355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Нина Башкирова » Mont-Blanc, или Непокоренная вершина » Текст книги (страница 1)
Mont-Blanc, или Непокоренная вершина
  • Текст добавлен: 21 октября 2016, 22:11

Текст книги "Mont-Blanc, или Непокоренная вершина"


Автор книги: Нина Башкирова


Соавторы: Азарий Лапидус
сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 10 страниц)

Азарий Лапидус
Mont-Blanc, или Непокоренная вершина

Глава 1

Порыв ветра поднял и закружил желтые листья, бросая их в стекла проезжавших по проспекту автомобилей. Осень решительно вступала в свои права, с каждым днем становилось все холоднее и холоднее. По-другому и быть не могло, начало октября в Москве в некоторые годы сопровождалось легким снежком, и хотя зима по календарю начиналась еще не скоро, по ощущениям она уже стояла на пороге.

Посреди огромного кабинета, на последнем этаже недавно построенного роскошного небоскреба, в уютных кожаных креслах восседали два олигарха, владельцы крупнейшей российской корпорации «ПБпром».

Название компании было известно далеко за пределами России. Что само по себе и неудивительно. Бюджет промышленного монстра, взращенного бизнесменами, являющегося лидером практически во всех отраслях человеческой деятельности – начиная от кинопроизводства и заканчивая добычей природных ископаемых, – сравним с бюджетом какого-нибудь развивающегося африканского государства.

Компания создавалась на заре перестройки, тогда особо модным считалась идентификация названия с собственными персоналиями. Поэтому, не мудрствуя лукаво, Бородин и Пастухов нарекли свое детище первыми буквами собственных фамилий. Правда, сначала они хотели расположить буквы в алфавитном порядке – «БПпром», но начитанный Бородин высказал мнение, что латинский вариант названия «ВР» будет созвучен с брендом известного нефтяного гиганта.

Пастухов сопротивляться не стал, и партнеры решили: «Нам не нужно ни на кого быть похожими – поменяем порядок букв». Что они благополучно и воплотили в жизнь, сохраняя придуманное вот уже почти двадцать лет.

Партнеры, начиная с внешнего вида и заканчивая внутренним мировосприятием, являли собой полную противоположность во всем.

Первый, владелец кабинета олигарх Пастухов, был спортивным, подтянутым человеком, а второй, тоже олигарх, Бородин, невысоким, полноватым, с аристократически одутловатым болезненно-бледным лицом.

Примерный семьянин Бородин души не чаял в своей жене (знакомой ему со студенческой скамьи) и четырех детях. Пастухов же, как будто в пику партнеру, в настоящее время готовился к очередному, уже третьему по счету разводу. В количестве детей он путался: каждая из жен родила ему по ребенку плюс к этому вторая и третья жены на момент брака уже имели детей, а еще были дети, которые периодически рождались от многочисленных любовниц. При этом Пастухов помогал всем материально – и детям, и любовницам, считая, что на этом его функции отца и мужчины полностью исчерпываются.

Размер помощи он определял в зависимости от отношения к матери ребенка. Но что олигарх делал в обязательном порядке, так это покупал квартиру любой женщине, числившейся близкой подругой не менее двух-трех месяцев. Совершал покупку он с удовольствием и очень легко, поскольку одним из бизнес-направлений компании являлось строительство, и практически в каждом собственном доме имелась квартира, в которой жила женщина, так или иначе связанная с Пастуховым.

Олигарх поручил своему проектному бюро разработать типовой вариант отделки квартиры, и к моменту заселения пассия или повзрослевшее дитя получали полностью упакованное «место под солнцем». Не только обставленное современной мебелью и оснащенное бытовой техникой, но даже посудой, бельем и столовыми принадлежностями.

Если бы однажды олигарху пришло в голову подсчитать, сколько же подобных квартир было подарено, то, дойдя до цифры пятнадцать, он наверняка сбился бы со счета и оставил эту глупую, никому не нужную затею.

Делая такие подарки и доставляя радость близким людям, Пастухов сам получал удовольствие и, может быть, подспудно чувствовал, что теперь все, получившие подарки, так или иначе обязаны ему, олигарху Пастухову. Он всерьез об этом не задумывался, но предполагал, что может наступить такой момент, когда, подойдя к Оле или Гале, можно будет произнести сакраментальную фразу: «Мне нужно, чтобы ты…», а дальше в зависимости от возникших обстоятельств.

Как показывал опыт, девять человек из десяти, услышав просьбу, практически не раздумывая, делали то, что он просил. Девушками двигали чувство благодарности и надежда, что если тебе «просто так» подарили квартиру, то за персональную услугу премия будет ой-ё-ёй какая!

Подобный алгоритм действий Пастухов позаимствовал у дона Вите Карлеоне – своего любимого литературного героя из книги «Крестный отец», в ту пору главного подпольного бестселлера, передававшегося из рук в руки. Роман стал энциклопедией и путеводителем по жизни для него, тогда еще только начинающего комсомольского функционера.

Жизненная философия Бородина была прямо противоположна мировоззрению Пастухова. Он ничего не делал с надеждой на случай, просчитывал каждый шаг. О его педантизме в деловых кругах ходили легенды. Никто не мог понять, как могли сосуществовать столько лет в успешной связке два таких разных человека. Хотя, с другой стороны, именно эти различия и определяли общий вектор поступательного движения созданного партнерами промышленно-финансового гиганта.

Теоретик Маркс предполагал, что одной из движущих сил развития общества является «единство и борьба противоположностей». Практики Пастухов и Бородин своим существованием это доказывали!

– Валя, объясни мне, пожалуйста, зачем ты завесил стены этой мазней? – произнес Бородин так, будто бы впервые находился в кабинете партнера, при этом показывая пальцем на многочисленные картины, замечательные образцы русской маринистики, которые были собраны Пастуховым. – Уж лучше бы оставил ткань на стенах в первозданном виде!

– Дорогой друг! Если ты называешь «мазней» произведения Айвазовского, Лагорио и Дубовского, то ты или ничего не понимаешь в искусстве, или просто хочешь плюнуть в душу истинно русского человека! – с иронией произнес Пастухов.

– Не ерничай! Никуда я плевать не собираюсь. Но даже самые лучшие русские художники на пике своего успеха не достигли уровня средних европейцев, творивших за столетия до них. Ты же знаешь, например, что в Британской национальной галерее – крупнейшем мировом хранилище живописи – я не нашел русских художников. Русского реалистического искусства, по мнению британцев, не существовало.

– То-то у них там, в «Сотбис» и «Кристи», за русских художников миллионы платят!

– А кто платит? Мы сами и платим! Это, знаешь, как деловая игра. Если мы захотим поднять цену компании, то будем ее перепродавать друг другу, каждый раз поднимая цену, а на последней руке попробуем продать ее кому-то еще! Что, кстати, мы с нашей медийной компанией и сделали, заработав при этом кругленькую сумму! Я не меньший патриот, чем ты. Но, к величайшему сожалению, вынужден в этом вопросе согласиться с европейским мнением. Которое, кстати, признает за русскими право быть лидерами в последующих исторических эпохах, справедливо полагая, что Кандинский, Родченко, Малевич и еще пара десятков художников были основоположниками нового направления в искусстве!

– И именно поэтому ты их коллекционируешь! – по-прежнему не изменяя иронии, прервал партнера Пастухов.

– Нет, я коллекционирую русский авангард потому, что он мне нравится, – это главное. Ну а кроме того, моя коллекция и коммерчески более устойчива – на Западе им интересуются не только русские! Но сегодня я с тобой хотел поговорить не только, а лучше сказать, не столько об этом!

– Вот именно! Судя по темпам, с которыми ты устремился на встречу со мной, явно хотел сообщить что-то важное?

– Да. Вчера встречался с Кешей. Поговорили о проблемах страны и экономики в целом, а в разделе «разное», зная наши возможности, он предложил свою помощь в выигрыше тендера в федеральной целевой программе на следующий год.

Пастухов с интересом посмотрел на партнера: только что упомянутый Бородиным Кеша был не кем иным, как всесильным вице-премьером Иннокентием Сергеевичем Зайцевым, в чиновничьи обязанности которого входила реализация программ правительства в области промышленности. А подобное заявление гарантировало получение заказов на миллиарды рублей.

– Тема интересная. А что от нас требуется?

– Практически ничего! – с улыбкой произнес Бородин. – До первого января представить на конкурс нашу компанию, а после формального выигрыша с начала февраля приступить к реализации обозначенных в тендерной документации работ.

– Замечательно, давно столь серьезные финансовые предложения не приходили к нам так легко!

– Они к нам еще не пришли и, откровенно говоря, не придут до тех пор, пока мы не организуем компанию, которая будет реализовывать программу.

– По-моему, это очень просто! Взять с рынка серьезного управленца и поручить ему сформировать работоспособную команду. Главное, иметь заказы, а их реализация – дело техники.

– Мне кажется, ты упрощаешь, – с сомнением произнес Бородин. – Если бы все было так просто, то в этот бизнес сейчас очередь стояла. А как мне пояснил Кеша, на рынке существуют всего два-три реальных игрока!

– Ну и здорово! Вот у них и выдернем лидера. Дадим ему больше денег и пообещаем опционы, зависящие от дальнейших результатов. Я примерно представляю, с кем можно поговорить. – Пастухов вскочил с кресла и быстрыми шагами принялся мерить свой огромный кабинет. – Команду я берусь организовать до пятнадцатого декабря, а через месяц она уже сможет приступить к работе!

– Ты уверен, что сказанное тобой реально? Потому что, если ты мне сейчас скажешь «да», я тут же встречусь с Зайцевым, и мы обсудим объемы, которые возьмем на себя.

– Я же уже сказал «берусь»! Почему я слышу в твоих словах нотки сомнения?

– А потому, мой друг, что, когда последний раз ты так же уверенно обещал решить вопросы с реализацией программы приватизации некоторых нефтегазовых активов, мы не только потеряли при этом кругленькую сумму, но и еле ноги унесли! Второй промах никто из нашего «дружелюбно настроенного» бизнес-сообщества не простит. Проглотят и не подавятся!

– Я тебе гарантирую, что второго такого промаха не будет! В случае если у нас что-нибудь не получится, я все расходы беру на себя. Но этого не может быть! Просто потому, что не может быть!

– Ну, что же, надеюсь, на этот раз ты окажешься прав. – Бородин поднялся, протянул руку и обычным медленным своим шагом направился к выходу из кабинета. У самой двери обернулся и произнес: – Я не шучу! Слишком многих конкурентов мы отстраним от очень больших денег. Нам не простят провала!

Пастухов кинулся к огромному рабочему столу, размашисто написал три фамилии и с силой вдавил кнопку селектора.

– Немедленно Алимова ко мне!

Через несколько минут заместитель по экономической безопасности вбежал в кабинет шефа. Казалось, что рука безопасника сжимает рукоятку пистолета, а глаза ищут противника или, зная высочайшую его квалификацию, потенциальную жертву.

– Что случилось? Мне сказали, что я вам срочно нужен!

– Да, у меня к тебе особое поручение. Постарайся как можно быстрее собрать полную информацию об этих людях.

Пастухов протянул Алимову листок с фамилиями.

– Я этих имен никогда не слышал…

– А тебе и не надо! – зло прервал сотрудника олигарх. – Найти и доложить!

– Может быть, у вас есть какая-нибудь дополнительная информация о них или их окружении? – извиняющимся тоном пробормотал Алимов.

– Пиши. – Пастухов продиктовал названия организаций, в которых работали интересовавшие его персоны.

– Все понятно! Никаких проблем! Через неделю все будет сделано!

Глава 2

Я летел в самолете, и тяжелые мысли не давали мне покоя. Ну никак не мог понять, за какие прегрешения судьба так неблагосклонна ко мне – успешному руководителю, замечательному отцу и просто классному мужику Вячеславу Семеновичу Гордину. Сегодня, в день влюбленных, вместо того, чтобы принимать подарочки и поцелуи от любимых девушек, приходится лететь в Киев, чтобы встречаться с моими почти уже бывшими коллегами. Через несколько часов в правительстве Украины будет приниматься решение об инвестиционной программе строительства частных электростанций. Как мне кажется, без моего веского слова дискуссия может пойти в неверном направлении и компания впустую убьет те восемь месяцев, на протяжении которых мы с коллегами работали над проблемой, обещающей серьезные дивиденды.

Конечно, с учетом того, что я еще в конце декабря объявил о своем уходе из корпорации, можно было придумать какой-нибудь довод, позволяющий заменить меня на сегодняшней встрече новым президентом компании. Но я не такой. Какое-то в данном случае необъяснимое чувство ответственности толкает меня на выполнение обязанностей до последней минуты.

Почему я ухожу с поста руководителя компании «Вектор-Лайн» – одной из «дочек» корпорации «Вектор»? Лидера в области строительства инженерных коммуникаций и дорог, крупнейшей российской компании, работа в которой позволяет мне находиться на короткой ноге с сильными мира сего. Есть две причины. Первая – я просто устал в течение трех лет делать примерно одно и то же. А вторая, совсем приземленная, – я к тому же хочу больше денег. Мои попытки поговорить на эту тему с хозяевами корпорации не увенчались успехом. К главному начальнику, Гордееву, с этой темой идти бесполезно. Он все равно спустил бы решение вопроса вниз, своим подчиненным. Поэтому я пошел к его первому заместителю Ионову, крупному акционеру корпорации, курирующему мою компанию. Тот, выслушав мои доводы, посмотрел на меня пронзительным комсомольским взглядом:

– Твои результаты довольно слабы, если не сказать больше! На производстве воруют, проекты реализуются со срывом сроков. Я пока не вижу поводов для увеличения твоего вознаграждения, давай поговорим месяца через два-три.

Тот разговор состоялся в середине лета. Я пришел к Ионову через три месяца, в октябре, и выслушал аналогичный первому набор фраз. Решил для себя, что следующий разговор будет последним. Дождался середины декабря, обсудил со всеми близкими предстоящий визит. Мнения разделились. Одни – прагматики – считали, что, уйдя из компании, я лишусь того, что сейчас принято называть административной поддержкой. Другие, радикалы, говорили о невозможности специалисту моего уровня служить мальчиком на побегушках. Правы были и те и другие. Как водится, истина находилась где-то посередине. Да, менеджеров-строителей моего уровня, наверное, на всю страну наберется с десяток человек, не больше. Но при этом в нашем бизнесе одной из главных составляющих являлся административный ресурс. У моих бывших коллег его было на порядок больше. К тому же сам Гордеев входил в топ-лист российского бизнеса и даже время от времени общался с президентом страны (о чем незамедлительно сообщалось во всех деловых изданиях).

Тем не менее я решился на встречу, от которой зависело принятие мной окончательного решения.

Двадцатого декабря, когда все бизнес-сообщество, как вдруг резко заболевшее, металось с новогодними подарками, пытаясь перещеголять друг друга, я пришел к Ионову. Тот повторил уже знакомые мне слова.

Выдержав театральную паузу, я произнес:

– Вы обещали назвать новые условия моей работы в корпорации. Вместо этого я опять услышал нарекания по поводу моей работы. Ну что же, в таком случае я ухожу из компании!

Ионов от неожиданности открыл рот. Видимо, он считал, что я его крепостной крестьянин и буду вечно работать в имении. Но, будучи опытным управленцем, Ионов быстро пришел в себя:

– Пожалуйста. Тебя здесь никто не держит. Только будь добр, передай дела. Я дам команду службам подготовить анализ твоей работы и соответствующие бумаги.

– С удовольствием, Александр Львович! Мало того, я готов находиться в компании до тех пор, пока это будет необходимо. Чтобы не давать повода различным слухам до момента моего ухода, можем держать предстоящее событие в тайне. Кроме того, после ухода я обещаю быть лояльным к компании.

На том и порешили. Я не мудрствуя лукаво решил отправиться на Новый год в Дубай.

Передо мной стоял выбор спутницы на предстоящее путешествие. У меня одновременно развивались романы с тремя девушками. С Ольгой мы даже жили вместе, изображая некое подобие семьи. Она была хозяйкой небольшой туристической компании. На Новый год какие-то начинающие олигархи заказали ей поездку в Австрию с продолжением в Швейцарии и окончанием в Италии. Роскошные гостиницы, автомобили, частные самолеты – все то, на что я уже до тошноты насмотрелся, работая в корпорации и сопровождая боссов на различные конференции и встречи с инвесторами. Богатые клиенты требовали личного присутствия Ольги на протяжении всего маршрута, а на предложение присоединиться к компании я ответил однозначным отказом. Мне хватало прибамбасов своих олигархов и их жен на рабочем месте. Мы поругались.

Поэтому на Новый год я был вынужден взять кого-то из оставшихся двух девушек. Пригласил Веру. Не столько за ее привлекательность и сексуальность, сколько за ненавязчивую манеру общения (если так можно назвать поведение девушки, в течение дня не произносившей ни слова). Остановились мы в комплексе «Маджинат Джумейра», вернее, в ее левом крыле – гостинице «Аль Каср», одной из лучших гостиниц Дубая.

В Эмиратах на Новый год я был в первый раз и понимал, что немного рискую – как там, под пальмами, без снега и елок все организуют? Но мои опасения оказались напрасными. Праздник превзошел все ожидания! Огромный шатер, или, правильнее будет сказать, зал, специально построенный на пляже, между моей гостиницей и знаменитым «Парусом» – гостиницей «Бурж аль Араб», – вместил больше тысячи гостей. Шампанское «Моет и Шандон» лилось рекой. В буфете предлагали разносолы, какие вряд ли можно было где-нибудь еще увидеть вместе: черная и красная икра, крабы, устрицы, тигровые креветки – на холодное; фуагра как горячая закуска; главным блюдом предлагали роскошную вырезку и сибас. Завершалось все мороженым пяти сортов, сорбетом, пирожными и роскошными корзинами фруктов. Около каждого гостя стоял официант. Приятная живая музыка. Но все это было лишь прелюдией к главному событию, встретившему Новый год, – двадцатиминутному салюту. Я был в безумном восторге. Ведь не случайно говорят «Как Новый год встретишь – так и год проживешь». Судя по всему, меня ждал фантастический год.

И правда. Вопреки моим ожиданиям, преемника нашли довольно быстро. Уже в конце января меня познакомили с Сергеем Васильевым, довольно неплохим менеджером, вероятно, не таким успешным, как я, но все равно быстрая замена. Пару недель я передавал ему дела. И вот последняя командировка, после которой я буду абсолютно свободен. То есть наконец-то начну работать на себя, полноценно отдыхать со своими подружками и при этом неплохо зарабатывать в своей собственной компании. Я предлагал Сергею поехать со мной в Киев, но его уже закрутили текущие дела с многочисленными заказчиками и подрядчиками. Мы решили, что на сегодняшней встрече я озвучу свою отставку, а Глава нашей украинской компании Николай Сидоренко приедет в Москву с подробным анализом перспектив компании на местном рынке.

Большого смысла в озвучивании моей отставки не было, потому что обещания сохранить тайну, судя по всему, Ионов не сдержал. Мало того что о предстоящем моем уходе прознали наши клиенты, но буквально через пять дней после того памятного разговора на меня обрушился шквал звонков. Многочисленные знакомые и хедхантеры предлагали мне работу. Я жестко говорил «нет», и очень скоро от меня отстали все, за исключением одного-двух олигархов, начинающих бизнес, аналогичный нашему. Они атаковали меня долго и целенаправленно. Сулили золотые горы по сравнению с тем, что я имел, цифры менялись на порядок. Но вот с кем я ни при каких условиях не хотел бы работать в дальнейшем, так это с подобными людьми.

Самолет плавно коснулся полосы. Вокруг было много снега, казалось, даже больше, чем в Москве. Я первым спустился по трапу и прошел в поджидавший меня автобус для VIP-пассажиров. Формальности заняли пару минут, и я быстрым шагом покинул терминал.

Как обычно, меня встречал Николай Сидоренко. Вот только улыбка его была какой-то натянутой и глаза он норовил все время спрятать. Наверняка до него уже дошли слухи о моей отставке, и он не знал, как себя вести. То ли я добровольно отставлен – тогда можно расслабиться, то ли уволен с «волчьим билетом» – в этом случае надо держать ухо востро.

– Как долетели, Вячеслав Семенович? – неестественным голосом спросил Николай, взял из моих рук маленький полетный чемоданчик «Луи Витон», и мы направились к поджидавшему «Мерседесу».

Чтобы успокоить нервного коллегу, я решил сразу взять быка за рога, задержался у открытой двери автомобиля и подозвал Сидоренко:

– Николай, для тебя, наверное, не секрет, что я заканчиваю работу в компании «Вектор-Лайн». Ухожу без видимых проблем, просто безумно устал от напряжения, связанного с работой.

Николай не смог скрыть удовлетворения от услышанного. Хотя, по правде говоря, он с не меньшим удовольствием воспринял бы и информацию о моем изгнании из компании. Главное для его прямолинейного мозга было понять, свой я или чужой. Дальше все было однозначно и понятно. И тем не менее я искренне обрадовался теплым искоркам, которые забегали у Сидоренко в глазах. Проще будет общаться.

– Конечно, я понимаю, какую непосильную ношу вы тянули эти годы. Сколько лет вы были на посту президента?

– Больше трех!

– Три года! Десятки проектов в Москве, столько же по другим регионам России, сейчас еще и Украина добавилась. Не всякий человек это выдержит, вернее, только единицы могут выдержать такое. Как же я найду замену такому человеку, как вы?

Не речь, а придворный церемониал какой-то. Николай старался говорить только то, что, по его мнению, было приятно слышать собеседнику. Да к тому же выстраивал какие-то замысловатые протокольные фразы. Может быть, именно поэтому его и назначили директором местной компании. У нас было несколько претендентов на эту высокооплачиваемую по украинским меркам должность, и, когда после долгих обсуждений их осталось только двое, я представил кандидатов Ионову. Первый – талантливый инженер-практик с неплохим знанием местной профессиональной элиты, на собеседовании растерялся, отвечал односложно, порой невпопад. Второй же – Сидоренко, – принадлежавший к этой самой элите, особым чутьем уловил, что желает услышать начальник. Он прошел собеседование блестяще. Я больше склонялся к первому кандидату, но спорить не стал. И вот на протяжении нескольких месяцев раз в две недели Сидоренко встречал меня в аэропорту, нес к специально заказываемому по случаю моего приезда «мерседесу» вещи и рассказывал то, что я, по его мнению, хочу услышать.

– Не переживай, Николай. Замену мне нашли. Очень достойный человек. Я полагаю, что вас, руководителей региональных компаний, на следующей неделе соберут у Ионова и представят нового президента.

– Кто он, если это не секрет?

– Я точно не знаю, секрет это или нет, но тебе по-дружески могу сказать – Васильев Сергей Юрьевич.

Сидоренко сделал глубокомысленное лицо, как будто пытаясь что-то вспомнить.

– Похоже, я его не знаю.

– Ничего страшного, скоро узнаешь.

Машина тем временем уже въехала в город. Как обычно в это время дня, на мосту образовывалась послеобеденная пробка. Центр города, убранный снегом, был необычайно красив. Настоящая зима. Один мой товарищ, проживший в Киеве несколько лет, так рассказывал мне об этом городе: «В Киеве есть настоящие четыре времени года. Ярко выраженные зима, весна, лето и осень. В отличие, например, от Москвы, где одно плавно перетекает в другое и порой трудно понять, что это – конец осени или начало зимы». Чем больше я бывал здесь, тем больше убеждался в справедливости такой оценки. Одно меня выводило из равновесия – местные пробки. Они, мне кажется, могли бы конкурировать с московскими. Но сегодня машин у Крещатика скопилось на удивление немного, так что доехали до гостиницы за несколько минут. Несмотря на то что в последнее время в Киеве появилось много новых гостиниц, я люблю лучшую, по моему мнению, которая называется «Премьер-Палас» (или просто «Премьер», как ее называют местные жители). Машина остановилась у входа. Молодой парень в казацком тулупе и папахе услужливо подтолкнул крутящуюся дверь, и я вошел в холл гостиницы. Интересно, когда я попаду сюда в следующий раз? К сожалению, работы в Украине, не связанной с компанией «Вектор-Лайн», у меня не было.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю