каких-то особых отношениях с Кейрой, и вроде бы после этого решения в мыслях всё успокоилось и угомонилось.
Стена, которую он постарался воздвигнуть в душе, поначалу казалась крепкой и несокрушимой. Собственно, та ночная прогулка и была попыткой доказать себе, что эта лисица для него всего лишь временная спутница, волею судеб на короткое время пересекшая его путь. Нужно только переждать, и это наваждение закончится.
Однако мало помалу за этот длинный день Вей понял, что его внутренний барьер крайне слаб и готов осыпаться в труху в любое мгновение.
Более того, в тот момент, когда после процедур она появилась перед ними в холле купальни красиво одетая и причёсанная, он мгновенно забыл этот казавшийся ещё вчера крепким запрет самому себе видеть в юной лисичке прекрасную желанную женщину. Все рациональные и трезвые мысли разом вылетели у него из головы.
Да у него в тот момент при взгляде на неё просто дыхание спёрло и язык отнялся! Поэтому он и молчал, в отличие от известного ловеласа Дорила. Вот его-то при появлении Кейры будто прорвало, и из принца потёк поток комплиментов, от которых неопытная лисичка заулыбалась и даже порозовела. Вей в этот миг чуть не перекинулся и не набросился на друга от злости.
А в кабинете короля! Да Вейго и сам не заметил, как оказался рядом с девушкой, стоящей за креслом Хардоша! До сих пор мурашки по коже от мысли, что события могли повернуться так, что Кейра оказалась бы втянута в противостояние бога-оборотня с его величеством. Она-то понятно, была бы на стороне Хардоша. На чьей стороне выступил бы тогда он, Вейго Брайнешский, второй сын герцога Брайнешского, близкого соратника и друга его величества Корандора?
А сейчас Вей стоял в двух шагах от девушки, ставшей ему такой важной и необходимой и боялся, что одно единственное случайное касание может смести его шаткий внутренний барьер ко всем чоркам, и тогда он не выдержит и просто поцелует её, забыв обо всём на свете. И всё сразу усложнится в разы при любом раскладе.
Например, она рассердится и отшатнётся. Что тогда делать? Гордо отвернуться? Скрипеть зубами и страдать?
А если наоборот она ответит и тогда что? Ведь одним поцелуем дело не ограничится. Пожар в его груди только разгорится сильнее. Сообщать отцу, что его помолвка с Мизаэлой будет разорвана, потому что его сын, маркиз, наследник древнего рода собрался жениться на хуторянке из провинции?
Тупик. Полный и беспросветный тупик.
Как назло приглядывать за лисичкой доверили ему! Экая насмешка над его мятущейся душой. Смешно сознавать, но если бы её защиту доверили кому-то другому, он первый безумно бы расстроился и оскорбился.
Кейра меж тем, не подозревая об океане эмоций и противоречий, в котором тонул Вейго, скользнула мимо него и убежала осматривать спальню.
Там стояла широкая кровать с бежевым покрывалом, туалетный столик с бежевым же пуфом, а на стене висело высокое, во весь рост зеркало. В углу спальни обнаружились ещё две двери. Одна, как оказалось, вела во вместительную гардеробную с множеством полок и чередой пустых вешалок.
– Какой-нибудь очередной королевской гостье, прибывшей с сундуками, набитыми нарядами нарядов, эта гардеробная была бы очень кстати, – фыркнула Кейра. – А у меня не только сменного платья нет, но и даже ночной сорочки.
Она сунула нос в другую дверь и обнаружила за ней туалетную комнату с глубокой сияющей ванной из голубоватого камня и такой же чашей унитаза.
Стены из более тёмного синего камня разных оттенков, видимо, изображали волны и море.
Память подкинула ей воспоминание об ванной комнате в родительском доме до их спешного бегства из столицы. Она не была такой просторной и сверкающей, однако, слава небесам, хоть осталось представление о том, что и как в ванных комнатах устроено.
Дверь в кабинет вела из гостиной. Его Кейра исследовала последним.
Это была небольшая аккуратная комната с письменным столом у окна и книжным шкафом со стеклянными стенками, сквозь которые просматривались опять же пустые полки. Напротив книжного шкафа стоял низкий диван, на красивых выгнутых резных ножках, однако, как отметила про себя Кейра, он был слишком узким, коротким и совершенно не приспособлен для сна.
Вейго молча ходил за ней по всем комнатам, не вмешиваясь и наблюдая.
В конце концов они уселись в гостиной у стола и поглядели друг на друга.
– Что будем делать остаток дня? – спросила Кейра, разглядывая своего неожиданного сожителя. Свет очень удачно падал из окна, и впервые они никуда не торопились. Наконец-то стало возможно рассмотреть его толком с близкого расстояния и без этой неопрятной щетины.
Каштановый ёжик коротких волос топорщился над высоким чистым лбом, а янтарные глаза в обрамлении тёмных ресниц смотрели на неё очень внимательно. Подбородок у оборотня, избавленный от порослей бороды, оказался широкий, почти квадратный, а губы хоть и узкими, но красивой формы и чётко очерчены.
– Спать ещё рано, ужинать тоже, а выходить нам запрещено. Твои предложения? – сказала она, лукаво наклонив голову.
Узкие губы оборотня дрогнули и уголок рта поднялся в едва заметной улыбке.
– Книги, новые наряды, азартные игры… Что ещё тебя может развлечь? Ах да, как же без чревоугодия. Как ты думаешь, чашка чая со сладостями скрасит наше невольное заточение,?
– Ого, какой выбор! – улыбнулась девушка в ответ, вступая в словесную игру. Она кокетливо подняла брови:
– Меня всё заинтересовало! Одежда в том числе. У меня, сам понимаешь, всего лишь это выданное мне в купальне платье. Для сна оно совсем не подходит. Постепенно освоим и всё остальное вышеперечисленное. Нам тут три дня куковать.
Давай, начинай показывать своё безграничное влияние на местный персонал. Пожалуй, начнём со сладостей и маленькой чашечки чая.
Она поставила локти на стол, а подбородком оперлась на сплетённые пальцы рук, кокетливо поглядывая на него из-под ресниц.
Вейго засмеялся. Он выглянул за дверь, дал какие-то распоряжения и через некоторое время начали прибывать заказы. В первую очередь принесли пирожные и чай в большом фарфоровом чайнике.
Вейго не пустил горничную внутрь покоев, а сам вкатил в гостиную низенький столик на колёсиках, расставил посуду и разлил чай по чашкам.
Кейра со своим тонким звериным нюхом уловила все нюансы чайного букета. Пирожных было много: небольшие, разных форм, цветов и приготовленные по разным рецептам. Каждое было как маленькое произведение кондитерского искусства со своим неповторимым запахом и вкусом.
– Я не знал, какие ты любишь, поэтому приказал принести много и разных, – объяснил Вей такое разнообразие.
Невольные узники гостевых покоев пробовали пирожные, делились своими впечатлениями и предпочтениями и шаг за шагом постепенно привыкали к обществу друг друга. Стены дворца надёжно отрезали их от любопытных глаз и можно было расслабиться.
Вейго со скрытым удивлением смотрел, как Кейра аккуратно ложечкой берёт кусочки воздушного суфле и не мог понять, откуда у деревенской девушки такие изящные движения и, по сути, аристократические манеры.
– А ведь она не притворялась крестьянкой., – подумал оборотень. – Она была ею. На ней действительно было коричневое крестьянское платье в тот момент, когда он её увидел у озера в первый раз. Точнее, оно висело на кустах у озера.
Память подкинула Вею картину входящей в воду обнажённой девушки, и он невольно сглотнул.
– А вот манеры у ней совсем не крестьянские. Кто же на самом деле эта лисичка, случайно оказавшаяся на моём пути?
Чуть позже прикатили вешалку с платьями и принесли большой мягкий на ощупь бумажный свёрток. Девушка пискнула от радости и, забыв про пирожные, побежала в спальню распаковывать свёрток.
Вейго вкатил вешалку в спальню вслед за ней, усмехнулся и вышел, плотно закрыв за собой дверь.
Кейра развязала бантик и развернула бумагу. В свёртке оказалось упаковано бельё разных фасонов, а также несколько разноцветных ночных сорочек и пеньюаров.
– Тот, кто собирал эти платья и пеньюары, не знал моих предпочтений, однако пытался угодить и собрал белья на все вкусы, – думала Кейра, проводя рукой по нежнейшему кружеву маленьких коротких кремовых панталончиков. – Однако размеры явно мои. Ведь это всё Вейго заказал, значит, явно хорошо разбирается в размерах женского платья и белья.
Эта мысль почему-то немного царапала, но вид кружевного разноцветного великолепия, разложенного вокруг неё на широкой кровати тихонько задвинул эту царапающую мысль на задворки сознания.
Платьев было около десятка и тоже разных фасонов и цветов.
Кейра приложила к себе платья, покрутилась у зеркала и вернулась в гостиную с широкой улыбкой на лице.
– Ну наконец-то! – засмеялся Вейго, увидев её довольное выражение лица. – Я уж думал, что ты решила меня оставить тут, а сама собралась перемерить всё, что принесли.
– Ну так это же входит в список моих развлечений! Ты же сам сказал «новые наряды», – хмыкнула Кейра. – Развлечение в том и состоит, чтобы вдумчиво их мерить, рассматривая себя со всех сторон.
– Ну согласись, это немного нечестно по отношению ко мне. Я-то тут скучаю. Когда я говорил «новые наряды», подразумевалось, что я буду принимать участие в развлечении и они мне будут продемонстрированы, – протянул оборотень и побарабанил пальцами по обложке книги, лежащей рядом с его рукой. – А я теперь сижу один одинёшенек и от скуки книги читаю.
– Как, уже книги принесли? – заинтересовалась девушка.
– Давно уже.
– Что, всего одну?
– Обижаешь. Штук десять. И журналы. Вся стопка в кабинете на столе, можешь посмотреть.
Кейра побежала в кабинет и начала перекладывать книги, просматривая обложки. Журналы оказались сплошь женскими: со светскими сплетнями, советами по хозяйству, обсуждению модных новинок и красивыми иллюстрациями.
А вот книги оказались разных направлений: пара любовных романов, пара учебников по магии и по политической географии, исторический роман, детская книжка с картинками.
Внизу лежала небольшая книга в тиснёной обложке золотисто-коричневого цвета, на которой золотыми буквами сияло название «Оборотни».
Кейра открыла обложку, начала листать, выхватывая абзацы и незаметно для себя втянулась в чтение, стоя прямо у стола.
В книге описывались типы оборотней, их предпочтения, повадки, особенности каждого типа и сравнение их с людьми, исторические персонажи, сыгравшие важную роль в становлении королевства.
Многое она знала по себе, многое рассказывал отец, но проскакивали какие-то детали, которые она или не знала, или не осознавала до этих пор.
Она посмотрела на дату издания. Книга была написана до этого чоркового Очищения. Наверное, до него эта книга служила для большего взаимопонимания обеих рас. А потом… наверное, сыграла на руку гонителям и помогла использовать слабые стороны оборотней любых типов.
Кейра нашла на имя автора и вздрогнула.
Эдин Бероч. Так звали её отца. Неужели Вейго знает её настоящую фамилию и приказал принести эту книгу, потому что знал, что она написана её отцом?
Нет, вряд ли. Когда Кейру спрашивали о фамилии, она назвала выдуманное имя, чтобы не подвести под возможный удар семью. Да и потом о ней почти ничего не рассказывала. Скорее всего эту книгу Вей принёс ей случайно.
Однако удивительно, насколько многого она не знает о своей семье! Так кто же был её отец до Очищения? Чего он ей не договаривал?
Она подняла голову и чуть не выронила книгу. У открытой двери кабинета, прислонившись плечом к косяку, стоял Вейго и молча разглядывал её.
– Фух, ты меня напугал! Нельзя же так неслышно подкрадываться! – постаралась объяснить свой испуг Кейра. – И давно ты за мной подглядываешь?
– Да я сидел-сидел, чай остыл, пирожные засохли. Вот и решил посмотреть, куда ты опять запропала, – шевельнулся Вейго в дверях и шагнул к столу. – Что, интересное что-то для себя нашла?
– Да, вот интересно про оборотней, – не стала прятать свой интерес девушка, тем более, можно сказать, её застукали с поличным. – Что там у нас по плану за книгами шло? Азартные игры?
– Да, именно азартные, – кивнул Вейго.
– Ну наконец-то появилось поле, где есть надежда тебя победить!
Она с предвкушением улыбнулась, блеснув глазами, а у него опять непонятно отчего сжалось сердце.
Хотя, почему непонятно? Ему уже было очень даже понятно.
Он просто боялся себя, боялся влюбиться окончательно и в то же время боялся, что через несколько дней эта юная лисица исчезнет из его жизни.
Сердце сжималось от мучительного желания поцеловать её, но одновременно он отдавал себе отчёт, что достаточно малейшего прикосновения и весь его самоконтроль может полететь в тартарары, а последствия будут печальными.
Внутри себя Вей ощущал неожиданно проснувшуюся потребность непрерывно находиться рядом с ней, защищать от опасностей и открывать ей мир во всех его красках, однако он не понимал, где взять главное: право быть с ней рядом постоянно. Не эти пару дней, а дольше, гораздо дольше.
Да и на эти два дня у него было не право, а работа, обязанность. Прав быть рядом с ней у него не было никаких.
– Какие права мне нужны?! О чём я вообще думаю?! – одёрнул Вей себя, резко отвернулся и ушёл в гостиную. – Это какое-то наваждение! Я по каким-то причинам сошёл с ума.
Кейра не поняла, на что он обиделся, или рассердился, но поспешила вслед, чтобы развеять это неожиданно возникшее напряжение между ними.
– Ну, показывай свои азартные игры! Надеюсь, это действительно что-то стоящее, а не рядовой деревенский «дуралей», в которого играют зимними вечерами наши кумушки от нечего делать.
– Ты тоже? – как-то вымученно улыбнулся Вейго, усаживаясь за стол в гостиной и открывая какой-то резной ящичек.
– Признаюсь, бывало, – в притворном раскаянии опустила ресницы девушка. – Но ведь ты меня развлечёшь чем-то более интересным?
Он внутренне задохнулся. Сказанная ей фраза была очень двусмысленной, но сама Кейра в своей наивности этого не поняла. На это намного «более интересное», чем игра в карты и чем бы он с удовольствием занялся с лисицей с полной самоотдачей, прав у него не было. Никаких. И не предвиделось.
– Вот, смотри сама, – Вей пододвинул к ней игровой ящик, стараясь успокоиться, говорить ровно и спрятать ненужные эмоции, – у нас есть камни гирши с расчерченной доской, карты, кости всех видов, включая игру в доргиро. Что выбираешь?
– Выбрать сложно, – задумчиво произнесла Кейра, разглядывая затейливый рисунок на картах и перебирая гладкие пощёлкивающие в её руках камни. – Давай начнём с доргиро.
В результате они попробовали сыграть в одну игру, потом в другую, перебрали несколько игр и остановились на мало распространённой карточной игре «чуша на двоих». Правила в ней были довольно просты: козыри определялись броском костей одного из игроков, а часть карт пряталась одна за другой. Увидеть такую карту можно было только задействовав предыдущую. Игра была не сложная, глубоких размышлений не предполагала, весь расчет был на удачу, память и внимание.
Мало-помалу они втянулись в лёгкую ни к чему не обязывающую болтовню, расслабились и словно отгородились от всех условностей. Игра будто накрыла их куполом, создала другую реальность и выпустила под него их настоящих, не связанных ни придворным этикетом, ни посторонними любопытными взглядами, ни рамками предписанного поведения. Шаг за шагом, слово за словом, улыбка за улыбкой, и они открылись друг другу. Выглянули их истинные лица, которые обычно прятались за привычными масками, созданными смущением, домыслами, условностями и обстоятельствами. Они перекидывались легкомысленными шутками, отпускали ироничные замечания, хихикали и строили друг другу многозначительные гримасы, делали театральные паузы и совершенно забыли о том, что знакомы всего несколько дней. Казалось, они знали друг друга всегда.
– С чего я взяла, что Вейго некрасив? – думала Кейра, зацепившись взглядом за белесый шрам на загорелой сильной шее, спускающийся за расстёгнутый ворот рубашки. – Ему очень идёт улыбка. Он улыбается потрясающе, хочется улыбнуться ему в ответ.
А Вей не только улыбался. Вместе с Кейрой он беззаботно смеялся, хохотал и чувствовал себя легко и свободно, будто наконец снял строгий тугой мундир, в котором последнее время постоянно находилась его душа. Оборотень словно вернулся в юность, в то счастливое время, когда расы были равноправны, когда ещё не было гонений на его сородичей и не было запретов на обороты. В то время, когда ему не надо было непрерывно быть настороже и годами защищать своё право быть живым.
Игроки увлеклись и, наверное, пропустили бы ужин, однако совершенно неожиданно для них обоих раздался стук в дверь, который вернул их с беззаботных небес на землю.
Вейго напрягся. Оказалось, стучала горничная. Она привезла заказанный Веем заранее ужин и теперь послушно стояла у дверей, не заходя внутрь покоев.
Вей встал и сам вкатил столик с блюдами, испускающими соблазнительные запахи.
– Время игр закончилось, – провозгласил он торжественным голосом. – Наступило время для серьёзных занятий!
Кейра фыркнула. Настроение было радостным и беззаботным. Эти несколько часов игры как-то всё упростили между ними. Кейре рядом с Вейго стало легко и свободно. Она уже не боялась, что он что-то не так поймёт или за что-то её осудит. Откуда-то пришла полная уверенность, что Вей поймёт всё правильно и ни за что не осудит, что напротив защитит и убережёт её от всех неприятностей.
А у оборотня появилось ощущение, что всё идёт в правильном направлении. Непонятно куда, но в правильном. Главное, уберечь её до тех пор пока полностью насовсем не вернётся Хардош. Это самое важное. А вот после сам бог-оборотень подскажет решение этой запутанной психологической задачи. Обязательно подскажет, как же иначе?
– А как и где ты будешь спать? – спросила Кейра после ужина. – В кабинете очень неудобный для сна диван.
– Если ты не против, я буду спать в гостиной на полу. Не волнуйся! – взмахом руки прервал он возможные возражения. – Матрас, одеяла и подушки сейчас мне принесут. Размещусь вполне удобно. Если помнишь, в лесу у храма даже таких удобств не было.
Кейра улыбнулась, согласно кивнула и пошла готовиться на ночь.
Уже когда совсем стемнело, Вей заглянул в к ней в спальню и проверил запоры на окнах. Его подопечная сидела на кровати в коконе из одеяла и читала ту самую книгу про оборотней. Золотистое сияние светильника падало на её склонённую к книге голову и волосы казались необыкновенного густо вишнёвого цвета.
– Можно, я оставлю дверь в спальню приоткрытой? – чуть хрипло спросил он. – Для надёжности. Мало ли что… При обороте неудобно хвататься за ручку двери когтями.
Девушка подняла глаза на Вейго задумчивый взгляд.
– Так вроде оборачиваться во дворце запрещено?
– Ну, мало ли что запрещено. Вдруг тебя опять спасать нужно будет. Хотя нежити здесь не должно быть. Количество магов и артефактов на один квадратный метр во дворце просто зашкаливает.
– Ну, если для моего спасения, тогда дверь закрывать не нужно, – она улыбнулась, кивнула и снова опустила глаза к книге.
Вей переоделся в свободную домашнюю одежду, что принесли ему вместе с бельём, соорудил себе удобную постель из подушек и одеял совсем рядом с дверью в спальню, погасил светильники и улёгся.
На матрасе поверх толстого ворсистого ковра лежать было вполне мягко. По крайней мере намного мягче, чем на лапнике в лесу или на тощем тюфяке постоялого двора.
В ночном сумраке проступали контуры окна. Тонкий луч света падал из приоткрытой двери в спальню. Время от времени долетал шорох переворачиваемых Кейрой страниц.
– Какой сегодня был замечательный день, – подумал оборотень глядя в темноту. Он давно не чувствовал себя так легко. Ощущение приближающего праздника усилилось, заставляя кровь бежать в предвкушении. Фривольные мысли, пытающиеся прорваться в разум, Вей тщательно отгонял, прекрасно понимая, что стоит только лишь одной, самой лёгкой, зацепиться за его сознание, и он от желания вспыхнет как спичка. Ночь и тишина, царящая вокруг, только усугубляли ситуацию.
Чтобы хоть как-то отвлечься Вей привычно перед сном оглядел своё тело магически. В аурных слоях в районе груди он заметил небольшое яркое уплотнение, немного похожее на сияющую звёздочку.
Вейго удивился и напрягся. Что это? Однако аура вполне благожелательно реагировала на звёздочку и даже более того, в области около этого новообразования даже светилась сильнее. Никакого дискомфорта и угрозы Вей не почувствовал и успокоился. Завтра он посоветуется с Гором, а уж друг разберётся, что за звёзды неожиданно зажигаются в груди. Как никак Горан маг четвёртого уровня!
Через некоторое время луч света, падающий из приоткрытой двери, погас, значит, его подопечная затушила светильник.
Кейра тоже не спала, лежала в темноте, глядела на светлое пятно окна, где в бархате неба перемигивались звёзды, и осторожно, как драгоценные жемчужины, перебирала впечатления, накопленные за этот необыкновенный вечер.
Вспоминала блюдо с пирожными, разных форм, размеров и цветов. Над каждым из этих маленьких кондитерских шедевров висело небольшое облачко своего особенного уникального аромата. Они с Веем попробовали почти все, ложечкой зачерпывая крем или отщипывая кусочки с блюдечек друг у друга.
Она вспоминала сказанные Веем слова и фразы. У него было замечательное чувство юмора. Его шутки не переходили ту тонкую грань, после которого они становятся пошлостью или наглостью.
Она вспоминала его низкий мелодичный голос и интонации.
Она с каким-то волнением вспоминала его внимательный взгляд, янтарные глаза, вспоминала, как Вей лукаво усмехается, как удивлённо поднимает брови, пряча смешинку в глазах, как шевелятся его губы, когда он что-то говорит.
А потом совершенно неожиданно для себя она вдруг представила, как Вейго приближается и целует её, и сразу задохнулась от всплеска эмоций. Ей стало жарко и душно.
Кейра откинула одеяло и оглядела спальню, утопавшую во мраке. Приоткрытая дверь в гостиную темнела чёрной щелью.
Неожиданно спустилось чёткое понимание, что Вейго совсем рядом! Его постель лежит на полу всего лишь в паре метров от двери в спальню. Он, скорее всего, уже улёгся и раздет, и стоит Кейре только вскрикнуть, как он появится на пороге и в тревоге бросится к ней, а потом…
У неё закружилась голова от своевольно нахлынувших образов. Вот он прижимает её к себе, целует, его ладони скользят по её коже… а потом… Что? Счастье? Наслаждение? Кейру накрыла волна щекочущих мурашек, и она просто запылала от внутреннего жара. Низ живота налился тяжестью, а желание позвать оборотня стало нестерпимым.
Что будет потом, к чему толкает её этот огонь, внезапно вспыхнувший в крови, она и сама толком не понимала, хотя замужние подруги её давно просветили, чем мужчина и женщина занимаются в постели по ночам. Теория давно была изучена, а вот практика…
– А потом ничего, – она зарылась в подушки, пытаясь нащупать в себе остатки здравого смысла и не рухнуть в пропасть, возврата из которой не будет. – Очнись, дурёха. Ни сейчас, ни потом, никогда у нас с Веем ничего не может быть! Даже простой человеческой дружбы не может быть, хотя дружба мне как-раз совершенно не нужна. Ничего мне не светит, кроме тайных ночных утех. Однако любовницей я быть ему не хочу и не стану ею никогда.
