Текст книги "Наномашины, Кошмар Академии! Том 10 (СИ)"
Автор книги: Николай Новиков
Жанры:
Бояръ-Аниме
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 20 страниц)
Ей пришлось выслушать насколько это неправильно.
Безусловно, это позиция ребёнка и токсичного человека, это да. Но! Кате было важно не столько это, – змеёй ей быть откровенно нравится, – сколько банальная логика.
Михаэль… не из тех, кто терпит. Он способен махнуть рукой и оставить. Да кого там – он УЖЕ это делал! И Кате из-за её змеиных игр пришлось в итоге реветь, извиняться и всё выстраивать заново! И не потому, что Михаэлю плевать – а потому что Катя сама наворотила токсичного болота, и Михаэль не захотел в нём тонуть!
И вот, Катя стоит перед выбором.
И Катя его делает.
– Теодор… ну нет, – вздохнула она, разворачиваясь к классу – Просто нет. Не рассчитывай ни на что, – покачала она головой, – Я знаю зачем ты позвал. И зачем записки кидал. Нет. Не выйдет.
– Ясно… – пробормотал он, сжимая кулак, – Ясно. Можно вопрос, Кать?
– М? – развернулась она.
– Чем он лучше? Чего мне не хватает⁈ В чём… причина? Я ведь тоже не урод, не слабак, не беден. Ещё с садика я был лучше во всём! Ну вот почему… он?
Катя призадумалась. А ведь действительно… почему? Она как-то даже и не задавалась этим вопросом. Кайзер просто не выходит из головы, и в попытке понять причину, Катя просто осознала, что это симпатия. Но за что конкретно?
– Психолог говорит, что Миша – ходячий «красный флаг». Проблемный, нестабильный. Ужасный муж для спокойной жизни! – хмурится она.
– Вот именно! Почему…
– Но я, наверное, просто обожаю красный цвет, – печально хмыкает девушка, – Я не знаю. Да и не хочу. Просто так есть и всё. Я побуду счастливой в неведении, чем покопаюсь и загружу голову.
– Да никакого… счастья там не будет… – процедил Теодор, ещё сильнее сжимая кулак и кладя руку на навершие Миазмы.
– Возможно. Не знаю. Буду выяснять, – пожала Катя аккуратными плечиками и пошла в класс, – Всё, пойду я. А-то потеряли уже навер…
И тут её хватают за запястье. Неожиданно, ничего этому не предвещало! И достаточно сильно, намеренно сжимая тонкую девичью ручку!
Катя жмурится, оборачивается и видит, как её держит Теодор!
– Постой! – протяжно фыркает он, будто не в себе, – Я хочу тебе предложить! Давай хотя бы неделю…
– Теодор… я лично переломаю тебе твои руки, если ты продолжишь лезть!
Катин голос зарябил, а все цвета вокруг неё начали инвертироваться будто показывая изнанку мира, его негативную версию.
– Если не выйдет с Михалем, у ТЕБЯ нет шанса! Не пытайся портить мне жизнь. Уж поверь, твою я испорчу быстрее! Мои методы куда отвратнее, чем у Михаэля, – прорычала она, – Один раз я уже чуть всё не потеряла, и во второй раз даже пытаться не буду! Просто. Отвали.
И Катя резко дёргает рукой, выбивая её из крепкого, магического хвата Теодора!
У него дёрнулся глаз. Он дышал очень глубоко и через нос, словно разъярённый бык. И всё держался за свой меч, ни на секунду не отпуская.
Но Катя не боялась. Она ведь… просто-напросто уже сильна, чтобы не давать себя в обиду.
Естественно, она хочет быть принцессой в беде, чтобы её спасали! Но раз принца рядом нет, и не перед кем быть бедной – Катя спасёт себя сама. Уж сдачи-то дать она мо…
– Нет… это не… вы, – послышался знакомый голос.
Катя испуганно оборачивается и видит… Михаэля! Ох… ох, вот это плохо! Инвертированное негативное пространство тут же сворачивается обратно в девочку, и она испуганно водит глазками, не зная, как давно он за ними смотрит!
– Миша, а ты чего… ам… так, погоди! Тц. Да чёрт! – она уже решила, что он увидел, как они «держатся за руки», отчего нервно топнула ногой, – Поганый Теодор! Так, Миша! Стоять! Прежде чем ты что-то подумаешь… ты… эм… а что с тобой?
У него был стеклянный, погружённый глубоко в себя взгляд. Он будто ни на что не обращал внимания, а на то, что хотел – здесь не было.
– В следующем кабинете… – прошептал он, и развернулся, шагая вперёд как зомби.
Он оглядывался, что-то выискивая, и это выглядело как повод для беспокойства.
И следом за ним вышла Суви. Да, именно Суви. Они встретились с Катей взглядом.
– Что с ним? – спросила блондинка.
– Не знаю. Пока другие галдели, я одна заметила, как он ушёл.
Синицина смотрит в спину шатающемуся Кайзеру.
– Плохое предчувствие, – прошептала она, ускоряя шаг коротких школьных каблучков.
Но Михаэль далеко не ушёл – он остановился через кабинет, смотря в дверь
* * *
Здесь. Сюда ведёт тиканье. За эту дверь, в этот кабинет.
Но что меня сюда привело? Я старательно отключился от всего мира, чтобы не потерять это ощущение, чтобы прийти именно сюда! Я уверен – здесь тикает!
Мир для меня будто замедлен, я будто наблюдаю со стороны, но от первого лица.
Я берусь за ручку. Медленно открываю.
Слышу спор. Ругань. Какой-то парень слегка бедноватого вида держит за воротник другого парня, явно очень зажиточного. Конфликт сословий. Как и везде. И только он выделяется в этом классе. Но… почему меня сюда привело?
Я не понимаю.
Что… меня сюда звало?
– Ох уж эти люди, да? – и тут я услышал звонкий голос девочки, раздавшийся над ухом, – Могли бы жить, дружить. Покорять мир вместе. Но всё воюют и воюют, всё не находят места… глупые создания, правда?
Я пытаюсь обернуться! Но тут же на полпути сначала ощущаю, а потом и вижу, как по моей спине, ключице и плечу идут чьи-то острые пальчики. Словно аккуратные, заигрывающие шажки голубых ноготков.
И как только я автоматом посмотрел вниз, на эти самые коготки, они тут же коснулись моего подбородка, не давая опустить голову и поднимая её обратно.
По мне побежали мурашки. Невероятное возбуждение всей нервной системы заставило едва не дрогнуть от этого жеста!
Я не успел рассмотреть её лицо. Она уже прошла вперёд, а ногти меня ловко отвлекли. Но я увидел волосы. Белоснежные, словно снег.
От девочки пахло… морозом. Метелью и мятой!
И одежда у неё была не типовая – это было роскошное, почти готическое белое платье по колено, с голубыми вставками и кружевами на краях.
Она шла с раскрытым зонтиком, и двери были достаточно широкими, чтобы она без проблем с ним прошла. Но стоило ей сделать шаг… стоило ловким движением защёлкнуть этот белый зонт с голубыми симметричными узорами…
Как все замолкли, и спор прекратился. Осознав, кто здесь, дети пришли в такой животный УЖАС, что просто застыли. Как безвольные звери, падающие замертво!
Их дыхание задрожало, а зрачки сузились! Они медленно повернулись на настоящий КОШМАР в их школьной жизни!
– Друзья, вы что… снова шумите? – с улыбкой спросила девочка.
– Н-нет… нет! Просто поспорили! Мы уже закончили!
– Ха-ха, ну конечно вы закончили. И правильно. Не стоит поднимать балаган – для ушей плохо. Не так ли? – голос у неё был звонкий и энергичный, но говорила она выдержанно и очень размеренно, как настоящая высшая аристократка.
– К-конечно! – нервно кивнули они.
Лишь один раз я видел, чтобы дети так реагировали на другого ребёнка без прямых угроз.
Такая реакция была только на меня.
– Это ещё… кто нафиг такая?.., – услышал я знакомый голос.
Оборачиваюсь. Крайне хмурые Суви и Катя стояли позади в коридоре. Они за мной шли⁈ Я даже не заметил!
И незнакомка это услышала. Она медленно оборачивается, и я наконец могу рассмотреть её лицо… и её глаза.
Голубые, яркие словно луна, с вертикальными демоническими зрачками.
– Лунасетта Мурамаса-Франсуа де Ла Мот-Фенелон, – улыбается она, раскрывая зонтик, защищаясь от солнца с окна позади, – Или просто Князева.
Глава 9
Ой, что-то плохо стало… ох… не к добру это… ох…
«Когда от твоей невестки дети срут в штаны – к беде»… есть такая примета.
– Чего такое? – говорила девочка, – Коллективно влюбились? Ха-ха, польщена! Но не стоит – у меня одно сердце, на всех не хватит.
Хмурые морды Кати и Суви стали ещё хмурее. Я же ещё более… офигевшим, что ли.
Это… это и есть та самая дочка Виктора Князева? Лунасетта «Что-то там» «Что-то там» Князева⁈ Вот ОНА⁈
Йоооооомайо…
До чего же она необычная и привлекательная!
Её волосы и кожа… да оно все белое! Волосы словно снег – такой цвет и крашенным-то выглядят привлекательно, а тут прям видно, что это натуральный цвет! Кожа – она не бледная больная, она именно белоснежная, как от природы, так и, судя по зонтику, нелюбви к загару. Словно чистый античный мрамор!
А глаза? Они же не просто голубые – у неё от края радужки к центру разные оттенки, от аквамаринового до небесно-голубого!
У Князева общеизвестно одна дочь и две жены, и от какой именно эта дочь непонятно, но лицом она явно в том числе и в отца. Виктор он… ну будто точёный. У него скуластое островатое лицо, прямо модельное. У этой девочки же точно такое же – оно будто… вырезано из мрамора, не знаю, будто создано искусственно, чтобы быть в меру необычным, в меру фактурным, но не слишком, чтобы остаться объективно красивым.
Это явно не типаж Кати, и уж точно не Суви. Катя русская красавица, Суви милашечка кореянка. Это какая-то… не знаю, инопланетная француженка, чёрт его знает. В ней есть что-то… нечеловеческое будто. И это в хорошем смысле.
Пууууууу… пупупупу…
И знаете что интересно? Мы ведь выглядим, ёмаё, едва ли не как брат с сестрой – беловолосые голубоглазые, вкусно воняющие скулатые фактурные дети!
– А мы оказались похожи, Михаэль Кайзер, – улыбнулась она, прокручивая зонтик, – Будто две части одного целого. Забавно… не так ли? Судьба свела?
– Миша, ты её знаешь?.., – хмуро спросила Катя.
– Уже ревнуете? – Лунасетта перевела задорный взгляд на Синицину, – Рановато.
– Ха? – задрала Катя бровь, которая тут же дёрнулась, – Это ты что имеешь в виду⁈
Я начинаю чувствовать что-то не то. Не только явное раздражение сразу ДВУХ девочек за спиной, – что страшнее захвата Бездны, – а сколько…
Да не знаю! Просто не понимаю!
Это же принцесса целой страны! Она опасна как минимум из-за родословной, ей открыто противостоять будут только отбитые. Но! Здесь явно… ЯВНО что-то большее. Её одноклассники прямо в ужасе. Но если бы она была маньячкой – весь бы мир знал, что она тиран и забияка. Но не знают ведь!
Лунасетта это какой-то очень, ОЧЕНЬ тёмный лес. Или шкаф с десятком скелетов, и далеко не только людских. Но главное… главное-то при этом… она ещё и девочка!
Драный рот, это же прямо в моём вкусе! Проблемы и красота! Грыаааааа! Отрежьте мне письку, отрееееежьте! Я уже понимаю, что она приведёт меня туда, куда бы я не пошёл под дулом пистолета!
«Рой, есть мысли? Я таких людей ещё не видел. Даже Вивьен при схожих повадках таких ощущений не вызывала».
«Не могу ответить. Не нахожу причин. Я сразу начал сравнение с Зайкой, но начальный высокий процент соответствия быстро снизился до минимума. Цвет глаз иной. Голос не сравнить – Зайка его меняла, он у неё двоился и искажался. Рост не сравнить из-за маски. Недостаточно данных».
Честно говоря, тоже на Зайку подумал. Есть у них что-то общее маньячное такое. Но ведь ноль доказательств! Зайка скрыла свою личность и внешность очень хорошо.
И тут я кое-что понял.
– Так, стоп. Откуда ты знаешь моё…
«Бз-з-з-з», – раздался звонок, прерывая мой вопрос.
Князева подняла небесно-лунно-голубые глаза и вновь улыбнулась.
– Пора бы вам возвращаться. Наругают ещё, – прокрутила она зонтик, шагая по классу.
И в подтверждение слов я слышу шаги за спиной – типичный звук каблуков училки.
Хочу догнать, хочу спросить! Но понимаю… мы же всё равно ещё встретимся. Была бы это просто красивая ученица – чёрт бы с ней, спросил бы. Но это же Князева. Мы в любом случае уже переплетены, не факт что надолго, но судьбы мимо не разойдутся.
– Кхм, господа, дамы, – услышал голос немецкой учительницы, – Классом не ошиблись?
Я оборачиваюсь и мало того, что вижу учительницу, так и вовсе всех оставшихся моих друзей, плюс Теодора, плюс Святослава Русова, которые видать поплелись следом, но с задержкой.
– Да, уже бежим, – хмурюсь я, – Извините.
– Бегом-бегом! У нас строгие правила, если вы не знали!
Я киваю и уже делаю шаг. Уже ухожу. Уже откладываю этот головняк на потом!
Как…
– *Тик. Тик. Тик*, – Лунасетта издала невероятно похожий на Судьбу звук тикающих часов.
Та же интонация. Тот же звук. Та же периодичность! Когда люди изображают часы – он изображают их иначе! Звучит это иначе! Но она… она…
Она знала, КАК изобразить тик грёбанного Порядка!
И я пытаюсь повернуться, но вставшая в проходе учительница со строгим лицом перекрыла и вид, и желание что-либо делать дальше. Сейчас она уже шутить не собиралась – если не уйду, то будут проблемы.
Тц. Да чёрт!
Ну, а вот это уже заявочка.
«Что-ж… вот и знакомство. Вот и долгожданная дочка Виктора…», – я хмурюсь, разворачиваюсь, и наконец шагаю в сторону нашего класса.
– Миша, ты куда делся? Да так незаметно! – подошёл Максим.
– За юбкой готической он побежал, мужлан! – зашипела Катя.
– Опять?
– «Опять»⁈ – Катя такого не ожидала и опешила ещё больше.
– Максим… да заткнись ты, – вздохнул я, – Нет, просто ощутил что-то странное. Думал случится там что. Есть у меня интуиция.
– Альбиноска там с приданным случилась! Как маньячки-принцессы так интуиция у него, а как вот рядом под носом… ай, гр-р-р!
Мы зашли в класс и сели. Катя не сводила с меня крайне злого взгляда, будто ожидая какого-то признания. Суви же просто хмурилась, рассчитывая как раз на Катю, что это она из меня что-то выудит.
А что тут выуживать?
– Да не знаю я её! – взмахиваю руками, – Впервые вижу.
– А вот она тебя знает!
– И мне тоже интересно откуда… – пробубнил я задумчиво, – А вот где ТЫ пропала на десять минут – наверное не особо, – намекаю я.
Катя фыркнула. На том и закончился наш спор – на недоговорённых тайнах, и очередных секретах, портящих доверие. Снова мы с Катей начинаем медленно расходиться. И снова… из-за Теодора и их интрижек…
Точнее, я так думал.
Урок начался, и спустя двадцать минут мне в голову прилетает комочек бумаги. Сначала я смотрю на Катю, вижу как она не обращает на меня внимания, и разворачиваю записку.
'Теодор клеился. Я отказала раз и навсегда. Если чё.
А вот ты дурак'.
И я, неожиданно для себя выдохнув, с ухмылкой повернулся на Катю. Та со скучающим видом смотрела на доску, подпирая подбородок кулачком, хотя очевидно, что такой аккуратный почерк может быть только у неё. Не Теодор же записку швырнул.
«Что-ж…», – я снова выдыхаю, ощущая как падает груз, – «Поживём ещё»
Ну… тогда не такой уж и плохой день.
Теперь можно расслабиться и наслаждаться первыми сутками в Академии. Теперь уже полноценно.
Ура.
* * *
Удивительно, но больших перемен здесь аж несколько: после второго урока, третьего и шестого. Исследование типа показало, что первый урок нужен на разгон детских мозгов, а потому второй и третий – это основные тяжелые занятия.
Поэтому и полноценно жрать в столовке тут можно два раза.
– Уо-о-о-о-о, крутя-я-як! – вскинул руки Максим, – Еда! Мы будем кушать!
– Он из бедной семьи? – аккуратно уточнил Святослав.
– Из очень богатой… – вздыхаю.
Святослав оказался шарящим чуваком! Знаете, нам в целом-то непривычно разговаривать с чернокожим, а тут ещё и на чистом русском. Да это же вообще прикольно! Как можно быть расистом⁈ Святослав крутой чувак!
Странный, правда. Он немногословный, но крайне экспрессивный. Это как если бы у Безымянного были эмоции. Странное сочетание. Но как человек он вроде хороший – показывает всё нам, рассказывает.
– Еда тут для всех и одинакова, – говорил он.
– А чего она такая маленькая?.., – мы нахмурились, заходя в мелкую тесную столовку.
– Она бесконечная.
– Чо?..
– Она вытягивается по мере необходимости, – коротко поясняет Святослав, – Зачем уборщицам убирать лишнюю пыль? Пространство нк нужно – академия его обрезает. Мы вот подошли – вон стол появился. Быстро начнёте это замечать.
Мы с друзьями переглянулись. Затем глянули на ещё подошедших людей, и вдаль столовой. И там реально откуда-то взялся стол!
Йопарисете…
– Готовит здесь команда под кураторством самой Эскофье. Если знаете кто это.
– О нет… – меня бросило в пот.
Что-то аппетит пропал.
Ну, еда тут примерно в том же амплуа, что и у нас – шведский стол. Только тут отдельные эти столы: по культурным причинам. Многие индусы шли только к вегетарианской раздаче, например. Зато вот сам зал, как и вся академия, обставлен в античном стиле, но с явно реконструкцией и технологичностью – кухня здесь явно видно современная, зато столы деревянные, а пол мраморный, но тёплый!
Мы решили сильно не наедаться: Суви пять дессертов, Максос шесть лобстеров, а у остальных проблем с желудком нет. Катя вот бургер взяла. Ела, кстати, забавно – как птичка кусала, аккуратно и по-девчачьи.
– А ты как давно здесь? – мы не отставали от Святослава, чему тот был только рад.
– Второй год.
– И как впечатления?
– Компании маловато. Разные культуры, много важности, – пожимает он плечами, жуя пельмени, – И сложно. Тяжёлая программа.
– Да вроде не очень, – переглянулись мы.
– Это вы на следующем уроке не были…
А следующий урок… магическая формульная теория. Тот самый «основной». Таких здесь от двух до трёх в сутки. Чтоб вы понимали, алгебра и геометрия здесь НЕ считаются сложным предметом.
О, и интересный факт! Подготовительной группе, то бишь нам, детям… тяжелее, чем студентам! Почему? Потому что здесь студенты могут выбирать, что учить. Они выбирают большую часть занятий, и не ходят туда, куда не хотят. Основные есть, да, тот же этикет пару раз в месяц, или повторение математики, чтобы не забыть дроби, но они почти всё вы-би-ра-ют.
Дают ли детям выбор? Конечно! Например, как часто плакать. Потому что нас шпыняют ВАЩЕ ВЕЗДЕ. ПО ВСЕМ сложным программам!
– Шлёёёёёпаный рот… – Лёша Никифоров схватился за голову, когда увидел пятиметровую доску ВСЮ исчерченную формулами.
Лёня Морозов встал с открытым ртом, как и его подружка Лиза. И если даже ботаны в шоке – остальным лишь молиться.
А когда урок начался… ну, это «писец». Только с «д».
«Рой… Рой помоги, мне страшно!», – затрясся я, увидев задание.
«Мне нужно время»
«КАКОЕ ВРЕМЯ⁈ ТЫ СУПЕРКОМЬЮТЕР!»
«Время…»
Всё, конец. Отпевайте русских дебилов.
Ха… ха-ха-ха! А я ведь хотел записками побросаться с девчонками и друзьями! Балду попинать! Пха… пха-ха!..
У меня нервный смех! Это абсурд!
– Я ничо не понимаю… – пропищал Максим.
– Смолцев, у вас вопросы? – спросил старенький учитель практической магии, – Не понимаете коэффициент ширины энергоканала на выход в минусовой температуре? Вам повторить? С какого момента?
– Я даже с первого ничё не понял… – пищит он, вот-вот заплача.
Суви уже давно даже не пыталась включиться, она просто рисовала человечков на бумаге, а Катя сидела со взъерошенными волосами и безумными глазами, глядя на тетрадку. Она погрузила коготки под корень волос, и похожа на безумную ведьму, кропящую над исследованием.
«Мда-а-а, ёпта… теперь понятно, почему такая текучка», – я почесал голову.
Справедливости ради, нас и не готовили с рождения к программе Академии. А она не особо-то и секретна. Но! Это всё равно абсурдно сложно!
«Пользователь, я решил!», – гордо сказал Рой.
«Молодец. Только мы уже на другой теме»
– Катя… тебе помочь? Если что я… – услышал я шепот Теодора.
– Отвали, не мешай! – процедила она, зачёркивая очередную формулу.
– Ну тогда готовьтесь к позорному исключению через полгода, – едва не сплюнул он.
Я на него глянул. Эй, ты не путаешь там с тоном? Но вместо привычного страха я увидел… ухмылку в ответ. Наглую такую, желчную, полную удовлетворения от чужих неудач. Теодор действительно меня не боится – он готов скалится мне прямо в лицо. Слабоумие и отвага, очевидно. Но это может стать проблемой.
Прозвенел звонок, и с концом урока вся магия интересной мистической школы полной чудес улетучилась.
Это же грёбанная магистратура. Маг-фак.
– Я думал… мы на мётлах летать будем… зелья делать… – прошептал Максим, – ДА КАКИЕ НА УРОКЕ МАГИИ ФОРМУЛЫ-ТО⁈ ГДЕ ВЗМАХИ ПАЛОЧКОЙ⁈
Его возмущения услышали одноклассники, и пара девочек хихикнули с забавной истеричной реакции. Он тут же обернулся как бешеный варвар на запах женщины, на что англичанки испуганно спрятались в телефонах.
– Ну, зелья варить правда будете… если пойдёте на эти допы, – услышали мы голос нашего проводника.
– Ярослав спасаааай! – заныл Лёша, – Как нам выжить? Ну тут же НИКТО ничего не понял! К-кому заплатить! Я куплю мозг!
– Тебе не поможет… – пробубнила Катя.
– Ты сама ничего не поняла!
– Мне поможет. У меня есть шансы.
Наш чернокожий приятель задумался, взяв минуту на раздумья. Мы терпеливо ждали… ждали… ждали…
– Скорее всего вас исключат, – выдал он.
– Ну йооооптваю… – мы махнули руками.
– Меня изначально сюда планировали отправить, я с детства готовился. И то тяжело, – вновь задумывается он, – Тут либо так, либо гениальность, – смотрит на наши тупейшие мокрые глаза, – Ну… либо удача.
Слышу ухмылку. Голоса, появившиеся прямо в голове.
«Идиот»
«Чудак».
Два мысленных воззвания со стороны. Я поворачиваюсь и вижу, как Теодор и Иоганн стоят в углу возле окна и, даже не смотря на нас, о чём-то разговаривают. Хотя очевидно о чём. Даже о ком. И даже легко понять, для кого я «идиот», для кого «чудак».
Значит всё-таки друзья…
Два друга с двумя проклятыми мечами, способными сделать из них безбашенных могучих психопатов. Ситуация становится хуже.
Ещё я чувствую от одного из них гнев в мою сторону, но думаю можно не гадать от кого. Как и не обращать на него внимания.
– Не обращай внимания, Мих, – вдруг я услышал тихий голос Лёни, – Злорадствуют. Идиоты.
Он видать тоже что-то услышал – ближе к ним сидит же, у окна.
Я глянул на друга. Хоть он и не подаёт виду, но, наверное, ситуация задевает его больше всех. Мы то что? Мы все богатые аристократы. Исключат через полгода – наша жизнь только легче станет.
Но не его. Это – его шанс подняться на вершину и утянуть туда сестрёнку.
Его шанс выбиться в люди.
– Миша… – услышал я Катин голос.
Поворачиваюсь. Девочка сидела взъерошенная, и, судя по усталому взгляду, явно махнувшая рукой на идею всё это выучить.
– Надо ещё. Не вывезем, – тихо говорит она, чтобы услышал только я.
– Ага. Надо… – вздыхаю.
Она кивает и отворачивается. Удивительно, но Катя не захотела присуждать себе авторство этой идеи! А могла бы во всеуслышанье предложить, и все бы согласились, и она бы поднялась в их глазах! Но нет – сказала тихо и только мне, чтобы лидером и центром остался именно я.
Интересно…
Правда я и сам это понимал – не вывезем без ноотропов. Я-то смогу, остальные, даже ботан Морозов и его суженная – нет. У нас форы в подготовке с пелёнок не было.
– Друзья! – поднялся я, привлекая внимание, – Отставить панику! Учёба сложна. Но никто и не ждал, что будет легко!
Все переглянулись.
– Ну, я ждал, – говорит Макс.
– Я тоже, – кивает Лёша.
– Думала только подготовка сложная… – пробубнила Лиза.
– Так, ёшкин кот, команде слова не давали! – я начал расхаживать, – Академия оказалась сложной. Я вижу, что вы запаниковали. Некоторые из вас искренне не хотят исключения, хотят веселья всей компанией, и навсегда запомнить времена молодости! Вы боитесь, и я это вижу. Но! Мы не позволим каким-то уравнениям сломить нашу волю! Мы всегда забивали на них болт, забьём и сейчас! – сжимаю кулак с лицом полным решимости, – Не бойтесь! Знания нам не грозят! Они нас догоняют, но мы будем быстрее!
– Командир товарищ Кайзер, но как мы решим этот академический кризис⁈ – Максим отдал воинское приветствие.
– Всё просто! – хмыкаю, – Мы продолжим употреблять!
– Ура-а, зависимость! – захлопала Суви в ладошки.
– Мы победим программу академии. Мы не позволим каким-то скучным и ненужным формулам испортить веселье и вкусную еду в магической столовке! Друзья, идите за мной, и нас ждёт победа! Как и всегда!
Все уверенно закивали. Сомнения и страх перед уравнениями медленно ослабевали, уступая твёрдому взгляду в будущее!
– Святослав, ты с нами⁈ – протягиваю я руку, – Ты будешь употреблять⁈
– Это потому что я чёрный⁈ Нет, на вас посмотрю для начала.
Я пожимаю плечами. Ну как хочешь.
Конечно же дети продолжали на нас смотреть, особенно Иоганн с Теодором, но мы уже привыкшие. Только Катя у нас стыд ловила, но она и новенькая.
Дальнейший учебный день мы провели в режиме сохранения энергии, разве что конспекты писали – всё равно ничего не поймём! Зато ходили заедать стресс ещё два раза. И всё же, Эскофье своё дело знает!
В это время Святослав продолжал нам пояснять местные устои.
Например, такой вот кошмар здесь на самом деле не всегда. Ага! День через день. Между ними… кошмар чуть полегче! Ведь хоть детей и заставляют ходить на всё основное, но Академия это в первую очередь аналог университета, а в университетах ты же не ходишь на вообще все лекции и факультативы, верно? Так и тут – даже детям дают выбирать занятия. Что мы, не студенты? Мы просто маленькие!
– Вы через неделю уже должны выбрать, – говорит Святослав.
Он показал, где в приложении Академии это можно смотреть. Да, у Академии своё приложение на телефоны. Там же и личный кабинет, и список занятий, и заметки учителей. И, увы, электронный дневник. И увы, доступ к нему и у родителей. Ну и моего деда в том числе.
Так вот, занятия. Это важная штука! И их тут много!
– О, магическая информатика! – вскинул брови Лёша.
Мы встали в коридоре и начали изучать список. Некоторое было закрыто, например некромантия. Но основные-то на месте!
И тут… ну, друзья, Академия то не просто так топовое заведение!
– Блин, аж глаза разбегаются! – Лиза выразила наши мысли и поправила очки, – А у меня их четыре.
Угу… выбора ну ПРОСТО дофигища!
Информатика – программирование – техномантия. Легко!
Военное дело – теория боевой магии – секция дуэлянтов. Есть!
Культурология – психология влияния – политическое дело. Для настоящих подлецов!
Ну типа, глядя на это ты понимаешь, что кроме Академии тебе больше никуда и не надо. Учишься и не вылетаешь – получаешь все знания на мировом топовом уровне. Конечно, в теории ты их же получишь и в столицах, но это будут разные университеты разной направленности. Здесь же… всё в одном месте. С лучшими учителями, своими кинотеатрами под боком, развлечениями, общежитиями и лучшей кухней!
И на занятия здесь ходят ВСЕ. Теперь, зная о принципе обучения, ты реально замечаешь как студенты перебегают из класса в класс, и у некоторых даже видишь логику. Из класса целительства очень часто бегут в класс магии призыва!
Или вон, видите группу девчонок и ушлого смазливого пацана из класса танцев? Сто процентов пойдут в класс актёрского мастерства или высокой моды. А пареньку то это нафиг не упало, но… там ведь дееевочки!
– Подписка на полгода. Потом можно сменить. Но не советуют, – закончил пояснять Святослав.
Мы все хмурились. Пупупу…
Блин, а вот это тяжело. Хорошо, что на полгода, можно попробовать, пока молодые, но ведь желательно не менять – надо раз и навсегда, совершенствоваться!
А выбрать хочется много! Всё звучит вкусно! А ещё бы хотелось и с друзьями ходить, что, увы, невозможно – мы же разные люди с разными интересами. Пересекаться может и будем, но далеко не всегда.
– Миша, ты куда пойдёшь? – подошла Суви, пока остальные были погружены в выбор профессии.
– Пока не определился. А ты?
– Ну я тогда тоже, – пожала она плечиками.
Я нахмурился.
Ой, да ну нет. Только не говорите, что Суви просто запишется куда и я!
Не, так не пойдёт. Я беру Суви за эти же маленькие плечики и отодвигаю в сторону, на что у азиатки округлились глаза.
– Суви, послушай. Серьёзно послушай! – надавил я, отчего девочка даже напряглась, – Я понимаю, тебе оно всё, в общем-то, и не надо, ты здесь за компанию. Тебе по барабану ну эту учёбу, на эти серьёзные выборы, ты плывёшь по течению. И что ты хочешь быть рядом, тоже понимаю! – я смотрю ей прямо в глаза, – Но ведь ТЕБЕ жить с этим дальше!
– Одной?.. Без… тебя? – тихо спросила она, от переживания водя глазками.
– Ну… не… не факт! Ну точно не одной!
– Ну тогда я возьму то же что и…
– Но ведь это ТВОЯ жизнь! Нельзя быть приданным человека! Нельзя быть его хвостом! – хмурюсь я, – Ты – отдельная личность, отдельный маленький человек! Нельзя же… просто жить, чтобы кого-то ублажить…
Суви здесь из-за меня, и пойдёт за мной и дальше. Но это неправильно! Я не хочу, чтобы она жалела о выборе своего пути! И кто будет ответственен, что не объяснил это маленькому невдуплёнышу? Кто мог спасти ей грёбанную жизнь, но решил забить?
Я искренне не хочу, чтобы такой интересный человек просто становился моим придатком. Фанатизм Эскофье меня совсем не привлекает. Я ведь зависим от адреналина и ощущений! И… ну, девушка без личности – не лучше руки. Тоже часть тебя. В чём интерес встречаться с рукой? Только временно, пока реального человека не нашёл.
Не надо оно мне…
– Дурочка. Никому не нравятся куклы без мозгов. Привлекает красота. Влюбляет – вот это, – и тут… из неоткуда возникает Катя, нагло тыкая кореянке в лоб, – Понимаешь хоть? Или не бум-бум вообще?
Суви нахмурилась, явно начиная шевелить мозгами, а я удивлённо посмотрел на Катю. Видно, что делает она это с неохотой, будто переступая себя, но… блин, делает же.
– А ты чего уши греешь? – спрашиваю.
– Ты забываешь мои таланты и увлечения, Мишенька.
– А ты, оказывается, всё это время была хорошим человеком, – ухмыляюсь, смотря на златовласую девочку, – Это я и правда… упускал из виду.
– Пф, угу… – проурчала она, отворачиваясь, – Альбиносо-люба спросить забыла… это я вообще просто подруге помогаю! Не достоин ты, чтобы девочке жизнь портили!
И ушла, так напоследок и не повернувшись.
Я с улыбкой качаю головой. Знаете… а терапия Кате очень помогла. Может ещё есть шанс быть не просто красивой змеёй, но и хорошим человеком?..
– Катя, я поняла! – закивала Суви.
– Она ушла.
– А… – завертела головой девочка, – Тогда я… ам… тогда я, наверное, что-то сама посмотрю… это же лучше, да?
– Надо быть самостоятельной и уникальной. Это лучше, – киваю.
– Тогда посмотрю, – хмурится девочка и достаёт свой телефон, – Да. Выберу что-нибудь уникальное. Угу…
И взяв огромный смартфон в маленькие корейские ручки, она как солдатик потопала ко всем, что-то бубня себе под нос и активно читая описание каждого норматива.
Я новь улыбаюсь.
Да. Так лучше. Этим вот… ты меня и привлекаешь, Суви. Милых девочек много. Милых булок-невдуплёнышей – только моя мама.
«Господин Квон, вы мне торчите! Одно отцовское благословение», – вздохнув, я киваю сам себе и также шагаю к остальным.
Все активно думали. Нашу идиократию настигло новое испытание, с которым справился пока лишь только отечественный Святослав. Но нам это лишь предстоит.
В том числе и мне.
Выбор специалитетов на ближайшие полгода, что сделают меня несравненно лучше в этих областях.
Пу-у-у…
Ну и что же?
* * *
После второго урока.
Иоганн и Теодор встали возле окна.
– Нет, ну ты слышал? Какие никчёмные, особенно их главный идиот, – хмыкает Теодор.
