Текст книги "1917. Разгадка "русской" революции"

Автор книги: Николай Стариков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 25 страниц) [доступный отрывок для чтения: 11 страниц]

Но этого не может быть.

Вспомним союзную конференцию в Петрограде, в феврале, накануне революции. На ней речь шла об общем наступлении Антанты именно в мае–июне. Эти сроки были приняты и утверждены всеми державами-союзницами. А на столе генерала Людендорфа уже в январе лежал захваченный французский приказ о наступлении в апреле! Все это не стыкуется и со словами Керенского и других русских военачальников, которые только в марте узнали о желании Нивеля перенести сроки удара с мая на апрель. В январе об изменении сроков удара никто не говорил и не писал. Получается, либо Людендорф ложью неумело прикрывает свой источник информации и выдумывает несуществующий французский приказ, либо «союзное» командование тайно от Петербурга готовит наступление в апреле, зачем-то объявляя русским и другим членам Антанты совсем другие сроки. Это означает одно: предательство «союзников» было! Если Людендорф говорит правду – наши соратники по Антанте заранее планировали предать своего русского союзника, готовясь наступать вразнобой с русской армией. Если слова немецкого генерала – ложь, то ею он прикрывает скрытые источники информации и тайные контакты Берлина с противником. И то и другое одинаково подтверждает нашу версию о преданном «союзниками» собственном наступлении.

Немецкие войска начинают отход с Нуайонского выступа 3 (16) марта, еще до всей ленинской истории. Весь оперативный план англо-французов нарушен. Никакого окружения уже не может быть. В этих условиях всякий смысл подготовленной операции теряется, ведь немцы отходят сами, атаковать их не требуется. Не имеет смысла теперь и перенос сроков наступления, цель которого уже ускользнула. Теперь спешить генералу Нивелю некуда. Можно выступать в соответствии со старыми договоренностями с русскими – одновременно – таким образом, шансы на успех повысятся. Однако «союзное» командование план операции не меняет и начинает штурмовать новехонькие немецкие позиции:

• в лоб;

• на месяц раньше намеченного срока;

• когда русская армия не может ничем помочь и отвлечь хотя бы часть германских сил на себя.

Не внезапный отход немцев, а случившийся за ним лобовой штурм линии Зигфрида и есть главная загадка наступления Нивеля, или, как его окрестили, «бойни Нивеля». Такого развития событий не ожидали не только русские военные, но и многие французские генералы, которые говорили о недопустимости лобового штурма новых германских укреплений.

«Союзники» атакуют линию Зигфрида. Сначала, как мы уже говорили, после 48-часовой артиллерийской подготовки вперед идут англичане.[188]188
  Зайончковский A. M. Первая мировая война. СПб.: Полигон, 2002. С. 637.


[Закрыть] Это всего лишь отвлекающий, а не главный удар. Главный удар французских войск последовал 16 апреля после 9-дневной (!) артиллерийской подготовки.[189]189
  История Первой мировой войны. 1914–1918. М.: Наука, 1975. Т. 2. С. 331.


[Закрыть] Немцы придвинули резервы, усилили артиллерию. И началось обычное «прогрызание» обороны. А ведь когда генерала Нивеля назначали, то ждали от него совсем другого. Надеялись, что он не будет связан прежней тактикой «расшибания человеческих костей и человеческого мяса о самые мощные укрепления противника», как напишет английский премьер Ллойд Джордж. На деле Нивель вновь идет в лоб, на только что построенную новейшую линию обороны. Результат нулевой. Как же так?

Только берешься изучать историю боевых действий того периода, как сразу натыкаешься на «случайность» или «странность». Причин неудачи наступления и перерастания его в бойню в любой серьезной книге о Первой мировой войне вы найдете несколько штук. Все они весьма примечательны. Оказывается, накануне наступления, 4 апреля, немцам снова удалось взять языка.[190]190
  Там же. С. 336.


[Закрыть] И какого! Разумеется, в планшете пойманного офицера лежал приказ, раскрывающий план операции. Поэтому германское командование заранее знало, что удар англичан имеет вспомогательный характер, и не тратило на его отражение свои резервы.

Что сказать – фантастически везет этим немцам. Если и берут кого в плен, то обязательно с полным комплектом самых секретных документов. Взяли одного – вовремя ушли из мешка. Взяли второго – отразили наступление. Потому что узнали, когда и где начнется артобстрел и сама атака. Немецкие войска заранее отошли на главную полосу обороны вне досягаемости артиллерии противника. Их потери от небывалой артиллерийской подготовки были минимальны. Зато когда англичане и французы пошли вперед, их встретил ураганный огонь неподавленных немецких пушек и пулеметов. Читая рассказы военных историков об этом наступлении, не устаешь поражаться изобретательности объяснений, почему оно ни к чему хорошему не привело. Англичане, к примеру, захватили первую оборонительную линию германцев. Дальше, как вы понимаете, идти не нужно. Поэтому моментально «нарушилось взаимодействие пехоты и артиллерии».

Оказывается, британские орудия было трудно перемещать по изрытому воронками от снарядов полю боя![191]191
  История Первой мировой войны. 1914–1918. М.: Наука, 1975. Т. 2. С. 335.


[Закрыть]

Если вы будете двое суток из орудий разного калибра, в том числе очень мощных, стрелять по открытому полю, то можете быть уверены, что перепахаете его на славу. Оно будет состоять только из воронок разного размера.[192]192
  Стреляло 2800 орудий разного калибра.


[Закрыть] Такое предположение сделать несложно. Но британские генералы после двух с половиной лет войны ожидают увидеть вместо воронок ровную поверхность. Они не могут подтащить артиллерию вперед. И вот оказавшаяся вдруг без артиллерийского прикрытия британская пехота оставляет захваченную линию германской обороны и отходит назад…

А еще, пишут историки, ухудшилась погода: дожди, снег, метели. Поэтому французы из-за плохой погоды не поддержали наступление англичан, а отложили его до 16 апреля 1917 года.[193]193
  Зайончковский A. M. Первая мировая война. СПб.: Полигон, 2002. С. 637.


[Закрыть] Причина эта смехотворна не меньше. Будто похолодание коснулось только англичан и не коснулось их противника. А что же танки, на которые возлагали столько надежд? Ответ вы можете предугадать. Они вязли в грязи и не могли оказать наступающим британцам эффективной поддержки…[194]194
  Фуллер Дж. Танки в великой войне 1914–1918 гг. / Пер. с англ. М., 1923. С. 71.


[Закрыть]

Настолько же неправдоподобна и картина удара французской армии. Вновь помешали пулеметы и пушки, которые немцы как-то очень вовремя попрятали и отвели назад. Потом, разумеется, плохая погода. Это было полной неожиданностью. Откуда же французам знать, какая погода бывает во Франции в середине апреля?! Метели да дожди помешали корректировать огонь артиллерии, которая своими миллионами снарядов могла просто смешать с землей всю германскую линию обороны. Но – не смешала. Ведь столь огромное сосредоточение артиллерии, ее разнокалиберность привели к путанице в подвозе боеприпасов. Артиллерия неожиданно стала получать снаряды не своего калибра.[195]195
  История первой мировой войны. 1914–1918. М.: Наука, 1975. Т. 2. С. 335–336.


[Закрыть] Вот беда – ни до, ни после этого наступления такого во французской армии никогда не было…

Вы уже, наверное, догадались, что и атака 128 французских танков типа «Шнейдер» не помогла. Они, разумеется, завязли в грязи. А потом почти все они были подбиты германской артиллерией и авиацией.[196]196
  Буше Ж. Бронетанковое оружие в войне. М.: Издательство иностранной литературы, 1956. С. 38.


[Закрыть] Уцелело не более 10 машин. Куда же делось огромное количество «союзных» самолетов (1500 штук), что должны были плотной завесой закрыть небо над местом французского удара? По трагической случайности в решающий момент они были на другом участке фронта…

А еще на французские танки снаружи (!) дополнительно поместили бидоны с горючим![197]197
  История первой мировой войны. 1914–1918. М.: Наука, 1975. Т. 2. С. 336.


[Закрыть] Не каждое попадание артиллерийского снаряда бывает для танка смертельным. Но тут даже от пулеметных очередей немецких аэропланов бидоны с горючим взрывались и превращали грозные машины в двигающиеся факелы.[198]198
  История первой мировой войны. 1914–1918. М.: Наука, 1975. Т. 2. С. 336.


[Закрыть] Но если вы решите, что эти чертовы бидоны французские командиры навесили на французские танки для того, чтобы немцам было сподручнее их истреблять, то сильно ошибетесь. Это – чтобы увеличить запас хода…[199]199
  Там же.


[Закрыть]

А в целом провал наступления – напишут «умные» книги – была результатом неудачного выбора направления главного удара.[200]200
  Там же. С. 334.


[Закрыть] Англичане и французы били как раз туда, где у противника были самые сильные укрепленные пункты, где было больше всего артиллерии, больше всего пулеметов, где у бетонных бункеров были самые толстые стены. И кто же выбирал столь неудачные направления для ударов?

Чего только ни придумали западные историки, чтобы скрыть правду! Обычно идиотами и кровожадными маньяками они любят выставлять русских полководцев. Но ради маскировки в этом случае пришлось недотепой выставить и своего генерала. Оказывается, генерал Робер Нивель, будучи уверен в успехе, утверждал, что массированный удар по немецкой линии приведет к победе Франции в течение 48 часов. Он был так увлечен этим, что охотно рассказывал о своем плане любому, кто интересовался им, включая журналистов! Именно так (!) и узнало о наступлении немецкое командование. Элемент неожиданности был потерян…[201]201
  См. интернет-энциклопедию Википедия, раздел Нивель, Робер.


[Закрыть]

Ну а лучше всех о неудавшемся апрельском наступлении Антанты сказал германский генерал Людендорф: «Английское наступление, несомненно, преследовало крупные стратегические цели, но для меня они остались невыясненными».[202]202
  Людендорф Э. Мои воспоминания о войне. М., 2005. С. 421.


[Закрыть] То есть британцы наступали широко и размашисто, но вот зачем? Этого глава немецкой армии так и не понял…

Есть еще один факт, позволяющий с точностью предположить, что апрельское наступление не могло привести к победе в войне. США вступили в войну 6 апреля 1917 года. Если наступление, начавшееся 8–9 апреля, приведет к разгрому немцев, то американские солдаты даже не успеют по разу выстрелить. Как же тогда правительству США получать послевоенные преференции? Нет, американцы обязаны были повоевать, пролить достаточно крови своих солдат, чтобы президент Вильсон с полным правом начал диктовать миру новые правила игры и руководить послевоенным устройством планеты.

Для самой французской армии поспешное наступление закончилось печально: огромные потери и полная деморализация. Зато обещанное обескровливание собственной армии проведено блестяще. Войска стали совсем небоеспособны. Есть, правда, и неприятные побочные эффекты: солдаты проявляют все большее недовольство офицерами, все шире в них распространяется антивоенная пропаганда, усиливаются требования о немедленном заключении мира. Вскоре вообще начались повсеместные военные бунты. В мае беспорядки охватили семь французских корпусов. Дезорганизованными оказались 113 войсковых единиц: 75 пехотных полков, 22 батальона стрелков, 12 артиллерийских полков, два полка колониальной пехоты, один драгунский полк, один батальон сенегальцев.[203]203
  История первой мировой войны. 1914–1918. М.: Наука, 1975. Т. 2. С. 339.


[Закрыть] Наконец, два корпуса, взбунтовавшись, начали поход на Париж. Достигнут именно тот результат, о котором договаривались с немцами: «союзные» армии могут спокойно сидеть остаток 1917 года. Никто не заподозрит их ни в чем. Какое наступление, когда армия на грани бунта! Вот так, предав собственных солдат, Антанта добилась желаемого результата.

«После провала апрельского наступления западные державы не предпринимают больших наступательных операций, отказываются от решения крупных стратегических задач, – констатирует “История военного искусства”. – Наступательные операции ими проводятся с ограниченными целями. Борьба ведется за улучшение позиций, за обладание отдельными тактическими пунктами».[204]204
  Строков А. А. История военного искусства. СПб.: Омега-Полигон. Т. 5. С. 557.


[Закрыть]

В момент бунта во французских частях была очень опасная ситуация: между немцами и Парижем оставались только две верные дивизии. Фактически в это время дорога на Париж была открыта. Но Германия возможностью для удара на французскую столицу не воспользовалась, все свои силы случайно, в спешке, перебрасывая на восток. И снова объяснение в своих мемуарах дает Людендорф. Оказывается, германское командование не знало о брожении во французской армии и узнало об этом лишь некоторое время спустя.[205]205
  Людендорф Э. Мои воспоминания о войне. М., 2005. С. 431.


[Закрыть] Этим Людендорф и оправдывается, почему он не перешел в мае 1917 года в наступление на французском фронте и не использовал его временную слабость. На самом деле немцы убедились, что «союзники» свои тайные договоренности соблюдают, поэтому и соблюдали их сами.

Майской революции во Франции не получилось, бунт был подавлен в самом зародыше. Расстрелами. Все лето и осень 1917 года французские военные полевые суды работали без устали и привели армию к дисциплине и порядку.[206]206
  Зайончковский A. M. Первая мировая война. СПб.: Полигон, 2002. С. 642.


[Закрыть] Чтобы успокоить общественное недовольство, оказалось достаточно поменять одного главнокомандующего, так позорно «провалившего» наступление. Генерал Нивель был снят с поста главнокомандующего и заменен генералом Петеном, который до того организовал оборону под Верденом и пользовался огромным уважением в армии.[207]207
  Уже будучи маршалом, Петен тоже запятнает свое имя, возглавив французское правительство в Виши, капитулировавшее в июне 1940 года перед гитлеровской армией.


[Закрыть]

Мавр сделал свое дело – мавр может уходить. Войне, благодаря умелому генералу Нивелю, а точнее правительству Англии и Франции – тем, кто отдал ему приказ наступать раньше, суждено еще продлиться более года. Миллионы людей погибнут, сотни тысяч станут калеками – но «союзные» разведчики свое слово сдержат. Новый главнокомандующий Петен, приведя французскую армию в чувство, наступать не собирается. «Союзники» уходят на лето и осень 1917 года в глухую оборону. Именно в эти сроки немцы окончательно сломают Восточный фронт…

«Таким образом, безрассудная попытка Нивеля ввести в дело всю французскую армию и добиться решающих результатов без поддержки русского фронта окончилась поражением и не только сорвала возможность совместного наступления с востока и запада, но и лишила страны Антанты всех надежд на окончание войны в 1917 году», – делает выводы Керенский.[208]208
  Керенский А. Ф. Россия на историческом повороте. М.: Терра, 1996; http://stepanov01.narod.ru/library/kerensk/chapt15.htm


[Закрыть]

Разглагольствовать он умеет хорошо, а вот о причинах столь «странных» решений французского командования умалчивает. Вам кажутся неправдоподобными и невозможными действия «союзников»? Удивительно, что предают они соратников по оружию? Давайте не будем забывать, что грязней, чем политика, занятия в мире нет. И смотреть с точки зрения обычного человека с его моралью и понятиями на деяния политиков просто нельзя, иначе будет много непонятного. Поэтому давайте забудем на минуту о том, что Россия британцам и французам всегда мешала, что они портили нам кровь на протяжении столетий. Отложим в сторону наши знания о плане развала России. Не будем вспоминать о том, ради чего вообще началась Первая мировая война. Давайте просто посмотрим на ситуацию 1917 года глазами «союзных» руководителей.

В России произошла революция, ее армия стремительно разваливается. Как боевая единица такая вооруженная сила малоценна, если ее направить в наступление. Воевать она не хочет, боевой запал звучит только в речах Временного правительства. Но сражаться русским придется, если противник будет нападать сам. Иными словами – надо спровоцировать Германию наступать на Восточном фронте. Выгода здесь самая простая: если немцы бьют русских, французов они уже бить не будут – сил не хватит. На дворе уже 1917-й, а не 1914-й год, и германская армия уже не может себе позволить наступать на двух направлениях. Русские же, теснимые германцами, будут вынуждены защищаться. Война разгорится. Будут гибнуть люди, но… не ваши подданные. Жители вверенной вам страны останутся живы. Кроме того, Россия так устроена, что войти в нее можно легко, зато выйти практически невозможно. Живым. Напав на русских и углубившись в ее снежные просторы, германские армии исчезнут там навсегда. Так оно и получится. Нет, немцев русские не перебьют, в отличие от солдат Наполеона и Карла ХII, просто сотни тысяч их станут охранять дороги, склады и переезды в оккупированной стране. Другие сотни тысяч будут реквизировать продовольствие и одежду, станки и ценности. Сотни паровозов и тысячи вагонов повезут награбленное немцами в Германию. И всех этих германских солдат на Западном фронте не будет!

Вот тогда вы и нанесете немцам удар и победно закончите войну. Дух захватывает от красоты плана, одна только заминка. Боятся немцы России, они ведь тоже про Бонапарта читали и знают, что бывает с теми, кто далеко в русские равнины заходит. Ведь как из Берлина смотрится Февральский переворот? Россия оттуда сильна, как прежде, – к власти в стране пришла элита, которая и ранее заседала рядышком с царем, в Думе. Эти «сливки земли русской» пообещали сражаться с немцами до победы, а сами готовятся передать власть Учредительному собранию. Получается, будто в стране просто убрали плохого царя и решили провести некий плебисцит на тему «как на Руси жить хорошо». Решат люди, и появится новый царь, решат по-другому – и будет республика. Вопрос продолжения войны даже не обсуждается, бои не утихают. Видя все это, согласитесь вы на месте немцев наступать на Россию, имея в тылу французов и англичан, также к прыжку изготовившихся? Вряд ли. Поэтому их надо убедить, что Россия сейчас слаба и очень быстро станет еще слабее, если Владимир Ильич доедет до Петрограда. Напомню, что решение об отправке Ленина в Россию было принято почти через две недели после Февраля, а тогда вся глубина разрушительной работы Временного правительства была еще не видна. Решиться на такое в Берлине можно было, только получив огромный пласт новой первоклассной информации, словно на машине времени заглянув вперед и увидев будущие печальные русские события. Роль прорицателей сыграли «союзные» разведчики и тайные дипломаты. Они рассказали немцам:

• что натворит в стране Временное правительство;

• как оно своими указами и приказами развалит армию и флот;

• как оно будет бездействовать, потворствуя большевикам, и через короткий промежуток времени передаст им власть, после чего в стране вообще начнется что-то невообразимое.

Немцы кивнули головами – причастность англо-французов к Февралю была очевидна. А впрочем, что немцы теряют, если поверят и начнут действовать по подсказке врага? Всегда существует возможность переиграть своего партнера. По крайней мере, появлялся хотя бы призрачный шанс, разгромив Россию и подпитавшись ее ресурсами, свести войну вничью, если уж не победить в ней.

А «союзники» в качестве подтверждения своих «добрых намерений» сдавали время и место своего наступления. И даже начинали его ровно накануне отъезда Ленина из Швейцарии. Удивительно? Совсем нет. Чтобы наслаждаться тишиной на фронте, сначала надо немного повоевать. Совсем не наступать невозможно, не объяснишь же своим французским солдатам, что вы договорились с врагом и предали русского союзника. Ведь тогда они спросят: а чего ж это мы кровь проливали? Зачем? Что ж раньше с немцами не договорились? А могут и самый страшный вопрос задать: зачем вообще воевать начали, если так хорошо договариваться умеем?

Нет, вопросов таких допускать нельзя. В политике вообще часто говорится одно, а делается другое. Если в такой момент беседы с немцами схватить «союзного» разведчика с поличным – это государственная измена, а если не схватить – он потом героем станет. Секретным, разумеется. Но лет через двести, может быть, и узнает о нем весь мир. Благодаря спецоперации немцы войска с Западного фронта сняли и на Восточный перебросили и увязли там по самую шею в русской неразберихе и хаосе. Потом и сами подцепили бациллу революции и рухнули в грязь – после четырех лет успешной борьбы. Живыми остались сотни тысяч англичан и французов, выиграна война – разве ваш разведчик не герой?

От эшафота до ордена один шаг – вопрос только во времени всплытия на поверхность политической махинации. Поэтому и сдавали свое собственное наступление «союзные» дипломаты и разведчики врагу. Политикам так тоже проще: наступление захлебнулось, дальше наступать нельзя. Объяснение для общественности, почему так печально все завершилось, уже готово – ошибочно перенесли сроки наступления. Дальнейший полный покой на Западном фронте, который должны были в свою очередь гарантировать немцы, – это миллионы спасенных, не убитых и не изувеченных ваших соотечественников. Отбитое ваше наступление – десятки тысяч погибших. Арифметика простая. Экономия человеческих жизней колоссальная. Потому и идут политики на такую низость, как продажа своего «союзника» врагу. Поэтому и предают своих собственных солдат, идущих в атаку, чтобы спасти огромное число других своих бойцов!

(Для справки: в «бойне Нивеля» французы потеряли убитыми и ранеными 180 тысяч человек, англичане – 160 тысяч человек; погибли 5183 русских солдата, также участвовавших в наступлении. Но и немцы не досчитались 238 тысяч солдат.)[209]209
  http://www.hrono.info/sobyt/1900sob/1917nivel.html


[Закрыть]

Как мы помним, «союзники» обещали немцам больше серьезных наступательных действий не вести. Запустив механизм разрушения России, подкинув немцам эту идею, дальше надо просто сидеть тихо и ждать, пока немцы будут громить русских.

Так и будет! Военный министр Франции Пенлеве прямо с трибуны парламента (!), словно еще раз убеждая немцев не беспокоиться ни о чем, официально заявит, что французская армия на лето и осень не намерена предпринимать сколько-нибудь серьезных наступательных операций.[210]210
  Керсновский А. А. История Русской армии: В 4 т. М.: Голос, 1992. Т. 4. С. 156.


[Закрыть] Услышав это, германское командование направляет на восток еще шесть отборных дивизий. Но ведь просто верить тому, что говорят во французском парламенте немцам, нельзя, как нельзя и убирать с Западного фронта войска. Наступление «союзников» отбито, но на дворе только апрель, впереди еще столько времени, годного для решительных атак. Русского наступления бояться надо меньше – их армия ослаблена революцией, а вот англичане и французы могут еще наступать и наступать. А немцы совершенно нелогично перебрасывают войска с запада на восток. Почему?

Есть хорошее старое правило: если чьи-то действия вам кажутся противоречащими логике, возможно, что вы просто хуже информированы. В Берлине знают, что о спокойствии на Западном фронте они договорились, что отбитое «союзное» наступление не повторится. Вот они спокойно и перебрасывают войска на русский фронт, выполняя свои обязательства перед англичанами и французами и готовясь бить исключительно нас.

Но вернемся к действиям Временного правительства. Русская армия развалена, дисциплина равна нулю. Им бы сидеть тихо да потихоньку армию приводить в чувство. Так нет же! Из поражения, постигшего французов и англичан, оно сделало весьма любопытный вывод. Временное правительство… говорит, что русские будут наступать. Наступать, невзирая ни на что. Помогать «союзникам»…

Ничем, кроме поражения для русских войск, наше наступ ление закончиться не могло. Оно и закончилось поражением, окончательным разочарованием солдат в правительстве и большевистским переворотом. Вот и получается: военные неудачи – отличная пища для революционного брожения, а «дрожжи» – Ленин и компания – уже доставлены на место. Но вдруг неукротимой энергии и гениальной решимости Владимира Ильича не хватит, чтобы взорвать огромную Россию? Дрогнет рука, и он ошибется. «Союзники» так скрупулезно и тщательно готовили уничтожение России, что и на этот случай у них был запасной вариант. «Дрожжи» будущей социалистической революции перебрасывались в Россию буквально со всего мира.

Мало ленинского примера, давайте проследим поездку на родину другого борца за народное счастье Льва Давыдовича Троцкого (Бронштейна). Путь этот был еще более долгим и тернистым. Все дело в том, что Троцкий с Бухариным в феврале 1917 года находились в Нью-Йорке, где редактировали радикальную газету «Новый мир». Оказался там Лев Давыдович не совсем добровольно. В 1916 году, за год до русской революции, интернационалист Троцкий был выслан из Франции и вежливо препровожден французской полицией через испанскую границу. Там он тоже не задержался: через несколько дней мадридская полиция арестовала будущего основателя Красной армии. После чего Троцкий был перевезен в Кадис, затем в Барселону, чтобы в конце концов быть посаженным на борт парохода «Монсеррат» Испанской трансатлантической компании. На нем Лев Давыдович вместе с семьей пересек Атлантику и в январе 1917 года высадился в Нью-Йорке.

Вслед за ним и другие его последователи пересекли океан. Когда мы оцениваем вклад Троцкого в мировую революцию, не стоит забывать, что фигура эта по своему значению практически ни в чем не уступает Ленину. Оба были прекрасными ораторами и публицистами. Оба много теоретизировали. У обоих были свои последователи, а поклонники Льва Давыдовича были даже много активнее на мировой арене. Группа троцкистов в Мексике приобрела такое влияние, что даже написала там конституцию для революционного правительства Венустиано Каррансы все в том же 1917 году. Таким образом, эта страна первой в мире получило правительство, которое приняло конституцию советского типа. Именно в Мексику и убежит потом из СССР Лев Давыдович и будет там жить, пока сталинский агент Меркадер не проломит ему череп ледорубом.

Как Троцкий, знавший только немецкий и русский языки, выжил в капиталистической Америке? Судя по его книге «Моя жизнь», его единственной профессией в Нью-Йорке была профессия революционера. Ну что ж, видимо, эта профессия в капиталистической Америке ценилась высоко, потому что, особо не бедствуя, Троцкий дождался там неожиданно свершившегося Февраля. Причем приятные экономические «чудеса» случались с Львом Давыдовичем постоянно и в большом количестве. Вступая на борт парохода «Монсеррат», плывущего в столицу США, Троцкий жалуется в письме, что у него остается только 40 песет. А потом «вдруг» покупает дорогие билеты на рейс через Атлантику и, прибывая в Нью-Йорк, предъявляет таможенную декларацию, в которой указана круглая для того времени сумма – $500 (примерно $10 000 сегодня). Получается не жизнь, а сказка: «…Он сходит на берег в стране, где никогда не бывал, при этом Троцкий не знает английского, заработанное за три месяца революционер раздаст, но жить будет в фешенебельном тогда районе… На съемной квартире у Троцкого будет холодильник и телефон – это атрибуты роскоши того времени, впрочем, как и личный автомобиль с водителем. Кто финансирует Троцкого?»[211]211
  http://www.vesti.ru/doc.html?id=447700


[Закрыть]

И действительно, кто? Неужели опять «партийные товарищи» на свои взносы?

Но революцию нужно делать. Она без своих героев ведь может и не состояться, поэтому через три месяца Лев Давыдович, как и Ленин, засобирался на родину. Между поездками двух будущих главных вождей революции на родину есть большие различия, но в главных моментах совпадения поистине удивительны. Как и Владимир Ильич, Лев Давыдович получил от русского консула в Нью-Йорке все необходимые документы на въезд в Россию.[212]212
  Троцкий Л. Моя жизнь. М.: Панорама, 1992; http://www.revkom.com/biblioteka/marxism/trotckii/my%20life/XXIII.htm


[Закрыть]

27 (14) марта Троцкий с семьей отбыл из Нью-Йорка на норвежском пароходе «Кристианиафиорд».[213]213
  Саттон Э. Уолл-стрит и большевистская революция. М.: 1998; http://rus-sky.com.


[Закрыть] Но, едва доплыв до Канады, Лев Давыдович был безмерно удивлен и огорчен. Его и нескольких его соратников сняли с парохода и поместили в лагерь для немецких военнопленных…

Группа революционеров была снята с парохода согласно официальным указаниям, полученным 29 (16) марта 1917 года дежурным морским офицером в Галифаксе по телеграфу из Лондона. В телеграмме сообщалось, что на «Кристианиафиорд» находится группа Троцкого, которая должна быть «снята и задержана до получения указаний». Причина задержания заключалась в том, что «это русские социалисты, направляющиеся в Россию с целью начать революцию против существующего российского правительства, для чего Троцкий, по сообщениям, имеет 10 тысяч долларов, собранных социалистами и немцами».[214]214
  Там же.


[Закрыть]

Мотив задержания британские спецслужбисты объяснили самому Льву Давыдовичу просто – «вы опасны для нынешнего русского правительства».

– Но ведь нью-йоркские агенты русского правительства выдали нам проходные свидетельства в Россию, и, наконец, заботу о русском правительстве нужно предоставить ему самому! – вполне резонно возражает задержанный вождь.

«Полковник Моррис подумал, пожевал челюстями и присовокупил: “Вы опасны для союзников вообще”. Никаких документов о задержании нам не предъявлялось»[215]215
  Троцкий Л. Моя жизнь. М.: Панорама, 1992; http://www.revkom.com/biblioteka/marxism/trotckii/my%20life/XXIII.htm


[Закрыть] – пишет Троцкий в мемуарах.

Вот, казалось бы, нам и порадоваться. Напрасно мы на наших «союзников» грешили. С Лениным они, конечно, промахнулись, но ведь зато Троцкого задержали. Постойте, но как это может быть, ведь совсем скоро Лев Давыдович должен возглавить Совет рабочих и солдатских депутатов в Петрограде? Это исторический факт, а из лагеря в далекой Канаде занять это место проблематично. Постойте, его что – отпускают?!

Да! В литературе, посвященной этому событию, вы с удивлением можете прочитать, что заместитель директора английской разведки Клод Дэнси не поверил «домыслам о надвигающейся революции» и приказал Троцкого отпустить. А если бы поверил – расстрелял бы Льва Давыдовича прямо посреди лагеря?

Действия английской разведки просто поражают, как игра в карты: верю – не верю. Между тем, как пишет сам Лев Давыдович в «Истории русской революции», британское посольство в Петрограде дало в печати 14 (1) апреля официальное сообщение на ломаном русском языке: «Те русские граждане на пароходе “Кристианиафиорд” были задержаны в Галифаксе потому, что сообщено английскому правительству, что они имели связь с планом, субсидированным германским правительством, – низвергнуть русское Временное правительство…»[216]216
  Троцкий Л. История русской революции. М., 1997; http://www.1917.com/Marxism/Trotsky/HRR/


[Закрыть]

Где-то в сложной цепочке британских спецслужб произошла утечка информации, не предназначенной для огласки. Опасный для Англии Троцкий должен спокойно доплыть до России, чтобы вместе с Лениным осуществить тайные планы «союзников». Но всем сотрудникам британских спецслужб не объяснишь, для чего началась мировая война и почему разрушение России отвечает глубинным английским интересам. Где-то в недрах британских спецслужб сигнал о том, что в Петроград плывет человек, собирающийся свергнуть русское правительство и вывести Россию из войны, получил человек «не в теме». И английские спецслужбы единственный раз сделали то, что должны были делать всегда: арестовали опасного путешественника.

Были в британской разведке честные люди, по-настоящему пекущиеся о судьбе своей союзницы России, поэтому Троцкого и прихватили. Бал правили, увы, не они. Те, кто забрасывал в Россию Ленина, быстро исправили и «ошибку» с Троцким. «Нужно сказать, что закулисная механика нашего ареста и нашего освобождения мне и сейчас не вполне ясна», – честно признается Лев Давыдович в своей книге. Удивление в этих словах немалое. Потому что арестовать его не должны были. Таковы были договоренности. Как у Ленина – режим наибольшего благоприятствования. А тут сначала странный арест, потом еще более странное освобождение…

Об освобождении надо упомянуть особо. «Союзники» не просто выпускают Льва Давыдовича, так как ошиблись.

Англичане освобождают Троцкого по просьбе Временного правительства!

Это кажется невероятным, но министр иностранных дел Милюков обратился к британским властям с такой просьбой. В своем ли уме Милюков? С ним все в порядке, просто без его обращения британцам не выйти красиво из сложившейся ситуации. Нужна просьба. Троцкий сам пишет об этом предельно откровенно, что Милюков «оказался, однако, вынужден просить английское правительство через русского посла Набокова об освобождении Троцкого от ареста и пропуске его в Россию».[217]217
  Троцкий Л. История русской революции. М., 1997; http://www.1917.com/Marxism/Trotsky/HRR/2–4.html


[Закрыть]

Сам кадет Набоков удивлен просьбе главы своей партии и своего министерства не меньше нашего: «Зная Троцкого по его деятельности в Америке, английское правительство недоумевало: “Что это: злая воля или слепота?” Англичане пожимали плечами, понимали опасность, предупреждали нас. Ллойд Джорджу пришлось, однако, уступить».[218]218
  Троцкий Л. История русской революции. М., 1997; http://www.1917.com/Marxism/Trotsky/HRR/2–4.html


[Закрыть]