Текст книги "Америка... Живут же люди!"

Автор книги: Николай Злобин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 27 страниц) [доступный отрывок для чтения: 12 страниц]

Сокровища американской глубинки

Уважение к собственной истории в США огромно, хотя отношение ко многим ее страницам – критическое или, по крайней мере, неоднозначное. Исторические музеи в США не страдают от отсутствия посетителей. К слову, экспозиция Главного исторического музея в Вашингтоне выстроена не по принципу хронологии, столь привычному в России, а по тематическому принципу.

Американцы умеют увидеть историю там, где россиянам это и в голову бы не пришло, и поставить ее на службу бизнесу и патриотизму. В США есть огромное количество маленьких старинных городов периода освоения Америки и ее индустриального развития. Им, как правило, от ста до двухсот пятидесяти лет, что по российским или европейским меркам, мягко говоря, не поражает древностью. Но учитывая короткую историю США, особенно центральной части страны, удаленной от побережий двух океанов, это глубокая национальная история. Сегодня делается все, чтобы сохранить колорит того времени, максимально законсервировать внешний вид этих городков и сделать их привлекательными для туристов. Каждый штат борется за туристов, в первую очередь соотечественников. Американцы мало ездят за границу, но очень много путешествуют по своей стране. Это часть их понимания национального патриотизма, которым они гордятся. Как сказал один мой знакомый: «Я горжусь тем, что я из Америки. Если я не буду этим гордиться, я все равно буду из Америки. Так уж лучше я буду этим гордиться».

Ездить по этим маленьким бутиковым американским городкам интересно и даже трогательно. Конечно, это не древняя Европа. Однако все, что сохранилось в США до наших дней, безусловно, будет и дальше сохранено для потомков. Я помню, с каким ужасом американцы читали про сносы старинных домов в Москве. Если бы было можно, они были бы готовы их выкупить, перевезти в США и восстановить тут в первозданном виде.

Один из типичных примеров – разрушенная немецкой бомбардировкой во время Второй мировой войны лондонская церковь XII в. Она известна тем, что ее перестраивал Кристофер Рен, в ней венчался Уильям Шекспир и был отпет поэт Джон Мильтон. Лондонские власти решили ее не восстанавливать. Американцы купили развалины церкви, пронумеровали все ее куски, каждый камень, перевезли в США и восстановили в городе Фултон, штат Миссури. Этот маленький городок знаменит на весь мир тем, что именно здесь 5 марта 1946 г. в местном Вестминстерском колледже бывший премьер-министр Великобритании Уинстон Черчилль произнес свою знаменитую речь о «железном занавесе», которую в СССР сочли началом холодной войны.

Сегодня лондонская церковь XII в. не только восстановлена, но и функционирует. Там можно обвенчаться, стоя на тех же камнях, на которых стоял Шекспир, а потом спуститься в, пожалуй, единственный в мире музей холодной войны, расположенный в ее подвале. Там полно интереснейших экспонатов, включая оригиналы живописи Черчилля и Гитлера, часть библиотеки Черчилля, перевезенной сюда из Лондона, документы и артефакты, связанные со знаменитой речью британского политика, большой архив, в котором мне посчастливилось поработать. Тогда я не только впервые полностью перевел речь Уинстона Черчилля на русский язык и опубликовал ее в России, но и разыскал все варианты ее черновиков, документы, связанные с ее подготовкой и обсуждением текста Черчиллем и тогдашним президентом США Гарри Трумэном. В результате мне удалось написать подробную историю создания и произнесения этой речи – одной из самых знаменитых и переломных речей в новейшей истории.

Если бы не это – церковь, музей, архив, – маленький городок Фултон, затерянный среди кукурузных полей Миссури, никогда бы не видел ни одного туриста. Но все было сохранено, причем только руками добровольцев и за счет местного бюджета. В результате город стал не только всемирно известен – его казна активно пополняется за счет туристов. В нем уже побывали и Михаил Горбачев, и Лех Валенса, и Маргарет Тэтчер, и множество других политиков из разных стран мира, а на бракосочетание в знаменитой церкви надо записываться в очередь за много месяцев вперед. И это только один, далеко не самый яркий пример того, как провинциальная Америка превращает себя в туристскую Мекку, машину по пополнению городского бюджета и укреплению американского патриотизма. А городок Фултон, может быть, обреченный на медленное умирание, не просто выжил, но и стал расти.

Не могу не затронуть еще одну особенность, очень меня заинтересовавшую с самого начала моей жизни в Америке. США всю свою историю собирали произведения искусства, скупали их по всему миру, иногда пользуясь слабостью или бедственным положением других стран. Наверное, этот факт можно расценивать с разных позиций, но в итоге именно благодаря США многие уникальные произведения искусства из разных стран, старинные манускрипты и архивные ценности сохранились до наших дней. Иммигранты, переселяющиеся в Америку, тоже часто везли с собой предметы искусства, антиквариат или свою утварь, которая со временем превратилась в антиквариат.

В США сейчас находятся одни из самых мощных архивных, исторических и антикварных коллекций, собраний произведений искусства и литературы, кроме того, здесь живет множество богатых меценатов. Однако интересно другое – искусство в США не централизованно, как во многих других странах, в том числе в России. Американские провинциальные музеи, которые я видел великое множество, не только отлично оборудованы и прекрасно финансируются, но и обладают коллекциями, которые не стыдно выставлять в самых больших столицах мира.

Впервые я с этим столкнулся в музее города Сент-Луиса, штат Миссури, знаменитого своим пивом. Музей меня потряс своей богатейшей коллекцией. От Микеланджело до Тициана и Манфреди, от Тулуз-Лотрека, Эдуарда Мане и Сезанна до Дега, Ван Гога, Кандинского, Шагала, Матисса и Модильяни, наверное, самое большое в мире собрание работ Макса Бекмана, я уж не говорю про коллекции американского или африканского искусства. И это не единственный музей в городе, тем более в штате. Вход бесплатный, поскольку музей содержится на деньги налогоплательщиков и является их собственностью. В здании музея проводятся специальные выставки, концерты, а по залам постоянно гуляют очередные школьные экскурсии.

Впоследствии я многократно сталкивался с этим феноменом – богатые местные музеи Америки. Чтобы пообщаться с великим искусством, провинциальным американцам не надо ездить в столицы и толпиться в музеях Вашингтона или Нью-Йорка. Это здорово, но иногда приводит даже к обратному результату. Не раз я слышал от своих американских знакомых, что им нет необходимости ездить за границу, ибо все достойное внимания есть в США, а если нет, то это рано или поздно сюда привезут и покажут им с соответствующими разъяснениями. Зачем ехать куда-то самому? И не забудем еще фантастически интересные телевизионные каналы, специализирующиеся на истории, искусстве, театре, военном деле, природе, путешествиях и т. д., – на мой взгляд, действительно лучшее, что есть на телевидении мира.

В результате паспорта, необходимые американцам для поездок за границу, имеют примерно 10–15 % населения страны. «Антипоездочные» настроения особенно сильны в средней части Америки. Кроме того, поездки в другие страны для американца – это всегда далеко, о чем тоже нельзя забывать. Поездки в «ближнее зарубежье» – Мексику и Канаду – даже не считаются поездками за границу, все остальное называется overseas trip. Это словосочетание, которое дословно можно перевести как «путешествие за моря», означает зарубежную поездку вообще, а слово overseas– просто где угодно, но «за рубежом».

Антикварный рынок США: памятка туристам и коллекционерам

К сожалению, иностранные туристы в США в основном кучкуются на восточном и западном побережьях, не замечая огромного богатства, которое находится в серединных штатах. Я всегда призывал своих друзей ездить по Америке как можно больше, поскольку, побывав только на ее побережьях, пусть и неоднократно, страну эту нельзя ни понять правильно, ни оценить адекватно.

Вообще все вещи, связанные с историей, вызывают у американцев огромный интерес. Собирание антиквариата стало почти что национальной игрой или традицией. Страна сплошь покрыта антикварными магазинами и блошиными рынками, где можно купить практически все. Огромной популярностью пользуются магазины старья, где можно неожиданно нарыть кучу интересных и сравнительно недорогих вещей.

Массовой популярностью пользуются многочисленные телевизионные программы, посвященные поиску, оценке, реставрации, восстановлению антикварных вещей – от уличных телефонных кабин, которые когда-то стояли на каждом углу, а теперь почти на вес золота, до машин, детских игрушек или старинных игровых автоматов. Есть шоу, в которых любители антиквариата рыщут по стране в поисках редких вещей и торгуются с их владельцами. Есть прямые репортажи с аукционов антиквариата.

Антикварные аукционы и ярмарки устраиваются во всех регионах на регулярной основе. Особенно популярны в США блошиные рынки и гаражные распродажи, куда выносится на продажу все, что не нужно владельцу. Часто его мотивацией являются не деньги, а желание освободиться от ненужного барахла, которое жалко просто выбросить. Американцы легко выкидывают старые телевизоры, компьютеры, музыкальные центры и т. д., но, например, старую одежду можно попробовать продать – в стране немало людей, которые любят одеваться в стиле ретро, а кто-то просто ищет одежду времен своей молодости. Старые книги стоят дешево, поскольку здесь никогда не изымали книг из библиотек и не уничтожали их. Хотя, замечу, и в Америке запрещают определенную литературу, и список запрещенных в разное время книг может удивить и озадачить.

Особым вниманием в США, естественно, пользуется оружие. Другие популярные артефакты – автомобили и мотоциклы. Америка – страна автомобилистов. Старые автомобили крайне популярны, недешевы, рынок их огромен, более того, существует сеть ремонтных мастерских именно для таких автомобилей. Наконец, еще одна американская страсть – спорт – также является объектом антикварного интереса. Старые спортивные принадлежности и форма, особенно известных спортсменов, пользуются невероятной популярностью и стоят больших денег.

Я много лет интересуюсь старинными вещами и могу обрисовать здесь несколько общих особенностей американского антикварного рынка. Во-первых, он сравнительно дешевый. Страна полна антиквариата, особенно XVIII–XIX вв. Как я уже говорил, поколения иммигрантов везли сюда самое ценное, что было у них в семье, и продавали в трудную минуту или хранили много десятилетий, пока правнуки не решали избавиться от бабушкиных сокровищ, чтобы приобрести новый автомобиль или дом. Цены тут ниже европейских и уж тем более российских. Во-вторых, здесь есть вещи практически из всех стран мира. В-третьих, собиратели из других стран или дилеры, работающие на других национальных рынках, могут приобрести то, что не привлекает американцев, практически за бесценок. Предметы быта из России и СССР, например, имеют в США микроскопическую стоимость, в то время как точно такие же предметы времен нацистской Германии стоят намного дороже. В-четвертых, 75 % американского рынка антиквариата – это обычные предметы прошлого, которые стали уникальными не в силу своих характеристик как произведения искусства, а как уникальные для нашего времени вещи.

Нельзя не заметить, что антикварный рынок США весьма патриотичен. Наибольшей популярностью пользуются вещи, имеющие прямое отношение к американской истории, особенно к ее ярким страницам, победам и поражениям, а также культуре, быту и традициям. Такие предметы носят общее прозвище «американа» и являются особо ценной и дорогой находкой для антикваров. От старых банок Coca-Colaи жестяных коробок до ржавых инструментов периода Великой депрессии, особенно если на них написано «Нью-Йорк», «Детройт» или «Чикаго», от бумаг с подписью того или иного президента до одежды актера, использованной в популярном фильме, – все это тщательно сохраняется, продается, обменивается и коллекционируется миллионами американцев.

Кроме того, этот рынок очень «персонифицирован»: стоимость вещи повышается, иногда многократно, если к ней имела хоть какое-то отношение конкретная историческая личность, пусть и не очень значительная. Это касается не только положительных персонажей, но и сугубо негативных – от провалившихся политиков до преступников, особенно ставших знаменитыми. Я убежден, что высокая популярность антикварного бизнеса в США, особенно того, что связан с «американой», является естественным сегментом культуры патриотизма в его американском виде.

Не стоит думать, что местный рынок страдает от отсутствия предметов самого высокого искусства – даже беглое знакомство с коллекциями американских музеев убедительно показывает, что это не так. На провинциальных аукционах можно легко встретить картины и рисунки великих художников, работы выдающихся скульпторов прошлого, рукописи легендарных писателей и поэтов и знаменитые ювелирные изделия, а торги идут на сотни тысяч и миллионы долларов.

Собранные в США культурные богатства не могут не поражать, особенно если учесть, что на выезде пассажирская таможня практически отсутствует, никто не проверяет чемоданы, не заполняет бумаги и не выбирает зеленый или красный коридор. Более того, конституция США запрещает федеральному правительству облагать пошлиной экспорт, а штаты, в свою очередь, не имеют права облагать пошлиной экспорт и импорт без разрешения конгресса. Таким образом, никто, кроме закона, не может «монополизировать» таможню.

Ввоз в страну собственных вещей тоже не сопряжен с какими-либо особыми трудностями, если вы не привозите, конечно, оружие, наркотики и т. д. Возможность ввезти продукты для собственного употребления зависит от того, откуда они. На еду из ряда регионов наложены запреты или ограничения, которые регулярно меняются и пересматриваются, но в большинстве своем не очень строги. Однако при заполнении таможенной декларации на въезд в США требуется обязательно указать, какие продукты у вас с собой. Если в багаже въезжающего таможенники обнаружат незаявленные продукты, особенно запрещенные, официальный штраф может достигать 10 тыс. долларов, однако, как правило, никого не штрафуют – продукты только изымаются и уничтожаются. Ввоз лекарств для собственного использования тоже не очень затруднен: лекарства советуют ввозить в оригинальной упаковке, а серьезные препараты по рецепту – вместе с рецептом. Лично я не знаю людей, у кого возникли бы проблемы с провозом лекарств через таможню. Ввоз личного антиквариата тоже в большинстве случаев не ограничен и не обкладывается пошлинами, тем более что американцы везут из своих заграничных поездок много интересного и исторического.

Местный патриотизм – основа патриотизма всей страны

Американец игнорирует мнения других относительно его патриотических чувств столь же автоматически, как и мнения по поводу его мессианской доктрины, распространяемой им на весь мир. Он не стесняется быть патриотом. Южане США повсюду – на домах, улицах и автомобилях – вывешивают флаги проигравшей в Гражданской войне стороны. Это их проявление патриотизма. Выпускники школ, колледжей и университетов США гордо ходят в футболках и свитерах с названиями своих учебных заведений. Это их личный патриотизм. Жители больших и малых городов с удовольствием носят одежду с их названиями и гербами. Это их географический патриотизм. И они абсолютно не парятся насчет того, что окружающие могут невысоко оценивать тот или иной университет или город. В основе их патриотизма лежит ощущение: «Это – мой город, мой университет и т. д.». Американцы вообще очень любят рассказывать про места, где они живут и работают. Для них важно не столько рассказать, чем они занимаются, сколько поведать историю создания – когда основано, кто построил, кто основал, сколько лет действовало и т. д. Связано это, я думаю, с тем, что американцы стараются гордиться своей историей, и даже полвека для них – уже глубокая старина.

Но трудно представить себе американца, который купит футболку, скажем, Гарвардского университета и будет пафосно в ней ходить, если он закончил другое учебное заведение. Хотя Гарвард – это, конечно, круто. Так обычно делают иностранные туристы. Именно они закупают футболки с символами и гербами престижных американских университетов и городов, названиями фирм и гордо щеголяют в них, тем самым, кстати, принося им дополнительное паблисити. Фактически они платят собственные деньги за право рекламировать тот же Гарвард или Стэнфорд, Нью-Йорк или Сан-Франциско. Университеты, города и графства неплохо зарабатывают на продаже символики. Однако для большинства американцев это не просто бизнес, а проявление лояльности, патриотизма, а также самая простая система определения «своих» по альма-матер или месту жительства.

Колоссальной популярностью в Америке пользуется музыка в стиле кантри, родившаяся из фольклорной музыки около века назад. Основными инструментами тогдашнего кантри были гитара, скрипка и банджо – в зависимости от того, откуда переехали переселенцы. Кантри – один из самых популярных жанров в Америке и самый, если угодно, патриотичный. В середине XX в. с ним больше ассоциировались южные штаты. Как и в любой народной музыке, в текстах песен делался упор на любовь к родине, к своему штату, а также звучали темы, близкие южанам, – свобода, оружие, виски, жизнь на ферме и зачастую романтизация преступной жизни.

В последние пару десятилетий музыка кантри смешивалась с другими жанрами, от хип-хопа до рока, благодаря чему многие современные популярные хиты могут в той или иной степени обозначаться как кантри. Конечно, кантри-хиты про любовь, исполняемые победительницей шоу American Idolна MTV, далеко ушли по содержанию от песен звезд кантри типа Дэвида Аллана Коу – он обычно выступает, обмотанный американским флагом, и еще недавно сочинял тексты, которые вполне можно расценить как расистские. Сегодня кантри занимает 12 % музыкального рынка Америки, находясь в списке самых продаваемых жанров на втором месте после рок-музыки, на долю которой приходится около 40 % продаж. Это отражает отношение к жанру кантри в стране.

День независимости давно уже стал не просто символом американского патриотизма, но и днем объединения страны, ибо его празднуют все жители США, независимо от возраста, политических взглядов и уровня доходов. Это еще одна часть американского патриотизма – он объединяет, а не разъединяет страну. Наследники южан и северян вместе отмечают главный государственный праздник, а их прадеды лежат на общих кладбищах, где им отдают одни и те же воинские почести как патриотам, отдавшим жизнь за свою страну, независимо от того, что были они по разные стороны фронтов Гражданской войны, Министерство по делам ветеранов в равной степени заботится об их могилах, а в Голливуде никому по большому счету не приходило в голову сделать фильм, в котором представители проигравшей стороны изображались бы в неприглядном виде. Мораль проста – ни у какого политического направления, тем более у власти, нет монополии на «правильный патриотизм». Американец считает, что знает, как быть патриотом, и его нельзя учить, «как родину любить». Он сам кого хочешь научит.

Как известно, в США другое даже напряжение электросети (110 вольт), другая система видеозаписи, не говоря уже об упорном нежелании переходить на метрическую систему мер. В определенной степени эти особенности служат защите потребительского рынка от внешней продукции, а заодно и подкрепляют в американцах чувство их нетипичности в мире. Они даже готовы терпеть неудобства, связанные с этим.

Когда что-то в США происходит не так, американцы склонны винить в этом не Америку, не ее систему и принципы, а отклонения от этих принципов, извращение системы, потерю лидерами «настоящей Америки». Таким образом, вера американцев в Америку и ее превосходство не только не бывает подорвана, но и власти США вынуждены все время чувствовать себя не вполне соответствующими высоким принципам, на которых основывалась Америка. Все это является основой в целом здорового политического климата в стране, стимулом для продуктивного персонального патриотизма простых американцев.

Как я уже говорил, иммигранты в массе своей быстро становятся не меньшими, если не большими патриотами Америки, чем люди, родившиеся в ней. С одной стороны, к этому их толкает вся система внутренних установок, которая привела их в США, необходимость постоянного подтверждения того, что их решение было правильным и рациональным. С другой стороны, американский патриотизм действительно имеет обыкновение засасывать, а отсутствие среди первой пары сотен популярных телеканалов информационной альтернативы делает этот процесс еще более эффективным. Информационное поле Америки – при всем обилии свободы для СМИ, доступности любой информации и богатстве технических возможностей для ее получения – остается в значительной степени монополизированным огромными корпорациями, которые, оговорюсь сразу, принадлежат компаниям и индивидуальным бенефициарам из разных стран мира. На Америку вещают настоящие информационные и развлекательные гиганты, через головы которых добиться внимания со стороны американской публики очень сложно, если вообще возможно кому-то новому со стороны.