Текст книги "Странная пара (женская версия) [др. перевод]"

Автор книги: Нил Саймон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 4 страниц)

Флоренс. Но после них никто… Сестра с мужем не живет… Но они не разводились.

Олив. «Эспрессо» будешь? С печеньем.

Флоренс. Как он только посмел так со мной поступить? Как? (Со всей силы бьет по подлокотнику кресла и тут же хватается за шею). Ой, моя шея! Боль адская!

Олив. С чего это вдруг?

Флоренс(держась за шею). Нервный спазм. Это у меня хроническое. О, Господи, больно-то как!..

Олив. Чем помочь-то?

Флоренс. Полотенце. Дай мне горячее полотенце. Как можно горячее.

Олив. Ясно. А как насчет аспирина?

Флоренс. Подойдет… И коньяку… Пошевелить не могу…

Олив. Горячее полотенце, аспирин, коньяк. Еще что?

Флоренс. Мазь обезболивающую. Будем втирать.

Олив. Хорошо. (Направляется на кухню).

Флоренс. И шарф. Шерстяной шарф… Лучше кашемировый, если найдется. (Ходит по комнате, массируя шею). Как чувствовала я. Ждала беды. Как-то ночью пробралась в ванную и стала молиться: «Господи, умоляю тебя, спаси наш брак, умоляю. Подскажи, Господи, как быть дальше. В чем я не права? Помоги, Господи, ну помоги же…» А тут из спальни голос Сидни раздается: «Господи, умоляю тебя, пусть она заткнется. Пусть она замолчит, умоляю тебя, Господи».

Олив(возвращается с подносом в руках)…Вот. Повяжи шарф. Прими аспирин.

Флоренс(садится за стол). Я не из тех, кто на жизнь любит жаловаться. И никогда не пыталась изменить его привычки… Ну носит он парик на два размера больше… Голова, как у овчарки. Я хоть слово сказала?!!

Олив. Таблетки коньяком запей.

Флоренс. Теперь у него новый пунктик – ковбойские сапоги. Высокие, дальше некуда. До самых колен. Во как… Для таких не лошадь нужна, – слон. А еще языками увлекается. Русским особенно. Только и слышишь русское «да-да-да»!

Олив. Опять нагнетаешь. Прекрати.

Флоренс. Я замужем за мужчиной с лохматой, как у собаки головой, который носит сапоги до колен и все время приговаривает «да», «да». И он еще посмел выставить меня за дверь?!!

Олив. Расслабься! Расслабься, черт побери! А то шею разнесет. Будет как у Шварцнеггера.

Флоренс. Иногда мне кажется, что я сумасшедшая. Может мне пора в соответствующее заведение…

Олив …Если массаж не поможет.

Флоренс. Что это за мазь? Запах не тот.

Олив(смотрит на тюбик). Точно. Это зубная паста.

Флоренс. Ну ты даешь. (Вытирает шею полотенцем).

Олив. Это потому, что ты вся как на иголках. Ты всегда такая нервная?

Флоренс. С раннего детства. Самое жесткое мясо могла жевать одними деснами.

Олив. Нагнись.

ФЛОРЕНС нагибается. ОЛИВ массирует ей спину.

Флоренс. Я ужасно нервная. То плачу, то паникую, то в истерику впадаю.

Олив(продолжая массаж). Если будет больно, скажи. Я в этом деле мало что смыслю.

Флоренс. Плохая я подруга. Вешаю на тебя свои проблемы, голову тебе морочу.

Олив. Ничего подобного.

Флоренс. Морочу, морочу.

Олив. Не переживай.

Флоренс. А я переживаю. Стоит мне открыть рот, ты начинаешь зубами скрежетать. Ты их уже стерла наполовину.

Олив(закончив массаж). Ну вот. Как твоя шея?

Флоренс. Лучше.

Олив. Хорошо.

Флоренс. Только это не надолго.

Олив. Посмотрим.

Флоренс. Ну вот, опять вступило. (Опять трет шею).

Олив(качает головой, в отчаянии). Коньяку выпей.

Флоренс. Не могу. Не проходит.

Олив. Давай через силу. Пей. Должно помочь.

Флоренс. Дети, слава Богу, в летнем лагере. До сентября. Им еще не хватало видеть это все…

Олив. Выпей коньяк, прошу тебя.

Флоренс. Не хочу я разводиться. Не хочу я начинать жизнь заново. Поговори со мной. Подскажи, как быть.

Олив. Хорошо, хорошо. Главное успокойся и расслабься. Придешь в норму – вместе подумаем как начать новую жизнь.

Флоренс. Без Сидни? Что будет за жизнь без него?

Олив. Я же со своим не живу и прекрасно себя чувствую. И ты сможешь, уверяю тебя.

Флоренс. Ты ведь сама прошла через это. Как? Как тебе это удалось?

Олив(выпив коньяку). Пять суток беспробудно пила. Каждую ночь съедала по килограмму миндального мороженого «Хаген даш». Работу забросила. Поправилась на семь кило, бедра стали во какие… Разнесло меня, бочка бочкой… Но пережила я это.

Флоренс. А Сидни как? Он ведь тоже человек. Как он сможет пережить разрыв?

Олив. Он – мужчина. А мужчины народ свободный. Ему бабенку подцепить, как нечего делать. Это мы здоровья лишаемся, лишь бы они оставались верны нам и проявляли хоть каплю сочувствия.

Флоренс. Думаешь Сидни уже готов пойти на сторону? В такой момент?

Олив. Гарантирую, что уже завтра вечером он будет сидеть за стойкой бара с двумя телефонными справочниками под задницей.

Флоренс. Серьезно? (Неожиданно начинает издавать странные звуки и судорожно тереть себе уши).

Олив. Что еще такое?

Флоренс(вставая). Уши заложило. Ушные пазухи. Это аллергическое.

Пытается прочистить уши, затем подходит к открытому окну. ОЛИВ идет вслед за ней.

Флоренс. Да не собираюсь я выбрасываться. Просто подышать хочу. (Глубоко дышит). У меня на духи аллергия. А тут попользовалась лосьоном после бритья. У Сидни взяла. А он с ментолом. Я прямо улетаю. (Неожиданно мычит).

Олив(тупо смотрит на нее). Ты что, корова?

Флоренс. Это я так уши прочищаю. Используя перепад давлений. (Снова мычит).

Олив. Открываются пазухи?

Флоренс. Понемногу. (Трет шею). Голос, похоже, садится.

Олив. Передохни. Ты себя залечишь.

Флоренс. Ничего с собой поделать не могу. Я всех с ума свожу. Однажды консультант по семейным вопросам просто вышвырнул меня из кабинета. А в карточке написал: «Сумасшедшая!»… Сидни я ни в чем не виню. Ну какая со мной семейная жизнь?

Олив. Да оба вы хороши.

Флоренс. Что дальше-то делать? Мне ведь еще жить и жить. Было бы мне лет семьдесят-семьдесят пять, я бы это легче перенесла.

Олив. А сделать ты должна вот что – крепко встать на ноги и начать новую жизнь. И ни от кого не зависеть!

Флоренс. Ты права.

Олив. Само собой.

Флоренс. Была же я внутренне свободней до замужества. Отличным бухгалтером была. Могла блестящую карьеру сделать. Ты права. Снова начать работать. Стать независимой и полагаться только на себя.

Олив. Черт. Давно бы так.

Флоренс. Может попроситься на прежнюю работу?

Олив. Почему нет? На кого ты работала?

Флоренс. На Сидни. Господи, сколько же глупостей я натворила. Идиотка чертова!!! Ненавижу себя.

Олив. Брось… Себя ты любишь. Просто тебе кажется, что ты одна такая.

Флоренс. Нет-нет… Я ненавижу себя до мозга костей.

Олив. Да брось ты. Ты любишь себя как никто другой. А кровь в тебе так и играет, так и играет.

Флоренс. А я считала тебя своей подругой.

Олив. Я и есть твоя подруга. Потому и учу уму-разуму. Люблю я тебя не меньше, чем ты себя.

Флоренс. Тогда помоги мне.

Олив. Как? Ты же меня не слушаешь. Думаешь только с тобой жизнь не сахар? Знаешь какой я в детстве неряхой была? А свадьба моя? Белое подвенечное платье все в пятнах от колы… Я все в облаках витала… Люблю писать, люблю рисовать, люблю фотографировать. Уборку ненавижу. Читаю, зачитываюсь, книгу закрываю, смотрю вокруг – в доме полный кавардак.

Флоренс. Я дом не убираю. Сидни этим занимается после работы. И детей к порядку приучает. А как же иначе?

Олив. А что толку? Все равно неряхами вырастут.

Флоренс. Что бы еще придумать… Может, позвонить Сидни?

Олив. А смысл?

Флоренс. Еще раз поговорить начистоту. Вдруг зацепка найдется. Хоть какая-нибудь.

Олив. Где твоя гордость? На коленях готова ползать перед ним?

Флоренс. А он и внимания не обратит. Решит, что я пол натираю.

Олив. Вот что… Сегодня ты ночуешь у меня. Завтра пойдешь домой, соберешь свои вещи, лекарства для ушей, лосьон после бритья не забудь – и ко мне.

Флоренс. А мешать я тебе не буду?

Олив. Будешь, конечно.

Флоренс. Я же страшно избалованная.

Олив. Уж кому-кому, а мне это давно известно.

Флоренс. И все-таки ты хочешь, чтобы я к тебе переехала?

Олив. Потому что… Одной оставаться еще хуже. Тоска одолевает. Вот почему.

Флоренс. Вот уж не думала… У тебя же столько друзей.

Олив. Друзья посидят и разойдутся… Так что делаю тебе предложение. Кольца обручальные заказывать?

Флоренс. Если уж на то пошло, я могла бы заняться твоей квартирой. Создам ей новый образ.

Олив. Меня и этот устраивает.

Флоренс. Ну можно я ей займусь, ну, пожалуйста.

Олив. Ладно. Уговорила. Завтра же пристроишь мне террасу.

Флоренс(начинает прибираться). А кормить тебя буду, пальчики оближешь. Как насчет горячих русских блинов? Или шашлыка по-кавказски? На обед? (Начинает собирать грязную посуду).

Олив. Готовкой заниматься совершенно не обязательно. Не люблю питаться дома.

Флоренс. Если завтракать и обедать дома, сэкономим кучу денег. Что совсем не лишнее. Я от Сидни ни цента не возьму.

Олив. Только без поспешных решений.

Флоренс. Ты же сама говорила о чувстве собственного достоинства. Как же я его обрету, если буду клянчить у него деньги?

Олив. Да – или самоуважение, или деньги. Третьего не дано.

Флоренс. Мне от него ничего не надо. Я ему покажу. Покажу, на что способна.

Звонит телефон.

(Смотрит на аппарат). Это он. Это Сидни, Чует мое сердце.

Телефон продолжает звонить. ОЛИВ подходит к нему и снимает трубку.

Олив. Да-да… А, привет, Сидни. (Подает знак ФЛОРЕНС).

Флоренс(отчаянно машет руками). Меня нет. И где я, ты не знаешь. Я не звонила. И не знаешь, где меня искать. Нет меня.

Олив(в трубку). Да. Она у меня.

Флоренс. Как тебе не стыдно! Я же просила!!!

Олив(в трубку). Да, она мне все рассказала.

Флоренс. Какой у него голос? Переживает? Что он говорит? Меня не подзывай.

Олив(в трубку). Согласна.

Флоренс. Согласна с чем? С ним не соглашайся. Только со мной. Я твоя подруга. Как ты можешь ему поддакивать…

Олив(в трубку). Ну, лично я считаю, что она воспринимает все нормально.

Флоренс. Ничего подобного!!! Потому что я ненормальная, а сумасшедшая. Как у тебя язык поворачивается…

Олив(в трубку, тепло). Ну, конечно. В этом смысле ты молодец. Будь здоров.

Флоренс. Что значит «будь здоров»? Не надо желать ему здоровья!

Олив(ФЛОРЕНС). Он чихнул в трубку. Нормальная реакция.

Флоренс. Тогда извини. Спроси, он хочет поговорить со мной?

Олив(в трубку). Э-э-э, будешь с ней разговаривать?

Флоренс. Дай мне трубку.

Олив(в трубку). Не хочешь?

Флоренс(в шоке). Не хочет со мной говорить?

Олив(в трубку). Да. Я понимаю… Согласна… Ты абсолютно прав. Ладно. И ты тоже… До свидания. (Вешает трубку).

Флоренс. Не захотел со мной говорить?

Олив(сочувственно). Нет.

Флоренс. Зачем тогда звонил?

Олив. Удостовериться, что ты жива и здорова.

Флоренс. Точно?

Олив. Сказал, что любит тебя и считает прекрасной матерью и женой.

Флоренс. Прямо так и сказал?.. А еще что?

Олив. Неважно.

Флоренс. Что он еще сказал?

Олив. Да ничего особенного.

Флоренс. А все-таки?

Олив. С большим пребольшим она приветом – вот что он сказал.

Флоренс(подходит к кухонной двери, останавливается. Чеканя каждое слово). Даже так?.. Этот лысенький коротышка, ковбой несчастный? Позволил себе сказать такое?.. Так вот, передай ему, что такую, как я, он не найдет больше нигде, и за тыщу лет… (Уходит на кухню с грязной посудой).

Олив …Какую спальню предпочитаешь? Которая окнами на Нью-Джерси, или на квартиру, в которой парень все время голым спит.

Флоренс(выходя из кухни). А ведь это к лучшему. Меня, наконец-то осенило. Между нами все кончено! (Продолжает уборку).

Олив. Снотворное пить будешь? У меня есть таблетки.

Флоренс. Не могу их глотать.

Олив. Ну, будешь сосать их всю ночь.

Флоренс. Только сейчас осознала, как все серьезно. Наш брак распался. Окончательно.

Олив. Пошли-ка спать. У меня и без тебя забот хватает.

Флоренс. Может, все и не так уж плохо. Как-нибудь примирюсь с этой мыслью.

Олив. Вот завтра и примиришься. А сейчас, марш в постель.

Флоренс. Иду, иду. Мне просто не терпится начать планировать нашу жизнь. У тебя есть блокнот? Хочу составить недельное меню.

Олив. Никаких меню! Мое питание – мое личное дело. Жареными цыплятами я сыта по горло. Ложись спать, очень тебя прошу!!!

Флоренс. Можно я побуду немного одна? Надо с мыслями собраться. (Убирает мусор со стола). Когда убираешься, лучше думается.

Олив. Твоя возня не даст мне заснуть. Раз уж тебе невтерпеж, можешь прибраться в лифте.

Флоренс. Зато с утра ты глазам своим не поверишь. Ты свою квартиру не узнаешь. Чистота будет идеальная. Ты иди. Иди и ложись. Увидимся за завтраком. (Встает на четвереньки и выгребает мусор из-под стола).

Олив. Надеюсь, ничего грандиозного ты не задумала? Вроде поклейки новых обоев, а?

Флоренс. Мне нужно десять минут. Я уложусь. Обещаю. (Посылает ей воздушный поцелуй). Олив!

Олив(направляясь в спальню). Что еще?

ФЛОРЕНС забирается на обеденный стол и начинает наводить на нем порядок.

Флоренс. А я и не знала, что тебя тоска заедает. Жить одной, пожалуй, в самом деле ужасно.

Олив(выйдя из спальни, с тревогой во взгляде). Ладно, будь что будет!!.

Занавес.

Действие второе

Картина первая

Прошло две недели. Около десяти утра. Игра в самом разгаре. ОЛИВ, ВЕРА и МИККИ по одну сторону стола, РЕНЕЙ и СИЛЬВИ – по другую. Свободный стул, по-видимому, предназначенный для ФЛОРЕНС, стоит рядом со стулом СИЛЬВИ.

Комната выглядит совершенно иначе, чем в первом действии. Порядок и чистота идеальные. Никаких пакетов для прачечной, никаких газет на полу, никакой грязной посуды.

МИККИ бросает кости, потом двигает фишку на шесть делений.

Микки. «Кино и эстрада»!

Олив. Мои любимые. Давай дальше.

Реней(оборачиваясь). Сколько можно возиться с кофе?

Олив. Для начала смотается в Колумбию и притащит мешок кофе. Ну, давай, давай. Какой там вопрос?

Сильви(читает на карточке)… Какая актриса была признана в сороковые годы «Королевой киностудии Рипаблик Пикчерз»?

Олив. Угу. Легкий вопрос. Не подсказывайте. Ее звали… как же ее звали?.. Господи, я же знаю. Высокая блондинка. Но актриса бездарная. По-моему, киностудией владел ее муж.

Вера. Подскажи.

Олив. Ну уж нет! Никаких подсказок. Ни к чему… Ну ладно, так и быть, подскажи.

Сильви. Как название овсянки.

Микки. Овсянки?

Вера. Овсянки? В пачках?

МИККИ и ОЛИВ смотрят на ВЕРУ.

Из кухни появляется ФЛОРЕНС. На ней передник в оборочках. В руках – поднос. На нем еда, стаканы и льняные салфетки. Ставит поднос на стол, берет салфетки и раскладывает их на коленях каждой из подруг.

Микки(СИЛЬВИ). Как же ее звали? Может быть «Грейп Натс»?

Вера. Нет актрисы с таким именем. Это точно.

ФЛОРЕНС продолжает раскладывать салфетки.

Олив. Нет… Как название компании. Келлог. Китти Келлог… Набиско… Нора Набиско.

ФЛОРЕНС наливает пепси в стакан со льдом.

Флоренс. Ледяной пепсик для Микки. (Подходит к МИККИ).

Микки. Спасибо.

Флоренс(забирая стакан). А где твоя подставка?

Микки. Моя что?

Флоренс. Подставка. Только что купила целый набор пластиковых подставок. Такие симпатичные.

Вера(берет в руки подставку). Вот. А я думала, что это плитка шоколада.

Флоренс. Девочки, пожалуйста, с подставками… Кому чистого шерри?

Сильви(поднимает руку). Мне. (Демонстрирует свою подставку). Подставка у меня есть.

Флоренс(подходит к подносу с закусками). Не хочу быть занудой, но мокрый стакан разъедает полировку.

Олив(не отрываясь от игры). Фарина? (ВЕРЕ и МИККИ). Ее звали Фарина?

Вера. Может быть, действительно, Фарина?

Микки. Может быть. Такая симпатичная чернокожая девушка с пятном вокруг глаза.

Флоренс. И-и-и чистая пепельница для Сильви.

Олив …Уже три имени перебрали. Как название овсянки.

Флоренс. И-и-и сэндвич для Веры. (Вытирает салфеткой дно тарелки и ставит ее напротив ВЕРЫ).

Вера. Пахнет ужасно вкусно. С чем он?

Флоренс. С салатом из крабов, карри и чуточкой укропа.

Вера. Столько возни на кухне ради меня?

Флоренс. Пустяки. Правду говорю. Ты же знаешь, как я люблю готовить.

Только ВЕРА подносит сэндвич ко рту, как ФЛОРЕНС, движением руки заставляет ее наклониться над столом.

Только что коврик пропылесосила, ешь над тарелкой… Олив, что тебе предложить?

Олив. Утку по-пекински!.. Мне надо сосредоточиться. Ты что, не видишь?

Флоренс. Джин с тоником. Сейчас принесу. (Собирается на кухню, но задерживается, глядя на стоящий на столе металлический ящик). Кто выключил освежитель воздуха?

Микки. Что?

Флоренс. Освежитель воздуха. (Включает его). Прошу с ним, девочки, не баловаться. Воздух в комнате просто ужасный. (Машет салфеткой).

Олив(теряя терпение). Ты что, нарочно тут крутишься? Чтобы отвлечь меня от игры? Своим помогаешь?

Флоренс. Да бог с тобой. Я даже вопроса не слышала.

Микки. Как имя актрисы, признанной королевой киностудии «Рипаблик Пикчерз»?

Флоренс. Вера Рэлстон. (Уходит на кухню).

ОЛИВ вскрикивает.

Вера. Рэлстон! Есть такая овсянка.

Олив(встает и выкрикивает). Это не для нее вопрос!!! Для меня!!! Я тут стараюсь, стараюсь, столько вариантов перебрала, а она раз и выдала – Вера Рэлстон!!! (Швыряет салфетку на стол). Вот черт!.. Микки, нанять парня поздоровее, чтоб проучить ее, дорого мне обойдется?

Сильви(встает). С меня хватит. Что это за игра, в час по чайной ложке… Не могу сосредоточиться. Мне уже мерещится, как она подкрадывается сзади и льет мне шампунь на голову. А потом принимается мыть.

Реней(дотрагивается до горла). Дышать не могу. Эта дурацкая машина высосала весь воздух в комнате.

Вера(пробуя сэндвич). Как вкусно. Корочка хрустящая-хрустящая.

Микки. Слушайте новость. Сидни выглядит ужасно. Ест все только китайское. Стенли на днях встретил его на улице. Говорит, весь рост у него в соевом соусе.

Вера(продолжает есть). Все такое свежее. Где она достает свежих крабов?

Олив. Мы их в ванной разводим.

Сильви. Эта гостиница во Флориде еще открыта? Пора собираться.

Реней(указывая на освежитель воздуха). Эта штука уморит нас, точно вам говорю. К утру будем все лежать вповалку с высунутыми языками.

Сильви. Олив, сделай что-нибудь! Так было весело и интересно. А сейчас что – тоска смертная. Это все из-за нее.

Вера. Была в туалете. Полотенца чистые-пречистые. И пахнут прекрасно. Она что и стиркой занимается?

Олив. Нет, посылает полотенца в Индию, их там на камнях отбеливают.

Микки. Не в том веке Флоренс родилась, вот в чем беда. В прошлом веке ее оценили бы по достоинству.

Реней(у окна, трогает занавески). Господи, эта машина пересушила занавески. Может, она и наши легкие сейчас пылесосит?

Сильви(одевая куртку). Ладно, хватит. Я пошла домой.

Олив. Сядь. Она сейчас присоединится к нам.

Сильви. Когда? Что-то непохоже.

Олив. Не уходи. Игра не закончена.

Сильви. Да не в игре дело. Главное, хоть раз в неделю с подругами пообщаться. Поговорить о мужчинах. Посплетничать. Даже о политике потрепаться… Но говорить о хрустящей корочке и душистых полотенцах, увольте. (Перебрасывает через плечо сумку). Два типа людей я не переношу совершенно. Тех, кто только что бросил курить, и только что развелся.

Вера(СИЛЬВИ). А как же человеческое участие? Надо бы и этому поучиться.

Сильви(указывая на ВЕРУ). А такие вещи говорят люди третьего типа. Их я тоже терпеть не могу. (Направляется к двери).

Олив. Сильви, не уходи. Подожди.

Сильви. Это ты во всем виновата. Ты не дала ей покончить с собой. (Открывает дверь и выходит).

Олив. Она права. Женщина всегда права.

Вера. Можно и о мужчинах. Только никто эту тему не предлагал.

Реней. Документы вроде при мне. Так что мое тело опознают.

Олив(кричит в сторону кухни). Флоренс, мы же тебя ждем не дождемся, черт побери. Бросай все и давай сюда.

Реней(берет карточку с вопросом). Чем это запахло? (Нюхает карточку). Дезинфекцией… От карточек воняет… (Отбрасывает их).

Входит ФЛОРЕНС с бокалом для ОЛИВ.

Флоренс. Так и что за вопрос?

Реней(поднимаясь со стула). Назовите фильм Филипа Марлоу с Робертом Митчемом в главной роли.

Флоренс. «Прощай, любовь моя».

Реней. И доброй ночи, ненаглядная. (Надевает куртку и уходит).

Флоренс. Ой, прошу прощения. Я что-то не то сказала?

Вера. Нет. Просто сегодня все не в настроении играть.

Микки. А мне вставать на работу рано. (Берет куртку и сумку).

Флоренс. А как твой муж относится к твоей службе в полиции?

Микки. С издевкой.

Флоренс. Как это?

Микки. Надевает на меня наручники и привязывает к кровати.

Вера. И часто?

Микки. Если по правде, то только один раз. Но когда он заснул, мне удалось отвязаться. (Направляясь к двери). А вам, по-моему, здорово повезло. Завидую белой завистью.

Флоренс. Нам? Почему?

Микки. Потому что вы свободны. Можете пойти, куда хотите, делать что хотите. Главное, побольше воображения.

Флоренс. Ты это всерьез?

Вера. А у меня с воображением плохо. Фантазиями у меня Хэрри заведует.

Микки(подходя к двери). Поверьте мне, наше время – это время незамужних. Вокруг появилось столько интересных мужчин, грех теряться.

Флоренс. А почему так, как ты думаешь?

Микки. Время, время такое.

ВЕРА и МИККИ выходят.

Флоренс(прибирает на столе). Вот это сказанули. Везучие мы, оказывается. Много они понимают. Их бы на наше место.

Олив(категорично). Я была бы тебе страшно благодарна, если бы не занималась уборкой. В данный момент.

Флоренс(продолжая уборку). Разве что… Завидовать нам? В голове не укладывается.

Олив. Бросай уборку. Я к ночи еще грязи добавлю.

Флоренс. Тарелки помою и все. Оставить наутро?

Олив. Да не в тарелках дело. Просто я чувствую себя очень неловко.

Флоренс. Я же не прошу о помощи.

Олив. Именно поэтому я чувствую себя неловко. Да виноватой даже. Ты только и делаешь, что вылизываешь квартиру. Даже пол на кухне надраиваешь. «Ой, следы! Следы на полу!»… Твои слова.

Флоренс. Я же не говорю, что следы твои.

Олив. Мои, мои, а чьи же еще, черт. Я же хожу и оставляю следы. Что же мне теперь по воздуху прикажешь летать по квартире?

Флоренс. Да ну что ты, что ты. Ходи как ходила. (Подходит к телефону, собираясь стереть с него пыль).

Олив. Правда? Вот здорово.

ФЛОРЕНС стирает пыль с аппарата, начинает протирать провод.

Флоренс. Мне так хочется, чтобы у квартиры был жилой вид. А тебя моя возня раздражает. Жаль.

Олив. Вот и не трогай аппарат. На нем мои отпечатки пальцев. Пусть остаются.

Флоренс(смотрит на ОЛИВ, кладет тряпку, садится на стул. С жалостью к себе)…Я все гадала: когда же, когда же?

Олив. Когда же ЧТО?

Флоренс. Начну действовать тебе на нервы.

Олив. Я такого не говорила.

Флоренс. Да все равно. Ты говоришь, что я тебя раздражаю.

Олив. Это ты говоришь, что меня раздражаешь. Я такого не говорила.

Флоренс. А что ты говорила?

Олив. Думаешь, я помню? Да и какая разница?

Флоренс. Никакой. Мне кажется, что это были твои слова… ну насчет раздражения.

Олив(сердито). Зачем повторять то, что кажется. Повторять – так уж слово в слово!!! Боже мой, как я раздражена.

Флоренс(берет чашку, прохаживаясь). Извини. Прости меня. Я не знаю, что со мной творится.

Олив. Только не дуйся. Хочешь поскандалить, давай. Все равно последнее слово будет за мной. Только не дуйся. Это нечестно.

Флоренс. Ты права. По отношению ко мне ты всегда абсолютно права.

Олив(повышенным тоном). Не увиливай. Я не всегда права. Иногда права ты.

Флоренс. И снова ты права. Есть грех. Вечно считаю себя виноватой.

Олив. Любишь на себя наговаривать. Хватит.

Флоренс. Ладно, не будем, не будем спорить.

Олив. Только не дуйся. Да еще так демонстративно.

Флоренс. Хорошо, хорошо. (С силой сжимает чашку. Вне себя). Черт бы меня побрал! Почему у меня все не как у людей? (Размахивается, собираясь швырнуть чашку, но одумывается).

Олив(спокойно наблюдая за происходящим). Ну, и почему не швырнула?

Флоренс. Но собиралась. Со мной такое бывает. Словно рассудок теряю. Хочу научиться сдерживать свои эмоции.

Олив. А зачем?

Флоренс. Что значит «зачем»?

Олив. Зачем их сдерживать? Ты выходишь из себя, собираешься разбить чашку, так что же тебя останавливает?

Флоренс. Бессмысленность этого поступка. А от раздражительности я все равно не избавлюсь.

Олив. Да откуда ты знаешь? Может, все будет наоборот. Ты почувствуешь невероятное облегчение. Зачем сдерживать себя всегда и во всем? Почему не дать волю эмоциям? Хотя бы раз в жизни? Делай то, что чувствуешь и не пытайся сдерживать себя… Расслабься. Дай волю чувствам! Напейся. Закати скандал… Ну!.. Разбей, наконец, эту чертову чашку!!!

ФЛОРЕНС неожиданно озлобляется, поворачивается к стене и с силой швыряет в нее чашку. Чашка разлетается на мелкие кусочки, а ФЛОРЕНС тут же хватается за руку.

Флоренс. Ой, моя рука! Как больно! (На лице гримаса боли).

Олив(вскидывает руки). Да ты шизик! Ты больна и больна безнадежно!

Флоренс. Этой рукой бросать нельзя. У меня плечевой сустав не в порядке. (Трет плечо).

Олив. А ты поплачь. Может боль и пройдет. (Бросает ей салфетку) Знаешь, кто ты? Доходяга.

Флоренс(прикладывает салфетку к плечу). Угу. Которая варит, стирает и убирает. Сколько денег я сэкономила, а?

Олив. Молодец.

Флоренс(прихрамывая, подходит к столу, собирает осколки чашки на поднос). Ладно, может я и чистюля, но хоть не зануда. Бывают у нас и приятные моменты, разве нет?

Олив. Приятные моменты? Тоже мне кайф – смотреть телек по вечерам.

Флоренс. Есть удовольствия и кроме телека.

Олив. Ну да, смотреть, как ты целый вечер возишься со своими пальцами на ногах. Нет, вечера предназначены для другого.

Флоренс. Например, для чего?

Олив. Для вдыхания дыма дорогой сигары. Короче. Мир создан двуполым. Мы принадлежим к одному полу. И наша природа требует общения с представителями другого пола. Тут уж ничего не попишешь.

Флоренс. Ты имеешь в виду мужчин?

Олив. Вот именно. Мужчин!

Флоренс. Как интересно. Я про них забывать стала.

Олив. Тебе легче.

Флоренс. Думаешь, мне мужчины не нравятся? Многие нравятся.

Олив. Кто, например? Назови хоть одного.

Флоренс. Адлай Стивенсон очень интересный мужчина, по-моему…

Олив. Да, только он на свидания больше не бегает… Ну, правда, что мы все вдвоем да вдвоем, сколько можно…

Флоренс. Да не против я проветриться. Меня тоже тоска заедает. Но ведь я только что с мужем развелась. Дай мне прийти в себя!

Олив. Да много ли нам надо? Пригласим на ужин пару симпатичных парней и все дела.

Флоренс. А откуда же я их возьму? Среди моих знакомых неженатый только один – мой парикмахер. Но ему не до нас.

Олив. Я все устрою. В моем доме живут два брата-испанца. С ними не соскучишься.

Флоренс. Откуда ты знаешь?

Олив. На прошлой неделе застряла вместе с ними в лифте. И они тут же быка за рога: «Приглашаем вас в ресторан.»

Флоренс. А как они выглядят?

Олив. Очень прилично. Оба в двубортных костюмах.

Флоренс. Это еще ни о чем не говорит.

Олив. А брюки на них были с отворотами.

Флоренс. А они молодые? Симпатичные?

Олив. Я же тебе говорю: парни – высший класс. И без набоек на каблуках. (Находит телефонный номер).

Флоренс. Который из них мой?

Олив. А мне все равно. Сама выберешь, когда появятся. (Подходит к телефону и набирает номер).

Флоренс. О чем с ними говорить, понятия не имею.

Олив(перестает набирать номер). Да расслабься ты. Они ребята простые. Болтай о чем попало и все. А уж они поговорить любят, только половины слов не разберешь.

Флоренс. Ну они хоть по-английски говорят?

Олив. Прекрасно, когда захотят… Только пообещай мне одну вещь.

Флоренс. Какую?

Олив. Забудь имя Сидни. Выбрось из головы. Их зовут Маноло и Хесус.

Флоренс. Маноло и Хесус?

Олив. Да.

Флоренс. Попробую запомнить.

Олив. Хватит нервничать. Настраивайся на приятное времяпровождение. Они нас поведут в самый шикарный испанский ресторан в Нью-Йорке.

Флоренс. Ни в какой ресторан я не пойду. На людях показываться не хочу.

Олив. Да кто на тебя будет смотреть? Кому ты нужна?

Флоренс. Я имею в виду друзей. Членов семьи. А вдруг моя свекровь зайдет в ресторан и увидит как я распиваю текилу с твоими испанцами.

Олив. Но ведь твоя свекровь живет во Флориде!!!

Флоренс. А в этот день как назло окажется в Нью-Йорке.

Олив. Послушай… Я уже на пределе. Время уходит. Сердце прямо выскакивает. Дай-ка руку.

Флоренс. Что?

Олив. Дай руку. (Берет руку ФЛОРЕНС и прикладывает к груди). Чувствуешь как бьется?

Флоренс. Чувствую.

Олив. А если вместо твоей руки на груди у меня будет лежать настоящая мужская, я почувствую себя женщиной… Ну, соглашайся!

Флоренс. Ладно, ладно… Только никаких ресторанов. Ужин устроим у нас.

Олив. У нас?!! Мы что, собираемся, чтобы животы набивать? Чтобы нас погладили, приласкали. Чтобы почувствовать себя женщинами. А потом снова тоска.

Флоренс. Да ну ее. Договорились насчет праздничного стола, значит стол будет. Зажарю цыплят по-валенсийски, сварю рис по-испански, потушу баклажаны с кабачками, запеку картошку в тесте и приготовлю лимонное суфле.

Олив. Ты в своем уме? Они же лопнут. Но уж со стульев не встанут точно. Атмосфера должна быть романтическая, а не гастрономическая.

Флоренс. Моя еда очень легкая, воздушная. Тут меня учить не надо. Пусть ублажают твою душу, а я буду ублажать их желудки. (Подходит к телефону).

Олив. Кому собираешься звонить?

Флоренс. Детям. Пусть знают, чем я тут занимаюсь. А то подружки всякого про меня наболтают. (Набрав номер, ждет). Маноло и как его?

Олив. Хе-сус.

Флоренс. А по буквам?

Олив. Х-Е-С-У-С!

Флоренс. Почти как Иисус. Может его зовут Иисус???

Олив. Да никакой он не Иисус. Хватит дергаться, Бога ради!

Флоренс. Раз он почти Иисус, сготовлю что-нибудь попроще. Рыбу и что-нибудь мучное.

Картина вторая

Прошло несколько дней. Ранний вечер. На сцене никого. Накрытый стол выглядит как фото из журнала по домоводству – белоснежная скатерть, свечи, четыре бокала, в центре – ваза с цветами. Цветы по всей комнате. На журнальном столике – свеча и ваза с печеньем. Входная дверь открывается и входит ОЛИВ. В руках у нее сумочка, портфель и бумажный пакет с вином. Оглядывается и весело улыбается.

Олив(в сторону кухни, громко). Господи, какая же красота… Прямо как в пьесе Ноэля Кауарда. (Сбрасывает туфли, снимает куртку и бросает ее на стул, но промахивается. Портфель ставит на стол. Начинает снимать юбку). Я на седьмом небе… Я наверху блаженства… (Направляется в ванную. В руках у не целлофанновый пакет с платьем из чистки).

Из кухни выходит ФЛОРЕНС с большим зеленым мешком для мусора в руках. Смотрит на разбросанные вещи. Начинает их подбирать и складывать в мешок. Подходит к кладовке, открывает дверь и швыряет туда мешок. Возвращается на кухню.

ОЛИВ выходит из спальни, застегивая на ходу платье и проверяя прическу. Из туалетного столика достает несколько заколок для волос и туфли.

ФЛОРЕНС выходит из кухни с деревянным черпаком в руках и во все глаза смотрит на ОЛИВ. Садится.

Олив(занимаясь прической). А у тебя шикарный вид. Обожаю большие серьги. Это так по-испански… Что такое Флоренс?.. Что-то случилось? На лице все написано… Выкладывай. Что тут у тебя?

Флоренс. Не у меня, а у тебя. Который час?

Олив. Понятия не имею. Половина восьмого? Восемь?

Флоренс. А двадцать минут девятого не хочешь?

Олив. Ладно, пусть будет двадцать минут девятого. Ну и что?

Флоренс. Ты обещала быть в семь.

Олив. Точно?

Флоренс. Точно. «Буду дома в семь». Твои слова.

Олив. Ну опоздала на каких-то двадцать минут. Что тут такого?..

Флоренс. Если чувствовала, что задерживаешься, почему не позвонила?